Арбитражный суд Рязанской области

ул. Почтовая, 43/44, г. Рязань, 390000; факс (4912) 275-108;

http://ryazan.arbitr.ru  

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело №А54-674/2021

г. Рязань

05 мая 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 28 апреля 2023 года. 

Полный текст решения изготовлен 05 мая 2023 года.

Арбитражный суд Рязанской области в составе судьи Сельдемировой В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску 

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, г. Рязань)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 317366800015125, Воронежская область, Панинский район)

о взыскании 65000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017, пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 17.10.2020 по 26.11.2020 в размере 2665 руб., пени за нарушение срока возврата оборудования и за нарушение срока возмещения стоимости оборудования, исчисленных с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 0,1 % от суммы 65000 руб. за каждый день просрочки; судебных расходов в размере 30000 руб.,

и по встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 317366800015125, Воронежская область, Панинский район)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, г. Рязань)

о признании договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 недействительным,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - общества с ограниченной ответственностью "Радуга" (ОГРН 

<

***>, г. Рязань); общества с ограниченной ответственностью "Юнилевер Русь" (ОГРН 

<

***>, г. Москва); общества с ограниченной ответственностью "Меридиан" (ОГРН 

<

***>, г. Москва), ФИО4 (г. Рязань)

при участии в судебном заседании:

от истца по первоначальному иску и третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом;

от ответчика по первоначальному иску: Завальный Д.Ю., представитель по доверенности от 05.02.2021 (посредством веб-конференции);

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - ИП ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее - ИП ФИО3, ответчик) 65000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017; пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 17.10.2020 по 26.11.2020 в размере 79950 руб.; пени за нарушение срока возврата оборудования и за нарушение срока возмещения стоимости оборудования, исчисленных с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 3% от суммы 65000 руб. за каждый день просрочки; судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 30000 руб.

Определением суда от 09.02.2021 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 02.04.2021 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением от 13.08.2021 суд принял к производству встречное исковое заявление ИП ФИО3 к ИП ФИО2 о признании договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 недействительным.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены общество с ограниченной ответственностью "Радуга", общество с ограниченной ответственностью "Юнилевер Русь", общество с ограниченной ответственностью "Меридиан", ФИО4.

В ходе рассмотрения дела истцом по первоначальному иску было заявлено о фальсификации представленного ответчиком доказательства, а именно: соглашения о расторжении договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017. 

Представитель ответчика по первоначальному иску отказался исключить оспариваемое доказательство из числа доказательств по делу. Суд предупредил лиц, участвующих в деле, об уголовно-правовых последствиях заявления о фальсификации, предусмотренных статьями 303, 306 УК РФ (т.1 л.д. 138, т.2 л.д. 124).

03.03.2022 от ответчика по первоначальному иску поступило заявление о фальсификации доказательств, представленных ИП ФИО2, а именно договоров купли-продажи, заключенных между ИП ФИО2 и ООО "Меридиан" № 00026 от 19.01.2016, №00235 от 16.05.2016.

ИП ФИО2 отказался исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу. Суд предупредил лиц, участвующих в деле, об уголовно-правовых последствиях заявления о фальсификации, предусмотренных статьями 303, 306 УК РФ (т.3 л.д. 59, 70).

В судебном заседании 04.03.2022 судом принято уменьшение истцом по первоначальному иску размера исковых требований в части пени до суммы 2665 руб., исчисленных с 17.10.2020 по 26.11.2020, с дальнейшим начислением с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 0,1 % от суммы 65000 руб. за каждый день просрочки.

Определением суда от 08.07.2022 производство по делу было приостановлено в связи с назначением по ходатайству ИП ФИО2 судебной экспертизы, проведение которой суд поручил обществу с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение "Воронежский центр экспертизы", эксперту ФИО5.

29.07.2022 в материалы дела от ООО Экспертное учреждение "Воронежский центр экспертизы" поступило заключение эксперта №467/22 от 22.07.2022.

Определением от 03.08.2022 суд в порядке статьи 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) возобновил производство по делу с 19.10.2022.

Ответчиком по первоначальному иску в ходе рассмотрения дела в порядке статьи 161 АПК РФ было заявлено о фальсификации представленных ИП ФИО2 доказательств - квитанций к приходным кассовым ордерам № 19011626 от 19.01.2016 и № 16051635 от 16.05.2016.

ИП ФИО2 отказался исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу. Суд предупредил лиц, участвующих в деле, об уголовно-правовых последствиях заявления о фальсификации, предусмотренных статьями 303, 306 УК РФ (т.4 л.д. 77, 85).

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривалось в отсутствие истца по первоначальному иску и третьих лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства в порядке статей 121-123 АПК РФ, при наличии заявления истца о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

Представитель ответчика по первоначальному иску поддержал позицию, изложенную ранее, указал, что спорное оборудование было возвращено истцу, полагает, что ИП ФИО2 не обладал правом на передачу морозильного оборудования, поскольку не являлся собственником оборудования, просил в удовлетворении первоначального иска отказать, встречный иск удовлетворить.

Рассмотрев материалы дела, оценив представленные доказательства, заслушав пояснения представителя ответчика, суд считает первоначальные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, в удовлетворении встречного иска следует отказать. При этом суд исходит из следующего.

Как установлено материалами дела, 18.10.2017 между ИП ФИО2 (ссудодатель) и ИП ФИО3 (ссудополучатель) был заключен договор безвозмездного пользования оборудованием №58245 (оригинал - т.3 л.д. 76), по условиям которого ссудодатель передает ссудополучателю во временное безвозмездное пользование морозильное оборудование, наименование и количество которого указывается в акте приема-передачи оборудования к договору, а ссудополучатель обязуется вернуть принятое оборудование ссудодателю в том же состоянии, в каком он его получил (п. 1.1. договора).

В соответствии с пунктом 1.2 договора ссудополучатель принимает и использует оборудование исключительно для хранения замороженной продукции, поставляемой ООО "Радуга". Оборудование остается собственностью ссудодателя. Передача оборудования и его возврат производится по акту приема-передачи, заверенному печатями и подписями сторон. В акте приема-передачи стороны указывают количество, состояние передаваемого оборудования, комплектность, стоимость.   

В подтверждение передачи ответчику оборудования истцом представлен акт приема-передачи оборудования от 18.10.2017 (оригинал - т.3 л.д. 75).

 Согласно указанному акту ИП ФИО3 передано и ею получено оборудование: морозильная камера LIEBHERR, заводской номер - 817768193, стоимостью 35000 руб.; морозильная камера Caravell, заводской номер - 1323801, стоимостью 30000 руб. Общая стоимость оборудования составила 65000 руб.

 Адресом установки оборудования значится: 

<

...>.

Согласно пункту 4.3 договор, каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от договора, известив об этом другую сторону за семь дней.

В соответствии с пунктом 2.2.5 договора ссудополучатель обязан возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора безвозмездного пользования в надлежащем состоянии по адресу: 

<

...>. В случае невозврата оборудования в указанный срок оборудование считается утраченным ссудополучателем, и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

25.09.2020 ИП ФИО2 направил ответчику ценным письмом извещение о расторжении с 09.10.2020 договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 с просьбой возвратить оборудование ИП ФИО2 в срок не позднее 16.10.2020 по адресу: 

<

...>, что подтверждается кассовым чеком АО "Почта России" и описью вложения в ценное письмо (т.1, л.д. 17-19). 

Ответчик на данное извещение не ответил, оборудование истцу не возвратил. Согласно сведениям сайта Почты России, ценное отправление вручено адресату 03.10.2020.

Пунктом 3.3 договора установлено, что в случае продажи, утраты или передачи оборудования третьим лицам без согласия ссудодателя ссудополучатель в семидневный срок возмещает ссудодателю полную стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи. 

Стоимость невозвращенного ИП ФИО3 оборудования составила 65000 руб.

Претензией от 26.11.2020 истец по первоначальному иску потребовал от ответчика выплатить денежные средства в размере 65000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием, а также денежные средства в размере 79950 руб. в счет погашения пени за нарушение срока возврата оборудования (т.1, л.д. 20). 

В подтверждение направления претензии ИП ФИО3 в материалы дела представлена квитанция от 27.11.2020 (т.1 л.д. 21). Согласно сведениям сайта Почты России, почтовая корреспонденция адресатом получена 12.12.2020.

Претензия была оставлена ИП ФИО3  без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения ИП ФИО2 в суд с настоящим иском.

В свою очередь ИП ФИО3 обратилась со встречным иском о признании недействительным договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017, ссылаясь на то, что ИП ФИО2 при заключении договора не являлся собственником спорного морозильного оборудования, а также не был уполномочен настоящим собственником на заключение договора.

Удовлетворяя первоначальный иск частично и отказывая в удовлетворении встречного иска, арбитражный суд руководствуется следующим.

Согласно пункту 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В рассматриваемом случае истец по первоначальному иску ссылается на заключение сторонами договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017, во исполнение которого ИП ФИО2 передал ИП ФИО3 морозильное оборудование в количестве и стоимостью, указанные в акте приема-передачи к договору.

В соответствии с пунктом 1 статьи 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

В соответствии со статьей 695 ГК РФ ссудополучатель обязан поддерживать вещь, полученную в безвозмездное пользование, в исправном состоянии, включая осуществление текущего и капитального ремонта, и нести все расходы на ее содержание, если иное не предусмотрено договором безвозмездного пользования.

Статьей 696 ГК РФ установлено, что ссудополучатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения полученной в безвозмездное пользование вещи, если вещь погибла или была испорчена в связи с тем, что он использовал ее не в соответствии с договором безвозмездного пользования или назначением вещи либо передал ее третьему лицу без согласия ссудодателя.

Ссудополучатель несет также риск случайной гибели или случайного повреждения вещи, если с учетом фактических обстоятельств мог предотвратить ее гибель или порчу, пожертвовав своей вещью, но предпочел сохранить свою вещь.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 ГК РФ предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В ходе рассмотрения дела ответчик по первоначальному иску, не оспаривая факт заключения договора и получения спорного оборудования, указал, что морозильные камеры были возвращены истцу. 

ИП ФИО3 ссылалась на то, что 26.08.2019 морозильные камеры LIEBHERR (заводской номер 817768193) и Caravell (заводской номер 1323801) были переданы не лично ИП ФИО2, а его представителю - ФИО4, которая принимала участие в передаче данного оборудования ответчику при заключении договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017. В подтверждение возврата спорного оборудования ФИО4 было выдано соглашение от 26.08.2019 о расторжении договора №_ безвозмездного пользования оборудованием от 26.08.2019 (оригинал - т.2 л.д. 1).

Суд, по ходатайству ответчика, определениями от 06.08.2021 и 15.10.2021 вызывал в судебное заседание в качестве свидетеля ФИО4 Данные определения суда исполнены не были, ФИО4 в судебные заседания не явилась, определения суда не получила.

Возражая относительно доводов ответчика, ИП ФИО2 указал, что спорное оборудование ему не возвращено.

ИП ФИО2 пояснил, что ФИО4 являлась работником ООО "Радуга", в обязанности указанного лица не входила работа с морозильным оборудованием, что подтверждается копией трудового договора №БН от 09.03.2016, копией приказа о приеме на работу №26 от 09.03.2016, копией приказа об увольнении №42 от 30.03.2020, копией списочного состава работников ООО "Радуга" за 2016-2020 года, предоставленного Пенсионным фондом Российской Федерации по Рязанской области (т.2 л.д. 26-31). Как указал истец, общество "Радуга" не выдавало и не могло выдать полномочий своим работникам на совершение действий с морозильным оборудованием, принадлежащим иному лицу - ИП ФИО2

Ввиду изложенного, ИП ФИО2 в порядке статьи 161 АПК РФ заявил о фальсификации представленного ответчиком доказательства - соглашения от 26.08.2019 о расторжении договора, указал, что оно истцом не подписывалось, оттиск печати проставлен не печатью ИП ФИО2, кроме того, в данном соглашении указаны иные номера оборудования, которые не совпадают с заводскими номерами морозильного оборудования, переданного ответчику.

Представитель ответчика отказался исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу.

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратилось в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это оказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательство по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Применительно к статье 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательств имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, предоставившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

В целях проверки заявления истца о фальсификации доказательств суд определением от 08.07.2022 назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил обществу с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение "Воронежский центр экспертизы", эксперту ФИО5.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

- Выполнена ли подпись в соглашении от 26.08.2019 о расторжении договора безвозмездного пользования оборудованием собственноручно ФИО2?

- Соответствует ли оттиск печати, проставленный в соглашении от 26.08.2019 о расторжении договора безвозмездного пользования оборудованием, оттиску печати, принадлежащей ФИО2?

Согласно заключению судебной экспертизы №467/22 от 22.07.2022 (т.4 л.д. 3-11), подпись от имени ФИО2 на соглашении о расторжении договора б/н безвозмездного пользования оборудованием от 26.08.2019 - вероятно выполнена не самим ФИО2, а другим лицом. Делая вывод о вероятности подписи ФИО2, эксперт указал, что при сравнении исследуемой подписи от имени ФИО2 на представленном соглашении с образцами подписи ФИО2, представленными в качестве образцов, установлены различия общих и частных признаков, каких-либо совпадений, относящихся к числу информативных, не выявлено. Выявленные различающиеся признаки устойчивы и информативны, однако их совокупность, в связи с кратким составом и простотой строения подписи, может служить основанием лишь для вероятного отрицательного вывода о выполнении исследуемой подписи от имени ФИО2 на соглашении не самим ФИО2, а другим лицом.

Оттиск печати ИП ФИО2 на представленном соглашении выполнен способом струйной печати с применением печатающего устройства типа цветочной струйный принтер. Идентификационные исследования по установлению соответствия оттиска печати ИП ФИО2 на соглашении с оттисками печати, представленными в качестве сравнительного материала, не проводились, поскольку данный объект получен способом струйной печати и оттиском печати не является (имитация оттиска печати).

В силу статьи 64 АПК РФ заключение эксперта относится к числу доказательств по делу, которое подлежит оценке судом в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу (пункт 3 статьи 86 АПК РФ).

Проанализировав экспертное заключение от №467/22 от 22.07.2022, суд приходит к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, не содержит противоречий, отсутствуют основания для иного толкования выводов эксперта. Недостатков в экспертном заключении, сомнений в правильности и объективности содержащихся в нем выводов не имеется, каких-либо доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Возражений против выводов судебной экспертизы лицами, участвующими в деле, не заявлено. Результаты судебной экспертизы сторонами не оспорены.

В связи с изложенным экспертное заключение от №467/22 от 22.07.2022 принимается судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

Учитывая изложенное, заявление ИП ФИО2 о фальсификации представленного ИП ФИО3 доказательства - соглашения от 26.08.2019 о расторжении договора безвозмездного пользования оборудованием подлежит удовлетворению, указанный документ исключается судом из числа доказательств по делу. 

Довод ИП ФИО3 о том, что факт возврата морозильных камер ИП ФИО2 может подтверждаться также объяснениями бывших работников ООО "Радуга" и ООО "Умка", согласно которым холодильное оборудование у предпринимателей забиралось по личному распоряжению ФИО2, судом не принимается ввиду следующего.

Согласно статье 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке наравне с другими в их совокупности. 

Как установлено материалами дела, объяснения бывших работников ООО "Радуга" и ООО "Умка" были получены в ходе проверки ОМВД России по Аннинскому району по факту совершения противоправных действий при возврате холодильного оборудования со стороны ИП ФИО2 (КУСП №1449 от 28.04.2021), по заявлению ответчика по делу №А54-161/2021 - ИП ФИО6 (представлены в электронном виде, т. 1 л.д. 131).

С учетом различия предметов доказывания в рамках уголовного и арбитражного процессов, а также целей, которые преследуются при возбуждении указанных судопроизводств, суд пришел к выводу о том, что факты, установленные следственной проверкой, с учетом специфики доказывания значимых обстоятельств по уголовному делу, имеют иной процессуальный смысл. 

Согласно п. 3.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства. 

Сведения, содержащиеся в материалах проверки, в том числе, в протоколах опросов в настоящем случае не могут иметь для арбитражного суда характера бесспорного и доказанного обстоятельства достоверности оспариваемых сведений с учетом того, представленная в материалах настоящего дела совокупность доказательств не позволяет считать доказанным факты, отраженные в материалах проверки. Сами материалы проверки в рамках арбитражного процесса могут однозначно свидетельствовать только лишь об одном – что уголовное дело не возбуждено. При этом мотивы, по которым правоохранительным органом отказано в возбуждении уголовного дела и сделанные выводы, не могут служить доказательством обстоятельств, подлежащих установлению в порядке, определенным АПК РФ.

С учетом изложенных обстоятельств, доводы ответчика по первоначальному иску о том, что оборудование было возвращено истцу, материалами дела не подтверждены.

Довод ИП ФИО3 о том, что истец по первоначальному иску предъявляет требование о возврате стоимости товара, которая установлена ИП ФИО2 без подтверждения действительной стоимости, отклоняется как несостоятельный.

Пунктом 2.2.5 договора сторонами определено, что ссудодатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи в случае его невозврата в установленный срок. Цена оборудования сторонами согласована в акте приема-передачи. 

Возражая относительно удовлетворения первоначальных исковых требований, ответчик ссылался на то, что истцом не представлены доказательства принадлежности спорного имущества ИП ФИО2, и поскольку отсутствует согласие собственника на совершение сделки, договор безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 является недействительным.

В связи с чем ИП ФИО3 заявлено встречное исковое заявление о признании договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 недействительным. 

Суд не находит оснований для удовлетворения встречного иска, исходя при этом из следующего.

В обоснование встречного иска ИП ФИО3 указывает, что собственником спорного оборудования является ООО "Юнилевер Русь". 

В отзыве на исковое заявление ООО "Юнилевер Русь" указало, что в момент заключения договора безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 спорное морозильное оборудование находилось в распоряжении ООО "Умка", в рамках дистрибьюторского соглашения, заключенного с ООО "Юнилевер-Русь", следовательно, ИП ФИО2 не являлся и не является собственником данного оборудования, также как и не являлись собственниками оборудования ни ООО "Радуга", ни ООО "Меридиан", ни ООО "Умка".

Возражая против встречного иска, в подтверждение факта наличия права собственности на спорное оборудование ИП ФИО2 представлены в материалы дела договоры купли продажи №00026 от 19.01.2016 и №00235 от 16.05.2016, заключенные с ООО "Меридиан" (т. 1 л.д. 89-90), квитанции к приходным кассовым ордерам №19011626 от 19.01.2016 и №16051635 от 16.05.2016 в качестве доказательств оплаты по договорам (представлены в электронном виде т.3 л.д. 127).

Ссылаясь на то, что вышеуказанные договоры купли-продажи и квитанции об оплате были изготовлены позднее даты, указанной в этих документах, поскольку в договорах купли-продажи указаны реквизиты ООО "Меридиан" (КПП 770901001), при этом в период с 06.05.2015 по 17.08.2018, т.е. в период заключения договоров, ООО "Меридиан" стояло на учете в Инспекции ФНС №24 по г. Москве и имело КПП 772401001, истец по встречному иску в порядке статьи 161 АПК РФ заявил о фальсификации представленных ИП ФИО2 доказательств - договоров купли продажи №00026 от 19.01.2016 и №00235 от 16.05.2016, квитанций к приходным кассовым ордерам №19011626 от 19.01.2016 и №16051635 от 16.05.2016.

ИП ФИО2 отказался исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу.

Рассмотрев заявление ИП ФИО3 о фальсификации доказательств, суд не находит оснований для его удовлетворения, руководствуясь следующим.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.

Материалами дела установлено и не оспаривается сторонами, что ИП ФИО2 и ИП ФИО3 заключили договор безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 и скрепили печатями сторон как сам договор, так и акт приема-передачи оборудования к нему. 

Суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 "Об отдельных вопросах практику применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды" и имеющее общеправовое значение для рассмотрения споров, связанных с владением и пользованием имуществом, согласно которым доводы лица, пользовавшегося соответствующим имуществом, о том, что право собственности на него принадлежит не лицу, предоставившему имущество, а иным лицам, и поэтому договор, определяющий условия пользования имуществом, является недействительной сделкой, не должны приниматься во внимание при рассмотрении спора.

В силу разъяснений, приведённых в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 №73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды" заключение договора аренды не собственником вещи само по себе не влечет его недействительности.

Аналогичная позиция изложена в Постановлениях Арбитражного суда Центрального округа от 30.08.2022 по делу №А54-9067/2020, от 24.12.2021 по делу №А54-6854/2020.

Передача имущества ссудодателем, во владении которого оно находится, без обязательного согласия собственника данного имущества в соответствии с пунктом 1 статьи 168  ГК Ф не свидетельствует о ничтожности договора безвозмездного пользования, а доказательств признания договора недействительным по оспоримым основаниям в материалы дела не представлено.

Право передачи вещи в безвозмездное пользование принадлежит ее собственнику и иным лицам, управомоченным на то законом или собственником. Ссудодатель обязан предоставить вещь в состоянии, соответствующем условиям договора безвозмездного пользования и ее назначению (пункт 1 статьи 690, пункт 1 статьи 691 ГК РФ).

Положения приведенной нормы не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением ссудополучателем своих обязательств по договору безвозмездного пользования имуществом, ссудодатель обязан доказать наличие у него правомочий по распоряжению данным имуществом. Находясь с истцом в обязательственных правоотношениях по поводу безвозмездного пользования имуществом, ссудополучатель не обладает какими-либо вещными правами на предоставленное по договору имущество, поэтому в сферу его материальных интересов не входит исследование вопроса о том, на каких основаниях имущество предоставлено ссудодателем.

Следовательно, в сферу правомочий ссудополучателя, пользовавшегося имуществом, переданным ему ссудодателем, не входит оспаривание титула ссудодателя на соответствующее имущество, если только ссудополучатель не считает такое имущество собственным.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В соответствии с пунктом 1 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу, предусмотренному пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2015 № 5-КГ15-92).

Истцом по встречному иску не представлено доказательств, что истец по первоначальному иску при заключении договора безвозмездного пользования действовал с намерением причинить вред другому лицу или действовал в обход закона с противоправной целью.

При принятии спорного имущества ответчик по первоначальному иску не был лишен возможности выяснить у ссудодателя обстоятельства принадлежности спорного оборудования, если они имели для него значение, а пункт 5 статьи 10 ГК РФ устанавливает презумпцию добросовестности поведения участников гражданских правоотношений и разумности их действий.

Таким образом, действия ИП ФИО2 по заключению договора безвозмездного пользования оборудованием от №58245 от 18.10.2017 нельзя признать недобросовестными.

Кроме того судом принимается во внимание процессуальное поведение ответчика, который, подтверждая факт получения оборудования по спорному договору, представляя доказательства о, якобы, его возврате, при этом оспаривает действительность договора, по которому ему было предоставлено спорное оборудование.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленными в материалы дела доказательствами стороны подтвердили фактическое исполнение договора путем передачи истцом и принятия ответчиком соответствующего имущества - морозильных камер, а, следовательно, стороны в спорный период достигли соглашения по всем существенным условиям договора, обеспечили соблюдение его письменной формы, в связи с чем, договор безвозмездного пользования оборудованием №58245 от 18.10.2017 признается судом заключенным. 

Доказательств отказа ссудополучателя от исполнения договора или пересмотра его условий в исследуемый период в материалы дела не представлено.

Сам по себе факт того, что в договорах купли-продажи, заключенных между ИП ФИО2 и ООО "Меридиан", проставлен некорректный КПП, при отсутствии в материалах дела доказательств получения ответчиком спорного оборудования у иных лиц, при неоспаривании самого факта наличия спорного оборудования, не означает недействительности договоров купли-продажи, заключенных между ИП ФИО2 и ООО "Меридиан". 

Учитывая вышеизложенное, в удовлетворении заявления ИП ФИО3  о фальсификации представленных ИП ФИО2 доказательств - договоров купли продажи №00026 от 19.01.2016 и №00235 от 16.05.2016, квитанций к приходным кассовым ордерам №19011626 от 19.01.2016 и №16051635 от 16.05.2016, следует отказать.

Согласно части 1 статьи 699 ГК РФ каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от договора безвозмездного пользования, заключенного без указания срока, известив об этом другую сторону за один месяц, если договором не предусмотрен иной срок извещения. Аналогичное право предусмотрено пунктом 4.3 договора. 

В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении"). 

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом. 

Таким образом, односторонний отказ от договора - односторонняя сделка, прекращающая обязательство во внесудебном порядке. 

Извещением от 25.09.2020 истец по первоначальному иску уведомил ответчика о расторжении договора безвозмездного пользования с 09.10.2020 и просил в срок не позднее 16.10.2020 возвратить оборудование по указанному в договоре адресу: 

<

...>. 

Извещение направлено ИП ФИО3 почтовым отправлением №80088552369956. Согласно информации об отслеживании почтовых отправлений АО "Почта России" почтовая корреспонденция адресатом получена 03.10.2020, что не оспорено последним.

В срок, указанный в извещении, оборудование не возвращено.

Претензия истца от 26.11.2020 с требованием выплаты денежных средств в счет возмещения стоимости оборудования и уплаты пени, также содержащая сведения об одностороннем отказе истца от договора, направлена в адрес ответчика 27.11.2020 почтовым отправлением №80111454059059. Согласно информации об отслеживании почтовых отправлений АО "Почта России" почтовая корреспонденция адресатом получена 12.12.2020.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Отсутствие в первом предложении пункта 2.2.5 договоров указания на то, что отказ ссудодателя или ссудополучателя является основанием для возникновения у последнего обязанности доставить оборудование по соответствующему адресу, позволяет суду толковать данное условие таким образом, что указанное обязательство возникает у ответчика при отказе любой из сторон сделки от договора и определяющим является только момент осведомленности о таком отказе. В случае отказа ссудополучателя от договора, последний, как субъект юридически значимого действия, должен признаваться осведомленным об этом с момента направления соответствующего уведомления контрагенту, а в случае отказа ссудодателя от договора осведомленность обусловлена моментом, когда ссудополучатель узнал или должен был узнать об этом, в том числе датой получения соответствующего сообщения.

Ответчик 03.10.2020 получил извещение истца от 25.09.2020 о расторжении спорного договора безвозмездного пользования и о возврате имущества, кроме того, 12.12.2020 ответчиком получена претензия истца от 26.11.2020 с требованием о выплате денежных средств в счет возмещения стоимости оборудования и погашения пени, также содержащая сведения об одностороннем отказе истца от договора.

С учетом изложенного, договор считается прекращенным с даты, указанной истцом в извещении - с 09.10.2020, и у ответчика, в силу пункта 2.2.5 договора, возникла обязанность возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора, т.е. не позднее 16.10.2020, в надлежащем состоянии по адресу: 

<

...>.

Поскольку доказательств возврата истцу по первоначальному иску оборудования в порядке п. 2.2.5 договора ИП ФИО3 не представлено, равно как и не представлено доказательств уклонения истца по первоначальному иску от его принятия, исковые требования о взыскании стоимости оборудования в общем размере 65000 руб. подлежат удовлетворению.

Ссылки представителя ИП ФИО3 на правовые позиции, изложенные в судебных решениях Арбитражного суда Рязанской области, вынесенные по иным делам, подлежат отклонению, поскольку названные разъяснения и выводы сделаны в отношении споров с иными фактическими обстоятельствами.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 17.10.2020 по 26.11.2020 в размере 2665 руб., пени за нарушение срока возврата оборудования и за нарушение срока возмещения стоимости оборудования, исчисленных с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 0,1 % от суммы 65000 руб. за каждый день просрочки (с учетом уточнений).

Статьей 329 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пени) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Истец по первоначальному иску ссылается на нарушение ответчиком пункта 2.2.5 договора, согласно которому ссудополучатель обязался возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора безвозмездного пользования. В случае невозврата оборудования в указанный срок оборудование считается утраченным ссудополучателем и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи. 

За нарушение пункта 2.2.5 пунктом 3.6 договора предусмотрена ответственность ссудополучателя в виде уплаты ссудодателю пени в размере 3 % от стоимости оборудовании за каждый день неисполнения обязательств. 

В ходе рассмотрения дела истец по первоначальному иску в порядке ст. 49 АПК РФ заявил об уменьшении размера неустойки, начисленной  за период с 17.10.2020 по 26.11.2020, до суммы 2665 руб., рассчитанной  исходя из 0,1% от суммы 65000 руб. за каждый день просрочки, с дальнейшим начислением с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 0,1% от суммы 65000 руб. за каждый день просрочки;

Уменьшение размера исковых требований в данной части было принято судом.

Рассматривая данное требование, суд с учетом структуры договора и последовательного порядка изложения взаимных обязательств сторон путем буквального толкования его условий исходит из того, что с момента получения ответчиком уведомления истца об отказе от исполнения договора ссудополучатель обязан в соответствии с пунктом 2.2.5 договора в семидневный срок своими силами и за свой счет доставить оборудование по указанному адресу и в случае неисполнения данной обязанности, начиная с восьмого дня, ссудодатель вправе требовать уплаты пени за просрочку срока возврата переданного имущества. При этом, по истечении указанных семи дней, если оборудование не возвращено ссудополучателю, оно считается утраченным и обязательство ссудодателя трансформируется в обязательство возмещения его стоимости, выплату которой согласно пункту 3.3 договора он обязан произвести в семидневный срок. В данном пункте не указано, с какого момента подлежит исчисление данного срока, однако последовательность исполнения обязательств свидетельствует о том, что денежное обязательство возникает через семь дней после наступления срока возврата оборудования, ввиду чего предусмотренная пунктом 3.6 договора неустойка в течение первых семи дней с даты истечения срока на возврат оборудования обеспечивает обязательство по возврату этого имущества, а начиная с восьмого дня обеспечивает денежное обязательство по возмещению стоимости оборудования до момента его фактического исполнения, так как трансформация обязательства из товарного в денежное не прекращает условий обеспечения его исполнения посредством установления неустойки, предусмотренной договором. 

Из представленных в материалы дела документов следует, что ИП ФИО2  извещение об отказе от исполнения договора безвозмездного пользования оборудованием направил в адрес ответчика 25.09.2020 посредством заказного почтового отправления с описью вложения по адресу регистрации ответчика. 

Уведомление с почтовым идентификатором 80088552369956 согласно отчету об отслеживании с сайта Почта России было получено адресатом 03.10.2020, что последним не оспорено.

При таких обстоятельствах, учитывая содержание письма, 09.10.2020 имеет место расторжение договора в связи с отказом ссудодателя от дальнейшего исполнения договора, а, следовательно, в течение 7 дней в соответствии с пунктом 2.2.5 договора ИП ФИО3 должна была возвратить оборудование истцу (т.е. до 16.10.2020), но данное обязательство не исполнила, в связи с чем с 17.10.2020 ИП ФИО3 обязана уплачивать неустойку в соответствии с пунктом 3.6 договора. 

С учетом изложенного, судом отклоняется довод ответчика о том, что письмо с извещением о расторжении договора получено ответчиком 03.10.2020, следовательно, договор должен считаться расторгнутым с учетом положений статьи 191 ГК РФ, а также с учетом 7-ми дневного срока - с 11.10.2020, а начисление неустойки должно осуществляться с 19.10.2020.

Поскольку материалами дела подтвержден факт неисполнения ответчиком по первоначальному иску обязательства по возврату в установленный договором срок оборудования, исковые требования о взыскании пени предъявлены обоснованно.

Согласно положениям пункта 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Проверив расчет истца, суд признает его верным.

ИП ФИО3 заявлено о применении статьи 333 ГК РФ ввиду явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды. 

Как разъяснено в пунктах 71, 73, 75, 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). 

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 N 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

Явная несоразмерность заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел законодательством не предусмотрено, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, учитывая обстоятельства дела. Критериями для установления несоразмерности могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другие. 

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается выплата кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. К выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки арбитражный суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании (пункт 1 статьи 71 АПК РФ). Таким образом, рассматривая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, суд должен исходить из того, что неустойка носит компенсационный, а не карательный характер и она не может служить источником обогащения лица, требующего ее уплаты, а должна быть адекватной и соизмеримой с нарушенным интересом. В противном случае исключается экономическая целесообразность исполнения договоров. 

В данном случае, оценив условия договора, принимая во внимание фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о необходимости снижения пени до двукратной ключевой ставки Банка России, действовавшей в период просрочки, и определить в фиксированной сумме ко взысканию неустойку в сумме 18284,12 руб., в том числе за период с 17.10.2020 по 31.03.2022 в сумме 12701,24 руб. и за период с 02.10.2022 по 28.04.2023 в сумме 5582,88 руб., с учетом моратория, установленного Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 №497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

Доказательств причинения убытков, несения каких-либо расходов в большем размере истцом не представлено.

Дальнейшее начисление пени за нарушение срока возмещения стоимости оборудования следует производить с 29.04.2023 до момента фактического исполнения обязательства по уплате денежных средств, исходя из двукратной ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). 

Истцом по первоначальному иску заявлено требование о возмещении судебных расходов по оплате юридических услуг в сумме 30000 руб. 

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей) и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Согласно статье 112 АПК РФ распределение судебных расходов разрешается арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Юридические услуги ИП ФИО2 (заказчику) оказывались на основании договора №1-706 об оказании юридических услуг от 26.11.2020 (т.1 л.д. 22-23), заключенного с обществом с ограниченной ответственностью "Феникс" (исполнитель), по условиям которого исполнитель обязуется оказать заказчику юридические услуги по представлению в суде (включая досудебный порядок урегулирования спора) интересов заказчика по делу о взыскании возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием, неустойки с ответчика - ИП ФИО3, а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Исполнитель обязуется привлечь к оказанию услуг своего сотрудника: руководителя юридического направления ФИО7  (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.2, в рамках настоящего договора исполнитель обязуется: изучить представленные заказчиком документы и проинформировать заказчика о возможных вариантах разрешения спорного вопроса; соблюсти досудебный порядок урегулирования спора; подготовить исковое заявление и прочие необходимые документы в суд и представлять интересы заказчика на всех стадиях судебного процесса.

Стоимость оказания услуг по настоящему договору определена в размере 30000 руб. Оплата услуг исполнителя производится заказчиком в момент подписания договора (пункты 3.1, 3.2 договора).

Оплата юридических услуг произведена заказчиком 26.11.2020, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №327 на сумму 30000 руб. (т.1, л.д. 24).     

В ходе рассмотрения дела интересы истца по первоначальному иску представляла ФИО7  (на основании доверенности от 22.05.2020) - работник ООО "Феникс" (трудовой договор от 21.05.2020, т.1 л.д. 25-28), которая подготовила и направила ИП ФИО3 претензию, подготовила и направила в суд исковое заявление, возражения на отзыв ответчика, дополнения правовой позиции.

Согласно части 2 статьи 110 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт уплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Истцом по первоначальному иску по делу заявлено требование о возмещении понесенных им расходов на оплату услуг представителя, которые он подтвердил надлежащими доказательствами. 

ИП ФИО3 заявила о чрезмерности суммы представительских расходов, представив в материалы дела прейскурант цен Рязанской правовой Коллегии адвокатов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Критерий разумности, используемый при определении суммы расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт (часть 2 статьи 110 АПК РФ), является оценочным.

Принимая во внимание объем фактически выполненной представителем истца по первоначальному иску работы, характер спора, количество аналогичных судебных дел, рассмотренных с участием истца, тот факт, что представитель истца не принимал участие в судебных заседаниях, суд полагает, что в данном случае расходы на оплату услуг представителя являются разумными в сумме 10000 руб., указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. В удовлетворении требования о взыскании представительских расходов в остальной части следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2707 руб. относятся на ответчика по первоначальному иску и подлежат взысканию в пользу истца.

С учетом уменьшения размера исковых требований излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2642 руб. подлежит возврату ИП ФИО2 из федерального бюджета.

При рассмотрении настоящего спора истец по первоначальному иску понес судебные расходы на оплату судебной экспертизы в размере 20000 руб.

Учитывая удовлетворение исковых требований, с ответчика по первоначальному иску в пользу истца также подлежат взысканию расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 20000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 317366800015125, Воронежская область, Панинский район) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: 

<

***>, г. Рязань) 65000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования; пени в размере 18284,12 руб., начисленные за период с 17.10.2020 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 28.04.2023, с дальнейшим начислением на сумму 65000 руб. с 29.04.2023 по день фактической оплаты из расчета двукратной ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, за каждый день просрочки, а также расходы по оплате госпошлины в сумме 2707 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 10000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 20000 руб.

В удовлетворении остальной части первоначального иска отказать.

2. Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП: 

<

***>, г. Рязань) из федерального бюджета госпошлину в сумме 2642 руб., перечисленную платежным поручением №18 от 21.01.2021.

3. В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Рязанской области.

На решение, вступившее в законную силу, может быть подана кассационная жалоба в порядке и сроки, установленные статьями 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, через Арбитражный суд Рязанской области.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Рязанской области разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством  размещения на официальном сайте Арбитражного суда Рязанской области в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" по адресу: http://ryazan.arbitr.ru (в информационной системе "Картотека арбитражных дел" на сайте федеральных арбитражных судов по адресу: http://kad.arbitr.ru).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии судебных актов на бумажном носителе могут быть направлены им заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Судья В.А. Сельдемирова