СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8272/2020(9)-АК

Дело № А50-33105/2019

29 мая 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 мая 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Темерешевой С.В., 

судей                               Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии в режиме «веб-конференции» посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от должника ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 06.12.2023;

в судебное заседание явились:

финансовый управляющий ФИО3, паспорт;

от кредитора ФИО4: ФИО5, удостоверение, доверенность от 25.04.2024;

от иных лиц: не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 19 октября 2023 года

о завершении процедуры реализации имущества в отношении ФИО1 и неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств кредиторов,

вынесенное в рамках дела №А50-33105/2019

о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом),

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 31.10.2019 принято к производству заявление ФИО4 о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением арбитражного суда от 10.12.2019 заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.06.2020 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО3

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» 04.07.2020, в ЕФРСБ 13.07.2020. 

Процедура реализации имущества в отношении должника была продлена; рассмотрение отчета по результатам процедуры реализации имущества должника назначено на 19.10.2023.

До судебного заседания от кредитора АО «Датабанк» поступил отзыв, в котором кредитор поддержал ходатайство финансового управляющего об отказе в применении правил освобождения от обязательств.

Финансовый управляющий в судебном заседании огласил отчет о проведенных мероприятиях и заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества, просил не применять к должнику правила освобождения от обязательств.

Определением от 19.10.2023 процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена; в отношении ФИО1 не применены правила об освобождении от исполнения обязательств кредиторов. Финансовому управляющему перечислено вознаграждение.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, с апелляционной жалобой обратился должник, просит определение от 19.10.2023 отменить, завершить процедуру реализации имущества должника ФИО1, освободив его от исполнения обязательств.

В обоснование доводов апелляционной жлобы, апеллянт указывает, что при рассмотрении дела не установлено его недобросовестное поведение, финансовым управляющим и кредиторами не инициировалось признание его действий неправомерными в ходе процедуры банкротства. Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.12.2020 суд обязал ФИО1 предоставить финансовому управляющему все имеющиеся банковские карты и имущество, согласно описи по приложению №2 от 19.04.2019 – должником указанные действия не были осуществлены ввиду невозможности исполнения, запрошенные документы и сведения, а также указанное имущество отсутствуют у должника, поэтому передать их финансовому управляющему не представляется возможным.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле не представлено.

Определением апелляционного суда от 19.12.2023 в связи с необходимостью предоставления дополнительных доказательств, суд запросил у должника письменные пояснения касаемо обстоятельств возникновения задолженности (на какие цели брались займы), обстоятельства возникновения причин неплатежеспособности (причины не исполнения обязательств по возврату займов), причины не сотрудничества с финансовым управляющим должника и судом во время процедуры несостоятельности (банкротства), сведения об имущественном положении/трудоустройстве, иные сведения относительно обстоятельств настоящего дела.

Во исполнение определения суда от 19.12.2023 от ФИО1 поступили письменные пояснения и дополнительные пояснения к апелляционной жалобе.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024 определение суда первой инстанции отменено в части неосвобождения от обязательств, в отношении должника применены правила   п. 3 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 01.04.2024 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024 отменено. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2024 произведена замена судьи Чухманцева М.А. на судью Шаркевич М.С., рассмотрение дела начато сначала.

От ФИО1 поступили письменные пояснения с приложенными дополнительными документами (письменные пояснения работников ФИО6 и Куча Е.Я.), содержащие ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ГУ ФССП по Пермскому краю Отдел Судебных приставов по Свердловскому району.

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), письменные пояснения с приложенными дополнительными документами приобщены апелляционным судом к материалам дела; в удовлетворении ходатайства о привлечении третьего лица отказано ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 51 АПК РФ.

В судебном заседании представитель должника доводы апелляционной жалобы поддержал, на отмене определения в обжалуемой части настаивал; финансовый управляющий и представитель кредитора возражали против доводов апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части.

Поскольку жалоба ФИО1 сводится к обжалованию определения в части неосвобождения от обязательств, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт только в пределах доводов апелляционной жалобы.

Обосновывая неприменение в отношении должника правила об освобождении от долгов, финансовый управляющий ссылался на то, что должник не представил сведения, документы и имущество, запрошенные у него финансовым управляющим и истребованные определениями суда от 13.03.2020 и 18.12.2020, что свидетельствует о его недобросовестном поведении в ходе процедур банкротства. ФИО1 не раскрыл сведения о месте фактического проживания, в связи с чем, финансовому управляющему не удалось составить опись имущества должника. Должник не представил пояснений относительно расходования заемных денежных средств, полученных от кредиторов, не раскрыл источники дохода, на которые существует сам должник и члены его семьи, не исполнил требование финансового управляющего о предоставлении своего имущества для оценки и предоставлении доступа в жилое помещение. 

Не применяя в отношении должника правило об освобождении от исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из неисполнения должником определений суда об истребовании сведений и документов от 13.03.2020 и 18.12.2020, указав, что в данном случае отказ в применении указанного правила обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами. 

Отменяя определение суда первой инстанции и освобождая должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суд апелляционной инстанции исходил из недоказанности факта уклонения должника от исполнения обязательств перед кредиторами. Суд апелляционной инстанции указал, что неисполнение должником определений об истребовании сведений и документов от 13.03.2020 и 18.12.2020 обусловлено отсутствием истребованного имущества. Так, на основании представленных службой судебных приставов документов суд апелляционной инстанции установил, что в отношении должника был возбужден ряд исполнительных производств, в результате которых были частично погашены требования ПАО «АКБ «Ижкомбанк» на сумму 5 855 169,05 руб., что свидетельствует о том, что спорное имущество могло являться источником удовлетворения требований указанного кредитора. Требования кредиторов по иным исполнительным производствам не были погашены в связи с тем, что все имущество, на которое могло быть обращено взыскание, было ранее изъято в ходе ранее проведенных исполнительских действий. С учетом изложенного, поскольку утрата материалов исполнительных производств произошла не по вине должника, неисполнение им определений суда от 13.03.2020 и 18.12.2020 не свидетельствует об утаивании им имущества, а действия должника не препятствовали пополнению конкурсной массы.

Отменяя судебный акт суда апелляционной инстанции, направляя дело в  арбитражный апелляционный суд на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что применяя в отношении должника правило об освобождении от исполнения обязательств и соглашаясь с его позицией о невозможности представления имущества, суд апелляционной инстанции не учел, что материалы дела не содержат никаких пояснений и документов, объясняющих неучастие должника в процедуре собственного банкротства и обосновывающих причины непредставления им документов и сведений.

Изучив имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, возражений, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) определения суда по следующим основаниям.

Согласно нормам статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое  требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ. О времени и месте судебного заседания извещаются все лица, участвующие в деле о банкротстве, и иные заинтересованные лица.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

С позиции финансового управляющего, к должнику не могут быть применены правила об освобождении от обязательств, поскольку должником нарушена обязанность по передаче документов и имущества финансовому управляющему. Неисполнение должником указанной обязанности повлекло невозможность установления сведений об имуществе и активах должника, за счет реализации которых возможно было бы частичное погашение требований кредиторов. Кроме того, данные действия должника исключили возможность проведения предусмотренных Законом о банкротстве мероприятий по поиску и возврату в конкурсную массу имущества должника.

Так, финансовым управляющим должника были направлены запросы в контролирующие и регистрирующие органы, получены ответы. На основании данных ответов установлено, что за должником зарегистрировано недвижимое имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, которое в дальнейшем было отчуждено в пользу третьих лиц. Также были представлены сведения по супруге должника; на основании данных ответов регистрирующих органов установлено, что имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, не зарегистрировано.

Кроме того, финансовый управляющий указывал, что по договору залога от 18.07.2016 №15-3-327 должник передал в залог имущество - одежду, обувь и инвентарь стоимостью 7 360 000 руб.

Согласно акту осмотра от 19.04.2019, представленному в материалы дела акционерным обществом «Датабанк», указанное имущество на дату осмотра находилось на ответственном хранении должника по адресу: 

<

...>. Документы (пояснения) о дальнейшей судьбе указанного имущества отсутствуют.

Непредставление должником документов и имущества по запросу управляющего послужило основанием для обращения последнего с заявлениями об их истребовании в судебном порядке, которые были удовлетворены определениями суда от 13.03.2020 и 18.12.2020.

Несмотря на истребование финансовым управляющим имущества и документов в судебном порядке, должник указанные определения не исполнил, а равно и не представил никаких пояснений как при рассмотрении судом заявлений финансового управляющего об обязании должника представить информацию и имущество, так и при рассмотрении судом вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника и применении (неприменении) в отношении него правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Требование о передаче финансовому управляющему документов и имущества не было исполнено должником и в рамках исполнительного производства.

В связи с непередачей и возвратом имущества ФИО1 финансовым управляющим в арбитражный суд были оспорены ряд сделок (договор дарения квартиры от 28.07.2016, перечисления денежных средств в пользу третьих лиц), в удовлетворении требований финансового управляющего судами было отказано.

Финансовый управляющий должника пояснил, что конкурсная масса должника не была сформирована по причине непередачи имущества должником, а также невозможностью установления его местонахождения и по причине его фактического отсутствия. В связи с этим не производились расчеты с кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов ФИО1, поскольку у должника отсутствуют денежные средства и имущество за счет, которого было бы возможно их погасить.

Суд первой инстанции, оценив фактические обстоятельства по настоящему делу, исследовав представленные доказательства, пришел к выводу о недобросовестном поведении должника и, следовательно, об отсутствии оснований для освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Как указано выше, случаи, когда гражданин не может быть освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами, предусмотрены статьей 213.28 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.).

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств также не допускается, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

По смыслу упомянутого положения само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник:

- умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание,

- совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором,

- изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора,

- противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству,

- несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

В рассматриваемом случае отчет финансового управляющего сведений о признаках преднамеренного и фиктивного банкротства не содержит.

Как следует из пояснений должника, он являлся предпринимателем с    20-ти летним стажем, некогда обладающий федеральной сетью спортивных мульти брендовых магазинов Спарта и моно-брендовых магазинов Nike. Самый интенсивный рост был в период с 2011 года (5 магазинов) по 2017 год (11 магазинов). За 6 лет построил 10 и закрыл 4 магазина. На конец 2016 года насчитывалось 11 магазинов с оборотом 0,3 млрд.руб. и чистой прибылью 25 млн.руб в год. Чистая прибыль позволяла вкладываться в развитие других проектов, таких как интернет-магазин и открытие магазинов других городах. Партнеры компании от оборота: ООО Найк 85%, Пума 12%, 3% Адидас-Рибок. Финансовая схема была следующей: со всеми компаниями работали на условиях товарного кредита с обеспечением банковской гарантией (БГ). ООО Найк товарный кредит 70 млн.руб. с отсрочкой платежа от 90 дней. ООО Пума Рус товарный кредит 10 млн.руб. с отсрочкой платежа 90 дней. ООО Адидас товарный кредит на 3 млн. руб.

Обеспечением служили товары в обороте, друзья и родственники поручались своей коммерческой недвижимостью, а так же все расчеты велись только через Ижкомбанк (Датабанк). В июне 2017 для покрытия кассового разрыва года между должником и ФИО4 был заключен договор займа на сумму 2,7 млн.руб. под 5% в месяц. Так как деньги предполагалось взять на короткий срок - 3 месяца, процентная ставка в моменте не пугала. По итогам финансового кризиса 2016-2017 гг. в сентябре 2017 года компанией Найк в одностороннем порядке было принято решение, об изменении стандартов, предъявляемых к банкам, со стороны ООО Найк. Банк эмитент банковской гарантии должен обладать кредитным рейтингом не ниже рейтинга А. Датабанк на тот момент обладал рейтингом B. Как следствие нужно было оперативно погасить 60 млн.руб. перед ООО Найк, чтобы не была раскрыта банковская гарантия. В начале 2018 должник нашел обеспечение от АКБ Восточный, который предоставил ему банковскую гарантию на 3 млн.руб. В итоге с ООО Найк - с товарного кредита 60 млн. на 90 дней перешел на 3 млн. на 45 дней. С этим учетом пришлось резко сокращать расходы и закрывать подразделения в Самаре и Челябинске.

Как указал должник, он при этом осуществлял платежи в виде процентов в сторону ФИО4 на ежемесячной основе до конца 2019 года. Инерционные процессы от масштабного бизнеса длились 1,5 года, в том числе из-за личного доверия ряда крупных поставщиков, таких как Пума, Адидас и пр. В итоге компания не смогла перестроиться согласно изменениям - уйти от монобрендового бизнеса, в мульти брендовый. В итоге 31.05.2019 пришлось закрыть всю розничную сеть, чтобы не формировать еще большие убытки. Товарные остатки были изъяты Датабанком, как объект залога. Родственникам пришлось оплатить свои поручения перед Датабанком. В ноябре 2019 года ФИО4 уведомил, что если должник ему не заплатит очередные платежи по процентам, то он подаст в суд и признает его банкротом. С учетом того, что за 2 года он получил 140% т.е., по сути, получил тело долга и некоторую прибыль, то угрожая банкротством он, таким образом, хотел ускорить возврат не только процентов, но и тела долга. В итоге на суде он заявил, что с 2017 года ФИО1 не выплачивал ничего. И в итоге должник согласился на банкротство, чтобы защитится от требований кредиторов.

Далее из пояснений следует, что ФИО1 воспользовался услугами юриста, ФИО7 и оформил на него нотариальную доверенность, при этом договор о юридическом сопровождении они не заключали. С его слов он контактировал с финансовым управляющим, а так же встречался с ним в судах. Согласно договоренностям, искренне рассчитывал на порядочность и профессионализм юриста, который должен был осуществлять коммуникации с финансовым управляющим по всем запрашиваемым документам.

При формировании вывода суда о не освобождении должника от исполнения обязательств, суд первой инстанции принял во внимание, что должник не предоставил документы и имущество, а именно: все имеющиеся банковские карты и имущество, согласно описи по приложению №2 от 19.04.2019, определенное дополнительным соглашением от 19.04.2019 к договору залога №15-3-327 от 18.07.2016.

Относительно требования передать финансовому управляющему ФИО3 имущество, согласно описи по приложению №2 от 19.04.2019, определенное дополнительным соглашением от 19.04.2019 к договору залога №15-3-327 от 18.07.2016 ФИО1 пояснил, что указанное имущество фактически у должника отсутствовало в связи с изъятием в ходе исполнительного производства до процедуры банкротства должника. 

Суд апелляционной инстанции, повторно пересмотрев спор, пришел к выводу о невозможности исполнения вышеуказанных определений суда в части представления имущества, исходя из предположения, что частичное погашение требований ПАО «АКБ «Ижкомбанк» на сумму 5 855 169,05 руб. произошло за счет реализации спорного имущества (одежда, обувь и инвентарь стоимостью  7 360 000 руб., находящиеся на ответственном хранении должника); требования кредиторов по иным исполнительным производствам не были погашены в связи с тем, что все имущество, на которое могло быть обращено взыскание, было ранее изъято в ходе ранее проведенных исполнительских действий; а также факта того, что поскольку утрата материалов исполнительных производств произошла не по вине должника, неисполнение им определений суда от 13.03.2020 и 18.12.2020 не свидетельствует об утаивании должником имущества, а действия должника не препятствовали пополнению конкурсной массы.

Судом округа при направлении спора на новое рассмотрение обозначено, что процессуальное поведение должника не является в полной мере исследованным на предмет его добросовестности в рамках процедуры реализации имущества; сторонам предложено представить доводы в обоснование заявленных позиций.

Должником представлены письменные пояснения, в которых поддерживает ранее изложенные доводы о том, что у ФИО1 не было намерения нарушить интересы кредиторов, в период процедуры реализации имущества никаким имуществом должник не обладал, соответственно, ничего не скрывал.

Также представлены пояснения работников торгового подразделения ФИО6 и Куча Е.Я., которые осуществляли трудовую деятельность с 2005 года, были глубоко погружены в хозяйственные процессы, и являлись свидетелями изъятия товарных остатков судебными приставами.

Вместе с тем, учитывая пояснения финансового управляющего о несовпадении сумм частичного удовлетворения требования кредитора и стоимости заложенного (и арестованного) имущества, из представленных пояснений не следует, что должник предпринимал действия по установлению местонахождения имущества.

Кроме того, процедура банкротства предполагает активные действия со стороны арбитражного управляющего, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, в том числе на своевременное получение сведений и документации. 

Как указано выше, должник длительное время вел предпринимательскую деятельность (сеть розничных спортивных магазинов), однако, по какой причине у должника отсутствует документация разумных пояснений ФИО1 не представлено, в связи с чем финансовый управляющий не смог использовать все представленные ему полномочия, направленные на исследование экономической ситуации должника. 

В рассматриваемом случае должник впервые заявил какие-либо возражения относительно доводов управляющего о неосвобождении должника от обязательств в связи с его уклонением от предоставления имущества и документов только в суд апелляционной инстанции. 

Должник не представлял никаких документов, подтверждающих, что спорное имущество выбыло из его владения, и исчерпывающих пояснений относительно наличия объективных причин, препятствующих предоставлению документов, сведений и имущества, истребованных судом. Равным образом в суде округа представитель должника также не смог пояснить, где находится имущество, являющееся предметом залога, по какой причине должник по запросу суда и финансового управляющего не представил не только его, но и иные истребованные документы и сведения, в том числе банковские карты, налоговую и бухгалтерскую отчетность.

В суде округа представитель должника также не привел убедительных пояснений на вопросы суда относительно сотрудничества с управляющим и судом, а равно и непредставления документов, пояснив лишь, что должник не принимал участия в деле о своем банкротстве по семейным обстоятельствам, положившись на привлеченного представителя, а налоговая, бухгалтерская отчетность и иные документы были утрачены.

При рассмотрении вопроса о наличии оснований для освобождения должника от обязательств судом учтено поведение должника в данной процедуре, причины и обстоятельства, повлекшие банкротство должника.

Так, вышеизложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что поведение должника ФИО1, как в период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве, так и в ходе процедуры банкротства добросовестным не являлось. ФИО1 в судебных заседаниях после введения в отношении него процедур реструктуризации долгов и реализации имущества не принимал, не раскрыл достоверные сведения о месте фактического проживания, в связи с чем, составить опись имущества должника финансовому управляющему не представилось возможным. Также должник не представил сведения о расходовании денежных средств, полученных от конкурсных кредиторов. Не раскрыл сведения о том, где фактически работает, в том числе сведения о получаемых доходах, на которые существует сам должник и его семья. Требования финансового управляющего о предоставлении имущества для оценки, предоставлении доступа в жилое помещение не были исполнены. За всю процедуру банкротства (с октября 2019 года по октябрь 2023, то есть 4 года) должник не сообщал ни суду, ни финансовому управляющему, ни кредиторам место своего нахождения и какие-либо иные сведения, позволяющие каким-либо образом достичь цели банкротства гражданина в виде соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Вместе с тем, институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзац семнадцатый, восемнадцатый статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Описанное выше поведение должника привело к невозможности удовлетворения требований кредитора, а также к чрезмерной длительности процедуры банкротства и невозможности провести анализ финансового состояния должника.

Подобное поведение должника нельзя признать добросовестным, оно формирует у граждан-должников ложное представление об истинных целях и задачах института потребительского банкротства, о возможности безосновательного освобождения от своих обязательств и потому подлежит пресечению.

При этом именно добросовестность поведения должника при потребительском банкротстве является условием применения к нему правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами. В ином случае недобросовестный должник получит необоснованную выгоду от освобождения его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Приведенные должником доводы об отсутствии оснований для неосвобождения его от долгов, такими обстоятельствами не являются.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами применению не подлежат (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Указанные выводы суда должником опровергнуты не были (статья 9, 65 АПК РФ). 

Доводы заявителя, изложенные в жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции по существу рассмотренного спора, а выражают несогласие с ними, что не является основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции о неосвобождении должника от обязательств вынесено законно, обоснованно и отмене не подлежит.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 19 октября 2023 года по делу №А50-33105/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

С.В. Темерешева 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

М.С. Шаркевич