АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru 

e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

09.04.2024 года Дело № А41-21490/2016  

Резолютивная часть постановления объявлена 03.04.2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 09.04.2024 года. 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,  судей: Каменецкого Д.В., Голобородько В.Я.,  

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего АО «Дмитровский Автодор» - представитель  ФИО1 (доверенность от 23.01.2024)  

от ФИО2 - представитель ФИО3 (доверенность от 28.07.2023) 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного  управляющего должника ФИО4,  

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2023  (10АП-20903/2023, 10АП-18380/2023),  

по обособленному спору о результатах выбора кредитором способа распоряжения  правом требования о взыскании убытков,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Дмитровский Автодор», 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.05.2016  возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ОАО  «Дмитровский Автодор» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>).  

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.01.2017 АО  «Дмитровский Автодор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении  должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утвержден ФИО5.  

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий АО «Дмитровский  Автодор» обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о  взыскании в пользу АО «Дмитровский Автодор» убытков в размере:  

- 8 729 630 942,39 руб., с ФИО6, причиненные не передачей  документации и имущества АО «Дмитровский Автодор» конкурсному  управляющему;  

- 11 597 226,00 руб. с ФИО6, причиненные в результате  совершенных ФИО6 налоговых правонарушений;  

- 200 000 руб., с ФИО6, причиненные в результате совершенного  ФИО6 административного правонарушения;  

- 23 917 251 руб. с ФИО2, причиненные в результате совершенных  ФИО2 налоговых правонарушений;  

- 6 889 004 руб. с ФИО7, причиненные в  результате совершенных ФИО7 налоговых  правонарушений;  

- 57 113 680 руб. солидарно с ФИО6, ФИО2, ФИО8-о., причиненные в результате совершенных ими налоговых правонарушений.  

Впоследствии, конкурсный управляющий АО «Дмитровский Автодор»  уточнил заявленные требования и просил:  

1) взыскать с ФИО8-о. в пользу АО «Дмитровский Автодор» убытки  в размере 30 630 301,78 руб., из которых 26 710 391,78 руб. пени, 3 092 691 руб.  штраф;  

2) взыскать с ФИО2 в пользу АО «Дмитровский Автодор» убытки  в размере 50 336 813,88 руб., из которых 25 136 979,88 руб. пени, 25 199 834 руб.  штраф;  

3) взыскать с ФИО6 в пользу АО «Дмитровский Автодор» убытки в  размере 19 375 057,58 руб., из которых 6 081 224,58 руб. пени, 13 293 833 руб.  штраф.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.11.2020 и  постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2021, в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.11.2021  определение Арбитражного суда Московской области от 23.11.2020 и  постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2021  отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

При новом рассмотрении обособленного спора, определением Арбитражного  суда Московской области от 30.05.2022, оставленным без изменения  постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 и  постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.12.2022, в пользу  АО «Дмитровский Автодор» взысканы убытки с Гусейнова Гусейна Фарух оглы30 630 301,78 руб., с ФИО2 - 50 336 813,88 руб., с  ФИО6 - 19 375 057,58 руб.  

В Арбитражный суд Московской области поступил отчет конкурсного  управляющего АО «Дмитровский Автодор» ФИО4 о результатах выбора  кредитором способа распоряжения правом требования о взыскании убытков.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.06.2023  произведена процессуальная замена взыскателя АО «Дмитровский Автодор» на  кредитора ООО «Правоинвест» в части требований о взыскании с ФИО8 денежных средств в размере 1 134 366,96 руб., с ФИО2 денежных  

средств в размере 1 864 180,74 руб., с ФИО10 денежных средств в размере  717 538,64 руб.; произведена процессуальная замена взыскателя АО «Дмитровский  Автодор» на ИФНС России по г. Дмитрову Московской области в части  требований о взыскании с ФИО8 денежных средств - 814 143,25 руб.,  с ФИО2 денежных средств - 1 337 935,80 руб., с ФИО6  денежных средств - 514 982,60 руб.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 и  ФИО10 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с  апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда первой  инстанции от 27.06.2023 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении  требований.  

Определением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023  суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению спора по правилам,  установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции, в связи с  отсутствием доказательств надлежащего уведомления ответчиков о дате и времени  судебного заседания.  

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2023  определение Арбитражного суда Московской области от 27.06.2023 отменено, в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано.  

Конкурсный управляющий АО «Дмитровский Автодор» обратился в  Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой на постановление  суда от 29.11.2023, просил судебный акт отменить, оставить в силе определение  суда области от 27.06.2023, в связи с нарушением норм материального и  процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим  обстоятельствам дела.  

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.  

Представитель конкурсного управляющего должника в заседании суда округа  поддержал доводы кассационной жалобы, просил постановление суда отменить.  

Представитель ФИО2 возражал на доводы кассационной жалобы  по мотивам, изложенным в отзыве (приобщен к материалам дела).  

Надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения  кассационной жалобы ответчики, иные лица, участвующие в деле, своих  представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили,  что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в  их отсутствие.  

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, обсудив  доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286,  287, 288 АПК РФ правильность применения судом норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном  акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам, коллегия суда  кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по  

правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)».  

Как установлено судами, на основании вступившего в законную силу  судебного акта о взыскании убытков с контролировавших должника лиц,  конкурсный управляющий АО «Дмитровский Автодор» включил в ЕФРСБ  сообщение о праве выбора способа распоряжения правом требования о взыскании  убытков с бывших руководителей АО «Дмитровский Автодор».  

В адрес конкурсного управляющего поступило заявление от конкурсного  кредитора ООО «ПРАВОИНВЕСТ» и ИФНС России по г. Дмитрову Московской  области с указанием способа распоряжения правом требования о взыскании  убытков - уступка кредитору части требования в размере требования кредитора.  

По результатам рассмотрения заявлений кредиторов конкурным  управляющим подготовлен и направлен в суд отчет о результатах выбора  кредиторами способа распоряжения правом требования о взыскании убытков с  бывших руководителей АО «Дмитровский Автодор».  

В соответствии с отчетом конкурсного управляющего о результатах выбора  кредиторами способа распоряжения правом требования о взыскании убытков,  размер требований ООО «ПРАВОИНВЕСТ» и ИФНС России по г. Дмитрову  Московской области, учтенный в реестре требований кредиторов должника,  составляет: - ООО «ПРАВОИНВЕСТ»: 485 184 015,10 руб. (1 134 366, 96 руб. -  ФИО2 - 1 864 180,74 руб. - ФИО6- 717 538, 64 руб.); - ИФНС  России по городу Дмитрову Московской области: 348 220 025,40 руб.  

(ФИО8- 814 143,25 руб. - ФИО2 - 1 337 935, 80 руб. - ФИО6- 514 982, 60 руб.). 

Руководствуясь ст.ст. 32, 60, п. 3 ст. 61.17, ст. 142 Закона о банкротстве суд  первой инстанции провел замену взыскателей в части сумм, соответствующих  размеру требований указанных кредиторов, по аналогии с правом распоряжения  требованием о взыскании субсидиарной ответственности.  

Отменяя определение суда области, суд апелляционной инстанции исходил  из того, что разъяснения, содержащиеся в п. 20 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», не позволяют сделать вывод о тождественности  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и ответственности  в виде взыскания убытков, поскольку субсидиарная ответственность является  специальным видом ответственности, порядок применения которой регулируется  положениями главы III.2 Закона о банкротстве, в отличие от общей  ответственности в виде убытков, применяемой на основании положений ст.ст. 15,  393 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в  отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о  возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными  выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов  юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в  том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами,  

имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица,  подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве  должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.  

Под убытками согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые  лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы  при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

Убытки представляют собой негативные имущественные последствия,  возникающие у лица вследствие нарушения его личного неимущественного или  имущественного права.  

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает  применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна  лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности:  совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у  потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его  последствиями и вина правонарушителя.  

Так, в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено,  что, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие  положения о возмещении убытков (в т.ч. ст. 53.1 ГК РФ) либо специальные  правила о субсидиарной ответственности (ст. 61.11 Закона о банкротстве), - суд в  каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное  воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц,  действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как  сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение  должника, какие тенденции приобрели экономические показатели,  характеризующие должника, после этого воздействия.  

Суд посчитал, что законодатель в ст. 61.17 Закона о банкротстве прямо  указывает на возможность распоряжения правом требования о привлечении к  субсидиарной ответственности, не распространяя соответствующее правило на  требование о взыскании убытков, соответствующее имущественное требование  подлежит реализации в деле о банкротстве должника по общим правилам  реализации имущества должника.  

Требование о взыскании убытков с контролирующих должника лиц может  быть передано кредитору при наличии у него к тому интереса в качестве  отступного в соответствии с принципом очередности удовлетворения требований,  то есть после полного погашения таким кредитором требований иных кредиторов  приоритетной очередности (п. 21 Обзора судебной практики по вопросам,  связанных с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и  применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016).  

На основании изложенного суд апелляционной инстанции отменил  определение суда области, в т.ч. в связи с переходом к рассмотрению  

обособленного спора по правилам суда первой инстанции, и отказал в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего.  

Суд округа полагает, что выводы суда апелляционной инстанции являются  ошибочными, сделанными при неправильном применении норм материального  права и без учета всех фактических обстоятельств дела.  

Согласно п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве при рассмотрении вопросов о  взыскании убытков подлежат применению положения главы III.2 Закона о  банкротстве, а значит, и положения ст. 61.7 Закона о банкротстве.  

В соответствии с положениями ст. 61.17 Закона о банкротстве, в течение  пяти рабочих дней со дня принятия судебного акта о доказанности наличия  оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности, вынесенного в соответствии с пунктами 7 и 8 ст. 61.16 Закона о  банкротстве, или судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности,  вынесенного в соответствии с п. 13 ст. 61.16 Закона о банкротстве, арбитражный  управляющий сообщает кредиторам о праве выбрать способ распоряжения правом  требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Указанное сообщение  включается в ЕФРСБ.  

В настоящем случае конкурсный управляющий Общества сообщил  кредиторам должника, как по текущим, так и по реестровым требованиям о праве  выбрать способ распоряжения правом требования убытков путем включения  соответствующих сведений в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.  

В силу п. 2, п. 3 ст. 61.17 Закона о банкротстве установлено, что в течение  десяти рабочих дней со дня направления сообщения, предусмотренного пунктом 1  настоящей статьи, каждый кредитор, в интересах которого лицо привлекается к  субсидиарной ответственности, вправе направить арбитражному управляющему  заявление о выборе одного из следующих способов распоряжения правом  требования о привлечении к субсидиарной ответственности: 1) взыскание  задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о  банкротстве; 2) продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140  настоящего Федерального закона; 3) уступка кредитору части этого требования в  размере требования кредитора.  

По истечении двадцати рабочих дней со дня направления сообщения,  предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, арбитражный управляющий  составляет и направляет в арбитражный суд отчет о результатах выбора  кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к  ответственности, в котором указываются сведения о выборе, сделанном каждым  кредитором, размере и об очередности погашения его требования.  

В настоящем случае конкурсный управляющий Общества сообщил  кредиторам должника, как по текущим, так и по реестровым требованиям о праве  выбрать способ распоряжения правом требования убытков путем включения  соответствующих сведений в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.  

По смыслу статьи 2 Закона о банкротстве целью конкурсного производства  является последовательное и эффективное проведение мероприятий по получению  наибольшей выручки от реализации имущества должника, максимальное  наполнение конкурсной массы для соразмерного удовлетворения требований  кредиторов должника.  

Для реализации этой цели Закон о банкротстве предоставил кредиторам и  уполномоченным органам, требования которых не были удовлетворены за счет  имущества должника-банкрота, иные вспомогательные правовые средства, в том  числе возможность получить удовлетворение за счет имущества лиц,  контролировавших должника, посредством привлечения их к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника либо взыскания с них убытков в  порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве.  

В частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от  28.03.2024 № 305-ЭС23-22266 по делу № А40-169761/2018 обращено внимание  судов на следующее.  

Положениями ст. 61.17 Закона о банкротстве урегулированы отношения по  распоряжению кредиторами правом требования о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности. Однако данная статья не содержит  указания на возможность применения соответствующего механизма в отношении  распоряжения кредиторами своим правом требования о привлечении  контролирующих лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания  убытков, равно как не содержит эта статья и соответствующего запрета.  

Соответственно ключевой вопрос, подлежащий разрешению при  рассмотрении настоящего дела, состоит в возможности применения положений о  выборе способа распоряжения субсидиарной ответственностью к требованию о  возмещении убытков с контролирующих лиц.  

По смыслу п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника  фактически представляет собой разновидность иска о взыскании убытков.  

Выделение названного иска ввиду его специального применения и  распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс  доказывания, в том числе посредством введения презумпций вины ответчика  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020   № 305-ЭС19-17007 (2)).  

Вместе с тем, при соотнесении субсидиарной ответственности с требованием  о взыскании убытков с контролирующих лиц следует различать ответственность за  вред, причиненный третьим лицам (кредиторам), и ответственность за вред,  причиненный самому должнику. В отличие от субсидиарной ответственности,  которая всегда имеет целью погашение требований кредиторов должника, убытки  могут быть направлены на возмещение имущественных потерь как кредиторов, так  и самой корпорации (акционеров/участников).  

Ввиду этого в зависимости от имущественного интереса, на защиту которого  направлено предъявленное арбитражным управляющим или кредиторами в деле о  банкротстве требование о возмещении убытков, необходимо различать  кредиторские (конкурсные) и корпоративные (замещающие) иски.  

С точки зрения законодательства о банкротстве право на соответствующий  кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер  деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, т.е., когда  поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской  нагрузки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020   № 310-ЭС20-6760), иными словами, когда стоимость чистых активов корпорации  приобретает отрицательное значение.  

Само субъективное право требовать взыскания кредиторских убытков  принадлежит не корпорации, а сообществу кредиторов (конкурсной массе). В  отсутствие кредиторов права на привлечение к субсидиарной ответственности или  на возмещение кредиторских убытков (равно как и на конкурсное оспаривание) не  имеется как такового, поэтому должник (корпорация) в такой ситуации выступает  лишь номинальным держателем права от имени сообщества кредиторов.  

То обстоятельство, что право на привлечение к субсидиарной  ответственности принадлежит кредиторам, обусловливает наличие у них  полномочий на распоряжение этим правом в соответствии с п. 2 ст. 61.17 Закона о  банкротстве. Данной нормой предусмотрены три способа распоряжения  требованием: 1) взыскание задолженности по требованию; 2) продажа требования с  торгов; 3) уступка кредитору части требования в размере требования кредитора.  

Реализация первых двух способов осуществляется в деле о банкротстве,  конкурсная масса пополняется путем взыскания денежных средств с  контролирующего должника лица или путем возмездной уступки требования к  нему. Распределение конкурсной массы производится с соблюдением очередности,  установленной статьями 134, 142 Закона о банкротстве.  

Третий же способ подразумевает замену взыскателя в части  соответствующей суммы, для чего суд выдает на имя каждого такого кредитора как  взыскателя исполнительный лист с указанием размера и очередности погашения  его требования в соответствии со ст. 134 настоящего Федерального закона (пп. 1  

п. 4 ст. 61.17 Закона о банкротстве). Суть этого способа распоряжения состоит в  том, что кредиторы, будучи действительными собственниками права требования,  прекращают представительские функции должника, принимая решение в  дальнейшем самостоятельно реализовывать права в отношении принадлежащего  им актива.  

Таким образом, исходя из приведенной правовой позиции высшей судебной  инстанции, вопрос о возможности распоряжения правом на возмещение убытков  должен разрешаться исходя из того, какой интерес защищает это право.  

Поскольку кредиторские убытки, как и субсидиарная ответственность,  принадлежат самим кредиторам и имеют своей целью возместить вред,  причиненный кредиторам должника, к ним возможно применение механизма,  установленного ст. 61.17 Закона о банкротстве.  

Напротив, к корпоративным убыткам как к активу самого должника (его  акционеров) этот механизм не может быть применим.  

Следует также учитывать, что размер права требования о взыскании  кредиторских убытков может не покрывать размера требований всех кредиторов.  Аналогичная ситуация складывается и при снижении размера субсидиарной  ответственности (абзац второй п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве). Однако,  данное обстоятельство не может являться основанием для отступления  от очередности, установленной статьями 134 и 142 Закона о банкротстве, в связи с  чем при выборе кредитором способа распоряжения правом требования в виде его  переуступки первоначально необходимо соблюсти очередность удовлетворения  текущих и реестровых требований, а при недостаточности средств –  пропорциональность размеру требований кредитора соответствующей очереди.  

Так, в обжалуемом постановлении суда апелляционной инстанции от  29.11.2023 сделан вывод о том, что убытки с контролировавших должника лиц  

взысканы по причине ненадлежащего исполнения налоговых обязательств,  совершения административных правонарушений, т.е. правовая природа убытков не  носит характер субсидиарной ответственности перед кредиторами должника,  поскольку убытки причинены самому должнику, и, как следствие, право  требования таких убытков принадлежит непосредственно должнику и является  активом, реализация которого осуществляется по общим правилам реализации  имущества должника.  

Принимая во внимание приведенные выше нормы, разъяснения и правовую  позицию высшей судебной инстанции, учитывая, что суд апелляционной  инстанций не выяснил правовой природы взысканных убытков, вывод об  отсутствии оснований для процессуальной замены должника на его  правопреемников в соответствующей сумме является преждевременным.  

В силу ч. 3 ст. 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом решения,  постановления, определения должны быть законными, обоснованными и  мотивированными.  

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 15, ч. 1 ст. 168, ч. 2 ст. 271, п. 3 ч. 1  ст. 287, ч. 1 ст. 288 АПК РФ, принятое по делу постановление суда не отвечает  требованиям законности и достаточной обоснованности, в связи с чем  кассационная жалоба конкурсного управляющего подлежит удовлетворению, а  судебный акт - отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение  в Десятый арбитражный апелляционный суд, поскольку определением от  24.10.2023 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению спора по  правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288  АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом  кассационной инстанции не установлено.  

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2023  по делу № А41-21490/2016 отменить, обособленный спор направить на новое  рассмотрение в Десятый арбитражный апелляционный суд.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий-судья О.Н. Савина 

Судьи: Д.В. Каменецкий   В.Я. Голобородько