﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А38-12106/2016

22 декабря 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21.12.2020.

Постановление в полном объеме изготовлено 22.12.2020.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Прытковой В.П.

при участии 

Зайдуллиной Лидии Галиулловны по паспорту гражданина Российской Федерации

и ее представителя Садыкова И.А. по доверенности от 31.10.2019

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

Зайдуллиной Лидии Галиулловны

на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 23.06.2020  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020

по делу № А38-12106/2016

по заявлению финансового управляющего 

индивидуального предпринимателя Чернова Владимира Ильича – 

Токарева Юрия Алексеевича

о признании сделок недействительными

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Чернова Владимира Ильича (далее – должник) его финансовый управляющий Токарев Юрий Алексеевич обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными договоров займа от 20.08.2018 и 15.05.2019, заключенных Зайдуллиной Лидией Галиулловной (займодавец) и Черновым В.И. (заемщик).

Заявление мотивировано тем, что договоры займа заключены в процедуре реструктуризации долгов гражданина без согласования с финансовым управляющим должника, носят мнимый характер и совершены при злоупотреблении сторонами правом, направленном на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 23.06.2020 признал договоры займа от 20.08.2018 и 15.05.2019 недействительными сделками на основании пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенные в процедуре реструктуризации долгов гражданина без согласования с финансовым управляющим, а также посчитав недоказанным получение должником заемных денежных средств и наличие у Зайдуллиной Л.Г. финансовой возможности для предоставления займов в предусмотренном в спорных договорах размере.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 01.10.2020 оставил определение от 23.06.2020 без изменения, подтвердив вывод суда первой инстанции о безденежности договоров займа и признав их совершенными при злоупотреблении сторонами правом в ущерб имущественным правам добросовестных кредиторов должника.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Зайдуллина Л.Г. обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 23.06.2020 и постановление от 01.10.2020 и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указал на неправильное применение судами обеих инстанций норм материального права и на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

Как полагает заявитель жалобы, суды необоснованно не применили абзац восьмой пункта 8 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в нарушение которой финансовый управляющий Охотин Андрей Вениаминович не уведомил Зайдуллину Л.Г. как кредитора о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина, в связи с чем Зайдуллина Л.Г. на момент совершения спорных сделок не знала о нахождении Чернова В.И. в процедуре банкротства, следовательно, на нее не могут быть возложены соответствующие процессуальные риски в виде заключения договоров займа без согласования с финансовым управляющим должника. Кроме того, договоры займа в силу статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации являются реальными сделками, которые не могут быть признаны недействительными по основаниям, указанным в заявлении финансового управляющего; недействительность одного из договоров займа не означает недействительности второго договора, поэтому судам надлежало исследовать вопросы о наличии у Зайдуллиной Л.Г. финансовой возможности для предоставления займов и обстоятельств расходования должником полученных денежных средств по каждому договору.

По мнению заявителя жалобы, в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства наличия у Зайдуллиной Л.Г. финансовой возможности для предоставления Чернову В.И. заемных средств, однако суды дали этим доказательствам неверную оценку; не исследовали получение Зайдуллиной Л.Г. доходов от предпринимательской деятельности; не учли позицию должника, подтвердившего факты получения займов и неисполнения обязательств по их возврату, а также показания свидетеля, присутствовавшего при выдаче займов. При этом финансовый управляющий отозвал ранее заявленное ходатайство о проведении экспертизы по определению давности составления договора займа от 20.08.2018, тем самым косвенно признав реальность сделки. Суды сделали ошибочный вывод об отсутствии доказательств расходования Черновым В.И. полученных от займодавца денежных средств на личные нужды, не исследовали факты поступления заемных средств на расчетные счета должника.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны им и его представителем в судебном заседании.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Республики Марий Эл от 23.06.2020 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, и заслушав Зайдуллину Л.Г. и ее представителя, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 21.02.2017 принял к производству заявление уполномоченного органа и возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Чернова В.И.; определением от 18.05.2018 ввел в отношении Чернова В.И. процедуру реструктуризации долгов гражданина и утвердил финансовым управляющим Охотина А.В.; решением от 01.07.2019 признал Чернова В.И. несостоятельным (банкротом), ввел процедуру реализации имущества должника и утвердил финансовым управляющим Токарева Ю.А.

Чернов В.И. (заемщик) и Зайдуллина Л.Г. (займодавец) заключили договор займа от 20.08.2018, по условиям которого займодавец обязался предоставить заемщику 3 000 000 рублей сроком до 20.12.2018, а заемщик – возвратить займодавцу сумму займа и уплатить проценты за пользование заемными средствами в размере 500 000 рублей.

Чернов В.И. (заемщик) и Зайдуллина Л.Г. (займодавец) 15.05.2019 подписали договор займа, в соответствии с которым займодавец обязался предоставить заемщику 4 025 000 рублей сроком до 15.08.2019, а заемщик – возвратить займодавцу сумму займа и уплатить проценты за пользование заемными средствами в размере 375 000 рублей.

Посчитав, что договоры займа от 20.08.2018 и 15.05.2019 заключены в процедуре реструктуризации долгов гражданина без согласования с финансовым управляющим должника, носят мнимый характер и совершены при злоупотреблении сторонами правом, направленном на причинение вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий Токарев Ю.А. оспорил законность данных сделок на основании статей 61.2, пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

 

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве установлены ограничения относительно заключаемых должником сделок, а именно в абзаце третьем предусмотрено, что в ходе реструктуризации долгов гражданина он может совершать только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего сделки или несколько взаимосвязанных сделок по получению и выдаче займов, получению кредитов, выдаче поручительств и гарантий, уступке прав требования, переводу долга, а также учреждению доверительного управления имуществом гражданина.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», сделки, совершенные в нарушение запрета, установленного пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе (пункт 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Признав договоры займа от 20.08.2018 и 15.05.2019 недействительными сделками, суды первой и апелляционной инстанций исходили из их совершения после введения процедуры реструктуризации долгов гражданина в отсутствие обязательного письменного согласия финансового управляющего имуществом должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом с момента опубликования сведений о введении в отношении должника процедуры банкротства осведомленность другой стороны сделки о необходимости получения для ее совершения согласия арбитражного управляющего презюмируется (абзац четвертый пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Суды приняли во внимание, что сообщение о введении в отношении Чернова В.И. процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждении финансовым управляющим имуществом должника Охотина А.В. было опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 29.05.2018 и в газете «Коммерсантъ» – 20.06.2018. Следовательно, на момент заключения спорных договоров Зайдуллина Л.Г. при должной степени заботливости и осмотрительности должна была располагать информацией об отсутствии необходимого согласия финансового управляющего на совершение сделок по получению должником займов.

Как установили суды, на момент заключения договоров займа у Чернова В.И. имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых носили как текущий характер, так и были впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника. С учетом отсутствия в материалах дела доказательств передачи Чернову В.И. заемных денежных средств и наличия у Зайдуллиной Л.Г. финансовой возможности для предоставления займов в обусловленном спорными договорами размере, суды обоснованно посчитали, что подписание сторонами договоров займа от 20.08.2018 и 15.05.2019 направлено на искусственное создание необоснованной задолженности по текущим обязательствам должника и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов добросовестных кредиторов.

При таких условиях суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности оспоренных сделок на основании пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав при этом обстоятельства направленности подлинной воли сторон на установление заемных правоотношений.

Апелляционный суд, помимо прочего, признал спорные договоры займа совершенными при злоупотреблении сторонами правом в ущерб имущественным правам добросовестных кредиторов должника.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка является ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора займа может свидетельствовать совершение такой сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью создания у должника перед кредитором искусственной задолженности по возврату займа во исполнение безденежной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенных сторонами сделок, то есть отсутствие у спорных сделок признаков мнимости, а также злоупотребления сторонами сделок правом; была ли направлена подлинная воля сторон на установление заемных правоотношений, либо подписанные сторонами договоры займа являются безденежными и имеют признаки мнимых сделок, направленных на искусственное создание необоснованной подконтрольной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

При разрешении спора суды исследовали и дали надлежащую правовую оценку всем представленным доказательствам и доводам участвующих в деле лиц в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и исходили из того, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о реальной передаче Зайдуллиной Л.Г. должнику заемных денежных средств, а равно доказательств расходования Черновым В.И. полученных денежных средств на личные либо производственные нужды. 

При этом наличие у Зайдуллиной Л.Г. финансовой возможности для предоставления займов, даже будучи доказанным, само по себе не свидетельствует о реальности передачи денежных средств заемщику.

Суды приняли во внимание, что Зайдуллина Л.Г., не получив от Чернова В.И. исполнения по договору займа от 20.08.2018, заключила договор займа от 15.05.2019; по истечении срока возврата займа по договору от 15.05.2019 Зайдуллина Л.Г. обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности по возврату займа в сумме 4 025 000 рублей в реестр требований кредиторов должника, что дополнительно свидетельствует об осведомленности займодавца о введении в отношении заемщика процедуры банкротства. Чернов В.И. не отразил в плане реструктуризации долгов по состоянию на 11.06.2019 сведения о наличии перед Зайдуллиной Л.Г. задолженности по договорам займа и об имеющихся заемных денежных средствах.

При изложенных обстоятельствах суды сочли, что подлинная воля сторон сделок не была направлена на установление соответствующих им правоотношений, спорные договоры заключены без цели их реального исполнения; в материалы дела не представлено доказательств реальности передачи займодавцем должнику денежных средств и экономической целесообразности предоставления Зайдуллиной Л.Г. займов несостоятельному должнику. 

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что спорные займы носят характер безденежных, договоры займа от 20.08.2018 и 15.05.2019 составлены сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, при злоупотреблении правом; в результате совершения оспоренных сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в необоснованном увеличении текущей кредиторской задолженности должника, влекущем соответствующее уменьшение его активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования добросовестных кредиторов.

Довод заявителя жалобы о неправильной оценке судами представленных доказательств подлежит отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств спора и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Суд с учетом оценки всех доказательств по делу в их совокупности, с учетом их допустимости определяет необходимость допроса свидетелей. В рассмотренном случае суды сделали обоснованный вывод о том, что обстоятельства, о которых может дать пояснения свидетель, не могут служить достаточным доказательством исполнения договорных обязательств по передаче денежных средств, которое подлежит подтверждению надлежащими и допустимыми письменными доказательствами.

Суд округа не выявил допущенных судами процессуальных нарушений, которые привели к принятию неправильных судебных актов, в связи с чем могли бы являться основаниями для их отмены (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и относится на заявителя. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 23.06.2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020 по делу № А38-12106/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу Зайдуллиной Лидии Галиулловны – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.П. Прыткова