﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1300/20 

Екатеринбург

03 августа 2020 г.

 

Дело № А71-1230/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 августа 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Рогожиной О.В.,

судей Плетневой В.В., Новиковой О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Абушкевичем К.В. рассмотрелв судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связипри содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Финком»(далее – общество «Финком») на определение Арбитражного судаУдмуртской Республики от 27.09.2019 по делу № А71-1230/2018и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 31.12.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенныео времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично,путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание непосредственно в суд округа не явились, явку своих представителейне обеспечили.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Удмуртской Республики приняли участие представители:

общества «Финком» – Шаляпин А.А. (доверенность от 09.01.2020);

общества с ограниченной ответственностью «АТОМ-Строй»(далее – общество «АТОМ-Строй») – Попова Н.О. (доверенность от 10.01.2020);

общества с ограниченной ответственностью «Эксперт Строй»(далее – общество «Эксперт Строй», Кредитор) – Вопшина Н.С. (доверенность от 11.03.2017);

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралстроймонтаж» (далее – общество «Уралстроймонтаж», Должник) Брылова Андрея Юрьевича – Родигина А.С. (доверенность от 09.10.2019).

 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.09.2018 в отношении общества «Уралстроймонтаж» введена процедура банкротства наблюдение, его временным управляющим утвержден Брылов А.Ю., официальное сообщение о чем опубликовано в издании «Коммерсантъ»за 15.09.2018 № 168.

В связи с этим общество «Эксперт Строй» обратилось 15.10.2018в Арбитражный суд Удмуртской Республики с требованием о включении задолженности в размере 29 099 174 руб. 40 коп. в состав реестра требований кредиторов Должника (с учетом уточнений, принятых судом на основаниии в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республикиот 27.09.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.12.2019, требование Кредиторав заявленном им размере признано обоснованным, в связи с чем включенов третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

В кассационной жалобе общество «Финком» просит указанные судебные акты отменить, направив обособленный спор на новое рассмотрение Арбитражного суда Удмуртской Республики. Заявитель жалобы прежде всего указывает на то, что с учетом характера положенных в основу предъявленного требования взаимоотношений между обществом с ограниченной ответственностью «Уралтехинжиниринг» (далее – общество «Уралтехинжиниринг») и Должником (договоры субподряда), судам надлежало установить конечное сальдо по всем правоотношениям между ними, чего с их стороны сделано не было, при этом, исходя из конкретных обстоятельств исполнения указанными лицами своих встречных обязательств (Должником исполнено в пользу общества «Уралтехинжиниринг» на общую сумму 94 240 724 руб. 35 коп. (с учетом стоимости материалов), последним выполнено работ на сумму 29 099 174 руб. 40 коп.), таковое складывается в пользу Должника в сумме 65 141 549 руб. 95 коп., что говорит о недопустимости включения общества «Эксперт Строй» в реестр требований кредиторов ввиду полного отсутствия долга. Далее Кассатор ссылается на аффилированность Должника и общества «Уралтехинжиниринг» через Пушина Владимира Александровича, что возлагает на них повышенное бремя доказывания реальности спорных правоотношений. На взгляд Кассатора, между Должником и обществом «Уралтехинжиниринг» сложилась схема взаимоотношений, позволяющая создать подконтрольную искусственную задолженность на случай банкротства одного из них, заключающаяся в совершении между ними двух групп договоров, первая из которых предполагает перечисление Должником в пользу общества «Уралтехинжиниринг» денежных средств (в данном случае 92 387 360 руб.) за выполнение работ, которые последним не выполняются, ввиду чего у Должника образуется подконтрольная фиктивная задолженность в виде неотработанных авансовых платежей, а вторая – выполнение обществом «Уралтехинжиниринг» работ для Должника (в рассматриваемом случае на сумму требования – 29 099 174 руб. 40 коп.), которые последним не оплачиваются, результатом чего является наличие на стороне Должника искусственной подконтрольной задолженности перед заинтересованным лицом; результатом данных действий является ситуация, при которой в условиях фактической оплаты Должником выполненных обществом «Уралтехинжиниринг» работ у последнего де-юре имеется право требования к Должнику; указанное обстоятельство, по мнению общества «Финком», подтверждается поведением Должника и обществ «Уралтехинжиниринг» и «Эксперт Строй», выражающимся в выполнении обществом «Уралтехинжиниринг» работ для Должника при наличии просроченной со стороны последнего задолженности по их оплате, а также непринятием обществом «Эксперт Строй» после приобретения прав требования спорного долга к Должнику каких-либо мер к его принудительному взысканию вплоть до момента возбуждения в отношении последнего дела о банкротстве и открытия реестра требований кредиторов. Кроме того, факт полной оплаты Должником выполненных обществом «Уралтехинжиниринг» работ, как указывает Кассатор, явствует из постановления от 28.10.2019 о прекращении уголовного дела.

Общество «АТОМ-Строй» в представленном отзыве просит кассационную жалобу удовлетворить, обжалуемые судебные акты отменить, отказав Кредитору во включении в реестр требований кредиторов Должника. Данное лицо, поддерживая в полном объеме доводы кассационной жалобы, дополнительно указывает на то, что поведение Должника и общества «Уралтехинжиниринг» не являлось экономически разумным и целесообразным, не имело бы место в случае, если бы последний не являлся аффилированным лицом Должника, является компенсационным финансированием Должника, ссылается на то, что спорное требование, будучи предъявленным обществом «Уралтехинжиниринг», подлежало бы субординации в порядке пункта 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), при этом к рассматриваемому случаю – осуществлению вышеназванным аффилированным лицом уступки права требования в пользу общества «Эксперт Строй» подлежит применению правовая позиция, изложенная в пункте 7 Обзора от 29.01.2020, согласно которой такие действия, преследующие цель необоснованного повышения очередности удовлетворения требований эту очередность не изменяют, а также находит, что общества «Эксперт Строй» и «Уралтехинжиниринг» состояли в отношениях фактической аффилированности, а совершенный между ними договор цессии является мнимой сделкой (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку стороны не имели намерения его реально исполнять, о чем свидетельствует формальное подписание акта приема-передачи ничем не обеспеченного векселя с нереальным сроком исполнения, оригинал либо копия которого в материалы спора в принципе не представлены, в период фактического прекращения деятельности общества «Уралтехинжиниринг».

В свою очередь общество «Эксперт Строй» в своем отзыве находит обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, кассационную жалобу – направленной на ревизию выводов судов, сделанных по результатам надлежащего исследования и оценки материалов дела, ввиду чего просит в ее удовлетворении отказать.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами, в период с 12.03.2014 по 24.08.2015 между Должником как Заказчиком и обществом «Уралтехинжиниринг» как Подрядчиком совершен ряд договоров подряда на общую сумму свыше 25 млн. руб., в подтверждение факта выполнения последним работ по которым и принятия их результата Должником представлены подписанные ими без замечаний справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 и акты о приемке выполненных работ по форме КС-2.

Общество «Уралтехинжиниринг» в указанных правоотношениях выступало в качестве субподрядчика, выполненные и переданные им работы Должник в свою очередь передавал первоначальным заказчикам, в том числе обществам с ограниченной ответственностью «ЭлВентСтрой», «Объединенная Автомобильная Группа», «Центр энергоэффективности ИНТЕР РАО ЕЭС», открытым акционерным обществам «Концерн «Калашников», «Удмуртский хладокомбинат».

По сведениям из Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 10 по Удмуртской Республике об обществе «Уралтехинжиниринг» как налоговом агенте в его штате в 2014 году числилось 29 работников, в 2015 году – 25 работников; общество «Уралтехинжиниринг» надлежащим образом отражало в документах бухгалтерской отчетности операции с налогом на добавленную стоимость, выполнение подрядных работ в пользу Должника.

В последующем – 15.01.2016 между обществом «Уралтехинжиниринг» (Цедент) и обществом «Эксперт Строй» (Цессионарий) совершен договор уступки прав требования (цессии), согласно условиями которого Цедент уступил, а Цессионарий – принял в полном объеме права требования к Должнику, возникшие перед Цедентом из обязательств, подтвержденных в соответствии со сводом уступаемых требований (Приложение № 1), включающие в себя суммы основной задолженности, неустоек, процентов за пользование чужими денежными средствами в общем размере 29 099 174 руб. 40 коп.

Согласно Приложению № 1 к указанному договору цессии Кредитор приобрел права требования с Должника задолженности, проистекающей из упомянутых выше, а также еще двух договоров подряда от 27.08.2015.

Цена передаваемого права требования составляет 10 000 000 руб. Право требования переходит к Цессионарию после подписания договора (пункт 1.2 данного договора).

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения Кредитора в рамках настоящего дела о банкротстве Должника в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о включении перешедшей к нему на основании договора уступки задолженности из договоров подряда в указанном выше размере в состав реестра требований кредиторов Должника.

Кредиторы – общество «Финком» и «АТОМ-Строй» выдвинули по существу аналогичные приведенным выше на стадии кассационного пересмотра доводам возражения против заявленных Кредитором требований: указали на аффилированность Должника и общества «Уралтехинжиниринг», мнимость спорных правоотношений, выражающуюся в экономической необоснованности поведения Должника, общества «Уралтехинжиниринг» и Кредитора в хозяйственном обороте, а также недоказанности последним факта реальности выполнения его правопредшественником для Должника соответствующих подрядных работ и действительности совершенной сделки по уступке права требования в условиях фактического прекращения Цедентом своей хозяйственной деятельности (смена места регистрации, изменения руководителя на «массового»), осуществление со стороны Должника в пользу общества «Уралтехинжиниринг» исполнения в существенно превышающем размер предъявленного к включению в реестр долга, что свидетельствует о фактическом отсутствии такового.

Кредитор и управляющий Должника Брылов А.Ю. в своих контрвозражениях указали на то, что платежи Должника на сумму свыше 92 млн. руб. произведены в рамках иных договоров между ним и обществом «Уралтехинжиниринг»; настаивали на реальности спорных подрядных правоотношений, исключили утверждение об аффилированности вовлеченных в них лиц.

Признавая заявленное обществом «Эксперт Строй» требование на сумму 29 099 174 руб. 40 коп. обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций исходили из реальности имевшихся между Должником и обществом «Уралтехинжиниринг» подрядных взаимоотношений, вывод о чем ими сделан исходя из представленных в материалы спора договоров, актов КС-2 и справок КС-3, документов бухгалтерской отчетности, сведений о наличии в штате общества «Уралтехинжиниринг» работников, а также выписок по счетам Должника, демонстрирующих наличие между названными лицами длительных хозяйственных взаимоотношений, действительности произведенной между обществом «Уралтехинжиниринг» и Кредитором уступки прав требования в указанной выше сумме, а также отсутствия доказательств погашения Должником спорной задолженности, в связи с чем включили таковую в состав третьей очереди реестра требований кредиторов Должника.

Возражение обществ «Финком» и «АТОМ-Строй» со ссылкой на аффилированность вышеуказанных лиц суды отвергли по мотивам недоказанности наличия заинтересованности между Кредитором и Должником и того, что сама по себе аффилированность между Должником и обществом «Уралтехинжиниринг» через Пушина В.А. не является безусловным основанием для отказа во включении предъявленного не связанным с Должником лицом требования в реестр требований его кредиторов.

Ссылки на экономическую нецелесообразность поведения сперва общества «Уралтехинжиниринг», продолжавшего выполнять для Должника работы по новым договорам в отсутствие оплаты по предшествующим сделкам, затем – Кредитора, не принимавшего до момента возбуждения настоящего дела о банкротстве мер к принудительному взысканию с Должника долга, направленность указанных действий на формирование подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности Должника для целей ущемления имущественных интересов незаинтересованных кредиторов отклонены судами на том основании, что наличие между первоначальными контрагентами длительных взаимоотношений по иным договорам, по которым производились платежи в размере, значительно превышающем долг по спорным сделкам, говорит об экономической целесообразности для общества «Уралтехинжиниринг» в продолжении деловых отношений с Должником, а также с указанием на то, что само по себе непредъявление Кредитором требований к Должнику не является свидетельством мнимости состоявшейся уступки и не порочит положенные в ее основания хозяйственные взаимоотношения.

Судами также отклонен довод возражающих лиц о том, что Должник перечислил в пользу Кредитора более 92 млн. руб., что свидетельствует об отсутствии у него в настоящее время спорного долга перед последним, в обоснование чего указано на то, что спорная оплата произведена по иным сделкам, которые в предмет настоящего судебного разбирательства не входят.

Между тем, нижестоящими судами инстанций не принято во внимание следующее.

По смыслу положений Закона о банкротстве, регламентирующих вопросы установления и включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника, в обязанность рассматривающего дело о банкротстве суда входит, во-первых, проверка того, имеется ли у должника-банкрота реальное обязательство перед кредитором, подлежащее удовлетворению в порядке, установленном названным Законом, и, во-вторых, определение очередности удовлетворения указанного требования.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, периодических и тематических обзорах судебной практики, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)), что связано, в первую очередь, с тем, что нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о недостаточности его имущественной массы для погашения долга перед всеми кредиторами, которые, разумно рассчитывая на погашение имеющейся перед ними задолженности, объективно заинтересованы в том, чтобы в реестр включались только реально существующие требования, наличие и размер которых не вызывает сомнений. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Поскольку в конкурентной борьбе за распределение конкурсной массы неплатежеспособного должника наряду с независимыми кредиторами могут участвовать и заинтересованные (аффилированные) по отношению к должнику лица, требования которых к должнику в силу закрытого от внешних участников оборота характера их взаимодействий, несмотря на их внешне безупречное документальное оформление, тем не менее могут носить исключительно формальный (фиктивный) характер, в целях уравнивания конкурирующих кредиторов в правах (на установление спорной задолженности в реестре, с одной стороны, и заявление относительно этого возражений,– с другой) Верховным Судом Российской Федерации выработан правовой подход о том, что в случае представления возражающей стороной доказательств либо приведения убедительных доводов относительно наличия между должником и участником процесса формально юридической (статья 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) или фактической аффилированности (характеризующейся таким поведением лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключением между собой сделок и последующим их исполнением на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка), к доказыванию последним действительности своих отношений с несостоятельным должником подлежит применению еще более строгий стандарт доказывания, требующий от него предоставления таких пояснений и обосновывающих их доказательств, которые полностью исключают любые разумные сомнения возражающих лиц и суда в реальности спорного долга. 

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Поскольку конкурсный кредитор либо арбитражный управляющий, не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания необоснованности вытекающего из них требования, предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов; в случае наличия возражений конкурирующего кредитора либо арбитражного управляющего со ссылкой на мнимость соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика; при этом предполагается, что аффилированные между собой должник и кредитор в силу тесного характера их внутренних взаимоотношений объективно обладают исчерпывающим объемом информации и доказательств в рамках спорного правоотношения, вследствие чего для них не должно составить труда подтвердить действительность имеющихся между ними отношений не только прямыми, но и косвенными доказательствами, развеяв всякие сомнения возражающих лиц и суда в реальности заявленного к установлению в реестр долга.

Для уравнивания конкурирующих кредиторов и арбитражного управляющего, с одной стороны, и аффилированных по отношению к должнику лиц,– с другой, в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела; процессуальная активность конкурирующих кредиторов/арбитражного управляющего при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) позволяет эффективно пресекать злоупотребления и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Как видно из обжалуемых судебных актов, судами констатировано наличие между Должником и обществом «Уралтехинжиниринг» признаков аффилированности через Пушина В.А. (заместитель директора первого и учредитель и руководитель второго), при этом данное обстоятельство признано ими не опровергающим реальность имевшихся между ними подрядных взаимоотношений и не являющимся достаточным для отказа во включении требований Кредитора, доказательств формально-юридической аффилированности которого с Должником, в свою очередь, не представлено, в реестр требований кредиторов Должника.

Суд округа соглашается с тем, что сам по себе факт аффилированности сторон гражданско-правового обязательства, не связанного с корпоративными отношениями, по общему правилу не является препятствием для включения вытекающего из него действительного, обоснованного долга в реестр требований кредиторов.

Однако указанные выше выводы, на взгляд суда округа, сделаны судами без проведения должной проверки доводов возражающих кредиторов об исполнении как подрядных сделок, так и договора уступки на условиях, недоступных для обычных, не являющихся аффилированными друг с другом, участников хозяйственного оборота, установления всей совокупности фактических обстоятельств дела, опосредующих названные правоотношения, и их последующего надлежащего анализа.

Так, суды формально отклонили ссылку общества «АТОМ-Строй» на подконтрольность Должника и общества «Уралтехинжиниринг» Воронцову Андрею Владимировичу, сославшись на отсутствие тому каких-либо прямых (вероятно, исходящих непосредственно от бенефициара) доказательств. 

Вместе с тем судами не учтено, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица; наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника; его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Оставлены без оценки судами и доводы общества «АТОМ-Строй» о том, что договор уступки исполнен уже после фактического прекращения обществом «Уралтехинжиниринг» собственной хозяйственной деятельности, изменения места регистрации в ином субъекте и смены директора на лицо, отвечающее признакам массового руководителя, а в счет оплаты представлен собственный вексель общества «Уралтехинжиниринг» со сроком погашения в 2019 году; указание возражающих кредиторов на отсутствие экономической разумности в поведении общества «Уралтехинжиниринг», продолжавшего наращивание на стороне Должника кредиторской задолженности в ситуации неисполнения последним ранее принятых на себя обязательств, и Кредитора, длительное время не предпринимавшего мер к взысканию с Должника спорной задолженности, отвергнуто судами исключительно по формальным соображениям, заявленным без какого-либо документального обоснования их процессуальными оппонентами.

Таким образом, применительно к вопросу о наличии/отсутствии между Должником, обществом «Уралтехинжиниринг» и Кредитором отношений фактической аффилированности, судам надлежало, исходя из обозначенных возражающими лицами доводов, исследовать совокупное поведение указанных лиц в процессе совершения и исполнения договоров подряда и цессии, включая то, насколько их действия являлись скоординированными и имелись ли на то (в случае положительного ответа на поставленный вопрос) объективные экономические предпосылки, а также то, являлась ли обозначенная выше схема их взаимоотношений возможной в ситуации отсутствия между ними признаков аффилированности, их подчиненности единому бенефициару, способному определять их поведение в хозяйственной сфере, возложив на Должника и Кредитора (ввиду невозможности осуществления данного процессуального действия в отношении общества «Уралтехинжиниринг», прекратившего в 2017 году свою деятельность) бремя документального и исчерпывающего опровержения указанных обстоятельств, чего с их стороны на текущей стадии разрешения спора предпринято не было.

Касаемо действительности отношений по договору уступки, судам следовало, в частности, проанализировать мотивы (прежде всего экономические причины отчуждения обществом «Уралтехинжиниринг» прав требования к Должнику, при том, что из пояснений управляющего Брылова А.Ю. следует, что первое, напротив, рассчитывало на дальнейшее продолжение хозяйственных взаимоотношений с Должником) и обстоятельства его совершения (каким образом, исходя из каких критериев осуществлен подбор контрагента, исходя из каких экономических факторов формировалась стоимость отчуждаемых прав требования) и последующего ее исполнения в условиях кардинального изменения Цедентом места дислокации и руководства, установить причины и разумные мотивы избрания в качестве средства платежа собственного векселя общества «Эксперт Строй» сроком оплаты до 2019 года (то есть фактически Кредитору предоставлена отсрочка оплаты приобретаемых прав требования сроком на три года), оценить действительную ценность спорного векселя и проверить, предъявлялся ли он к оплате и имела ли таковая место, а при отрицательном ответе на данный вопрос – причины бездействия векселедержателя.

Далее, проверяя реальность собственно основного требования по оплате выполненных обществом «Уралтехинжиниринг» работ, суды нижестоящих инстанций не приняли во внимание, что отношения между последним и Должником являлись субподрядными в рамках подрядных отношений Должника с первоначальными заказчиками (в частности, обществами «ЭлВентСтрой», «Объединенная Автомобильная Группа», «Центр энергоэффективности ИНТЕР РАО ЕЭС», «Концерн «Калашников», «Удмуртский хладокомбинат»), при этом производными из последних (Должник перепоручал выполнение тех или иных работ обществу «Уралтехинжиниринг»), при этом взаимоотношения последнего и Должника, что никем из участвующих в споре лиц не оспаривается, приведенными в договоре уступки от 15.01.2016 подрядными сделками не ограничивались, о чем свидетельствует установленный судами факт осуществления Должником оплат в пользу общества «Уралтехинжиниринг» в общем размере свыше 92 млн. руб.

Между тем, делая вывод о наличии на стороне Должника долга перед Кредитором в сумме 29 млн. руб., суды фактически уклонились от детальной проверки возражений обществ «Финком» и «АТОМ-Строй» о том, что совершение вышеобозначенных оплат свидетельствовало об отсутствии ныне предъявленного к включению в реестр долга.

В данной части, с учетом выводов о наличии аффилированности между Должником и обществом «Уралтехинжиниринг», позволяющей им выстраивать собственные взаимоотношения по отличной от усматриваемой из опосредующих таковые документов модели и принципам, судам надлежало выяснить, какие правоотношения лежали в основе платежей на сумму 92 млн. руб. и их правовую судьбу, затем, установив всю совокупность отношений Должника с заказчиками работ, в рамках которых общество «Уралтехинжиниринг» привлекалось в качестве субподрядчика, соотнести предметы всех договоров подряда и субподряда в целях установления того, имело ли место совершение субподрядных сделок, по которым у Должника числится долг, и по которым, напротив, он имеет к обществу «Уралтехинжиниринг» обоснованное требование о возмещении перечисленных средств, в рамках единых обязательственных правоотношений, после чего установить и соотнести объем исполнения заказчиков в пользу Должника, объем совершенных последним в пользу общества «Уралтехинжиниринг» оплат по первой группе сделок и встречного исполнения в виде выполненных работ, не оплаченных Должником,– по второй группе, по результатам чего определить, имеет ли в действительности место на стороне Кредитора неисполненное Должником требование и его размер.

Все изложенные выше обстоятельства являются значимыми и имеют принципиальное значение для правильного разрешения настоящего обособленного спора в части установления наличия и размера долга, в связи с чем без их установления и оценки вывод судов о наличии оснований для включения всей заявленной Кредитором суммы в состав реестра требований кредиторов Должника является преждевременным и в недостаточной степени обоснованным.

После установления и исследования совокупности указанных выше обстоятельств, касающихся аффилированности вовлеченных в спорные правоотношения лиц (всех троих или же лишь Должника и общества «Уралтехинжиниринг»), и на случай удовлетворительного разрешения вопроса о том, имеется ли у Кредитора подлежащее удовлетворению в рамках настоящего дела о банкротстве в принципе требование, судам следовало рассмотреть фактические обстоятельства, позволяющие ответить на вопрос о том, в какой очередности спорное требование должно погашаться: наравне с требованиями независимых кредиторов или подлежит субординации.

В этой части необходимо обратить внимание на правовые подходы, изложенные в Обзоре от 29.01.2020, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пунктах 3, 3.3 названного Обзора приведены правовые подходы, согласно которым требование контролирующего должника лица (а равно и аффилированного лица, контролируемого одним и тем же бенефициаром) подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому представляет собою компенсационное финансирование, то есть финансирование, предоставленное должнику в ситуации имущественного кризиса (наличия обстоятельств, обязывающих его контролирующее лицо действовать по модели, приведенной в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве – обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом) и направленное на его возвращение к нормальной предпринимательской деятельности, которое, в числе прочего, может быть оформлено договором подряда и выражаться в предоставлении должнику отсрочки по оплате выполненных работ.

Указанные лица, избрав модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимают на себя все связанные с этим риски, в том числе и риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства, которые не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем предъявленное в деле о банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям последним и подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в случае признания заявленного Кредитором требования обоснованным, оно может быть включено в третью очередь реестра требований кредиторов Должника лишь в том случае, если предоставленная ему компенсация в виде отсрочки оплаты выполненных работ не связана с нахождением Должника ситуации имущественного кризиса и сокрытием от внешних лиц фактической невозможности надлежащего осуществления Должником дальнейшей хозяйственной деятельности.

В обратном случае требование, направленное на возмещение ранее предоставленного Должнику в условиях кризиса компенсационного финансирование, не может противопоставляться требованиям независимых кредиторов и подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

При таком положении дел сам по себе факт предъявления требования иным, даже не аффилированным с Должником, лицом какого-либо правового значения играть не будет, поскольку действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования (в частности, уступка требования, которое в случае его предъявления первоначальным кредитором подлежало бы субординации, в пользу внешне независимого кредитора), эту очередность не изменяют (пункт 7 Обзора от 29.01.2020).

Принимая во внимание, что вывод судов нижестоящих инстанций о наличии оснований для  включения заявленных Кредитором требований сделан ими без учёта вышеприведённых требований действующего законодательства и правовых позиций, регламентирующих порядок проверки обоснованности требований кредиторов к должнику в рамках дела о банкротстве, в отсутствие установления и оценки всех значимых для постановки подобных выводов фактических обстоятельств дела и фактически безотносительно приведенным обществами «Финком» и «АТОМ-Строй» возражениям, обоснованным ими ссылками на конкретные фактические обстоятельства и доказательства, названный вывод не может быть признан обоснованным, а обжалуемые судебные акты – законными.

Судебное решение является обоснованным лишь тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемые судебные акты указанным критериям не отвечают, что привело к тому, что требование общества «Эксперт Строй» в нарушение прав и законных интересов конкурирующих с ним кредиторов находится в реестре требований кредиторов Должника без надлежащей проверки его обоснованности, при том, что общество «Эксперт Строй» обладает статусом мажоритарного кредитора.

Поскольку в противоречие положениям статей 8, 9, 64, 65, 70, 71, 133, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражными судами первой и апелляционной инстанций не в полной мере исследованы и установлены имеющие значение для правильного разрешения настоящего обособленного спора по существу фактические обстоятельства, в связи с чем обжалуемые судебные акты приняты ими при существенном нарушении норм процессуального права (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), повлиявшем на исход судебного разбирательства и без устранения которых невозможны защита прав и законных интересов обществ «Финком» и «АТОМ-Строй» в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.09.2019 по делу № А71-1230/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.12.2019 по тому же делу подлежат отмене, обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду надлежит принять во внимание отмеченные в мотивировочной части настоящего постановления замечания и устранить выявленные недостатки, в том числе правильно определить предмет судебного исследования и круг подлежащих установлению и проверке фактических обстоятельств, надлежащим образом исследовать и оценить весь комплекс имеющихся в деле доказательств в их взаимосвязи и совокупности, полно и всесторонне оценить приведенные участвующими в споре лицами в обоснование своих требований и возражений доводы и пояснения, с учетом правильного распределения между ними бремени их доказывания, указав конкретные мотивы и аргументы в пользу их принятия либо отклонения, надлежащим образом и в полном объеме установить все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора, и принять законное, обоснованное и мотивированное решение в соответствии требованиями действующего материального и процессуального законодательства.

Руководствуясь статьями с 286 по 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.09.2019по делу № А71-1230/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.12.2019 по тому же делу отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                               О.В. Рогожина 

 

Судьи                                                                                            В.В. Плетнева 

 

                                                                                                      О.Н. Новикова