АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7476/21 

Екатеринбург

21 февраля 2022 г.

 

Дело № А60-1377/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Кудиновой Ю. В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Администрации городского округа Верхняя Тура (далее – Администрация) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 по делу № А60-1377/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель конкурсного управляющего – ФИО1 (доверенность от 08.02.2021);

представители Администрации городского округа Верхняя Тура – ФИО2 (доверенность от 10.01.2022); ФИО3 (доверенность от 10.01.2022).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Тура Энерго» (далее – предприятие «Тура Энерго», должник) в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной, в которой последний просит признать дополнительные соглашения № 7 от 03.12.2019, № 8 от 10.12.2019, № 9 от 26.04.2020 к договору о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/2018, заключенные между предприятием «Тура Энерго» и Администрацией, недействительными сделками; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с Администрации 227 458 912 руб. 48 коп.; применить последствия недействительности сделки в виде возложения на Администрацию обязанность передать предприятие «Тура Энерго» автомобиль ЗИЛ-433362 КО-520, 1996 г. в., и автомобиль УАЗ396252, 2005 г. в.

К участию в деле в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечена Администрация.

В качестве третьих лиц к участию в дело привлечены: глава городского округа Верхняя Тура; Управление по делам архитектуры, градостроительства и муниципального имущества Администрации городского округа Верхняя Тура.

Определением Арбитражного Свердловской области от 20.08.2020 заявление конкурсного управляющего должника о признании сделки недействительной удовлетворено частично. Суд признал недействительными сделками дополнительные соглашения № 8 от 10.12.2019 и № 9 от 26.04.20 к договору о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/18 в части изъятия движимого имущества, применил последствия недействительности, а именно, взыскал с Администрации в пользу предприятия «Тура Энерго» 35 110 144 руб. 78 коп.; суд признал недействительным дополнительное соглашение № 7 от 03.12.2019 к договору о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/18, заключенного между должником и Администрацией, применил последствия недействительности сделки, а именно, обязал Администрацию в течение 10 дней с даты вступления судебного акта в законную силу передать конкурсному управляющему по акту приема-передачи автомобиль ЗИЛ-433362 КО-520, 1996 г.в. и автомобиль УАЗ 3396252, 2005 г.в. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 определение суда первой инстанции от 20.08.2020 изменено, пункт 1 резолютивной части указанного судебного акта суда первой инстанции изложен в следующей редакции: «Заявление удовлетворить частично. Признать недействительными сделки - дополнительные соглашения № 8 от 10.12.2019 и № 9 от 26.04.20 к договору о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/18. Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с Администрации городского округа Верхняя Тура в пользу предприятия «Тура Энерго» суммы в размере 79 000 000  руб.» В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Администрация обратилась с Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 полностью.

Как указывает кассатор, суд первой инстанции, удовлетворяя требования конкурсного управляющего, взыскал сумму компенсации 35 110 144 руб. 78 коп., суд апелляционной инстанции самостоятельно увеличил сумму требований кредиторов до 79 000 000 руб. без каких-либо оснований.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что суд апелляционной инстанции неправомерно учел кредиторов с реституционными требованиями, не приняв при этом во внимание взысканную с них дебиторскую задолженность.

Администрация отмечает, что суд должен был учесть социально направленный характер местного бюджета.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением суда от 23.01.2020 принято к производству заявление Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по Свердловской области о признании предприятия «Тура Энерго» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.05.2020 заявление уполномоченного органа о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения. Назначено к рассмотрению в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Новая энергетика».

Определением суда от 23.06.2020 признано обоснованным заявление общества с ограниченной ответственностью «Новая энергетика» о признании должника несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 06.10.2020 в отношении Предприятия введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Как следует из материалов дела, единственным учредителем должника является Администрация.

Между Администрацией и предприятием «Тура Энерго» заключен договор от 30.07.2018 № 04/2018 о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения за предприятием «Тура Энерго» (далее - договор от 30.07.2018 № 04/2018).

В соответствии с пунктом 1.1 договора от 30.07.2018 № 04/2018 Администрация передала предприятию «Тура Энерго»:

- Имущественный комплекс теплоснабжения (перечень имущества закреплен в Приложении № 1 к Договору№ 04/2018 от 30.07.2018);

- Имущественный комплекс водоснабжения (перечень имущества закреплен в Приложении № 2 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018);

- Имущественный комплекс водоотведения (перечень имущества закреплен в Приложении № 3 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018);

- Иное имущества (перечень имущества закреплен в Приложении № 4 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018).

Факт передачи имущества подтверждается актом приема-передачи имущества от 30.07.2018 по договору хозяйственного ведения № 04/2018 от 30.07.2018.

В дальнейшем состав имущества, переданного во исполнение договора № 04/2018 от 30.07.2018, пополнялся на основании дополнительных соглашений:

- Дополнительным соглашением № 1 от 20.08.2018:

- Изменены строки 5, 6 Приложения № 4 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018;

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 4 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строками 8-16.

- Дополнительным соглашением № 2 от 20.08.2018:

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 4 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строкой 17.

- Дополнительным соглашением № 4 от 03.10.2018:

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 4 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строками 18, 19.

- Дополнительным соглашением № 5 от 20.12.2018:

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 1 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строками 188-190;

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 2 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строкой 94;

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 3 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строками 214-217;

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 4 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строками 20-24.

- Дополнительным соглашением № 6 от 19.02.2019:

- Перечень имущества, указанный в Приложении № 3 к Договору № 04/2018 от 30.07.2018, дополнен строками 218, 219;

Факт передачи имущества на основании перечисленных дополнительных соглашений в пользу предприятия «Тура Энерго» подтверждается соответствующими актами приема-передачи имущества.

На основании дополнительного соглашения № 3 от 31.08.2018 у предприятия «Тура Энерго» изъято здание водопроводно-насосной станции, здание насосного отделения.

В дальнейшем Администрация изъяла у должника ранее предоставленное ему имущество без предоставления какой-либо компенсации. При этом остаточная балансовая стоимость имущества, изъятого из хозяйственного ведения предприятия «Тура-Энерго», составляет 227 458 912 руб. 48 коп. (по состоянию на дату передачи имущества предприятия «Тура Энерго»).

На основании дополнительного соглашения № 7 от 03.12.2019 у предприятия «Тура Энерго» изъяты ЗИЛ-433362 КО-520, 1996 года выпуска - 1 шт.; УАЗ - 396252, 2005 года выпуска - 1 шт.

На основании дополнительного соглашения № 8 от 10.12.2019 у предприятия «Тура Энерго» изъяты имущественные комплексы водоснабжения и водоотведения (состав имущества перечислен в Приложении № 2, № 3 договора о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/2018).

На основании дополнительного соглашения № 9 от 26.04.2020 у предприятия «Тура Энерго» изъят имущественный комплекс теплоснабжения (состав имущества перечислен в Приложении № 1 Договора о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/2018).

Дополнительные соглашения по изъятию имущества у  «Тура Энерго» заключены во исполнение:

- Постановления главы ГО Верхняя Тура № 289 от 03.12.2019;

- Постановления главы ГО Верхняя Тура № 290 от 09.12.2019;

- Постановления главы ГО Верхняя Тура № 280 от 15.11.2019;

- Постановления главы ГО Верхняя Тура № 136 от 22.04.2020.

Факт передачи имущества на основании перечисленных дополнительных соглашений от предприятия «Тура Энерго» в пользу Администрации подтверждается соответствующими актами приема-передачи имущества.

Конкурсный управляющий полагая, что вышеуказанные дополнительные соглашения, которыми у должника без предоставления компенсации изъято имущество, являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 1 и пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в суд с заявлением по настоящему обособленному спору.

Частично удовлетворяя требования о признании сделки недействительной, суд первой инстанции указал, что оспариваемые сделки по изъятию движимого имущества должника произведены в пользу заинтересованного лица, перечисление денежных средств повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в уменьшении размера имущества должника, в связи с чем суд пришел выводу о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, изменил резолютивную часть определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Судами установлено, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также судами установлено наличие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения спорных сделок.

Прекращение исполнения должником части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей подтверждается требованиями кредиторов, заявленными в Арбитражный суд Свердловской области в целях принудительного взыскания с должника денежных средств, взысканных судебными актами.

Материалами дела подтверждено и лицами, участвующими в деле, не опровергнуто, что Администрация осуществляет полномочия собственника должника, согласно выписке из ЕГРЮЛ является его единственным учредителем.

По смыслу статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» единственный учредитель муниципального унитарного предприятия и само унитарное предприятие характеризуются как группа лиц.

Соответственно, суды указали, что при указанных обстоятельствах Администрация является заинтересованным лицом по отношению к должнику, собственник имущества знал, как и о финансовом положении должника и наличии иной кредиторской задолженности, так и о том, что выбытие активов нарушает права кредиторов и приведет к невозможности удовлетворения их требований.

С учетом указанных выше обстоятельств суды указали, что спорные сделки по передаче имущества без встречного предоставления совершены с заинтересованным лицом, которое знало о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и осознавало все возможные негативные последствия от совершения такой незаконной сделки.

Также суды отметили, что в части изъятия объектов водоснабжения и водоотведения сделки не могут быть признаны недействительными в связи с тем, что данные объекты являются изъятыми из оборота.

В ходе производства по данному спору в суде первой инстанции установлено, что регистрация права хозяйственного ведения на спорное недвижимое имущество (объекты теплоснабжения) за предприятием «Тура Энерго» (ответчиком представлены выписки) не осуществлялась, поэтому собственник имущества вправе им распорядиться, в том числе путем его изъятия. Указанное, как посчитал суд первой инстанции, свидетельствует об отсутствии оснований для признания сделок недействительными в части изъятия недвижимого имущества как на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации, поскольку оно не подлежит включению в конкурсную массу должника.

Однако, поскольку в составе имущества было и движимое имущество, на которое право хозяйственного ведения возникло с момента передачи имущества, суд первой инстанции при наличии совокупности условий для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неплатежеспособность, отсутствие встречного предоставления, заинтересованность ответчика и должника), усмотрел основания для признания сделок недействительными в данной части (движимого имущества комплекса теплоснабжения - Дополнительные соглашения № 8 и 9), а также двух автомобилей, изъятых на основании Дополнительного соглашения № 7 (имеющихся в наличии).

В ходе апелляционного производства конкурсный управляющий привел доводы, в которых оспаривал выводы суда первой инстанции в отношении дополнительных соглашений № 8 и № 9, оценив которые,  апелляционный суд отметил следующее.

В силу статьи 294 Гражданского кодекса Российской Федерации, государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых законом.

В силу пункта 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее - Закон N 161-ФЗ), унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем своим имуществом, собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия (пункт 7 статьи 114 Гражданского кодекса Российской Федерации), но при этом ни Гражданский кодекс Российской Федерации, ни Закон N 161-ФЗ не предоставляют собственнику имущества унитарного предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, права изымать у него имущество.

В пункте 5 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 (далее - Постановление Пленума N 10/22) разъяснено, что, в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации, право хозяйственного ведения возникает на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием, а также в результате приобретения унитарным предприятием имущества по договору или иному основанию. При этом, поскольку в федеральном законе, в частности статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе им распоряжаться независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

С учетом статьи 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации, изъятие излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества допускается лишь в отношении имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением на праве оперативного управления, а добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается, в силу пункта 3 статьи 18 Закона N 161-ФЗ, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.

Согласно пункту 40 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", собственник (управомоченный им орган) не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении муниципального предприятия, а акты органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим муниципальным предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными. В силу пункта 3 статьи 18 Закона N 161-ФЗ, совершенные унитарным предприятием сделки, в результате которых предприятие лишено возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены его уставом, ничтожны независимо от их совершения с согласия собственника (пункт 10 Постановления Пленума N 10/22)

Следовательно, в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, направленная на изъятие имущества, переданного предприятию на праве хозяйственного ведения, является ничтожной независимо от того, совершена она по инициативе предприятия либо по решению или с согласия собственника (постановления Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 N 10984/08 по делу N А79-7776/2007, от 02.02.2010 N 12566/09 по делу N А35-3486/08).

Исходя из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений, учитывая, что, как установлено судом первой инстанции из материалов дела, спорное имущество передано должнику Администрацией по договору N 04/2018 от 30.07.2018 и дополнительными соглашениями к нему на праве хозяйственного ведения, а предусмотренные действующим законодательством основания для изъятия этого имущества у должника из права хозяйственного ведения отсутствовали, действия Администрации как собственника имущества должника по изъятию предоставленного последнему на праве хозяйственного ведения имущества, оформленные оспариваемыми соглашениями N 8 и N 9 являются ничтожными, в силу статей 168, 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указал апелляционный суд, то обстоятельство, что право хозяйственного ведения на имущество не было зарегистрировано за должником в установленном порядке, не свидетельствует о правомерности изъятия такого имущества.

Соответственно, суд апелляционной инстанции отметил, что при указанных обстоятельствах оспариваемые соглашения № 8 и № 9 подлежали признанию недействительными в полном объеме.

Довод Администрации о том, что у должника право хозяйственного ведения на спорное имущество не возникло, поскольку не было зарегистрировано в установленном законом порядке, судом апелляционной инстанции отклонен, поскольку отсутствие государственной регистрации вещного права не свидетельствует об отсутствии у лица права владения вещью, полученной им по законной сделке.

Учитывая, что срок государственной регистрации права хозяйственного ведения в отношении имущества, переданного предприятию собственником, законом не ограничен, в том числе осуществление государственной регистрации возможно и в период конкурсного производства для целей формирования конкурсной массы, отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения на недвижимое имущество, находившееся в законном владении и пользовании должника, не может послужить препятствием для признания сделки недействительной.

Кроме того, как указывает бывший руководитель предприятие «Тура Энерго» в его распоряжении имеются доказательства обращения должника за государственной регистрацией права хозяйственного ведения. Как он указывает, такими доказательствами являются письма-уведомления о принятии заявлений о государственной регистрации права, поступившие с официального адреса электронной почты портала Росреестра portal@rosreestr.ru. Так же, как указывает бывший руководитель, данными доказательствами подтверждается, что со стороны предприятия «Тура Энерго» была исполнена обязанность по сдаче заявлений о регистрации права хозяйственного ведения на объекты недвижимости, полученные от Администрации городского округа Верхняя Тура. В последующем право хозяйственного ведения не было зарегистрировано, поскольку документы, переданные на государственную регистрацию, были отозваны Администрацией городского округа Верхняя Тура как одной из сторон сделки.

Доводы о том, что имущество было передано в дальнейшем иному предприятию для осуществления им уставной деятельности, о правомерности изъятия имущества у должника также не свидетельствуют с учетом иных установленных по настоящему делу обстоятельств.

Так же при рассмотрении спора  судом апелляционной инстанции учитывалось следующее.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу, а в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения, при этом невозможность возврата имущества в натуре может иметь место не только в случаях, когда имущество физически отсутствует у неосновательно приобретшего его лица, но и в иных случаях.

Вместе с тем оборотоспособность объектов систем холодного водоснабжения и водоотведения определена в части 1 статьи 9 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» (далее - Закон о водоснабжении), согласно которой отчуждение объектов централизованных систем холодного водоснабжения и (или) водоотведения, нецентрализованных систем холодного водоснабжения, находящихся в муниципальной собственности, в частную собственность, а равно и передача указанных объектов и прав пользования ими в залог, внесение указанных объектов и прав пользования ими в уставный капитал субъектов хозяйственной деятельности не допускаются. Любые сделки, заключенные в отношении социально значимого имущества после 01.01.2012, должны соответствовать требованиям пункта 1 статьи 9 названного Закона.

Поскольку с 04.08.2013, в силу части 1 статьи 9 Закона о водоснабжении, запрещена приватизация объектов централизованных систем горячего и холодного водоснабжения, нецентрализованных систем холодного водоснабжения, находящихся в муниципальной собственности, данные объекты не подлежат включению в конкурсную массу и реализации в порядке пункта 4 статьи 132 Закона о банкротстве.

Как указано выше, в результате сделок у должника изъято имущество, представляющее собой имущественный комплекс для оказания услуг по водоснабжению, водоотведению и теплоснабжению. При этом имущество, используемое для оказания услуг по теплоснабжению, хотя и не изъято из оборота, является социально-значимым имуществом, в дальнейшем передано Администрацией иному лицу с целью оказания социально-значимых услуг по теплоснабжению, в том числе населения городского округа.

Однако, несмотря на отсутствие возможности включения указанных объектов в конкурсную массу должника, необходимо принимать во внимание, что комплексы по водоснабжению и водоотведению, равно как и иное изъятое имущество должника, находились в его хозяйственном ведении, следовательно, должник и его кредиторы были вправе рассчитывать на получение соответствующей компенсации их стоимости.

При этом следует учитывать баланс публичных и частных интересов, то есть, с одной стороны - интересов муниципалитета, обязанного обеспечивать оказание населению коммунальных услуг и несущего обязанности по содержанию соответствующего имущества (если иное не предусмотрено законом), а с другой - интересов должника (пополнение конкурсной массы) и его кредиторов, обоснованно рассчитывающих на погашение их требований, включенных в соответствующий реестр.

Таким образом, невозможность включения соответствующего имущества (социально значимых объектов) в конкурсную массу должника не лишает его права на получение разумной компенсации их стоимости в целях пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

Данные выводы подтверждаются позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 16.05.2000 N 8-П, а также в определениях от 23.04.2013 N 640-О и от 28.05.2013 N 875-О.

Поскольку возврат изъятого у должника имущества в конкурсную массу в рассматриваемом случае не возможен, относительно возможности применения последствий недействительности спорных сделок в виде взыскания с Администрации в конкурсную массу должника денежных средств в счет компенсации стоимости спорного имущества в предмет доказывания входит и подлежит установлению вопрос о размере компенсации в счет изъятого имущества.

В силу пункта 3 резолютивной части и пункта 8 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 N 8-П впредь до разработки в законодательном порядке механизма определения размера и порядка выплаты компенсации за переданное в муниципальную собственность имущества обязанность по определению размера компенсации возлагается на суды и другие правоприменительные органы в целях обеспечения гарантий, предусмотренных в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Соответственно, суд апелляционной инстанции указал, что при таких обстоятельствах размер такой компенсации не может быть равен рыночной стоимости спорных объектов, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

Соответствующие доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего об обратном подлежат отклонению, как необоснованные.

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается лицами, участвующими в деле, по данным, представленным конкурсным управляющим, размер остаточной балансовой стоимости с учетом амортизации объектов водоснабжения и водоотведения составляет 1 721 266, 53 руб. и 4 093 476, 30 руб. соответственно, а теплоснабжения 221 644 169, 65 руб.

Размер рыночной стоимости комплекса теплоснабжения составляет более 300 млн. руб., о чем в материалы дела представлен оценочный отчет.

Таким образом, общая остаточная стоимость имущества с учетом амортизации, на которую возможно ориентироваться при определении размера компенсации, составляет более 200 млн. руб.

Данное обстоятельство признано лицами, участвующими в деле, в том числе в ходе апелляционного производства.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что данная сумма в несколько раз превышает размер реестровых требований кредиторов, в целях соблюдения баланса интересов обеих сторон, суд первой инстанции пришел к выводу, что взысканию с ответчика в пользу должника в качестве последствий признания сделок недействительными подлежит сумма, составляющая размер реестра требований кредиторов - 35 110 144 руб. 78 коп.

Между тем суд апелляционной инстанции указал, что судом первой инстанции не учтено, что требования не всех кредиторов в настоящее время включены в реестр требований кредиторов: часть по оспоренным сделкам, часть по самостоятельным требованиям (на рассмотрении суда находятся заявления о включении в реестр, поданные с нарушением процессуальных сроков, но в пределах срока исковой давности).

Материалами дела о банкротстве подтверждено и лицами, участвующими в споре не опровергнуто, что имеется существенный объем текущих обязательств, которые возникли из-за большого временного периода между подачей заявления о признании банкротом и введением наблюдения, в период которого был отопительный сезон и предприятие «Тура Энерго» осуществляло деятельность на базе спорного имущества.

В материалы дела конкурсным управляющим представлены оборотно-сальдовые ведомости по объемам обязательств Должника на дату изъятия имущества, в соответствии с которыми объем обязательств должника составлял 62 410 895,71 рублей.

При этом, как отметил апелляционный суд, обоснованным является указание конкурсного управляющего на то, что определение размера подлежащей взысканию компенсации без учета требований данных кредиторов, является нарушением баланса публичных и частных интересов.

Кроме того, к моменту рассмотрения настоящего спору у предприятия «Тура Энерго» имелись кредиторы, права требования которых к предприятию «Тура Энерго» были восстановлены в результате оспаривания сделок, но требования которых еще не были включены в реестр требований кредиторов, в частности:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.04.2021 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств предприятием «Тура Энерго» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» через акционерное общество «РЦ Урала» на общую сумму 157 741 руб. 93 коп., применить последствия недействительности сделки, в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» в пользу предприятия «Тура Энерго» 157 741 руб. 93 коп., восстановления задолженности предприятия «Тура Энерго» перед обществом с ограниченной ответственностью «Меридиан» в размере 157 741 руб. 93 руб.;

определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2021 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств предприятия «Тура Энерго» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГК «УралЭнергомаш» на общую сумму 16 079 062 руб. 53 коп., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ГК «УралЭнергомаш» в пользу предприятия «Тура Энерго» 16 079 062 руб. 53 коп., восстановления задолженности предприятия «Тура Энерго» перед обществом с ограниченной ответственностью «ГК «УралЭнергомаш» в размере 16 079 062 руб. 53 коп.

определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.04.2021 признана недействительной сделка - акт зачета взаимных требований № 2 от 04.02.2020 между предприятием «Тура Энерго» и обществом с ограниченной ответственностью «Инженерные Системы и Сети», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Инженерные Системы и Сети» в пользу предприятия «Тура Энерго» 6 374 руб. 97 коп., восстановления задолженности предприятия «Тура Энерго» перед обществом с ограниченной ответственностью «Инженерные Системы и Сети» на сумму 6 374 руб. 97 коп.

определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.04.2021 признана недействительной сделка по перечислению 27.01.2020 денежных средств предприятия «Тура Энерго» в пользу ГУП СО «Газовые Сети» через акционерное общество «РЦ Урала» в размере 14 870 руб. 63 коп. в рамках исполнения договора № 4-3085/18 от 12.09.2018., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ГУП СО «Газовые Сети» в пользу предприятия «Тура Энерго» 14 870 руб. 63 коп., восстановления задолженности предприятия «Тура Энерго» перед ГУП СО «Газовые Сети» на сумму 14 870 руб. 63 коп.

определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.04.2021 признано недействительной сделкой перечисление 21.02.2020 денежных средств предприятия «Тура Энерго» в пользу акционерного общества «МРСК Урала» через акционерное общество «РЦ Урала» в размере 15 846 руб. 26 коп. в рамках исполнения договора № 5500017860 от 27.12.2018, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с акционерного общества «МРСК Урала» в пользу предприятия «Тура Энерго» 15 846 руб. 26 коп., восстановления задолженности предприятия «Тура Энерго» перед акционерным обществом «МРСК Урала» в размере 15 846 руб. 26 коп.

Так же 19.08.2021 г. и 20.08.2021 г. в Арбитражный суд Свердловской области поступили заявления Администрации Городского округа Верхняя Тура и общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» о включении в реестр требований кредиторов предприятия «Тура Энерго», которые приняты к рассмотрению определениями Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2021 г. по настоящему делу.

При этом судом апелляционной инстанции на обсуждение сторон был поставлен вопрос об установлении объема требований кредиторов к должнику в целях определения размера подлежащей взысканию компенсации.

В соответствии с частью 2 статьи 65 АПК РФ, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Конкурсный управляющий представил расчет требований к должнику, в соответствии с которым размер соответствующих требований составляет 78 712 263,04 руб.

Указанная сумма включает в себя требования кредиторов, включенные в реестр, текущие обязательства должника в соответствии с данными отчета конкурсного управляющего (отчет представлен в электронном виде в рамках дела о банкротстве), восстановленные требования кредиторов (суммы определены на основании вступивших в законную силу судебных актов по настоящему делу о банкротстве), суммы, заявленные к включению в реестр (также определены на основании судебных актов), кроме того, в расчет включены учтенные в бухгалтерской отчетности должника задолженности по выходному пособию ФИО5 и задолженность перед АО "ВТМЗ".

Не оспаривая по существу наличие соответствующих требований, представитель Администрации указывал на их неподтвержденность материалами настоящего спора.

Вместе с тем, как указано выше, большую часть объема требований возможно установить на основании судебных актов, имеющихся в открытом доступе, а также на основании отчета конкурсного управляющего, представленного в дело о банкротстве, с которым Администрация, как лицо, участвующее в деле о банкротстве, безусловно ознакомлена. Иного из материалов дела не следует, апелляционному суду не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, при определении размера подлежащей компенсации, в целях применения последствий недействительности сделки, учитывая значительное превышение остаточной стоимости изъятого имущества над размером всех возможных требований к кредитору, а также учитывая баланс публичных и частных интересов, и то, что производство по настоящему делу о банкротстве продолжает находиться на рассмотрении суда, посчитал возможным учесть все требования к должнику в вышеуказанном размере и определить такой размер в сумме 79 млн. руб.

При этом с учетом примененного порядка определения размера компенсации (объем имущественных требований к должнику. В том числе и текущих) апелляционный суд посчитал возможным отметить нецелесообразность дальнейшей реализации права требования к Администрации, которое возникнет на основании настоящего судебного акта.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что определение суда первой инстанции подлежало изменению в обжалуемой части, следует признать недействительными сделки - Дополнительные соглашения № 8 от 10.12.2019 и № 9 от 26.04.20 г. к договору о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 30.07.2018 № 04/18, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с Администрации суммы компенсации в размере 79 000 000 руб.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в споре лиц находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Приведенные в кассационной жалобе доводы тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанций, по существу сводятся к несогласию кассатора с оценкой, данной апелляционным судом, представленными в дело доказательствами и сделанными судами выводами, основанными на установленных по делу обстоятельствах, оснований для непринятия либо изменения которой у суда кассационной инстанции не имеется в силу части 2 статьи 287 АПК РФ. Действительно, судом апелляционной инстанции при определении размера подлежащего взысканию с администрации в качестве ориентировочного критерия использован объем имущественных обязательств к должнику. С учетом размера заявленных требований и стоимости неправомерно изъятого у должника имущества (более 300 миллионов рублей) и одновременно необходимости учета баланса частных и публичных интересов, суд апелляционной инстанции предоставил процессуальную возможность участникам спора привести свои доводы и возражения относительно размера подлежащей взысканию суммы, принял во внимание представленный в материалы дела в ходе рассмотрения его в суде апелляционной инстанции расчет конкурсного управляющего относительно текущей задолженности, учел принятые на момент рассмотрения дела судебные акты. Взысканный в пользу конкурсной массы размер возмещения обоснован апелляционным судом, и кассатором надлежащим образом не опровергнут. 

Доводы кассатора о том, что суды должны были учесть социально направленный характер местного бюджета – отклоняются судом округа. Судом апелляционной инстанции произведено значительное уменьшение подлежащего взысканию с ответчика (за неправомерно изъятое имущество стоимостью более 300 миллионов рублей)  - именно в связи с учетом социально-публичных интересов. 

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

 Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил. 

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 по делу № А60-1377/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу Администрации городского округа Верхняя Тура – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                           Н.В. Шершон 

 

                                                                                             Ю.В. Кудинова