АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

13 июня 2023 года

 

Дело № А33-26131/2020

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 05 июня 2023 года.

В полном объёме решение изготовлено 13 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Бахрамовой О.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Объединенная Компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации – 16.10.2007, адрес: 660111, 

<

...>)

к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования "Иркутский национальный исследовательский технический университет" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации – 06.11.2002, адрес: 664074, 

<

...>)

о взыскании убытков,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,

на стороне истца - Министерства науки и высшего образования Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 125009, 

<

...>),

на стороне ответчика - ФБГУН «Институт земной коры Сибирского отделения Российской академии наук» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 664033, 

<

...>),

в присутствии:

от истца: директора ФИО1; ФИО2 по доверенности от 02.02.2023; ФИО3, по доверенности от 17.12.2020; ФИО4, по доверенности от 03.02.2023,

от ответчика: ФИО5 по доверенности от 01.08.2022; ФИО6 по доверенности от 06.04.2022,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Вавулиной Д.М., 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Объединенная Компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования "Иркутский национальный исследовательский технический университет" (далее – ответчик) о взыскании убытков в связи с нарушением договора № 9119R321 от 29.07.2015 в размере 60 000 000 рублей.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 03.09.2020 возбуждено производство по делу.

Определением суда от 13.10.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено Министерство науки и высшего образования Российской Федерации.

Определением суда от 30.07.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено ФБГУН «Институт земной коры Сибирского отделения Российской академии наук».

Определением суда от 22.04.2022 назначена комиссионная научная экспертиза, проведение которой поручено эксперту Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российской Академии наук (ИГХ СО РАН) ФИО7  и экспертам  химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) Гаршеву Алексею Викторовичу и Елисееву Андрею Анатольевичу.

Определением суда от 29.04.2022 производство по делу №А33-26131/2020 приостановлено до завершения судебной экспертизы.

12  и 16 августа 2022 года соответственно от Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российской Академии наук (ИГХ СО РАН) и от химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) в материалы дела поступили экспертные заключения.

Определением от 19.08.2022 суд назначил судебное заседание по рассмотрению вопроса о возобновлении производства по делу.

Определением от 21.09.2022 производство по делу возобновлено.

Определением от 02.11.2022 произведена замена состава суда по делу № А33-26131/2021, судья Петракевич Л.О. заменена на судью Бахрамову О.А.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

25.05.2023 в материалы дела от истца поступили дополнительные письменные пояснения.

26.05.2023 в материалы дела от ответчика поступили возражения на письменные пояснения истца.

Суд приобщил письменные пояснения, возражения к материалам дела в порядке статьи 66  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители истца исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске.

Представители ответчика возражает против удовлетворения заявленных требований по доводам, указанным в отзыве.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между Министерством образования и науки Российской Федерации и обществом с ограниченной ответственностью «Объединенная компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр» заключен договор от 01.12.2015 № 02.G25.31.0174 о предоставлении субсидий из федерального бюджета с целью реализации комплексного проекта по созданию высокотехнологичного производства «Разработка комплексной ресурсосберегающей технологии и организация высокотехнологичного производства наноструктур на основе углерода и диоксида кремния для улучшения свойств строительных и конструкционных материалов», осуществляемого получателем в кооперации с Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Иркутский национальный исследовательский технический университет».

В соответствии с пунктом 1.2 получатель направляет средства указанной субсидии на возмещение затрат, связанных с выполнением научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ, проводимых ФГБОУ ВО ИРНИТУ.

Согласно пункту 1.3 условиями предоставления субсидии являются: создание высокотехнологичного производства новой (усовершенствованной) продукции (услуг)/высокой технологии (пункт 1.3.1); выполнение Головным исполнителем в рамках комплексного проекта не менее 90 процентов общего стоимостного объема НИОКТР, затраты на которые возмещаются за счет средств субсидии, совместно с другим соисполнителем работ – Федеральным государственным бюджетным учреждением науки Институтом земной коры Сибирского отделения Российской академии наук (пункт 1.3.2); направление Получателем на реализацию комплексного проекта собственных средств в размере не менее 100 процентов от размера представляемой субсидии в каждом календарном году реализации комплексного проекта. При этом не менее 20 процентов указанных средств должны быть использованы на финансирование НИОКТР по комплексному проекту (пункт 1.3.3).

В соответствии с пунктом 1.4. соглашения общий размер субсидии составляет 170 000 000 рублей, в том числе:

В 2016 – 50 000 000 рублей;

В 2017 – 60 000 000 рублей;

В 2018 – 60 000 000 рублей.

Перечисление субсидии из федерального бюджета осуществляется в установленном порядке на расчетный счет Получателя, указанный в настоящем договоре, по результатам рассмотрения отчета Получателя о расходах, связанных с выполнением НИОКТР Головным исполнителем в рамках комплексного проекта и подлежащих возмещению за счет средств субсидии (пункт 1.5 договора).

Пунктом 1.6 предусмотрено, что распределение прав на результаты интеллектуальной деятельности между получателем и исполнителем НИОКТР определяется законодательством Российской Федерации.

Минобрнауки России обязано осуществлять контроль за соблюдением Получателем условий, установленных настоящим договором, включая выездные контрольные проверки по месту создания высокотехнологичного производства (пункт 2.1.2).

В соответствии с пунктом 2.2 получатель обязан: предоставлять Минобрнауки России не менее одного раза в год необходимые информационные материалы по комплексному проекту для проведения публичных мероприятий (пункт 2.2.3); ежегодно в срок до 5 июня и 15 ноября представлять в Минобрнауки России отчет о расходах, связанных с выполнением Головным исполнителем НИОКТР в рамках комплексного проекта и подлежащих возмещению за счет средств субсидии (пункт 2.2.6); ежегодно в срок до 15 июля текущего года и 20 января следующего календарного года предоставлять в Минобрнауки России: отчет об использовании средств субсидии, отчет о выполненных работах по реализации комплексного проекта по созданию высокотехнологичного производства, отчет о достигнутых значениях показателей результативности реализации комплексного проекта по созданию высокотехнологичного производства (пункт 2.2.7); в случае наступления обстоятельств, препятствующих реализации комплексного проекта в установленный срок или способных повлиять на исполнение получателем своих обязательств по настоящему договору, незамедлительно в письменном виде уведомить об этом Минобрнауки России (пункт 2.2.10); возвратить в доход федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации: остаток неиспользованной субсидии при отсутствии у получателя потребности в указанной субсидии, субсидию в случае ее нецелевого использования (пункт 2.2.12).

Согласно пункту 6.1 договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до полного исполнения сторонами обязательств по договору.

Целью проекта являлись разработка и выпуск двух видов продукции:

МД1 - модифицирующие добавки на основе 98 % диоксида кремния при производстве композитных металлических сплавов, автомобильных и авиационных шин и т.д. в качестве инертных наполнителей;

МД2 - модифицирующие добавки на основе углерода при производстве металлических сплавов и композитов для авиационной и автомобильной промышленности, катализаторов и фильтров для химической промышленности и электроники.

Организацией, осуществляющей мониторинг качества выполнения работ по проекту, выступает Региональный фонд научно-технического развития Санкт-Петербурга (РФ НТР СПБ).

29.07.2015 между обществом с ограниченной ответственностью «Объединенная Компания РУСАЛ инженерно-технологический центр» (Заказчик) и федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Иркутский национальный исследовательский технический университет» (Исполнитель) был заключен договор № 9110R321 на выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских и технологических работ.

В соответствии с пунктом 1.1. договора исполнитель обязуется выполнить научно-исследовательские, опытно-конструкторские и технологические работы в рамках комплексного проекта «Разработка комплексной ресурсосберегающей технологии и организация высокотехнологичного производства наноструктур на основе углерода и диоксида кремния для улучшения свойств строительных и конструкторских материалов», на условиях, согласованных сторонами в договоре.

Согласно пункту 1.2 договора заказчик обязуется принять надлежащим образом выполненные работы, а также осуществить их оплату в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором.

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что объем работ, требования к выполнению работ, к результатам работ, результаты работ, а также исходные данные/материалы, необходимые для выполнения работ согласуются техническим заданием на выполнение работ (приложение № 1 к договору).

Работы по договору выполняются поэтапно. Отдельные виды работ, выполняемых по этапам, сроки выполнения этапов работ и цены отчетных этапов согласуются в календарном плане на выполнение работ (приложение №2 договора) (пункт 1.4 договора).

Согласно пункту 2.1. договора работы выполнятся исполнителем в соответствии с требованиями технического задания (приложение № 1 к договору), с собственным опытом, знаниями, квалификацией, а также при использовании собственных методов (методик) и наработанных практик, в том числе в области, составляющей предмет настоящего договора, при условии, что применение таких методов (методик) и практик будет согласовано с заказчиком.

Работы должны быть выполнены в полном объеме и в сроки, предусмотренные техническим заданием и календарным планом (пункт 2.4. договора).

Исполнитель обязан по письменному требованию заказчика согласно пункту 3.3.3 в срок не более 2 рабочих дней с момента получения указанного уведомления информировать заказчика о ходе выполнения работ по договору (пункт 3.2.3).

В соответствии с пунктом 3.3.3 заказчик вправе в порядке контроля за ходом, сроками, объемами, порядком и качеством выполнения работ:

- в письменной форме запрашивать у исполнителя необходимую информацию, относящуюся к работам и/или ходу их выполнения;

- созывать и проводить периодические совещания по рассмотрению хода выполнения работ и промежуточных результатов работ с участием своих представителей, представителей исполнителя и, при обоснованной необходимости, представителей третьих лиц (соисполнителей), привлеченных исполнителем для выполнения отдельных видов работ.

Общая цена работ, выполняемых исполнителем по договору, составляет 170 000 000 рубле, НДС не облагается (пункт 5.1. договора).

Согласно пункту 5.3 расчеты между сторонами по настоящему договору производятся по согласованной цене работ, предусмотренной в календарном плане, в следующем порядке:

- расчеты между сторонами производятся за фактически выполненные исполнителем и принятые заказчиком этапы работ согласно календарному плану в течение 10 рабочих дней с момента подписания заказчиком акта сдачи0приемки выполненных работ за соответствующий этап (пункт 5.3.1);

- платежи по настоящему договору осуществляются путем перечисления соответствующих денежных средств на счет исполнителя по реквизитам, указанным в договоре (пункт 5.3.2).

Пунктом 6.1 договора предусмотрено, что все работы выполняются исполнителем поэтапно. Отчетным считается период, равный этапу работ в соответствии с календарным планом.

Приемка результатов работ, выполненных в рамках отчетного периода, осуществляется заказчиком по окончании отчетного периода на основании акта сдачи-приемки выполненных работ за отчетный период (пункт 6.2 договора).

Пунктом 14.2. договора предусмотрено, что исполнитель несет перед заказчиком ответственность за несоответствие переданных результатов работ требованиям, согласованными сторонами, включая период времени, когда такие несоответствия были выявлены заказчиком после передачи результатов работ и начала их пользования.

Исполнитель, просрочивший выполнение своих обязательств по договору и/или выполнивший обязательства ненадлежащим образом, отвечает перед заказчиком за убытки и за все последствия указанного невыполнения и/или ненадлежащего выполнения обязательств (пункт 14.5).

Соблюдение претензионного порядка урегулирования разногласий, возникающих в процессе исполнения настоящего договора, обязательно. Претензии оформляются в письменной форме и направляются той стороне по договору, которой допущены нарушения его условий. Ответ на претензию должен быть дан в течение 20 рабочих дней с момента ее получения. Датой ответа будет считаться дата направления ответа на претензию, проставленная почтовым отделением отправителя на почтовом конверте (пункт 14.11).

В соответствии с пунктом 14.12 договора претензии, иски к исполнителю направляются последнему заказным письмом с уведомлением по адресу исполнителя, указанному в настоящем договоре.

В соответствии с пунктом 14.13. договора все споры, возникшие или могущие возникнуть из договора или в связи с ним и не урегулированные в претензионном порядке, подлежат передаче на рассмотрение Арбитражному суду по месту нахождения истца.

Согласно пункту 15.1 договора в редакции дополнительного соглашения № 9 от 09.11.2018 договор вступает в силу с момента его заключения (моменту заключения соответствует календарная дата, указанная в правом верхнем углу на первом листе настоящего договора) и действует до полного выполнения сторонами принятых по настоящему договору обязательств, а в части хранения результатов работ – до 31.12.2019.

В соответствии с техническим заданием результатом работ является:

- технология попутного получения концентратов наноструктур в виде шаровидного диоксида кремния и фуллереноподобного углерода путем регулирования процесса получения кремния в рудотермических электродуговых печах, улавливания нанодисперсной пыли, а также обогащения и кондиционирования концентратов из лежалых шламов садобикарбонатных систем газоотчистки.

- цех по производству линейки наносодержащей продукции: модифицирующие добавки на основе углерода и диоксида кремния для строительных и конструкционных материалов.

На основании подписанных сторонами актов сдачи-приемки выполненных работ № 1 от 31.06.2016, № 2 от 01.11.2016, № 3 от 14.07.2017, № 4 от 25.10.2017, № 5 от 23.07.2018, № 6 от 12.11.2018 ООО «РУСАЛ ИТЦ» приняло работы, выполненные ФГБОУ ВО «ИРНИТУ» по договору № 9110R321 от 29.07.2015.

Истец оплатил выполненные ответчиком работы в сумме 170 000 000 руб. по платежным поручениям: от 27.04.2016 № 1718 на сумму 4 600 000 рублей, от 03.06.2016 № 2364 на сумму 13 800 000 рублей, от 27.07.2016 № 3312 на сумму 6 320 000 рублей, от 11.11.2016 № 5428 на сумму 25 280 000 рублей, от 10.02.2017 № 601 на сумму 6 000 000 рублей, от 27.07.2017 № 3794 на сумму 10 250 000 рублей, от 15.08.2017 № 4201 на сумму 8 750 000 рублей, от 27.09.2017 № 4996 на сумму 12 000 000 рублей, от 27.10.2017 № 5613 на сумму 23 000 000 рублей, от 06.03.2018 № 1164 на сумму 6 000 000 рублей, от 27.07.2018 № 3720 на сумму 9 000 000 рублей, от 08.08.2018 № 3870 на сумму 9 000 000 рублей, от 07.09.2018 № 4435 на сумму 9 000 000, от 19.11.2018 № 5910 на сумму 27 000 000 рублей.

Как следует из иска, испытания, проводимые потенциальными потребителями, выявили несоответствия свойств полученных образцов требованиям технического задания.

Так, письмом № Исх-ВП-14-03-11954 от 25.07.2019 АО «Боровичский комбинат огнеупоров» сообщило о проведении исследований проб микрокремнезема марки МК-98, поступившего от ООО «Русал ИТЦ». Согласно данным исследованиям в представленном для анализа мокрокремнезем содержится значительное содержание примесей.

Письмом № 1000/173 от 22.08.2019 сообщило ОАО «Динур» о значительном содержании примесей в представленном микрокремнезем, в связи с чем, представленный материал, ввиду его неоднородности, не представляется возможным использовать.

Письмом исх. № 125 от 09.09.2019 TRB  сообщило о невозможности применения МД1 в производстве, в связи с нестабильностью химического состава материала.

Письмом от 16.09.2019 № 961 ООО НПП Технология сообщило истцу, что по результатам опытных плавок модифицирующий эффект от применения МД2 не зафиксирован, в связи с этим использование МД2 в промышленных условиях использовать не предоставляется возможным.

По результатам изучения отчетной документации по этапу № 6 Проекта РФ НТР СПБ установлено, что обязательства ООО «РУСАЛ ИТЦ» по соглашению в данном отчетном периоде не исполнены (заключение РФ НТР СПБ от 10.02.2020).

Письмом от 11.06.2020 № 9119-01-1-269 ООО «РУСАЛ ИТЦ» обратилось в Минобрнауки России, которым сообщило, что коммерциализация продукта МД2 не может быть реализована ввиду того, что его потребительские свойства не достигнуты; просило учесть, что ООО «РУСАЛ ИТЦ» на этапах № 1 - 5 Проекта полностью исполнило свои обязательства по финансированию бюджетной части работ и софинансированию Проекта в соответствии с Соглашением; указало, что считает возможным определить к возврату полученные на этапе № 5 Проекта средства Субсидии, предназначенные для возмещения затрат Головного исполнителя в размере 60 000 000 рублей; предложило внести изменения в Соглашение в части уменьшения суммы Субсидии на 60 000 000 рублей и исполнения обязательств ООО «РУСАЛ ИТЦ» по коммерциализации результатов работ по Проекту.

По результатам аналитической оценки представленной информации Минобрнауки России сделан вывод о том, что предложения ООО «РУСАЛ ИТЦ» технически и организационно обоснованы.

Заключением от 11.06.2020 РФ НТР СПБ Минобрнауке России даны следующие рекомендации:

1)  Признать экономически нецелесообразным доведение технологии изготовления продукции типа МД2 до создания промышленного производства, предусмотренного подп. 13 п. 2.2.5 Соглашения.

2)  Признать целесообразным в рамках Проекта ограничиться созданием производства продукции типа МД1, предусмотренного подп. 13 п. 2.2.5 Соглашения, с техническими характеристиками микрокремнезема конденсированного МК-95, указанными в технических условиях ТУ 1789-016-50721130-2017, утвержденных 04.08.2017.

3)  Учитывая унифицированность технологических операций процесса производства продукции типов МД1 и МД2, разработанных на этапах № 1 - 4 выполнения работ по Проекту (2016-2017 годы), признать обоснованными затраты на их разработку, возмещенные средствами субсидии в размере 110 млн рублей.

4)  Согласиться с предложением ООО «РУСАЛ ИТЦ» от 11.06.2020 № 9119-01-1-269 о возврате 60 млн руб., предоставленных на этапе № 5 работ по Проекту (2018 г.) и выполненных за рамками этапа № 4 (второе полугодие 2017 г.), на котором были утверждены     технические     условия     1789-016-50721130-2017     и     подготовлено производство МК-95.

5) Внести изменения в Соглашение в части:

-    исключения из обязательств получателя субсидии организации производства продукции типа МД2;

-    уточнения характеристик продукции типа МД1 в соответствии с требованиями к марке МК-95, установленными в ТУ 1789-016-50721130-2017;

-    уточнения значения показателя «Объём новой и усовершенствованной высокотехнологичной продукции (услуг), произведенной с использованием результатов выполненных НИОКТР» с учетом уже осуществленных в 2018-2019 гг. поставок продукции марки МК-95.

В связи с этим в адрес ООО «РУСАЛ ИТЦ» направлено письменное требование Минобрнауки России о возврате средств субсидии в размере 60 000 000 рублей, предоставленных на этапе № 5 работ по проекту (письмо от 16.06.2020 №МН-11/387-ДА).

23.06.2020 истец платежным поручением № 2802 от 23.06.2020 вернул субсидию в размере 60 000 000 рублей.

Между Минобрнауки России и ООО «РУСАЛ ИТЦ» заключено дополнительное соглашение от 18.08.2020 № 075-11-2018-033/3 об уточнении существа обязательств в соответствии с рекомендациями монитора.

Комиссией Минобрнауки России по оценке исполнения получателями субсидий обязательств по соглашениям о предоставлении субсидий из федерального бюджета на развитие кооперации российских образовательных организаций высшего образования, государственных научных учреждений и организаций реального сектора экономики в целях реализации комплексных проектов по созданию высокотехнологичных производств (далее Комиссия) решено признать надлежащее выполнение ООО «РУСАЛ ИТЦ» своих обязательств по Соглашению в целом (акт Комиссии от 03.09.2020 №2/Д).

Полагая, что Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Иркутский национальный исследовательский технический университет" обязано возместить ущерб, причиненный обществу с ограниченной ответственностью "Объединенная Компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр" в размере 60 000 000 рублей, истец направил ответчику претензию от 16.12.2019 № 9110-01-1-698.

Ответчик оставил претензию без удовлетворения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Для разрешения вопросов, требующих специальных познаний, судом по делу назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено эксперту Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российской Академии наук (ИГХ СО РАН) ФИО7  и экспертам  химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) Гаршеву Алексею Викторовичу и Елисееву Андрею Анатольевичу.

Перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1. Соответствуют ли разработанные ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» в рамках исполнения договора № 9110К321 от 29.07.2015  технологии для получения МД1 и МД2 научным подходам, методологии исследования?

2. Является ли результат проведенных ФГБОУ ВО «ИРНИТУ» научных исследований попутного получения концентратов наноструктур в виде шаровидного диоксида кремния и фуллереноподобного углерода путем регулирования процесса получения кремния в рудотермических электродуговых печах, последующего улавливания нандисперсной пыли и дальнейшего обогащения, а также кондиционирования концентратов из лежалых шламов содобикарбонатных систем газоочистки соответствующим их ходу и отражающим результат проведенных манипуляций, соответствует ли требованиям технического задания?

3. Возможно ли в результате использования разработанных в ходе проведенных ФГБОУ ВО «ИРНИТУ» научных исследований подходов добиться получения добавок с характеристиками, предусмотренными техническим заданием к Договору № 911 ОК.321 от 29.07.2015?

4. При отрицательном ответе на вопрос № 3: когда ФГБОУ ВО «ИРНИТУ» и ООО «РУСАЛ ИТЦ», с учетом хода и результатов выполнения работ должны были узнать об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты и/или о нецелесообразности продолжения работы?

5. В чем состоит с научной точки зрения сущность изменений, внесенных в положения технического задания к Договору № 9110К321 от 29.07.2015 в период после его заключения?

6. Имеет ли значение для возможности получения добавок с характеристиками, предусмотренными техническим заданием к договору № 9110К321 от 29.07.2015, состав исходного сырья - отходов кремниевой промышленности – и состав сырья для получения кремния?

7. Были ли ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» допущены ошибки при лабораторных испытаниях, проведенных по договору № 9110К321 от 29.07.2015? Соответствуют ли предоставленное в отчетах лабораторное оборудование, материалы, стандартные образы и п. методологии исследования (измерения), могут ли предъявленные результаты лабораторных работ считаться достоверными?

12.08.2022  в материалы дела поступило экспертное заключение эксперта Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российской Академии наук (ИГХ СО РАН) ФИО7, в котором эксперт пришел к следующим выводам:

Выполненные ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» исследования по «разработке технологии попутного получения концентратов наноструктур МД1 и МД2» проведены в соответствии с требованиями ГОСТ Р 15.201-200 «Система разработки и постановки продукции на производство» в части проведения НИОТКР и Техническими требованиями технического задания к договору ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» с ООО «РУСАЛ ИТЦ». На основе анализа литературных данных и патентного поиска, а также на основе собственных предыдущих работ исполнителя, в которых было показано, что пылевые отходы карботермического процесса состоят из сферических наноразмерных частиц диоксида кремния и углерода, исполнителем спланированы и выполнены работы по созданию «технологии попутного получения концентратов наноструктур в виде шаровидного диоксида кремния и фулереноподобного углерода, обогащения и кондиционирования концентратов из лежалых шламов содобикорбонатных систем газоочистки». В результате проведенных исследований  разработаны процессы выделения необходимых фракций из пылевых отходов кремниевого производства, разработан полный комплект конструкторской и технологической документации, изготовлены и введены в эксплуатацию экспериментальная установка для производстваМД2 и попутного извлечения МД1 (пункт 8.1.5.Д ТТ) и экспериментальный стенд для производства МД1(пункт 8.1.5.е ТТ), разработаны и утверждены Технические условия на активную минеральную добавку концентрат диоксида кремния (ТУ 20.13.24-001-83477900-2017) и на модифицирующую добавку на основе углерода (ТУ 20.13.21-001-20.13.21.150-2018). Успешно проведены исследовательские испытания технологии в части получения обоих продуктов (Акты №02 от 7 ноября и 8 ноября 2018 года). В лаборатории испытаний строительных материалов и конструкций НИУ МГСУ г.Москва проведены испытания влияния модифицирующих добавок МД1 на свойства бетонов, использующихся при производстве ж/б шпал. Показано, что применение МД1 при производстве бетонов с низким водоцементным отношением приводит к существенному увеличению показателей по сравнению с необогащенным микрокремнеземом. В ФГУП НИИСК г. Санкт-Петербург проведены исследования влияния МД1 на свойства резинотехнических изделий. В результате проведенных исследований показано, что «для применения МД1 в рецептурах резинотехнических изделий технология ПКН в доработках не нуждается». В ООО «Восточно-Сибирская металлургическая компания» г. Красноярск проведены испытания модификатора МД2 на характеристики серого чугуна. В результате испытаний показано, что «Введение в небольших количествах модификатора с наноразмерными структурами при разливке металла приводит к ....увеличению прочности до 35-50 %». Все 6 этапов работ, выполненных ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» приняты ООО «РУСАЛ ИТЦ» с формулировой: «Работы, выполненные на этапе.., удовлетворяют условиям Договора, техническому заданию и календарному плану». Для анализа выполненных работ по 2, 4 и 5 этапам работ привлекались по 2 независимых эксперта, которые дали положительные заключения. Заключения монитора по проекту поступили после завершения ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» работ по договору (4.03.2019, 6.04.2019, 23.04.2019 и 10.02.2020). Вместе с тем эксперт отметил, что в технических требования к МД1 в наименовании показателей указаны ионы SO3, P2O5, Cl, а также Cсвободный и SiC, однако значения показателей отсутствуют, так же как и в разработанных ТУ 20.13.24.-001-83477900-217. В протоколах исследовательских испытаний технологии № 2 от 07 февраля в части характеристик МД1 в графе «измененное значение» против содержаний щелочных металлов стоят нули.  В протоколе №2 от 8 ноября для МД1 также стоят нули против содержаний щелочных металлов и потери при прокаливании. Возникает вопрос, что это значит. Либо эти элементы не определялись при испытаниях, но тогда нужно признать испытания не соответствующими требованиям технического задания. Либо содержания их ниже пределов определения методики, тогда нужно указывать в графе измеренное значение 

<

ПО.

16.08.2022 в материалы дела поступило экспертное заключение экспертов химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) Гаршева Алексея Викторовича и Елисеева Андрея Анатольевича, в котором эксперты пришли к следующим выводам:

Ответ на вопрос №1: ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» предложено два подхода для получения продукта МД1. Первый подход заключается в реализации технологии для получения МД1 на ЗАО «Кремний». Технология представляется соответствующей научным подходам и методологии исследования. В случае использования флотационного обогащения, возможно удаление как углеродных примесей, так и щелочных и щелочноземельных элементов, содержащихся в исходном сырье до остаточных содержаний, нормированных условиями ТТ к МД1. С химической точки зрения, вызывает вопрос возможность удаления щелочных элементов, находящихся в составе силикатов, а также Al2O3 и Fe2O3 предложенным методом, однако отсутствие последних в исходном сырье позволит в большинстве случаев обеспечить соответствие МД-1 техническим требованиям.

Второй подход для получения МД1 представляется не полностью соответствующей научным подходам и методологии исследования. Подход заключается в реализации на ООО «СУАЛ КремнийУрал» термовихревого обогащения. В случае которого сгорание углеродных примесей не позволяет удалить СаО, содержащийся в исходном сырье от 2,1% до уровня 0,3 %, нормированных условиями ТТ к МД1. Аналогично, методом термовихревого обогащения не представляется возможным удаление Al2O3 и Fe2O3. С отсутствием жидкофазных стадий обработки, возможно, связано присутствие примеси щелочных элементов в количестве до 1,5 % и СаО до 0,5% указанное в письмах потребителей ТRВ Refractories, АО «БОРОВИЧСКИЙ КОМБИНАТ ОГНЕУПОРОВ» и ОАО «Первоуральский динасовый завод». При этом содержание щелочных элементов в исходном сырье и продукте не нормировано условиями технического задания. Кроме того, наличие значительного содержания калия в продукте МД1 позволяет предположить загрязнение продукта данным элементами в результате использования сырья нестабильного состава для основного производства, в частности угля с возможными примесями мусковита. Получение продукта МД1 с характеристиками, соответствующими техническим требованиям, а также удовлетворяющего запросам потребителей продукта, возможно только в случае снижения содержания щелочных и щелочноземельных элементов в исходном сырье (менее 0,3%).

Технология, предложенная для получения МД2 представляется не полностью соответствующей научным подходам и методологии исследования, поскольку не доказана возможность эффективного отделения углеродных нанотрубок от сажевых наноструктур и графита, а также обогащения продукта углеродными нанотрубками методом флотационного разделения. В представленных материалах отсутствуют микрофотографии продукта и какие-либо данные количественного анализа различных углеродных структур по данным просвечивающей электронной микроскопии (ПЭМ). Представленные данные о содержании нанотрубок в образцах представляются оценочными и требуют подтверждения с использованием соответствующих методов исследования. В связи с этим, возможность обогащения МД2 углеродными трубками (до содержания 60%) не представляется доказанно реализуемой. С другой стороны, содержание нанотрубок в отходах производства кремния не нормировано условиями технического задания, а выделение углеродсодержащих компонентов выполняется с использованием предложенной технологии. Здесь следует учитывать ответ на вопрос А). Таким образом, получение продукта МД2 с характеристиками, соответствующими техническим требованиям возможно только в случае высокого относительного содержания углеродных нанотрубок в сырье (соответствующем значению предъявляемому ТТ к МД2 от общего содержания углерода). Представляется важным отсутствие в техническом задании к договору №911 ОК.321 от 29.07.2015 и Дополнительных соглашениях к нему требований по остаточному содержанию щелочных элементов, очевидно присутствующих в сырье (содобикарбонатных шламах) и, возможно в угле.

Ответ на вопрос № 2: В целом, результаты научных исследований попутного получения концентратов наноструктур в виде шаровидного диоксида кремния и фуллереноподобного углерода, проведенных ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» представляются соответствующими задачам и ходу исследования и отражают результаты проведенных манипуляций, также в большей части они соответствуют техническим требованиям и положениям технического задания. В ходе анализа отчетных материалов выявлены следующие замечания/несоответствия требованиям ТЗ и ТТ:

а) В программе и методике исследовательских испытаний предварительного проекта технологии ПКН на стенде 8.1.5.Д от 05.03.2018 АБСП.01101.001.ПМ.2 в пункте 4.6.1. и 6.6.1 проверки характеристик концентрата МД1 на соответствие требованиям п. 3.1.1.3 ТТ отсутствует описание методологии, используемой для определения элементного и гранулометрического состава продукта; данное описание присутствует в лабораторной методике контроля физико-химических свойств концентрата наноструктур МД-1 (Рег. № 1-06-2016), однако ссылка на документ не представлена;

б)  Результат испытаний указанный в Протоколе испытания по п. № 4 программы и методики исследовательских испытаний АБСП.01101.001.ПМ.1 № 2, датированном 7 ноября 2018 г. в части концентрации 8Юг в МД1 (98,04%) не может считаться соответствующим требованию технического задания к договору №911 ОК.321 от 29.07.2015 с учетом точности методики измерения, представленной в лабораторной методике контроля физико-химических свойств концентрата наноструктур МД1 (Рег. № 1-06-2016); согласно данной методике предельное отклонение массовой доли компонента составляет 1,47% (0,015*98). Аналогично, согласно данным производителя спектрометра, относительное стандартное отклонение (точность определения) оценивается в -0,1%? что по мнению экспертов, не дает возможности утверждать о соответствии установленного содержания  98,04±0,1 требованиям технического задания (>98 %) с учетом погрешности измерения.

в) В программе и методике исследовательских испытаний предварительного проекта технологии ПКН на стенде 8.1.5.Д от 05.03.2018 АБСП.01101.001.ПМ.2 в пункте 4.6.2. и 6.6.2 проверки характеристик концентрата МД2 на соответствие требованиям п. 3.1.2.3 ТТ отсутствует описание методологии, используемой для количественного определения содержания углеродных нанотрубок в общей массе наночастиц. Аналогично, данное описание отсутствует в лабораторной методике контроля физико-химических свойств концентрата наноструктур МД-2 (Рег. № 2-06-2016);

г)  Результаты анализа методом просвечивающей электронной микроскопии (ПЭМ), требуемые согласно п.3.1.2.3 ТЗ т ТТ не обнаружены в составе представленной отчетной документации, фактически исследование объектов данным методом анализа Исполнители не проводили в ходе выполнения работ;

д)  Технические паспорта отходов производства, требуемые п. 3.5.2-3 ТЗ, не обнаружены в составе представленной отчетной документации.

Ответ на вопрос № 3: Получение добавок МД1 и МД2 с характеристиками, удовлетворяющими ТТ договора №9110К.321 от 29.07.2015 представляется возможным при условии отсутствия примеси щелочных элементов в используемом сырье и высоком относительном содержании углеродных нанотрубок в сырье (соответствующем значению предъявляемому ТТ к МД2 от общего содержания углерода). См. также ответ экспертов на вопрос 1.

Ответ на вопрос № 4: Ответ на вопрос №3 положительный.

Ответ на вопрос № 5: Согласно предоставленному тексту технических требований к продуктам, с научной точки зрения изменения, вносимые в договор №9110К321 от 29.07.2015, а также в договор ООО «РУСАЛ ИТЦ» и Минобрнауки России 02.О25.31.0174 от 01.12.2015 относительно материалов исходной заявки на конкурс состоят в следующем:

В части требований к МД1 (согласно конкурсной документации - это МД2, в актуальных версиях Договоров - это МД1):

- исключен неочевидный признак индекса активности;

- снижено минимально допустимое содержание  в МД1 с 99 до 98%; -установлены  дополнительные  требования  по   содержанию   примесей  и гранулометрическому составу продукта;

Изменения в договоре в части требований к МД1 отражают уточнение характеристик продукта и доработки технологического процесса, но также предъявляют существенные дополнительные требования на качество продукта по содержанию примесей и гранулометрическому составу.

В части требований к МД2 (согласно конкурсной документации - это МД1, в актуальных версиях Договоров - это МД2):

- установлены требования по содержанию углеродных нанотрубок в составе МД2.

Данное изменение можно считать накладывающим существенные ограничения на характеристики и качество продукта МД2, оно вносит принципиальные (сущностные) изменения. Просим обратить внимание суда на формулировку поставленного экспертами вопроса А) и ответа на него. Фактически, вышеупомянутые требования (содержание примесей и гранулометрический состав МД1; содержание углеродных нанотрубок в МД2) отсутствовали не только в договоре №9110К321 от 15.06.2015 между ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» и ООО «РУСАЛ ИТЦ», но и в материалах заявки на конкурс на право получения субсидий на реализацию комплексных проектов по созданию высокотехнологичного производства (218 ПП РФ), и впервые появляются в технических требованиях к договору между ООО «РУСАЛ ИТЦ» и Минобрнауки России 02.О25.31.0174 от 01.12.2015.

Следующее научно-значимое изменение требований к МД2 согласовано в Приложении №2 к Дополнительному соглашению №8 от 15 июня 2018 года, в котором расширено допустимое значение «Типичных линейных размеров отдельных наночастиц, нм» с интервала 10-80 нм до интервала 1-80 нм.

Далее научно-значимое изменение требований к МД2 согласовано в Приложении №2 к Дополнительному соглашению №9 от 09 ноября 2018 года, в котором в Договор вносится пункт 2.6 в редакции не учитывающий ранее установленное требование к технологии, п.3.2.4.1. Технического задания, о достижении «стабильных концентраций углеродных нанотрубок в общей массе наночастиц в концентратах МД2 - согласно п.8 табл. 3».

Ответ на вопрос № 6: Да, имеет, поскольку состав и количество примесей в продуктах МД1, МД2 определяется составом и количеством примесей вносимымых в сырье на этапах производства кремния. Этот вопрос частично был исследован ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» и соисполнителем работ ООО «ЛидерСиб» по Договору №9110К321 от 29.07.2015, результаты исследований изложены в Пояснительной записке «Определение параметров технологического режима производства кремния в зависимости от параметров входящего сырья и требуемых свойств наноструктуры в виде шаровидного диоксида кремния и фуллереноподобного углерода» (АБСП.02101.101 А02).

Ответ на вопрос № 7: По мнению экспертов, принципиальные ошибки были допущены. При этом следует отметить, что в основном, предоставленная в отчетах информация о лабораторном оборудовании, материалах, стандартных образцах, методологии исследования соответствует заявленным направлениям работ, результаты которых можно считать достоверными.

Наиболее существенными экспертам представляются ошибки, допущенные на начальном этапе работ и касающиеся требований к продукту МД2, а именно:

а) Некорректное предложение и согласование использования методов ПЭМ и СЭМ, для получения количественных характеристик соотношения фазового состава углерод-содержащих веществ в продукте МД2 (Исполнитель работ по Договору №9110Я321 от 29.07.2015 не предоставил в отчетной документации по результатам выполнения работ каких либо результатов по использованию метода ПЭМ для анализа МД2);

б) Предложения об использовании продукта МД2 (углеродных нанотрубок) для модификации «черных металлов» выглядят абсурдными, особенно в случае такого «черного металла» как железо. В соответствии с фазовой диаграммой железо-углерод в области высоких концентраций железа и при температурах существования однофазного расплава, внесение в систему высоко реакционноспособного углерода (в виде углеродных нанотрубок) будет приводить к растворению добавки в расплаве. При более низких температурах, в области сосуществования твердой и жидкой фаз будет образовываться расплав и карбид РезС. Фактически при этом процессе разрушится структура нанотрубок, и ожидаемый положительный эффект от добавления продукта МД2 не будет достигнут, что, вероятно и произошло в случае испытаний продукта МД2 при добавлении его в чугун, письмо ООО «НПП Технология» от 16 сентября 2019 года №961 (чугун - материал с высоким содержанием углерода, получаемый в системе железо-углерод). Углеродные нанотрубки успешно применяют для армирования полимерных изделий, так как в случае контакта углеродных нанотрубок с полимерами достигается высокая степень адгезии. При формировании такого композитного материала структура углеродных трубок сохраняется и введение продуктов, аналогичных МД2 по химическому составу, оказывает существенное положительное влияние на механические свойства полимерного композита.

В материалы дела экспертами химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) Гаршевым Алексеем Викторовичем и Елисеевым Андреем Анатольевичем представлены письменные пояснения на вопросы сторон в части выводов экспертов.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В том числе гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (ст. 310 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком заключен договор от 29.07.2015 № 9110R321, правоотношения по которому регулируются главой 38 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 769 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ - разработать образец нового изделия или новую технологию, а также техническую и (или) конструкторскую документацию на них, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее. Договор с исполнителем может охватывать как весь цикл проведения исследования, разработки и изготовления образцов, так и отдельные его этапы (элементы). Если иное не предусмотрено законом или договором, риск случайной невозможности исполнения договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ несет заказчик. Условия договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ должны соответствовать законам и иным правовым актам об исключительных правах (интеллектуальной собственности).

На основании части 1 статьи 770 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель обязан провести научные исследования лично. Он вправе привлекать к исполнению договора на выполнение научно-исследовательских работ третьих лиц только с согласия заказчика.

Согласно статье 773 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан: выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок; согласовать с заказчиком необходимость использования охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, принадлежащих третьим лицам, и приобретение прав на их использование; своими силами и за свой счет устранять допущенные по его вине в выполненных работах недостатки, которые могут повлечь отступления от технико-экономических параметров, предусмотренных в техническом задании или в договоре; незамедлительно информировать заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы; гарантировать заказчику передачу полученных по договору результатов, не нарушающих исключительных прав других лиц.

Согласно статье 774 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан передавать исполнителю необходимую для выполнения работы информацию, принять результаты выполненных работ и оплатить их.

В силу статьи 775 Гражданского кодекса Российской Федерации если в ходе научно-исследовательских работ обнаруживается невозможность достижения результатов вследствие обстоятельств, не зависящих от исполнителя, заказчик обязан оплатить стоимость работ, проведенных до выявления невозможности получить предусмотренные договором на выполнение научно-исследовательских работ результаты, но не свыше соответствующей части цены работ, указанной в договоре.

На основании пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда").

Как следует из представленным в материалы дела актов сдачи-приемки выполненных работ № 1 от 31.06.2016, № 2 от 01.11.2016, № 3 от 14.07.2017, № 4 от 25.10.2017, № 5 от 23.07.2018, № 6 от 12.11.2018, ООО «РУСАЛ ИТЦ» приняло работы, выполненные ФГБОУ ВО «ИРНИТУ» по договору № 9110R321 от 29.07.2015.

Обязательства истцом по оплате выполненных работ исполнены в полном объеме, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела платежные поручения.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждены материалами дела и не оспариваются сторонами.

В свою очередь, истец, обращаясь с настоящим заявлением в суд, указал на то, что в результате ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по ООО "Объединенная Компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр" причинены убытки в размере 60 000 000 руб.

В обоснование заявленного требования и размера убытков истцом указано на следующие обстоятельства.

Целью проекта являлись разработка и выпуск двух видов продукции: МД1 и  МД2. Разработка технологий получения МД1 и МД2 с характеристиками, предусмотренными в техническом задании к договору, осуществлялась на первых четырех этапах,  на пятом и шестом этапах предполагались разработка технического проекта программного обеспечения технологического процесса 2 (ПО ТП 2) автоматизированной системы управления (АСУ) технологии получения концентратов наночастиц (ТПКН) для производства МД1 и МД2, а также их приемочные испытания. Для проведения лабораторных исследований на первом-четвертом этапах календарного плана ответчик самостоятельно в 2016-2017 отбирал в ЗАО «Кремний» и ООО «СУАЛ-Кремний-Урал» исходное сырье для разработки технологии получения МД1 и МД2 с характеристиками, предусмотренными техническим заданием к Договору. К концу четвертого этапа работ, 01.12.2017 была введена в эксплуатацию «сухая» газоочистка в ООО «СУАЛ-Кремний-Урал» (31.08.2017 - разрешение на ввод в эксплуатацию, от 23.11.2017 - приказ о вводе в эксплуатацию №СКУ-17-П1219), способствовшая постоянному получению в достаточном объеме исходного сырья для МД1 и МД2. К концу четвертого этапа ответчику удалось достичь разработки МД1 с чистотой оксида кремния 95 вместо требуемых 98. Продукт был назван МК-95 и его производство было организовано на ООО «СУАЛ Кремний Урал» совместно с вводом в эксплуатацию газоочистки. На пятом и шестом этапах ответчик, ввиду отсутствия разработанной технологии по повышению чистоты продукта МД1 до уровня оксида кремния 98, так и не создал продукт МД1, соответствующий условиям договора. А технология получения продукта МД2 и сам продукт МД2 не были созданы ответчиком ни на одном из этапов выполнения работ.  Ответчик к концу 2017 года имел полную объективную возможность понять, что технологии получения МД1 и МД2 не созданы и не имеет смысла переходить к пятому и шестому этапам. Работы по пятому и шестому этапам и результаты этих работ не имеют практической значимости и промышленной применимости для истца: технологии получения МД2 и МД1 термовихревым способом ответчиком не созданы, у истца нет технологической возможности их внедрить и производить конечную продукцию.

Таким образом, истец считает, что ответчику должны были быть оплачены работы только по этапам 1-4, которые привели к созданию продукта МК-95 (продукт МД1 с пониженной характеристикой оксида кремния). Этапы 5 и 6 оплате не подлежат.

Согласно расчету истца, размер убытков составит: 170 000 000 руб. (общая цена работ по договору, оплаченная истцом) - 110 000 000 (цена первого - четвертого этапов работ) = 60 000 000,00 руб. (цена пятого - шестого этапов работ).

На основании статьи 777 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель несет ответственность перед заказчиком за нарушение договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ, если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя (пункт 1 статьи 401).  Исполнитель обязан возместить убытки, причиненные им заказчику, в пределах стоимости работ, в которых выявлены недостатки, если договором предусмотрено, что они подлежат возмещению в пределах общей стоимости работ по договору. Упущенная выгода подлежит возмещению в случаях, предусмотренных договором.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно правовой позиции, приведенной в пунктах 13, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно положениям статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки вследствие ненадлежащего исполнения обязательства могут быть взысканы при установлении в совокупности неисполнения или ненадлежащего исполнения контрагентом договора, наличия причинно-следственной связи между допущенным контрагентом нарушением и возникновением убытков, подтвержденности размера убытков и принятия мер к их уменьшению.

Возмещение вреда (убытков) является мерой гражданско-правовой ответственности, применение которой возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом.

Для взыскания понесенных убытков истец в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должен представить доказательства, подтверждающие: а) нарушение ответчиком принятых по договору обязательств; б) причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств; в) размер убытков (реальных и упущенной выгоды), возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств. Доказыванию подлежит каждый элемент убытков. Следовательно, при предъявлении требования о возмещении убытков, потерпевшее лицо должно доказать факт нарушения обязательств или то обстоятельство, что действия (бездействие) ответчика причинили истцу ущерб, причинную связь между ними, а также размер убытков.

В вину ответчику вменяется истцом тот факт, что истец был введен ответчиком в заблуждение и не был проинформирован о том, что технологии получения продуктов МД1 и МД2 не разработаны и невозможно выполнить требования технического задания к договору на начальных этапах (с 1 по 4 этапы), работы пятого и шестого этапов не должны были выполняться и, как следствие, оплачиваться. Работы по пятому и шестому этапам и результаты этих работ не имеют практической значимости и промышленной применимости для истца: технологии получения МД2 и МД1 термовихревым способом ответчиком не созданы, у истца не было и нет технологической возможности их внедрить и производить конечную продукцию.

Ответчик, возражая против удовлетворения заявленных требований, указал, что все необходимые работы по НИОКР выполнены ответчиком и приняты истцом надлежащим образом, подтверждены научно и практически. Недостижение целевых показателей не доказано и само по себе не является основанием для отказа в выплате вознаграждения по договору НИОКР. Ответчик не может нести бремя ответственности за исполнение истцом собственных обязательств по вменяемому Соглашению, в том числе потому, что не является стороной этих отношений. Истец не понес ущерба, подлежащего возмещению как убытки, поскольку произвел платеж, положенный в основу иска самостоятельно.

Как указывалось ранее, статья 773 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан: выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок; согласовать с заказчиком необходимость использования охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, принадлежащих третьим лицам, и приобретение прав на их использование; своими силами и за свой счет устранять допущенные по его вине в выполненных работах недостатки, которые могут повлечь отступления от технико-экономических параметров, предусмотренных в техническом задании или в договоре; незамедлительно информировать заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы; гарантировать заказчику передачу полученных по договору результатов, не нарушающих исключительных прав других лиц.

Из приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих договор подряда и договор на выполнение опытно-конструкторских работ, следует, что предметом договора подряда может быть любая работа, которая создает результат, отделимый от процесса ее выполнения и передаваемый в итоге заказчику. Обязательство по договору на выполнение опытно-конструкторских работ относится к группе договоров на выполнение работ и оказание услуг. Выполнение таких работ создает результат, отделимый от выполняемой работы, в чем проявляется их сходство с подрядом.

При этом результат подрядной работы носит предсказуемый характер, то есть он обязательно должен наступить при надлежащем исполнении сторонами договорных обязательств. Целью договора подряда является результат обычной деятельности, все основные характеристики которого могут быть определены при заключении договора. Результат подрядной работы может выражаться в создании новой вещи либо в изменении существующих вещей. Условие о работе и ее результате является существенным для договора подряда. Поэтому без его согласования договор не может считаться заключенным. Научно-исследовательская, опытно-конструкторская и технологическая работа имеет творческий характер. Ее цель выражается в новых научных выводах, образце нового изделия или конструкторской документации на него либо в новой технологии. Поэтому как бы добросовестно исполнитель ни работал, он не может гарантировать достижения договорного результата. То есть в отличие от договора подряда, по договору на выполнение опытно-конструкторских работ результат в силу его рисковости может быть не достигнут, несмотря на безупречную работу исполнителя.

Это предопределяет другую особенность предмета этого договора - приблизительность требований, которым должен отвечать договорный результат. Предмет договора определяется в техническом задании, которое утверждается заказчиком. В нем устанавливаются технические, экономические и другие требования, которым должен соответствовать результат работы.

В силу статьи 775 Гражданского кодекса Российской Федерации правила о том, что если в ходе научно-исследовательских работ обнаруживается невозможность достижения результатов вследствие обстоятельств, не зависящих от исполнителя, заказчик обязан оплатить стоимость работ, проведенных до выявления невозможности получить предусмотренные договором на выполнение научно-исследовательских работ результаты, но не свыше соответствующей части цены работ, указанной в договоре.

Согласно статье 776 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в ходе выполнения опытно-конструкторских и технологических работ обнаруживается возникшая не по вине исполнителя невозможность или нецелесообразность продолжения работ, заказчик обязан оплатить понесенные исполнителем затраты.

Указанная обязанность поставлена в зависимость от ряда условий: отсутствие вины исполнителя в невозможности достижения ожидаемых результатов работ или нецелесообразности продолжения работ, то есть должна быть следствием обстоятельств, не зависящих от исполнителя. Если в этом виновен исполнитель, он не вправе претендовать на оплату своих затрат. Оплата работ исполнителя ограничивается его затратами, размер которых должен обосновать исполнитель.

Для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе (часть 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Для разрешения вопросов, требующих специальных познаний, судом по делу назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российской Академии наук (ИГХ СО РАН) ФИО7  и экспертам  химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) Гаршеву Алексею Викторовичу и Елисееву Андрею Анатольевичу.

12  и 16 августа 2022 года соответственно от Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения Российской Академии наук (ИГХ СО РАН) и от химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) в материалы дела поступили экспертные заключения.

Согласно экспертному заключению, подготовленному специалистом Института геохимии им. А.П. Виноградова Сибирского отделения РАН, эксперт пришел к следующим выводам: выполненные ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» исследования по «разработке технологии попутного получения концентратов наноструктур МД1 и МД2» проведены в соответствии с требованиями ГОСТ Р 15.201-200 «Система разработки и постановки продукции на производство» в части проведения НИОТКР и Техническими требованиями технического задания к договору ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» с ООО «РУСАЛ ИТЦ». В результате проведенных исследований разработаны процессы выделения необходимых фракций, из пылевых отходов кремниевого производства, разработан полный комплект конструкторской и технологической документации, изготовлены и введены в эксплуатацию экспериментальная установка для производства МД2 и попутного извлечения МД1, разработаны и утверждены технические условия на активную минеральную добавку на основе углерода, успешно проведены исследовательские испытания технологии в части получения обоих продуктов.

Согласно экспертному заключению, подготовленному экспертами химического факультета Московского государственного университета им. Ломоносова, эксперты пришли к следующим выводам: Результаты научных исследований попутного получения искомых веществ в целом соответствуют задачам и ходе исследования, отражают результаты проведенных манипуляций, соответствуют требованиям и положениям технического задания. Механизмы флотационного обогащения для получения МД1 в достаточной мере соответствуют научным подходам и методологии исследования, поскольку в случае использования такого обогащения возможно удаление как углеродных примесей, так и щелочных и щелочноземельных элементов, содержащихся в исходном сырье, до остаточных содержаний в соответствии с ТТ к МД1. Термовихревое обогащение эксперты не назвали полностью степени соответствующим научным подходам, поскольку не позволяет удалить CaO, содержащийся в исходном сырье, до уровня в соответствии с ТТ к МД1. Вместе с тем эксперты отвечают, что содержание щелочных элементов в исходном сырье и продукте не нормировано условиями технического задания, а само по себе наличие CaO в продукте обусловлено нестабильным составом сырья. Технология получения МД2 представляется экспертам не полностью соответствующей научным подходам, поскольку не обоснована возможность эффективного отделения углеродных нанотрубок от сажевых наноструктур и графита, а представленные данные в образцах полагают оценочными и требующими дополнительного подтверждения. Вместе с тем эксперты признали возможным получение МД2 с требуемыми ТТ характеристиками при условии предъявления соответствующих требований к сырью с учетом отсутствия требований к сырью по тексту соответствующих договоров. Эксперты критически отнеслись к перспективе использования МД2 для модификации черных металлов, а в частности таких как железо, поскольку структура нанотрубок будет разрушена и положительный эффект не будет достигнут, что, вероятно, произошло в ходе испытаний продукта при добавлении его в чугун (письмо ООО «НПП Технология» от 15.09.2019). Вместе с тем, эксперты отметили обоснованность использования добавки для усиления свойств полимеров. По мнению экспертов, получение добавок МД1 и МД2 с характеристиками, удовлетворяющими ТТ, представляется возможным при условии отсутствия примеси щелочных элементов в используемом сырье и высоком относительном содержании углеродных нанотрубок в сырье. При этом наличие примесей и содержание нанотрубок в сырье обусловлено составом и количеством примесей, вносимых в сырье на этапах производства кремния, что отражено исполнителем в пояснительной записке «Определение параметров технологического режима производства кремния в зависимости от параметров входящего сырья и требуемых свойств наноструктуры в виде шаровидного диоксида кремний и фуллереноподобного углерода (АБСП.02101.101 А02).

Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 апреля 2014 года №  23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части  4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи  170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом вышеуказанные заключения судебной экспертизы оценены, признаны надлежащим доказательством по делу, поскольку содержат выводы по всем поставленным судом вопросам, не допускающие двоякого толкования. Экспертные заключения являются ясными, выводы носят категоричный характер и не являются противоречивыми, какие-либо сомнения в обоснованности заключения экспертов у суда отсутствуют. Полученные результаты и выводы, содержащиеся в экспертных заключениях, основаны на анализе фактических данных и материалов, представленных в распоряжение экспертов. Заключения соответствует требованиям, предъявляемым Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, не вызывают сомнений в объективности экспертов, специальность и квалификация которых подтверждена представленными в материалы дела соответствующими документами.

В ходе судебного разбирательства стороны частично не согласились с выводами экспертов химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ).

Как указывалось ранее, в соответствии с ч. 1 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разрешения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле.

При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту (ч. 1 ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, дополнительной и или повторной экспертизы согласно ст. 82, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу.

Проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 17.07.2014 N 1585-О отметил, что в целях разъяснения и дополнения заключения эксперту могут быть заданы вопросы.

Такой порядок направлен на реализацию принципа равноправия и состязательности при осуществлении судопроизводства (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и предоставляет сторонам равные возможности.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы и в силу ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Так согласно ч. 5 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (ч. 4 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а доводы сторон и представляемые ими доказательства подлежат оценке в ходе судебного разбирательства наряду с другими доказательствами.

В рассматриваемом случае, круг вопросов, поставленных перед экспертами, направлен на установление обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Арбитражный суд предоставил право сторонам поставить перед экспертами дополнительные вопросы и указать на соответствующие замечания.

Лицами, участвующими в деле, соответствующие вопросы представлены, экспертами химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (МГУ) в материалы дела представлены письменные пояснения, в судебном заседании экспертами даны пояснения на поставленные вопросы.

Так, в частности эксперты в письменных пояснениях указали, что требования к составу сырья для производства кремния сформулированы в лабораторном регламенте «Определение параметров технологического режима производства кремния в зависимости от параметров входящего сырья и требуемых свойств наноструктуры в виде шаровидного диоксида кремния и фуллереноподобного углерода (ТО 1.1)» АБСП.02101.101.ЛР. Для производства продуктов МД1 и МД2 используются отходы производства кремния, эти отходы являются сырьем для производства продуктов МД1 и МД2. В результате исследования проведенного ООО«ЛидерСиб» установлено что в отходах производства кремния - сырья для производства продуктов МД1 и МД2, далее цитата: «УНТ экспериментально обнаружены. Количество их неизвестно». Использованная формулировка допускает любое содержание углеродных нанотрубок в отходах. В то же время в отчетной документации отсутствуют какие-либо требования к составу отходов кремниевого производства. Таким образом считается, что при любом составе отхода кремниевого производства этот отход может являться сырьем для производства продуктов МД1 и МД2 и дополнительных требований к составу отхода кремниевого производства не предъявляется для производства этих продуктов.

Согласно “Положению о технологических регламентах производства продукции на предприятиях химического комплекса” в состав технологического регламента должна входить характеристика исходного сырья, материалов, полупродуктов и энергоресурсов, содержащая в том числе регламентируемые показатели сырья. Очевидно, что при наличии зависимости показателей качества продукции от состава сырья (установленной ФГБОУ ВО «ИрНИТУ»), указание требований к исходному сырью для получения добавок МД1 и МД2 с характеристиками, удовлетворяющими требованиям технического задания к договору, является целесообразным. С точки зрения экспертов, именно указание требований к составу отхода производства кремния позволило бы наиболее правильным образом регламентировать характеристики входного сырья.

По мнению экспертов, на основании имеющихся данных однозначное соответствие или несоответствие результатов НИОКР требованиям технического задания не может быть установлено. В дополнение к ранее изложенному следует отметить, что представленная программа и методики исследования МД2 (АБСП.01101.001.ПМ.2 документ 5.525 в составе комплекта отчетной документации) не содержит методики расчета концентрации углеродных нанотрубок в общей массе наночастиц. С учетом отсутствия в составе представленной документации материалов, подтверждающих достижение концентрации углеродных нанотрубок в концентратах МД2 в 60% (Протокол испытания по п. № 4 программы и методики исследовательских испытаний АБСП.01101.001.ПМ.2 № 2 от 7 ноября 2018 г), а также несоответствия представленных микрофотографий сканирующей электронной микроскопии представлениям экспертов об образцах, содержащих ~60% углеродных нанотрубок, на основании анализа документов, без проведения независимых испытаний продукта МД2, например, методом просвечивающей электронной микроскопии с рентгеноспектральным микроанализом и последующей статистически значимой обработкой микрофотографий и рентгеновских спектров. Данные исследования, по мнению экспертов, позволят установить наличие нанотрубок в образцах и однозначно судить о степени соответствия результатов НИОКР техническому заданию.

Оценив в совокупности, имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая результаты экспертных заключений, суд счел доказанным выполнение ответчиком работ в соответствии с установленными в договоре и техническом задании требованиям, учитывая при этом характер результата работ по договору на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ.

Выявленные экспертами несоответствия, не снижают практическую значимость работы, поскольку как указали эксперты, получение МД2 с требуемыми ТТ характеристиками возможно при условии предъявления соответствующих требований к сырью, учитывая тот факт, что заключенный между сторонами договор а также приложения к нему, не содержат каких-либо требований к исходному сырью. Эксперты также отметили обоснованность использования ответчиком углеродных нанотрубок (МД-2) для применения для армирования полимерных изделий, так как в случае контакта углеродных нанотрубок с полимерами достигается высокая степень адгезии. При формировании такого композитного материала структура углеродных трубок сохраняется и введение продуктов, аналогичных МД2 по химическому составу, оказывает существенное положительное влияние на механические свойства полимерного композита. По мнению экспертов, получение добавок МД1 и МД2 с характеристиками, удовлетворяющими условиям договора, представляется возможным при условии отсутствия примеси щелочных элементов в используемом сырье и высоком относительном содержании углеродных нанотрубок в сырье. При этом наличие примесей и содержание нанотрубок в сырье обусловлено составом и количеством примесей, вносимых в сырье на этапах производства кремния.

Для взыскания понесенных убытков истец в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должен представить доказательства, подтверждающие: а) нарушение ответчиком принятых по договору обязательств; б) причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств; в) размер убытков (реальных и упущенной выгоды), возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств.

Как указывалось ранее, в вину ответчику вменяется истцом тот факт, что истец был введен ответчиком в заблуждение и не был проинформирован о том, что технологии получения продуктов МД1 и МД2 не разработаны и невозможно выполнить требования технического задания к договору на начальных этапах (с 1 по 4 этапы), работы пятого и шестого этапов не должны были выполняться и, как следствие, оплачиваться.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, судом не установлено виновных действия ответчика в части введения истца в заблуждение относительно того, что технологии получения продуктов МД1 и МД2 не могут быть разработаны и невозможно выполнить требования технического задания к договору, в связи со следующим.

Как установлено судом, между Минобрнауки России и ООО «РУСАЛ ИТЦ» было заключено соглашение от 01.12.2015 № 075-11-2018-033 (02.О25.31.0174) об условиях предоставления и использования субсидии на реализацию комплексного проекта по созданию высокотехнологичного производства, выполняемого с участием ФГБОУ ВО «ИРНИТУ». Головным исполнителем являлось ФГБОУ ВО «ИРНИТУ», соисполнителем - ФГБУН «ИЗК СО РАН». Организацией, осуществляющей мониторинг качества выполнения работ по проекту, выступал Региональный фонд научно-технического развития Санкт-Петербурга (РФ НТР СПБ).

По условиям соглашения истец обязался ежегодно до 15 июля текущего года и 20 января следующего года представлять Минобрнауки России отчет о выполненных работах по реализации комплексного проекта по созданию высокотехнологичного производства; отчет о достигнутых значениях показателей результативности реализации комплексного проекта по созданию высокотехнологичного производства.

Как следует из материалов дела и не отрицается истцом, в установленные соглашением сроки, ООО «РУСАЛ ИТЦ» передавались Минобрнауки России соответствующие сведения. Как следует из представленных истцом копий экспертных заключений от 29.05.2018 (период исполнения этапа 16.07.2017 – 31.12.2017), от 23.04.2017 (период исполнения этапа 01.07.2016 – 31.12.2016), экспертом при оценке работ по этапам 2 и 4, сделан вывод о том, рекомендовано принять работы без замечаний.

Согласно отзыву Минобрнауки России, третьим лицом подтвержден также факт выполнения ответчиком работ в полном объеме, получен результат в виде разработанной технологии, а ее эффективность признана по результатам проведенной экспертизы.

Кроме того, как следует из материалов дела, на протяжении 2018 года при участии специалистов истца и ответчика проходили комиссионные исследовательские испытания проверки соответствия объекта испытания требованиям техническим требованиям на базе производственной площадки ФГБОУ ВО «ИРНИТУ».

Так, протоколами испытаний, подтверждаться следующие обстоятельства.

- Протоколом № 1 испытаний по пункту № 4 от 12.03.2018 установлено, что экспериментальная установка не позволяет получить продукты МД1 и МД2, соответствующим техническим требованиям. Указано, что в данной модификации экспериментальная установка не позволяет оценить возможность масштабирования технологии в части получения концентрата МД2 и приступить к разработке состава и технических характеристик технологической линии по производству концентрата МД2. Необходимо произвести доработку экспериментальной установки с целью непрерывной отработки ТП2 в части получения концентрата МД2.

Вывод: объект испытания не выдержал испытание по пункту № 4 Программы и методики АБСП.01101.001.ПМ.2. Объект испытания требует доработки для устранения выявленных замечаний и рекомендаций.

- Протоколом № 1 испытаний по пункту № 4 от 29.06.2018 установлено, что объект испытаний не позволяет получать МД1 в соответствии с требованиями технических требований. Объект испытаний не позволяет оценить возможность масштабировать технологии ТП2 в части получения концентрата МД1 и приступить в разработке состава и технических характеристик технологической линии по производству концентрата МД1 по пункту 9.2.2.2.1 ТТ, так как в готовом продукте присутствует остаточное содержание углерода. Необходимо увеличить время нахождения материала в зоне реакции посредством увеличения длины реактора.

Вывод: объект испытания не выдержал испытание по пункту № 4 Программы и методики АБСП.01101.001.ПМ.1. Необходимо увеличить длину реактора для исключения возможности неполного окисления углерода в высокотемпературном газопылевом потоке. Полученный результат не позволяет произвести корректировку ТЭО проекта для строительства цеха по производству концентрата МД1 в части технико-экономических параметров технологической линии по производству концентрата МД1, а также разработать ПДС.

- Протоколом № 2 испытания по пункту № 4 от 07.11.2018 установлено, что при масштабировании технологии ТП2 в части получения концентрата МД2 и разработки состава и технических характеристик технологической линии по производству концентрата МД2 по п. 9.2.2.2.2 ТТ необходимо предусмотреть использование коррозийностойких материалов для производства технологической линии. Данная необходимость вызвана возможность загрязнения МД1 и МД2 различными примесями, а также преждевременным износом технологических агрегатов технологической линии по производству концентрата МД2.

Вывод: объект испытаний выдержал испытание по пункту № 4 Программы и методики АБСП.01101.001.ПМ.2.

- Протоколом № 2 испытания по пункту № 4 от 08.11.2018 установлено отсутствие замечаний и рекомендаций, указано, что при разработке технологической линии по производству обогащенного концентрата МД1 зона реактора должна быть не менее 12 метров с внутренним диаметром 219 мм.

Вывод: уточнение состава и технических характеристик технологической линии по производству обогащенного концентрата МД1 приведено в п. 8. Объект испытания выдержал испытание по пункту № 4 Программы и методики АБСП.01101.001.ПМ.1.

Указанные документы подписаны руководителями проекта со стороны ООО «РУСАЛ ИТЦ» ФИО8, менеджера проекта ДРАиКП ДпТиТРАП ООО «РУСАЛ ИТЦ» ФИО9, директора департамента химических технологий, легирующих и армирующих добавок ИЛМиТ ОК РУСАЛ ФИО10

Указанные документы свидетельствуют о том, что специалисты истца под контролем ответчика на протяжении длительного периода времени проводили доработку разработанной технологии.

Об осведомленности истца, о результатах проведенной ответчиком разработанной технологии свидетельствует также, переписка сторон, представленная в материалы дела, которая ввелась в период действия договора и исполнения ответчиком обязательств по разработке технологии (2016 – 2020 г.г.).

По мнению суда, вышеуказанные протоколы испытаний и переписка сторон опровергает доводы истца о том, что ответчик, вводил в заблуждение истца относительно возможного достижения результата работ. При этом, истцом не заявлялось о каких-либо недостатках работ, в том числе выполненных исполнителем по спорным этапам работ договора и фактически принятых и оплаченных заказчиком.

В ходе судебного разбирательства ответчиком было заявлено о злоупотреблении истцом своими правами при предъявлении настоящего иска.

Указанный довод подлежит отклонению, как неподтвержденный материалами дела.

Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены пределы осуществления гражданских прав и закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу этого принципа недозволенными (неправомерными). Эти действия признаются злоупотреблением правом.

Под злоупотреблением правом следует понимать осуществление гражданами и юридическими лицами своих прав с причинением (прямо или косвенно) вреда другим лицам. Злоупотребление связано не с содержанием права, а с его осуществлением, так как при злоупотреблении правом лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом.

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом.

Как следует из статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика.

Последствием злоупотребления правом является утрата материального права на судебную защиту субъективного гражданского права. Отказ в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что при разрешении споров отказ на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом, в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам.

По смыслу пунктов 1, 5 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Между тем, материалами дела не подтверждается наличие у истца при обращении в суд с рассматриваемым иском соответствующего умысла.

Исходя из смысла указанных норм, предусмотренное ими злоупотребление возможно лишь в отношении материального гражданского права.

При этом ответчиком не представлено доказательств наличия признаков злоупотребления правом в действиях истца, заключающихся в подаче иска о взыскании убытков.

Предъявление иска является реализацией процессуального права истца (права на иск в процессуальном смысле), злоупотребление указанным процессуальным правом исключено (ст. 41 АПК РФ).

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом выводов судебной экспертизы, вина ответчика и противоправность его действий не установлены, истцом не доказано, руководствуясь положениями статей 15, 393, 769, 773, 777 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд приходит к выводу о недоказанности наличия совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения убытков.

Вследствие чего, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Государственная пошлина за рассмотрение настоящего иска составила 200 000 руб.

Истцом уплачена государственная пошлина в размере 200 000 руб. платежным поручением от 11.08.2020 № 3756.

Учитывая результат рассмотрения дела, издержки истца по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на ООО "Объединенная Компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр".

В соответствии со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Как следует из материалов дела, истцом на депозитный счет арбитражного суда платежным поручением от 12.11.2020 № 5751 внесены денежные средства в размере 600 000 руб.

Ответчиком платежным поручением от 06.10.2021 № 815760 внесены на депозитный счет суда денежные средства в размере 600 000 руб.

Согласно определению суда о назначении по делу судебной экспертизы и выставленных счетов экспертных учреждений, стоимость проведения судебной экспертизы составила 900 000 руб.

В соответствии со статьёй 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, денежные суммы, причитающиеся экспертам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей.

С учетом изложенного, а также учитывая результат рассмотрения дела, экспертам полежат выплате 900 000 руб., из которых 600 000 руб. за счёт денежных средств, поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края от истца по платежному поручению от 12.11.2020 № 5751, 300 000 руб. за счёт денежных средств, поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края от ответчика по платежному поручению от 06.10.2021 № 815760. Оставшиеся 300 000 руб. подлежат возврату ответчику с депозитного счета Арбитражного суда Красноярского края.

Таким образом, с учетом положений статей 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию судебные издержки на оплату судебной экспертизы в размере 300 000 руб.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Объединенная Компания РУСАЛ Инженерно-технологический центр" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Иркутский национальный исследовательский технический университет" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 300 000 руб. судебных расходов на оплату судебной экспертизы.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

О.А. Бахрамова