АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3570/24 

Екатеринбург

27 июня 2024 г.

 

Дело № А76-5842/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Соловцова С.Н., Калугина В.Ю.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 03.10.2023 по делу № А76-5842/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие ФИО1 и его представитель – ФИО2 (доверенность от 05.02.2022 серии 74 АА № 5748177, паспорт). 

ФИО3 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «МАН Плюс» (далее – общество «МАН Плюс», ответчик) о взыскании действительной стоимости доли в сумме 14 679 818 руб. 37 коп. (с учетом уточнения исковых требований, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.10.2023 исковые требования удовлетворены частично: с общества «МАН Плюс» в пользу истца взыскано 6 303 660 руб. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение. 

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель ссылается на ошибочное определение судами действительной стоимости доли, подлежащей выплате истцу. ФИО1 полагает, что заключение эксперта от 30.04.2019, положенное судами в основу при определении действительной стоимости доли, является недостоверным доказательством по делу, поскольку оно не учитывает кредиторскую задолженность в сумме 16 869 678 руб., имевшуюся у общества «МАН Плюс» на отчетную дату (декабрь 2016 года) и подлежащую отражению в его бухгалтерском балансе. ФИО1 находит ошибочной ссылку суда апелляционной инстанции на пункты 4, 5 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), устанавливающих годичный срок для выплаты действительной стоимости доли участнику, исключенному из общества, так как ФИО4 не был исключен из общества «МАН Плюс» и выплата действительной стоимости его доли должна осуществляться в том же порядке, что и ФИО3, а к спорным правоотношениям применяется общий трехлетний срок исковой давности. Податель кассационной жалобы также указывает на несоответствие фактическим обстоятельствам дела вывода суда апелляционной инстанции о том, что ФИО5 до 2017 года не обращалась с заявлением о выплате стоимости принадлежащей ФИО4 доли. Из материалов дела следует, что ФИО5 обратилась в Ленинский районный суд г. Челябинска 21.10.2015, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности. В связи с изложенным ФИО5 полагает, что при определении действительной стоимости доли истца задолженность перед ФИО4 в сумме 16 869 678 руб. подлежала учету в бухгалтерской отчетности общества в составе кредиторской задолженности, а оснований для ее отнесения к внереализационным доходам не имелось. Поскольку экспертным заключением от 30.04.2019 кредиторская задолженность не учтена, ФИО1 считает, что его ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы отклонено неправомерно. По мнению ФИО1, в данном случае действительная стоимость доли должна определяться по данным бухгалтерской отчетности на последний календарный день месяца, предшествовавшего месяцу подачи заявления о выходе, то есть по состоянию на 31.08.2017, однако в заключении эксперта от 30.04.2019 расчет необоснованно произведен по состоянию на 31.12.2016.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела,  общество «МАН Плюс» образовано 28.09.1998.

ФИО4 с 01.09.2000 являлся собственником доли в уставном капитале общества «МАН Плюс» в размере 33 %. 

ФИО4 01.11.2012 подано заявление о выходе из состава участников общества «МАН Плюс» и выплате стоимости принадлежащей ему доли. 

Протоколом общего собрания учредителей общества «МАН Плюс» от 21.11.2012 принято решение вывести ФИО4 из состава участников общества «МАН Плюс» на основании его заявления и выплатить ему действительную стоимость принадлежавшей ему доли. 

В связи с тем, что действительная стоимость принадлежащей ФИО4 доли не была ему выплачена, ФИО5 и ФИО1 (наследники) обратились в Ленинский районный суд г. Челябинска с исковым заявлением о взыскании действительной стоимости доли и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Ленинского районного суда г. Челябинска от 06.06.2017 по делу № 2-4/2017 с общества «МАН Плюс» в пользу ФИО5 и ФИО1 взыскана действительная стоимость доли ФИО4 в сумме 16 846 000 руб.

По состоянию на 27.02.2019 участниками общества являлись ФИО6 с долей в уставном капитале общества в размере 33,67 % (на дату рассмотрения спора ФИО6 умерла, однако никакие сведения в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) не внесены), ФИО1 с долей в уставном капитале общества в размере 33,33 %. Доля в уставном капитале общества в размере 33 % принадлежит обществу «Ман Плюс». 

Согласно пунктам 7.3, 7.4 Устава общества «МАН Плюс» в случае выхода участника из общества его доля переходит обществу с момента подачи заявления о выходе из общества, при этом общество обязано выплатить вышедшему участнику действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности.

ФИО3 в нотариальной форме подано заявление о выходе из состава участников общества «МАН Плюс» и выплате ему действительной стоимости принадлежащей ему доли, данное заявление получено обществом 09.09.2017, соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ 11.04.2018.

Ссылаясь на невыполнение обществом обязанности по выплате действительной стоимости доли, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании действительной стоимости доли.

Удовлетворяя исковые требования частично и взыскивая с общества «МАН Плюс» 6 303 660 руб., суд первой инстанции, с выводами которого впоследствии согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что действительная стоимость доли в указанной сумме определена заключением судебной экспертизы от 30.04.2019. 

Между тем судами не учтено следующее. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Закона об обществах участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Пунктом 6.1 статьи 23 Закона об обществах предусмотрено, что в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 указанного Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 14 Закона об обществах действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Закона об обществах участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Финансовое положение общества является тем объективным и ключевым фактором, который, в первую очередь, влияет на стоимость долей участников такого общества в уставном капитале. Чем больше в структуре баланса (исходя из его рыночных показателей) разница между имуществом (активами) общества и его обязательствами перед третьими лицами (пассивами), тем выше стоимость доли участника. Напротив, при сокращении названной разности, составляющей чистые активы общества, предполагается, что стоимость доли должна пропорционально уменьшаться (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2019 № 301-ЭС17-18814).

Если после подготовки последней финансовой отчетности выявлены обстоятельства, свидетельствующие об ошибках, допущенных при ее составлении и эти ошибки являются существенными с точки зрения их влияния на величину чистых активов, то последующие корректировки отчетности, направленные на исправление указанных ошибок, напротив, не могут игнорироваться судом при рассмотрении спора о выплате действительной стоимости доли, даже если такие корректировки внесены в отчетность, сдаваемую за новые периоды.

Иное означало бы, что стоимость доли, выплаченной участнику при выходе из общества, определялась бы на основании недостоверных данных, не отражающих актуальное имущественное (финансовое) положение общества (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2024 № 305-ЭС23-29675).

Как следует из материалов дела и установлено судами, у общества «МАН Плюс» отсутствует обязанность по представлению промежуточной бухгалтерской (финансовой) отчетности в налоговый орган, в связи с чем для целей применения положений пункта 6.1 статьи 23 Закона об обществах последним отчетным периодом, предшествовавшим дню подачи заявления о выходе (09.09.2017), для ответчика признается 2016 год, а действительная стоимость доли подлежит определению по состоянию на 31.12.2016.

При таких обстоятельствах дата, на которую подлежит определению действительная стоимость доли (31.12.2016), установлена судами правильно, доводы подателя кассационной жалобы о необходимости учета бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.08.2017 подлежат отклонению. 

При рассмотрении спора с целью определения действительной стоимости доли ФИО3 судом назначена экспертиза. В заключении от 30.04.2019 № 026-05-00756 эксперт установил действительную стоимость доли истца на дату выхода (09.09.2017) в размере 6 303 660 руб. Данное заключение было положено судом первой инстанции в основу вынесенного решения. 

Оспаривая выводы эксперта, ФИО1 указывал, что по состоянию на декабрь 2016 года у общества «МАН Плюс» имелась кредиторская задолженность в сумме 16 869 678 руб. по выплате ФИО4 действительной стоимости его доли, которая не была учтена в бухгалтерской отчетности общества. 

Отклоняя доводы ФИО1 в данной части, суд апелляционной инстанции сослался на пункт 18 статьи 250 Налогового кодекса Российской Федерации, позволяющей в целях налогообложения отнести к внереализационным доходам общества суммы списанной кредиторской задолженности. Суд апелляционной инстанции указал, что срок исковой давности по требованию о взыскании задолженности в сумме 16 869 678 руб. перед ФИО4 по состоянию на декабрь 2016 года истек. ФИО5 за период с 2013 по 2016 не обращалась к обществу за выплатой доли, исковое заявление суд о выплате действительной стоимости доли было подано в суд  только в 2017 году. В связи с неистребованием стоимости доли ФИО4 его наследниками в течение нескольких лет общество «МАН Плюс» было вправе при формировании бухгалтерской отчетности за 2016 год не учитывать данную кредиторскую задолженность. 

Однако с указанными выводами суда апелляционной инстанции нельзя согласиться.  

Действительно, Положением по бухгалтерскому учету «Доходы организации» ПБУ 9/99», утвержденным Приказом Минфина России от 06.05.1999 № 32н, предусмотрено отнесение к прочим доходам сумм кредиторской задолженности, включая невыплаченную действительную стоимость доли вышедшего участника, по требованию о взыскании которой истек срок исковой давности.

При этом доход в виде невыплаченной стоимости доли признается таковым в момент прекращения обязательств перед вышедшим участником, то есть в момент истечения срока исковой давности. 

Как следует из материалов дела, заявление ФИО4 о его выходе из общества «МАН Плюс» получено последним 01.11.2012, обязанность выплатить вышедшему участнику действительную стоимость его доли возникла у общества 02.02.2013 (по истечении трех месяцев), следовательно, срок исковой давности по требованию о взыскании стоимости доли ФИО4 истекает 02.02.2016. 

Вопреки выводам суда апелляционной инстанции наследники ФИО4 обратились в суд с заявлением о взыскании действительной стоимости принадлежавшей ему доли 21.10.2015, то есть в пределах срока исковой давности, что подтверждается материалами дела и было установлено решением Ленинского районного суда г. Челябинска. 

При таких обстоятельствах выводы суда о том, что кредиторская задолженность перед ФИО4 могла быть списана и учтена как  внереализационный (прочий) доход в связи с тем, что его наследники не приняли мер к ее взысканию в пределах срока исковой давности, неверен и не соответствует материалам дела. 

Поскольку в бухгалтерской отчетности общества «МАН Плюс» за 2016 год кредиторская задолженность перед ФИО4 не отражена, данная кредиторская задолженность также не была учтена в экспертном заключении от 30.04.2019, положенном судами в основу принятых по данному делу судебных актов, стоимость доли ФИО3 в сумме 6 303 660 руб. определена ошибочно, на основании недостоверных данных, не отражающих актуальное имущественное (финансовое) положение общества «МАН Плюс».

Таким  образом,  доводы кассатора   заслуживают внимания  и проверки   судом, так  как исходя из значительного размера    приводимой кассаторов   задолженности не учтенной экспертом  размер  стоимости   доли ФИО3  может значительно измениться в меньшую сторону.

В тоже время, суд  округа  полагает  отметить следующее. 

Общество с ограниченной ответственностью является разновидностью товарищества (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 306-ЭС19-24912), ключевым признаком которого является значимость лиц, входящих в состав товарищества (intuitas personae), т.е. тех лиц, кто будет обладать правом на участие в управлении. Отношения между участниками общества носят в значительной степени лично-доверительный характер и сохранение персонального состава участников рассматривается ими как одно из основных условий успешного ведения общего дела, является средством достижения коммерческих интересов самого общества. 

   По смыслу закона общество с ограниченной ответственность является одной из организационно-правовых форм предпринимательства и основывается на объединении капиталов, вложенных его участниками в деятельность общества с расчетом на извлечение прибыли от ведения общего дела. При этом приобретая долю уставном капитале   действующего  общества  третье  лицо, преследуя свой экономический интерес,  по  сути, вступает  в определенный  бизнес, стоимость которого зависит, в  том числе  от рентабельности   хозяйственной  деятельности  общества  и его  имущества.

        В рассматриваемой  ситуации как следует   из  судебных   актов  по  делу №А76-15714/16 (находящихся  в картотеке  арбитражных  дел) изначально  участником  общества  являлся  ФИО4 (доля 33,33%),  который вышел  из общества  в ноябре 2012  (ФИО4  после  выхода  в  умер  в ноябре 2012 года  и наследник ФИО5 (мать)  взыскала с общества  стоимость  доли в сумме  16  млн. (на данный момент остаток долга составляет  порядка 400 000 руб.)  и его  доля   была  распределена  между  оставшимися   двумя участниками, в последующем на основании  решения участников  путем увеличения уставного  капитала  участником общества   с долей  33,33  % уставного  капитала   в декабре 2012 стал  ФИО7  (родной брат ФИО4), оплатив уставный капитал  в размере  5000 руб. путем  передачи   телефона,  ФИО4   умер  в  2015  и    его  доля перешла к наследнику ФИО1  (сын ФИО7),  т. е.  фактически  доля    в уставном капитале  в размере  33, 33 %  до настоящего  времени  продолжает  находиться   во  владении    семьи ФИО8,  при том,  что с одной стороны  стоимость  доли ФИО4 была определена  в  размере  16 млн.,  а   ФИО7,  вступая в  общество  оплатил   вклад   только в размере  5000 руб.             

        При  этом  в суде округа  ФИО1 пояснял,  что  изначально   идея организовать   бизнес принадлежала обоим братьям Матис, хозяйственная  деятельность  общества    осуществлялась    таким образом,  что  ФИО7   арендовал у общества  земельные  участки и за счет  арендой платы  увеличивались   активы общества путем возведение новых  объектов,  в связи с чем  после смерти ФИО4,  ФИО4  и  был  включен  в состав  участников. 

     На основании  приведенных пояснений  суд  округа  полагает,  что в рассматриваемом случае  в результате  всех совершенных  сделок и выплат,   в частности,   почти  полного исполнения  обязательства  по выплате доли наследнику ФИО4  и принятия ФИО7   в участники  общества   с  внесением  им  вклада в  виде телефона,   могла получиться  ситуация,  когда  семейство  ФИО8  одновременно   получило абсолютно  ликвидное имущество  в виде денежных средств  (выплаченная обществом действительная стоимость доли) и  при этом сохранило  за собой долю  участия в достаточно рентабельном   на  тот  момент   обществе. Указанное (одновременное получение  действительной стоимости доли и сохранение в семье без какого  либо  значимого встреченного предоставления доли в  обществе в  прежнем размере) может свидетельствовать,  что  в данном конкретном деле в случае учета обязательства общества по выплате действительной стоимости доли в составе пассивов -  будет допущено отступление  от принципа равенства участников товарищества, что представляется не соответствующим основным принципам  корпоративного права.  

Соответственно, при определение действительной  стоимости доли, которая причитается ФИО3,  суд в любом случае должен учитывать изначально равное распределение  долей среди участников, а также последующий возврат к этой пропорции после принятия в состав участников ФИО4 При таких обстоятельствах  (при установлении судом первой инстанции фактов владения долей 33 % семейством ФИО8 как фактически единым участником общества вне зависимости от формальной смены (умершего на брата, а потом на сына) - присуждение в пользу  наследника ФИО4 16 млн. руб. не может и не должно быть противопоставлено  при определении стоимости  доли   ФИО3, исходя из того,  что   все  участники общества  должны   реализовать  свои  права  на   паритетных  началах. 

Учитывая, что данное обстоятельство подлежит установлению на основании исследования первичных документов, доводов и пояснений участников спора, что выходит за пределы компетенции суда округа в силу статьи  287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемые судебные акты  подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение, так как без установления указанного суд округа лишен возможности проверить по существу  доводы кассатора о необоснованном исключении из состава пассивов обязательства  в сумме  16 млн. руб.  

Принимая во внимание изложенное, суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как принятые при существенном нарушении норм материального и процессуального права и при несоответствии выводов судов установленным ими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Исходя из того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде округа в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела судам следует устранить отмеченные недостатки  и принять законные и обоснованные судебные акты.

Руководствуясь статьями 286–289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 03.10.2023 по делу № А76-5842/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

      Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

Судьи                                                                          С.Н. Соловцов 

                                                                                     В.Ю. Калугин