Д Е В Я Т Ы Й  А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й  А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-42015/2018

Дело № А40-207050/17

г. Москва

04 сентября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2018  г.

Полный текст постановления изготовлен 04 сентября 2018 г.

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи: Комарова А.А.,

Судей: Гончарова В.Я., Тетюка В.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО "МФС-6" на решение Арбитражного суда г.Москвы от 18.04.2018 по делу №А40-207050/17, принятое судьей Абрамовой Е.А. (68-1242)

по иску ООО "ЗАГОРЬЕ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 107241, 

<

...>) к АО "МОСФУНДАМЕНТСТРОЙ-6" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 125493, 

<

...>) о признании недействительной третейской оговорки,

при участии в судебном заседании: 

от истца:  ФИО2 по доверенности от 20.10.2017г.,

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 15.02.2018г.,

руководствуясь ст. ст. 176, 266, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

У С Т А Н О В И Л:

ООО "ЗАГОРЬЕ" обратилось с исковым заявлением к АО "МОСФУНДАМЕНТСТРОЙ-6" о признании недействительным п.20.1 договора от 05.03.2012 № 07/2012-СГП, содержащего третейскую оговорку.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2018 исковые требования удовлетворены в полном объеме. В обоснование решения суд указал, что с учетом обстоятельств дела условие договора о третейской оговорке является недействительным.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение, принять по делу новый судебный акт. 

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Рассмотрев апелляционную жалобу, материалы дела, выслушав доводы сторон, Девятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о необходимости оставления без изменения обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между сторонами заключен Договор № 07/2012-СГП от 05.03.2012, в п. 20.1 которого указано: «Все споры, разногласия или требования, возникающие из настоящего Договора или в связи с ним, в том числе касающиеся его исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, подлежат разрешению в АНО «Третейский суд строительных организаций города».

В обосновании требования о признании названного пункта договора недействительным, истец ссылается на то, что Договор № 07/2012-СГП от 05.03.2012., заключенный между сторонами, заключен во исполнение Договора на выполнение подрядных работ №Бутр78-71А/ЖД/12/38 от 02.03.2012, Заказчиком по которому является Казенное предприятие города Москвы «Московский центр детского, семейного отдыха и оздоровления».

В связи с чем, Истец полагает, что Договор № 07/2012-СГП от 05.03.2012 преследует публичные интересы, финансируется за счет бюджетных средств и на него распространяется запрет, установленный пп.6 п. 2 ст. 33 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, договор № 07/2012-СГП от 05.03.2012. заключен между сторонами (с учетом последующего соглашения о замене стороны) во исполнение договора на выполнение подрядных работ №Бутр78-71А/ЖД/12/38 от 02.03.2012, заказчиком -застройщиком по которому является Казенное предприятие города Москвы «Московский центр детского, семейного отдыха и оздоровления». Договор заключен в публичном интересе, а именно – для удовлетворения потребностей г. Москвы за счет средств бюджета, устанавливает распределение расходов городского бюджета и является основанием для размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ и оказание услуг для нужд Москвы в соответствии с законодательством РФ, заключения государственных контрактов, договоров и соглашений с юридическими лицами в целях осуществления бюджетных инвестиций, поскольку из него следует, что объектом является жилой дом с подземным паркингом с освоением, инженерными коммуникациями и благоустройством, строительство которого осуществляется в рамках реализации Адресной инвестиционной программы города Москвы.

Отношения, возникшие при заключении договора, отличает следующая особенность - договор заключается в публичных интересах, хотя и не специальным публичным субъектом (государственным или муниципальным образованием), однако целью его заключения выступает удовлетворение государственных или муниципальных потребностей, финансирование этих потребностей осуществляется за счет средств соответствующих бюджетов.

Системное толкование положений действующего законодательства позволяет сделать вывод о том, что под государственными нуждами понимаются обеспечиваемые за счет средств соответствующих бюджетов и внебюджетных источников финансирования потребности Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных муниципальных заказчиков в товарах, работах, услугах, необходимых для осуществления их функций и полномочий, а так же реализация ответствующих целевых программ.

Следовательно, договоры, заключаемые в обеспечение нужд государственного или муниципального заказа, во исполнение таковых, имеют публичную основу, преследуют публичный интерес и направлены на достижение результата, необходимого в публичных целях для удовлетворения публичных нужд, достигаемого за счет траты бюджетных средств.

Наличие в едином правоотношении такой концентрации общественно-значимых публичных элементов не позволяет признать споры, возникающие по контрактам/договорам, спорами исключительно частного характера между частными лицами, которые могут рассматриваться в частном порядке - третейскими судами.

Основной целью договора является, в конечном счете, обеспечение публичных нужд, а именно обеспечение города Москвы жилыми домами, он должен не только заключаться, но и исполняться с соблюдением принципов открытости и прозрачности, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков и исполнителей, предотвращения и противодействия коррупции, ответственности за результативность и эффективности реализации размещенных заказов.

Следовательно, все этапы указанных правоотношений, включая заключение, исполнение, расторжение подобного рода договоров и применение ответственности за их неисполнение, и ненадлежащее исполнение, должны быть полностью прозрачны и доступны для проверочных мероприятий вплоть до их завершения, в том числе посредством разрешения споров системой государственного правосудия.

Следовательно, третейские суды не обладают компетенцией на рассмотрение споров ни при заключении государственных и муниципальных контрактов или договоров в их интересах государственных и муниципальных нужд ни по вопросам их недействительности, определяемой по законодательству, действующему на момент подписания. Принципы третейского разбирательства (конфиденциальность, закрытость процесса, неформальный характер разбирательства, упрощенный порядок сбора и представления доказательств, отсутствие информации о принятых решениях, а также невозможность их проверки и пересмотра по существу) не позволяют обеспечить цели, для достижения которых вводилась система размещения заказов.

Кроме того, согласно общедоступной информации, размещенной в сети Интернет (сайт третейского суда при АНО «Третейский суд строительных организаций города») названный суд завершил свою деятельность 31.01.2018. Таким образом, третейская оговорка в настоящий момент является и неисполнимой.

На основании изложенного, суд первой инстанции признал исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы необоснованными по следующим основаниям.

Судом установлено, что целью договора является обеспечение публичных нужд, а именно обеспечение нужд города Москвы. АО «Мосфундаментстрой-6» (истец по третейскому делу) как субъект предпринимательской деятельности действует исключительно в публичном интересе и за счет бюджета.

Согласно пп. 6 п. 2 ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда подведомственные арбитражным судам споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд. Причем споры из договоров, заключаемых за счет средств федерального и/или муниципального бюджета, не могут рассматриваться третейскими судами, имеют публичную основу, преследуют публичный интерес и направлены на достижение результата, необходимого в публичных целях для удовлетворения публичных нужд, достигаемого за счет траты бюджетных средств. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Принимая решение суд, по мнению коллегии, обоснованно указал о том, что согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», целями регулирования настоящего Федерального закона являются обеспечение единства экономического пространства, создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективное использование денежных средств, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг для нужд заказчиков и стимулирование такого участия, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений. В данном случае, ответчик не финансирует реализацию этого контрактного обязательства за счет собственных средств. В связи с тем, что основной целью договора является, в конечном счете, обеспечение публичных нужд, а именно обеспечение города Москвы жилыми домами, он должен не только заключаться, но и исполняться с соблюдением принципов открытости и прозрачности, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков и исполнителей, предотвращения и противодействия коррупции, ответственности за результативность и эффективности реализации размещенных заказов.

Учитывая специфику отношений, связанных с закупками, товарами, услугами, законодатель урегулировал их отдельным Законом № 223-ФЗ от 18.07.2011 г., правила которого являются специальными по отношению к общим положениям гражданского законодательства. В связи с тем, что Закон № 223-ФЗ от 18.07.2011 г. имеет схожие по своей сути задачи, принципы и цели с Законами № 94-ФЗ, № 44-ФЗ, то очевидна аналогия с Законами № 94-ФЗ, 44-ФЗ, которые носят обязательный характер и исключают возможность отнесения споров из указанных контрактов на рассмотрение третейских судов.

Таким образом, третейские суды не обладают компетенцией на рассмотрение споров ни при заключении государственных и муниципальных контрактов или договоров в их интересах государственных и муниципальных нужд, ни по вопросам их недействительности, определяемой по законодательству, действующему на момент подписания, а поэтому принципы третейского разбирательства (конфиденциальность, закрытость процесса, неформальный характер разбирательства, упрощенный порядок сбора и представления доказательств, отсутствие информации о принятых решениях, а также невозможность их проверки и пересмотра по существу) не позволяют обеспечить цели, для достижения которых вводилась система размещения заказов.

С учетом изложенного споры, возникающие из контрактов, заключенных на основании Закона № 94-ФЗ, Закона № 44-ФЗ и по аналогии Закона № 223-ФЗ, являются неарбитрабельными, а третейские соглашения о передаче подобных споров в третейские суды – недействительными, поскольку рассмотрение таких споров третейскими судами нарушает основополагающие принципы российского права (противодействие коррупции, обеспечение конкуренции).

Таким образом, третейская оговорка, предусматривающая передачу спора на рассмотрение в суд, не имеющий компетенции на рассмотрение таких споров, недействительна.

Аналогичные выводы изложены в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 18.07.2018 по делу № А40-202682/2017.

Из указанного следует, что довод апеллянта в указанной части является несостоятельным.

Довод заявителя о применении принципа эстоппель судом отклоняется в силу следующего.

Нельзя признать Истца действующим недобросовестно по причине того, что ранее Истец не обращался в суд с заявлением об обжаловании третейской оговорки. Истцу была очевидна невозможность исполнения этого пункта договора, в связи с чем он полагал, что Ответчик не будет обращаться в третейский суд, а даже если и обратиться, то третейский суд, откажет в принятии к рассмотрению заявления.

Принцип эстоппель не может быть применен в данном случае также потому, что еще до начала разбирательства в третейском суде Истец возражал против рассмотрения дела третейским судом, обращался в третейский суд с Заявлением об отсутствии компетенции (копия со штампом третейского суда о принятии имеется в материалах дела), с ходатайством о приостановлении производства по делу до рассмотрения настоящего иска (копия со штампом третейского суда о принятии имеется в материалах настоящего дела). Все вышеуказанные действия Истца свидетельствовали о его категорическом несогласии на рассмотрение этого спора третейским судом.

Довод ответчика о применении срока исковой давности судом не принимается на основании следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истец оспаривает третейскую оговорку на основании ст. 168 ГК РФ - как нарушающую требования закона, а именно - норму права, закрепленную в пп. 2 п. 6 ст. 33 АПК РФ, которая была введена в действие 01.09.16г. Федеральным законом от 29.12.2015 N 409-ФЗ. Таким образом, третейская оговорка стала недействительной 01.09.16г.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности о признании ничтожной сделки недействительной составляет 3 года.

Следовательно, на дату подачи иска срок исковой давности не истек.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что при рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по апелляционной жалобе возлагаются на заявителя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2018 по делу № А40-207050/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу  - без удовлетворения. 

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

 

Председательствующий судья                                                                  А.А. Комаров

 

Судьи                                                                                                                       В.Я. Гончаров

 

В.И. Тетюк