Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А72-2202/2022

31 августа 2023 года

г. Ульяновск

 

  Резолютивная часть решения объявлена 24.08.2023, полный текст решения изготовлен 31.08.2023.

 

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Шушмаркина Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 316169000060301, ИНН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3  (ОГРНИП 3147328100000, ИНН 

<

***>), г. Ульяновск

к Индивидуальному предпринимателю ФИО4

о признании договоров субаренды недействительными, о взыскании убытков, 

 

по встречному исковому заявлению Индивидуального предпринимателя  ФИО3 (ОГРНИП 3147328100000, ИНН 

<

***>), г. Ульяновск

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 316169000060301, ИНН 

<

***>)

о взыскании задолженности по арендной плате в размере  по договору №23 от 15.08.2020, убытков, расходов по уплате государственной пошлины,

 

при участии в заседании представителей:

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – до перерыва ФИО5 – удостоверение адвоката, ордер, доверенность, после перерыва не явился, извещён;

от индивидуального предпринимателя ФИО3- до и после перерыва ФИО6, доверенность, диплом, паспорт;

от индивидуального предпринимателя ФИО4- до и после перерыва не явился, извещён; 

 

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, в котором просил:

-взыскать в качестве возмещения убытков 665 489 руб. 00 коп.

-признать недействительными договоры субаренды нежилых помещений № 2 от 14.09.2019, № 23 от 15.08.2020, № 24 от 15.07.2021, № 25 от 15.06.2022, № 26 от 15.05.2023.

Определением от 27.06.2022 дело передано на рассмотрение судье                Шушмаркину Д.В.

Определением от 04.07.2022 судом было принято к производству встречное исковое заявление  индивидуального предпринимателя ФИО3.

 Определением от 29.07.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён индивидуальный предприниматель ФИО4.

Определением от 29.07.2022 из Главного управления Министерства чрезвычайных ситуаций России по Ульяновской области истребованы материалы проверки по факту пожара 24.02.2021 в здании, расположенном по адресу: г. Ульяновск, Заволжский район, пр-кт Антонова, д.14. 

Определением от 28.09.2022 судом принято к рассмотрению ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО3 о назначении судебной экспертизы по делу.

Определением от 28.02.2023 по делу назначена судебная экспертиза,  проведение судебной экспертизы поручено Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы», экспертам ФИО7, ФИО8, ФИО9. 

Определением от 17.03.2023 удовлетворено ходатайство Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы»  о продлении срока проведения экспертизы до 09.04.2023.

Определением от 14.04.2023 удовлетворены ходатайства Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы»  о продлении срока проведения экспертизы, о представлении дополнительных документов. 

Определением от 05.05.2023 удовлетворено ходатайство Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы» о продлении срока проведения экспертизы по делу до 17.05.2023.

17.05.2023 в арбитражный суд от Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы»  поступило экспертное заключение №681, ходатайство об оплате производства экспертизы.

Определением от 24.05.2023 производство по делу возобновлено.

 Определением от 19.06.2023 вызваны в судебное заседание эксперты Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы» ФИО7, ФИО9.

Определением от 27.06.2023 принято к рассмотрению ходатайство об уменьшении денежной суммы, подлежащей выплате экспертам за составление экспертного заключения.

Протокольным определением от 17.08.2023 в судебном заседании объявлен перерыв 24.08.2023, информация о движении дела размещена на официальном сайте суда в сети Интернет по соответствующему веб-сайту: http://ulyanovsk.arbitr.ru.

Представитель ИП ФИО2 в судебное заседание не явился, через систему «Мой Арбитр» представил ходатайство об отложении судебного заседания, письменные пояснения, содержавшие ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которым просит взыскать убытки в виде стоимости поврежденных наружных вывесок и коммерческих знаков в виде объемных световых букв в сумме 784 608 руб., убытки как в виде реального ущерба в размере стоимости утраченного имущества, так и в виде упущенной выгоды, включающие в себя: 336 314 рублей 00 копеек - стоимость восстановительного ремонта, 188 929 рублей 00 копеек - стоимость ущерба, причинённого имуществу проливом и тушением пожара, 74 584 рублей 00 копеек - стоимость упущенной выгоды, 85 200 рублей 00 копеек (стоимость повреждённых камер видеонаблюдения, патеров, судебные издержки в виде расходов на оплату услуг экспертов 33 400 руб., за оплату услуг по диагностике сложнотехнических устройств в сумме 3 000 руб.,  16 310 руб. 00 коп. - госпошлину,  529 руб. 40 коп.- почтовые расходы, а также признать недействительными договоры субаренды нежилых помещений №22 от 14.09.2019 года, №23 от 15.08.2020 года, №24 от 15.07.2021 года, №25 от 15.06.2022 года, №26 от 15.05.2023 года.

Суд, рассмотрев ходатайство ИП ФИО2 об уточнении исковых требований, определил: в удовлетворении ходатайства об уточнении исковых требований в части взыскания суммы убытков в размере 784 608 руб. 00 коп. оставить без удовлетворения. 

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении.

Например, увеличением размера исковых требований является изменение истцом в большую сторону сумм взыскиваемых неустоек, процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, вызванное увеличением периода просрочки исполнения основного обязательства.

Не является увеличением размера исковых требований предъявление истцом новых требований, связанных с заявленными в исковом заявлении, но не содержащихся в нем (например, требования о применении мер ответственности за нарушение обязательства дополнительно к заявленному в иске требованию о взыскании основного долга) (п.26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции". 

Истцом по первоначальному иску фактически заявлено дополнительное требование о взыскании убытков в размере 784 608 руб. 00 коп., ранее не заявленное в иске.

Рассмотрев ходатайство ответчика об отложении судебного заседания, суд отмечает, что в силу части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференцсвязи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, вопрос об отложении судебного разбирательства относится на усмотрение суда, является его правом, а не обязанностью, доводы, положенные в обоснование ходатайства стороны об отложении рассмотрения дела оцениваются судом с точки зрения необходимости и уважительности причин для отложения судебного разбирательства.

Положениями действующего процессуального законодательства не установлено, что неявка представителя в судебное заседание является основанием для безусловного отложения рассмотрения дела.

Поскольку необходимость личного участия представителя не обоснована, в ходатайстве не указано какие дополнительные пояснения по обстоятельствам дела желает дать ответчик, оснований для удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания суд не усматривает. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей ИП ФИО2

Изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

По первоначальному иску. 

14.01.2019 между ФИО4 (Арендодатель) и Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (Арендатор) заключен договор аренды нежилых зданий №03-09/19.

 Арендодатель обязуется представить во временное владение и пользование нежилые здания: двухэтажные нежилые здание  с кадастровым номером 73:24:021102:929, 73:24:021102:930 по адресу: 

<

...>, а также обеспечить арендатору свободный доступ в указанные нежилые помещения (п.1.1.1,п.1.1.2).

Согласно п.2.1  договора арендатор обязуется выплачивать арендную плату в месяц в размере 300 000 руб. 00 коп. НДС не облагается в связи с применением сторонами упрощённой системы налогообложения.

Арендатор вправе сдавать здания или его часть в субаренду, предоставлять помещения в  безвозмездное пользование, без предварительного письменного согласия арендодателя (п.4.3 договора).

Договор  заключен на неопределённый срок (п.7 договора).

14.09.2019 между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (Арендатор) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Субарендатор) заключен договор субаренды №22 нежилых помещений. 

Согласно п.1.1 арендатор обязуется передать субарендатору за плату во временное владение и пользование часть нежилых помещений, общей площадью 450 кв.м., расположенные на первом этаже в здании по адресу: 

<

...> д.14,14А, а субарендатор обязуется принять помещение и уплачивать арендатору арендную плату.

Согласно п.4.1 договора арендная плата включает в себя стоимость аренды помещения, подведенных к нему инженерных сетей, оборудования, коммунальных услуг и составляет 200 000 руб. 00 коп.

Исходя из п.5.1 договор заключен сроком на 11 месяцев. Срок действия договора с 14.09.2019 по 14.08.2020.

23.09.2019 года сторонами было подписано дополнительное соглашение №1 к договору субаренды нежилых помещений №22 от 14.09.2019, согласно которому  Арендатор дает свое согласие, а Субарендатор собственными силами и средствами выполняет работы по изменению фасада нежилых зданий, расположенных по адресу: 

<

...>, д. 14а. А именно: покраска имеющегося керамогранитного покрытия фасада, замена вывески, установка дополнительного освещения вывески, оклейка патернами, оклейка порядковых номеров на ворота.

27.09.2019 года сторонами было подписано дополнительное соглашение №2 к договору субаренды нежилых помещений №22 от 14.09.2019, согласно которому  Арендатор дает свое согласие, а Субарендатор собственными силами и средствами выполняет следующие работы по внутренней отделке Здания, расположенных по адресу: 

<

...>, д. 14а. А именно: демонтаж комнаты мастера-приёмщика, монтаж внутренних перегородок для комнаты приёма посетителей и комнаты ожидания для клиентов, установка дверей, окон, натяжных потолков, установка розеток, освещения, внутренняя отделка. А так же установка дополнительного радиатора отопления, монтаж вентиляции в санузле. Монтаж перегородок, установка натяжных потолков и окон в цеху агрегатного ремонта и в цеху восстановления геометрии кузова.

15.08.2020 между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (Арендатор) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Субарендатор) заключен договор субаренды №23 нежилых помещений. 

Согласно п.1.1 арендатор обязуется передать субарендатору за плату во временное владение и пользование часть нежилых помещений, общей площадью 450 кв.м., расположенные на первом этаже в здании по адресу: 

<

...> д.14,14А, а субарендатор обязуется принять помещение и уплачивать арендатору арендную плату.

Согласно п.4.2 договора арендная плата составляет 200 000 руб. 00 коп. в месяц.

Исходя из п.5.1 договор заключен сроком на 11 месяцев. Срок действия договора с 15.08.2020 по 15.07.2021.

15.07.2021 между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (Арендатор) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Субарендатор) заключен договор субаренды №24 нежилых помещений. 

Согласно п.1.1 арендатор обязуется передать субарендатору за плату во временное владение и пользование часть нежилых помещений, общей площадью 450 кв.м., расположенные на первом этаже в здании по адресу: 

<

...> д.14,14А, а субарендатор обязуется принять помещение и уплачивать арендатору арендную плату.

Согласно п.4.2 договора арендная плата составляет 200 000 руб. 00 коп. в месяц.

Исходя из п.5.1 договор заключен сроком на 11 месяцев. Срок действия договора с 15.07.2021 по 15.06.2022.

Также в материалы дела истцом по первоначальному иску были представлены договоры №25 от 15.06.2022 года, №26 от 15.05.2023 года. 

В обоснование исковых требований истец по первоначальному иску ссылается на следующие обстоятельства. 

Заявляя требование о признании недействительными договоров субаренды нежилых помещений №22 от 14.09.2019 года, №23 от 15.08.2020 года, №24 от 15.07.2021 года, №25 от 15.06.2022 года, №26 от 15.05.2023 года истец указывает, что все договоры фактически подписывались 14.09.2019 года, хотя дату заключения договоров Ответчик указал будущим числом, тем самым ввел ИП ФИО2 в заблуждение, ответчик не предоставил истцу копии документов о праве собственности на данное помещение, согласие собственника на заключения данных договоров субаренды. В качестве нормативного обоснования заявленных требований истец по первоначальному иску сослался на ст. 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Также истец по первоначальному иску указывает следующее. 

«24» февраля 2021 г. произошел пожар по адресу помещения, которое занимал истец по первоначальному иску (Субарендатор) на основании договора субаренды нежилых помещений №22 от 14.09.2019 г.: 

<

...>. Пожар начался со второго этажа, который занимает Ответчик - Индивидуальный предприниматель ФИО3 (Арендатор). В результате пожара был причинен ущерб имуществу Субарендатора. Станция техобслуживания работала с 24.04.2021 по 26.04.2021 в полном объеме, с 26.04.2021 по 01.03.2021 года не работали только административные помещения, однако, так и не была восстановлена подача тепла.

По мнению истца по первоначальному иску, данные факты подтверждаются постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.05.2021 года Начальника ОД ОНД и ПР по г. Ульяновску капитана внутренней службы ФИО10, справки о пожаре Отдела надзорной деятельности и профилактической работы по г. Ульяновску УНД и ПР ГУ МЧС России по Ульяновской области, Заместителя начальника ОНД и ПР по г. Ульяновску УНД и ПР ГУ МЧС России по Ульяновской области подполковника внутренней службы ФИО11. Одной из причин пожара указывается предположительно "эксплуатация электроустановок". Также истец по первоначальному иску считает, что убытки как в виде реального ущерба в размере стоимости утраченного имущества, так и в виде упущенной выгоды, в размере - 336 314 рублей 00 копеек (стоимость восстановительного ремонта), 188 929 рублей 00 копеек (стоимость ущерба причинённого имуществу проливом и тушением пожара), 18 646 рублей 00 копеек (стоимость упущенной выгоды), 85 200 рублей 00 копеек (стоимость повреждённых камер видеонаблюдения, патеров) подтверждаются Актами экспертных исследований №НЭКЦ 142/03-21 от 31.03.2021 г,   №НЭКЦ 142.1/03-21 от 20.04.2021 г.

Истец по первоначальному иску, считая, что между убытками и пожаром имеется прямая причинно-следственная связь, поскольку пожар начался с площади занимаемой Арендатором, направил в адрес ИП ФИО3 претензию о возмещении убытков, а также претензию с требованием признать заключенные договоры субаренды недействительными (т.2 л.д. 96-99). 

Поскольку претензии были оставлены без ответа, ИП ФИО2 обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Как указывалось выше, в ходе рассмотрения спора истец по первоначальному иску уточнял исковые требования и с учетом уточнения и удовлетворения ходатайства судом в части просит суд взыскать в солидарном порядке с ответчиков ИП ФИО3 и ИП ФИО4 убытки как в виде реального ущерба в размере стоимости утраченного имущества, так и в виде упущенной выгоды, включающие в себя: 336 314 рублей 00 копеек - стоимость восстановительного ремонта, 188 929 рублей 00 копеек - стоимость ущерба, причинённого имуществу проливом и тушением пожара, 74 584 рублей 00 копеек - стоимость упущенной выгоды, 85 200 рублей 00 копеек (стоимость повреждённых камер видеонаблюдения, патеров, судебные издержки в виде расходов на оплату услуг экспертов 33 400 руб., за оплату услуг по диагностике сложнотехнических устройств в сумме 3 000 руб.,  16 310 руб. 00 коп. - госпошлину,  529 руб. 40 коп.- почтовые расходы, а также признать недействительными договоры субаренды нежилых помещений №22 от 14.09.2019 года, №23 от 15.08.2020 года, №24 от 15.07.2021 года, №25 от 15.06.2022 года, №26 от 15.05.2023 года.

ИП ФИО3 и ИП ФИО4 исковые требования истца по первоначальному иску не признают в полном объеме.

В частности, ИП ФИО3 по требованиям истца о признании недействительными договоров субаренды нежилых помещений, пояснил, что форму и содержание договора субаренды подготовил сам истец и направил на электронную почту ответчика. На протяжении двух лет Стороны исполняли договоры субаренды - истец пользовался нежилыми помещениями станции-технического обслуживания и оборудованием, находящимся на станции, а ответчик принимал от истца арендную плату и обеспечивал снабжение арендуемых помещений коммунальными ресурсами - электричеством, водой, отоплением и т.д. Заявляя требование о признании договоров недействительными, истец не представил доказательств, которые бы указывали на то что он был введён ответчиком в заблуждение при заключении договоров, как не указал относительно чего (каких условий договора) он заблуждался. Напротив, на протяжении двух лет стороны исполняли пописанные ими договора, истец пользовался имуществом ответчика. Кроме того, в исковом заявлении истец, требуя признать недействительными договоры субаренды, одновременно сам ссылается на них и условия, содержащиеся в пункте 6.5. указанных договоров. Отсутствие регистрации перечисленных выше договоров субаренды (видимо в Росреестре), не может являться основанием для их признания недействительными.

По остальным требованиям истца по первоначальному иску ИП ФИО3 и ИП ФИО4 также в суд неоднократно представлялась позицию по делу, изложенная в отзывах и дополнительных пояснениях. 

Подробно доводы участвующих в деле лиц приведены в исковом заявлении, отзывах на него и дополнениях к ним.

Относительно требования истца по первоначальному иску о признании недействительными договоров субаренды нежилых помещений, суд исходит из следующего. 

Заключая данные договоры на таких условиях, ИП ФИО2 действовал своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и руководствовался принципом свободы договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В силу ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка может быть признана недействительной на основании статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации постольку, поскольку она была заключена не в результате самостоятельного свободного волеизъявления, а под влиянием угрозы, которая хотя и выражалась в возможности совершения правомерных действий, но была направлена на достижение правовых последствий, не желаемых потерпевшей стороной. Угроза осуществить право является основанием для признания сделки недействительной, если под влиянием этой угрозы сторона совершила сделку, не связанную с указанным правом.

Сделка, совершенная под влиянием угрозы - это сделка, в которой принуждение к ее совершению заключается в оказании на потерпевшего воздействия, направленного на то, чтобы вынудить его поступить в соответствии с волей принуждающего. Действия виновного могут быть выражены в форме психического воздействия на принуждаемого - в угрозе.

Поскольку заключенные договоры субаренды исполнялись сторонами на протяжении двух лет без каких-либо замечаний со стороны ответчика к содержанию договоров и до предъявлении претензии истец по первоначальному иску не заявлял в установленном законом порядке требований о признании сделки недействительной, суд приходит к выводу о недоказанности истцом по первоначальному иску факта того, что договоры субаренды нежилых помещений заключены ИП ФИО2 под влиянием существенного заблуждения, угрозы, насилия, либо его обмана при совершении сделки. Требование в указанной части удовлетворению не подлежит. 

Относительно требований ИП ФИО2 о взыскании с ответчиков убытков как в виде реального ущерба в размере стоимости утраченного имущества, так и в виде упущенной выгоды, включающих в себя: 336 314 рублей 00 копеек - стоимость восстановительного ремонта, 188 929 рублей 00 копеек - стоимость ущерба, причинённого имуществу проливом и тушением пожара, 74 584 рублей 00 копеек - стоимость упущенной выгоды, 85 200 рублей 00 копеек (стоимость повреждённых камер видеонаблюдения, патеров, судебные издержки в виде расходов на оплату услуг экспертов 33 400 руб., за оплату услуг по диагностике сложнотехнических устройств в сумме 3 000 руб., суд исходит из следующего.

Из материалов дела и представленного по запросу суда Материала № 24/41 доследственной проверки, по которому вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара произошедшего 24.02.2021 по адресу: пр-кт Антонова, 14, следует, что в административном здании по вышеуказанному адресу произошло возгорание. В ходе осмотра установлено, что здание двухэтажное, электрифицировано, отопление – пеллетный котел. Следы наибольших термических повреждений были обнаружены на конструкциях кровли здания с северо-восточной стороны ближе к фронтону. На несущих конструкциях кровли (лагах) были проложены электропровода, ведущие от электрического щита в коридоре второго этажа через конструкции кровли к офисным помещениям и осветительным приборам коридора второго этажа. В результате опроса очевидцев пожара и всех лиц, находившихся в здании на момент возникновения возгорания, сведений, подтверждающих возможность возникновения пожара по причине неосторожного обращения с огнем, а равно иными источники повышенной опасности получено не было.

Как было указано выше, обосновывая требования о взыскании с ответчиков сумм убытков, ИП ФИО2 пояснял, что в результате пожара арендуемому помещению причинен ущерб, который выразился в убытках субарендатора на проведение ремонтно-восстановительных работ, что подтверждается актом экспертного исследования АНО «НЭКЦ». Стоимость ремонтно-восстановительных работ, согласно акту экспертного исследования составила 336 314 (триста тридцать шесть тысяч триста четырнадцать) руб. Стоимость ущерба, причинённого имуществу проливом и тушением пожара, составила - 188 929 рублей 00 копеек, 74 584 рублей 00 копеек - стоимость упущенной выгоды, 85 200 рублей 00 копеек (стоимость повреждённых камер видеонаблюдения, патеров, судебные издержки в виде расходов на оплату услуг экспертов 33 400 руб., за оплату услуг по диагностике сложнотехнических устройств в сумме 3 000 руб.

Истец по первоначальному иску, в обоснование позиции, ссылается в том числе, на п. 2.2.5 и п. 6.5 Договоров субаренды.

Ответчики по первоначальному иску, возражали против удовлетворения исковых требований в указанной части, по доводам, изложенным в отзывах и дополнениях к нему.

В частности, ИП ФИО3 указал, что 06 августа 2021 года ответчик направил в адрес истца ответ на претензию, в котором указал, что не согласен с выводами, изложенными в актах экспертного исследования №НЭКЦ 142/03-21 от 31.03.2021 и №НЭКЦ 142.1/03-21 от 31.03.2021, оспаривает их, так как в части принадлежности (к собственнику) исследуемого имущества, выводы эксперта не обоснованы. Кроме того, в актах эксперты безосновательно приходят к выводам о причинах повреждения имущества.

  Относительно возгорания, имевшего место в зданиях и убытков, которые требует компенсировать ИП ФИО2, ИП ФИО4 пояснил следующее.

В феврале 2021 года имело место возгорание в чердачном помещении и помещениях второго этажа обоих зданий. Пожаром были повреждены крыша, чердачное помещение и помещения второго этажа. Помещения первого этажа пожаром повреждены не были, однако в них проникла вода, которой пожарные тушили верхние этажи. Помещения первого этажа от пролива сильно не пострадали. На следующий, после пожара, день в помещениях первого этажа было включено отопление, электроэнергия, водоснабжение и организация Ясайтиса продолжила работать. В кратчайшие сроки ИП ФИО4 были приняты меры к ремонту и крыша, а также чердачное помещение были отремонтированы и восстановлены. Каких-либо претензий, относительно невозможности продолжать использовать арендованные помещения по назначению, от Ясайтиса не поступало. Как собственник помещений, ИП ФИО4 не давал разрешения возводить в помещениях первого этажа какие-либо перегородки, тем самым проводя реконструкцию помещения. ИП ФИО2 провел данную реконструкцию помещений без получения разрешения от администрации    г.Ульяновска,   то   есть   самовольно   реконструировал    помещения принадлежащие ИП ФИО4

Суд отмечает следующее. 

В соответствии с п. 2.2.5 Договора субаренды субарендатор вправе своими силами и за свой счет устанавливать, монтировать, содержать и использовать в помещении оборудование, которое необходимо субарендатору для осуществления коммерческой деятельности.

В силу п. 3.1.13 арендатор обязан возместить Субарендатору стоимость неотделимых улучшений, согласованную Сторонами в дополнительном соглашении о производстве неотделимых улучшений арендованного помещения, в случае досрочного расторжения договора по инициативе Арендатора.

Согласно п. 6.5. договора в случае причинения ущерба (от протечек, возгораний, обрушений, перебоев с электро и теплоснабжением, водоснабжением и т.д.) имуществу Субарендатора, произошедшего по вине Собственника, Арендатора, Прочих Субарендаторов данного здания, ответственность по возмещению данного ущерба, а также по возмещению упущенной выгоды Субарендатора, возлагается на Арендатора. Сумму ущерба определяет независимый эксперт, в случае несогласия с заявленной суммой ущерба, стороны имеют право обжаловать ее в Арбитражном суде Ульяновской области.

В обоснование своей позиции истцом по первоначальному иску также представлен акт экспертного исследования № ЛСТЭ 363-07-23, с постановкой на разрешение эксперта следующего вопроса: «относится ли отделка фасада здания по адресу: 

<

...> А к неотделимым либо отделимым улучшениям?». Экспертом был сделан вывод о том, что отделка фасада зданий по вышеуказанному адресу обладает признаками неотделимых улучшений. 

ИП ФИО3 возражая против указанного довода истца по первоначальному иску, пояснил, что к моменту передачи в аренду помещений ИП ФИО2, фасад здания был отделан керамогранитной плиткой, обустроен вентилируемый фасад, то есть имел законченный вид. Сам ИП ФИО2 неоднократно в судебных заседаниях пояснял, что окраска фасада здания в оранжевый цвет, нанесение паттерн, связана исключительно с требованиями, содержащимися в договоре франшизы на организацию станции технического обслуживания FIT SERVICE и обязанностью Ясайтиса выполнить эти требования. Какого-либо улучшения для здания в целом окраска части керамогранитной плитки не создаёт, так как сама керамогранитная плитка имеет достаточные свойства для отделки фасада и не требует нанесения дополнительного покрытия, в отличии, например, от деревянных конструкций или оштукатуренных поверхностей. Не согласен с выводами эксперта в полном объеме.

Как следует из акта экспертного исследования № ЛСТЭ 363-07-23, «Экспертиза проводилась без осмотра объекта исследования, по предоставленным фото-материалам, а также с учетом сведений в проведенной ранее экспертизе НЭКЦ 142/03-21, НЭКЦ 142.1/03-21 и предоставленном заключении экспертов №30992 от 16.05.2023 г АНО НИИ Судебной экспертизы.».

В соответствии со статьей 623 ГК РФ после прекращения договора аренды арендатор имеет право на возмещение стоимости неотделимых улучшений арендуемого имущества, которые он произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя. Стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом.

Следует отметить, что по смыслу статьи 623 ГК РФ под улучшениями понимаются работы капитального характера, которые повышают (изменяют) качественные характеристики объекта, то есть улучшения связаны с модернизацией, реконструкцией, достройкой, дооборудованием объекта, при этом необходимое согласие арендодателя предполагает согласование с ним не только самого факта выполнения работ и производства улучшений, но также объема и стоимости таких работ.

Кроме того, из материалов дела не следует, что между сторонами заключалось дополнительное соглашение о производстве неотделимых улучшений арендованного помещения. Обратного ИП ФИО2 в материалы дела не представлено. 

 В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса.

В силу статьи 1082 Кодекса удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 ст. 15 Кодекса). 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно части 2 статьи 615 ГК РФ арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и "обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор. Договор субаренды не может быть заключен на срок, превышающий срок договора аренды. К договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

Передачу нежилых помещений ИП ФИО3 и ИП ФИО2 оформили актами приема-передачи, согласно которому установили, что помещения переданы в надлежащем состоянии. Претензий к техническому состоянию помещений на момент передачи Помещений, Субарендатор не имеет.

Из положений ст. 15 Гражданского кодекса РФ следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. 

Согласно части 2 статьи 37 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (далее - Закон N 69-ФЗ) организации обязаны соблюдать требования пожарной безопасности, а также выполнять предписания, постановления и иные законные требования должностных лиц пожарной охраны. 

На основании статьи 38 Закона N 69-ФЗ ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в том числе лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом. 

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ права владения, пользования и распоряжения имуществом принадлежат собственнику этого имущества. 

В силу статьи 210 ГК РФ бремя содержания имущества несет его собственник.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Применительно к обстоятельствам настоящего дела необходимо установить, что ответчик является лицом, вследствие действий (бездействия) которого истцу был причинен ущерб. 

Исходя из выводов экспертов ФГБУ "Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Ульяновской области от 19.03.2021, признаков протекания аварийных электрических процессов и других аварийных явлений электрической природы не обнаружено.

Таким образом, из Технического заключения и Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара следует, что виновные в возникновении пожара не установлены, нарушение правил пожарной безопасности никому не вменено. 

На основании статей 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе принципов равноправия сторон и состязательности. 

Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие по общему правилу с арбитражного суда обязанности по сбору доказательств. 

В силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

Смысл приведенных норм заключается в невозможности для суда установить факты, которые не подтверждены лицом, участвующим в деле, которое ссылается на них, надлежащими доказательствами. 

Исходя из положений статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратившись с иском о взыскании ущерба, истец обязан подтвердить надлежащими доказательствами факт возникновения и размер ущерба, факт совершения и неправомерность действий ответчика, и наличие причинно-следственной связи между перечисленными ранее двумя обстоятельствами. 

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. 

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оценив доказательства в совокупности, в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что в данном случае не представляется возможным однозначно установить, что ответственным за пожар являются ответчики, поскольку однозначного вывода о причинах пожара материалы проверки по факту пожара не содержат, не установлено, что именно привело к аварийной работе электросети либо электроустановок.  

Относительно представленных в материалы дела ИП ФИО2 документов, подтверждающих право собственности на имущество, указанное в актах экспертного исследования, суд исходит из того, что сведения о количестве реализованного товара в период с 01.02.2021 по 24.02.2021 (дату пожара) истцом по первоначальному иску не представлено. Предоставленные ИП ФИО2 документы не позволяют установить количество и ассортимент товаров в обороте, находившихся на момент пожара в помещениях и не свидетельствуют о том, что они повреждены. Кроме того, истцом не представлен письменный мотивированный расчет заявленных убытков со ссылкой на первичную документацию. 

Судом истцу по первоначальному иску предлагалось рассмотреть вопрос о назначении экспертизу по делу для определения причины повреждения имущества и определения размера ущерба, если экспертом будет установлен факт повреждения имущества в результате тушения пожара. Однако истец по первоначальному иску таким правом не воспользовался. 

Кроме того.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Исходя из содержания статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенная выгода представляет собой объективно возможную прибыль субъекта в данном случае от пользования денежными средствами в виде имущества, если бы его право распоряжения ими не было нарушено. При этом размер упущенной выгоды определяется с учетом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых потерпевшим для его получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы виновное лицо действовало в соответствии с законом. 

Иными словами, истец по первоначальному иску должен был доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.

Истцом по первоначальному иску не доказано наличие недостатков, препятствующих пользованию недвижимым имуществом. Не представлены доказательства, подтверждающие простой. 

Приказы об объявлении нерабочих дней, не могут быть допустимым доказательством, подтверждающим простой субарендатора, поскольку не подтверждают невозможность работы в данных арендуемых помещениях. Иного истцом по первоначальному иску в материалы дела не представлено. 

Каких-либо обращений в адрес собственника помещений, либо в адрес ИП ФИО3 от истца по первоначальному иску о невозможности работ, о пуске тепла в помещения и т.д. не поступало.

Упущенная выгода, указанная в исковом заявлении, без надлежащих доказательств является предполагаемой, но не доказанной. 

На основании изложенного, в требованиях о взыскании с ответчиков в солидарном порядке суммы упущенного выгоды надлежит отказать.

Таким образом, исковые требования истца по первоначальному иску подлежат оставлению без удовлетворения в полном объеме. 

Судебные расходы и судебные издержки, понесенные истцом на оплату государственной пошлины и почтовых расходов, в силу ст. 110 АПК РФ возлагаются на истца. 

Поскольку истцу по первоначальному иску судом отказано в полном объеме, а им при подаче иска государственная пошлина была оплачена только за требования имущественного характера и в требовании о расторжении пяти договоров субаренды также отказано, с учетом увеличения суммы исковых требований имущественного характера, с Индивидуального предпринимателя ФИО2 следует взыскать в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 31 119 руб. 00 коп.

По встречному иску.

Обращаясь в арбитражный суд со встречным исковым заявлением, ИП ФИО3 просит взыскать с ИП ФИО2 задолженность по арендной плате по договору субаренды № 23 от 15 августа 2020 года, а также убытки в размере 268 067 руб. 20 коп., включающие в себя стоимость восстановительного ремонта в сумме 179 817 руб. 20 коп., а также стоимость ремонта аппарата высокого давления Karcher в размере 88 250 рублей. 

Во встречном иске ИП ФИО3 ссылается на следующие обстоятельства. 

15.08.2020 между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 (Арендатор) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Субарендатор) заключен договор субаренды №23 нежилых помещений, согласно п.1.1 которого арендатор обязуется передать субарендатору за плату во временное владение и пользование часть нежилых помещений, общей площадью 450 кв.м., расположенные на первом этаже в здании по адресу: 

<

...> д.14,14А, а субарендатор обязуется принять помещение и уплачивать арендатору арендную плату.

Согласно п.4.2 договора арендная плата составляет 200 000 руб. 00 коп. в месяц.

Исходя из п.5.1 договор заключен сроком на 11 месяцев. Срок действия договора с 15.08.2020 по 15.07.2021.

15 июля 2021 года истек установленный Договором срок аренды, однако ИП ФИО2 не предпринимал мер по возврату арендованных помещений. 

09 августа 2021 года ИП ФИО3  в адрес  ИП ФИО2 было  письменное уведомление о необходимости явиться 12 августа 2021 года по месту нахождения арендованного имущества для осуществления возврата помещений по акту приема-передачи.

Как указывает истец во встречном иске, 12 августа 2021 года ИП ФИО2 явился к месту нахождения арендованного им имущества и участвовал в осмотре арендованных помещений, однако отказался подписывать акт передачи-приёмки, так как в акте содержались замечания по состоянию арендованного имущества - на фасад здания, в котором арендовались помещения, ИП ФИО2 нанёс лакокрасочное покрытие, которое к моменту возврата помещений ИП ФИО2 не было удалено. Также не удалена грязь из фильтра грубой очистки воды, который расположен в помещении автомойки; требование ИП ФИО3 об устранении лакокрасочного покрытия с фасада здания, очистке фильтра ИП ФИО2 исполнять отказался.

Поскольку ИП ФИО2 отказался подписывать акт передачи-приёмки помещений, но при этом к 12 августа 2021 года освободил арендованные помещения и прекратил в них свою деятельность, истцом был составлен и подписан акт возврата помещений в одностороннем порядке в присутствии собственника здания ФИО4

Вследствие чего истцом по встречному иску ответчику начислена арендная плата за период с 15 июля 2021 года по 12 августа 2021 года. 

Также истец по встречному иску указывает на то, что вместе с помещениями субарендатору было передано оборудование и инструмент, согласно перечню к договору субаренды. На момент возврата оборудования – аппарат высокого давления Karcher был представлен ИП ФИО3 в неисправном состоянии. Согласно прилагаемому счету № 10614 от 30.09.2021 стоимость ремонта указанного оборудования составила 88 250 руб. 00 коп. 

01 ноября 2021 года ИП ФИО3  в адрес  ИП ФИО2 была направлена претензия (т. 3 л.д. 11-13) с требованиями оплатить стоимость аренды в сумме 180 000 руб., удалить с фасада зданий лакокрасочное покрытие и привести фасад в первоначальное состояние, либо оплатить стоимость ремонта фасада в размере 179 817 руб. 20 коп., произвести очистку фильтра грубой очистки воды, оплатить стоимость ремонта аппарата высокого давления Karcher в размере 88 250 руб. 00 коп.

С учетом изложенного, истец по встречному иску также просил взыскать с ответчика убытки в размере 268 067 руб. 20 коп., включающие в себя стоимость восстановительного ремонта фасада здания в сумме 179 817 руб. 20 коп., а также стоимость ремонта аппарата высокого давления Karcher в размере 88 250 рублей.

В процессе рассмотрения спора, истцом по встречному иску, с учетом проведенной по делу экспертизы и предоставленной в материалы дела внесудебной экспертизы были уточнены встречные исковые требования, согласно которым он просит взыскать задолженность по оплате арендной платы в размере 180 000 руб. 00 коп., убытки в размере 267 553 руб. 00 коп.

Ответчик по встречному иску требования не признает по доводам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему. Указывает, что спорный договор субаренды расторгнут и помещения освобождены 28.06.2021. Арендатор на приемку не явился, акты приема-передачи, а также ключи от помещения были направлены ИП ФИО3 заказным письмом с описью вложения 29.06.2021. Требования о взыскании стоимости восстановительного ремонта фасада здания в размере 179 817 руб. не признает, считая, что все неотделимые улучшения объекта, произведенные Субарендатором, являются собственностью Арендатора с момента их производства. Требования о взыскании стоимости восстановительного ремонта аппарата высокого давления Karcher также считает не обоснованными, поскольку, по мнению ответчика по встречному иску, ИП ФИО3 не представлено доказательств, что аппарат высокого давления Karcher был поврежден субарендатором. Истец ссылается на счет от 30.09.2021, тогда как Karcher был передан арендатору со всем оборудованием 28.06.2021 г.

Суд исходит из следующего.

В силу статьи 618 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором аренды, досрочное прекращение договора аренды влечет прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды.

Согласно п. 2.1.11. договора субаренды субарендатор обязан по истечении срока действия Договора или его досрочном расторжении освободить Помещение в течение 15 (пятнадцать) рабочих дней и сдать его Арендатору по Акту передачи-приемки в исправном состоянии с учетом нормального износа.

Пунктом 2 статьи 621 ГК РФ предусмотрено, что если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок (статья 610 ГК РФ).

В силу статьи 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

При прекращении договора аренды недвижимого имущества предмет аренды должен быть возвращен арендодателю по передаточному акту или иному документу о передаче, подписанному сторонами (п. 2 ст. 655 ГК РФ).

Из указанных норм права следует, что обязанность арендатора по внесению арендной платы прекращается с момента возврата арендодателю объекта найма, доказательством чего может являться подписанный сторонами документ, подтверждающий возврат объекта аренды.

Прекращение договора аренды в силу закона (пункт 2 статьи 622 ГК РФ) само по себе не влечет прекращение обязательства по внесению арендной платы, оно будет прекращено надлежащим исполнением арендатором обязательства по возврату имущества взыскателю.

Из представленных вместе с отзывом на встречное исковое заявление документов, в частности, уведомления арендатора о приемке помещений, следует, что субарендатор ставит в известность арендатора о том, что помещения будут освобождены субарендатором 28.06.2021, тогда как, из документов, подтверждающих отправку указанного уведомления в адрес ИП ФИО3, следует, что оно было направлено ему 29.06.2021 (оттиск штемпеля органа почтовой связи), то есть днем, следующим, после фактически предлагаемого освобождения помещения, что уже противоречит условиям договора. 

Как следует из позиций судов высших инстанций, «Арендодатель лишается права требовать с арендатора арендной платы за период просрочки возврата имущества в связи с прекращением договора только в случае, если арендодатель сам уклонялся от приемки арендованного имущества при наличии основания для прекращения договора аренды» (пункт 37 Обзора Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 N 66, определение Верховного Суда РФ от 01.09.2016 N 306-ЭС16-3858).

Доказательств, подтверждающих, в данном случае, что арендатор уклонялся от приемки арендуемых помещений, в материалы дела не представлено.

Довод ИП ФИО2 о том, что он арендует офисные помещения в другом месте, не является основанием к отказу во встречном иске, поскольку не прерывает правоотношений по договору субаренды от 15.08.2020 и не может подменять собой акт на возврат помещений и сам по себе не свидетельствует о прекращении пользования.

Поскольку предмет договора субаренды возвращен по акту приема-передачи не был, ИП ФИО2 продолжал фактически владеть арендованным имуществом в спорный период.

Следовательно, начисление истцом по встречному иску арендной платы до 12.08.2021 не противоречит условиям договора.  

Кроме того, суд учитывает следующее.

Из общедоступных сведений, размещенных в сервисе «Картотека арбитражных дел» следует, что Индивидуальный предприниматель ФИО3 обращался в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании 518 405 руб. 70 коп., составляющих: 500 000 руб. 00 коп. - основной долг по арендной плате за период май 2021 г. - июль 2021 г., 14 092 руб. 00 коп. - основной долг по оплате коммунальных услуг за период июнь 2021 г. - июль 2021 г., 4 313 руб. 70 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.05.2021 г. по 23.07.2021 г., а также проценты за пользование чужими денежными средствами с 24.07.2021 г. по день фактической оплаты основного долга.

Указанному делу был присвоен номер А72-10691/2021.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.11.21 г., принятым по настоящему делу, исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца взыскано 500 000 руб. 00 коп. - основной долг по арендной плате, 14 092 руб. 00 коп. - основной долг по оплате коммунальных услуг, 4 313 руб. 70 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.05.2021 г. по 23.07.2021 г., а также проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму основного долга по арендной плате в размере 500 000 руб. 00 коп. с 24.07.2021 г. по день фактической оплаты, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующий период, и 13 368 руб. 00 коп. - в возмещение расходов по госпошлине.

Указанное решение вступило в законную силу. 

Таким образом, поскольку субарендатором доказательств оплаты не представлено, учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу об удовлетворении встречных исковых требований в указанной части. 

Относительно требований о взыскании с ИП ФИО2 убытков в размере       268 067 руб. 20 коп., включающих в себя стоимость восстановительного ремонта в сумме 179 817 руб. 20 коп., а также стоимость ремонта аппарата высокого давления Karcher в размере 88 250 рублей.

Согласно п. 2.2.1. договора субаренды № 23 от 15.08.2020 субарендатор имеет право:            «Производить неотделимые улучшения Помещений с письменного согласия Арендатора, для чего Стороны составляют дополнительное соглашение о производстве неотделимых улучшений арендованного помещения. В нем Стороны определяют, какие конкретно улучшения являются неотделимыми, объем, сроки, а также стоимость производства таких улучшений.

При этом Стороны установили, что неотделимые улучшения Помещений — это улучшения, которые Субарендатор произвел в Здании и которые не могут быть отделены без вреда Зданию.

В соответствии с п. 2.2.2. результаты работ по производству неотделимых улучшений, их стоимость стороны фиксируют в акте приема-передачи результатов работ по производству неотделимых улучшений арендованного объекта (далее - акт приема-передачи результатов работ) и подписывается Сторонами в срок не позднее 5 (пяти) рабочих дней с момента окончания таких работ.

Как было указано выше, из материалов дела не следует, что между сторонами заключалось дополнительное соглашение о производстве неотделимых улучшений арендованного помещения. Обратного ИП ФИО2 в материалы дела не представлено. Доказательств того, что ИП ФИО2 помещение было возвращено в первоначальном состоянии, также не представлено. 

В ходе судебного разбирательства ИП ФИО3 заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы с целью определения, в том числе, стоимости работ по удалению лакокрасочного покрытия, нанесенного на фасады зданий, расположенных по адресу: 

<

...>.

Определением от 27.02.2023 ходатайство ИП ФИО3 о назначении судебной экспертизы было удовлетворено, по делу была назначена судебная экспертиза,  проведение экспертизы было поручено Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы», экспертам ФИО7, ФИО8, ФИО9.

  Заключением эксперта № 30992/н по делу № А72-2202/2022 было установлено, что 

что отделка фасадов представляет собой навесную фасадную систему с воздушным зазором с облицовкой керамогранитными плитами (см. фото №1,2 далее в заключении). В ходе экспертного исследования выявлено, что лакокрасочное покрытие фрагментарно нанесено на облицовку фасадов зданий, расположенных по адресу: 

<

...>, выполненных из керамогранитных плит, с попаданием на элементы крепления облицовки.

При определении стоимости работ по удалению лакокрасочного покрытия, экспертом учтена возможность удаления лакокрасочного покрытия с применением специализированных средств и в соответствии с технологией с работ.        

Стоимость работ по удалению лакокрасочного покрытия, нанесенного на фасады зданий,  расположенных по адресу: 

<

...>, определена в Локальном сметном расчете № 3 (см. Приложение №1) и на время проведения исследования (1 квартал 2023 года) составляет: 168 066 (Сто шестьдесят восемь тысяч шестьдесят шесть) рублей 00 коп. с учетом НДС в размере 20%. 

В судебном заседании было произведено исследование заключения судебной экспертизы.

Истец по встречному иску считает, что проведенная экспертиза в части определения стоимости восстановительного ремонта фасада зданий отвечает требованиям законодательства и может быть признана в качестве доказательства. 

Ответчик по встречному иску заключение экспертизы в указанной части не оспорил. 

Согласно положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и разъяснений, содержащимися в пункте 12 Постановления Пленума Верхового Суда Российской Федерации от 04.04.2014 года N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. 

Правовой статус заключения эксперта определен законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера, вместе с тем оно подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами (часть 3 статья 86 АПК РФ). 

В соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, а в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза.

Эксперт ФИО8 предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Заключение эксперта по первому вопросу соответствует предъявляемым к нему требованиям, при назначении и производстве экспертизы не допущено нарушений требований действующего законодательства. Заключение эксперта содержит подробное описание проведенного исследования и сделанные в результате его выводы являются мотивированными, ясными и полными. 

Оснований сомневаться в данном экспертном заключении и в квалификации эксперта, проводившего экспертизу, у суда отсутствуют.

Ответчик по встречному иску, в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил суду доказательства несоразмерности 168 066 руб. 00 коп. стоимости восстановительного ремонта фасада. 

Таким образом, встречные исковые требования в указанной части являются законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Истец по встречному иску также просит взыскать с ответчика убытки в виде стоимости ремонта аппарата высокого давления Karcher в размере 99 487 рублей.

Сторонами в рамках договора субаренды составлен перечень передаваемого оборудования, в том числе, аппарат высокого давления Karcher. В указанном перечне указано, что оборудование технически исправно, ранее эксплуатировалось, во время передачи оборудования производилась фото, видеосъемка.  

ИП ФИО2, оспаривая встречные исковые требования в указанной части, приводит довод о том, что ИП ФИО3 не представлено доказательств, что аппарат высокого давления Karcher был поврежден субарендатором и что именно тот аппарат был предметом договора аренды. Пояснил, что все оборудование передавалось истцу по встречному иску, что следует из акта приема-передачи от 28.06.2021.  

Суд отмечает, что представленный ИП ФИО2 акт приема-передачи, подписанный в одностороннем порядке, не может служить доказательств передачи исправного работоспособного спорного оборудования, поскольку исключает возможность проверки указанного оборудования и составлялся в отсутствие ИП ФИО12

В материалы дела истцом по встречному иску было представлено приложение к акту приема –передачи, подписанное с двух сторон, из которого следует, что аппарат высокого давления Karcher передан в неисправном состоянии, иное оборудование в исправном состоянии. 

Судом ИП ФИО2 предлагалось представить иные документы, подтверждающие факт передачи ИП ФИО3 спорного оборудования в исправном состоянии. Однако таких документов суду не представлено, о фальсификации приложения к акту приема–передачи, подписанного с двух сторон, ИП ФИО2 не заявлено. 

Довод ИП ФИО2 об обслуживании данного аппарата и последующей его передачи ИП ФИО3 в работоспособном состоянии, отклоняется судом.

Суд отмечает, что на представленных ИП ФИО2 и ИП ФИО3 документах относительно спорного оборудования, а именно: акта приема-сдачи работ № 4473 от 27 апреля 2021 года от ИП ФИО2 и сохранной расписки приемки обрудования для проведения ремонта обслуживания (Заявка № 6970 от 22 сентября 2021) имеется ссылка на один и тот же Аппарат высокого давления HD 7/18 -4 М, арт. 1.524-220, зав. № -  отсутствует. Из заявки № 6970 от 22 сентября 2021 и приложенного счета на оплату № 10614 от 30.09.2021 следует, что сервисным центром Карекс, производились работы, в том числе, по замене электродвигателя АВД без подогрева и замене микровыключателя АВД.

Таким образом, вышеуказанными документами, по мнению суда, подтверждается тот факт, что на момент возврата оборудования ИП ФИО3 аппарат высокого давления HD 7/18 -4 М, арт. 1.524-220, зав. № -  отсутствует, был в неисправном состоянии.  

Обратного в материалы дела ИП ФИО2 не представлено. 

Как было указано выше, ИП ФИО3 в рамках рассмотрения дела было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы. На постановку экспертов ИП ФИО3 просил поставить вопрос, в том числе, о стоимости ремонта аппарата высокого давления Karcher.

В заключении эксперта № 30992/н по делу № А72-2202/2022 экспертами был сделан вывод о том, что «Основываясь на данных проведённого осмотра, материалах дела № А72-2202/2022 от 27.02.2023 г. и предоставленных судом светокопий в соответствии с запросом, необходимо заключить, что идентифицировать исследованный при осмотре корпус мойки (АВД) не представилось возможным; на поставленный в Определении Арбитражного суда от 27.02.2023 г. по делу № А72-2202/2022 вопрос «Какова стоимость ремонта аппарата высокого давления Karcher», дать ответ не представилось возможным.

С учетом сделанного экспертами вывода истцом по встречному иску был представлен Акт экспертного исследования № 2023-07/60 по определению стоимости восстановительного ремонта аппарата высокого давления KARCHERHD 7/18-4 М, выполненный ООО «Экспертно правовая корпорация Лидер», экспертом-оценщиком ФИО13. Исходя из представленного акта экспертом сделан вывод о том, что видовое качество имущества на момент исследования: имеются повреждения., требуется капитальный ремонт. Необходимые виды работ определены в предоставленных документах Заказчиком. Стоимость восстановительного ремонта аппарата высокого давления KARCHER HD 7/18-4 М составит 99 487 рублей.

В силу пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд считает, что указанное доказательство обладает признаками относимости и допустимости, надлежащим образом ответчиком по встречному иску не опровергнуто. 

Каких-либо замечаний по представленному истцом по встречному иску Акту экспертного исследования № 2023-07/60  ИП Ясайтисом не представлено.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о доказанности факта причинения и размера вреда, противоправности поведения ответчика по встречному иску, причинную связь между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями, в связи с чем встречные исковые требования о взыскании с ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО3 убытков в общей сумме 267 553 руб. 00 коп. подлежат удовлетворению.

Судебные расходы и судебные издержки, понесенные ИП ФИО3 на оплату государственной пошлины и расходов за проведение экспертизы, в силу ст. 110 АПК РФ возлагаются на Индивидуального предпринимателя ФИО2.

Также суд считает необходимым отметить следующее. 

Как было указано выше, определением суда от 27.02.2023 по ходатайству Индивидуального предпринимателя ФИО3 была назначена судебная экспертиза по делу, проведение которой было поручено Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы».

17.05.2023 в арбитражный суд от Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы»  поступило экспертное заключение №681, ходатайство об оплате производства экспертизы  со счетом N 69 от 17.03.2023.

Из счета N 69 от 17.03.2023 на оплату следует, что размер причитающихся денежных средств за проведение экспертизы составляет 35 700 руб. 00 коп., в том числе: 25 200 руб. 00 коп. – за производство строительно-технической экспертизы, 10 500 руб. 00 коп. – за производство товароведческой экспертизы.

Как было указано выше, из представленного экспертного заключения следует, на поставленный в Определении Арбитражного суда от 27.02.2023 г. по делу № А72-2202/2022 вопрос «Какова стоимость ремонта аппарата высокого давления Karcher», дать ответ не представилось возможным по причине невозможности идентификации предоставленного на исследование объекта.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, экспертам направлялись следующие документы: Счёт №10614 от 30.09.2021, Перечень передаваемого оборудования на 1 л., копия акта приема-сдачи работ, в котрых также имеется указание на марку и модель аппарата, его артикул и иные данные, Инструкция по эксплуатации мойки высокого давления Karcher, письменные пояснения ИП ФИО3 В письменных пояснениях ИП ФИО3 сообщил суду, что на осмотр экспертов предоставлялся аппарат высокого давления KARCHER, модель HD 7/18-4 М, код товара (артикул): 1.524-220.0, EAN:4039784732438, ответ официального сервисного центра компании KARCHER в г.Ульяновске о том, что для ремонта представленного аппарата высокого давления, подходит электродвигатель HD 7/18-4 М, код товара(артикул): 4.623-711.0, EAN:4039784155398.

Учитывая указанные обстоятельства, суд при определении размера возмещения расходов эксперту принимает во внимание, что по результатам ознакомления с заключением, допроса эксперта ФИО9 в судебном заседании, у суда и стороны по делу возникли сомнения в обоснованности представленного экспертами Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы» в указанной части заключения, вследствие чего, ИП ФИО3, впоследствии представил в суд акт внесудебной экспертизы по делу, как доказательство, обосновывающее встречные исковые требования о взыскании стоимости ремонта аппарата высокого давления Karcher. 

С учетом указанного, суд уменьшает размер вознаграждения, подлежащего выплате экспертному учреждению, до 25 200 руб. 00 коп. 

В соответствии с частью 1 статьи 108 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Российской Федерации денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, вносятся на депозитный счет арбитражного суда лицом, заявившим соответствующее ходатайство, в срок, установленный арбитражным судом. 

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей с депозитного счета арбитражного суда.

На основании изложенного денежные средства в размере 25 200 руб. 00 коп. подлежат перечислению Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы» по реквизитам, указанным в счете N 69 от 17.03.2023.

Поскольку ИП ФИО3 за проведение экспертизы по делу на депозитный  счета Арбитражного суда Ульяновской области были внесены денежные средства в размере 46 200 руб. 00 коп., что подтверждается чек-ордером от 27.12.2022 и с учетом уменьшения судом размера вознаграждения, подлежащего выплате экспертному учреждению, до 25 200 руб. 00 коп., суд считает необходимым возвратить Индивидуальному предпринимателю ФИО3 с депозитного счета Арбитражного суда Ульяновской области излишне оплаченные денежные средства за проведение экспертизы по делу в сумме 21 000 руб. 00 коп.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Индивидуального предпринимателя ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 и Индивидуальному предпринимателю ФИО4 оставить без  удовлетворения.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 31 119 руб. 00 коп.

Встречные исковые требования удовлетворить.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО3 основной долг по арендной плате в сумме 180 000 руб. 00 коп., убытки в размере 267 553 руб. 00 коп.,    11 951 руб. 00 коп. – в возмещение расходов по госпошлине, 25 200 руб. 00 коп. – расходы за  проведение экспертизы.

Возвратить Индивидуальному предпринимателю ФИО3 из федерального бюджета госпошлину в сумме 10 руб. 00 коп.  

Перечислить денежные средства в размере 25 200 руб. 00 коп. с депозитного счета Арбитражного суда Ульяновской области на расчетный счет Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы» по реквизитам, указанным в счете N 69 от 17.03.2023.

Возвратить Индивидуальному предпринимателю ФИО3 с депозитного счета Арбитражного суда Ульяновской области оплаченные денежные средства за проведение экспертизы по делу в сумме 21 000 руб. 00 коп.

Возвратить Индивидуальному предпринимателю ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Ульяновской области оплаченные денежные средства за проведение экспертизы по делу в сумме 25 200 руб. 00 коп. 

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке и сроки, установленные ст.ст. 257-260 АПК РФ.

 

Судья                                                                                                    Д.В. Шушмаркин