Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Москва

Дело № А40-49975/21

26-315

17 июля 2023 года

резолютивная часть решения объявлена 04 июля 2023 года

полный текст решения изготовлен 17 июля 2023 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи Нечипоренко Н.В. (единолично),

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бобровым Н.М.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ - РОССЕТИ"

(121353, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ МОЖАЙСКИЙ, БЕЛОВЕЖСКАЯ УЛ., Д. 4, ОГРН: 1024701893336, Дата присвоения ОГРН: 20.08.2002, ИНН: 47160169)

к АКЦИОНЕРНОМУ КОММЕРЧЕСКОМУ БАНКУ "ПРОМЫШЛЕННОИНВЕСТИЦИОННЫЙ БАНК" (ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО)

(101000, ГОРОД МОСКВА, УЛИЦА МАРОСЕЙКА, 9/2, 1, ОГРН: 1037739297881, Дата присвоения ОГРН: 29.01.2003, ИНН: 7734052372)

Третье лицо: 1) ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПЕТРОКОМ"

(121170, МОСКВА ГОРОД, КУТУЗОВСКИЙ ПРОСПЕКТ, ДОМ 36, СТРОЕНИЕ 7, ЭТ/П/К/ОФ 1/I/4/4, ОГРН: 1037811010401, Дата присвоения ОГРН: 24.01.2003, ИНН: 7805004441)

2) ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СКАНДИ"

(190020, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ГОРОД, ЦИОЛКОВСКОГО УЛИЦА, 9, 2, ЛИТ А, ОГРН: 1067847076494, Дата присвоения ОГРН: 17.01.2006, ИНН: 7839327345)

о взыскании задолженности по банковской гарантии № 31/18 от 02.11.2018 г. в размере 104 740 826,60 руб. и обязании включить требование в ликвидационный баланс

при участии:

от истца: Запатрин Р.С., паспорт, доверенность от 11.01.2023 г., диплом

от ответчика: Сухарева Е.В., доверенность от 28.12.2022 г., удостоверение адвоката

от 1-го третьего лица: Еньшина Н.Г. паспорт, диплом, доверенность от 01.03.2023

от 2-го третьего лица: не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ - РОССЕТИ" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АКЦИОНЕРНОМУ КОММЕРЧЕСКОМУ БАНКУ "ПРОМЫШЛЕННОИНВЕСТИЦИОННЫЙ БАНК" (ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО) о взыскании задолженности по банковской гарантии № 31/18 от 02.11.2018 г. в размере 104 740 826,60 руб. и обязании включить требование в ликвидационный баланс.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора были привлечены ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПЕТРОКОМ" и ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СКАНДИ".

Третье лицо ООО "СКАНДИ", извещенное надлежащим образом в порядке статьи 123 АПК РФ, в судебное заседание не явилось.

Судебное заседание проведено в отсутствие представителя ООО "СКАНДИ" в порядке статьи 156 АПК РФ.

Протокольным определением от 04.07.2023 г. судом отказано в удовлетворении ходатайства истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Истец исковые требования поддержал.

Ответчик в иске просил отказать по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, представленные доказательства, суд полагает, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме, исходя из следующего.

Как указывает истец в обоснование иска, Акционерным коммерческим банком «Промышленно-инвестиционный банк» (публичное акционерное общество) (далее – Ответчик, Гарант) была выдана банковская гарантия от 2 ноября 2018 г. № 31/18 на сумму 104 740 826 (Сто четыре миллиона семьсот сорок тысяч восемьсот двадцать шесть) руб. 60 коп. со сроком действия по 28 ноября 2021 г. в обеспечение надлежащего исполнения Принципалом обязательств по договору общества с ограниченной ответственностью «Петроком» (далее – Принципал, ООО «Петроком») перед публичным акционерным обществом «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» (далее – Бенефициар, Истец) по договору от 03.08.2017 г. № 478106  на выполнение незавершенного объема работ по строительству ВЛ 330 кВ Псков-Лужская на участке по территории Псковской области (РД, ЗПО, СМР, ПНР, поставка МТРиО) по титулу «ВЛ 330 кВ Псков - Лужская» для нужд филиала ПАО «ФСК ЕЭС» - МЭС Северо-Запада (далее - Договор).

Согласно условиям Банковской гарантии, Гарант принял на себя безусловное и безотзывное обязательство уплатить Бенефициару, по его первому письменному требованию, денежную сумму в размере 104 740 826 (Сто четыре миллиона семьсот сорок тысяч восемьсот двадцать шесть) руб. 60 коп. в случае, если Принципал не исполнил (ненадлежащим образом исполнил) свои обязательства в гарантийный срок, предусмотренный Договором, в том числе в случае неисполнения Принципалом обязательств по возмещению любых расходов, возникших у Бенефициара в гарантийный период в связи с заменой дефектных материалов и оборудования, а также в связи с устранением дефектов и недоделок собственными силами или силами других организаций, без споров и возражений, не требуя от Бенефициара доказательств или обоснований требования на определенную в банковской гарантии сумму. 

В связи с неисполнением Принципалом своих обязательств по Договору в адрес Гаранта Бенефициар направил Требование от 28.09.2020 г. №Ц0/ЖА/637 (направлено 02.10.2020 г., что подтверждается почтовыми квитанциями об отправке и описью вложения) по банковской гарантии о выплате 104 740 826 (Сто четыре миллиона семьсот сорок тысяч восемьсот двадцать шесть) руб. 60 коп. 

Факт получения Требования от 28.09.2020 г. №Ц0/ЖА/637 с соответствующими приложениями подтверждается письмом Гаранта от 18.11.2020 г. № 1109. 

Согласно перечню документов, предусмотренных банковской гарантией и которые необходимо представить в случае наступления гарантийного случая, Бенефициар полностью исполнил условия банковской гарантии, представив исчерпывающий перечень документов, подтверждающих правомерность своих требований, для осуществления Гарантом платежа по указанным реквизитам в Требовании.

В Требовании Бенефициар указал, что Принципал не исполнил надлежащим образом свои обязательства по Договору в гарантийный срок, в том числе: - не устранил дефекты и недоделки, обнаруженные в гарантийный период.

Письмом от 10.12.2019 г. № 1268 Гарант отказал в удовлетворении требований Бенефициара сославшись на аннулирование банковской лицензии на осуществление банковских операций и прекращение осуществления банковской деятельности. Также указано, что требование бенефициара к гаранту о выплате предусмотренной банковской гарантией суммы не содержит требования об установлении размера задолженности и включении ее в реестр требований кредиторов АКБ «ПРОМИНВЕСТБАНК» (ПАО).

По состоянию на 21.12.2020 г. банком не исполнено обязательство по оплате суммы Требования, что и послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Положениями статей 307-310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Согласно пункту 1 статьи 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 375 ГК РФ гарант должен рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми приложенными к нему документами, и, если требование признано им надлежащим, произвести платеж. Условиями независимой гарантии может быть предусмотрен иной срок рассмотрения требования, не превышающий тридцати дней. Гарант проверяет соответствие требования бенефициара условиям независимой гарантии, а также оценивает по внешним признакам приложенные к нему документы.

Согласно статье 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них (пункт 1); гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии (пункт 2).

Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

Из смысла норм параграфа 6 главы 23 ГК РФ следует, что независимая (банковская) гарантия является единственным способом обеспечения, который не обладает свойством акцессорности, т.е. не зависит от основного обязательства. Банковская гарантия возникает в результате принятия гарантом просьбы принципала обязаться перед другим лицом – бенефициаром – уплатить ему определенную денежную сумму в соответствии с условиями гарантии независимо от действительности обеспечиваемого гарантией обязательства.

В гарантии достаточно указать сумму, которую гарант должен выплатить бенефициару, а также обеспечиваемый договор либо описать характер обязательства.

Предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в гарантии содержатся ссылки на них. Однако, несмотря на это, какая-либо связь между возникновением обязательства гаранта и существованием обеспеченного обязательства из закона не усматривается, следовательно, это обязательство является неакцессорным.

Кроме того, исходя из статьи 377 ГК РФ, ответственность гаранта ограничивается суммой, на которую выдана гарантия; причем какая-либо связь между размером требуемой суммы и актуальным состоянием обязательств должника перед кредитором в законе не установлена. Таким образом, с точки зрения акцессорности объема банковская гарантия полностью неакцессорна.

Также неакцессорно обязательство гаранта в связи с тем, что в законе отсутствует такое основание для прекращения гарантии, как прекращение основного обязательства.

При этом положения пункта 2 статьи 370 ГК РФ вообще запрещают гаранту ссылаться на какие-либо возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение которого была выдана гарантия, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче гарантии. Перечень возможных возражений гаранта ограничен лишь теми обстоятельствами, которые указаны в гарантии (пункт 1 статьи 376 ГК РФ).

Таким образом, из всех признаков акцессорности у банковской гарантии имеется только один – акцессорность следования, т.е. гарантия по общему правилу является непередаваемой.

Следовательно, банковская гарантия является практически полностью неакцессорным личным обеспечением.

Таким образом, ссылка в гарантии на основное обязательство не меняет независимой природы гарантии. Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ).

Банк, гарантировав надлежащее исполнение договора со стороны принципала, обязался уплатить по требованию бенефициара сумму, установленную банковской гарантией, в случае, если бенефициар заявит о нарушении условий основного договора поставщиком, что соответствует положениям п. п. 1 и 4 статьи 368 ГК РФ.

В предмет доказывания по спору между бенефициаром и гарантом входит установление обстоятельств, которые подтверждают или опровергают тот факт, что бенефициар при обращении к гаранту исполнил условия самой гарантии.

В целях устранения сомнений, а также в силу объективности и беспристрастности, судом по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено АНО Исследовательский Центр «Независимая экспертиза при ТПП г. Москвы» эксперту Слепян Дмитрию Максовичу.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

Определить общую стоимость (размер) устранения дефектов, выявленных в период гарантийного срока эксплуатации объектов, построенных по договору от 03.08.2017 года №478106  на выполнение незавершенного объема работ по строительству ВЛ 330 кВ Псков-Лужская на участке по территории Псковской области (РД, ЗПО, СМР,ПНР, поставка МТРиО) по титулу «ВЛ 330 кВ Псков—Лужская?

Эксперт был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Во исполнение определения суда экспертом была проведена судебная экспертиза, представлено заключение эксперта № 3808-03/23 от 17.03.2023 г., согласно выводам которого стоимость (размер) устранения дефектов, выявленных в период гарантийного срока эксплуатации объектов, построенных по договору от 03.08.2017 года №478106 на выполнение незавершенного объема работ по 4 строительству В Л 330 кВ Псков-Лужская на участке по территории Псковской области (РД, ЗПО, СМР,ПНР, поставка МТРиО) по титулу «ВЛ 330 кВ Псков—Лужская составляет сумму в размере 9 776 503,00, без НДС.

Согласно статье 64 АПК РФ заключения экспертов отнесены к одному из средств доказывания фактов, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 12 постановления от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – Постановление № 23) разъяснил, что согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Заключение эксперта № 3808-03/23 от 17.03.2023 г., оценено судом по правилам названных норм и разъяснений, как в отдельности, так и в совокупности с другими доказательствами по настоящему делу. Судом установлено, что заключение эксперта соответствуют предъявляемым законом требованиям (статья 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В заключении эксперта исследование проведено объективно, на научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение основано на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Экспертами в полной мере соблюдены базовые принципы судебно-экспертной деятельности - принципы научной обоснованности, полноты, всесторонности и объективности исследований, установленные статьей 8 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 № 73-ФЗ.

При таких обстоятельствах заключение эксперта признается судом надлежащим доказательством по делу. Выводы, изложенные в заключении, признаются судом обоснованными и достоверными.

Возражая против выводов экспертного заключения истцом представлена рецензия в виде акта экспертного исследования № 21/2023/Р от 26.04.2023 г.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Так Истец полагает, что в экспертном заключении:

- недостоверно отражены сведения об экспертной организации;

- недостоверно отражены сведения об образовании эксперта;

- отсутствуют сведения о занимаемой экспертом должности;

- некорректно отражен объект исследования;

- не приведен перечень материалов дела, используемый экспертом;

- отсутствует указание на участников процесса, присутствующих при производстве экспертизы:

- отсутствует указание на результаты исследования, не дана оценка результатов исследования;

- недостоверно приведены методы исследования;

- нарушен принцип законности исследования, в связи с использованием неподлежащих применению и не использовании подлежащих применению нормативных актов;

- нарушен принцип компетентности эксперта, в связи с отсутствием соответствующего образования у эксперта:

- нарушен принцип полноты и всесторонности исследования;

- нарушен принцип проверяемости исследования;

- допущены математические ошибки;

- нарушены положения ст. 16, 41 ФЗ № 73-ФЗ - эксперт сообщил о результатах экспертизы генеральному директору АНО Исследовательский центр «Независимая экспертиза».

Отклоняя названные доводы, суд учитывает следующее.

1.Истцом заявлено о недостоверности отраженных сведений об экспертной организации. Указанный вывод противоречит действительности. Так, из публичных источников, например системы проверки контрагентов СБИС следует, что АНО Исследовательский центр «Независимая экспертиза» является членом торгово-промышленной палаты. Таким образом, использование ссылки на членство не противоречит его правовому положению. Экспертиза проведена именно той организацией, на которую была возложена Арбитражным судом, а именно АНО Исследовательский центр «Независимая экспертиза» при ТПП г. Москвы. Сведения из системы СБИС - прилагаются.

2.Ссылка на недостоверность отраженных сведений об образовании эксперта, несостоятельна. Экспертная деятельность заключается не только в производстве экспертиз по судебным спорам, о которой пишет Истец. Отсутствие упоминания об эксперте как физическом лице на сайтах арбитражных судов и судов общей юрисдикции не может говорить об отсутствии у него опыта в экспертной деятельности с 2015 года. Более того, сам Истец в акте экспертного исследования № 21/2023/Р говорит о наличии у эксперта образования, а именно высшего профессионального образования, необходимого для производства подобного рода экспертиз.

3.Отсутствие сведений о занимаемой экспертом должности эксперта не является существенным нарушением в оформлении экспертного заключения и может быть устранено в ходе опроса эксперта. Более того, согласно п. 1. Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 года № 23 экспертиза может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации, либо к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями, но не являющиеся работниками экспертного учреждения (организации)».

4.Как утверждает Истец, в экспертном заключении некорректно отражен объект исследования, а именно неясность того, что являлось объектом исследования, материалы дела или объектом был объект со сложным электротехническим оборудованием.

Указанный довод также ошибочен, т.к., как правомерно указано в экспертном заключении объектом исследования являлась именно стоимость устранения дефектов. Ссылка же на объект исследования - объект со сложным электротехническим оборудованием, приведена в контексте оценки стоимости устранения дефектов на такого рода объекте. Полагаем, что в данном случае, нет неясности что именно было объектом исследования.

5.В отношении перечня материалов дела, используемых экспертном, полагаем, что ссылки на материалы судебного дела А40-49975/2021 достаточно, поскольку Постановление Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 100 (ред. от 11.07.2014) "Об утверждении Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций)" все приобщенные к делу документы подшиваются, номеруются и описываются в описи материалов судебного дела. Таким образом, дублировать перечень описи материалов судебного дела в экспертном заключении нет необходимости.

В соответствии с АПК РФ стороны по делу, а также иные лица имеют право знакомиться с материалами дела, делать выписки и тд. Таким образом, установить какие именно материалы использованы экспертом возможно и сомнений откуда и каким образом они были получены экспертом не вызывает сомнений.

6.Истец полагает, что в экспертном заключении отсутствует указание на результаты исследования, не дана оценка результатов исследования, нарушен принцип законности исследования, в связи с использованием неподлежащих применению и не использовании подлежащих применению нормативных актов, нарушен принцип компетентности эксперта, в связи с отсутствием соответствующего образования у эксперта, нарушен принцип полноты и всесторонности исследования, а также нарушен принцип проверяемости исследования.

В соответствии со статьей 8 Закона № 73-ФЗ эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

В соответствии со ст. 86 АПК РФ и ст. 25 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31.05.2001 № 73-ФЗ, на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его.

Представленное в материалы дела экспертное заключение по форме и содержанию соответствует положениям действующего законодательства.

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме того, в соответствии со ст. 86 АПК РФ при наличии вопросов по экспертному заключению, по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание. Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда.

Таким образом, в рецензии Истца не приведено ни одного довода, который бы не может быть разъяснен в ходе опроса эксперта в судебном заседании.

Экспертное заключение содержит четкий вывод на поставленный судом вопрос.

7. Истец утверждает о нарушении экспертом положений ст. 16, 41 ФЗ № 73-ФЗ в связи с разглашением со стороны эксперта результатов экспертизы генеральному директору АНО Исследовательский центр «Независимая экспертиза».

Однако, в соответствии со ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения. Подпись же генерального директора носит лишь удостоверяющий характер.

Ссылаясь на разглашение экспертом сведений, Истец не подтвердил вступление экспертом в личные контакты с участниками процесса, что в соответствии с абзацем 11 статьи 16 Закона № 73-ФЗ он не вправе делать, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела. Подпись же генерального директора так же не ставит под сомнение незаинтересованность эксперта и на результаты экспертизы не влияет.

Нарушение экспертом равноправия лиц, участвующих в деле, их конституционных прав на свободу и личную неприкосновенность, достоинство личности, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и доброго имени, а также иных прав и свобод человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации истцом не обосновано и не подтверждено.

При таких обстоятельствах, как уже указывалось судом выше, заключение эксперта в рамках проведенной судебной экспертизы признается судом надлежащим доказательством по делу. Выводы, изложенные в заключении, признаются судом обоснованными и достоверными.

В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 ГК РФ (пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии»).

Таким образом, отход от принципа независимости гарантии допускается только при злоупотреблении бенефициаром своим правом на безусловное получение выплаты.

Для применения норм о злоупотреблении правом в споре о взыскании долга по независимой гарантии необходимо, чтобы из обстоятельств дела явно следовало намерение бенефициара, получившего вне всяких разумных сомнений надлежащее исполнение по основному обязательству, недобросовестно обогатиться путем истребования платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ (пункт 11 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства и независимой гарантии», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

В силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания недобросовестности бенефициара лежит на возражающем против осуществления платежа гаранте.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в рамках договора подряда Заказчиком произведено удержание гарантийного депозита в размере 54 843 218,04 руб. согласно письму № М7/5/893 от 15.07.2020 года (представлено в материалы дела с отзывом от 30.09.2022 г.), которое покрыло расходы заказчика на устранение замечаний. Указанный вывод подтвердил и сам Истец, подписав 24.06.2021 года справку по замечаниям ООО «Петроком» в зоне ответственности МЭС «Северо-Запад», в которой отражено, что нарушения договора в гарантийный период по спорному объекту отсутствуют, замечания устраняются за счет удержанного гарантийного депозита.

Кроме того, указанная позиция Истца подтверждена последним путем подписания протокола об отсутствии взаимных претензий по Договору от 03.08.2017 г. № 478106 от 03.10.2022 г., который также представлен в материалы дела (т.4 л.д.99).

Таким образом, из представленных в суд доказательств следует вывод о злоупотреблении Истцом права бенефициара на безусловное получение выплаты по банковской гарантии по исполненному основному обязательству.

Как следует из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

По смыслу положений статьи 268 АПК РФ доказательства должны быть представлены в суд первой инстанции, который разрешает спор по существу.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 № 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена. Доказательства собирают стороны. Суд же оказывает участвующему в деле лицу по его ходатайству содействие в получении тех доказательств, которые им не могут быть представлены самостоятельно, и вправе предложить сторонам представить иные дополнительные доказательства, имеющие отношение к предмету спора.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

С учетом изложенного исковые требования удовлетворению не подлежат.

Судебные расходы по государственной пошлине распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ и подлежат отнесению на истца.

С учетом изложенного на основании статей 1, 8, 9, 10, 12, 309, 310, 368, 370, 374, 375, 376 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 65, 71, 110, 123, 156, 167, 170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Н.В. Нечипоренко