Дело № А11-5298/2023

01 октября 2024 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена  19.09.2024.

Постановление

 изготовлено в полном объеме   01.10.2024.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Танцевой В.А., 

судей Насоновой Н.А.,  Новиковой Л.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Морозовой А.В.,   

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» на определение Арбитражного суда Владимирской области от 11.06.2024 по делу № А11-5298/2023, по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» (ОГРН 

<

***>) к должнику – обществу с ограниченной ответственностью «Владимирская управляющая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований  кредиторов  должника  требования  в  размере 971 955 руб., 

 

при участии:

от  общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» – ФИО1 по доверенности  от 25.09.2023 сроком действия 2 года, паспорт, диплом;

от временного управляющего ФИО2 – ФИО2, лично, паспорт;

иные участвующие в деле лица явку полномочных представителей не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, 

 

установил:

по заявлению общество с ограниченной ответственностью "Ресурс" определением Арбитражного суда Владимирской области от 18.07.2023 возбуждено производство по делу № А11 -5298/2023 о признании общества с ограниченной ответственностью "Владимирская управляющая компания" несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 03.10.2023 в отношении общества с ограниченной ответственностью "Владимирская управляющая компания" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Объявление о введении в отношении ООО "Владимирская управляющая компания" процедуры наблюдения опубликовано в газете "Коммерсантъ" 21.10.2023.

В рамках дела о банкротстве должника общество с ограниченной ответственностью "Спецтранс" обратилось в арбитражный суд с требованием к должнику - обществу с ограниченной ответственностью "Владимирская управляющая компания" о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 971 955 руб. (основной долг - 473 400 руб., пени -498 555 руб.), составляющего задолженность должника перед кредитором по договору подряда от 24.09.2020 № 155.

Определением от 11.06.2024 суд первой инстанции признал требование кредитора - общества с ограниченной ответственностью "Спецтранс" в размере 971 955 руб. (основной долг - 473 400 руб., пени - 498 555 руб.) обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью "Владимирская управляющая компания", оставшегося после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Спецтранс» обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить на основании статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель указывает следующее: субординация требования необоснованна; в 2018 году доля Должника продана ООО «Вертикаль»; срок исковой давности по задолженности не истек на момент банкротства Должника.

ООО «Спецтранс» поддержало доводы апелляционной жалобы.

Временный управляющий ФИО2 возразил против доводов апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в дела, явку представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы банкротства.

Порядок установления размера требований кредиторов в рамках дела о банкротстве в период процедуры наблюдения предусмотрен статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Состав и размер денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов должника, определен статьей 4 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, между ООО "Спецтранс" и ООО "Владимирская управляющая компания" был заключен договор подряда от 24.09.2020 № 155, предметом данного договора являлось выполнение работ по обрезке, удалению, дроблению и утилизации деревьев согласно заявке заказчика, а также очитка подвальных помещений от мусора.

В рамках исполнения договора подрядчик, надлежащим образом и без замечаний выполнил работы по обрезке, удалению, дроблению и утилизации деревьев согласно заявке заказчика, а также очистке подвальных помещений от мусора в соответствии с заявками заказчика, что подтверждается актами выполненных работ от 30.09.2020 № 1832, от 13.10.2020 № 1831, от 17.11.2020 №1833, подписанными со стороны ООО "Владимирская управляющая компания" без разногласий.

Согласно пункту 3.1 договора, заказчик оплачивает подрядчику услуги, исходя из фактически оказанного объема работ по цене подрядчика, указанной в счете на оплату услуг.

В соответствии с пунктом 3.2 договора окончательный расчет за выполненные работы производится в течении 3-х календарных дней с момента выполнения работ.

Согласно акту сверки, подписанному сторонами, у заказчика образовалась непогашенная задолженность в размере 473 400 руб. за период с сентября 2020 года по ноябрь 2020 года

Согласно пункту 4.5 договора, в случае задержки оплаты по данному договору, указанному в пункте 3.2 более чем на 10 банковских дней, заказчик выплачивает пени в размере 0,1% от суммы остатка неоплаченных работ за каждый день просрочки.

Таким образом, сумма неустойки по договору по состоянию на 01.11.2023 составляет 498 555 руб.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Представленные в материалы дела документы свидетельствуют об обоснованности требования ООО "Спецтранс" к ООО "Владимирская управляющая компания" в сумме 971 955 руб. (основной долг - 473 400 руб., пени - 498 555 руб.).

Довод представителя временного управляющего о необходимости субординирования заявленного требования судом первой инстанции правомерно признан обоснованным.

В Обзоре судебной практики от 29.01.2020 обобщены правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора судебной практики).

В соответствии с пунктом 3.3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре от 29.01.2020, речь о субординации требований в деле о банкротстве может идти лишь в отношении требований, предъявленных контролирующим должника лицом, либо аффилированным по отношению к должнику лицом при условии, что такое лицо действовало под влиянием контролирующего должника лица.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Если внутреннее финансирование с использованием конструкции различных договоров осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов  -  оно  подлежит удовлетворению  после  погашения  требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица (пункт 4 Обзора).

Следовательно, для определения очередности удовлетворения требования общества суду необходимо установить: имело ли место финансирование должника со стороны общества, является ли общество контролирующим должника лицом или предоставило ли оно финансирование под влиянием контролирующего должника лица, каково было имущественное положение должника в момент получения им финансирования.

Судом установлен факт аффилированности должника и кредитора. Так, согласно представленным временным управляющим выпискам из ЕГРЮЛ ФИО3 с 06.07.2015 являлся единственным участником кредитора (с 01.03.2024 - доля участия 90%), с 16.11.2015 по 12.02.2018 являлся единственным участником должника (ранее, с момента создания, с 25.06.2014 - доля участия 55%).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Довод представителя ООО "Спецтранс" о том, что на момент заключения (24.09.2020) и исполнения (сентябрь, октябрь, ноябрь 2020 года) договора подряда ФИО3 уже не являлся участником должника, а потому фактическая аффилированность отсутствует, правомерно отклонен судом первой инстанции.

Выбранная модель взаимоотношений между должником и кредитором (длительное невостребование, в том числе в судебном порядке, задолженности с 2020 по 2023 год, продолжение выполнения работ в отсутствие какой-либо оплаты со стороны заказчика) недоступна обычным, независимым участникам рынка. Разумного и экономического обоснования нетипичному поведению кредитора в спорных правоотношениях ООО "Спецтранс" не представлено.

Согласно имеющемуся в материалах дела Анализу финансового состояния должника от 29.02.2024, проведенному на основании бухгалтерских балансов с 01.01.2021 по 01.01.2023, отчетов о финансовых результатах за 2020 - 2022 годы, временным управляющим сделаны следующие выводы.

Учитывая объективные факторы, повлиявшие на платежеспособность предприятия и динамику изменения экономических показателей за период c 01.01.2021 по 01.01.2023, характеризующих платежеспособность и финансовую устойчивость предприятия, можно сделать вывод, что ООО "Владимирская управляющая компания" в течение всего анализируемого периода не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. В связи с чем, баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами. За последний отчетный период, также как и за предыдущий период, организацией был получен убыток. За 2020 год убыточность составила -31,48%, а за 2022 год убыточность возросла до -121,506%. Оборотные активы в основном формируются за счет дебиторской задолженности. Незначительную величину в составе оборотных средств составляют также денежные средства, прочие оборотные активы. Уменьшение активов на 4670 тыс. руб. или 29% сопровождается одновременным       увеличением обязательств организации  на 7957 тыс. руб. или 39%. Анализом динамики изменения показателей, характеризующих платежеспособность должника за проверяемый период с 01.01.2021 по 01.01.2023 установлено существенное ухудшение значений коэффициентов, характеризующих платежеспособность, в связи с чем, можно сделать вывод о возможном наличии признаков преднамеренного банкротства.

Принимая во внимание результаты проведенного временным управляющим анализа финансового состояния должника, судом было учтено, что показатели хозяйственной деятельности по состоянию на 01.01.2021 сформировались за период работы в 2020 году.

Также из материалов дела видно, что на момент заключения договоров подряда у должника имелись и другие обязательства, которые не исполнялись и впоследствии были включены в реестр требований кредиторов.

Так, производство по делу о банкротстве должника возбуждено по заявлению ООО "Ресурс" в связи с наличием задолженности по договору аварийно-диспетчерского обслуживания от 01.01.2018 № 01-01/18 (наличие задолженности по состоянию на май 2020 года подтверждается соглашением о погашении задолженности от 15.05.2020), договору на выполнение работ по техническому обслуживанию (содержанию) и ремонту общего имущества многоквартирных домов от 01.08.2020 №02-08/20. В последующем задолженность взыскана решениями Арбитражного суда Владимирской области от 16.04.2021 по делу № А11-11173/2020 (долг в сумме 3 164 118 руб. 33 коп., штраф в сумме 2820 руб. 55 коп., пени в сумме 21 641 руб. 69 коп., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 38 943 руб.), от 13.02.2023 по делу № А11-11955/2021 (неосновательное обогащение в размере 1 205 510 руб. 87 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 50 624 руб. 96 коп. за период с 02.11.2020 по 10.09.2021, расходы на оплату государственной пошлины в размере 25 561 руб.), от 24.11.2021 по делу № А11-11173/2020 (судебные расходы в сумме 50 000 руб.). С учетом договора уступки прав требования от 06.06.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО "Владимирская управляющая компания" включено требование ООО "Консул" в общей сумме 2 806 639 руб. 70 коп. (основной долг).

Также по состоянию на май 2020 года подтверждена задолженность перед ООО "Ресурс" на основании договора управления многоквартирным домом от 07.08.2015 № 36/15, установленная вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Владимира от 28.07.2022 по делу № 2-2262/2022, определениями Арбитражного суда от 28.06.2023 по делу № А11-11955/2021, от 10.08.2023 по делу № А11-9484/2021, включена определением суда от 17.01.2024 в реестр требований кредиторов в размере 523 285 руб. 24 коп. (основной долг -397 785 руб. 24 коп., судебные расходы - 125 500 руб.).

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что в период заключения и исполнения договоров подряда у должника имелись признаки имущественного кризиса.

Для независимого от заказчика подрядчика, знающего о ситуации финансового кризиса, проведение работ в условиях высокого риска их неоплаты нехарактерно с экономической точки зрения.

При этом мотивы такого поведения суду не раскрыты. Обычно за нестандартным и отклоняющимся от разумного поведением сторон сделки стоят скрытые от стороннего наблюдателя особые нерыночные отношения сторон, недоступные для независимых контрагентов и основанные на воле контролирующих должника лиц и аффилированных с ними лиц, способных влиять на должника и его кредитора и их общее поведение.

Выполняя предусмотренные договором подряда работы в условиях имущественного кризиса должника и отсутствия оплаты с его стороны, ООО "Спецтранс" тем самым позволило должнику продолжать предпринимательскую деятельность и при этом в течение почти трех лет не предъявляло соответствующих требований к должнику.

Руководствуясь положениями Обзора от 29.01.2020, приняв во внимание названные обстоятельства, а также финансовое состояние должника в рассматриваемый период договорных отношений и формирования задолженности, поведение кредитора в отношении должника, когда кредитору было известно о наличии у должника неисполненных обязательств, а также признаков недостаточности имущества, кредитор продолжительное время, вплоть до возбуждении дела о банкротстве в отношении должника, не предъявлял к последнему в судебном порядке требование о взыскании задолженности, суд счел, что требование ООО "Спецтранс" не может быть включено в реестр требований кредиторов на равных условиях с независимыми кредиторами, поэтому подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

         Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд отклонил их как несостоятельные.

Согласно пункту 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020) действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов.

По общему правилу действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее -компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

Согласно пункту 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договору купли-продажи, аренды по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится аффилированный с должником кредитор, не обладающий контролем над ним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего лица (пункт 4 Обзора от 29.01.2020).

Разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2021 № 305-ЭС20-14492 указано, что основанием для субординации требований кредиторов является нарушение обязанности контролирующими организацию-должника лицами собственной обязанности по публичному информированию третьих лиц об имущественном кризисе в подконтрольной организации посредством подачи заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве). Это позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности. Из существа описанных отношений очевидно следует, что подобная обязанность может быть нарушена только в отношении организации ее контролирующими лицами, на которых эта обязанность и возложена.

         Оценив представленные доказательства, приведенные доводы, установив аффилированность должника и кредитора, наличие у должника имущественного кризиса в спорный период, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о предоставлении ООО "Спецтранс" (аффилированного лица) компенсационного финансирования должнику с целью выхода из ситуации имущественного кризиса, в связи с этим требование ООО "Спецтранс" правомерно отнесено к очередности, удовлетворению требований за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

То обстоятельство, что сроки исковой давности по обязательствам Должника на момент введения процедуры Банкротства не истекли, на что ссылается апеллянт, не свидетельствует об обратном.

С учетом изложенного, длительное не принятие мер к востребованию задолженности, наличие ранее юридической аффилированности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях недоступным обычным (независимым) участникам рынка, подтверждает вывод суда первой инстанции о наращивании аффилированным лицом долга в условиях имущественного кризиса должника.

При таких обстоятельствах оснований для отмены  судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.                                                               

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.        

Руководствуясь статьями 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 11.06.2024 по делу № А11-5298/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий  судья    

В.А. Танцева

 

Судьи

Н.А. Насонова

 

Л.П. Новикова