ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17220/2018

г. Челябинск

26 февраля 2019 года

Дело № А76-12611/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 февраля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Забутыриной Л.В., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2018 по делу № А76-12611/2015 (судья Холщигина Д.М.).

В судебное заседание явились:

ФИО3 (паспорт); его представитель - ФИО4 (паспорт, доверенность от 21.01.2019);

ФИО5 (паспорт); его представитель - ФИО6 (паспорт, доверенность от  01.02.2019);

ФИО2 (паспорт); его представитель - ФИО7 (паспорт, доверенность от 18.02.2019).

Свидетели:

ФИО8 (паспорт); ФИО9 (паспорт), ФИО10 (паспорт).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.06.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Волна» (далее – должник). 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.12.2015 (резолютивная часть от 09.12.2015) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное агентство арбитражных управляющих» (адрес для корреспонденции: 620027, 

<

...>).

Информационное сообщение о введении наблюдения опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» № 240 от 26.12.2015.

В Арбитражный суд Челябинской области 02.02.2018 посредством органа связи обратился конкурсный управляющий ФИО5 (далее – заявитель) с заявлением (вх. № 6114 от 06.02.2018), в котором с учетом принятого судом в порядке статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявления об увеличении размера требований просит: 

- привлечь контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО11, ООО «Стандарт» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; 

-  взыскать солидарно с ФИО2, ФИО11, ООО «Стандарт» в пользу должника денежные средства в размере 6 270 639 руб. 39 коп., в том числе с ФИО11 денежные средства в размере 1 307 322 руб. 25 коп.

Определением  от  30.10.2018  заявление  удовлетворено частично, суд  взыскал с ФИО2 в пользу  ООО  «Волна» порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 6 270 639 руб. 31 коп., в  удовлетворении остальной части требований отказал.

Не согласившись с указанным судебным  актом,   ФИО2  обратился  в  суд с апелляционной  жалобой.

Как следует  из доводов  жалобы,  суд  недостаточно   изучил обстоятельства дела, не  установил причинно-следственной  связи  между  признанием  должника  банкротом  и  действиями (бездействием) контролирующего должника лица. Признание  недействительными   сделками  платежи, осуществленные  ООО «Волна» а адрес ООО «Стандарт» на сумму 1 837 988 руб. 76 коп.,  не является  единственным  основанием  для  привлечения   бывшего  руководителя  должника к  субсидиарной  ответственности,  поскольку  необходимо   установить  факт причинения  вреда. Суд апелляционной  инстанции, при  признании сделки  недействительной,  пришел  к выводу   о том, что  они  были  связаны с осуществлением  хозяйственной  деятельности  должника при равноценном  встречном  предоставлении. Суд  вправе  отказать  в привлечении к  ответственности  контролирующего   должника лица вследствие действий (бездействия)  которого невозможно  погасить  требования  кредиторов, если  он  докажет  отсутствие его  вины. Такое  лицо  не подлежит привлечению  к субсидиарной ответственности, если оно  действовало  согласно  обычным условиям  гражданского  оборота, добросовестно и  разумно  в интересах  должника,  его учредителей, не нарушая  при  этом  имущественные права кредиторов, и если  докажет, что  его действия совершены для предотвращения  еще большего  ущерба. Доказательств, свидетельствующих об уклонении ФИО2 от передачи временному  управляющему  в период наблюдения  необходимой  документации, в материалы дела  не представлены. Конкурсный  управляющий   не раскрыл объем  принятых  мер по отысканию  имущества должника, учитывая наличие  возможности  к получению документации должника в рамках исполнительного  производства, доказательств использования  которой  в материалы заявления  также не представил. Представленные  доказательства  не позволяют   сделать достоверный  вывод  о том, что  именно отсутствие  документов   бухгалтерского учета  и отчетности   должника  затруднило  проведение  процедур, применяемых в деле  о  банкротстве, учитывая  наличие  в  материалах дела   инвентаризационных  описей  основных средств должника, исков  о признании  сделок  недействительными, свидетельствующих  о наличии  у арбитражного управляющего  документов, необходимых  для исполнения  обязанностей, предусмотренных Законом  о банкротстве.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2018 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 22.01.2019.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 Арбитражного кодекса Российской Федерации,  приобщен к материалам дела.

В судебном заседании 22.01.2019   податель апелляционной жалобы  дополнил доводы жалобы  в устном виде, просил приобщить к материалам  дела: нотариально заверенные заявления ФИО12 от 21.01.2019, ФИО9 от 17.01.2019, ФИО13 от 17.01.2019, а также их  письменные  пояснения, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.06.2018, запрос   учредителя ООО «Волна» ФИО2 от 06.12.2018, ответ на запрос от 06.12.2018  с приложением справки - сальдо на 01.07.2015, письмо от 23.11.2018, письмо ССП от 25.12.2018 №74037/18/13452, заявление  от 20.11.2018, письмо от 13.12.2018   № 23-2018, постановление об отказе в удовлетворении жалобы от 13.12.2018, письмо от 28.11.2018 №47-11492, сведения об исполнительных производствах. Вопрос о приобщении данных доказательств  оставлен судом апелляционной инстанции открытым.

Представитель кредитора ФИО3   в судебном заседании 22.01.2019   просил приобщить к материалам дела  отзыв  на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 Арбитражного кодекса Российской Федерации  приобщен к материалам дела.

В целях проверки законности и обоснованности судебного акта, доводов жалобы и возможности установления значимых для дела обстоятельств,  суд апелляционной инстанции отложил судебное заседание на 20.02.2019, предложив:

- ФИО2 представить уточненную апелляционную жалобу с доказательствами заблаговременного направления  ее в адрес лиц, участвующих в деле;

- конкурсному управляющему ФИО5 представить:  все документы должника,  переданные  бывшим  руководителем должника  ФИО2;  мнение по представленным ФИО2 дополнительным доказательствам, касающимся   передачи  документов должника  конкурсному  управляющему без составления акта, а  также по доводу  жалобы о непринятии  конкурсным управляющим  мер  по взысканию  дебиторской  задолженности;  сведения о проведении всех мероприятий по формированию конкурсной массы (взыскание дебиторской задолженности, реализация имущества и т.д.);  сведения о размере поступивших денежных средствах в конкурсную массу (отчет конкурсного управляющего).

На основании статьи 18  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  и пункта 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации произведена замена судьи Калиной И.В., в связи с нахождением в очередном отпуске, судьей Забутыриной Л.В., о чем вынесено  определение от 19.02.2019.

В судебном заседании представитель  подателя  апелляционной   жалобы  поддержал  доводы, изложенные в ней, с учетом   дополнений  от 12.02.2019, принятых судом  к рассмотрению в порядке  статьи 261 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно   дополнениям  к жалобе,  по  договору  аренды от  25.06.2009 должнику  передано  в аренду  имущество, указанный  договор неоднократно продлевался и согласно  дополнительному соглашению от 07.07.2014,   стороны  пришли к соглашению пролонгировать  договор  до  01.04.2015. Суд  указал, что ФИО2 не  обращался  в Администрацию г. Верхний Уфалей с просьбой пролонгировать  договор  аренды, вместе с тем, ФИО2 неоднократно  обращался с  таким  требованием, а также  вел переговоры  по предоставлению  субсидии, кроме  того, в период с 2013 по 2015 годы  ФИО2 был  дисквалифицирован  и не  занимал  должность  директора ООО «Волна». Ранее, в период с 2010 по 2015 годы ФИО2 активно  взыскивал  дебиторскую задолженность с населения, что подтверждается  отчетами  конкурсного  управляющего, а конкурсный  управляющий  получал  исполнение  по  выданным  исполнительным  листам. По  мнению подателя  жалобы, конкурсный управляющий  действует  недобросовестно, поскольку  не  взыскивает   дебиторскую задолженность и  не принимает мер по получению субсидии. Полученные  доходы  направлялись  не  только  на погашение  задолженности  перед ООО «Стандарт»,  но также   направлялись  на погашение  заработной  платы, осуществление расчетов с поставщиками, в том числе с  ФИО3, также  окончены  исполнительные производства  по иным  кредиторам. Деятельность  должника  в период с 2012 по 2014 годы  субсидировалась   на сумму 7 996 290 руб., однако  в 2015 году  соглашение  о предоставлении субсидий из  бюджета между  должником  и Администрацией не  было подписано. Также   управляющий  за период  с 2015 года не  предъявил  претензий (исков) по  поводу  неполучения  документации  должника, кроме  того, данный  довод не  заявлялся  в рамках  дела  об оспаривании сделок  должника. Несмотря   на  это,  ФИО2 передал  всю  документацию в 2015 году конкурсному  управляющему, не оформив  акт приема-передачи документов,  что говорит  об излишнем  доверии  конкурсному  управляющему.

До начала судебного заседания через электронную систему «Мой Арбитр» от ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором конкурсный управляющий возражает против удовлетворения апелляционной жалобы. Считает, что у суда отсутствуют основания для приобщения к материалам дела новых доказательств. Обращает внимание, что конкурсным управляющим предприняты все меры для формирования конкурсной массы, ее недостаточность обусловлена не бездействием конкурсного управляющего, а неисполнением бывшим руководителем должника обязанности по передаче документов, подтверждающих наличие и размер дебиторской задолженности. В целях  формирования  конкурсной  массы  ФИО5  предъявлены в службу судебных приставов  исполнительные  листы на  взыскание  с физических лиц (потребителей коммунальных услуг) дебиторской  задолженности   на сумму 2 727 000 руб., за период конкурсного производства в конкурсную массу  поступила сумма 378 841 руб. 99 коп. от физических лиц. Включенная  в конкурсную массу  дебиторская  задолженность ООО «Уфалейский  завод металлоизделий» в сумме  837 368 руб. 68 коп. и ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» в сумме 1 061 910 руб. представляет собой  право   требования  к лицам,  находящимся в  процедуре  банкротства. Конкурсное  производство  в отношении  ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» завершено (определение от 11.01.2017 по  делу №А76-36420/2009), конкурсный  управляющий  обратился  в суд с  заявлением  о взыскании с бывшего  конкурсного управляющего ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения»   ФИО10 убытков  По  заявлению конкурсного  управляющего   судом признана недействительной сделка, заключенная  ООО «Стандарт» на сумму 1 837 988 руб. 76 коп. Документы  по  дебиторской  задолженности населения  на сумму  5 340 243 руб. 29 коп. ФИО2 не  передавал  конкурсному управляющему;  после  признания  должника  банкротом  конкурсным  управляющим осуществлено изъятие  документов, среди  изъятых  документов обнаружились часть договоров с  населением, а также  кассовые  книги, содержащие приходные  кассовые ордеры, договоры  с потребителями выявлены  в  отношении физических лиц, не имевших задолженности, однако,  документы и расчет  задолженности по иным   потребителям в  изъятых  документах не   обнаружены. Не   имея  документов, позволяющих  идентифицировать  потребителя услуг, период задолженности, а  также  расчета задолженности, конкурсный управляющий  не имел возможности  взыскивать  задолженность в судебном порядке. В  обоснование  отказа  предоставить  расчет  задолженности бывший  руководитель  ФИО2  сослался  на то, что  сведения о размере  и составе  задолженности  содержатся в программе, купленной  им  за собственные  средства, в связи с чем, нет оснований  для ее передачи  конкурсному  управляющему. 

В судебном  заседании представитель   конкурсного  управляющего  возражал  против  доводов  жалобы по основаниям, изложенным  в  отзыве, указав дополнительно, что на флэш-накопитель   конкурсного управляющего сброшен  файл с  содержанием   сведений  о  размере дебиторской  задолженности, который  без соответствующей  программы  не  читаем.

Дополнительно  во исполнение  определения  суда  от 22.01.2019  конкурсным  управляющим   представлены: отчеты  о  своей деятельности и результатах  конкурсного производства  от 20.12.2018; об  использовании  денежных средств  должника от 18.02.2019;  акт  об изъятии  документов  должника от  22.12.2015; уведомление от 10.02.2019 в адрес  ФИО2 о возможности  ознакомления  с документами  ООО «Волна»,  с указанием  адреса  и  времени посещения с почтовой  квитанцией; электронная  переписка  по  месту   ознакомления с  документами  должника. Указанные  дополнительные  доказательства приобщены к материалам  дела  в целях  полного исследования  обстоятельств дела.

ФИО14 Рахимияновича возражал  против  доводов  жалобы, пояснив, что  суд  привлек  к  ответственности  ФИО2 не  только  за не передачу  документов,  но  и за  совершение сделки  с ООО «Стандарт», т.е.  с лицом,  аффилированным  с ФИО2

Судом  апелляционной  инстанции  установлено, что  дополнительное  основание для  привлечения  к  субсидиарной  ответственности  ФИО2 за  не передачу документации (пункт 2 части 2 статьи 61.11 Закона  о  банкротстве) (т.2, л.д.13), в нарушение  положений  статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,   не  ракрыто  перед  ответчиком  до начала судебного  заседания (20.08.2018), отсутствуют  доказательства  направления  данного  уточнения в  адрес  ответчика,  в протоколе  судебного заседания от 20.08.2018 не отражено, что судом принято к рассмотрению  дополнительное основание  для  привлечения  к субсидиарной ответственности (л.д.24).

При  таких обстоятельствах суд  апелляционной  инстанции  нашел уважительными  причины  невозможности  представления  дополнительных  доказательств, представленных в суд  апелляционной  инстанции  22.01.2019, в связи с чем, приобщил  их  к материалам  дела.

В суде апелляционной  инстанции по  ходатайству  представителя  ФИО2  были  допрошены в  порядке статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации   в качестве  свидетелей ФИО8 (бывший   юрист  должника); ФИО9 (бывший  бухгалтер  должника), ФИО10 (бывший  конкурсный  управляющий  дебитора  должника) по обстоятельствам  передачи  документов должника и принятия  мер  по взысканию дебиторской  задолженности

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, и их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела,  ООО «Волна» зарегистрировано в качестве юридического лица 07.02.1992 МИФНС России № 17 по Челябинской области, должнику присвоен ОГРН 

<

***>, согласно Уставу основными видами деятельности ООО «Волна» являются: предоставление услуг по ремонту и техническому обслуживанию прочего оборудования общего назначения, деятельность по обеспечению работы котельных, сбор и очистка воды, производство отделочных работ, удаление и обработка сточных вод и.т.д.

Из выписок из ЕГРЮЛ в отношении должника следует, что согласно решениям учредителя ООО «Волна» от 18.12.2009, 16.01.2014, 01.10.2014, 19.06.2015 ФИО2 был руководителем ООО «Волна» в период с 18.12.2009 по 16.01.2014, в период с 16.01.2014 по 01.10.2014 руководство обществом осуществлял ФИО15, в период с 01.10.2014 по 19.06.2015 – ФИО11, а в период с 19.06.2015 и до даты признания должника несостоятельным (банкротом) - ФИО2 

Данные факты отражены также в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-3008/2017 от 16.05.2017 по настоящему делу (т. 1, л.д. 17-20).

Поскольку дело о банкротстве возбуждено 30.06.2015, контролирующими должника лицами в соответствии с пунктом  1 статьи 61.10 Закона о банкротстве были ФИО15, ФИО11 и ФИО2.

Суд первой  инстанции пришел  к выводу  о том, что  в отношении  ФИО15 требования  конкурсным управляющим не заявлены, в связи с чем, обстоятельства руководства  данным  лицом  деятельностью должника   судом  не рассматривались.

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности арбитражный управляющий указал:

1) не исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Волна» банкротом после появления у должника признаков банкротства; по мнению конкурсного управляющего, контролирующие лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по пункту  1 статьи 61.12 Закона о банкротстве по требованиям, образовавшимися после этой даты (в размере 1 307 323 руб. 25 коп.);

2) неправомерные действия по совершению убыточных сделок: руководитель должника вернул Администрации арендованное имущество и не воспользовался правом продления договора аренды, в связи с чем, утратил возможность осуществлять коммерческую деятельность; в результате подозрительных сделок осуществил перевод денежных средств в пользу заинтересованного лица – ООО «Стандарт», которые были судом признаны недействительными, в связи с чем, контролирующие должника лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

3) не передача арбитражному управляющему бухгалтерской и иной документации, что привело к невозможности взыскать дебиторскую задолженность и погасить требования кредиторов, в связи с чем, руководители подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по пункту  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Удовлетворяя   заявление  о  привлечении  к субсидиарной  ответственности  суд  первой инстанции  исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

 Согласно пункту 2 статьи 9  Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Исходя из того, что ответственность, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского  кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, для определения наличия оснований привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности. 

В силу указанных норм в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте  1 статьи  9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте  1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Как указано в пункте 1 статьи  9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредитором, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве. 

Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве (статья 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

В обоснование своего заявления, арбитражный управляющий указал, что из бухгалтерского баланса ООО «Волна» следует, что по состоянию на 31.12.2014  должник  располагает имуществом на общую сумму 7 537 тыс. руб., в том числе денежными средствами и их эквивалентами в размере 20 тыс. руб., дебиторской задолженностью в размере 7 537 тыс. руб. (т. 1, л.д. 58). 

При этом в пояснениях к заявлению от 19.06.2015 должник указал, что кредиторская задолженность превышает 7 647тыс. руб. 

Согласно отчету о финансовых результатах за 2014 году должник получил убыток в размере 964 тыс. руб. (т. 1, л.д. 59). 

В соответствии с пунктом  2 статьи 18 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязательный экземпляр составленной годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности представляется не позднее трех месяцев после окончания отчетного периода.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, руководитель должника ФИО11 и учредитель должника ФИО2 должны были узнать о наличии признаков банкротства не позднее 31.03.2015 и подать заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 30.04.2015. 

Между тем, согласно разъяснениям, данным в абз. 2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта  1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной  ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. 

Как следует из материалов дела, ООО «Волна» оказывало услуги населению в сфере жилищного коммунального хозяйства, в связи с чем, периодически получало убыток

Для компенсации понесенных убытков, должник регулярно в период с 2012 по 2014  годы на основании договоров с Администрацией Верхнеуральского городского округа получал субсидии из местного и областного бюджетов, в подтверждение чего представлены соответствующие договоры (т. 2, л.д. 26-88).

Письмом от 24.04.2015 должник обратился к главе Администрации Верхне - Уфалейского городского округа с просьбой ходатайствовать перед Министерством тарифного регулирования и энергетики Челябинской области о проверке расчетов по убыткам ООО «Волна» за оказанные услуги по теплоснабжению, водоснабжению и водоотведению за период с января по декабрь 2014 года в суммах  4 645,71 тыс. руб., 1 552,61 тыс. руб. и 989,57 тыс. руб. соответственно. 

Письмом от 12.05.2015 тарифный орган ответил, что ООО «Волна» не представило в адрес министерства предложение об установлении тарифов на 2015 и 2016 годы, в связи с чем, не имеется правовых оснований для рассмотрения и проверки расчетов ООО «Волна» по недополученным доходам и (или) экономически обоснованным расходам, не учтенным органом регулирования тарифов за 2014 год (л.д. 60, т. 2). 

О невозможности получения соответствующей субсидии за 2014 год должник узнал в мае 2015 года. С заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) ООО «Волна» обратилось 25.05.2015. 

При таких обстоятельствах, суд первой  инстанции  не нашел оснований для удовлетворения заявления арбитражного управляющего в части привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом. 

Судебный акт в данной  части  не обжалуется.

По второму указанному конкурсным управляющим основанию судом  первой  инстанции  установлены обстоятельства, позволяющие   привлечь  ответчика  к субсидиарной  ответственности в силу  следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

В обоснование заявления в указанной части арбитражный управляющий указал, что в период подозрительности должник осуществил перечисление денежных средств в пользу заинтересованного лица – ООО «Стандарт» в  наличной  форме в размере 2 309 946 руб. 00 коп.  и  в  безналичной  форме -356 590 руб. 37 коп.

Как следует из материалов дела, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-3008/2017 от 16.05.2017 признаны недействительными сделками платежи, осуществленные  ООО «Волна»  в пользу  заинтересованного лица -  ООО «Стандарт» в общей сумме 1 837 988 руб. 76 коп. по платежному поручению № 290 от 05.05.2015 и квитанциям к ПКО (авансовым  отчетам) № 17 от 27.02.2015, № 35 от 30.04.2015, № 36 от 30.04.2015, № 37 от 30.04.2015, № 46 от 29.05.2015, № 48 от 30.06.2015, применены последствия недействительности сделки и взыскана соответствующая задолженность в пользу должника, а так же восстановлена задолженность ООО «Волна» перед ООО «Стандарт». 

Из выписок из ЕГРЮЛ в отношении должника и ООО «Стандарт» усматривается, что учредителем обоих юридических лиц является ФИО2. В настоящее время он является руководителем ООО «Стандарт», также являлся единоличным исполнительным органом ООО «Волна» в период совершения оспариваемых сделок. 

Судом было установлено, что руководитель должника при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами, осуществлял перечисление денежных средств в пользу заинтересованного лица – ООО «Стандарт»,  при этом признаны недействительными платежи, осуществленные за 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве и превышающие 1 % от активов должника. 

В соответствии с подпунктом 3 пункта  4 статьи  61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте  1 статьи  53.1 ГК РФ.

Посчитав, что совершение указанных действий привело к невозможности погасить задолженность перед кредиторами, конкурсный управляющий, сославшись на статьи 61.11  Закона о банкротстве, обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ООО «Стандарт» к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктом  23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпунктам 1 и  2 статьи  61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность  продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как указано в пункте  16 постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Из буквального содержания норм главы III.2 и приведенных в постановления Пленума  ВС РФ № 53 от 21.12.2017 разъяснений не следует, что при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности оценке подлежат исключительно действия указанных лиц, совершенные в рамках осуществления хозяйственной деятельности должника. 

При  таких обстоятельствах суд первой  инстанции  пришел к выводу  о том, что  в условиях наличия у контролирующего должника лица статуса единоличного исполнительного органа иного юридического лица его действия в указанном качестве, связанные с исполнением данным юридическим лицом обязательств, и способные повлиять на права и обязанности должника, его финансовое состояние, также подлежат оценке. 

Вместе с тем, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду на основании представленных в материалы дела доказательств необходимо исследовать, явились ли такие действия (бездействие) необходимой причиной банкротства должника, наступило бы без них объективное банкротство должника. 

Как следует из материалов дела, 25.06.2009 между Управлением имущественных отношений  Верхнеуфалейского городского округа (арендодатель) и ООО «Волна» (арендатор) заключен договор аренды № 4, согласно которому должнику предоставлено имущество балансовой стоимостью 11 435 069 руб. 85 коп. (т. 1, л.д. 7-8). 

На основании акта приема-передачи, соответствующее имущество 25.06.2009 было передано должнику (т. 1, л.д. 9). 

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что договор вступает в законную силу с 01.06.2009 и действует до 01.05.2010 включительно. 

Указанный договор неоднократно продлевался, согласно дополнительному соглашению от 07.07.2014 стороны пришли к соглашению пролонгировать договор аренды на срок с 02.05.2014 по 01.04.2015 включительно (т. 1, л.д. 10). 

По истечении указанного срока, договор аренды продлен не был, имущество возвращено собственнику, что лицами, участвующим в деле не оспаривается. 

В соответствии со статьей 621 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором аренды, арендатор, надлежащим образом исполнявший свои обязанности, по истечении срока договора имеет при прочих равных условиях преимущественное перед другими лицами право на заключение договора аренды на новый срок. Арендатор обязан письменно уведомить арендодателя о желании заключить такой договор в срок, указанный в договоре аренды, а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок до окончания действия договора. 

Суд установил, что  ФИО2, приступив  к  исполнению обязанностей  руководителя с 19.06.2015, не предоставил в суд документов, свидетельствующих о том, что он обращался в Администрацию г. Верхний Уфалей с предложением продлить договор, не представил какую-либо переписку по согласованию вопроса о продлении срока действия  договора. 

Более того, в материалы дела  конкурсным  управляющим предоставлены ответы Единого тарифного органа Челябинской области, из которых следует, что ООО «Волна» систематически (на 2015 и на 2016) не предоставляло в адрес МТРиЭ предложения об установлении тарифов, которые и должны содержать расчет с обоснованием  недополученных доходов и (или) экономически обоснованных расходов, не учтенных органом регулирования тарифов. 

При этом до 2015 года соответствующая работа должником велась. 

При таких обстоятельствах, суд  первой  инстанции пришел  к выводу о том, что в данном случае руководителем должника еще в 2014 году было принято решение прекратить хозяйственную деятельность и не продлевать  договор аренды. 

При этом выбытие из распоряжения должника арендованного имущества привело к невозможности осуществлять основной вид деятельности предприятия – оказание коммунальных услуг населению. 

Более того, все полученные в указанный период доходы направлялись на погашение задолженности перед ООО «Стандарт», в котором ФИО2 также являлся руководителем.

Указанные действия (бездействие)  в совокупности, по  мнению суда, явно не соответствуют принципу добросовестности и свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Податель  апелляционной  жалобы  указанные  выводы  суда  первой  инстанции  не  опроверг, доказательств  того, что  им  принимались меры  по  выходу из кризисной  ситуации, не  представлено,  значительная часть  задолженности  образовалась   с середины  2014  и на   конец 2015 года, которая  включена  в реестр  на сумму 6 270 639 руб. 31 коп. 

При  таких  обстоятельствах суд  апелляционной  инстанции не  находит оснований  для  отмены  судебного акта  о привлечении  ответчика  к субсидиарной  ответственности по  данному  основанию.

В качестве третьего основания для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на нарушение обязанности по передаче ему бухгалтерской и иной документации должника. 

В соответствии с подпунктом 2 пункта  2 статьи  61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте  24 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта  3.2 статьи  64, абзаца четвертого пункта  1 статьи  94, абзаца второго пункта  2 статьи  126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по предоставлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта  2 ст. 61.11 Закона о банкротстве) необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо, доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и  передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не  позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные пунктами 2 и 4 пункта  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В обоснование заявления в указанной части арбитражный управляющий указал, что по сведениям бухгалтерского баланса на 31.12.2014 должник имел в активе дебиторскую задолженность в размере 7 537 тыс. руб., из который 5 513 тыс. руб. составили долги населения, 1 995 тыс. руб. – задолженность ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения».

 Требование к ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» было предъявлено и включено в реестр требований кредиторов общества. 

Конкурсный  управляющий  не  отрицает, что  ему переданы   документы по  дебиторской  задолженности  населения на сумму 2 727 000 руб., за период конкурсного производства в конкурсную массу  поступила сумма 378 841 руб. 99 коп. от физических лиц. Включенная  в конкурсную массу  дебиторская  задолженность ООО «Уфалейский  завод металлоизделий» в сумме  837 368 руб. 68 коп. и ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» в сумме 1 061 910 руб. представляет собой  право   требования  к лицам,  находящимся в  процедуре  банкротства. Конкурсное  производство  в отношении  ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» завершено (определение от 11.01.2017 по  делу №А76 по  делу №А76-36420/2009), конкурсный  управляющий  обратился  в суд с  заявлением  о взыскании с бывшего  конкурсного управляющего ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения»   ФИО10 убытков.  Однако  конкурсный управляющий одновременно указывает, что документы  по  дебиторской  задолженности населения  на сумму  5 340 243 руб. 29 коп. ФИО2 не  передавал  конкурсному управляющему. После  признания  должника  банкротом  конкурсным  управляющим осуществлено изъятие  документов,  анализ которых не позволил  обратиться в суд с  требованием  о взыскании  задолженности, кроме  того, не  была  передана электронная  программа, на сновании которой рассчитывалась  задолженность.

В суд  апелляционной инстанции  ФИО2 в  опровержение  доводов   о том, что  документы   не  передавались, представил  удостоверенные   в нотариальном  порядке (подписи  лиц, давших  пояснения)  показания   ФИО12, ФИО9, ФИО13 (т.4, л.д. 46 -48).

Так,  согласно  пояснениям ФИО12, она  работала  в    ООО «Волна» в должности  экономиста  с  апреля  2014 года  по май 2015 гола и в ее обязанности входила подготовка  документов на получение  выпадающих доходов. В 2015 году ею   подготовлены  документы за 2014 год на получение  выпадающих доходов, указанные  документы переданы  в Администрацию г.Верхний Уфалей на проверку. В конце  апреля 2015 года  собранные  документы и письмо от Администрации  были сданы  в ЕТО. Позже  со слов бухгалтера  ФИО13 она  узнала о передаче  документов  конкурсному  управляющему ФИО5 После  этого  к ней  никто  по поводу  недостающих  документов не обращался.

Согласно пояснениям  ФИО9, она работала  в    ООО «Волна» в должности    бухгалтера по  начислению  платежей  населению  за коммунальные услуги  в период  с мая 2006 по   июнь 2015 года,  после признания  должника  банкротом   бывшим  директором ФИО2 ей поручено  подготовить  документы  по  задолженности  населения за коммунальные  услуги с последующей передачей   конкурсному  управляющему ФИО16 При  передаче  документов в начале июля 2015 года ею передана сводная  ведомость по  задолженности населения  за коммунальные услуги на 30.06.2015 на  бумажном  носителе и  на флэш-накопителе передана  программа  по начислению коммунальных  платежей.  После  этого  к ней  никто  по поводу  недостающих  документов не обращался.

Согласно пояснениям  ФИО13., она работала  в    ООО «Волна» в должности главного   бухгалтера   в период  с 08.09.2014 по  03.07.2015. Все  документы согласно  перечня временного управляющего,  были  подготовлены  для передачи, с приездом ФИО5 все  документы  были сложены  в коробки в количестве 5 штук и  загружены  в автомобиль ФИО5 Жалоб на отсутствие  каких-либо  документов  со стороны  ФИО5 не поступало.

В материалы дела представлена сводная ведомость  за  период с 01.06.2008 по  01.07.2015 на  20 листах на  конечное  сальдо – 5 417 494 руб. 34 коп. (т.4, л.д. 55-64).

Указанная  ведомость, согласно  представленной переписке, передана  ФИО2   третьим  лицом – муниципальным  унитарным предприятием «Ресурс-Н» (т.4 л.д.54,76).

На вопрос суда апелляционной  инстанции о  том,  перезаключались   ли  договоры  на оказание  коммунальных  услуг  с населением  с иной  управляющей компанией, в связи с возбуждением  дела  о  банкротстве,    свидетель ФИО9   ответила  отрицательно, а  также подтвердила пояснения, данные  ею  нотариусу; кроме  того,  на вопрос  суда  о  периоде  образовавшейся  задолженности  населения на сумму   5 417 494 руб. 34 коп.  даны  пояснения о том, что период образования  задолженности -   с 2008 по 2015 годы,  количество лицевых счетов  было около 500, также   документы  передавались в  оригиналах, а также  карточки  лицевых  счетов.

Конкурсный  управляющий  в суде  апелляционной  инстанции отрицал факт передачи сводной  ведомости по  задолженности населения  за коммунальные услуги на 30.06.2015,  а  также  указал, что  передана лишь часть карточек по лицевым счетам, по которым отсутствовала задолженность.

Вызванный  в качестве  свидетеля   ФИО8,  бывший  юрист  должника,  также  подтвердил  передачу   документов временному управляющему   приблизительно в   конце  июня или в  июле 2015 года. На вопрос суда  о  периоде  образования  задолженности   населения и  ее  размере пояснить  не смог  в связи с  истечением значительного количества времени, также   не  смог  указать  конкретный  перечень  переданных  документов.   

Согласно представленной  справке  Верхнеуфалейского  городского  отдела судебных приставов от 25.12.2018, за период с  30.06.2015 по настоящее время   в службу  судебных приставов поступило 16 исполнительных документов о взыскании  задолженности  за коммунальные  услуги  в пользу ООО «Волна»  на сумму 4 368 998 руб. 09 коп., из них два исполнительных производства  окончены фактическим  исполнением на сумму  87 533 руб. 04 коп., 8 исполнительных производств  на сумму 2 036 113 руб. 99 коп. окончены  по пункту 4 статьи 46 ФЗ «Об  исполнительном  производстве» (у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание), три исполнительных  производства  находятся  на исполнении  в отношении ООО «Стандарт» на сумму 1 837 988 руб. 76 коп. ФИО17 на сумму 135 284 руб. 26 коп., ФИО18 на  сумму – 152 931 руб. 57 коп. (т.4, л.д. 66)

Проанализировав   совокупность  изложенных обстоятельств, суд  апелляционной  инстанции не может  согласиться с  тем, что   бывший  руководитель  должника  уклонялся от  передачи  документов  по  дебиторской  задолженности  населения, поскольку    на протяжении всего  периода конкурсного производства  конкурсный    управляющий   не обращался  ни к  ФИО2 ни к суду в  порядке  истребования  у ФИО2  документов по  дебиторской  задолженности,  а также  программы  начисления  коммунальных услуг.

Кроме  того, конкурсный управляющий составил  инвентаризационную опись  по  дебиторской  задолженности, в которой  не указано на отсутствие  документов, ее подтверждающих.

То есть  поведение  конкурсного управляющего   позволяет  сделать вывод  о том, что   состав переданных  ему  документов был  достаточен  для формирования  конкурсной  массы, кроме  того,  данное  основание  для привлечения к субсидиарной  ответственности  заявлено лишь  в предпоследнем судебном  заседании в  суде  первой  инстанции.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной  ответственности  по  подпункту 2 пункта  2 статьи  61.11 Закона о банкротстве,

Вместе  с тем, избранная ФИО2   модель  ведения бизнеса, согласно  которой должник нёс   значительные затраты на  основную   деятельность   (закупка  дров, транспортные  услуги) через  аффилированное  лицо – ООО «Стандарт» (за период с  15.08.2012 по 30.06.2015  платежи составили  8 198 204 руб.58 коп., указанное  лицо  в первоочередном  порядке  получило удовлетворение  своих требований, что  установлено  постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда  от 16.05.2017 по настоящему  делу, т.1, л.д.17-20),   привела  к   образованию    значительной  задолженности  перед  другими поставщиками: ИП ФИО3 (поставка дров) на сумму  3 133 346 руб. 50 коп.   основного  долга за  период с  октября   2014 года по апрель  2015 года, ОАО «Челябэнергосбыт»  на сумму  2 193 298 руб. 05 коп.   за период с 01.10.2013 по  31.05.2015, а  в итоге  -   к банкротству предприятия.

Как  следует  из условий  договоров  на предоставление  субсидий,  должник в лице своего руководителя закладывал  расходы  на  услуги:

-  ОАО «Челябэнергосбыт»   в 2013 году в размере   1 603 000 руб. (т.2, л.д.70-71), в 2014 году – 2 280 150 руб. (т.2, л.д.80-81) и на сумму 2  137 150 руб. (т.2, л.д.84-85);

-  на услуги  ИП ФИО3 в 2013 году на  сумму – 1 406 140 руб. (т.2, л.д.72-73,78-79), 

- на  оплату дров  в 2013 году – 700 000 руб. (т.2, л.д.68-69, 74-77), в 2014 году – 1 800 000 руб. (т.2, л.д. 86-87),  в 2015 году  соответствующие  договоры субсидирования  не  были заключены.

Совокупностью  изложенных обстоятельств  подтверждается, что  понесенные расходы  на  погашение   задолженности перед ООО «Стандарт»  (на общую  сумму 8 198 204 руб. 58 коп.)  являлись,  по сути, убытком для  ООО «Волна».

Вместо  совершения   действий  по оформлению соответствующих договоров субсидирования, принятия  иных мер,  направленных на минимизацию расходов,   должник в лице  руководителя  ФИО2  предпринял меры по прекращению  хозяйственной  деятельности. 

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий доказал возникновение совокупности условий, предусмотренных пунктом 1 статьи  61.11 Закона о банкротстве, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в связи с чем, заявление в отношении ФИО2 подлежит удовлетворению.

В соответствии с пунктом  11 статьи  61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Как следует из представленных в материалы дела документов, в реестре требований кредиторов ООО «Волна» установлены требования в общем размере 6 270 639 руб. 31 коп., в том числе требования кредиторов второй очереди в размере 426 586 руб. 73 коп., требования  кредиторов третьей очереди в размере 5 392 082 руб. 90 коп. основного долга, 451 969 руб.  8 коп. финансовых санкций. Доказательств погашения требований кредиторов в материалы дела не представлено.

Поскольку размер субсидиарной ответственности подлежит определению исходя из размера непогашенных требований кредиторов как реестровых, так и текущих,  а на момент рассмотрения спора все мероприятия по формированию конкурсной массы произведены не были, а также имеется возможность поступления денежных средств в конкурсную массу, суд  вправе  приостановить производство по заявлению в данной части до окончания расчетов с кредиторами (пункт 7 статьи  61.16 Закона о банкротстве).

Конкурсный  управляющий  в суде апелляционной  инстанции  пояснил, что все  мероприятия  по формированию конкурсной массы  завершены, все дебиторы    являются  несостоятельными  должниками.

Поступившие  от   дебиторов суммы  направлены  на погашение  текущей  задолженности.

В  суде апелляционной  инстанции   бывший   конкурсный управляющий ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» ФИО10, опрошенный  в качестве  свидетеля, пояснил, что в  ходе  проведения  торгов в рамках дела  о  банкротстве ООО «Уфалейский  завод  металлургического машиностроения» не  было реализовано  имущество  в виде  акций  созданного акционерного общества Уфалейский  завод «БИК»,  в адрес  ООО «Волна» направлено  уведомление  о принятии в собственность имущества, нереализованного   в ходе  конкурсного производства.

Конкурсный  управляющий  в суде  апелляционной  инстанции возражал  против   факта  направления  данного  уведомления в его адрес,  указав, что  в рамках дела  о  банкротстве ФИО10  подано  заявление  о взыскании убытков, вызванных неправомерными  действиями ФИО10

Судом  апелляционной  инстанции установлено, что на  рассмотрении   суда  в рамках дела о признании банкротом должника ФИО10 ИНН 

<

***> (дело №А76-4436/2017) находится  требование  ООО «Волна» в размере 1 708 763 руб. 79 коп., судебное  заседание  отложено на 15.03.2019.

Поскольку  факт  наличия  убытков является предметом  спора,  оснований  для оценки  показаний  свидетеля  суд  не усматривает.

На  момент  рассмотрения  спора   сведений  о  достаточности  имущества  должника  для  удовлетворения  требований   кредиторов на сумму  6 270 639 руб. 31 коп., определенную судом  согласно реестру  требований  кредиторов  должника,  в материалах дела  не имеется.

В  этой  связи суд не  усматривает  оснований   для  приостановления   производства по  делу   до расчетов с  кредиторами.

Вместе с  тем, в случае  проведения  расчетов с кредиторами,  ФИО2  не  лишен возможности  обратиться  в суд  с заявлением  о пересмотре  обжалуемого судебного акта  по вновь открывшимся обстоятельствам.

С учетом  изложенного, оснований  для  отмены  судебного акта  и удовлетворения  апелляционной  жалобы  не имеется.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по настоящей апелляционной жалобе уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2018 по делу № А76-12611/2015 оставить  без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение  одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 Председательствующий судья                   М.Н. Хоронеко

  Судьи:         Л.В. Забутырина

                                                                                         Ф.И. Тихоновский