ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-13263/2021

г. Челябинск

21 октября 2021 года

Дело № А76-27471/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г., 

судей Рогожиной О.В., Забутыриной Л.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Джемир-Маг» ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2021 по делу № А76-27471/2016.

представитель В судебном заседании приняли участие:

ФИО3, ФИО4 - ФИО5 (дов-ть от ФИО3 от 19.02.2021 сроком до 20.02.2026; дов-ть от ФИО4 от 07.05.2019 сроком по 07.05.2024);     

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Джемир-Маг» ФИО2 - ФИО6 (дов-ть от 02.04.2021).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.02.2017 (резолютивная часть объявлена 16.02.2017) общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Джемир-Маг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника; конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2, член Ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2021 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратилась в апелляционный суд с жалобой, в которой просила отменить определение суда полностью и вынести по делу новый судебный акт. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц. 

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания), на основании статей 9, 65, 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционным судом к материалам дела приобщен отзыв на апелляционную жалобу от ФИО4

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО7, ФИО8 ЕП., ФИО3, ФИО9, конкурсный управляющий указывала, что ответчики как контролирующие лица действовали в ущерб интересам как самого должника, так как его кредиторов, чем довели ООО ТД «Джемир Маг» до банкротства. 

В частности, в силу своего статуса руководства, они не могли не знать о наличии у должника значительного объема обязательств перед налоговым органом и другими кредиторами, однако, несмотря на это осуществили действия, направленные на вывод всех наличных средств со счета должника и передачу всего имущества в полном объеме.  

Позднее, конкурсным управляющим представлено дополнение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности (вх. № 14243 от 26.02.2020), в котором она просила привлечь ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «Джемир Маг» солидарно в размере 391 278 471,52 руб. в связи с не обращением  контролирующих должника лиц в суд с заявлением о банкротстве.

Оценив имеющиеся в деле письменные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего в силу следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 224 Закона о банкротстве юридическое лицо, в отношении которого принято решение о ликвидации, при недостаточности стоимости его имущества для удовлетворения требований кредиторов ликвидируется в порядке, предусмотренном указанным Законом.

При обнаружении обстоятельств, предусмотренных п. 1 названной статьи, ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (п. 2 ст. 224 Закона о банкротстве).

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Аналогичные положения содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности в соответствии равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Судом установлено, материалами дела подтверждено и лицами, участвующими в деле, не опровергнуто, что ФИО4 осуществлял полномочия руководителя должника в период с 09.09.11 по 19.02.16, ФИО10 являлся ликвидатором ООО ТД «Джемир-Маг» с 19.02.16 до даты признания должника банкротом и открытия конкурсного производства.

Таким образом, ФИО4, ФИО10 являлся лицом, на которое возлагалась обязанность по подаче соответствующего заявления в арбитражный суд при наличии предусмотренных ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств.

Согласно расчету конкурсного управляющего, размер обязательств должника, возникших после 01.04.2015, составляет 19 181 977 руб. (требования ФНС России за период с 01.04.2015 по 27.06.2016), кроме того 1 609 317 руб. задолженность по текущим платежам возникшим после возбуждения дела о банкротстве (л.д.т.3, л.д. 7-9, 87-92, 130).

Для целей применения специальных правил о субсидиарной ответственности следует учитывать контроль, имевший место в трехлетний период, предшествующий тому критическому моменту, в котором должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе требования по уплате обязательных платежей, - так называемому объективному банкротству (а не собственно возникновению признаков банкротства), при этом такой критический момент носит объективный характер и на него не влияет принятие должником или контролирующими должника лицами мер по сокрытию признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Следовательно, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пять, семь пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и неподачей заявления должника о банкротстве лежит на привлекаемом к ответственности лице/лицах (абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве). Тем самым установлена презумпция виновности ответчика, который обязан доказать отсутствие связи между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При разрешении спора суд учитывал пояснения ответчика (л.д.т.3, л.д.41-45) о том, что кредиторская задолженность перед банками возникла в результате предоставления ООО ТД «Джемир Маг» поручительства по обязательствам группы компаний «Джемир», а не в результате получения денежных средств от банков. Это отраженно в определениях о включении в реестр кредиторов.

ООО ТД «Джемир Маг» был поручителем в один и тот же промежуток времени для следующих предприятий: ООО ТД «Джемир», ООО «Джемир-Сервис-Центр», ООО «Джемир-Центр», ООО «Джемир-Северозапад», ООО «Елабуга-Автомаркет». В случае, если в отношении одного из указанных предприятий состоялся бы судебный акт о взыскании задолженности, все остальные несли бы солидарно с ним ответственность.

Все полученные кредиты распределялись внутри группы по потребности в денежных средствах. Таким образом, даже если кредит был оформлен на другое юридическое лицо, он был обеспечен залогом недвижимости предприятия  заемщика.

Все кредитные обязательства, в которых участвовало ООО ТД «Джемир Маг» не как заемщик, а как один из поручителей группы – были надлежащим образом обеспечены залогом.

Судом, в результате оценки представленных в дело доказательств сделан вывод, что доводы конкурсного управляющего «о наличии кредиторской задолженности ООО ТД «Джемир Маг» в размере 287 200 828,62 руб., возникшей в результате действий контролирующих лиц должника – связанных с «выводом» денежных средств» противоречит фактическим обстоятельствам дела, так как представленные в дело документы (определение суда от 01.07.2017 по установлению требований кредитора ПАО «Промсвязьбанк», определение суда от 05.08.2017 по установлению требований кредитора акционерного общества «Россельхозбанк», определение суда от 05.08.2017 по установлению требований кредитора публичного акционерного общества Сбербанк России,  определение суда от 06.05.2019 принятого по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к АО «Кредит Урал Банк», ООО «МАРКС», ООО «Джемир-Северозапад» о признании сделки недействительной) опровергают доводы конкурсного управляющего о наличии признаков банкротства и недостаточности имущества должника на дату заключения спорных договоров. 

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актам арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Отнесение тех или иных обстоятельств к преюдициально установленным означает запрет заново устанавливать, оспаривать или опровергать те же обстоятельства с целью замены ранее сделанных выводов на противоположные.

Также суд учитывал, что заявитель ссылается на возникновение задолженности должника по договорам поручительства, свидетельствующей о неплатежеспособности должника, хотя договоры поручительства не отражаются в бухгалтерской отчетности и о них банку не могло быть известно на момент совершения сделок.

Кроме того, конкурсным управляющим не представлены доказательства того, когда к ООО ТД «Джемир Маг» как к поручителю были заявлены требования кредитных организаций об оплате задолженности по кредитным договорам.

Таким образом, с учетом сроков возврата кредита основными заемщиками: ООО «ЕлабугаАвтомаркет», ООО «Джемир Центр», ООО «Джемир-Сервис-Центр», ООО ТД «Джемир», ООО «Джемир-Северозапад», доводы конкурсного управляющего об обязанности руководителя должника, начиная с 1 апреля 2015 г. (срок сдачи отчетности за 2014 год) подать заявление о банкротстве  судом отклонены.

Апелляционный суд согласен с указанными выводами суда, а также с нижеследующими выводами.

Согласно справки ФНС России по состоянию на 30.07.2015 задолженность ООО ТД «Джемир-Маг» только перед бюджетом Российской Федерации составляла 2 361 140,02 руб.

Между тем, данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

По состоянию на 31.07.2015 в собственности ООО ТД «Джемир-Маг» находилось недвижимое имущество: автосалон и земельный участок стоимостью 57 170 000 руб.

 Как следует из пояснений ответчика, причиной банкротства является уход американской компании Дженерал Моторс с российского рынка. Компенсационная выплата со стороны компании Дженерал Моторс не только решила бы текущие проблемы предприятия, но и позволила бы начать новую деятельность, поскольку у предприятия было достаточно ресурсов для организации деятельности по продаже автомобилей других марок. 

При таких обстоятельствах, возникновение признаков неплатежеспособности в марте 2015 не свидетельствовало об объективном банкротстве, и руководитель должника, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата.

Также в рамках вопроса об ответственности руководителей за неподачу заявления о банкротстве должника, судом не установлено обязанности у ликвидатора ФИО3 (с учетом даты его назначения – 19.02.2016) подать заявление о банкротстве, так как управляющим не представлена сведений ни об одном новом обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Учитывая изложенные обстоятельства, основания для привлечения бывшего руководителя должника, ликвидатора к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствуют.

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника управляющий указал, что в период, начиная с 2012 года должник совершил ряд действий, направленных на вывод средств и уменьшение активов, которые очевидно причинили его финансовому положению существенный вред: указанные управляющим перечисления на очень существенную для должника сумму (свыше 150 000 000 рублей) документы отсутствуют полностью.

Поскольку сделки, на которые ссылается заявитель, совершены должником до 01.07.2017, к рассматриваемым правоотношениям по указанному основанию также подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу редакции Закона № 266-ФЗ, то есть в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, бывший руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий: объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения бывшим руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; вины бывшего руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Обязанность руководителя должника по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего предусмотрена пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Рассматривая требования управляющего в данной части, суд установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства уклонения ответчиков ФИО4, ФИО3 от исполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему должника указанной ответчиком документации.

Так, Определением суда от 26.12.2018 судом было отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ФИО2 истребовании документов от учредителя ФИО4, ликвидатора ФИО3. Установленные в указанном определении обстоятельства дела свидетельствует о недоказанности вины ФИО4,  ФИО3 по ненадлежащему исполнению обязательств по ведению и передаче документации.

Довод конкурсного управляющего о неправомерных действиях ответчика ФИО4,  по заключению сделок в ущерб имущественным интересам должника и его кредиторов также признан судом необоснованным, так как заключение ООО ТД «Джемир Маг» сделок само по себе не является достаточным основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Заявителем должны быть представлены доказательства того, что указанные сделки заключались должником в порядке исполнения указаний ФИО4, и в результате их заключения причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Определением суда от 06.05.2019 судом отказано в удовлетворении конкурсного управляющего ФИО2 к АО «Кредит Урал Банк», ООО «МАРКС», ООО «Джемир-Северозапад» о признании сделки недействительной.

Согласно заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО ТД «Джемир Маг» от 18.05.2018, конкурсного управляющего ФИО2, конкурсным управляющим  исследовался период: с 01.01.2014 по 01.01.2017 (не менее чем 2-летний период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве должника, а также период проведения процедур банкротства в отношении данного должника) а также по состоянию на 18.05.2018. Конкурсным управляющим было выявлено систематическое перечисление денежных средств на лицевые счета.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых опросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума N 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пунктом 23 постановления Пленума N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции определено, что из анализа представленных по делу доказательств не следует, что приведенные подозрительные сделки должника являлись значимыми для должника и причиной объективного банкротства. Сделки совершены в 2012 году, исполнение сделок происходило в период 2012-2015гг.

В настоящее время сделки ООО ТД «Джемир Маг» с ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 оспариваются конкурсным управляющим ФИО2 в рамках отдельного обособленного спора.

В рамках настоящего дела по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности суд решил, что конкурсный управляющий в нарушение ст.65 АПК РФ доказательства того, что названными сделками причинен существенный вред кредиторам, не доказал.

В отношении сделок с ООО «МКЦ», ООО «Инженерный центр «КРОССИТИ», ООО «БРАИС», ООО «ЕлабугаАвтомаркет», ООО «СПЛИК», ИП ФИО15, ООО «РеалЭксперт», ООО «Айава-Тек», ООО «Автосалон Вояж» конкурсным управляющим не указаны какие-либо признаки недействительности сделок, помимо совершения данных сделок между аффилированными лицами, не установлено совершение сделок на нерыночных условиях.

При этом таких обстоятельствах суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Из анализа представленных по делу доказательств не следует, что приведенные подозрительные сделки должника являлись значимыми для должника и причиной объективного банкротства. Сделки совершены в 2012 году, исполнение сделок происходило в период 2012-2015гг.

В настоящее время сделки ООО ТД «Джемир Маг» с ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 оспариваются конкурсным управляющим ФИО2 в рамках отдельного обособленного спора. В случае признания сделок недействительными, может  быть рассмотрен отдельно вопрос о взыскании убытков (отдельный обособленный спор), оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, по указанному основанмю, не имеется.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает, что судом первой инстанции проигнорирован довод конкурсного управляющего о том, что из представленного в материалы дела финансового анализа должника следует, что восстановить платежеспособность должника невозможно, так как имущество должника выведено умышленно, расчетов с кредиторами не производилось, в организации ООО ТД «ДЖЕМИР-МАГ» присутствуют все признаки преднамеренного банкротства.

По мнению подателя жалобы суд первой инстанции проигнорировал довод конкурсного управляющего о том, что основании соглашения об отступном ООО ТД «ДЖЕМИР-МАГ» при наличии у него задолженности перед иными кредиторами на сумму только основного долга свыше 250 000 000 рублей, погасил обязательство ООО «ДЖЕМИР-СЕВЕРОЗАПАД» перед Банком «КУБ» (АО) на сумму свыше 17 000 000 рублей по договорам поручительства. Причем данные договоры заключены специально в тот же день, что и соглашение об отступном.

Суд первой инстанции необоснованно оставил без внимания довод конкурсного управляющего о том, что данная сделка (соглашения об отступном) в составе иных сделок привели к очевидному оказанию предпочтения одному кредитору (Банку «КУБ» (АО)) перед иными кредиторами, а также погашению должником задолженности иного (причём заинтересованного) лица, при наличии собственных долгов.

Касательно сделок с недвижимым имуществом, между должником и банком АО «КУБ»: Определением суда первой инстанции от 27.03.2020, в рамках обособленного спора по настоящему делу - судом отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего к АО «Кредит Урал Банк» о признании недействительными сделок должника: договор о залоге № 1781 от 15.01.2015, Соглашение об отступном № б/н от 30.01.2015, Соглашение об отступном № б/н от 05.03.2015.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-5836/2020 от 18.06.2020, - вышеуказанное Определение от 27.03.2020 оставлено без изменения. 

Определением суда первой инстанции от 06.05.2019 в рамках обособленного спора по настоящему делу - судом отказано в удовлетворении заявлению конкурсного управляющего к АО «Кредит Урал Банк», ООО «МАРКС», 000 «Джемир-Северозапад» о признании сделки недействительной, о передаче имущества ООО ТД «Джемир-Маг» по соглашению об отступном от 31.07.2015 г.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-10222/2019 от 13.08.2019, Постановлением Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-7079/19 от 15.11.2019 - вышеуказанное Определение от 06.05.2019 г. оставлено без изменения.

Судами первой, апелляционной и кассационной инстанции исследованы и оценены все обстоятельства по делу.

Из анализа представленных по делу доказательств не следует, что приведенные сделки должника являлись значимыми для должника и явились причиной объективного банкротства.

Следовательно, в рассматриваемом случае довод конкурсного управляющего о наличии действий, направленных на вывод средств и уменьшение активов должника несостоятелен, опровергается материалами дела, исследованными в ходе судебного разбирательства, и вступившими в законную силу судебными актами.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, касательно отказа  ответственных лиц должника в передаче ему документов должника в установленные законом сроки - не соответствуют действительности и фактическим обстоятельствам дела.

Ответчиками (контролирующими лицами должника - ликвидатором, бывшим руководителем) в рамках обособленного спора по истребованию документов, были представлены доказательства передачи документов бухгалтерской и налоговой отчетности, учредительных документов, печати. Зафиксирован в присутствии свидетелей отказ конкурсного управляющего от получения первичной документации. Также суду представлены доказательства неоднократного уведомления о готовности передачи документов, телефоны ответственных лиц, адрес хранения документации.

В материалы настоящего дела ответчиками представлены описи вложений в почтовые отправления, представленные ранее в арбитражный суд по обособленному спору об истребовании документов, ответ ФИО3, ФИО4 на запрос о предоставлении документов от 12.12.2017 (т.Зл.д.46-70).

В определении суда от 26.12.2018 по обособленному спору об истребовании документов, судом исследованы все доказательства по делу, и установлено следующее: «Согласно ответам ликвидатора документы готов передать по акту приема-передачи, подписанному сторонами».

Задача конкурсного управляющего - максимально собрать и проверить информацию по предприятию. И если конкурсного управляющего больше устраивает получать информацию от третьих лиц, и конкурсный управляющий по каким-то своим причинам всячески уклоняется в получении документации от представителя должника - то это его решение, его упущенное время и его личная ответственность.

Конкурсный управляющий пытается представить суду свою «добросовестность и кропотливый труд» ввиду получения им информации о предприятии от третьих лиц. Тогда как именно конкурсный управляющий злостно уклонялся от получения документов должника от ликвидатора и руководителя.

Следовательно, признаки, предусмотренные подпунктом 2 и 4 пункта 2 ст. 61.11. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не применимы к вышеуказанным обстоятельствам.

Конкурсный управляющий в своей жалобе также указала, что суд первой инстанции признал довод ответчика об объективности возникновения банкротства из за действий General Motors, расторгнувшим договор в одностороннем порядке в связи с изменениями в политике США в отношении Российской Федерации и введении санкций, упоминая как подтверждение информацию в сми, инернет ресурсах. Однако, суд целенаправленно уклонился от оценки факта длительного неисполнения руководителем и ликвидатором установленной законом обязанности по обращению в суд с заявление о банкротстве должника. Суд первой инстанции не принял во внимание, что возникновение объективных признаков банкротства не отменяет вышеуказанную обязанность. Законом о банкротстве четко определены условия и сроки подачи заявления руководителем, ликвидатором должника.

Выводы суда первой инстанции о том, что именно позиция Дженерал Моторз (точнее уход данной фирмы с рынка) и политика США относительно Российской Федерации является главным и единственным доводом об отсутствии признаков субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, упоминание о моральной неготовности (в тексте определения) учредителя подавать на банкротство не подкреплены законодательно и носят рассудительный (точнее сказать желаемый) характер.

Судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что возникновение признаков неплатежеспособности в марте 2015 не свидетельствовало об объективном банкротстве, и руководитель должника, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата.

 В материалы дела представлен документооборот между должником и General Motors, свидетельствующий о возможности получения компенсационных выплат должником со стороны компании General Motors.

Следовательно, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод, что политика General Motors и уход их с рынка РФ послужил возникновением банкротства должника.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.  

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция не усматривает.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2021 по делу № А76-27471/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Джемир-Маг» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий  судья                                          А.Г. Кожевникова

Судьи                                                                                    О.В. Рогожина

                                                                                                        Л.В. Забутырина