Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-9997/2020

г. Хабаровск

19 января 2021 года

Резолютивная часть судебного акта объявлена 12.01.2021.

 

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи  С.Ю. Дацука, 

 

при ведении протокола судебного заседания

секретарем ФИО1,

 

рассмотрел в заседании суда дело 

 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Единый город» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 680031, 

<

...>, оф. I(1-4))

 

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 311272419600026, ИНН 

<

***>)

 

третье лицо: ИП ФИО3,

 

о взыскании 76 740 руб. 42 коп.,

 

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4, представитель, доверенность от 20.01.2020;

от ответчика – ФИО5, представитель, доверенность серии 27АА № 1288904 от 05.10.2018 (в режиме он-лайн);

от третьего лица – не явился, извещен надлежащим образом. 

 

 

Общество с ограниченной ответственностью «Единый город» (далее – ООО «Единый город», Общество) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2, Предприниматель) о взыскании неосновательного обогащения за период 01.02.2019-31.12.2019 в сумме 74 586 руб. 60 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период 26.03.2019-26.01.2020 в размере 2 153 руб. 82 коп.

 

Исковые требования мотивированы размещением ответчиком на элементах общего имущества многоквартирного дома по адресу:                       

<

...> (находящегося под управлением истца) рекламной конструкции без внесения платы, повлекшее сбережение денежных средств в отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований. Иск нормативно обоснован положениями статей 8, 309, 310, 395, 1102, 1105, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 4, 44 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ).

 

Определением суда от 06.07.2020 иск принят к рассмотрению в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, в соответствии с нормативными предписаниями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

 

Ознакомившись с материалами дела, суд пришел к выводу о необходимости выяснить дополнительные обстоятельства и исследовать дополнительные доказательства. 

 

Определением от 31.08.2020 суд перешел к рассмотрению спора по общим правилам искового производства.

 

Определением от 10.11.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 АПК РФ привлечена ИП ФИО3 

 

В отзыве на иск и дополнениях к нему ИП ФИО2 заявленные требования не признал, просил оставить их без удовлетворения. По утверждению ответчика, истцом не соблюден установленный законом досудебный порядок урегулирования спора. Период начисления неосновательного обогащения не соответствует периоду пользования помещением по договору аренды № 15 от 25.03.2019. По мнению ответчика, спорная конструкция не отвечает признакам рекламы, что исключает обязанность получения согласия собственников МКД (уполномоченных лиц) на ее размещение и внесения платы за пользование общим имуществом. Кроме того, конструкция размещена в границах лоджии, то есть на конструктивном элементе дома, не отвечающем признакам общего имущества. Размер неосновательного обогащения не доказан, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами определена без учета положений статьи 1107 ГК РФ.   

 

Третье лицо – ИП ФИО3 в письменных пояснениях подтвердила наличие договорных отношений с ИП ФИО2, представила техническую документацию арендуемое ответчиком помещение. 

 

В судебном заседании представители сторон поддержали правовые позиции по спору, приведенные в иске, дополнениях, отзывах и возражениях.

 

Третье лицо, уведомленное о дате, времени и месте рассмотрения дела в порядке статьи 123 АПК РФ, явку представителя не обеспечило. 

 

Дело рассмотрено в отсутствие неявившегося лица, с соблюдением положений статьи 156 АПК РФ. 

 

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, заслушав доводы представителей сторон, арбитражный суд 

 

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Единый город» осуществляет функции управления коммунальным комплексом недвижимого имущества в многоквартирных домах, в том числе в отношении многоквартирного дома по адресу:                          

<

...>. В целях реализации уставных функций и задач между собственниками помещений указанного МКД и Обществом заключен договор управления от 01.07.2017.

 

В состав названного МКД входит принадлежащее на праве собственности ИП ФИО3 нежилое помещение № I (31-37) общей площадью 68 кв.м,, часть которого была предоставлена во временное владение и пользование ИП ФИО2 по договору аренды № 15 от 25.03.2019.  

 

На фасаде указанного МКД ИП ФИО2 размещена рекламная конструкция общей площадью 15 кв.м. 

 

Полагая, что размещение ответчиком указанного элемента не может осуществляться в отсутствие соглашения и на безвозмездной основе, ООО «Единый город» в адрес Предпринимателя направило претензию от 15.06.2020 с требованием о внесении неосновательно сбереженной в связи с использованием общего имущества суммы, ответчику разъяснены правовые последствия уклонения от совершения испрашиваемых действий в виде реализации управляющей компанией права обращения за судебной защитой. 

 

Несмотря на предпринятые меры, направленные на досудебное урегулирование спора, претензия оставлена без удовлетворения, действий по осуществлению соответствующих платежей не совершено.

 

Приведенные обстоятельства послужили основанием для начисления процентов за пользование чужими денежными средствами и обращения ООО «Единый город» с иском в арбитражный суд. 

 

Исследовав фактические обстоятельства спора и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о наличии правовых оснований  для удовлетворения заявленных исковых требований. 

 

Прежде всего, суд констатирует отсутствие основания для оставления иска без рассмотрения. 

 

По смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

С учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (далее - индивидуальный предприниматель), или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Если лицу, направляющему сообщение, известен адрес фактического места жительства гражданина, сообщение может быть направлено по такому адресу.

 

Публично достоверный государственный реестр не содержит данных о месте нахождения ответчика. В договорных отношениях стороны не состояли. При этом юридически значимое сообщение было направлено истцом по единственному известному месту нахождения Предпринимателя – месту осуществления им деятельности в качестве профессионального субъекта гражданского оборота.   

 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2015), по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, пункта 7 части 1 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148АПК РФ, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав. 

 

Из положений норм действующего арбитражного процессуального законодательства следует, что под претензией следует понимать требование заинтересованного лица, направленное непосредственно контрагенту, об урегулировании спора до передачи его на рассмотрение компетентного суда. Указанное требование (претензия) облекается в форму письменного документа, содержащего сформулированные требования, обстоятельства, на которых основываются требования, доказательства и иные сведения, необходимые для урегулирования спора.

 

При оценке доводов ответчика в данной части суд учитывает, что основная задача применения досудебного порядка состоит в побуждении сторон к самостоятельному урегулированию возникшего конфликта или ликвидации неопределенности в их отношениях. Его использование позволяет стороне, права которой предполагаются нарушенными, довести до сведения другой стороны (предполагаемого нарушителя) свои требования, а нарушителю -добровольно удовлетворить обоснованные требования, не допуская переноса возникшего спора на рассмотрение суда. При этом претензионный порядок не должен являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке, в связи с чем при решении вопроса о возможности оставления иска без рассмотрения суд, исходя из указанных выше целей претензионного порядка, учитывает перспективы возможного досудебного урегулирования спора.

 

В Определении Конституционного Суда РФ от 25.05.2017 № 1088-О сформулирован подход, согласно которому установленная частью 5 статьи 4 АПК РФ обязательность досудебного урегулирования сторонами спора, возникающего из гражданских правоотношений, за исключением дел, перечисленных в этом же законоположении, направлена на стимулирование спорящих лиц оперативно разрешить возникшие между ними разногласия без обращения в суд и задействования механизмов государственно-правового принуждения. В случае, если меры по досудебному урегулированию спора не приведут к разрешению спора, сторона, полагающая свои права, свободы и законные права нарушенными, не лишена права обратиться за их защитой в суд.

 

Судом учтена позиция ответчика, однозначно отрицавшего заявленные требования.

 

В таких условиях меры по досудебному урегулированию спора очевидно не способны привести к разрешению спора. В связи с этим суд не находит возможным отказать инициатору разбирательства в рассмотрении спора по существу по формальным основаниям. Иной подход вступает в противоречие с конституционными положениями о назначении судебной процедуры, поскольку способен исключить для субъекта гражданского оборота доступ к правосудию.

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие неосновательного обогащения.

 

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

 

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

 

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

 

Правила о взыскании неосновательного обогащения применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

 

Таким образом, удовлетворение иска о взыскании неосновательного обогащения возможно при доказанности совокупности фактов приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца, а также отсутствия правовых оснований для получения имущества ответчиком.

 

Кроме того, по смыслу приведенных положений гражданского законодательства, а также указаний по их толкованию и применению, удовлетворение требования о взыскании неосновательного обогащения предполагает установление совокупности фактов приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца, а также отсутствия правовых оснований для получения имущества ответчиком, определение конкретного субъекта гражданского оборота, приобретшего имущество без установленных законом или сделкой оснований. 

 

Соответственно в предмет доказывания по спорам данной категории входит: факт обогащения одного лица за счет другого; отсутствие законных оснований для обогащения; размер неосновательного полученных имущественных благ.

 

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

 

Частью 3 статьи 70 АПК РФ, регламентирующей применяемый в арбитражном процессе стандарт доказывания, предусмотрено, что признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

 

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

 

Распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика.

 

Частью 1 статьи 161 ЖК РФ предусмотрено, что управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме. Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами. Надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей, и должно обеспечивать: соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества; доступность пользования помещениями и иным имуществом, входящим в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме, а также иных лиц; постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учета и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к осуществлению поставок ресурсов, необходимых для предоставления коммунальных услуг гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с правилами предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах, установленными Правительством Российской Федерации.

 

Согласно подпункту «а» пункта 16 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и правил изменения размера платы за содержание и ремонт жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее – Правила № 491), надлежащее содержание общего имущества в зависимости от способа управления многоквартирным домом обеспечивается собственниками помещений путем заключения договора управления многоквартирным домом с управляющей организацией - в соответствии с частью 5 статьи 161 и статьей 162 ЖК РФ.

 

Статьей 36 ЖК РФ в состав общего имущества в многоквартирном доме включены: помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы); иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий; крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения; земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.

 

Аналогичные положения содержатся в Правилах № 491. 

 

Общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации в состоянии, обеспечивающем безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических и юридических лиц (пункт 10 Правил № 491).

 

Таким образом, действующее гражданское и жилищное законодательство последовательно распределяют обязанности по содержанию жилых и нежилых помещений, расположенных в многоквартирных домах и находящихся в индивидуальной и общей собственности, а также дифференцируют объем ответственности управляющей организации, осуществляющей функции по техническому обслуживанию, текущему и капитальному ремонту дома, и пользователя конкретного помещения (жилого и нежилого) в многоквартирном доме.

 

Конструктивный элемент комплекса недвижимого имущества, на котором ответчиком размещена спорная вывеска, в силу прямого указания ЖК РФ и Правил № 491 включен в состав общего имущества многоквартирного дома.

 

Следовательно, обязанность по его содержанию в надлежащем состоянии, с учетом императивным предписаний статьи 161 ЖК РФ, а равно использование в целях вовлечения в оборот в рамках соглашений с третьими лицами, возлагается на управляющую компанию.    

 

Как установлено в ходе рассмотрения дела, ООО «Единый город» на основании договора от 01.07.2017 осуществляет функции управления коммунальным комплексом недвижимого имущества многоквартирного дома по адресу: 

<

...>. 

 

Таким образом, в рассматриваемом случае именно ООО «Единый город» как профессиональный субъект управления коммунальным комплексом недвижимого имущества обладает правом инициировать судебное разбирательство по вопросу о взыскании стоимости использования общего имущества МКД, 

 

В состав названного МКД входит, в том числе принадлежащее на праве собственности ИП ФИО3 нежилое помещение № I (31-37) общей площадью 68 кв.м, часть которого была предоставлена во временное владение и пользование ИП ФИО2 по договору аренды № 15 от 25.03.2019.  

 

Из представленного в материалы дела акта осмотра от 01.02.2019, а также материалов фотофиксации следует, что на фасаде многоквартирного дома по адресу Хабаровск, ул. Большой аэродром, д. 40, ИП ФИО2 размещена принадлежащая ответчику рекламная конструкция общей площадью 15 кв.м. (6 * 2,5 м), содержащая ряд графических символов соответствующей тематики, текстуальную формулировку «Честные пивоварни. Собственное производство в Хабаровском крае», а также ряд иных сведений.  

 

Локализация, параметры конструкции, графические, художественные характеристики, ее принадлежность Предпринимателю, подтверждена, наряду с указанными актом и фотоматериалами, самим ответчиком в отзыве, а также устными пояснениями, данными представителем ответчика в рамках предварительного слушания и судебных заседаний.  

В ходе судебного разбирательства установлено, что согласие управляющей компании на размещение спорной конструкции получено не было, собственники помещений МКД подобного решения не принимали, соглашения об использовании общего имущества МКД не заключались, плату за фактическое использование общего имущества ответчик не вносил. При этом спорная конструкция согласно акту была демонтирована 28.07.2020.  

 

Совокупность приведенных фактических обстоятельств, согласующихся между собой, позволяет констатировать использование ответчиком чужого имущества без внесения платы, которое привело к сбережению им денежных средств  в отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

 

К доводам ответчика суд относится критически и отклоняет их. 

 

Действительно, использование ответчиком части нежилого помещения № I (31-37) в МКД по адресу: 

<

...>, осуществлялось по договору аренды № 15 от 25.03.2019 с ИП ФИО3

 

Вместе с тем, данное обстоятельство в рассматриваемом случае не может расцениваться как достаточное основание для вывода об иной, по сравнению с указанной истцом, исходной дате для исчисления периода пользования элементов общего имущества МКД. 

 

Представленный управляющей компанией акт осмотра датирован 01.02.2019, сопровожден фотоматериалами, а также письменными пояснениями. 

 

Суд отмечает, что, выражая несогласие с доводами истца в соответствующей части, ответчик по существу ограничился формальной ссылкой на дату заключения соглашения № 15 (25.03.2019) с третьим лицом,  и не привел иных относимых и допустимых доказательств того, что использование помещения началось именно с указанной им даты.

 

В частности, ответчиком не представлен акт приема-передачи помещения, а равно иной документ соответствующего содержания. 

 

При этом доказательств, опровергающих данные акта осмотра, в нарушение статьи 65 АПК РФ, Предприниматель не представил. Ходатайств о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ применительно к названному письменному доказательству также заявлено не было.

 

Суд обращает внимание на то, что специфика предпринимательской деятельности ответчика предполагает совершение ряда подготовительных мероприятий до непосредственного начала торговой деятельности, к каковым относится и предварительное размещение визуальных рекламных образов в целях интенсификации торговых процессов, привлечения клиентов, формирования конкурентных преимуществ. Деловая практика также исходит из того, что в отношениях по временному возмездному пользованию такие подготовительные действия совершаются до заключения (подписания) договора.     

 

Таким образом, несовпадение даты договора, на основании которого у ответчика возникли арендные правоотношения с третьим лицом, с датой акта осмотра, само по себе (в отсутствие иных доказательств) не свидетельствует о безусловном приоритете договора (в котором не участвовал истец) в определении фактического начала размещения рекламной конструкции и использования элементов МКД, 

 

В связи с этим данные акта осмотра ООО «Единый город» о начале размещения спорной конструкции суд признает достоверными.  

 

Не может быть принято судом и утверждение ответчика об отсутствии у спорной конструкции признаков рекламы. 

 

Согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» (далее – Закон о рекламе) информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, является рекламой и должна в связи с этим отвечать требованиям, предъявляемым Законом о рекламе.

 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона                             «О рекламе», не может быть квалифицирована в качестве рекламы информация, которая хотя и отвечает перечисленным критериям, однако обязательна к размещению в силу закона или размещается в силу обычая делового оборота. К такой информации относятся, в частности, сведения, предоставляемые лицами в соответствии со статьей 495 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 11 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», статьей 18 Федерального закона «О качестве и безопасности пищевых продуктов», статьями 9, 10 Закона «О защите прав потребителей», пунктом 16 статьи 2, частью 5 статьи 18 Федерального закона «О лотереях», статьей 92 Федерального закона «Об акционерных обществах», статьей 27 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации».

 

При анализе информации на предмет наличия в ней признаков рекламы судам необходимо учитывать, что размещение отдельных сведений, очевидно вызывающих у потребителя ассоциацию с определенным товаром, имеющее своей целью привлечение внимания к объекту рекламирования, должно рассматриваться как реклама этого товара, поскольку в названных случаях для привлечения внимания и поддержания интереса к товару достаточно изображения части сведений о товаре (в том числе товарного знака). В этом случае данная информация должна быть исследована судом на предмет соответствия требованиям, предъявляемым Законом о рекламе к рекламе, в том числе установленным главой 3 Закона о рекламе в отношении отдельных видов товаров (пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 58).

 

Из представленных материалов фотофиксации усматривается, что спорная конструкция не содержит наименования ответчика, его ОГРНИП, ИНН, место нахождения и режим работы.

 

Спорная вывеска на протяжении всего периода содержала графические символы и образы, непосредственно ассоциируемые с профильной (основной) деятельностью ответчика.

 

В  ходе судебного разбирательства установлено, что данные образы и символы по способу исполнения и манере отражения значительным образом пространственно превосходят размещенные в непосредственной близости сведения о наименовании, месте нахождения ответчика, визуально явно доминируют в составе конструкции. Данное обстоятельство очевидно следует из представленных фотоматериалов и не оспаривается ответчиком. 

 

Суд также отмечает, что площадь размещенной ответчиком на фасаде МКД вывески значительна и составляет 15 кв.м. Данный факт подтверждает, что действительный интерес ответчика в рассматриваемом случае не сводился исключительно к сообщению третьим лицам обязательных сведений, состав которых определен статьей 9 Закона о защите прав потребителей. 

 

Совокупность приведенных обстоятельств позволяет без применения специальных познаний однозначно констатировать, что конструкция, размещенная ответчиком, по своему внешнему виду, конфигурации, содержанию и размерам явно ориентирована на привлечение внимания к оказываемым ответчиком услугам, формирование и поддержание интереса к ним, то есть содержит все существенные признаки рекламы.

 

Суд обращает внимание, что акты осмотра от 01.02.2019 и демонтажа от 28.07.2020 содержат различные данные о площади конструкции (15 кв.м., 12,8 кв.м).

 

Между тем, в ходе рассмотрения дела установлено, что составление акта осмотра от 01.02.2019 производилось с участием главного инженера управляющей компании, сопровождалось осуществлением измерений. Аналогичных данных применительно к акту от 28.07.2020 не представлено. 

 

Кроме того, соответствующий акту осмотра от 01.02.2019 показатель площади (15 кв.м) приведен в дополнениях ответчика к отзыву от 09.11.2020. 

 

Специальных исследований, способных опровергнуть данный показатель, ответчик в самостоятельном порядке не производил, ходатайств такого рода в ходе процесса не заявлял.   

 

При изложенных обстоятельствах суд констатирует правильность исчисления площади, отраженной в акте от 01.02.2019, и расценивает данный показатель площади в качестве достоверного.  

 

Отклоняет суд как необоснованные и утверждения ответчика относительно неиспользования конструктивных элементов общего имущества МКД.  

 

В ходе рассмотрения спора ответчик последовательно настаивал, что спорная  конструкция фактически размещена в границах лоджии, то есть на конструктивном элементе дома, не отвечающем признакам общего имущества.

 

Однако, данное утверждение в прямой постановке противоречит материалам дела. 

 

Одним из базовых признаков отнесения имущества к общему имуществу собственников помещений в МКД является то, что такое имущество предназначено и используется для обслуживания больше чем одного помещения в доме (статья 290 ГК РФ; статья 36 ЖК РФ).

Жилищное законодательство относит к такому имуществу, в частности помещения, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания больше чем одного помещения в доме; иные помещения, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в доме; ограждающие несущие конструкции (включая несущие стены, балконные и иные плиты); ограждающие ненесущие конструкции, обслуживающие больше одного жилого и (или) нежилого помещения.

Таким образом, по общему правилу балкон (лоджия), расположенный в квартире и предназначенный для использования исключительно лицами, проживающими в этой квартире, не относится к общему имуществу собственников помещений МКД (статьи 15, 36 ЖК РФ). 

Факт предназначения балкона (лоджии) для обслуживания одной квартиры подтверждается, в частности, наличием выхода на балкон (лоджию) только из одного помещения (Определение Верховного Суда РФ от 03.07.2018 N 19-КГ18-9).

Одновременно с этим, балконные плиты (плиты лоджии) входят в состав общего имущества многоквартирного дома как ограждающие несущие конструкции, обеспечивающие прочность и устойчивость дома (пункт 2 Правил № 491; Определение Верховного Суда РФ от 17.01.2012 N КАС11-789).

Таким образом, пользование балконными плитами (плитами лоджий), а также их содержание осуществляется в порядке, установленном для общего имущества собственников помещений в МКД.

 

Из исследованных судом доказательств – распоряжения мэра № 4077-р от 22.10.2007, проекта перепланировки, технического паспорта, справки БТИ от 24.05.2008 № 2420, следует, что нежилое помещение № I (31-37) по адресу: г. Хабаровск, Большой аэродром, 40, общей площадью 68 кв.м, часть которого впоследствии была передана собственником ИП ФИО3 в пользование ИП ФИО2 по договору аренды № 15, образовано в результате перевода из жилого помещения (квартиры № 138). Из проектной, технической документации усматривается, что в состав названного помещения до перепланировки действительно входила лоджия.  

 

Вместе с тем впоследствии в порядке реализации проекта перепланировки, подготовленного в 2007 году ООО «Новый дом» и согласованного с департаментом архитектуры, строительства и землепользования 17.05.2007, существовавшее ограждение лоджии было разобрано до отметки чистого пола, после чего возведена подконструкция навесного фасада, состоящая из кронштейнов и несущих плит, с использованием кирпичных элементов, облицована композитными панелями. 

 

Таким образом, в результате перепланировки, перевода жилого помещения в нежилое, была изменена конфигурация фасадной части всего МКД по адресу: г. Хабаровск, Большой аэродром, 40, в которую в качестве единого, неделимого и неотъемлемого элемента включена  подконструкция навесного фасада. 

 

При изложенных обстоятельствах вся поверхность, в границах которой была размещена спорная рекламная конструкция, является элементом общего имущества МКД, в связи с чем плата за ее использование должна производиться на общих основаниях.  

 

Каких-либо законных оснований для освобождения Предпринимателя от обязанности вносить плату за пользование общим имуществом МКД, со ссылкой на технические параметры общего имущества, не имеется.

 

Оценив возражения ответчика относительно порядка определения размера неосновательного обогащения, суд также не может признать их состоятельными. 

 

В обоснование своей правовой позиции Предприниматель указало на ничтожность протокола общего собрания собственников помещений № 2 от 30.06.2017, исходя из которого истцом был определен размер платы за пользование общим имуществом и впоследствии исчислено неосновательное обогащение.

 

Суд отмечает, что действующее гражданское законодательство не устанавливает универсальной модели исчисления размера неосновательно полученных или сбереженных денежных средств. Механизм определения размера неосновательного обогащения зависит от конкретных обстоятельств  сбережения денежных средств и особенностей объекта, использование которого без внесения платы привело к образованию такого обогащения.

 

Фундаментальным критерием, отраженным в пункте 1 статьи 1102 ГК РФ, является необходимость возврата такого количества материальных благ, которое в полной мере соответствует объему неосновательно приобретенного или сбереженного. Для этого, в частности, могут использоваться показатели стоимости платы, которые подлежали бы применению в случае пользования аналогичным имуществом на договорной основе.

 

В рассматриваемом случае использовавшийся ответчиком объект входит в состав общего имущества МКД. 

 

При таких обстоятельствах применение величины платы за пользование общим имуществом МКД в целях размещения вывесок, рекламных конструкций, утвержденной собственниками помещений в МКД решением общего собрания от 30.06.2017 (452 руб. 04 коп. за 1 кв.м. в год), является правомерным.

 

При этом у суда отсутствуют какие-либо законные основания для признания данного решения ничтожным.

Прежде всего, данное обстоятельство не входит в предмет и пределы доказывания по спору о взыскании неосновательного обогащения.

 

Принятое собственниками МКД решение хотя и порождает правовые последствия, однако не обладает признаками гражданско-правовой сделки.

 

В соответствии с правовым подходом, приведенным в пункте 103 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 2, пункта 6 статьи 50 и пункта 2 статьи 181.1 ГК РФ под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

 

 Более того, вмененная ответчику обязанность проистекает не из несоблюдения решения общего собрания собственником, а исходя из фактического пользования чужим имуществом в коммерческих целях без внесения платы. 

 

Сумма платежа, отраженная в спорном решении собственников, использована лишь в качестве расчетного показателя стоимости использования общего имущества. 

 

Данных, опровергающих указанную стоимость, ответчиком не представлено, сведений о наличии иного более разумного и распространенного в обороте способа определения стоимости подобного использования общего имущества не приведено. Документально произведенный расчет неосновательного обогащения не оспорен, контррасчет не представлен. 

 

Каких-либо исследований, способных опровергнуть результаты оценки, приведенные истцом, ответчиком в самостоятельном порядке не проводилось. 

 

В ходе судебного разбирательства ходатайств о назначении оценочной экспертизы с целью установления стоимости использования аналогичного имущества ответчик не заявлял. 

 

Данные о наличии иных ставок платы также не являются релевантными и сами по себе не опровергают расчет истца. 

 

Поскольку факт использования общего имущества достоверно установлен, что в условиях отсутствия какой-либо платы не могло не повлечь сбережения ответчиком денежных средств, суд, основываясь на представленных сторонами документальных данных, исходя из принципов справедливости и соразмерности, признает, что предъявленная истцом сумма неосновательного обогащения определена с разумной степенью достоверности и экономически обоснована. 

 

Согласно расчету он произведен с момента документальной фиксации размещения вывески ответчика на фасаде МКД, ограничен декабрем 2019 годом. Такой порядок определения долга в полной мере согласуется с установленными законом нормами. Кроме того, он фактически привел к существенному улучшению положения ответчика, поскольку реальное прекращение размещения спорной вывески, как это следует из материалов дела, было произведено позднее указанной даты.  

 

Принимая во внимание доказанность предусмотренных статьей 1102 ГК РФ признаков неосновательного обогащения, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию  неосновательное обогащение за период 01.02.2019-31.12.2019 в сумме 74 586 руб. 60 коп.

 

Согласно пункту 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

 

Пунктом 1 статьи 395 ГК РФ установлено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

 

Проверив расчет процентов, суд признает его верным, основанным на правильном применении переменных показателей. Суд также отмечает, что избранный истцом механизм начисления процентов привел к улучшению положения ответчика. 

 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период 26.03.2019-26.01.2020 в размере 2 153 руб. 82 коп.

 

Доказательств чрезмерности взыскиваемой суммы не представлено. 

 

Оснований для снижения процентов суд не усматривает. 

 

Доводы ответчика в части периода начисления процентов суд отклоняет. 

 

Начисление предусмотренных статьей 395 ГК РФ процентов, с учетом требований статьи 1107 ГК РФ, непосредственно связано с моментом, в который приобретателю стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное от другой стороны исполнение является излишним. 

 

Субъект, разместивший рекламную конструкцию на элементах общего имущества МКД, должен узнать о сбережении им денежных средств с момента, в который должен быть внесен первый платеж за использование общего имущества, и такого перечисления не происходит.  

 

 В рассматриваемом случае договор на использование общего имущества МКД сторонами не заключался. При этом, исходя из сложившихся обычаев делового оборота, деловых обыкновений, договорной практики, стандартным расчетным периодом в такого рода правоотношениях (с учетом базовых предписаний ГК РФ о моменте возникновения денежных обязательств и ЖК РФ о моменте перечисления платы за жилое/нежилое помещение, содержание и ремонт МКД) является календарный месяц. В течение указанного периода пользователь – профессиональный субъект экономической деятельности, разместивший свое имущество в коммерческих целях на элементах МКД, обладает правом в любой момент произвести исполнение денежного обязательства. По истечении названного стандартного периода (календарный месяц) такой субъект находится в состоянии достоверной осведомленности о неосновательности сбережения денежных средств, в связи с чем на него может быть возложена мера ответственности в виде процентов по статье 395 ГК РФ. Иной подход, в том числе предполагающий выплату процентов лишь с момента получения первого претензионного требования, ставит нарушителя, не находящегося в договорных отношениях с потерпевшим, в необоснованно более выгодное положение по сравнению с иными субъектами гражданского оборота (использующих общее имущество в рамках соответствующего договора), что недопустимо.      

 

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

 

 Согласно части 1 статьи 111 АПК РФ в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

 

В рассматриваемом случае суд не находит оснований для отнесения на истца понесенных судебных издержек. 

 

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить.

 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 311272419600026, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Единый город» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) неосновательное обогащение в сумме 74 586 руб. 60 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 153 руб. 82 коп., государственную пошлину в сумме 3 070  руб. 

 

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

 

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

 

Судья                                                                                С.Ю. Дацук