АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-14882/2015

г. Краснодар

19 апреля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2019 года

      Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля  2019 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Андреевой Е.В. и Гиданкиной А.В.,  при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего открытого акционерного общества                          «НПО "Промавтоматика"» (ИНН2308082673, ОГРН 1022301190120) – Волкова В.А. – Обозной С.Н. (доверенность от 17.12.2018), от публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 7707083893, ОГРН 1027700132195) – Возняка И.А. (доверенность от 08.08.2018), Мешкова А.С. (доверенность от 24.08.2018), в отсутствие временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «НПО "Промавтоматика"» (ИНН2308127910, ОГРН 1072308001996) – Кучерявенко А.А., и  иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего ОАО «НПО "Промавтоматика"» – Волкова В.А. на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 24 октября 2018 года (судья Маркина Т.Г.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 4 февраля 2019 года (судьи Сурмалян Г.А., Емельянов Д.В., Стрекачёв А.Н.) по делу № А32-14882/2015, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «НПО "Промавтоматика"» (далее – должник) конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о признании недействительными договора залога ценных бумаг от 02.12.2014, заключенного с ПАО «Сбербанк России» (далее – банк); смешанного договора субподряда и поставки от 09.10.2015, заключенного с ООО «НПО "Промавтоматика"» (далее – общество); действий по передаче 25.11.2015 должником в пользу общества векселей банка общей номинальной стоимостью 220 млн рублей; дополнительного соглашения от 26.11.2015 к договору залога ценных бумаг от 02.12.2014, заключенного банком и обществом; соглашения от 25.01.2016 о досрочной оплате простого векселя, заключенного банком и обществом; действий по передаче 25.11.2015 должником в пользу общества векселей банка общей стоимостью 220 млн рублей; действий по перечислению 25.01.2016 обществом в пользу банка денежных средств в сумме 210 355 926 рублей 34 копеек; действий по передаче 04.03.2016 должником в пользу общества векселей банка общей стоимостью 51 млн рублей и применении последствия недействительности сделок.

Определением суда от 24 октября 2018 года признаны недействительными смешанный договор субподряда и поставки от 09.10.2015; действия по передаче 04.03.2016 должником в пользу общества векселей банка общей стоимостью 51 млн рублей. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества в пользу должника денежных средств в сумме 52 483 018 рублей 54 копеек. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением апелляционного суда от 4 февраля 2019 года определение суда от 24 октября 2018 года изменено в части применения последствий недействительности сделок, с общества в пользу должника взыскано 69 398 555 рублей 94 копейки. В остальной части определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должника  просит судебные акты отменить в части отказа в удовлетворении требований, ссылаясь на нарушение судами норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). По мнению заявителя, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела; конкурсный управляющий не пропустил срок исковой давности. Заключенные сделки имеют признаки недействительности.

В отзыве  на кассационную жалобу банк просит отказать в удовлетворении жалобы.

В судебном заседании  представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы кассационной жалобы, представители банка поддержали доводы отзыва на жалобу.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на жалобу, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты в обжалуемой части надлежит оставить без изменения.

Законность судебных актов проверяется кассационным судом в обжалуемой части в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (части 1 и 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Судебные акты обжалуются в части отказа в удовлетворении требований.

Как видно из материалов дела, определением от 02.07.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением от 26.06.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введено конкурсное производство. 

ООО «Башнефть-Полюс» (заказчик) и должник (исполнитель) заключили договор поставки товара и выполнения работ от 17.10.2014 № БП/п/616/14/МТС, в соответствии с которым, исполнитель принял обязательства в установленные сроки выполнить проектные работы, изготовить и поставить заказчику товар, обеспечить инспекционные поездки, выполнить шефмонтажные и пуско-наладочные работы, а заказчик – принять и оплатить их.

Во исполнение условий договора о предоставлении банковской гарантии по обеспечению возврата авансового платежа, должник (принципал) и банк (гарант) заключили договор о предоставлении банковской гарантии от 17.11.2014, которым банк принял обязательство предоставить гарантию исполнения принципалом обязательств по возврату авансового платежа по договору от 17.10.2014 сроком действия до 14.04.2016, бенефициар – ООО «Башнефть плюс», сумма гарантии 210 млн. рублей. Раздел 9 договора о предоставлении банковской гарантии от 17.11.2014 предусматривал обеспечение своевременного и полного исполнения обязательств принципала в виде: поручительства Липко А.Н. (договор поручительства № 52/8619/0027/216 от 17.11.2014); залога ценных бумаг в соответствии с договором от 17.11.2014; договора залога ценных бумаг от 17.11.2014, которым обеспечивалось исполнение должником всех обязательств по договору от 17.11.2014.

20 ноября 2014 года ООО «Башнефть-Полюс» перечислило на расчетный счет должника авансовый платеж в сумме 210 млн рублей.

Должник приобрел простые векселя банка на предъявителя со сроком погашения не ранее 16.05.2016 и не позднее 18.05.2016 в количестве 31 штуки  на сумму 220 млн рублей по номинальной стоимости.

Должник (принципал) и банк (гарант) заключили договор о предоставлении банковской гарантии от 02.12.2014, по которому банк принял на себя обязательства предоставить гарантию исполнения должником обязательств по возврату авансового платежа по договору от 17.10.2014 № БП/п/616/14/МТС со сроком действия до 14.04.2016, бенефициар – ООО «Башнефть-Полюс», сумма гарантии 210 млн рублей; раздел 9 договора о предоставлении гарантии предусматривал обеспечение своевременного и полного исполнения обязательств принципала в виде: поручительства Липко А.Н.;  залога ценных бумаг в соответствии с договором от 02.12.2014; договора залога ценных бумаг от 02.12.2014, которым должник передал банку в залог приобретенные 02.12.2014 векселя в качестве обеспечения исполнения обязательств по договору банковской гарантии от 02.12.2014.  Дополнительным соглашением от 26.05.2015 № 1 к договору от 17.10.2014 внесены изменения в пункт 1.1 и раздел 3, в частности, изменён размер авансирования для оплаты вспомогательного оборудования заказчика до 210 млн рублей.

09 октября 2015 года должник (с согласия временного управляющего) и общество заключили смешанный договор субподряда и поставки на сумму, в соответствии с которым общество (исполнитель) приняло на себя обязательства выполнить проектные работы, изготовить и поставить заказчику товар, обеспечить инспекционные поездки, выполнить шеф-монтажные и пусконаладочные работы, стоимостью 517 150 316 рублей 23 копеек. Размер авансирования по договору составил 220 млн рублей. 

25 ноября 2015 года в качестве аванса по договору субподряда и поставки от 09.10.2015 общество передало должнику векселя банка, являющиеся предметом залога по договору залога ценных бумаг от 02.12.2014 номинальной стоимостью 220 млн рублей, что подтверждается актом приема-передачи ценных бумаг от 25.11.2015. 

В материалы дела представлено согласие банка на отчуждение заложенного имущества в пользу общества при условии сохранения обременения в виде залога в пользу банка. 

Дополнительным соглашением от 25.11.2015 № 1 к договору залога ценных бумаг от 02.12.2014 произведена замена залогодателя (должника) на общество. 

В связи с неисполнением должником обязательств по договору поставки ООО «Башнефть-Полюс» направило в адрес должника уведомление об одностороннем отказе от договора без возмещения убытков и компенсации расходов, после чего банк 21.01.2016 перечислил по банковской гарантии бенефициару 210 млн рублей. 

Должник, ссылаясь на расторжение договора по инициативе ООО «Башнефть-Полюс», 25.01.2016 уведомило общество об отказе от договора. 

Банк и общество заключили соглашение от 25.01.2016 о досрочной оплате простого векселя, согласно которому банк принял обязательства оплатить цену досрочного учета собственных простых векселей в течение 2 банковских дней путем ее безналичного перечисления на счет векселедержателя. Цена досрочного учета векселя составила 237 271 463 рубля 42 копейки. 

Согласно акту приема-передачи векселей от 25.01.2016 банк передал обществу простые векселя в количестве 31 штуки на общую сумму 220 млн рублей по номинальной стоимости. 25 января 2016 года банк произвел оплату векселей в сумме 237 271 463 рублей 42 копеек. Общество платежным поручением от 25.01.2016 № 1 возместило банку платеж по гарантии от 02.12.2014 в сумме 210 млн рублей, платежным поручением от 25.01.2016 № 2 произвело плату за предоставление банковской гарантии в сумме 355 926 рублей 34 копеек.

Рассматривая заявленные требования, суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). 

Суды установили, что, поскольку оспариваемые сделки совершены после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), они могут оспариваться по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В части отказа в удовлетворении требования, суды установили, что дополнительное соглашение от 26.11.2015 к договору залога ценных бумаг от 02.12.2014, соглашение от 25.01.2016; действия по перечислению 25.01.2016 денежных средств в счет компенсации выплаты ООО «Башнефть-Полюс» неотработанного аванса по договору поставки и подряда от 17.10.2014 в сумме 210 355 926 рублей 34 копеек не могут оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как в своей взаимосвязи представляют собой замену предмета залога и удовлетворение требований залогодержателя из стоимости предмета залога, и, следовательно, в указанном случае не требуется доказывания осведомленности кредитора о неплатежеспособности должника. Такая сделка оспаривается по правилам пункта 1 статьи 61.3. Закона о банкротстве. 

Установив, что заключение договора залога ценных бумаг от 02.12.2014 не привело к нарушению прав кредиторов, а также к оказанию предпочтения требованиям отдельного кредитора, суды обоснованно признали указанный договор правомерной сделкой. 

Из материалов дела следует, что обязательства принципала по возмещению платежа обеспечены залогом ценных бумаг общей номинальной стоимость 5 302 089 долларов США, что по курсу Центрального Банка Российской Федерации на 15.11.2014 эквивалентно 251 276 601 рублю 88 копеек. Договор залога ценных бумаг заключён в один день с договором о предоставлении банковской гарантии – 17.11.2014. Заключение указанного договора залога ценных бумаг полностью соответствует действующему законодательству и не подпадает под категорию сделок с предпочтением, так как указанная сделка не направлена на обеспечение исполнения обязательства должника перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки. Как само обязательство по возмещению принципалом платежа банковской гарантии, так и договор залога ценных бумаг заключены 17.11.2014, то критерий предпочтительности отсутствует. 

Кроме того, сделки совершены за шесть месяцев до принятия заявления о признании должника банкротом, а значит, не могут признаваться недействительными по основаниям пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Основания для признания сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют, поскольку материалы дела не содержат доказательства осведомленности банка о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения сделок.

Договор о предоставлении банковской гарантии от 02.12.2014 и договор залога ценных бумаг от 02.12.2014 по своей правовой природе являются сделками по замене залога, что не может привести к уменьшению конкурсной массы должника. 

У должника имелась возможность исполнять свои обязательства по договору поставки товара и выполнения работ от 17.10.2014, так как после замены предмета залога у должника высвободилось ликвидное имущество в виде ценных бумаг стоимостью 251 276 601 рубля 88 копеек. 

Суды пришли к правильному выводу, что в результате указанных сделок для банка изменился только предмет залога по обязательству принципала возместить платёж по банковской гарантии, при этом имущественная сфера должника изменений в сторону ухудшения не претерпела, а напротив произвела прирост на 31 276 601 рубль 88 копеек (разница между стоимостью высвобожденных из залога векселей и стоимостью предоставленных взамен ценных бумаг).

Суды верно указали, что банку подлежало перечислению 90% денежных средств вырученных от реализации предмета залога, что в случае реализации составило бы 213 544 317 рублей 07 копеек. Вместо этого, банк получил в возмещение произведенного по банковской гарантии платежа денежные средства в размере 210 млн рублей. 

Договор по передаче 14 векселей обществу 25.11.2015 в качестве аванса по договору субподряда и поставки от 09.10.2015 заключен с согласия временного управляющего должника. Таким образом, расчет между должником и обществом по договору субподряда и поставки не является отдельной сделкой, а предусмотрен пунктом 3.4 указанного договора и не требует дополнительного согласия временного управляющего. Поскольку в результате совершенной сделки негативный экономический эффект для конкурсной массы не наступил, указанные сделки признаны правомерными. 

Признавая истекшими сроки исковой давности по заявлению управляющего об оспаривании договора залога ценных бумаг от 02.12.2014 и соглашения от 25.01.2016, суды, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума № 63, верно установили, что конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно, мог предъявить требование об оспаривании сделок до истечения срока исковой давности (29.06.2016 – решение о признании должника банкротом), однако, обратился с требованием только 10.08.2017, то есть за пределами годичного срока исковой давности. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд округа пришел к выводу, что основания для иной оценки установленных судами обстоятельств и имеющихся в материалах дела доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции правомерно изменил определение суда в части применения последствий недействительности сделок, и взыскал с общества в пользу должника 69 398 555 рублей 94 копейки.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену или изменение постановления апелляционного суда (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 4 февраля 2019 года по делу № А32-14882/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							       Ю.В. Мацко

Судьи                                                                                                                     Е.В. Андреева

							                                            А.В. Гиданкина