ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(7934) 6-09-16, факс: 8(7934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки        Дело № А25-1785/2019

05.08.2022

Резолютивная часть постановления объявлена 04.08.2022.

Полный текст постановления изготовлен 05.08.2022.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Белова Д.А., судей Годило Н.Н., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителя публичного акционерного общества «Московский Индустриальный банк» - ФИО2 (по доверенности от 29.12.2021), финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, апелляционную жалобу ФИО5 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.01.2022 по делу № А25-1785/2019,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 31.07.2019 принято заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом). Определением суда от 09.01.2020 признано обоснованным заявление о признании гражданина ФИО3 несостоятельным (банкротом), в отношении Должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6 

Определением суда от 05.08.2020 требования ПАО «МинБанк» в размере 951 497 679,7 руб. (просроченная задолженность по основному долгу - 850 194 000 руб., просроченные проценты - 93 574 046,91 руб. вознаграждение за открытие и обслуживание кредитной линии - 19 978, 36 руб.; задолженность по финансовым санкциям (пени и штрафы) - 7 709 654,43 руб.) включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника - гражданина ФИО3 При этом, требования в размере 32 864 645,87 2 руб. (просроченная задолженность по основному долгу - 26 562 500 руб., просроченные проценты - 3 590 303,92 руб., вознаграждение за открытие и обслуживание кредитной линии - 161 001,73 руб., задолженность по финансовым санкциям (пени и штрафы) - 2 5 50 840, 22 руб. включены в третьею очередь реестра требований кредиторов, как требования, обеспеченные залогом имущества должника (т.1, л.д. 20-22).

Решением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.02.2021 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4 (далее - финансовый управляющий).

25.12.2020 ПАО «МИнБанк» обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки Должника, в котором с учетом уточнений от 23.12.2020 №60/169-а, 16.04.2021 №60/186 просит:

-признать недействительным договор купли-продажи от 28.06.2019, заключенный между должником и ФИО5 в отношении объекта недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, г.Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343, с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м.

-применить последствия недействительности сделки в виде обязании ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО3 объект недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, г.Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343, с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м.

Заявление мотивировано недействительностью сделки в соответствии с п.1 ст.61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) по причине ее совершения в период подозрительности (за 1 год до даты принятия заявления о банкротстве должника) с целью причинения вреда кредиторам должника; ценой сделки ниже рыночной; неисполненными обязательствами должника перед кредитором ПАО «МИнБанк»; отсутствием доказательств предоставления встречного исполнения; (т.1, л.д.8-17, 23-26, 48-67).

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.01.2022 требования заявления удовлетворены, суд признал недействительным договор купли-продажи объекта недвижимости от 24.05.2019, заключенный между должником - гр. ФИО3 и ФИО5. Применил последствия недействительности сделки. ФИО7 Рашидовича возвратить в конкурсную массу ФИО3 объект недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская республика, г.Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343, с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м.

ФИО5 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ), и просил отменить судебный акт, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований.

Апелляционная жалоба мотивирована необоснованностью вывода суда о признании договора купли-продажи недействительным по общегражданским основаниям, о наличии состава, предусмотренного п. 1 ст. 61.2 Закона о Банкротстве, о наличии оснований для применения п. 2 ст. 61.2 Закона о Банкротстве, о применении последствий недействительности сделки.

Представителем публичного акционерного общества «Московский Индустриальный банк» и финансовым управляющим ФИО3 - ФИО4 представлены отзывы на апелляционную жалобу в которых указывают, что при вынесении обжалуемого определения судом первой инстанции правильно применены нормы материального права и полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела.

В судебном заседании представитель публичного акционерного общества «Московский Индустриальный банк» поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу. 

Финансовый управляющий ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании указала на необходимость перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, привлечения к участию в обособленном споре Мэрию МО г. Черкесска в качестве третьего лица с истребованием у последней доказательств, признать недействительной цепочку сделок, применить последствия недействительности цепочки сделок.

Дело рассматривается в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при не явке в судебное заседание арбитражного суда сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд в праве рассмотреть дело в их отсутствие. 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев повторно дело по апелляционной жалобе в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, изучив и оценив в совокупности материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается.

Дело о банкротстве ФИО3 возбуждено по его заявлению 31.07.2019.

28.06.2019 между должником (продавец) и ФИО5 заключен договор купли-продажи в отношении объекта недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, г.Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343, с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м. (т.1, л.д.126-130).

ПАО «МИнБанк» посчитав, что указанный договор купли-продажи совершенный между должником и ответчиком недействительной ничтожной сделки, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование указал, что, оспариваемая сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом и зарегистрирована после принятия указанного заявления, и соответственно, подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 1 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что должником не представлены доказательства получения денежных средств в оплату по оспариваемому договору; представленные финансовым управляющим выписки о движении денежных средств по счетам должника также не содержат доказательств оплаты по оспариваемому договору; ФИО5 в свою очередь также не представлены доказательства наличия у него денежных средств в указанном размере.

Так же указал, что подтверждается довод об аффилированности должника и ответчика (ФИО5) через участие и работу должника, супруги должника и ФИО5 в следующих компаниях: АО «Черкесские городские электрические сети» (ИНН 

<

***>), ООО «Агростройскомплект» (ИНН 

<

***>), АО «Распределительная сетевая компания» (ИНН 

<

***>), АО «Водоканал», что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ и выписками по счету справки 2-НДФЛ в отношении супруги должника (т.1, л.д. 84-94).

Суд первой инстанции указал, что заключая оспариваемую сделку должник и ответчик, не могли не осознавать, что их действия направлены на уменьшение объема принадлежащего ФИО3 имущества и, как следствие, уменьшение вероятности погашения имеющейся задолженности перед кредиторами за счет имущества должника. Должник совершил сделку без учета прав и законных интересов кредиторов, которые были вправе рассчитывать на разумное и добросовестное поведение своего должника, удовлетворение своих требований за счет данного имущества.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции признал заявление ПАО «МИнБанк» обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Кроме того, суд первой инстанции применил последствия недействительности сделки в виде восстановления права гр.ФИО3 на объект недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская республика, г.Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343, с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м.

При этом судом первой инстанции не в полной мере учтено следующее.

Суд первой инстанции на основании доводов, которые финансовый управляющий указывает в своем заявлении, что на момент совершения сделки имелись признаки: неплатежеспособности, аффилированности сторон, осведомленности Ответчика о совершении сделки при наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, причинении вреда правам кредиторов.

Указанные обстоятельства, в силу прямого указания Закона о банкротстве, Постановления Пленума ВАС № 63 входят в предмет доказывания по спорам о недействительности сделки по специальным основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о Банкротстве.

Вместе с тем, в соответствии с п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ №63 заявление об оспаривании сделки по специальным основаниям может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ)

В силу п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

Процедура реструктуризации долгов гражданина в отношении ФИО3 введена Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.01.2020 г. (резолютивная часть оглашена 25.12.2019 г.) по делу №А25-1785/2019.

Следовательно, на дату подачи заявления об оспаривании сделки (т.е. 25.12.2020 г.) срок исковой давности заявителем был пропущен, то что финансовый управляющий Байрамуков У А. в процедуре реструктуризации не было оспорено ни одной сделки должника, не является основанием для восстановления пропущенного срока.

Таким образом, подлежит отклонению довод о недействительности сделки по ст. 10 ГК РФ по общегражданским основаниям поскольку пропущен срок для оспаривания.

Однако, заявление ПАО «МИнБанк» содержит лишь доводы, указывающие на наличие обстоятельств, в совокупности свидетельствующих об оспоримости сделки, а не ее ничтожности; каких-либо доказательств выхода за пределы специальных составов оспаривания сторонами не приведено.

На основании п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью.

Данная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть данного принципа сводится к тому, что любой субъект гражданских правоотношений может свободно реализовывать принадлежащие ему права по своей воле и в своих интересах, но при этом должен воздерживаться от нарушений интересов других лиц (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.05.2019 N Ф03-1835/2019 по делу N А73-5259/2018).

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168ГКРФ).

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.

При этом, в заявлении об оспаривании сделки приведены лишь обстоятельства, входящие в предмет доказывания по ст. 61.2 Закона о банкротстве, однако, ввиду их недоказанности, а также пропуске годичного срока, отсутствуют основания для признания оспариваемой сделки недействительной по специальным основаниям.

Кроме того, сама по себе ссылка заявителя на положения ст. 10 ГК РФ в отсутствие каких-либо доводов, позволяющих установить наличие дефектов, выходящих за пределы специальных составов недействительности, не имеет правового значения и не может служить основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Следовательно, при квалификации сделки в качестве недействительной возможно признание ее: - либо оспоримой - для этого предусмотрены специальные составы недействительности, регламентированные Законом о банкротстве; - либо ничтожной - составы закреплены в Общей части ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса). 

Следовательно, суд исходит из необходимости разграничения ничтожных и оспоримых сделок, приведение доводов, указывающих на оспоримый характер сделок, не может быть принято во внимание при рассмотрении вопроса о ничтожности сделки ввиду различного состава недействительности указанных сделок.

Соответственно, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному ст. 10 ГК РФ, необходимо доказать наличие таких дефектов, которые однозначно свидетельствовали бы о ничтожности оспариваемого договора, т.е. действия сторон должны совершаться при очевидном злоупотреблении правом.

Сам факт того, что регистрация договора купли-продажи объекта недвижимого имущества (здание) внесены в ЕГРН 08.07.2019г, а дело о банкротстве возбуждено Арбитражным судом КЧР 05.07.2019г. по заявлению самого должника ФИО3, не может служить основанием, что сделка заключена после подачи должником заявления о банкротстве.

Согласно картотеки сайта Арбитражного суда КЧР по делу № А25-1785/2019 05.07.2019г. дело о банкротстве было возбуждено по заявлению ПАО «МИнБанк», заявление же самого должника было принято к производству 31.07.2019г.

При этом договор купли-продажи объекта недвижимого имущества (здание) по своей сути является консенсуальным, т.е. считается заключенным с момента достижения сторонами всех существенных условий. Государственная регистрация имеет значение лишь для третьих лиц, не являющихся участниками данной сделки.

Следовательно, датой совершения оспариваемой сделки является дата заключения договора купли-продажи, т.е. 28.06.2019 г. (т.е. до момента возбуждения дела о банкротстве Должника).

Подлежат отклонению доводы ПАО «МИнБанк» о том, что на момент заключения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку: неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность денежных средств не может быть доказана только самим фактом наличия определенной задолженности на момент заключения оспариваемой сделки, Подлежит установлению факт отсутствия таких средств у должника, то есть объективный фактор невозможности исполнения обязательств.

Причиной неисполнения денежных обязательств должником может являться как, например, нежелание исполнять такие обязательства в силу субъективных факторов, либо договоренность между сторонами об этом. Установление таких обстоятельств исключает признание недостаточности имущества должника, его неплатежеспособности.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно положениям абзаца 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Из положения абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточною денежных средств.

При этом сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (Определение Верховного Суда РФ от 21.04.2016 г. по делу № 302-ЭС14-1472).

Таким образом, на момент заключения оспариваемой сделки отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества (доказательств обратного в материалы дела также не представлено) ввиду того, что на момент совершения оспариваемой сделки, согласно сведениям с сайта налоговой, ФИО3 являлся учредителем следующих компаний:

- ООО «Кавказская электрическая компания» (ИНН 

<

***>) нераспределенная прибыль составила 6 010 тыс. руб., размер актива баланса II 112 тыс. руб., чистый убыток за 2019 год составил 261 тыс. руб. По состоянию на 31.12.2017.

- ООО «Центральный рынок» (ИНН 

<

***>) нераспределенная прибыль составила 131 655 тыс. руб., размер актива баланса 152 229 тыс. руб., чистая прибыль за 2019 год составила 2 180 тыс. руб. По состоянию на 31.12.2019.

- AO «Недра» (ИНН 

<

***>) нераспределенная прибыль составила 319 688 тыс. руб., размер актива баланса 398 339 тыс. руб., чистая прибыль за 2019 год составила 10 587 тыс. руб. По состоянию на 31.12.2019.

- АО «Комплексные коммунальные системы холдинг» (ИНН 

<

***>) непокпытый убыток составил 3 778 тыс. руб., размер актива баланса 684 880 тыс. руб., чистый убыток за 2019 год составил 4 672 тыс. руб. По состоянию на 31.12.2019.

- ООО фирма «Экран» (ИНН 

<

***>), размер актива баланса 224 тыс. руб., чистый убыток за 2017 год составил 34 тыс. руб.

При буквальном толковании неплатежеспособности, определенной в ст. 2 Закона о банкротстве, она должна быть вызвана именно недостаточностью денежных средств.

Согласно ч. 1, 2 ст. 28 Закона об Обществах с ограниченной ответственностью Общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Часть прибыли общества, предназначенная для распределения между его участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Аналогичный порядок определен и в ст. 46 Закона об акционерных обществах.

Следовательно, факт участия ФИО3 в нескольких организациях (имеющих положительный баланс и, как следствие, приносящих прибыль) явным образом исключает возможность возникновения у него признака неплатежеспособности ввиду отсутствия денежных средств.

Соответственно, данный факт подтверждает, что на момент заключения оспариваемой сделки, у ФИО3 отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Следовательно, отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок не позволяет признать их недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве. Фактически этот признак является необходимым элементом состава недействительности сделки – совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При оценке факта передачи денежных средств, суд первой инстанции критически оценил оплату по оспариваемому договору.

При этом, согласно п. 2.1 Договора стоимость недвижимого имущества (здание), составляет 1 000 000,00 (Один миллион) рублей 00 копеек. Согласно п. 2.1. Договора уплаты цены производится в момент подписания Договора.

Вместе с тем, согласно положениям действующего законодательства расчет по обязательствам возможен как в безналичной форме, так и посредством передачи наличных денежных средств.

Суд первой инстанции указал на не реальность передачи денежных средств, ввиду чего сделал вывод о безвозмездном характере оспариваемой сделки.

Однако, в частности, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.08.2018 по делу № 307-ЭС17-23678, А56-81210/2016 отмечено:

Статьей 309 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Если договором предусмотрен безналичный способ платежей, то кредитор может отказаться от принятия платежа через наличные расчеты, поскольку данное исполнение не будет надлежащим.

Вместе с тем, если кредитор принимает наличные денежные средства, он соглашается на изменение порядка исполнения обязательства и впоследствии не может ссылаться на условие договора о безналичном расчете.

ФИО5  осуществил оплату посредством передачи наличных денежных средств ФИО3, последний их принял, возражения по оплате в адрес Ответчика не поступали.

Возникновение сомнений может иметь место лишь в случае представления в материалы дела копий документов, не тождественных между собой.

Однако, указанное обстоятельство отсутствует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

По смыслу положений абзаца второго пункта 2 статьи 408 ГК РФ законом установлена презумпция того, что нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательств.

Данная презумпция прекращения обязательства может быть опровергнута. При этом бремя доказывания того, что обязательство не исполнено и, соответственно, не прекратилось, возлагается на кредитора, (пункт 24 постановления Пленума. Верховного Суда Российской Федерации N 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N14 от 04.12.2000 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей", определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.05.2018 № 58-КГ18-11).

Оценивая признак равноценности встречного предоставления по сделке, следует учитывать, что согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки.

Из материалов дела следует, что при совершении оспариваемой сделки ФИО5, действуя разумно и добросовестно, при согласовании условий договора купли-продажи и подписании договора руководствовался стоимостью, согласованной сторонами и которая соответствовала рыночной стоимости на дату заключения осприваемого договора.

Основания, позволяющие не согласиться с определенной в нем стоимостью, отсутствовали, т.к.:

- отчет недвижимого имущества на дату продажи не проводился,

- определенная в договоре купли-продажи стоимость отчуждаемого имущества соответствует рыночной стоимости недвижимого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая - передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В п. 93 Постановления от 23.06.2015 № 25 указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

При этом, следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения об определении явного ущерба при совершении сделки упоминается также и в постановлении Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление от 30.07.2013 N 62), согласно пункту 2 которого, под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Соответственно, отсутствие существенного превышения стоимости и, как следствие, такового квалифицирующего признака как «неравноценность встречного предоставления», в любом случае, не позволяет прийти к выводу о недействительности сделки по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве ввиду отсутствия состава недействительности.

Суд первой инстанции, при определении стоимости исходил что стоимость договора отчужденных объектов - 1 000 000,00 (Один миллион), при этом кадастровая стоимость объекта составляет 2 014 963,91 руб.

Судебная экспертиза на предмет установления рыночной стоимости судом первой инстанции не проводилась.

В соответствии с положениями ч. 1, 2 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, Арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом иди предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. Круги содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом. Лица, участвующие в деле, вправе представить в Арбитражный суд вопросы, которые должны быть разъяснены при проведении экспертизы. Отклонение вопросов, представленных лицами, участвующими в деле, суд обязан мотивировать.

При этом согласно ч. 3 указанной статьи лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении, заявлять отвод эксперту; ходатайствовать о внесении в определение о назначении экспертизы дополнительных вопросов, поставленных перед экспертом, давать объяснения эксперту; знакомиться с заключением эксперта или сообщением о невозможности дать заключение; ходатайствовать о проведении дополнительной или повторной экспертизы.

В соответствии с положениями ст. 13 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» в случае наличия спора о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта, указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной компетенцией, третейским судом по соглашению сторон спора или договора или в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность.

Соответственно действующее законодательство и правоприменительная практика исходят из того, что в отношении одного объекта не может быть различных отчетов об оценке, т.к. определение цены объекта четко регламентировано, происходит на основании сопоставления объективных величин, а также анализа рынка недвижимости в конкретном регионе.

В связи с изложенным, с целью определения рыночной стоимости предмета оспариваемого договора, суд апелляционной инстанции назначил судебную оценочную экспертизу, проведение которой поручено эксперту ООО «ЮФО Специализированный Экспертно-Криминалистический Центр» ФИО8

Определением от 18.05.2022 на разрешение эксперта поставлен вопрос об определении рыночной стоимости по состоянию на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи от 28.06.2019 объекта недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, г. Черкесск, кадастровый номер 09:04:0101021:343.

Согласно заключению эксперта № 050-ОЧ/2022 от 26.07.2022 рыночная стоимость объекта недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв.м., расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, г. Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343 по состоянию на 28.06.2019 составляет 928 643 руб.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив экспертное заключение № 050-ОЧ/2022 от 26.07.2022 приходит к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо противоречий не содержит. Экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – постановление Пленума № 23); оснований не доверять указанному заключению не имеется, поскольку оно изготовлено на основании определения суда о назначении судебной экспертизы экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности; само заключение эксперта по настоящему делу является полным и мотивированным, не содержит неточности и неясности в ответах на поставленные вопросы; выводы эксперта являются однозначными, не носят вероятностного характера.

Основания не доверять эксперту или сомневаться в его беспристрастности у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Оснований не принимать в качестве доказательства экспертное судебное заключение № 050-ОЧ/2022 от 26.07.2022 у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку указанное заключение дано компетентным лицом и на основе специальных познаний. Исследовательская часть заключения содержит в достаточной степени подробное описание предмета исследования, порядка проведения исследовательской работы, которые позволили сформулировать соответствующие выводы.

ПАО «МИнБанк» и финансовый управляющий указали, что Экспертом не дан ответ о стоимости объекта оценки на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи от 28.06.2019 при определении рыночной стоимости объектов.

Доводы, приведенные в письменных пояснениях, связанные с критикой заключения судебной оценочной экспертизы № 050-ОЧ/2022 от 26.07.2022, не принимаются во внимание. Оснований полагать, что при проведении оценочной экспертизы экспертом были допущены нарушения методических и нормативных требований, которые повлияли или могли повлиять на результат экспертизы, из материалов дела не следует. Достаточных оснований для возникновения сомнений в квалификации эксперта, его компетентности суду не было приведено. Выбор конкретных методов и методик экспертного исследования является прерогативой эксперта. Несогласие заявителя с примененными экспертом методами исследования, его выводами само по себе не свидетельствует о неправомерности проведенной в соответствии с требованиями норм действующего законодательства экспертизы.

Таким образом, подлежит отклонению довод заявителя о признании сделки недействительной по основаниям, неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента по оспариваемой сделке, поскольку не подтверждается материалами дела.

Следовательно, отсутствуют основания для признания сделки недействительной по основаниям предусмотренным частью 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так же подлежат отклонению доводу заявителя о наличии аффилированности должника и ответчика, поскольку являются необоснованными. 

В соответствии с Постановлением Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12 следует, что исходя из положений ст. 65 АПК РФ, бремя доказывания недобросовестности контрагента должника лежит на конкурсном управляющем, за исключением случаев совершения должником сделки с заинтересованным лицом.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, а также лицо, которое является аффилированным лицом должника. В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: - руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; -лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; -лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС 16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Однако, между ФИО5 и ФИО3 отсутствуют родственные связи, что исключает возможность применения к ним презумпции наличия аффилированности по смыслу действующего законодательства.

Подлежит отклонению довод финансового управляющего о наличии фактической аффилированности - наличие партнерских отношений между Должником и Ответчиком, поскольку не подтверждается материалами дела.

Вместе с тем, ФИО5 и ФИО3 никогда не были бизнес-партнерами, в отношениях с третьими лицами выступали независимо друг от друга, то есть не позиционировали себя как партнеры или группа лиц, что исключает возможность их фактического отнесения к заинтересованным лицам по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве.

Таким образом, доводы заявителя ничем не обоснованы. Оснований для выводов о наличии аффилированности между ФИО5 и ФИО3 не имеется. Ни на момент заключения договора, ни в какой-либо иной период времени должник и ответчик не имели в составе своих исполнительных органов и/или составе участников одних и тех же лиц, либо лиц, имеющих возможность влиять на решения, принимаемые контрагентом.

Довод финансового управляющего об аффилированности должника и ответчика (ФИО5) через участие и работу должника, супруги должника и ФИО5 в следующих компаниях: АО «Черкесские городские электрические сети» (ИНН 

<

***>), ООО «Агростройскомплект» (ИНН 

<

***>), АО «Распределительная сетевая компания» (ИНН 

<

***>), АО «Водоканал», что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ и выписками по счету справки 2-НДФЛ в отношении супруги должника, и наличие указанных обстоятельств свидетельствует об осведомленности ответчика о наличии задолженности должника перед кредиторами, а. значит, и о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и соответственно следует признать аффилированное должника и ответчика, что предопределяет и выбранная конструкция расчетов по оспариваемому договору - наличными денежными средства в размере 1 000 000,00 (Один миллион) рублей 00 копеек подлежит отклонению в силу следующего. 

При этом ФИО5 не был партнером по бизнесу должника и не мог не знать о финансовом состоянии ФИО3.

Согласно сведений УФНС по КЧР исх. № 07-19/00304 от 20.02.2021г, следует, что ФИО3 являлся учредителем на момент создания 10.10.2008г. Акционерного общества «Распределительная сетевая компания» (ИНН 

<

***>) - (далее АО «РСК»). Согласно описи имущества ФИО3 проведенной финансовым управляющим, ФИО3 не владеет акциями АО «РСК», сделка продажи акций АО «РСК» не оспаривается, соответственно ФИО3 не владеет акциями с 2016г., к ООО «Агростройскомплект» ФИО5 не имеет никакого отношения, в АО «Черкесские городские электрические сети» супруга должника никогда не работала, т.е. на момент заключения оспариваемой сделки ФИО5 не мог знать о финансовом состоянии ФИО3, а тем более оказывать влияние на деятельность ФИО3

Соответственно, ввиду незаинтересованности Ответчика по отношению к должнику ФИО5 не мог знать о наличии у ФИО3 какой-либо задолженности. При этом ПАО «МИнБанк» не обращался за взысканием задолженности в общегражданском порядке, соответственно, общедоступные данные не позволяли определить наличие / отсутствие какой-либо задолженности.

При оценке довода об отсутствии у ФИО3 иного имущества, достаточного для удовлетворения требований кредиторов следует учитывать следующее.

Наличие / отсутствие имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, имеет значение лишь для определения признака недостаточности имущества (о наличии которого никем из участников дела не заявлялось).

При этом суд первой инстанции, указывает, что на момент заключения сделки у Должника отсутствовало имущество, достаточное для погашения требований ПАО «МИнБанк». Вместе с тем:

- достаточность или недостаточность такого имущества не имеет правового значения для определения наличия или отсутствия признака неплатежеспособности,

- вопрос оспаривания иных сделок также не имеет значения, т.к. оспаривание подозрительных сделок не свидетельствует об их недействительности.

- подозрительные сделки недействительны с момента признания их таковыми судом, соответственно, даже в случае признания их таковыми, на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО3 имелось достаточное количество имущества, особенно с учетом отсутствия на 28.06.2019 признаков неплатежеспособности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует учитывать, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Вместе с тем, о причинении вреда можно говорить лишь и случае совершения сделки на условиях, отличающихся в худшую сторону для должника. При этом:

- имущество отчуждено на рыночных условиях,

- отсутствовала цель причинения вреда имущественным правам кредиторов,

- у Должника имелись достаточные активы для исполнения обязательств, при этом обязанность по исполнению обязательств на момент заключения договора купли-продажи отсутствовала.

Следовательно, подлежит отклонению довод о причинении вреда поскольку не доказан.

Следовательно, отсутствуют основания для признания сделки недействительной по основаниям предусмотренным частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку материалами дела не доказана недействительность сделки, то и отсутствуют основания для применение последствий ее недействительности.

Оценивая ходатайство финансового управляющего об истребовании дополнительных документов, о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Мэрию МО г. Черкесска.

Судом апелляционной инстанции отклонены ходатайства финансового управляющего о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, и привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Мэрию МО г. Черкесска ввиду следующего.

В соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

Таким образом, суд апелляционной инстанции вправе перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции только при наличии оснований, указанных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив доводы финансового управляющего, приведенные в обоснование соответствующего ходатайства, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В соответствии с предметом заявленных в суде первой инстанции требований, с учетом уточнений, и содержания определения от 19.04.2021 о выделении требований в отдельное производство, отсутствуют основания полагать, что оспариваемый судебный акт принят о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе Мэрию МО г. Черкесска, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Поскольку отсутствуют основания для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, соответственно отсутствуют основания для рассмотрения новых требований о признании недействительной цепочку сделок и применения последствий недействительности цепочки сделок.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба индивидуального предпринимателя ФИО5 подлежит удовлетворению.

Таким образом, считает, что определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.01.2022 по делу № А25-1785/2019 является незаконным и подлежит отмене. 

Выводы суда первой инстанции об обратном апелляционная коллегия находит ошибочными как не соответствующие обстоятельствам дела и нормам материального права.

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ, не допущено.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.01.2022 по делу № А25-1785/2019 отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

В удовлетворении требований публичного акционерного общества «Московский Индустриальный банк» о признании недействительным договора купли-продажи объекта недвижимого имущества от 28.06.2019 и применении последствий недействительности сделки – отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.А. Белов

СудьиН.Н. Годило

С.И. Джамбулатов