ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. / факс 8 (8692) 54-74-95

 http://www.21aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-18670/2017

27 апреля  2021 года

город Севастополь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2021 года.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Вахитова Р.С., судей Калашниковой К.Г., Зарубина А.В.,  при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО «Лобаново-Агро» ФИО2, ООО «Стройформат» на определение Арбитражного суда Республики Крым от 16.12.2020 по делу № А83-18670/2017 (судья Белоус М.А.), принятое по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Лобаново-Агро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела несостоятельности (банкротстве) ООО «Лобаново-Агро» следующих лиц:

- ФИО3 (143396, 

<

...>), 

- ФИО4 (143180 , 

<

...>),

- ФИО5 (105005, 

<

...>),

- ФИО6 (350000 

<

...>),

- ФИО7 (297000 Республика Крым, 

<

...> Октября, д. 89),

-ФИО8 (369386 

<

...>),

- ФИО9 (109219 

<

...>),

- ФИО10 (117624, 

<

...>),

- ФИО11 (446294 

<

...>), 

- ФИО12 (390035 

<

...> общ),

- ФИО15 (353983, Краснодарский край, г. Новороссийск, 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО15 – ФИО13, представитель действует на основании доверенности № 23 АА 9683414 от 04.07.2020;

от ФИО12, ФИО11 – ФИО14, представитель по доверенности № 82 АА 2149033 от 13.10.2020;

от ФИО10 – ФИО14, представитель по доверенности № 77 АГ 3528924 от 14.10.2020.

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, 

установил:

В производстве Арбитражного суда Республики Крым находится дело о банкротстве Общества с ограниченной ответственностью «Лобаново-Агро», возбужденное определением от 20.11.2017.

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 09.06.2018 года должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, то есть до 04.12.2018 года. Конкурсным управляющим Общества с ограниченной ответственностью «Лобаново-Агро» утвержден арбитражный управляющий ФИО2 (ИНН 

<

***>, 109451, 

<

...>), являющийся членом Некоммерческого партнерства Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «РАЗВИТИЕ».

Сообщение конкурсного управляющего о признании ООО «Лобаново-Агро» банкротом и об открытии конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 103, на бумажном носителе 16.06.2018.

Определением Арбитражного суда от срок конкурсного производства в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Лобаново-Агро» на шесть месяцев, то есть до 04.12.2020.

16.07.2019 года в адрес суда от конкурсного управляющего ФИО2 поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 16.12.2020 суд отказал в удовлетворении заявления. Суд, отклоняя доводы конкурсного управляющего о привлечении указанных им лиц к субсидиарной ответственности,  пришел к следующим выводам:

- ФИО15 по объективным, не зависящим от его волеизъявления, обстоятельствам, не смог передать ФИО16 документы финансовой хозяйственной деятельности должника. В период нахождения ФИО15 в должности руководителя деятельность должником не велась, соответственно действия ФИО15 не могли повлиять на финансовое состояние должника и не являются следствием объективного банкротства. Также ФИО15 фактически частично передана документация, находящаяся у него в наличии; 

- ФИО12 являлся директором ООО «Лобаново-Агро» с 28.09.2017, полномочия которого прекращены 18.12.2017. Доказательств того, что им не исполнена обязанность по передаче документов конкурсному управляющему не представлено. Каких-либо сделок, которые причинили вред правам кредиторам, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закон, не совершены, доказательства обратного отсутствуют. Конкурсным управляющим не указана дата, в соответствии с которой у ФИО12 наступила обязанность по подаче заявления о несостоятельности;

- в отношении руководителя должника ФИО8, который являлся руководителем ООО «Лобаново-Агро» согласно листу записи от 03.07.2015 и полномочия которого прекращены 28.09.2017, суд не нашел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку из представленных конкурсным управляющим суду документов, не усматривается точная дата возникновения признаков несостоятельности и, как следствие обязанности ФИО8 для подачи заявления о банкротстве. Причинно-следственная связь между неподачей заявления о банкротстве должника по состоянию на 01.05.2014 и возникшей впоследствии кредиторской задолженностью заявителем не доказана. Конкурсным управляющим не указан перечень кредиторов, перед которыми возникли неисполненные обязательства ООО «Лобаново-Агро»и, как следствие признаки неплатежеспособности должника в период руководства ФИО8;

- руководитель ООО «Лобаново Агро» ФИО7, который был назначен на должность с 20.03.2015 и  полномочия которого были прекращены 03.07.2015, не может быть привлечен к ответственности, поскольку, несмотря на то, что в период руководства ФИО7 был подписан договор поручительства № 02/03/2015-П 3 от 23.03.2015  между ООО «Лобаново-Агро» и ПАО «АделантБанк» в обеспечение кредитных обязательств ПАО «Крымская продовольственная компания», конкурсным управляющим не приведены аргументы и доказательства, что данная сделка являлась убыточной для должника и  привела к объективному банкротству. Также конкурсный управляющий не привел точной даты, с которой указанное лицо согласно данным бухгалтерского учета  должно было установить признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества должника и обратиться в суд;

- конкурсный управляющий не обосновал и не доказал основания, по которым руководитель ООО «Лобаново-Агро» ФИО6 (с 19.03.2015, учредитель должника с 10.10.2017), полномочия которого прекращены в связи с назначением руководителем ФИО7 (20.03.2015), должен быть привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;

- в отношении учредителей ООО «Лобаново-Агро» судом не установлены основания для их привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку конкурсным управляющим не доказана совокупность условий, необходимой для привлечения учредителей к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом суд указал, что положения Закона о банкротстве в части субсидиарной ответственности по основаниям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции Закона 73-ФЗ) не предусматривали ответственности учредителей за неподачу заявления о банкротстве, в отличие от ныне действующей редакции Закона (изменения введены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Не согласившись с указанным определением, конкурсный управляющий ООО «Лобаново-Агро» ФИО2 и  ООО «Стройформат» подали на него апелляционные жалобы, в которых просят определение отменить и удовлетворить заявление. 

Доводы конкурсного управляющего сводятся к следующему:

- В соответствии с п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии такого обстоятельств как документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют  или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

- ФИО15 не были переданы документы первичного бухгалтерского учета, документы по личному составу работников и бывших работников должника, а также финансово-хозяйственная документация, отражающая финансовое состояние должника. Сама по себе не передача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. ФИО15 не предпринял исчерпывающих мер по розыску, выявлению истребованию и восстановлению документов ООО «Лобаново-Агро». Смерть ФИО17 не освобождает ФИО15 от ответственности, обязанность по обеспечению сохранности документов Общества лежит на единоличном исполнительном органе Общества в силу закона и риск наступления неблагоприятных последствий в связи с передачей документов Общества третьему лицу несет в любом случае единоличный исполнительный орган Общества. Исчезновение документов, в том числе программ 1C не является безусловным основанием для освобождения ФИО15 от ответственности. Суду первой инстанции не представлено доказательств того, что ФИО15 предпринял исчерпывающие меры по восстановлению документов, указанных в докладной ФИО18 от 06 12.2017.

- Правовое значение имеет фактическое отсутствие документов бухгалтерского учета и отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых была возложена в том числе и на ФИО12 в период исполнения им обязанностей генерального директора ООО «Лобаново-Агро». В случае отсутствия документов бухгалтерского учета и отчетности, ФИО12, будучи добросовестным и разумным руководителем, обязан был совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом. То же самое касается и бывших руководителей ООО «Лобаново-Агро»: ФИО8 (лист записи от 03.07.2015г., ГРН № 2159102383658), ФИО7 (лист записи от 20.03.2015г., ГРН№ 59102209682).

- Действия бывших руководителей должника не являлись добросовестными, разумными, совершались лишь для вида, как итог привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.  Конкурсному управляющему не переданы первичные документы в отношении запасов на сумму 32 405 тыс. руб., не переданы первичные документы на основные средства должника, отраженные в качестве активов в размере 485 тыс. руб., не переданы первичные документы в отношении дебиторской задолженности, подтверждающие права требований к третьим лицам на сумму 5 929 тыс руб., не переданы документы по личному составу работников и бывших работников должника при том, что их требования по заработной плате включены во вторую очередь реестра кредиторов должника. Ввиду непередачи контролирующими должника лицами документов первичного бухгалтерского учета документы по личному составу работников и бывших работников должника, финансово-хозяйственной документации, отражающей финансовое состояние должника, они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности солидарно.

ООО «Стройформат» в обоснование своей жалобы ссылается на то, что датой возникновения признаков несостоятельности и как следствие обязанности для подачи заявления о банкротстве является 01.02.2015. Указанное, по его мнению, следует из того, что в ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов были включены следующее требования:

- Министерства имущественных и земельных отношений Республики Крым по арендной плате в размере 772 514,82 руб., как установлено судом в определении от 05 сентября 2018 г. неисполнение обязательств датирована 31.12.2014;

- Администрации Лобановского сельского поселения Джанкойского района Республики Крым по арендной плате в размере 1 419 259,02 руб., как установлено судом в определении от 17.09.2018  неисполнение обязательств по 46 договорам датирована с 2014 по 2017 гг.;

- ООО «Крымская продовольственная компания» по договору займа в размере 1 075 000,00 руб., как установлено судом в определении от 17.09.2018  неисполнение обязательств датирована 2014 г.;

- ФИО19 по договору аренды в сумме 38 432,54 руб., дата возникновения - 31.12.2014, включено в реестр определением суда от 01 августа 2018 г.

Также ООО «Стройформат» указывает на непередачу  бывшими руководителями должника документы по бухгалтерскому учету и отчетности, ввиду чего затруднено проведение процедур банкротства должника.

Определениями Двадцать первого арбитражного апелляционного суда апелляционные жалобы приняты к производству Двадцать первого арбитражного апелляционного суда и назначены к рассмотрению в судебном заседании на 09.03.2021, которое было отложено на 20.04.2021.

От ФИО7 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором он выразил несогласие с доводами апелляционных жалоб в отношении него, просил оставить без изменения определение суда первой инстанции. Указал, что ФИО7, будучи руководителем ООО «Лобаново-Агро», выступал номинальным подписантом договора поручительства по кредитному договору 

<

***> от 23.03.2015г. между ООО «Лобаново-Агро» и ПАО «Аделтбанк» в обеспечение исполнения кредитных обязательств ПАО «Крымская Продовольственная Компания». ФИО7 не имел возможности после своего увольнения с июля мемсяца 2015 года повлиять на возникшие правоотношения между ООО «Лобаново-Агро», ПАО «Аделтбанк» и ПАО «Крымская Продовольственная Компания», так как не имел физического доступа к каким-либо документа предприятия. О наличии долговых обязательств ООО «Лобаново-Агро» ФИО7 узнал на стадии привлечения его к процессу. Просил дело рассматривать в его отсутствие.

От ФИО15 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором он выразил несогласие с их доводами.  Указал на объективное отсутствие у него возможности передать документы конкурсному управляющему, поскольку они не были переданы ему предыдущим руководителем. Отмечает, что он предпринимал меры по восстановлению документации должника и имеющиеся у него документы передал конкурсному управляющему. Указал, что в период осуществления им полномочий должник деятельность фактически не вел, потому деятельность ФИО15 не могла повлиять на финансовое состояние должника и его невозможность погасить требования кредиторов. Указал, что на момент покупки им 100 % доли в уставе Общества продавцы гарантировали, что Общество не отвечает признакам банкротства и не имеет задолженности пред третьими лицами. Отмечает, что активы, отраженные в бухгалтерской документации, фактически переданы конкурсному управляющему. 

В судебное заседание лица, участвующие в деле, за исключением представителей ФИО15, ФИО12, ФИО11 и ФИО10 не явились. От конкурсного управляющего ранее поступало ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания путем направления им копий определений о принятии апелляционных жалоб к производству, а также путем размещение текстов указанных определений и определения об отложении судебного разбирательства на официальном сайте Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет (http://21aas.arbitr.ru/), в соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу при имеющейся явке.

Представители ФИО15, ФИО12, ФИО11 и ФИО10 в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Апелляционная коллегия, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, пришла к выводу об отсутствии оснований для ее удовлетворения ввиду следующего. 

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В силу пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. 

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

То есть необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника. 

В соответствии с п.п. 1, 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

С 20.11.2014 руководителями и участниками должника являлись (л.д. 41-148 т.2):

1) учредитель должника - ФИО3 (лист записи от 15.09.2014, ГРН 149102042242);

2) учредитель должника - ФИО4 ИНН 

<

***>, ФИО5 ИНН 

<

***>, руководитель должника -ФИО6 ИНН 

<

***> (лист записи от 19.03.2015 и ГРН 2159102209308);

3) руководитель должника - ФИО7 (лист записи от 20.03.2015, ГРН 59102209682);

4) руководитель должника - ФИО8 (лист записи от 03.07.2015, ГРН 2159102383658);

5) учредитель должника - ФИО9 (ИНН 

<

***>, лист записи от 21.10.2016г., ГРН 2169102544543);

6) учредители должника - ФИО10 ИНН 

<

***>, ФИО11 ИНН 

<

***> (лист записи от 16.06.2017, ГРН2179102218865);

7) руководитель должника - ФИО12 (лист записи от 28.09.2017,ГРН 2179102326016);

8) учредитель должника - ФИО6 (ИНН 

<

***>, лист записи от 10.10.2017,  ГРН 2179102336642);

9) руководитель должника - ФИО15 (ИНН 

<

***>, лист записи от 18.12.2017, ГРН2179102405744);

Таким образом, ответчики являются лицами, контролировавшими должника. 

Коллегия судей суда апелляционной инстанции отклоняет доводы апеллянтов о наличии оснований для привлечения перечисленных лиц к субсидиарной ответственности ввиду несоблюдения ими обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Согласно части 1 статьи 61.12 Закона № 127-ФЗ неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В пунктах 1, 2 статьи 9 настоящего Федерального закона указывается на обязанность руководителя должника в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств, обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: 

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной  статьей 61.12 Закона № 127-ФЗ, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Относительно периода возникновения у контролирующих должника лиц обязанности по обращению в суд  коллегия судей исходит из следующего.

Для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 13 названного Постановления при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве, решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Согласно пункту 18 названного Постановления контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско- правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

Конкурсный управляющий в отношении никого из перечисленных им лиц не установил и не доказал конкретную дату, с которой, по его мнению такое лицо должно было обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника (момент возникновения одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона), не установил лиц (кредиторов) и не доказал объем обязательств должника перед такими лицами, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Довод ООО «Стройформат» о том, что датой возникновения признаков несостоятельности и как следствие обязанности для подачи заявления о банкротстве является 01.02.2015, коллегия судей отклоняет.

Апеллянт указывает, что данная дата, по его мнению, определяется исходя из того, что в ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов были включены следующее требования: 

- Министерства имущественных и земельных отношений Республики Крым по арендной плате в размере 772 514,82 руб., как установлено судом в определении от 05 сентября 2018 г. неисполнение обязательств датирована 31.12.2014;

- Администрации Лобановского сельского поселения Джанкойского района Республики Крым по арендной плате в размере 1 419 259,02 руб., как установлено судом в определении от 17.09.2018  неисполнение обязательств по 46 договорам датирована с 2014 по 2017 гг.;

- ООО «Крымская продовольственная компания» по договору займа в размере 1 075 000,00 руб., как установлено судом в определении от 17.09.2018  неисполнение обязательств датирована 2014 г.;

- ФИО19 по договору аренды в сумме 38 432,54 руб., дата возникновения - 31.12.2014, включено в реестр определением суда от 01 августа 2018 г.

Коллегия относительно указанного отмечает, что как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» само по себе наличие признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. При этом, как следует из пункта 4 Постановления № 53, под объективным банкротом понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Поэтому само по себе наличие по состоянию на  01.02.0215 (дату, указанную апеллянтом) задолженности у должника перед несколькими кредиторами не может свидетельствовать о наступлении обязанности у действовавшего на тот момент руководителя подать заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).

При этом апеллянт не доказал, что на указанную им дату имело место превышение размера кредиторской задолженности над размером активов должника. 

Коллегия судей констатирует, что из представленных в рамках обособленного спора материалов невозможно точно установить дату наступления объективного банкротства должника. 

При недоказанности точной календарной даты возникновения у контролирующих лиц обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом, является недоказанным и факт того, что обязательства, указанные конкурсным управляющим в расчете размера субсидиарной ответственности, возникли позднее срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве, а соответственно является недоказанным совершение неправомерных действий контролирующими должника лицами, по не обращению в суд. 

При этом коллегия отмечает, что ФИО3 являлся учредителем с 15.09.2014, с 19.03.2015 учредителями должника являлись ФИО4 и ФИО5, ФИО9 был учредителем должника с 21.10.2016, ФИО10 и ФИО11 являлись учредителями ООО «Лобаново-Агро» с 16.06.2017. С 10.10.2017 учредителем ООО «Лобаново-Агро» являлся ФИО6. Также участником должника одновременно с ФИО6 являлось ООО «Крымская продовольственная компания», владевшее 45% доли (конкурсный управляющий не заявляет о привлечении его к субсидиарной ответственности), а с 18.12.2017 единственным учредителем должника являлся ФИО15, являвшейся одновременно руководителем должника.

Положения Закона о банкротстве касаемо субсидиарной ответственности по основаниям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции Закона 73-ФЗ) не предусматривали ответственности учредителей за неподачу заявления о банкротстве, в отличие от ныне действующей редакции Закона (изменения внесены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступил в силу 30.07.2017). Так Положения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей в период участия в Обществе ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО10, ФИО11) предусматривали возможность наступления субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за совершение действий, приведших должника к несостоятельности (банкротству) (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве) и неисполнение  руководителем должника обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве). 

Таким образом, обязанность у учредителей должника, входивших в состав Общества до 30.07.2017, обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве  Законом о банкротстве, в редакции, действовавшей на тот момент не была предусмотрена.

В отношении учредителя ФИО6 коллегия судей не усматривает оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности ввиду недоказанности конкурсным управляющим совокупность условий, необходимой для привлечения учредителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В силу статьи 15 ГК РФ для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

В абзаце 2 пункта 3 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 № 144 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ" указано, что из абзаца 3 пункта 1 статьи 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью следует, что участник имеет право требовать любые имеющиеся у общества документы, которые связаны с деятельностью этого общества. Вместе с тем для привлечения к ответственности учредителя необходимо установить факт его безусловной осведомленности о неплатежеспособности должника, бездействие в условиях кризиса и совершение действий направленных на усугубление возникшей ситуации (совершение невыгодных сделок, либо дача указаний об их совершении). 

Таких доказательств конкурсный управляющий не представил.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности учредителей должника: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9,  ФИО10, ФИО11, а также ФИО6.

В отношении ссылки апеллянтов на то, что в период руководства ФИО7 должником был подписан договор поручительства № 02/03/2015-П от 23.03.2015 между ООО «Лобаново-Агро» и ПАО «АделантБанк» в обеспечение кредитных обязательств ПАО «Крымская продовольственная компания», коллегия исходит из следующего.

Подпунктом 1  пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если доказано обстоятельство того, что причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61 2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо либо косвенно, для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения. 

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. 

Статьей 421 ГК РФ установлено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ). Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. (п. 1 Пленума ВАС РФ № 62). 

Согласно пункту 56 Постановления № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию неправомерных действий (бездействия) по совершению и одобрению контролирующим лицом сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. 

Однако перечисленных выше доказательств ни конкурсным управляющим, ни апеллянтом ООО «Стройформат» не представлено. Доказательства, что действия по заключению непосредственно указанной сделки  повлекли невозможность исполнения должником своих обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно не  признал наличие оснований, указанных в  подпункте 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности. 

Следует учесть, что  к действиям контролирующих лиц, приведшим к банкротству должника, относят действия по сокрытию реальной выручки и снижению налогооблагаемого дохода, принятие обременительных долговых обязательств, вывод активов, искусственное создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов и др. Из материалов дела не следует и не доказано управляющим, что ответчики  совершали приведенные действия.

Для возложения на привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц по обязательствам предприятия, признанного несостоятельным (банкротом), не доказаны обстоятельства  того, что эти лица давали указания, прямо или косвенно направленные на доведение предприятия до банкротства, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) предприятия.

Наступление для юридического лица негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Относительно доводов апеллянтов о непередаче документов конкурсному управляющему, коллегия исходит из следующего.

Подпунктами  2 и 4 п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве предусмотрено, что  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной масс;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной, администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В качестве доказательств конкурсный управляющий ссылается на решение Арбитражного суда Республики Крым от 14.06.2018г. по делу № А83-18670/2017, которым суд обязал бывшего руководителя должника в течение трех дней обеспечить передачу конкурсному управляющему бухгалтерской, иной документаций, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 09.04.2018 по делу № 83-18670/2017 суд истребовал у ФИО15 документы в отношении деятельности ООО «Лобаново-Агро» и обязал его передать указанные документы временному управляющему ФИО2 

Бывшим  руководителем должника ФИО15 17.07.2018 была осуществлена передача части документов должника. Однако, в соответствии с актом приема-передачи документации ООО «Лобаново-Агро» от 17.07.2018, в адрес конкурсного управляющего не были переданы документы первичного бухгалтерского учета, документы по личному составу работников и бывших работников должника, а также финансово-хозяйственная документация, отражающая финансовое состояние должника.

Согласно последней представленной ФИО15 в налоговый орган бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2016 г., у ООО «Лобаново-Агро» имеется следующее имущество: 485 тыс. руб. - основные средства, 32 405 тыс. руб. – запасы, 5 929  тыс. руб. - дебиторская задолженность. Всего: 38 819 тыс. руб.

Конкурсный управляющий указывает, что из анализа выявленного имущество усматривается, что генеральным директором ООО «Лобаново-Агро» ФИО15 не переданы конкурсному управляющему ФИО2 документы в отношении дебиторской задолженности, подтверждающие права требований к третьим лицам на сумму 5 929 тыс. руб., сведения о запасах на сумму 32 405 тыс. руб. Также ФИО15 не раскрыл информацию о принадлежности ООО «Лобаново-Агро» не подлежащих обязательной государственной регистрации основных средствах в составе отраженных активов в размере 485 тыс. руб. Данные действия ФИО15 являются препятствием для выявления и формирования конкурсной массы должника, за счет которой возможно погашение требований кредиторов должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

О том, что при рассмотрении вопросов связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» указано также в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»

В пункте 10 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ также установлено, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Коллегия судей соглашается с доводами ФИО15 об отсутствии его вины в невозможности в полной мере передать документы конкурсному управляющему и невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, 18.12.2017 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Лобаново-Агро» внесена запись о смене единолично исполнительного органа на ФИО15 

19.12.2017 между ФИО15 и ФИО6 (Продавец 1), ООО «Крымская продовольственная компания» (Продавец 2), был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Лобаново-Агро», в соответствии с которым ФИО15 приобрел 100 % доли в уставном капитале ООО «Лобаново- Агро». (л.д. 48-52 т. 3). Согласно п. 3.6, 3.10, 3.12, 3.16 Договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Лобаново-Агро» от 19.12.2017. Продавцы гарантировали, что на момент нотариального удостоверения настоящего Договора ООО «Лобаново-Агро» не обладает признаками несостоятельности (банкротства), в отношении Общества не начаты процедуры банкротства, ликвидации или реорганизации; задолженность Общества по налогам, сборам и обязательным платежам, перед кредиторами, перед работниками отсутствует. 26.02.2018 в ЕГРЮЛ ООО «Лобаново-Агро» внесена запись о смене участника Общества на ФИО15

Таким образом, на дату вступления ФИО15 в должность и дату заключения договора купли-продажи доли ФИО15 не было известно о введении в отношении ООО «Лобаново-Агро» процедуры наблюдения.

19.12.2017 ФИО15 была выдана доверенность на имя ФИО17, как на заместителя генерального директора, с целью проведения инвентаризации имущества, получения финансово-хозяйственных документов общества и установления возможных фактов отчуждения имущества, (л.д. 55 т. 3).

Предыдущим директором ООО «Лобаново-Агро» являлся ФИО12 с 28.09.2017 г., что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 22.11.2017 г. (т. 2 л.д. 4-13). ФИО12 уволился до того момента, как ФИО15 стал руководителем предприятия.

Доказательства передачи ФИО12 документов в отношении деятельности Общества, а также его имущества  ФИО15 отсутствуют.

Как указывает ФИО15, печать и штамп ООО «Лобаново-Агро», ключи от кабинетов и часть документации были получены ФИО15 у бывшего бухгалтера ООО «Лобаново-Агро» ФИО20

ФИО18 также пояснила, что 06.12.2017  она обнаружила исчезновение программ и документов с основного компьютера (Клиентский банк, программа СБИС по сдаче всей отчетности, программа 1C), диск «F» был отформатирован, что подтверждается докладной от 06.12.2017 г. Докладная от 06.12.2017  приобщена к материалам дела (приложение к ходатайству от 19.02.2020).  

Поскольку  ФИО17 не смог получить от предыдущего директора финансово-хозяйственную документацию, а также не смог установить наличие какого-либо имущества, за исключением объектов недвижимости, ФИО15 в апреле 2018 г. лично осуществил проверку имеющегося в ООО «Лобаново-Агро» имущества, о чем был составлен акт осмотра. За исключением объектов недвижимости и имущества, расположенного в этих объектах недвижимости, каких-либо иных активов у ООО «Лобаново-Агро» выявлено не было.

13.04.2018 ФИО15 был направлен запрос ФИО12 о предоставлении документации о финансово-хозяйственной деятельности ООО «Лобаново-Агро», ответ на запрос не поступил. 

ФИО15 предпринимались меры по восстановлению бухгалтерской документации, в том числе направлялись запросы в МИФНС № 1 по Республик Крым  о предоставлении бухгалтерской отчетности, в иные  государственные органы с целью получения информации об имуществе ООО «Лобаново-Агро», в том числе в Гостехнадзор, ГИБДД, Управление Росреестра. ФИО15  были получены ответы на запросы, а также инвентаризационные дела на объекты недвижимости, что подтверждается актом приема- передачи документов конкурсному управляющему ООО «Лобаново-Агро» от 18.07.2018.

Решением участника ФИО15 от 14.05.2018 представителем участников ООО «Лобаново-Агро» избран ФИО17 (т.3 л.д. 42).

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 09.06.2018 по делу №А83- 18670/2017 ООО «Лобаново-Агро» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Конкурсному управляющему ООО «Лобаново-Агро» 18.07.2018 ФИО15 были переданы учредительные документы общества, печать и объекты недвижимости.

Поскольку часть документации по ООО «Лобаново-Агро» находилась у заместителя генерального директора - ФИО17 в силу выполнения им своих обязанностей, после его смерти (13.09.2018, л.д. 65 т. 3) поиск и получение таких документов являлся затруднительным. 

Таким образом,  иные документы по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Лобаново-Агро», кроме переданных конкурсному управляющему, ФИО15 передать не мог в силу объективных причин: документация ООО «Лобаново-Агро» не была передана ФИО15 предыдущим директором, информация о финансово-хозяйственных операциях, которая хранилась на компьютере, принадлежащем ООО «Лобаново-Агро», была утрачена в результате действий третьих лиц. При этом ФИО15 до введения процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Лобаново-Агро» и прекращения его полномочий предпринимал действия, направленные на восстановление бухгалтерские документы должника, но не успел их завершить в полном объеме.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что ФИО15 по объективным, не зависящим от его волеизъявления обстоятельствам, не смог передать ФИО16 документы финансовой хозяйственной деятельности должника.

Кроме того апеллянты не опровергли того обстоятельства, что на момент вступления ФИО15 в должность руководителя и  в период осуществления ФИО15 полномочий ООО «Лобаново-Агро» финансово-хозяйственной деятельности фактически не вело, ввиду чего деятельность ФИО15 не повлияла и не могло повлиять на финансовое состояние должника, не является причиной возникновения кредиторской задолженности и банкротства должника.

При этом активы, отраженные в бухгалтерской отчетности ООО «Лобаново-Агро», фактически были переданы конкурсному управляющему. Так согласно бухгалтерской отчетности за 2016 г. активы ООО «Лобаново-Агро» составляют 38 819  тыс.руб.:

- 485 тыс. руб. - основные средства;

- 32 405  тыс. руб. - запасы;

- 5 929  тыс. руб. - дебиторская задолженность.

Основные средства ООО «Лобаново-Агро» составляют объекты недвижимости в количестве 22 объектов и отражаются в бухгалтерском балансе как «Основные средства» с учетом амортизации. Конкурсным управляющим ООО «Лобаново-Агро» при проведении инвентаризации в инвентаризационную опись «Основные средства» было включено имущество в количестве 22 объектов недвижимости. Согласно отчету об оценке имущества ООО «Лобаново-Агро» рыночная стоимость объектов недвижимости (без учета наличия в них неотделимого имущества) составляет 54 416 144 руб. без НДС. Данные обстоятельства подтверждаются Инвентаризационной описью от 12.09.2019  и отчетом об оценке № Н-2002192 от 29.05.2020.

Данные о дебиторской  задолженности в общем размере 17 026 053,34 руб. также были переданы конкурсному управляющему.  

Так 27.07.2020  ФИО15 направил в адрес конкурсного управляющего ФИО21 оригиналы документов, подтверждающих наличие задолженности ИП ФИО22 перед ООО «Лобаново-Агро» в размере 1 560 000 руб. (Договор поставки № б/н от 02.02.2018 г., заключенный между ООО «Лобаново-Агро» и ИП ФИО22).  Также ФИО15 направил в адрес конкурсного управляющего ФИО2 оригиналы документов, подтверждающих наличие задолженности ООО Аграрная группа «Лобаново-Агро» в общем размере 15 181 961,61 руб. (Договоры субаренды земельных участков № 1/11-07-2017, № 2/11-07-2017, № 3/11-07-2017, № 4/11-07-2017, № 5/11-07-2017, № 6/11-07-2017, № 7/11-07-2017, № 8/11- 07-2017, № 9/11 -07-2017, заключенных ООО «Лобаново-Агро» 11.07.2017 г. с ООО «Аграрная группа «Лобаново-Агро»).

Таким образом, по обстоятельствам формирования конкурсной массы должника за счет взыскания дебиторской задолженности отсутствует причинно- следственная связь между этими обстоятельствами и действиями (или бездействием) бывшего руководителя должника ФИО15

В отношении запасов ФИО15 пояснил, что реальными запасами, имеющимися в распоряжении ООО «Лобаново-Агро» на момент назначения ФИО15 руководителем должника (декабрь 2017 г.), были только семена кориандра, которые были реализованы в феврале 2018 г. по Договору поставки № б/н от 02.02.2018 г., заключенному между ООО «Лобаново-Агро» и ИП ФИО22

Реализация семян кориандра произошла в феврале 2018 года, списать произведенные затраты, отраженные, как капитализированные затраты по разделу бухгалтерского баланса в качестве запасов, можно было только в 2018 году. О факте наличия этих запасов у должника и реализации их в феврале 2018 года было известно конкурсному управляющему не позднее 20.03.2018 года, что следует из представленных арбитражным управляющим в указанное время документов в арбитражный суд.

Иных материальных запасов, за исключением семян кориандра, на момент вступления ФИО15 в должность руководителя должника у должника не имелось.

Следовательно, и в этом случае отсутствует причинно-следственная связь между фактом не передачи ФИО15 конкурсному управляющему части бухгалтерских документов о финансово-хозяйственной деятельности должника и обстоятельствами формирования конкурсной массы должника. 

Факт непредставления бывшим руководителем должника первичных документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему при недоказанности причинно-следственной связи между его действиями и неплатежеспособностью должника сам по себе не может быть положен в обоснование удовлетворения заявленных требований даже при презумпции вины лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности. Конкурсный управляющий, предъявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, не указал и не представил каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что непередача бывшим руководителем документов повлекла затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы.

При изложенных обстоятельствах коллегия судей не усматривает оснований для привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательства должника за непередачу им документов конкурсному управляющему.

Указанное также касается ФИО12 являвшегося директором ООО «Лобаново-Агро» с 28.09.2017 по 18.12.2017, ФИО8, который являлся руководителем ООО «Лобаново-Агро» (лист записи от 03.07.2015) и полномочия которого прекращены 28.09.2017, руководителя ФИО7, который был назначен на должность с 20.03.2015 и полномочия которого были прекращены 03.07.2015 (запись ГРН 2159102383658), поскольку не доказано заявителем причинно-следственная связь между действиями указанных лиц и неплатежеспособностью должника, между непередачей ими друг другу части документов и затруднительностью проведения процедур банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы.

При этом Законом о банкротстве не предусмотрена субсидиарная ответственность всех руководителей в связи с непередачей документации должника конкурсному управляющему последним из них. Для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно нескольких лиц по данному основанию должна быть установлена вина каждого из них, повлекшая неисполнение последним руководителем возложенной на него законом обязанности.

При изложенных обстоятельствах коллегия судей не усматривает оснований для привлечения перечисленных конкурсным управляющим лиц к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

Доводов, способных повлечь отмену обжалуемого судебного акта,  апелляционная жалоба не содержит.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает для удовлетворения апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

определение Арбитражного суда Республики Крым от 16 декабря 2020 года по делу № А83-18670/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок со дня его принятия в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                             Р.С. Вахитов

Судьи          К.Г. Калашникова

                      А.В. Зарубин