Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-24110/2017

г. Владивосток

12 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 декабря 2022 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей К.П. Засорина, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3,

апелляционные производства № 05АП-5575/2022, 05АП-5712/2022 

на определение от 08.08.2022 

судьи Р. Б. Алимовой 

по делу № А51-24110/2017 Арбитражного суда Приморского края 

заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности 

по делу по заявлению о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Содружество-Инвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО4, по доверенности от 20.01.2021, сроком действия 5 лет, паспорт (до и после перерыва),

иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве), не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 (далее – кредитор, ФИО5) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Содружество-Инвест» (далее - должник, ООО «Содружество-Инвест») несостоятельным (банкротом).

 Определением Арбитражного суда Приморского края от 11.10.2017 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности. 

Определением суда от 16.11.2017 к участию в рассмотрении заявления привлечена Инспекции регионального строительного надзора и контроля в области долевого строительства Приморского края (далее - Инспекция).

Определением суда от 26.01.2018 требования кредитора признаны обоснованными, в отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – ФИО6). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 03.02.2018 № 20.

Определением от 15.02.2018 при банкротстве должника признаны подлежащими применению правила параграфа 7 главы 9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» «Банкротство застройщиков» (далее - Закон о банкротстве). Поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 11.10.2017, положения параграфа 7 главы 9 Закона о банкротстве применяются без учета изменений, внесенных Федеральным законом от 29.07.2017 № 218-ФЗ.

Решением суда от 21.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (далее – ФИО7). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 24.11.2018 № 77032819016.

Определением суда от 07.11.2019 конкурсный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения своих обязанностей. 

Определением суда от 11.12.2019 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО6 (далее – ФИО6). 

Определением суда от 30.07.2020 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества, конкурсным управляющим утвержден ФИО8 (далее – ФИО8).

Конкурсный управляющий ООО «Содружество-Инвест» направил в арбитражный суд заявление о привлечении солидарно контролирующих должника лиц: ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО10 (далее – ФИО10), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО11 (далее – ФИО11), ФИО12 (далее – ФИО12) и ООО «Жилстройсервис» к субсидиарной ответственности и взыскании с них 227 433 965 рублей 08 копеек. 

Определением суда от 27.04.2021 к участию в рассмотрении обособленного спора на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечен финансовый управляющий ФИО3 ФИО13.

Определением суда от 08.08.2022 признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц - ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности; рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с определением суда от 08.08.2022, считая его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела,                     ФИО3 обратился с апелляционной жалобой об его отмене, просил отказать  в привлечении его к субсидиарной ответственности, привлечь к субсидиарной ответственности ФИО5 По тексту апелляционной жалобы указал, что одобрение и заключение сделок со стороны ООО «Содружество-Инвест» было вызвано необходимостью ведения расчетов с кредиторами должника, подрядчиками, а также пополнения оборотного капитала предприятия. Полагал, что при реализации имущества общества ФИО3 действовал разумно и добросовестно с целью удовлетворения требований кредиторов должника.

Одновременно с апелляционной жалобой на указанный судебный акт обратился ФИО2, просил отказать в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. Мотивировал жалобу тем, что основания для привлечения                  ФИО2 к субсидиарной ответственности отсутствуют, поскольку конкурсный управляющий не доказал какие действия ФИО2 послужили основанием для банкротства должника. Полагал, что обстоятельств, указанных конкурсным управляющим, не достаточно для признания совершения ФИО2 действий, приведших к банкротству предприятия. Более того полагал, что поскольку в рамках настоящего дела договоры займа от 24.11.2017 №244 на сумму 5 854 795 рублей 50 копеек, от 16.11.2017 на сумму 1 000 000 рублей, от 27.11.2017 №245 на сумму 3 500 000 рублей, подписанные должником и ФИО2, признаны незаключенными (определение арбитражного суда от 08.06.2021 по настоящему делу), апеллянт полагал, что основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности не подтверждены документально. Указал, что конкурсным управляющим не приведено обоснования тому, что совершение названных им сделок, каждой в отдельности либо в их совокупности, привело к банкротству общества либо причинило имущественный вред должнику, привело к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения общества.

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО2 приняты к производству, судебное заседание по их рассмотрению назначено на 18.10.2022.

Определениями апелляционного суда от 18.10.2022 и от 15.11.2022 рассмотрение апелляционных жалоб откладывалось, последним определением судебное заседание отложено на 28.11.2022.

Представитель апеллянта полагал, что основания для привлечения                    ФИО2 к субсидиарной ответственности отсутствуют, поскольку конкурсный управляющий не доказал какие действия ФИО2 послужили основанием для банкротства общества. Привел довод о том, что обстоятельств, указанных конкурсным управляющим не достаточно для признания совершения ФИО2 действий, приведших к банкротству предприятия. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе. 

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в судебном заседании объявлен перерыв до 05.12.2022 до 15 часов 10 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено 05.12.2022 в 15 часов 36 минут составе суда: председательствующий: М. Н. Гарбуз, судьи: К. П. Засорин, Т. В. Рева, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, с участием тех же лиц.

На основании определения суда от 25.11.2022 произведена замена судьи                      А.В. Ветошкевич на судью Т.В. Рева, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начиналось сначала в силу пункта 2 части 2 статьи 18 АПК РФ.

Коллегией установлено, что апеллянты обжалуют определение суда первой инстанции в части наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь ввиду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

В связи с тем, что возражения относительно проверки только части судебного акта сторонами не заявлено, апелляционная коллегия проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части. 

Иные лица, участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие указанных лиц.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб, заслушав возражения представителя ФИО2, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Основания и порядок привлечения лиц к субсидиарной ответственности должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства в ранее действующей редакции Закона о банкротстве был предусмотрен нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

В статью 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) были внесены соответствующие изменения.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ регламентировано, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, то есть с 30.07.2017.

Законом № 266-ФЗ прекращено действие положений статьи 10 Закона о банкротстве, которой была установлена ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017), то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Поскольку наличие оснований для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности заявитель связывает с неисполнением обязанности по хранению документов, неподачей заявления о признании должника банкротом, совершения ряда сделок с целью вывода имущества должника, имевшие место до 01.07.2017, поэтому к спорным правоотношениям подлежат применению материально-правовые нормы Закона о банкротстве об ответственности контролирующих должника лиц без учета изменений, внесенных Законом № 266.

Заявление конкурсного управляющего о привлечении солидарно контролирующих должника лиц: ФИО9, ФИО3, ФИО2, ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО12 и ООО «Жилстройсервис» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника мотивировано неисполнением ответчиками установленной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, а также совершением и одобрением сделок, признанных недействительными на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Рассматривая по существу заявление конкурсного управляющего должником, суд первой инстанции исходил из того, что основной целью конкурсного производства является удовлетворение требований кредиторов за счет сформированной конкурсной массы. В случае недостаточности имеющегося у должника имущества законодательство о банкротстве предусматривает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Несмотря на то, что статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу в связи с вступлением в силу Закона № 266-ФЗ, ответственность за вменяемые деяния не устранена (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ).

В случае банкротства должника по вине его учредителей (участников), собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 ГК РФ (в соответствующей редакции), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Кроме того, пунктом 4 названной статьи также предусмотрена презумпция, что должник признан несостоятельным (банкротом) именно вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Существование названной презумпции обусловлено тем, что отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном законодательством о банкротстве. Невыполнение руководителем должника обязанности по организации надлежащего учета на предприятии и непередача конкурсному управляющему соответствующей документации должника без уважительных причин по своей сути является недобросовестным поведением, направленным на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Положения названной нормы применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон №402-ФЗ) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта - лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта. При этом бухгалтерский учет в соответствии с пунктом 3 статьи 6 названного Федерального закона ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

В силу пункта 1 статьи 13 Закона № 402-ФЗ бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Закона № 402-ФЗ).

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью руководителя должника предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию в случаях, предусмотренных пунктом 3.2 статьи 64 и пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве. Указанная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии со статьей 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательств. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо не исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Вместе с тем, материалы дела подтверждают, что ФИО9 осуществлял полномочия генерального директора ООО «Содружество-Инвест» в период с 11.01.2018 по 14.11.2018, ФИО11 являлась главным бухгалтером общества в период с 01.04.2009 по 28.09.2018.

Решением суда от 21.11.2018 ООО «Содружество-Инвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства конкурсное производство.

В рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) конкурсный управляющий направил ходатайство об истребовании бухгалтерской и иной документации должника, а также печатей, штампов, материальных и иных ценностей от ФИО9 и учредителя ФИО3 Определением от 15.01.2019 указанное заявление оставлено без движения, в связи с несоответствием требованиям АПК РФ, конкурсному управляющему предложено в срок до 18.02.2019 устранить указанные нарушения. Однако конкурсный управляющий не предпринял мер для устранения недостатков, в связи с чем определением от 27.03.2019 заявление возвращено.

Кроме того, в материалы обособленного спора ФИО9 и ФИО11 представлены акты приема-передачи документов должника от 24.09.2018, от 25.09.2018, от 26.09.2018, от 27.09.2018, от 28.09.2018 (том 9 л.д.173-221), акт приема передачи печати, ключей ООО «Содружество-Инвест» (том 9 л.д.189) ФИО3 

Учитывая изложенное, принимая во внимание предоставление ФИО9 и ФИО11 актов приема-передачи документов должника, акта приема передачи печати, ключей, подтверждающих передачу ФИО3 документов, печатей и ключей предприятия, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявления в части неисполнения ответчиками установленной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, поскольку ФИО9 и ФИО11 от указанной обязанности не уклонялись, осуществив передачу необходимых сведений.

Апелляционные жалобы не содержат возражений в отношении указанной части судебного акта.

Рассматривая требование конкурсного управляющего в части причинения вреда кредиторам должника вследствие совершения сделок контролирующими должника лицами, коллегией установлено следующее.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 Постановления № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления № 53, контролирующим должника лицом может быть признано не только то лицо, которое напрямую определяло действия должника, но и лицо, которое извлекало выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения непосредственно контролирующих должника лиц.

Из текста заявления конкурсного управляющего следует, что им в ходе конкурсного производства установлены выгодоприобретатели, извлекшие существенные преимущества из незаконного и недобросовестного поведения контролирующих должника лиц: ФИО5, ФИО12, ФИО10, ООО «Жилстройсервис», ФИО9, ФИО3, ФИО2

Поскольку заявителем не доказаны условия, предусмотренные пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, учитывая отсутствие доказательств того, что ФИО5, ФИО12, ФИО10, ООО «Жилстройсервис» являются выгодоприобретателями по совершенным сделкам и являются лицами, контролирующими должника (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ), суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления в отношении указанных ответчиков. 

Апелляционные жалобы не содержат возражений в отношении указанной части судебного акта.

Рассматривая довод конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2, являющихся участниками должника и /или исполняющих функции единоличного исполнительного органа в разные периоды деятельности, на основании вышеуказанных норм права обусловлено их действиями (бездействием), повлекшими причинение вреда имущественным правам должника и кредиторов и, как следствие, несостоятельность (банкротство) должника, коллегия руководствовалась нижеследующим.

Из информации, размещенной в свободном доступе на сайте ФНС России (https://egrul.nalog.ru) в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) коллегией установлено, что ООО «Содружество-Инвест» создано 31.05.2006 на основании протокола собрания о создании юридического лица №1, обществу присвоен ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, основным видом экономической деятельности должника является «строительство жилых и нежилых зданий» (код ОКВЭД 41.20).

Материалы дела подтверждают, что ФИО2 являлся генеральным директором общества с 25.05.2017 по 09.01.2018, участником должника с 22.09.2009 по 07.07.2016 с размером доли в уставном капитале 50%, ФИО3 являлся генеральным директором в период с 31.05.2006 по 24.05.2017, участником должника с 22.09.2009 по настоящее время с размером доли в 50% до 08.07.2016, 100% с 08.07.2016; ФИО9 осуществлял полномочия генерального директора должника в период с 11.01.2018 по 14.11.2018.

В обоснование заявления конкурсный управляющий, помимо вышеуказанных сделок, ссылается на заключение должником сделок в ущерб кредиторам с ФИО2, ООО «Строй-Сити», Гунн Чженьань, ФИО14, ИП ФИО15, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами. Указывает, что договоры подписаны в период осуществления полномочий генерального директора ФИО2, ФИО3, ФИО9, следовательно, за негативные последствия, наступившие для должника субсидиарная ответственность возникает солидарно у лиц, одобривших и подписавших договора купли-продажи.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 Постановления № 53). 

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей, в том числе при заключении сделки, разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

Из информации, размещенной в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru) установлено, что определением суда от 08.06.2021 признаны незаключенными договоры займа: от 24.11.2017 № 244 на сумму 5 854 795 рублей 50 копеек, от 16.11.2017 № 242 на сумму 1 000 000 рублей, от 27.11.2017 № 245 на сумму 3 500 000 рублей, подписанные ООО «Содружество-Инвест», в лице генерального директора ФИО2, и ФИО2 с другой стороны. 

Также признаны недействительными договор от 07.04.2017 №82 купли-продажи квартиры, площадью 35,8 кв.м., 12 этаж, адрес: 

<

...>, заключенный между ООО «Содружество-Инвест», в лице генерального директора ФИО3, и ФИО2, а также дополнительное соглашение от 13.06.2017 к брачному договору от 19.04.2017, заключенное ФИО2 и ФИО16 (определение суда от 17.06.2021).

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2022 признан недействительным договор купли-продажи от 13.07.2016, заключенный между ООО «Содружество-Инвест», в лице генерального директора ФИО3, и Гун Чжэньань. 

Определением суда от 27.07.2021, измененным Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021, договор купли-продажи основных средств от 01.07.2016, заключенный между ООО «Содружество-Инвест», в лице генерального директора ФИО3, и ООО «СтройСити», в лице директора ФИО2, признан недействительным. 

При разрешении указанных обособленных споров суды пришли к выводу об отсутствии экономической обоснованности совершения сделок при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, причинения ущерба должнику и вреда кредиторам путем выведения имущества из конкурсной массы. Кроме того, судом установлена аффилированность и недобросовестность сторон при совершении оспариваемых сделок. 

Учитывая положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, вышеуказанные действия ФИО2, ФИО3, направленные на отчуждения имущества общества, правомерно признаны судом первой инстанции в качестве квалифицирующих признаков и являющихся основанием для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, поскольку, сделка, заключенная с ИП ФИО15 от имени должника директором ФИО9, признана недействительной и имущество возращено в конкурсную массу должника, вывод суда первой инстанции об отсутствии ущерба кредиторам или оказания негативного влияния на финансовое состояние должника в результате заключения сделки обоснован и подтверждается материалами дела. 

Поскольку действия ФИО2, ФИО3 по одобрению обозначенных сделок, причинивших вред должнику и имущественным правам кредиторов, соответствуют критериям, регламентированным  нормой пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, предполагающей (презюмирующей) наличие вины контролирующего должника лица (на момент совершения сделок) в доведении должника до банкротства, указанное обстоятельство является основанием для привлечения последних к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Кроме того, в обоснование доводов о необходимости привлечения ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал, что по состоянию на 11.11.2015 у ООО «Содружество-Инвест» имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем руководители должника обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) не позднее 12.12.2015, а участники принять решение о ликвидации ООО «Содружество – Инвест» и подать в суд заявление о его банкротстве не позднее 12.12.2015. 

Учитывая период совершения ответчиками предполагаемых неправомерных действий (бездействия), послуживших, по мнению конкурсного управляющего, необходимой причиной объективного банкротства должника, в рассматриваемом случае подлежат применению положения как статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ, так и положений статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случаях, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 9 названного Федерального закона заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона. 

Аналогичная презумпция предусмотрена пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. 

Как определено в статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах). 

В пунктах 9 и 12 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом, директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Анализ финансового состояния должника свидетельствует, что финансовый результат от деятельности предприятия в 2014-2017 годы являлся отрицательным.                           В заключении сделан вывод, что на 01.01.2015 ликвидных и внеоборотных активов должника было достаточно для погашения всех обязательств (значение показателя составляет 1,05), формально на 01.01.2016-01.01.2017 значение показателя также превышало 1. Степень платежеспособности по текущим обязательствам в 2015-2016 году улучшилась, по итогам 2017 года значение показателя ухудшилось. 

Вместе с тем, материалы дела подтверждают наличие кредиторской задолженности в значительном размере перед ФИО5 в размере 198 320 000 рублей (определение суда от 26.01.2018); перед ООО «Гранат» в размере 50 750 рублей (определение суда от 15.02.2019); перед Администрацией Уссурийского городского округа в размере 177 212 рублей 24 копейки основного долга и 58 096 рублей 60 копеек пени (определение суда от 03.09.2018);  перед НКО Коллегия адвокатов «Нигматулин и партнеры» в размере 90 000 рублей основного долга и 9 790 рублей 86 копеек процентов за пользование чужими денежными (определение суда от 27.04.2018). 

Учитывая вступившие судебные акты, суд первой инстанции правомерно констатировал, что признаки банкротства ООО «Содружество-Инвест» возникли в 2017 году.

Принимая во внимание совершение контролирующими должника лицами сделок по перечислению денежный средств и отчуждению имущества в 2016-2017 годы, которые в последующем признаны недействительными, коллегия поддерживает вывод суда о неплатежеспособности должника и недостаточности его имущества по состоянию на 01.01.2017.

Поскольку ФИО2 и ФИО3 в 2017 году являлись контролирующими должника лицами, учитывая возникновение неплатежеспособности и недостаточности имущества общества по состоянию на 01.01.2017, наличие обязанности ФИО2 и ФИО3 обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), которая последними не исполнена, коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий (бездействия) ФИО2, ФИО3, ухудшивших финансовое положение общества, в связи с чем заявление о привлечении контролирующих должника лиц подлежит удовлетворению по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьей 10 Закона о банкротстве. 

При этом суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности, поскольку последний осуществлял должностные обязанности в период с 11.01.2018 по 14.11.2018, когда соответствующее заявление о признании ООО «Содружество-Инвест» несостоятельным (банкротом) уже было подано конкурсным кредитором ФИО5

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ предоставленные в материалы дела доказательства и приведенные нормы права, коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции в обжалуемой части судебного акта о том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий (бездействия) ФИО2, ФИО3, поскольку указанные лица совершили действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение общества, в связи с чем заявление о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО2, ФИО3 подлежит удовлетворению по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьей 10 Закона о банкротстве. 

Учитывая изложенное, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимой для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам                   ООО «Содружество-Инвест» по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 и статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Размер ответственности ФИО3 и ФИО2 подлежит определению на основании абзаца восьмого пункта 4 статьи 10 и пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, поскольку в настоящий момент имущество должника не реализовано, в связи с чем определить в данный момент точный размер денежных средств, которые будут направлены на погашение требований, включенных в реестр требований кредиторов, не представляется возможным, при этом все иные обстоятельства, имеющие значение для привлечения к такой ответственности, установлены, по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве производство по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Отклоняя доводы апеллянтов, коллегия констатирует, что ФИО3 и ФИО2, являющиеся заинтересованными лицами, входящими в одну группу лиц, совершили действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника, а именно: заключали сделки по отчуждению имущества в нарушение прав и законных интересов кредиторов ООО «Содружество-Инвест», в результате чего указанные лица обоснованно привлечены к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 и статьей 61.11 Закона о банкротстве. Ввиду изложенных обстоятельств у суда первой инстанции не имелось достаточных оснований для вывода о том, что банкротство ООО «Содружество-Инвест» обусловлено исключительно внешними факторами, и неблагоприятный для его кредиторов результат получен вне зависимости от принятых ответчиками ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности.

Таким образом, судебный акт в обжалуемой части принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы в обжалуемой части судебного акта не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции в обжалуемой части судебного акта соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

С учетом вышеизложенного, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу в обжалуемой части судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вопрос по уплате государственной пошлины апелляционным судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы по данной категории дел не облагаются государственной пошлиной.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 08.08.2022 по делу №А51-24110/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

М. Н. Гарбуз

 

Судьи

К. П. Засорин

Т. В. Рева