Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-26906/2017

г. Владивосток

27 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 27 октября 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего М.Н. Гарбуза, судей А.В. Ветошкевич, К.А. Сухецкой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,  

апелляционное производство № 05АП-1650/2025 на определение от 24.02.2025 судьи А.В. Кондрашовой 

по делу № А51-26906/2017 Арбитражного суда Приморского края  

заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Приморскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании сделки недействительной,  

в рамках дела по заявлению Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Приморскому краю к ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом),  

при участии: 

от ФИО1: представитель ФИО3 по доверенности от 16.12.2024 сроком действия 3 года, паспорт (до и после перерыва),  

от ФНС России: представитель ФИО4 по доверенности от 02.12.2024 сроком действия до 29.11.2025, служебное удостоверение (после перерыва),  

иные лица, участвующие в деле, не явились, 

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице МИФНС России № 12 по Приморскому краю (далее – уполномоченный орган) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 несостоятельным (банкротом) (далее - должник).  

Определением Арбитражного суда Приморского края от 26.12.2017 заявление уполномоченного органа принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.  

Определением суда от 02.12.2019 заявление уполномоченного органа признано необоснованным, производство по делу прекращено.  

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2020 определение суда от 02.12.2019 отменено, дело направлено на новое рассмотрение.  

Определением суда от 02.10.2020 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.  

Определением суда от 18.01.2021 ФИО5 освобожден от обязанностей финансового управляющего.  

Определением суда от 12.02.2021 финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника Федеральная налоговая служба России в лице МИФНС России № 12 по Приморскому краю 18.08.2021 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника по отчуждению в пользу ФИО1 имущества (7 единиц транспортных средств и 2 объекта недвижимости).  

По ходатайству уполномоченного органа определением суда от 09.03.2022 приняты обеспечительные меры в виде запрета: Управлению Федеральной кадастровой службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю осуществлять регистрационные действия в отношении недвижимого имущества (жилой дом кадастровый номер 25:28:000000:23400; жилой дом кадастровый номер 25:28:000000:1104; земельный участок кадастровый номер 25:28:050035:1055); МОРАС ГИБДД России по Приморскому краю совершать регистрационные действия в отношении транспортных средств (автомобиль LEXUS СК430, 2006 г/в; автомобиль TOYOTA LAND CRUISER, 2003 г/в; легковой автомобиль TVR TUSCAN, 2002 г/в; полуприцеп (фургон) YGB9350TCL, 2006 г/в; HINO RANGER, 1991 г/в).  

Определениями суда от 02.05.2023, 21.09.2023 к участию в обособленном споре привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9, финансовый управляющий ФИО10 ФИО11.  

Определением суда от 24.02.2025 заявление уполномоченного органа удовлетворено, признаны недействительными:  

-сделка должника по отчуждению 10.06.2015 в пользу ФИО1 жилого дома, площадь 322,30 кв.м., адрес: 690041, 

<

...>, кадастровый номер 25:28:000000:1104;  

-сделка должника по отчуждению 10.06.2015 в пользу ФИО1 земельного участка, площадь 800 кв.м., адрес: 690041, 

<

...>, кадастровый номер 25:28:050035:1055;  

-сделка должника по отчуждению 14.08.2015 в пользу ФИО1 автомобиля КОМБАТ Т98, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>;  

-сделка должника по отчуждению 06.04.2017 в пользу ФИО1 полуприцепа (фургона) YGB9350TCL, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>;  

-цепочку сделок должника по отчуждению 08.08.2015 и 06.04.2017 в пользу ФИО12 и ФИО1 автомобиля TOYOTA LAND CRUISER, 2003 г/в, регистрационный знак 

<

***>;  

-цепочку сделок должника по отчуждению 22.08.2015 и 06.04.2017 в пользу ФИО12 и ФИО1 автомобиля Вольво VNL64T670, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>;  

-цепочку сделок должника по отчуждению 03.09.2015 и 06.04.2017 в пользу ФИО12 и ФИО1 автомобиля TVR TUSCAN, 2002 г/в, рег.знак 

<

***>;  

-цепочку сделок должника по отчуждению 08.08.2015 и 06.04.2017 в пользу ФИО12 и ФИО1 автомобиля LEXUS CK430, 2006 г/в, рег.знак 

<

***>;  

-цепочку сделок должника по отчуждению 18.08.2015 и 06.04.2017 в пользу ФИО12 и ФИО1 автомобиля HINO RANGER, 1991 г/в, регистрационный знак 

<

***>;  

В порядке применения последствий недействительности сделки суд обязал ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО2 автомобили LEXUS CK430, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>; TOYOTA LAND CRUISER, 2003 г/в, регистрационный знак 

<

***>; TVR TUSCAN, 2002 г/в,  

регистрационный знак 

<

***>; HINO RANGER, 1991 г/в, регистрационный знак 

<

***>; жилой дом, площадь 322,30 кв.м., адрес: 690041, 

<

...>, кадастровый номер 25:28:000000:1104; земельный участок, площадь 800 кв.м., адрес: 690041, 

<

...>, кадастровый номер 25:28:050035:1055. С ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 взыскано 7 200 000 руб.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 (далее – апеллянт) обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, отказав истцу в удовлетворении требований. Отметил, что стороны сделки не располагали информацией о задолженности должника по налогам и сборам, сделка должника по отчуждению дома и земельного участка исполнена сторонами за 16 дней до вынесения акта налоговой проверки, в связи с чем на момент заключения сделки должник не имел долгов перед уполномоченным органом. Указал, что материалы дела располагают доказательствами финансовой состоятельности сторон произвести расчет по сделке; апеллянт передал должнику денежные средства за автомобиль TOYOTA LAND CRUISER, 2003 г/в. Выразил несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что ответчик не должен был испытывать затруднений при предоставлении договоров купли-продажи автотранспортных средств. Указал, что данные договора составлялись в одном экземпляре. Отметил, что суд первой инстанции вышел за пределы своих полномочий, рассмотрев требования, не заявленные заявителем. В частности, уполномоченным органом не заявлялись требования в отношении сделок между должником и ФИО13 о, между ФИО13 о и ФИО1о, несмотря на неоднократное указание на это представителя ответчика. Ссылался на то, что ФИО13о не был привлечен в дело в качестве третьего лица, сведения об этом в КАД Арбитр отсутствуют. В деле имеется только определение от 21.09.2023 о привлечении в дело финансового управляющего ФИО13о, но не самого ФИО13 Полагал, что суд первой инстанции по собственной инициативе уточнил требования заявителя и фактически вынес судебный акт в отношении ФИО13о, который к участию в обособленном споре не привлекался.  

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 26.05.2025.  

Определениями апелляционного суда от 26.05.2025, 24.06.2025, 16.09.2025, судебное разбирательство откладывалось, последним определением на 15.10.2025. Определениями апелляционного суда от 19.06.2025, 12.09.2025, 10.10.2025 в коллегиальном составе суда производилась замена судей, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начиналось сначала в порядке части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, ответил на вопросы суда.  

Ранее от ФИО12 поступили письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.  

Посовещавшись на месте, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ суд определил объявить перерыв в судебном заседании до 21.10.2025 до 13 часов 40 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.  

После перерыва судебное заседание продолжено 21.10.2025 в 13 часов 41 минуту с использованием системы веб-конференции в том же составе суда, при ведении протокола судебного заседания тем же секретарем, при участии представителя апеллянта и представителя уполномоченного органа.  

Иные лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что в силу части 5 статьи 163 АПК РФ не препятствует продолжению судебного заседания.  

За время перерыва от ФИО1 поступили возражения на отзыв ФНС России, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.  

Представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы и возражений на отзыв ФНС России. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, ответил на вопросы суда.  

Представитель ФНС России поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статей 121, 123, 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.  

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Из материалов дела следует, что в ходе проведения процедуры реструктуризации долгов должника ИП ФИО14 установлено, что 10.06.2015, 14.08.2015, 06.04.2017 в пользу сына – ФИО1 отчужден: жилой дом, площадь 322,30 кв.м., адрес: 690041,  

<

...>, кадастровый номер 25:28:000000:1104; земельный участок, площадь 800 кв.м., адрес: 690041, 

<

...>, кадастровый номер 25:28:050035:1055; автомобиль КОМБАТ Т98, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>, полуприцеп (фургон) YGB9350TCL, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>.  

Также 08.08.2015, 22.08.2015, 03.09.2015, 18.08.2015 должником в пользу ФИО10, а в дальнейшем 06.04.2017 в пользу ФИО1 отчуждены автомобили TOYOTA LAND CRUISER, 2003 г/в, регистрационный знак 

<

***>, Вольво VNL64T670, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>, TVR TUSCAN, 2002 г/в, регистрационный знак 

<

***>, LEXUS CK430, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>, HINO RANGER, 1991 г/в, регистрационный знак 

<

***>.  

В настоящее время собственниками полуприцепа (фургона) YGB9350TCL, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***> является ФИО9, автомобиля КОМБАТ Т98, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***> – ФИО15, автомобиля Вольво VNL64T670, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***> – ФИО8  

Уполномоченный орган, ссылаясь на то, что сделки по отчуждению должником спорного движимого и недвижимого имущества в пользу своего сына совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате их совершения такой вред причинен, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании сделок недействительными.  

Суд первой инстанции, признавая оспариваемые сделки недействительными и применяя последствия недействительности сделок, исходил из того, что на дату их совершения должник имел признаки неплатежеспособности, непогашенную задолженность по обязательным платежам перед уполномоченным органом в значительном размере, в результате отчуждения движимого и недвижимого имущества в пользу заинтересованных лиц причинен вред имущественным правам кредиторов.  

Коллегия апелляционного суда, повторно рассмотрев заявление о признании сделок недействительными в пределах доводов апелляционной жалобы, соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявления уполномоченного органа в силу следующего.  

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.  

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.  

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в пункте 1 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством РФ, процессуальным законодательством РФ и другими отраслями законодательства РФ, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.  

Как отмечено выше, в качестве основания оспаривания сделки уполномоченным органом указан пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  

кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Оспариваемые сделки совершены должником 10.06.2015, 08.08.2015, 14.08.2015, 18.08.2015, 22.08.2015, 03.09.2015, 06.04.2017 в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (26.12.2017), то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем при наличии предусмотренных законом условий данная сделка может быть признана недействительной по названному основанию.  

Для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5 Постановления № 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).  

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.  

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 ГК РФ к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 указанного кодекса (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П).  

Вместе с тем, возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.  

Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6).  

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов.  

Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.  

Следовательно, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  

некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» приведены разъяснения о том, что притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.  

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Верховного Суда РФ от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).  

Принимая во внимание приведенные правовые позиции, коллегия отмечает, что цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Именно в этом заключается смысл оспаривания цепочки последовательно совершенных должником сделок (действий) и смысл применения реституции в рамках дела о банкротстве без обращения с последующим виндикационным иском. Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения обособленных споров о признании цепочки сделок недействительными имеют значение обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.  

Для признания оспоренных сделок недействительными, как единой сделки, необходимо доказать, что покупатели участвовали в сделках номинально (то есть без реальной заинтересованности стать собственником имущества) и действовали в интересах лиц, связанных с должником. При этом заявитель (финансовый управляющий) стороной сделок не являлся. Отчуждение имущества должника оспаривалось по обстоятельствам, которые недобросовестные участники сделки обычно скрывают. В связи с этим финансовый управляющий испытывал объективные трудности с доказыванием обстоятельств совершения спорных сделок (сделки). В таком случае заявителю достаточно указать на совокупность подозрительных (очевидно необычных для хозяйственного оборота) обстоятельств и подтвердить их хотя бы косвенными доказательствами, выстроив собственную версию развития событий по оспариваемой сделке. В ходе состязательной процедуры бремя доказывания обратного переходит на лиц, отвечающих на претензии заявителя, так как именно они должны располагать достоверными знаниями о сделке и прямыми доказательствами. По результатам оценки доводов и доказательств, представленных спорящими сторонами, наиболее логичная, правдоподобная и вероятная версия произошедших событий принимается судом и является фактическим основанием для последующей юридической квалификации правоотношений.  

По материалам дела коллегией усматривается, что в период с 30.12.2014 по 27.04.2015 налоговым органом проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты предпринимателем ФИО14 единого налога, применяемого при УСН, НДФЛ, НДС за период с 01.01.2012 по 31.12.2013, о чем составлен акт выездной налоговой проверки от 26.06.2015 № 09/97-ДСП.  

В ходе мероприятий налогового контроля установлены обстоятельства, свидетельствующие о превышении налогоплательщиком в 3 квартале 2012 года предельного размера дохода, установленного пунктом 4 статьи 346.13 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), утрате должником права на применение УСН и возникновения у налогоплательщика обязанности с 01.07.2012 исчислить и уплатить налоги по общей системе налогообложения, в том числе НДФЛ и НДС.  

Материалы дела подтверждают, что акт выездной налоговой проверки получен представителем ФИО14 17.07.2015 (согласно отметке в Акте).  

По результатам рассмотрения акта проверки, возражений налогоплательщика и дополнительных мероприятий налогового контроля, налоговым органом принято решение от 25.09.2015 № 09/09дсп о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым предпринимателю начислено 181 096 395,73 руб., в том числе налоги в общей сумме 127 654 651 руб. (НДФЛ в размере 48 858 302 руб., НДС в размере 78 744 269 руб., единый налог, уплачиваемый в связи с применением УСН за 2012 год в  

размере 52 080 руб.); пени в размере 28 864 639,28 руб.; штрафные санкции в размере 24 577 105,45 руб. Решение получено представителем ФИО14 01.10.2015.  

Должник осуществил меры по оспариванию акта выездной налоговой проверки. 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 20.04.2017 по делу № А51- 1820/2016 (оставлено в силе постановлением апелляционного суда от 17.07.2017 и постановлением кассационного суда от 24.10.2017) в удовлетворении заявленных ФИО14 требований о признании недействительным решения налогового органа от 25.09.2015 № 09/09дсп о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отказано.  

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, спорные сделки по отчуждению движимого и недвижимого имущества совершены в условиях осведомленности должника о проводимых в отношении него мероприятиях налогового контроля, по результатам которых впоследствии с должника взыскана задолженность по налогам и начислены санкции в значительном размере. Наличие данной задолженности явилось основанием для обращения уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Требования уполномоченного органа в размере 29 371 892,59 руб. основного долга по уплате НДФЛ включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника; в размере 78 976 011,95 руб. основного долга, 39 720 341,08 руб. пени, 23 028 212,55 руб. штрафов включены в третью очередь реестра. До настоящего времени требования за счет конкурсной массы не погашены.  

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. При этом, исходя из сложившейся судебной практики (определения Верховного Суда РФ от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475) о заинтересованности сторон сделки может свидетельствовать как аффилированность юридическая (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактическая. Заинтересованность не исключается и в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Материалы дела подтверждают и участвующими в деле лицами не оспаривается, что сделки совершены должником в пользу ФИО10, который являлся работником (директором) в компаниях, принадлежащих ФИО14 (фактическая аффилированность), и ФИО1, который является сыном должника, что подтверждается сведениями Департамента ЗАГС Приморского края от 10.02.2021.  

Изложенные обстоятельства позволили апелляционному суду сделать вывод о том, что при наличии деловых и родственных отношений между должником, ФИО10 и ФИО1, ответчики не могли не обладать информацией о финансовом состоянии должника, свидетельствующем о его неплатежеспособности, в связи со значительной задолженностью по обязательным платежам перед бюджетом Российской Федерации.  

Исходя из буквального толкования нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», осведомленность ответчиков о неплатежеспособности ФИО14, о наличии задолженности по обязательным платежам в значительном размере и о том, что оспариваемые сделки с движимым и недвижимым имуществом совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, предполагается и не требует дальнейшего доказывания.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, сторонами оспариваемых сделок не представлены доказательства, позволяющие установить наличие иной цели совершения сделок, чем уклонение от расчетов с кредиторами.  

Материалами настоящего спора не содержат доказательств передачи денежных средств за транспортные средств, ни должником, ни ответчиками указанные документы в нарушение положений статей 9, 65 АПК РФ не представлены, равно как и не представлены сами договоры отчуждения спорных транспортных средств.  

При этом из обстоятельств спора следует, что жилой дом и земельный участок выбыли из собственности должника безвозмездно, на основании договора дарения.  

Поскольку отчуждение спорного имущества произведено в отношении заинтересованных лиц, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и в результате совершения спорных сделок был причинен вред кредиторам, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности совокупности условий, в соответствии с которыми оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными.  

Доводы апеллянта о том, что на дату совершения оспариваемых сделок у должника отсутствовала обязанность уплатить задолженность по обязательным платежам (свыше 181 000 000 руб.), поскольку акт налоговой проверки от 26.06.2015 № 09/97-ДСП был вынесен через 16 дней после совершения оспариваемых сделок, на момент совершения сделок должник не имел признаков несостоятельности, в частности, в период с 2012 по 2017 годы им производилось финансирование текущих расходов деятельности ЗАО «РИМСКО» на сумму 488 550 000 руб., отклоняются коллегией, поскольку недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) и от 12.03.2019 № 305- ЭС17-11710(4)).  

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.  

Обстоятельствами, свидетельствующими о цели причинения вреда кредиторам, могут являться неисполнение существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене и аффилированность покупателя.  

Вопреки доводам апеллянта, в силу пункта 2 статьи 44 НК РФ обязанность по уплате конкретного налога или сбора возлагается на налогоплательщика и плательщика сбора с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога или сбора, а не с даты принятия решения о привлечении к налоговой ответственности, которое является следствием неисполнения налоговых обязательств.  

С учетом изложенного, у должника еще до совершения оспариваемых сделок возникла обязанность исчислить и уплатить налоги по общей системе налогообложения, в том числе НДФЛ и НДС, которая им в добровольном порядке не исполнена.  

При этом, впоследствии, требования уполномоченного органа определением суда от 02.10.2020 по данному делу о банкротстве включены в реестр требований кредиторов должника и в настоящее время не погашены.  

Доводы апеллянта о предоставлении с его стороны встречного исполнения по сделкам не нашли своего подтверждения и материалами дела не подтверждаются. Доказательств обратного апеллянтом суду не представлено.  

Аргументы заявителя жалобы о неверном распределении бремени доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора являются ошибочными, поскольку ФИО1 как сторона оспариваемой сделки не должен иметь препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств и опровержения обоснованных сомнений уполномоченного органа в действительности совершенной сделки, поскольку именно ответчик обладает всеми доказательствами своих правоотношений с должником.  

Ссылки апеллянта на то, что материалами дела подтверждена финансовая состоятельность возможности приобретения спорного имущества должника как ФИО1, так и ФИО10, не имеет значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку доказательств передачи ответчиками и получения должником денежных средств в материалы дела не представлено.  

Доводы апелляционной жалобы и отзыва ФИО13 о том, что ФИО13 не был привлечен к участию в настоящем обособленном споре, чем были нарушены его права и интересы, апелляционным судом не принимаются в силу следующего.  

Как усматривается коллегией из информации, размещенной в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru), решением Арбитражного суда Приморского края от 15.05.2024 по делу № А51-7964/2021 ФИО10 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должником утвержден ФИО11.  

В силу абзаца второго пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.  

Согласно абзацу пятому пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином; гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.  

Как отмечено в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2023 № 308-ЭС23-15786 по делу № А63-14622/2022, при банкротстве физического лица его гражданская дееспособность в определенном смысле ограничивается, в частности, он не вправе распоряжаться имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу (в реструктуризации - без согласия управляющего либо утвержденного плана, в реализации - в принципе; статьи 213.9, 213.11, 213.25 Закона о банкротстве). В таких условиях финансовый управляющий фактически становится законным представителем физического лица.  

Согласно материалам настоящего обособленного спора определением от 21.09.2023 (т. 3 л.д. 98-99) суд первой инстанции привлек к участию в настоящем обособленном споре финансового управляющего ФИО10 ФИО11, при этом Определениями от 22.08.2023 (том 3 л.д. 88), от 28.11.2023 (том 3 л.д. 109), от 18.01.2024 (том 3 л.д. 116), от 20.02.2024 (том 3 л.д. 121) ФИО10о было предложено представить в суд отзыв на заявление, копию договора купли-продажи. Определениями от 23.04.2024 (том 4 л.д. 6), от 30.05.2024 (том 4 л.д. 8), 15.08.2024 (том 4 л.д. 10), от 12.09.2024 (том 4 л.д. 21-22), от 29.10.2024 (том 4 л.д. 28-29), от 21.11.2024 (том 4 л.д. 38), от 12.12.2024 (том 4 л.д. 48-49) судом ФИО10о было предложено представить в суд отзыв на заявление, копию договора купли-продажи, доказательства передачи денежных средств по договорам купли-продажи, доказательства финансовой состоятельности. Материалы настоящего спора содержат доказательства направления судом указанных определений в адрес ФИО10 по адресу его регистрации.  

Таким образом, поскольку определением от 21.09.2023 финансовый управляющий ФИО13 привлечен в дело, что апеллянтом не отрицается, судом первой инстанции неоднократно предлагалось лично ФИО10 представить правовую позицию по спору, принимая во внимание, что последний не реализовал указанное право, аргументы ФИО13 и апеллянта в указанной части применительно к пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном понимании норм процессуального права.  

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.  

Если сделка, признанная в порядке главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки (пункт 29 Постановления № 63).  

Поскольку материалами дела подтверждается, что жилой дом с земельным участком, автомобили LEXUS CK430, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>; TOYOTA LAND CRUISER, 2003 г/в, регистрационный знак 

<

***>; TVR TUSCAN, 2002 г/в, регистрационный знак 

<

***>; HINO RANGER, 1991 г/в, регистрационный знак 

<

***>, зарегистрированы за сыном должника ФИО1, в порядке последствий недействительности оспариваемых сделок суд первой инстанции обоснованно обязал ФИО1 возвратить названное имущество в конкурсную массу должника.  

Вместе с тем, автомобили КОМБАТ Т98, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>, Вольво VNL64T670, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>, полуприцеп (фургон) YGB9350TCL, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>, проданы ФИО1 третьим лицам ФИО7 25.07.2019, ФИО8 15.11.2017, ФИО9 20.09.2019, которые применительно к положениям статьи 302 ГК РФ являются добросовестными приобретателями.  

Согласно представленным заключениям от 27.11.2024 № 272-тс, от 28.11.2024 

 № 278-тс и № 280-тс рыночная стоимость автомобилей КОМБАТ Т98, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>, Вольво VNL64T670, 2005 г/в, регистрационный знак 

<

***>, полуприцепа (фургона) YGB9350TCL, 2006 г/в, регистрационный знак 

<

***>, на 14.08.2015, на 22.08.2015, на 06.04.2017 составила 4 900 000 руб., 1 800 000 руб. и 500 000 руб. соответственно.  

Таким образом, принимая во внимание, что спорное имущество из владения ФИО1 выбыло, в связи с чем его возвращение в конкурсную массу должника не представляется возможным, в порядке применения последствий недействительности сделки суд первой инстанции правомерно обязал ФИО1 возвратить в конкурсную массу  

должника реальную рыночную стоимость отчужденного им имущества, которая составляет 7 200 000 руб.  

При этом, учитывая тот факт, что ФИО1 и ФИО10 не представлено доказательств оплаты по приобретению спорного имущества, так же как и получение должником какой-либо имущественной выгоды в виде денежных средств, оказания услуг, выполнения работ, поставки товаров, то право требования ФИО1 и ФИО10 к должнику восстановлению не подлежит.  

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции посчитал, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.  

При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции отсутствуют, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

С учетом результат рассмотрения апелляционной жалобы, судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины по апелляционной жалобе, не подлежат возмещению апеллянту  

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 28.02.2025 по делу № А51-26906/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного  

округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.  

Председательствующий М.Н. Гарбуз  

Судьи А.В. Ветошкевич 

К.А. Сухецкая