Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-144124/18-119-1410

г. Москва

04 сентября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 28 августа 2018 года

Полный текст решения изготовлен 04 сентября года

Арбитражный суд в составе судьи Головачевой Ю. Л.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ханикаевой P.M. рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» к ответчику/заинтересованному лицу: Управление Федеральной антимонопольной службы по г.Москве третье лицо: ООО «АПТК»

о признании недействительным решения и предписания УФАС по г.Москве от 24.04.2018г. по делу №2-57-5128/77-18

при участии представителей

от заявителя - ФИО1., уд. № 8259, доверенность от 26.09.2017г. № Д-298; ФИО2, по доверенности от 01.11.2016г. № 1601.08-3 85

от ответчика - ФИО3, уд.№13539, по доверенности от 26.12.2017г. № 03-65 от третьего лица - не явился, извещен.

У С Т А Н О В И Л:

ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» (далее – заявитель, предприятие) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконными решения и предписания УФАС по г. Москве (далее – заинтересованное лицо, антимонопольный орган) от 24.04.2018г. по делу №2-57-5128/77-18.

В судебном заседании заявитель поддержал требования в полном объеме.

Ответчик требования заявителя не признал, просил отказать в их удовлетворении по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, о времени и месте извещено надлежащим образом.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, изучив представленные доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что  заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как усматривается из материалов дела, в адрес Московского УФАС России 18.04.2018 (вх. № 20040) поступила жалоба ООО «АПТК» (далее — общество «АПТК») на действия  Предприятия  при  проведении  электронного  аукциона  на  право заключения государственного контракта на поставку радиостанции «Icom IC-А120» для Липецкого отделения Воронежского центра ОВД филиала «МЦ АУВД» ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» (реестровый номер закупки 0573400000118001485), выразившиеся в отказе заявке названного общества в допуске к участию в упомянутом аукционе по причине отсутствия в ее составе сведений, определенных законодательством Российской Федерации о контрактной системе закупок.

По результатам рассмотрения поступившей жалобы антимонопольным органом принято решение о признании этой жалобы обоснованной, а в действиях заказчика было выявлено нарушение требований ч. 5 ст. 67 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе в сфере закупок), поскольку административный орган пришел к выводу о необоснованности отклонения Предприятием заявки общества «АПТК», поскольку эта заявка содержала в себе все сведения, предусмотренные ст. 66 Закона о контрактной системе закупок, в отсутствие в аукционной документации указания на необходимость представления в составе заявки иных дополнительных документов.

На основании упомянутого решения антимонопольным органом на заказчика была отнесена обязанность по устранению допущенных им нарушений прав и законных интересов подателя жалобы путем отмены составленных в ходе проведения аукциона протоколов, назначения новой даты рассмотрения поданных заявок и их повторного рассмотрения с учетом выводов, изложенных в оспариваемом решении антимонопольного органа.

Полагая, что действия УФАС России по г. Москве не соответствуют закону и влекут неблагоприятные правовые последствия в виде нарушения прав и охраняемых законом интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» обратилось в суд с заявлением в порядке главы 24 АПК РФ.

Согласно пункту 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативно-правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа, принявшего оспариваемый акт, а также устанавливает, нарушает ли оспариваемый акт права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В обоснование заявленного требования Предприятие указывает на незаконность оспариваемых ненормативных правовых актов как вынесенных без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Ссылается на отсутствие в поданной обществом «АПТК» заявке конкретных показателей предлагаемого к поставке товара и страны его происхождения, что, по утверждению заявителя, является самостоятельным и безусловным основанием для отказа участнику закупки в допуске к участию в ней. Указывает на наличие в аукционной документации специальной оговорки о необходимости представления таких сведений в любом случае, вне зависимости от того, как в этой части сформированы требования аукционной документации. Настаивает на недостаточности в настоящем случае согласия участника закупки на поставку требуемого заказчиком товара и ссылается на императивную обязанность участника закупки представить конкретные предложения по характеристикам подлежащего поставке товара. Ссылается на отсутствие у него однозначного понимания того, какой именно товар и какого именно производства будет ему поставлен, что, по утверждению Предприятия, препятствует ему в заключении государственного контракта. В этой связи полагает оспариваемые ненормативные правовые акты антимонопольного органа незаконными и, как следствие, настаивает на признании их таковыми в судебном порядке.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемые ненормативные правовые акты,  определены п.п.   1,  5.3.1.12

Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, п. 5.6 приказа Федеральной антимонопольной службы от 26.01.2011 № 30 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы».

Таким образом, оспариваемые ненормативные правовые акты вынесены антимонопольным органом в настоящем случае в рамках предоставленных ему полномочий.

Как следует из материалов дела, Предприятием проведен электронный аукцион на право заключения государственного контракта на поставку радиостанции «Icom 1С-А120» для Липецкого отделения Воронежского центра ОВД филиала «МЦ АУВД» ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» (реестровый номер закупки 0573400000118001485).

Согласно протоколу заседания комиссии по осуществлению закупок по рассмотрению первых частей заявок, составленному 16.04.2018, на участие в упомянутом аукционе подано 5 (пять) заявок, включая заявку общества «АПТК».

В то же самое время, заявка упомянутого общества была отклонена со следующим обоснованием: «Непредставление информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 - в нарушение п. 3 ч. 3 ст. 66, п. 24 аукционной документации участником в составе заявки не предоставлены сведения о конкретных показателях и стране происхождения товара».

В соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок участник электронного аукциона не допускается к участию в нем в случае непредоставления информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 упомянутого закона, или предоставления недостоверной информации.

В свою очередь, приведенная норма права (в редакции, действовавшей в момент проведения закупочной процедуры) содержала перечень сведений, подлежащих указанию в составе заявки в зависимости от предмета проводимого аукциона.

Так, при заключении контракта на поставку товара в составе первой части заявки должно было быть указано согласие участника такого аукциона на поставку товара в случае, если этот участник предлагает для поставки товар, в отношении которого в документации о таком аукционе содержится указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара, и (или) такой участник предлагает для поставки товар, который является эквивалентным товару, указанному в данной документации, конкретные показатели товара, соответствующие значениям эквивалентности, установленным данной документацией (подл, «а» п. 1 ч. 1 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок); конкретные показатели, соответствующие значениям, установленным документацией о таком аукционе, и указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара (подп. «б» п. 1 ч. 3 ст. 66 названного закона).

Буквальное толкование приведенной нормы права свидетельствует о наличии у участника закупки необходимости указывать либо на свое согласие на поставку товаров, которые заведомо определены заказчиком с использованием различительных признаков, либо конкретные показатели предлагаемого к поставке товара, позволяющие последнему определить соответствие такого товара своим потребностям. При этом, необходимость указания участником закупки либо согласия, либо конкретных показателей предлагаемого к поставке товара обусловлена требованиями заказчика к необходимому к поставке товару в зависимости от собственных потребностей в его получении.

В пользу приведенного утверждения свидетельствуют и положения п. 1 ч. 1 ст. 64 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно которому документация об электронном аукционе должна содержать описание объекта закупки и условия исполнения контракта в соответствии со ст. 33 названного закона.

Так, в случае необходимости заказчику к поставке конкретного товара (маркированного товарным знаком или иными отличительными особенностями) участнику закупки достаточно в составе своей заявки указать исключительно на свое согласие поставки испрашиваемого товара, поскольку технические и функциональные характеристики такого товара заказчику заведомо известны и устраивают его.

В случае же допустимости поставки эквивалентного (аналогичного) товара на заказчика положениями ч. 2 ст. 33 Закона о контрактной системе в сфере закупок отнесена обязанность по указанию максимальных и минимальных значений, а также значений, которые не могут изменяться, с целью определения параметров эквивалентности требуемого к поставке товара. В свою очередь, участнику закупки надлежит указать конкретные характеристики предлагаемого к поставке товара с тем, чтобы у заказчика имелась возможность определить соответствие предлагаемого участником к поставке товара собственным потребностям.

Предъявление же к участнику закупки требований о представлении в составе своей заявки конкретных показателей товара, в отношении которого заказчиком установлены различительные знаки, равно как и отклонение такого участника ввиду неуказания им таких показателей не только напрямую противоречит требованиям Закона о контрактной системе в сфере закупок, не соответствует балансу частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений, но и противоречит законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), поскольку подобное требование не только является бесполезным дублированием требований аукционной документации (у маркированного товарным знаком товара не появятся новые, неизвестные заказчику и не отраженные в аукционной документации технические характеристики) и беспричинно усложняет процесс заполнения заявки, но и в принципе оставляет разрешение вопроса о допуске той или иной заявки к участию в аукционе на исключительное субъективное усмотрение заказчика (который единолично разрешает вопрос достаточности ему согласия участника или необходимости указания им конкретных показателей своего товара).

Вместе с тем, как усматривается из текста протокола заседания комиссии по осуществлению закупок по рассмотрению первых частей заявок, составленному 16.04.2018, заявка общества «АПТК» отклонена Предприятием в связи с отсутствием в ней сведений о характеристиках предлагаемого к использованию товара, а также о стране происхождения товара.

При этом, согласно условиям аукционной документации (п. 24 Информационной карты аукциона) первая часть заявки на участие в электронном аукционе должна содержать указанную в одном из следующих подпунктов информацию: 1. Согласие участника аукциона на поставку товара в случае, если участник предлагает для поставки товар, в отношении которого в аукционной документации содержится указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара, и (или) участник предлагает для поставки товар, который является эквивалентным товару, указанному в аукционной документации, конкретные показатели товара, соответствующие значениям эквивалентности, установленным аукционной документацией; 2. Конкретные показатели, соответствующие значениям, установленным аукционной документацией, и указание на товарный знак (его словесное  обозначение)  при  наличии,  знак  обслуживания  (при  наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара; 3. Первая часть заявки на участие в электронном аукционе может содержать эскиз, рисунок, чертеж, фотографию, иное изображение товара (работы, услуги), на поставку (выполнение, оказание) которого (-ой) заключается контракт.

Таким образом, исходя из буквального толкования условий Информационной карты следует, что Предприятие допускает возможность указания участником закупки как отдельно согласия на поставку товара на условиях заказчика, так и технические характеристики такого товара, поскольку п. 24 Информационной карты содержит требование о необходимости указания в составе заявки информации, поименованной в одном из перечисленных выше пунктов, а не в обоих одновременно. В этой связи приведенные заявителем доводы о принципиальной значимости для него сведений о технических характеристиках предлагаемого участником закупки к поставке товара подлежат отклонению, поскольку опровергаются условиями аукционной документации.

Ссылки заявителя на обязательность указания в составе заявки участника закупки сведений о технических характеристиках предлагаемого им к поставке товара также подлежат отклонению, поскольку не опровергают выводов контрольного органа о достаточности в настоящем случае согласия участника закупки на поставку товара, в отношении которого заказчиком в аукционной документации указан производитель и иные отличительные характеристики. При этом, следует отметить, что конструкция самого подп. 2 п. 24 Информационной карты не отменяет действие подп. 1 того же пункта Информационной карты, предоставляющего участникам закупки соответствующую возможность.

В этой связи, в случае действительной необходимости в получении заказчиком сведений о технических характеристиках предлагаемого участником закупки к поставке товара и стране его производства, Предприятию надлежало указать в своей аукционной документации четкие и конкретные требования о необходимости представления в составе подаваемой заявки таких сведений, а не презюмировать наличие у участника закупки такой обязанности. В настоящем же случае, суд приходит к выводу, что действия заявителя были направлены исключительно на изыскание всевозможных способов искусственно сократить количество потенциальных участников закупки, что не соответствовало не только балансу частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и принципу стабильности публичных правоотношений, а также принципу добросовестной реализации прав и законных интересов (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

В то же самое время, как следует из материалов дела, заявка третьего лица была отклонена от участия в закупочной процедуре со ссылкой на отсутствие в ней конкретных показателей и страны происхождения предлагаемого к поставке товара.

Вместе с тем, согласно п. 11 Технического задания к поставке требовалась авиационная радиостанция «Icom 1С-А120» или эквивалент с указанием определенных технических характеристик, свойственных этой радиостанции.

«Icom» является не только зарегистрированным товарным знаком под номером 158477 в классе МКТУ 09 - электрическая и электронная аппаратура, в том числе радиочастотные приемники, приемопередатчики, усилители и передатчики, системы радиосвязи, правообладателем которого является «Иком Инкорпорейтед», но и является наименованием производителя этого товара - японской компании «Icom», осуществляющей производство своей продукции исключительно на территории Японии.

Таким образом, аукционной документацией изначально был определен товарный знак и производитель требуемого к поставке товара с конкретными (не диапазонными, из которых участнику надлежало бы выбрать и предложить свои показатели) техническими и функциональными характеристиками, что напрямую свидетельствует об осведомленности заказчика относительно того, какими характеристиками будет обладать предлагаемый участником к поставке товар.

В свою очередь, применительно к ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок, п. 24 Информационной карты закупки следует возможность указания участником в составе своей заявки только согласия на поставку товара, поскольку сведениями о его технических характеристиках (и даже товарном знаке и производителе этого товара) заказчик располагал и так.

Кроме того, оценивая конструкцию Технического задания в настоящем случае, следует признать, что основной целью его формирования являлось максимальное усложнение порядка заполнения заявки с увеличением количества возможностей для их отклонения.

Согласно наименованию предмета закупки, поставке подлежал строго определенный товар - авиационная радиостанция «Icom IC-А120». При этом, в п. 1.1 проекта государственного контракта, равно как и в спецификации к нему содержится прямое указание на поставку именно этого товара (без возможности внесения в упомянутые документы каких-либо изменений).

Таким образом, наличие в Техническом задании указания на возможность поставки заказчику эквивалентной продукции является нарушением требований ст. 33 Закона о контрактной системе в сфере закупок в части обязательного указания на возможность поставки эквивалентной продукции при в отсутствие такой возможности фактически, поскольку поставка иной продукции положениями государственного контракта и спецификации не предполагалась. Данный вывод подтверждается в том числе и тем обстоятельством, что абсолютно всеми участниками закупки предлагался к поставке именно требуемый товар - авиационная радиостанция «Icom 1С-А120».

При этом, технические характеристики данной радиостанции, равно как и страна-производитель этого товара, заказчику доподлинно известны, ввиду чего необходимость их дублирования участниками закупки в состав своей заявки является бесполезным и немотивированным усложнением порядка заполнения такой заявки.

Приведенные заявителем ссылки на отсутствие у него достоверных сведений относительно того, производства какой именно страны ему будет поставлен товар третьим лицом, подлежат отклонению, поскольку Предприятием не представлено доказательств возможности производства испрашиваемого им товара в какой-либо иной стране, кроме Японии. В пользу данного утверждения антимонопольного органа свидетельствует и то обстоятельство, что абсолютно всеми участниками закупки предлагался к поставке товар производства именно Японии.

Оценивая условия Технического задания в указанной части, суд отмечает, что что подобное ее формирование представляет собой не что иное, как злоупотребление правом, направленное на максимальное ограничение количества участников закупки, а потому не подлежащее судебной защите в контексте ч. 2 ст. 10ГКРФ.

При этом, документация о проведении закупки, являющаяся, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, не должна содержать возможности ее множественного толкования.

Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В этой связи, в целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а также недопустимости злоупотребления правом заказчику надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно требуемых к выполнению работ или услуг. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтении, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Между тем, исходя из нормоположений п. 1 ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок и с учетом требований Технического задания следует признать, что у третьего лица в настоящем случае имелись правовые основания указать исключительно согласие на поставку товара на условиях, изложенных в Техническом задании, и с характеристиками, указанными в нем, а потому следует согласиться с выводами контрольного органа об отсутствии у заявителя правовых оснований к отклонению заявки общества «АПТК».

В свою очередь, исчерпывающий перечень оснований для отклонения поданной первой части заявки приведен в ч. 4 ст. 67 Закона о контрактной системе закупок, к числу которых отнесены непредставление информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 упомянутого закона, либо предоставление недостоверной информации (п. 1), а также несоответствие такой информации требованиям аукционной документации (п. 2).

В силу ч. 5 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок отказ в допуске к участию в электронном аукционе по основаниям, не предусмотренным ч. 4 упомянутой статьи закона, не допускается.

В то же самое время, учитывая то обстоятельство, что требования к техническим характеристикам необходимого к поставке товара были определены Предприятием в виде конкретных числовых значений с указанием индивидуализирующих признаков этих товаров, следует согласиться с выводом административного органа об отсутствии у заявителя в настоящем случае правовых оснований к отклонению этой заявки и, как следствие, о наличии в действиях последнего нарушения положений ч. 5 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

На основании изложенного, суд полагает, что выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении в указанной части, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

В свою очередь, выданное антимонопольным органом заказчику обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений направлено не только на восстановление прав и законных интересов участника закупки в административном порядке (ст. 11 ГК РФ), но также на проведение закупочной процедуры в строгом соответствии с требованиями Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Приведенные же заявителем ссылки на наличие иной правоприменительной практики антимонопольного органа об ошибочности выводов контрольного органа в настоящем случае не свидетельствуют.

Заявителем не приведено ссылки ни на одну норму права, которой бы не соответствовали действия контрольного органа при принятии оспариваемого решения и по существу сделанных им выводов, равно как и не приведено ссылок ни на одну норму права, априори влекущую признание оспариваемого акта незаконным ввиду наличия иных актов с такой же юридической силой, но с другими выводами по существу.

В соответствии со статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным является одновременно как несоответствие его закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.

Таким образом, для признания арбитражным судом незаконными ненормативных актов и действий государственных органов, должностных лиц необходимо наличие одновременно двух юридически значимых обстоятельств: несоответствие их закону и иным нормативным правовым актам и нарушения прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Заявителем не представлено обоснованных доводов и доказательств нарушения УФАС по г. Москве законодательства и ограничения прав и законных интересов Заявителя обжалуемыми решением и предписанием в совокупности.

Суд приходит к выводу о том, что совокупность оснований, необходимая в силу ч. 2 ст. 201 АПК РФ для признания оспариваемого решения незаконным, отсутствует, в связи с чем, требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Судом рассмотрены все доводы заявителя, однако, они не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

На основании Федерального закона ФЗ от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», руководствуясь ст.ст. 65, 68, 71,110, 167 - 170, 176, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении требований заявителя о признании незаконным и отмене решения и Предписания УФАС по г. Москве от 24.04.2018 года по делу № 2-57-5128/77-18.

Проверено на соответствие ФЗ № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья:

Ю.Л. Головачева