﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2116/20 

Екатеринбург

10 июня 2020 г.

Дело № А60-16126/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июня 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Соловцова С.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Курилина Вячеслава Валерьевича  на определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2019 по делу № А60-16126/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

Курилин В.В. лично;

представитель финансового управляющего должником Лаврова А.А. – Федотов Д.В. (доверенность от 01.08.2019).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.03.2019 принято к производству заявление Азарова Евгения Владимировича о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.06.2019 Азаров Е.В. признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Лавров А.А.

19.09.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Соколовой Ольги Дмитриевны о включении требования в сумме 3 453 517 руб. 12 коп., в том числе 2 400 000 руб. основного долга, 1 037 817 руб. 12 коп. процентов, 21 800 руб. расходов по уплате государственной пошлины, в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании 11.11.2019 в Арбитражный суд Свердловской области представлено уточненное заявление о включении в реестр требований кредиторов, согласно которому заявитель отказался от части требований по расписке от 01.05.2010 в сумме 900 000 руб. основного долга и 227 522 руб. 04 коп. процентов и просил включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование в сумме 2 352 995 руб. 08 коп., в том числе 1500000 руб. основного долга, 810 295 руб. 08 коп. процентов, 15 700 руб. расходов по уплате государственной пошлины. При этом, в реестр требований кредиторов должника просили включить требование Курилина В.В. со ссылкой на заключенный между Соколовой О.Д. и Курилиным В.В. договор цессии от 16.09.2019.

Указанные уточнения приняты Арбитражным судом Свердловской области на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2019 производство по требованию в части суммы основного долга 900 000 руб. и процентов в размере 227 522 руб. 04 коп. прекращено, в остальной части в удовлетворении требования отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2020 определение суда первой инстанции от 05.12.2019 оставлено без изменения.

Ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм права, Курилин В.В. обратился в суд округа с кассационной жалобой. В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на неправомерный вывод судов о пропуске срока исковой давности. Заявитель отмечает, что срок исковой давности начинает течь с 24.03.2018, то есть с момента смерти займодавца Соколовой Г.В. Кроме того, заявитель указывает, что суды при рассмотрении спора должны были учесть такие обстоятельства, как возраст Соколовой О.Д., ее нахождение в режимном объекте при наличии сложных отношений в семье, а также, что она знала лишь о существовании заемных отношений на сумму 6 000 000 руб. и  не знала о наличии займа на сумму 3 000 000 руб.

 В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий имуществом Лавров А.А. просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать, обжалуемые судебные акты оставить  без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами и следует из материалов дела 21.02.2014 между Соколовой Г.В. (правопредшественник Соколовой О.Д.) и должником заключен договор займа, оформленный распиской, согласно которому Соколова Г.В. передала должнику денежные средства в сумме 3 000 000 руб., а должник обязался возвратить сумму займа в течение 2015 года с процентами из расчета 1,5% в месяц.

Однако 07.08.2018 Соколова Г.В. умерла (свидетельством о смерти IV-АИ № 733231).

При этом, ранее, 07.02.2014 Соколовой Г.В. было оформлено завещание, в соответствии с которым имущество Соколовой Г.В., за исключением недвижимого имущества, поименованного в завещании, наследодатель завещает в равных долях Соколовой О.Д. и Соколову О.Д. (брат Соколовой О.Д.).

Таким образом, право требование к Азарову Е.В. по возврату суммы займа в сумме 3 000 000 руб. вошло в наследственную массу.

Приговором Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 26.12.2017 по делу № 1-578/2017 Соколова О.Д. в связи с признанием ее виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации была помещена в Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей УМВД России по г. Екатеринбургу, по настоящее время отбывает наказание в Куртамышском СУВУ.

В то же время брат Соколовой О.Д. обратился в Южноуральский городской суд Челябинской области с иском к должнику о взыскании денежных средств по договору займа.

Вступившим в законную силу 25.04.2019 решением Южноуральского городского суда Челябинской области от 10.01.2019 по делу № 2-21/2019 исковые требования Соколова О.Д. удовлетворены, с должника в пользу Соколова О.Д. взыскано в погашение задолженности по договору займа 1500000 руб., в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 15700 руб., всего 1 515 700 руб.

Из текста указанного судебного акта, как установили суды, следует, что привлеченный к участию в деле законный представитель несовершеннолетней Соколовой О.Д. заявить самостоятельные требования в интересах дочери не пожелала, о чем представила суду заявление.

16.09.2019 между Соколовой О.Д. (цедент) и Курилиным В.В. (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии) по договору займа, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту, вытекающие в том числе из заключенного между Соколовой Г.В. (наследниками по завещанию являются Соколов О.Д. и Соколова О.Д. по 1/2 доли, согласно завещанию от 07.02.2014) и должником Азаровым Е.В. 

Согласно пункту 1.2 договора права (требования), принадлежащие цеденту, возникли в силу предоставления должнику денежных средств по расписке от 21.02.1014 и составляют право требовать сумму 1 500 000 руб., проценты, рассчитываемые из расчета 1,5% в месяц.

По расчету кредитора размер процентов, насчитанных с учетом условий договора займа от 21.02.2014, за период с 27.05.2016 по 26.05.2019, исходя из ставки 1,5% в месяц, составил 810 295 руб. 08 коп., согласно уточненному заявлению.

В заявлении Соколова О.Д. указывает, что о факте банкротства должника Азарова Е.В. ей стало известно от родного брата – Соколова О.Д. на свидании, состоявшемся 23.09.2019, в связи с чем, срок для подачи заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника для нее истекает 24.11.2019.

Ссылаясь на то, что денежные средства, переданные должнику по расписке от 21.02.2014, до настоящего времени не возвращены, заявителем предъявлено требование о включении в реестр требований кредиторов должника требования об уплате  образовавшейся задолженности.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из пропуска срока исковой давности на обращение в суд с данным требованием, о применении которого было заявлено финансовым управляющим и кредиторами.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа не усмотрел оснований для отмены вынесенных судебных актов.

         Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3–5 статьи 71 и пунктов 3–5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны кредитора и должника судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

В рассматриваемом случае требование кредитора основано на договоре займа от 21.02.2014, оформленном распиской, на сумму 3 000 000 руб.

Судами установлено, что в соответствии с  условиями данного договора займа, должник обязался вернуть сумму займа в течение 2015 г., то есть в срок до 31.12.2015, следовательно, срок исковой давности по заявленному долгу истекает 31.12.2018.

        Соколова О.Д. обратилась в суд с заявлением о включении ее требования в реестр требований кредиторов должника 16.09.2019 (дата направления заявления в суд).

        В ходе рассмотрения требования финансовым управляющим заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пункт 1 статьи 200 ГК РФ предусматривает, что течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

При этом согласно статье 201 ГК РФ, с учетом разъяснений пункта 6 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43, переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В пункте 15 Постановления № 43 разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, установление в законе общего срока исковой давности, то есть срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК РФ), а также последствий его пропуска (статья 199 ГК РФ) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 25.02.2010 № 266-О-О, от 25.01.2012 № 241-О-О, от 24.01.2013 № 66-О, от 29.03.2016 № 548-О и другие).

 Судами констатировано, что заявителем доказательств перерыва течения срока исковой давности или приостановления течения срока исковой давности, равно как и каких-либо документов, безусловно свидетельствующих о совершении должником действий, направленных на признание долга в спорной сумме, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

      Суды, основываясь на положениях статей 205, 21, 37 ГК РФ, учитывая разъяснений пункта 2 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации, установив, что  законный представитель Соколовой О.Д. не предъявила самостоятельные требования в суд, при отсутствии доказательств того, что такое поведение явилось следствием ненадлежащего исполнения законным представителем возложенных на нее законодательством полномочий, а не выражением воли на отказ от требования,  пришли к выводу об отсутствии оснований для восстановления пропущенного срока исковой давности.

       Доводы Курилина В.В. о том, что сам факт отказа Соколовой Н.Н. от самостоятельных требований при рассмотрении дела №2-21/2019 является ненадлежащим исполнением законным представителем возложенных на него законодательством полномочий и не нуждается в доказывании, что в рассматриваемой ситуации имеются исключительного характера причины пропуска срока исковой давности (обстоятельства, связанным с личностью истца, ее беспомощное состояние, нахождение в режимном объекте, сложные отношения в семье, отсутствие информации об обязательстве) суды отклонили, при этом констатировав отсутствие доказательств того, что законный представитель Соколова Н.Н. действовал с намерением причинить вред своей несовершеннолетней дочери и отказ от участия в гражданском деле был обусловлен исключительно нежеланием законного представителя исполнять его обязанности. Суды при отсутствии доказательств обратного отразили, что нахождение Соколовой О.Д. в режимном объекте в результате ее осуждения за преступление не является свидетельством сложного отношения в семье и беспомощного состояния кредитора.

           При этом в соответствии с положениями пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

       Однако доказательства наличия обстоятельств, которые свидетельствовали бы  о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и  другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, как установили суды, отсутствуют. 

      Принимая во внимание изложенное, оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу, что трехлетний срок исковой давности для обращения с настоящим требованием пропущен и исключительные  основания для его восстановления отсутствуют. 

       Поскольку истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований, а предусмотренных статьями 202 и 203 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для приостановления или перерыва срока исковой давности не установлено, у судов не имелось оснований для отказа в применения срока исковой давности, в связи с чем, в удовлетворении требований кредитора отказано правомерно. 

Доводы кассационной жалобы о неверном определении судами срока истечения исковой давности по заявленным требованиям, основаны на неверном толковании норм материального права.

При наличии процессуальной заинтересованности, а также той степени добросовестности и осмотрительности, которая требуется от кредитора должника, Соколова О.Д.  (ее законный представитель) могла обратиться в арбитражный суд с настоящим заявлением в установленные законом сроки.  

       Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. 

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2019 по делу № А60-16126/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Курилина Вячеслава Валерьевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           Е.А. Павлова 

Судьи					           Ю.А. Оденцова 

                                                                                             С.Н. Соловцов