ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12 

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 09АП-25046/2025

Дело № А40-7449/23

г. Москва

22 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2025 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ю.Н., Федоровой, судей Е.В. Ивановой, Ж.В. Поташовой, при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2025 по делу № А40-7449/23,  

вынесенное судьей Е.А. Махалкиной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,  

о признании недействительной сделкой брачного договора от 07.12.2021, заключенного между ФИО2 и ФИО1, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 действительной стоимости транспортного средства в сумме 8 409 000 руб.,  

при участии в судебном заседании: от ФИО3 – ФИО4 по дов. от 22.07.2023 от ФИО1 – ФИО5 по дов. от 01.07.2024 иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены. 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2023 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим суд утвердил ФИО6.  

В Арбитражный суд города Москвы 28.06.2024 поступило заявление кредитора ФИО3 о признании недействительной сделкой брачного договора от 07.12.2021, заключенного между должником и ФИО1, применении последствий признания сделки недействительной.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2025 признан недействительной сделкой брачный договор от 07.12.2021, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 действительной стоимости транспортного средства в сумме 8 409 000 руб.  

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ФИО1 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить.  

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что не являлась реальной стороной сделок купли-продажи автомобиля, так как договоры от 18.09.2021 и 13.01.2022 подписаны третьими лицами без ее участия и передачи денег. Также апеллянт указывает, что на момент заключения брачного договора (07.12.2021) у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности. Апеллянт отмечает, что в случае признания брачного договора недействительным взыскание с нее стоимости автомобиля является неправомерным, поскольку она его не получала и не реализовывала, а спорное имущество подлежит разделу в суде общей юрисдикции, а не в рамках дела о банкротстве.  

На основании изложенного просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.  

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы финансового управляющего должника, ФИО3 на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем ФИО1 заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до вступления в законную силу судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения Тушинским районным судом города Москвы гражданского дела № 02-503/2025.  

В суд апелляционной инстанции поступили возражения ФИО3 на ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу.  

Рассмотрев заявленное ФИО1 ходатайство о приостановлении производства по делу, суд апелляционной инстанции не усмотрел правовых и процессуальных оснований для его удовлетворения по основаниям, предусмотренным ст. 143 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ).  

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого, в том числе, арбитражным судом.  

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, прямых препятствий для рассмотрения апелляционной жалобы и для проверки оспариваемого определения по имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции не усматривает.  

В судебном заседании представитель ФИО1 поддерживал доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просил отменить судебный акт.  

Представитель ФИО7 по доводам апелляционной жалобы возражал, поддержал позицию, изложенную в отзыве.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.  

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ в отсутствие иных участвующих в деле лиц.  

В связи с наличием оснований, предусмотренных ст.18 АПК РФ, при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1 произведена замена судьи С.А. Назаровой на судью Е.В. Иванову.  

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения судебного акта в части, как принятого без учета всех существенных обстоятельств спора.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с рассматриваемым требованием, ФИО3 указывал, что при проведении анализа хозяйственной  

деятельности должника было установлено, что 07.12.2021 должник ФИО2 заключил брачный договор с ФИО1 (далее – ответчик, супруга).  

Согласно пункту 2.9 брачного договора автомобиль марки Mercedes-Benz GLE-CLAS, 2020 года выпуска, VIN W1N673231А375724, приобретенный супругами в период брака на имя ФИО1, как в период брака, так и в случае расторжения брака будет являться личной собственностью ФИО1  

Таким образом, по результатам совершения сделки должник (супруг) безвозмездно передал ответчику (супруге) транспортное средство Mercedes-Benz GLE-CLAS, 2020 года выпуска, VIN W1N673231A375724, приобретенный супругами в период брака, сам при этом остался без имущества.  

Кредитор полагал, что брачный договор от 07.12.2021 подлежит признанию недействительной сделкой с применением последствий недействительности в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 действительной стоимости транспортного средства в сумме 8 409 000 руб.  

Так, ФИО2 не только передал супруге в единоличную собственность наиболее ликвидное имущество, но по результату совершения сделки остался без имущества, а спустя непродолжительный период имущество супругой было продано.  

Таким образом, по мнению заявителя, совершенная сделка направлена на злонамеренный вывод имущества из-под обращения на него взыскания кредиторами должника.  

В качестве правовых оснований заявленных требований заявитель ссылался на положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований заявителя, руководствуясь при этом следующим.  

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), разъяснено, что, в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с семейным законодательством.  

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.  

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.  

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.  

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.  

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.  

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).  

Статьей 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Законом о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. В частности, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63 ", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) было принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2023, в то время как оспариваемый брачный договор заключен 07.12.2021, в переделах трех лет до момента принятия заявления, то есть в установленный Законом о банкротстве период подозрительности.  

Указанное свидетельствует о том, что оспариваемая сделка подпадает под признаки, предусмотренные в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В пункте 7 Постановления № 63 установлено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Таким образом, из анализа специальных оснований недействительности сделок по правилам главы III.I Закона о банкротстве следует, что по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут быть оспорены сделки, совершенные с умыслом на причинение вреда имущественным правам кредиторов, когда, предполагая последующее банкротство, должник умышленно совершает действия, направленные на вывод активов с целью предотвращения их реализации для расчетов с кредиторами, и контрагент по сделке знает об указанной цели.  

Судом первой инстанции был установлен факт наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности, что подтверждается включенными в реестр требований кредиторов и установленными судом фактами перевода денежных средств.  

Так, определением Арбитражного суда города Москвы от 15.09.2023 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «ФИЛБЕРТ», возникшее из кредитного договора, заключенного между должником и ООО «Фактор+» № 00979-ML000000005247 от 30.09.2009.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2024 в реестр требований кредиторов должника включено требование ФИО8 в размере 4 200 000 руб., возникшее из заключенного между должником и кредитором договора займа от 16.04.2021, подтвержденное вступившим в законную силу решением Тушинского районного суда по делу № 2- 6316/2022 от 13.12.2022.  

Кроме этого, судом установлено, что на момент заключения брачного договора ФИО3 уже перевел должнику денежные средства в размере 4 200 000 руб. (согласно чекам по операциям, имеющимся в материалах дела, кредитор переводил должнику денежные средства несколькими платежами в период с 28.08.2021 по 28.12.2021).  

Факт перевода денежных средств от кредитора к должнику и замены долга заемным обязательством также установлен судом в определении от 07.04.2023 о признании обоснованным и включении требования ФИО3 в реестр требований должника.  

Наличие неисполненных обязательств перед несколькими кредиторами, впоследствии подтвержденных судебными актами, объективно свидетельствует о финансовой несостоятельности ФИО2 по состоянию на декабрь 2021 года.  

Далее, суд первой инстанции правильно указал, что ФИО1 является заинтересованным лицом в силу прямого указания пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве,  

что в совокупности с наличием брачных отношений привело к обоснованному выводу об ее осведомленности о финансовом состоянии супруга и целях совершения сделки.  

Наличие брачных отношений между супругами презюмирует осведомленность ФИО1, как супруги ФИО2, о всех существенных фактах в деятельности последнего, которые сколько-нибудь значительно могли повлиять на экономический аспект их совместной жизни.  

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что сделка в виде брачного договора совершена в целях уменьшения объема имущества, за счет которого кредиторы должника могли рассчитывать на погашение своих требований.  

При этом, транспортное средство Mercedes-Benz GLE-CLAS, 2020 года выпуска, VIN W1N673231A375724, переданное 07.12.2021 в личную собственность ФИО1, предназначалось не для ее личного пользования.  

Так, суд установил, что отчуждение автомобиля было произведено ФИО1 уже 17.02.2022.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции указал, что представляется очевидным, что передача названного автомобиля в единоличную собственность ФИО1 имела транзитный характер, преследовала цель вывода имущества посредством использования супругами механизмов брачного договора, сокрытия имущества от притязаний кредиторов.  

Должник и его супруга не могли заблуждаться насчет финансового состояния должника, т.к. на дату заключения брачного договора (07.12.2021) у ФИО2 уже имелись признаки объективного банкротства.  

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ФИО1 заявлено ходатайство о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы договора купли-продажи транспортного средства.  

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявленного ходатайства и при этом правомерно исходил из положений статей 82, 159 АПК РФ, руководствуясь принципами состязательности и самостоятельности суда в оценке доказательств.  

Суд указал, что назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда, и что в данном случае отсутствовала процессуальная необходимость в ее проведении.  

Так, договор купли-продажи транспортного средства был представлен самой ФИО1, заявления о его фальсификации не поступало, а предметом спора в рассматриваемом случае является брачный договор, а не договор купли-продажи.  

Кроме того, суд отметил, что проведение экспертизы не повлияло бы на исход дела, поскольку настоящий спор касается оспаривания брачного договора по специальным основаниям Закона о банкротстве, а не подлинности подписи на ином документе.  

Таким образом, вывод суда об отказе в удовлетворении ходатайства соответствует представленным доказательствам и нормам процессуального права.  

С учетом изложенного является доказанным совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, причинение вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в выводе имущества из конкурсной массы, а также осведомленность супруга должника об указанной цели должника к моменту совершения сделки, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания оспариваемого брачного договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве, определил взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 действительную стоимость транспортного средства в сумме 8 409 000 руб., указав на невозможность возврата имущества в натуре в конкурсную массу должника.  

Однако судебная коллегия не может согласиться с данным выводом суда первой инстанции о применении последствий недействительности сделки в связи со следующим.  

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве последствия признания сделки недействительной применяются исходя из необходимости восстановления  

имущественного положения сторон, существовавшего до заключения оспариваемой сделки, если иное не вытекает из существа обязательства.  

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п. п. 1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.  

Положениями статьи 34 СК РФ установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество (в том числе денежные средства), обязанность по опровержению которой возлагается на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью (соответствующая правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.09.2017 № 18-КГ17-134).  

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 СК РФ).  

В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов, соответствующая доле гражданина-должника, остальная часть этих средств выплачивается супругу (или бывшему супругу) должника (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве).  

Применительно к обстоятельствам настоящего спора судом установлено, что до заключения брачного договора от 07.12.2021 спорное транспортное средство входило в состав имущества, на которое в силу статьи 34 СК РФ распространялся режим совместной собственности супругов.  

 Следовательно, по общему правилу признание недействительным брачного договора влечет необходимость восстановления режима совместной собственности, а не возникновения у одного из супругов индивидуального обязательства по выплате полной действительной стоимости имущества.  

При этом, судебная коллегия учитывает, что настоящее время ФИО1 в Тушинском районном суде города Москвы инициирован спор о признании недействительными договоров купли-продажи транспортного средства Mercedes-Benz GLE-CLAS, 2020 года выпуска, VIN W1N673231A375724, заключенных 18.09.20211 между ФИО2 и ФИО1 и 13.01.2022 между ФИО1 и ФИО9 (гражданское дело № 02-503/2025). Исковое заявление ФИО1 мотивировано неподписанием договоров купли-продажи автомобиля, отсутствием факта возмездного отчуждения автомобиля ею, как собственником.  

В рамках дела судом назначена экспертиза подписи ФИО1 на договорах купли-продажи. На текущий момент спор по существу не рассмотрен.  

Таким образом, ФИО1 в настоящее время в судебном порядке оспорены договоры последующего отчуждения автомобиля.  

Дополнительно судебная коллегия отмечает наличие в материалах нескольких копий договоров купли-продажи автомобиля, составленных с разными лицами в различные даты, что затрудняет, принимая во внимание наличие спора, установление действительной цепочки отношений по переходу прав на спорный автомобиль.  

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае надлежащим последствием признания сделки недействительной является  

восстановление правового режима совместной собственности супругов, предусмотренного ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации.  

Взыскание с ФИО1 полной действительной стоимости автомобиля является преждевременным.  

С учетом установленных по делу обстоятельств, представленных доказательств, приведенных норм права, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое определение подлежит изменению в части применения последствий недействительности сделки. Резолютивную часть определения в указанной части следует изложить в следующей редакции:  

«Применить последствия недействительности сделки. Привести стороны в первоначальное положение, существовавшее до заключения брачного договора от 07.12.2021. Восстановить режим совместной собственности супругов, предусмотренный ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации.»  

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2025 по делу № А40-7449/23 надлежит оставить без изменений, поскольку выводы суда первой инстанции в остальной части основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы по делу 09.04.2025 по делу № А40-7449/23 изменить в части применения последствий недействительности сделки.  

Резолютивную часть определения в указанной части изложить в следующей редакции:  

«Применить последствия недействительности сделки. Привести стороны в первоначальное положение, существовавшее до заключения брачного договора от 07.12.2021. Восстановить режим совместной собственности супругов, предусмотренный ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации.»  

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2025 по делу № А40-7449/23 оставить без изменения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Ю.Н. Федорова Судьи: Е.В. Иванова  

 Ж.В. Поташова