Арбитражный суд Челябинской области

454000, г.Челябинск, ул.Воровского, 2

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-27874/2023

03 мая 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения объявлена 26 апреля 2024 года.

Решение изготовлено в полном объеме 03 мая 2024 года.

 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Архипова А.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Марининой К.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строительные металлические конструкции», г. Златоуст, Челябинская область, ОГРН 

<

***> к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по Челябинской области о признании недействительным решения 27.03.2023 №10 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО1 (доверенность б/н от 16.10.2023, паспорт), 

от ответчика: ФИО2 (доверенность №05-18/016529 от 02.11.2023, служебное удостоверение), ФИО3 (доверенность №05-18/016435 от 31.10.2023, паспорт), 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Строительные металлические конструкции», г. Златоуст, ОГРН 

<

***> (далее – заявитель, общество, налогоплательщик, ООО СМК») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Челябинской области о признании недействительным решения от 27.03.2023 №10 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Определением от 20.12.2023 судом произведено процессуальное правопреемство путем замены ответчика Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Челябинской области его правопреемником Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 27 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на отсутствие оснований для признания полученной в ходе хозяйственных отношений по приобретению товаров у ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» налоговой выгоды необоснованной, поскольку, реальность поставки товаров данными контрагентами и, соответственно, несение в связи с этим фактических расходов налоговым органом не опровергнуты. Приобретенный товар использован в хозяйственной деятельности.

При этом налогоплательщик полагает, что проявил должную степень осмотрительности при выборе контрагентов, удостоверившись в их государственной регистрации, обязанность проверять наличие у контрагента материально-технических и трудовых ресурсов на налогоплательщика не возложена, соответственно указанное обстоятельство не указывает на его недобросовестность. 

Общество указало на то, что выявленные налоговым органом нарушения налогового законодательства в деятельности контрагентов не могут влиять на результаты хозяйственной деятельности самого налогоплательщика в отсутствие доказательств его осведомленности о данных фактах, а также при условии реальности исполнения по сделке.

По мнению налогоплательщика, налоговым органом не предоставлено доказательств наличия фактов взаимозависимости, аффилированности со спорными контрагентами. 

Также по взаимоотношениям с ООО «Трэйд Хаус», ИП ФИО4, ИП ФИО5 заявитель признает недостоверность представленных документов и отсутствие отношений с указанными контрагентами, однако указывает, что с возражениями на акт проверки им были представлены сведения о реальном исполнителе работ по составлению рабочей проектной документации на металлоконструкции – ФИО6, в подтверждение чего представлены договора, акты выполненных работ, расписки в получении денежных средств.

Налоговый орган в отзыве на заявление против требований заявителя возражает, считает, решение налогового органа соответствующим законодательству. В обоснование законности решения инспекция ссылается на обстоятельства, свидетельствующие о нарушении обществом положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, в связи с завышением налоговых вычетов по НДС) в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете и налоговой отчетности, а также не соблюдено условие, предусмотренное пп. 1 п. 2 ст. 54.1 НК РФ, поскольку отражение в учете сделок с контрагентами, поименованными в представленных документах, направлено на неуплату налогов, реальность поставки материалов и выполнения работ опровергается собранными в ходе проверки доказательствами.

В судебных заседаниях представители заявителя и ответчика поддержали доводы заявления и отзыва на него по изложенным в них основаниям.  

Заслушав пояснения представителей сторон и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка ООО СМК», в том числе по НДС и налогу на прибыль организаций за период с  01.01.2019  по  31.12.2020, по результатам которой составлен акт проверки  от 23.01.2023 № 1.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, возражений налогоплательщика, инспекцией вынесено решение от 27.03.2023 №10 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым заявителю доначислены НДС в общей сумме 5 695 228 рублей, налог на прибыль организаций в общей сумме 4 559 738 рублей, штрафы по пункту 3 статьи 122 НК РФ с учетом пункта 1 статьи 112, пункта 3 статьи 114 НК РФ, статьи 113 НК РФ за неуплату НДС в сумме 75 216 рублей,  за неполную уплату налога на прибыль в размере 227 987 рублей, а также по пункту 1 статьи 126.1 НК РФ в сумме 250 рублей.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской от 05.06.2023 №16-07/002096, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, решение инспекции утверждено. 

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель должен доказать факт нарушения обжалуемыми актами, решениями, действиями (бездействием) своих прав и законных интересов.

Исходя из части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Таким образом, для признания арбитражным судом ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, необходимо наличие одновременно двух юридически значимых обстоятельств: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные этой статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы данного налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в силу гл. 21 НК РФ, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В статье 172 НК РФ определен порядок применения налоговых вычетов, согласно которому налоговые вычеты, установленные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав после принятия на учет указанных товаров и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно статье 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия к вычету сумм налога, предъявленных покупателю продавцом товаров.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

В пункте 5 статьи 169 НК РФ перечислены все обязательные реквизиты, которые должен содержать правильно оформленный счет-фактура. При этом указанные реквизиты должны не только иметь место, но и содержать достоверные данные.

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ в целях исчисления налога на прибыль налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ).

При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме, а под документально подтвержденными - затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При этом под искажением сведений понимается отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В целях пунктов 1 и 2 данной статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды, обоснованной является реальность хозяйственной операции, а также проявление налогоплательщиком должной степени осмотрительности при выборе контрагента.

Пунктами 3, 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии, в том числе, следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в п. 5 постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

В соответствии с пунктом 9 Постановление Пленума ВАС РФ № 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 указано, что в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи. 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, возможность учета вычетов по НДС обусловливается наличием реального осуществления хозяйственных операций. Налоговый орган вправе отказать в принятии вычетов в случае, если факт реального совершения хозяйственных операций не подтвержден надлежащими документами, либо выявлена недобросовестность налогоплательщика, допущенная при совершении указанных операций.

Кроме того, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим наличием и движением товара, но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным поставщиком.

При этом обоснование выбора в качестве контрагента, а также доказательства фактических обстоятельств заключения и исполнения спорного договора имеют существенное значение для установления судом факта реальности исполнения договора именно заявленным контрагентом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

ООО «СМК» в 2019-2020 годах осуществляло деятельность по производству строительных металлических конструкций. 

Согласно представленным ООО «СМК» первичным документам (счетам-фактурам, товарным накладным), регистрам бухгалтерского учета (анализ счета 60 «Расчеты с поставщиками»), регистрам налогового учета (книги покупок) установлено, что налогоплательщик неправомерно уменьшил сумму НДС, подлежащего уплате в бюджет, в связи с завышением налоговых вычетов по НДС, а также увеличил сумму расходов по налогу на прибыль организаций по сделкам по поставке металлопроката ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс», а также по разработке конструкторской документации на металлоконструкции (КМД), а также конструкторскому и технологическому сопровождению изготовления и отгрузки металлоконструкций ООО «Трэйд Хаус», ИП ФИО4, ИП ФИО5 в связи с чем заявлены расходы по налогу на прибыль в сумме 22 798 691 рублей, а также вычеты по НДС за 1, 2, 3, 4 кварталы 2019 года, 4 квартал 2020 года в сумме 5 695 228 рублей.

Инспекцией в ходе проверки сделан вывод, что сделки по поставкам металлопроката (лист, балка, швеллер, арматура, труба профильная и др.) со спорными контрагентами ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» не были исполнены, поскольку установлены обстоятельства, свидетельствующие о формальном заключении спорных сделок.

Так ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» требования инспекции о представлении документов по взаимоотношениям с ООО «СМК» не исполнили.

Указанные организации имеют признаки номинальных: 

- за 2018-2020 годы ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» в налоговый орган справки по форме 2-НДФЛ не представлены, 

- виды деятельности спорных контрагентов многосторонние и разнообразные,

- лица, числящиеся директором/учредителем ООО «Виктория» (ФИО7), ООО «Компонент» (ФИО8), ООО «Техстроймонтаж» (ФИО9), ООО «Сириус плюс» (в период с 14.02.2020 по 20.04.2022 – ФИО10) в налоговый орган для проведения допросов в качестве свидетелей не явились

- ООО «Виктория» (с 12.09.2018 – Москва, проспект Мира, д. 101, строение 1, эт 4, пом. 1, комн. 14, офис 5), ООО «Компонент» (

<

...>, неж. пом. 2 (часть адм. здан.), офис 409), ООО «Техстроймонтаж» 23 (

<

...>), ООО «Сириус плюс» (с 22.05.2018 по 16.02.2021 – Москва, ул. Полоцкая, д.14, эт. 1, пом. 1, ком. 1) в период спорных сделок отсутствовали по адресам регистрации; 

- согласно представленным ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» налоговым декларациям удельный вес вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций составляет 99-100 %, налоги, подлежащие уплате в бюджет, исчислены в минимальных размерах; 

- ООО «Виктория» 24.12.2020 исключено из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности); ООО «Компонент» 14.09.2020 исключено из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности); ООО «Техстроймонтаж» 28.09.2021 исключено из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности),

- денежные средства, поступающие на расчетные счета  обналичивались.

Кредиторская задолженность Общества по состоянию на 31.12.2020 перед ООО «Сириус Плюс» составляет 7 190 662,50 руб., ООО «Техстроймонтаж» - 1 988 779,49 руб., ООО «Компонент» - 8 281 248,50 руб., ООО «Виктория»  - 4 006 837 руб., что подтверждается ОСВ по счету 60. 

Соответственно, ООО «СМК» не осуществляло платежи в адрес спорных контрагентов за поставленные ТМЦ. При этом в связи с исключением спорных контрагентов из  ЕГРЮЛ, кредиторская задолженность Обществом перед ними в состав внереализационных доходов не включена.

Инспекцией в адрес Общества и его контрагентов направлены требования о представлении документов, в т.ч. подтверждающих расчеты. Требования в указанной части сторонами не исполнены.

ООО «СМК» не представлены документы, подтверждающие перевозку ТМЦ (транспортные накладные), качество ТМЦ (сертификаты соответствия (качества), паспорта качества), предусмотренные п. 5.4 договоров поставок.

Также при анализе дат, указанных в транспортных накладных, и дат, указанных в приходных ордерах ООО «СМК» (оприходование ТМЦ на склад ООО «СМК» от ООО «Сириус плюс», ООО «Виктория»), установлено совпадение даты отгрузки ТМЦ со склада ООО «Сириус плюс» (г. Москва) и ООО «Виктория» (г. Реутов) и даты оприходования ТМЦ на склад ООО «СМК». 

При этом учитывая расстояние между г. Москва, г. Реутов и г. Златоуст (более 1500 км), отгрузка ТМЦ со складов (г. Москва и г. Реутов) и оприходование на склад (г. Златоуст) в один день невозможны. 

Для подтверждения транспортировки спорного товара Общество представило транспортные накладные по доставке товара от ООО «Виктория» и ООО «Сириус плюс». 

В результате анализа представленных документов установлено, что грузоперевозку оказывали ФИО11 и ФИО12 

В ходе допроса ФИО11 (протокол допроса от 01.02.2022 № 57) пояснил, что никогда не осуществлял перевозки для указанных организаций и находился в указанный период в другом регионе. 

ФИО12 на допрос в качестве свидетеля в налоговый орган не явился. Собственник автомобиля ДАФ А005ЕУ174 ФИО13 (протокол допроса от 17.12.2019 № 141) сообщила, что с 07.09.2017 по 08.11.2019 в аренду автомобиль не сдавала. Транспортные услуги на данном автомобиле не оказывались, т.к. с 23.12.2018 по 08.11.2019 автомобиль не эксплуатировался в связи с серьезной поломкой. ООО «Виктория» и ООО «СМК» ФИО13 не знакомы, грузоперевозки в отношении данных организаций не осуществлялись. 

Таким образом, Обществом не подтверждена доставка спорных ТМЦ. 

Не установлен реальный закуп спорных материалов контрагентами ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс». Так все поставщики, заявленные спорными контрагентами в книгах покупок, а также их контрагенты по цепочке, являлись техническими организациями, не обладающими материально-техническими ресурсами и не осуществляющими реальную финансово-хозяйственную деятельность; установлено совпадение IP-адресов спорных контрагентов и их контрагентов-поставщиков, указанных в книгах покупок, а также по цепочке по совершению операций по расчетному счету (что свидетельствует о взаимодействии налогоплательщика с «площадкой» организаций, осуществляющих деятельность в сфере незаконного финансового посредничества и продажи «бумажного» НДС);  по расчетным счетам ООО «Виктория», ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» и их контрагентов не установлено приобретение металлопроката, «реализуемого» в адрес ООО «СМК», товарная цепочка не прослеживается.

У налогоплательщика имелись реальные поставщики аналогичных ТМЦ (АО «Сталепромышленная Компания», ООО «ТД «Азимут», ООО «Евразметалл Сибирь», АО «Металлокомплект-М»). При этом реальными поставщиками, в отличие от спорных контрагентов, подтверждалось качество поставленного металлопроката (представлены сертификаты качества). 

При этом ООО «СМК» приобретало у спорных контрагентов аналогичную продукцию дороже, чем у реальных поставщиков, что не имело экономического смысла.

Кроме того, ООО «СМК» документально не подтвердило производственную необходимость в металлопрокате, приобретенном у спорных контрагентов. Так по результатам анализа представленных ООО «СМК» документов (отчетов производства, КМД), а также регистров бухгалтерского учета (оборотно-сальдовая ведомость, карточка счетов 10, 20) установлено, что «приобретенные» у спорных контрагентов ТМЦ и списанные по данным бухгалтерского учета в производство 24 металлоконструкции не отражены в отчетах производства, представленных ООО «СМК» в ходе выездной налоговой проверки.

Кроме того, налоговый орган в ходе выездной налоговой проверки установил, что металлопрокат, поступивший от спорных контрагентов, в регистрах бухгалтерского учета отражается отдельными позициями. 

Списание металлопроката производилось на счета 20 «Основное производство» (с указанием конкретных заказов), 25 «Общепроизводственные расходы», 44 «Расходы на продажу», либо он остался на остатках на конец проверяемого периода. 

В ходе истребования документов, а также при допросах работников ООО «СМК»: сборщика ФИО14 (протокол допроса от 20.10.2022), газорезчика ФИО15 (протокол допроса от 20.10.2022) производственная необходимость в спорном металлопрокате не подтверждена. 

Также Обществом не подтверждена отгрузка металлопродукции, изготовленной с использованием спорного металлопроката, в адрес заказчиков. 

При списании спорного металлопроката на счет 25 «Общепроизводственные расходы» в 4 квартале 2019 года установлено несоответствие документов (информации) показаниям свидетелей (директора по производству ФИО16, мастера цеха ФИО17). 

Так, спорный металлопрокат не использовался при изготовлении пристроев. Оприходование на счет 10 «Материалы» и списание на счет 25 «Общепроизводственные расходы» произведено в декабре 2019 года, тогда как в 2019 году был построен только один пристрой, строительство двух других пристроев началось только летом 2020 года.   

Кроме того, Обществом не представлены документы, подтверждающие реальность использования спорного металлопроката для строительства пристроев. Инспекцией установлено списание спорного металлопроката для производства стеллажей на участке сборо-сварки и участке покраски. Между тем в ходе допросов работники Общества (ФИО14 (сборщик ООО «СМК»), ФИО15 (газорезчик ООО «СМК»), ФИО18 (в 2019-2020 работал в должности пильщика по металлу), ФИО17 (мастер цеха)) пояснили, что ООО «СМК» в 2020 году на изготовление стеллажей (козел) использовались отходы производства. Новые стеллажи не изготавливались, а использовались старые стеллажи, изготовленные еще до 2018 года. Также отсутствуют стеллажи (подставки для металла, конструкции) на счетах 10.09 «Инвентарь и хозяйственные принадлежности» и 43 «Готовая продукция». 

Составление товарного баланса на основании представленных Обществом документов оказалось невозможным, так как Обществом в отношении спорных ТМЦ не представлены реестры заказов с указанием номера заказа, наименования заказчика, номера и шифра чертежа; отчеты производства; документы, подтверждающие, сколько металла необходимо для изготовления единицы продукции. Также в представленных чертежах КМД отсутствует часть листов (исходя из нумерации листов). 

При анализе представленных документов (КМД, отчетов производства) установлено, что списанный для производства металлоконструкций спорный металлопрокат фактически не был использован в производстве. 

При списании спорного металлопроката на счет 44 «Расходы на продажу» установлено, что металлопрокат использовался для изготовления упаковки конструкций в адрес заказчиков. Также из показаний генерального директора ООО «СМК» ФИО19 (протокол допроса от 21.09.2022), главного бухгалтера ФИО20 (протокол допроса от 22.09.2022) следует, что Обществом поступивший от спорных контрагентов ООО «Компонент», ООО «Техстроймонтаж», ООО «Сириус плюс» металлопрокат, перечисленный в таблице 118 оспариваемого решения, использовался для изготовления упаковки конструкций в адрес заказчиков.

Между тем согласно показаниям свидетелей (ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО16, ФИО24) для упаковки использовался брус, упаковочная лента, деревянные ящики. 

В отношении металлопроката, числящегося на остатках по данным бухгалтерского учета, установлено, что Общество, согласно показаниям свидетелей (генерального директора ООО «СМК» ФИО19 (протокол допроса от 21.09.2022), главного бухгалтера ФИО20 (протокол допроса от 22.09.2022)) и представленным документам, перед закупом металлопроката для выполнения заказа предварительно производило расчет необходимого металла для изготовления конструкции.  Также у ООО «СМК» отсутствовали площади для хранения металлопроката, то есть Общество не могло приобретать металлопрокат в запас. 

Кроме того инспекцией установлены признаки фиктивного документооборота со спорными контрагентами. Так в п. 9 договора от 11.06.2019 № 11/06/19, заключенном между ООО «СМК» и ООО «Виктория», указан номер расчетного счета 

<

***> ООО «Виктория», открытый в ПАО «Сбербанк».  Между тем по сведениям, имеющимся в инспекции, данный расчетный счет был закрыт 17.07.2018, т.е. за год до заключения указанного договора. Следовательно, при реальном заключении договора между ООО «СМК» и ООО «Виктория» данный номер расчетного счета не мог быть указан. 

Оценив, в порядке статьи 71 АПК РФ, все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд считает, что представленные налоговом органом доказательства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют об отсутствии реальных хозяйственных отношений Общества с заявленными контрагентами по поставке ТМЦ, фиктивности представленного в подтверждение вычетов пакета документов и, соответственно, получении обществом, в связи с этим, необоснованной налоговой выгоды в виде занижения сумм подлежащего уплате в бюджет НДС и налога на прибыль.

Установленные в ходе проверки обстоятельства подтверждают умышленное действия со стороны налогоплательщика, направленные на включение в создание фиктивного документооборота спорных организаций, деятельность которых была направлена лишь на создание видимости осуществления хозяйственных операций, на имитацию хозяйственных отношений с заявителем.

На нереальность операций в данном случае указывает наличие в совокупности обстоятельств, указанных в пунктах 5, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, а именно невозможность реального осуществления контрагентами заявленных операций с учетом объема материальных ресурсов, экономически необходимых для выполнения спорных операций, отсутствие у них необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия  персонала, имущества, а также отсутствие доказательств использования им привлеченных ресурсов, отсутствие фактов приобретения контрагентами спорных ТМЦ, неисчисление заявленным контрагентом налогов со спорных операций путем минимизации налога вычетами технических организаций, фиктивность списания спорных материалов, в отсутствие доказательств реального использования товаров в хозяйственной деятельности, что повлекло искажение бухгалтерского учета, отсутствие документального подтверждения перевозки и доставки товаров от спорных контрагентов, отсутствие необходимости закупа товара у спорных контрагентов, в виду установления факта возможности закупа аналогичного товара у реальных контрагентов, отсутствие расчетов с контрагентами.

Налогоплательщиком не доказана экономическая необходимость закупа товаров у спорных контрагентов при наличии у общества постоянных поставщиков аналогичного товара по ценам ниже чем у спорных контрагентов.

Факт транспортировки товара от «проблемных» поставщиков документально не подтвержден.

В данном случае, инспекцией установлено, что товар фактически у заявленных контрагентов не приобретался, не мог быть ими поставлен, не использовался в хозяйственной деятельности налогоплательщика, не перевозился. 

В настоящем случае налоговый орган доказал формальное оформление первичных бухгалтерских документов, дающих право на учет вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль от лица спорных контрагентов, исключительно с целью получения налоговой выгоды в виде права на вычеты по НДС и расходы по налогу на прибыль. 

Вместе с тем, налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

Такие факты, как неоплата в адрес спорных контрагентов, отсутствие сведений о том, что поставщики предпринимают попытки к взысканию задолженности с заявителя, при том, что контрагенты исключены из ЕГРЮЛ, противоречат обычаям делового оборота и в совокупности с иными фактами (отсутствием доказательств перевозки, использования товара в деятельности) свидетельствуют о формальном составлении договоров по сделкам между заявителем и «спорными» поставщиками и о фактическом отсутствии хозяйственных отношений, о чем заявитель как сторона мнимой сделки не мог не знать.

Соответственно позиция налогоплательщика о необходимости определения размера понесенных налогоплательщиком затрат и соответственно вычетов по НДС расчетным методом в данном случае не применима, поскольку данный подход применяется только, если при проведении проверки налоговым органом не будет доказана нереальность совершенных хозяйственных операций.

В данном случае, инспекцией установлено, что спорный объем товара фактически у заявленных контрагентов не приобретался, не использовался в хозяйственной деятельности и не был необходим. 

В настоящем случае налоговый орган доказал формальное оформление первичных бухгалтерских документов, дающих право на учет вычетов по НДС от лица спорных контрагентов, исключительно с целью получения налоговой выгоды в виде права на вычеты по НДС и расходы по налогу на прибыль. 

При этом обстоятельства, установленные налоговым, органом исключают добросовестное заблуждение общества относительно спорных контрагентов.

Установленная налоговым органом совокупность доказательств составления фиктивного документооборота свидетельствует не о каком-либо неосторожном заблуждении общества в отношении данных лиц, а о сознательном использовании реквизитов данных организаций в целях незаконной минимизации своих налоговых обязанностей, создании видимости правомерного поведения налогоплательщика, в связи с чем налоговым органом правомерно отказано в вычетах по НДС и расходах по налогу на прибыль, в соответствующие периоды, по документам, оформленным от имени вышеуказанных организаций.

С учетом, установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния заявителя, выразившиеся в занижении сумм подлежащих уплате налогов, правомерно квалифицированы налоговым органом по пункту 3 статьи 122 НК РФ, как совершенные умышлено. 

Соответственно, суд приходит к выводу о законности решения инспекции и отсутствии оснований для признания его недействительным в указанной части.

Согласно представленным ООО «СМК» первичным документам  установлено, что налогоплательщик уменьшил сумму НДС, подлежащего уплате в бюджет, в связи с завышением налоговых вычетов по НДС, а также увеличил сумму расходов по налогу на прибыль организаций по сделкам по разработке конструкторской документации на металлоконструкции (КМД), а также конструкторскому и технологическому сопровождению изготовления и отгрузки металлоконструкций ООО «Трэйд Хаус», ИП ФИО4, ИП ФИО5

Инспекцией в ходе проверки были установлены обстоятельства, свидетельствующие о нереальности заявленных сделок:

- отсутствие в договорах подряда конкретизации подлежащих выполнению работ по разработке КМД,

- отсутствие доказательств передачи подрядчикам технических заданий,

- представленные документы не отражают существа выполненных работ по конструкторскому и технологическому сопровождению изготовления и отгрузки металлоконструкций,

- опрошенные сотрудники заявителя, в том числе руководящие дали противоречивые показания относительно существа выполненных работ, их объема, способа выполнения работ с выездом сотрудников контрагента на территорию заявителя или без выезда.

- заявитель не представил доказательств присутствия представителей спорных контрагентов на территории общества для выполнения работ по конструкторскому и технологическому сопровождению изготовления и отгрузки металлоконструкций,

- оплата заявителем в адрес спорных контрагентов не произведена, никаких мер по взысканию задолженности спорными контрагентами не предпринималось,

- ООО «Трэйд Хаус» имеет признаки номинальной организации, не имеет работников, имещества, находится в г. Иваново, находится в стадии ликвидации,

- денежные средства, поступающие на счета контрагентов обналичиваются,

- в ходе анализа представленных чертежей КМД установлено, что разработчиком данных чертежей является сам заявитель, в рамках чертежей указаны даты разработки, которые не совпадают с периодами выполнения работ спорными контрагентами, фамилии разработчиков и подписи, которые не являются сотрудниками спорных контрагентов, а также являются вымышленными (указанные в чертежах лица опрошены налоговым органом и не подтвердили изготовление ими указанных чертежей и свои подписи в них),

- ответственным за составление конструкторской документации сотрудникам ООО «СМК» не знакомы ООО «Трэйд Хаус» и его представитель ФИО25, ИП ФИО4, ИП ФИО5

- у спорных контрагентов совпадают IP-адреса.

Общество с возражениями на акт от 23.01.2023 № 1 выездной налоговой проверки представило пояснения, согласно которым признало, что ООО «Трэйд Хаус» ИП ФИО4, ИП ФИО5 не выполняли спорные работы, а также недостоверность представленных документов и отсутствие отношений с указанными контрагентами, однако заявлено о предоставлении расходов по налогу на прибыль организаций в связи с представлением сведений о реальном исполнителе работ по составлению рабочей проектной документации на металлоконструкции – ФИО6, в подтверждение чего представлены договора, акты выполненных работ, расписки в получении денежных средств, а именно: 

- договор подряда от 10.01.2019 № 01/2019, акт от 15.02.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписка от 20.02.2019 в получении денежных средств; 

- договор подряда от 01.02.2019 № 02/2019, акт от 22.04.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписка от 29.04.2019 в получении денежных средств; 

- договор подряда от 27.03.2019 № 03/2019, акт от 17.06.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписка от 20.06.2019 в получении денежных средств; 

- договор подряда от 24.05.2019 № 04/2019, акт от 22.07.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписка от 26.07.2019 в получении денежных средств; 

- договор подряда от 30.05.2019 № 05/2019, акт от 14.06.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписка от 19.06.2019 в получении денежных средств; 

- договор подряда от 05.11.2019 № 06/2019, акт от 25.12.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписка от 27.12.2019 в получении денежных средств; 

- договор подряда от 15.01.2019 № 4, акты от 29.03.2019, от 30.06.2019 сдачи-приемки выполненных работ, расписки от 31.03.2019, от 30.06.2019 в получении денежных средств. 

Из представленных документов следует, что ООО «СМК» (Заказчик) заключило договоры подряда на выполнение работ по разработке чертежей КМД и по технологическому сопровождению заказов для заказчиков ООО «СМК» с физическим лицом ФИО6 (Исполнитель) на общую сумму 11 508 160 рублей.  

Суд находит не обоснованным требование налогоплательщика учесть в качестве его расходов суммы, уплаченные ФИО6 в силу следующего.

Как разъяснено в Определении Верховного суда Российской Федерации от 19.05.2021 №  309-ЭС20-23981 в соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса законодательство о налогах и сборах исходит из всеобщности и равенства налогообложения, необходимости взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием и недопустимости произвольного налогообложения.

Поскольку вычет расходов из налогооблагаемой прибыли влечет уменьшение размера налоговой обязанности и является формой налоговой выгоды, обоснованность получения этой выгоды может являться предметом оспаривания по основаниям, связанным со злоупотреблением правом, и подлежит оценке судом с учетом необходимости реализации в правоприменительной практике таких публично значимых целей, вытекающих из положений пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса, как поддержание стабильности налоговой системы, стимулирование участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги, обеспечение нейтральности налогообложения по отношению ко всем плательщикам, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте и не участвовали в уклонении от налогообложения.

При оценке обоснованности налоговой выгоды согласно пункту 1 постановления Пленума N 53 предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В силу правовых позиций Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (пункты 4, 9 и 11 постановления Пленума N 53), налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Признание налоговой выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика, предусмотренные законодательством о налогах и сборах.

С учетом изложенного, выявление необоснованной налоговой выгоды не предполагает определения налоговой обязанности в относительно более высоком размере, что по сути означало бы применение санкции, а может служить основанием для доначисления суммы налога, подлежащей уплате в бюджет таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2018 N 305-КГ17-20231, от 06.03.2018 N 304-КГ17-8961, от 30.09.2019 N 307-ЭС19-8085, от 28.10.2019 N 305-ЭС19-9789 и др.).

Изложенные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды и определению последствий злоупотребления правом в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1 Налогового кодекса, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

В частности, согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

Цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении данной нормы реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени ("технические" компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Исходя из необходимости реализации вышеназванных публичных целей противодействия налоговым злоупотреблениям и поддержания в правоприменительной практике финансовых стимулов правомерного поведения участников оборота, в упомянутых в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса случаях последствия участия налогоплательщика в формальном документообороте должны определяться с учетом его роли в причинении потерь казне.

Соответственно, расчетный способ определения налоговой обязанности на основании имеющейся у налогового органа информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках (подпункт 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса) подлежит применению, если допущенное налогоплательщиком нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной им операции, нарушению правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не участвовал в уклонении от налогообложения, организованном иными лицами, но не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним (пункт 10 постановления Пленума № 53).

Из этого же исходил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указывая в пункте 8 постановления от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», что положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими. Данное разъяснение Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сохраняет свое действие в условиях применения статьи 54.1 Налогового кодекса, поскольку соотносится с предписаниями пункта 3 упомянутой статьи, в силу которых подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Напротив, если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как "техническую" компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности в такой ситуации не отвечало бы предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды, и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций.

В то же время право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль может быть реализовано налогоплательщиком, содействовавшим в устранении потерь казны - раскрывшим в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 Налогового кодекса сведения и документы, позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, осуществить его налогообложение и, таким образом, вывести фактически совершенные хозяйственные операции из "теневого" (не облагаемого налогами) оборота.

При рассмотрении настоящего дела судом установлено, что основанием доначисления налогоплательщику НДС и налога на прибыль, соответствующих пеней и штрафов послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота для получения необоснованной налоговой выгоды при приобретении транспортных услуг, оформлении им фиктивного документооборота с целью сокрытия реальных хозяйственных отношений, что привело к искажению налоговых обязательств на всей цепочке лиц, участвующих в схеме и потерям бюджета.

Между тем представленные заявителем документы по взаимоотношениям с ФИО6 не подтверждают реальность расходов общества.

 Так в представленных обществом в ходе проверки чертежах ФИО6 не указан в качестве разработчика чертежей.

ФИО6 работал в г. Тюмени, то есть территориально удален от места нахождения заявителя, при этом обществом не даны пояснения, каким образом найден данный исполнитель.

ФИО6 не отразил доход, полученный от общества в налоговой отчетности, не исчислил и не уплатил налоги с данного дохода. Справки по форме 2-НДФЛ на получение дохода ФИО6 от ООО «СМК» налогоплательщиком также не представлялись.

Обществом не раскрыт источник наличных денежных средств в сумме  11 508 160 рублей якобы переданных ФИО6 Выдача денежных средств руководителю под отчет не оформлялась.

Представленные обществом в суд документы подтверждают лишь текущую выплату заработной платы руководителю общества в период 2018-2019 года и ее систематическое снятие небольшими сумами, что характерно для обычных личных расходов физического лица, а не разовые снятия крупных сумм денежных средств для передачи ФИО6 Перечисленные руководителю и снятые им суммы не совпадают ни по размерам ни по периодам с сумами переданными ФИО6

Большая часть снятых руководителем общества денежных средств приходится на 2018 год, когда отношения в ФИО6 еще отсутствовали, либо на вторую половину 2019 года, то есть период, когда расчеты с ФИО6 (согласно документам) уже были завершены, соответственно снятые денежные средства не могли быть использованы для расчетов с ФИО6

Также суд учитывает, что обществом за пол года было выплачено физическому лицу (согласно документам) 11 508 160 рублей, что в десятки раз превышает заработную плату штатного сотрудника, который бы мог выполнить ту же работу за заработную плату, соответственно, привлечение ФИО6 экономически не целесообразно.

Кроме того ФИО6 (согласно его опросу в суде) в спорный период на постоянной основе занимал штатную должность в другой организации на полный рабочий день, соответственно, с учетом показаний работников общества о том, что разработка чертежей занимает несколько месяцев, не ясно как такой объем работ мог быть выполнен ФИО6 

Более того согласно представленным договорам и актам большая часть оплаты (7 663 000 рублей)  передана ФИО6 по договору № 4 от 15.01.2016 на технологическое сопровождение заказов для Заказчиков ООО «СМК» (ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК» и ООО «Западно-Сибирский нефтехимический комбинат»). Между тем в ходе опроса в суде ФИО6 показал, что никогда не ездил к заказчику (ООО «СМК»), изредка мог консультировать по телефону, в чем заключались консультации конкретно не указал.

При этом суду представляется экономически неоправданным и нецелесообразным выплата обществом 7 663 000 рублей физическому лицу за телефонные консультации.

При этом из Договора подряда №4 от 15.01.2019 следует, что ФИО6 необходимо было находиться на территории ООО «СМК» (г. Златоуст) для выполнения таких услуг по сопровождению заказов как: маркировка металлоконструкций; контролировать процесс упаковки и загрузки металлоконструкций в транспортные средства; осуществить контроль подготовки поверхности металлоконструкций перед окрашиванием; осуществить тестовую окраску образцов металлоконструкций и пр. 

Однако, согласно данным, имеющимся в инспекции, ФИО6 работал на постоянной основе в ООО «Концепт» ИНН 

<

***> КПП 720301001 (г. Тюмень) весь 2019. Учитывая протяженное расстояние между г. Златоуст и г. Тюмень ФИО6 не имел возможности совмещать заявленное выполнение работ.

При таких обстоятельствах суд критически относится к доводам общества, а также показаниям ФИО6 в суде о фактическом выполнении заявленных работ указанным лицом и несении в связи с этим обществом реальных расходов, подлежащих учета при налогообложении налогом на прибыль, в связи с чем не может принять данные расходы для уменьшения налоговых обязательств общества по налогу на прибыль.

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания ненормативного акта недействительным, что исключает возможность удовлетворения требований налогоплательщика. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины в силу статей 101, 110, 112 АПК РФ относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь статьями 110, 167-168, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный  апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его вступления в законную силу путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда htth://18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.   

 

Судья                                                                                 А.В. Архипова