562/2023-73666(2) @ 

 

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-12530/2022

г. Киров

02 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 02 октября 2023 года.  

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Хорошевой Е.Н.,  судей Дьяконовой Т.М., Калининой А.С.,  при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

при участии в судебном заседании по веб-связи: 

представителя ООО «ДК «Торговый Дом» – ФИО2, по доверенности от  24.01.2023;  

ФИО3, лично, по паспорту, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4  

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 03.07.2023 по делу   № А29-12530/2022 (З-27201/2023)  

по заявлению финансового управляющего ФИО5  

о признании сделки должника недействительной и применении последствий  недействительности сделки  

с участием лица, в отношении которого совершена сделка – ФИО6, ФИО4,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3  (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; место рождения: г. Цивильск, Чувашской  Республики, адрес регистрации: 

<

...>; СНИЛС: 

<

***>),  

установил:

определением от 28.12.2022 по делу № А29-12530/2022 в отношении  ФИО3 (далее – ФИО3, должник) введена  процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация  долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена  ФИО5.  

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 11.04.2023 ФИО7  

Галина Юрьевна признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее  введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим  утверждена Андронович Светлана Константиновна.  

Финансовый управляющий ФИО5 обратилась в Арбитражный  суд Республики Коми с заявлением, в котором просила признать  недействительными, а именно:  

- договор дарения от 17.10.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО6 на нежилое помещение / 5 этаж -  торговое помещение 5 «А» (блок «Б»), площадью 58,9 кв.м., кадастровый номер  11:05:0106035:554, находящееся по адресу: 

<

...>;  

- договор дарения от 17.01.2022 между ФИО6 и  ФИО4 на нежилое помещение / 5 этаж - торговое  помещение 5 «А» (блок «Б»), площадью 58,9 кв.м., кадастровый номер  11:05:0106035:554, находящееся по адресу: 

<

...>;  

- договор дарения от 17.10.2019 между ФИО3 и  ФИО6 на нежилое помещение № 7, кадастровый №  11:05:0106035:557 в блоке «Б» многофункционального комплекса, этаж № 4,  площадью 116,8 кв.м., кадастровый номер 11:05:0106035:557, находящееся по  адресу: 

<

...>;  

- договор дарения от 17.01.2022 между ФИО6 и  ФИО4 на нежилое помещение № 7, кадастровый   № 11:05:0106035:557 в блоке «Б» многофункционального комплекса, этаж № 4,  площадью 116,8 кв.м., кадастровый номер 11:05:0106035:557, находящееся по  адресу: 

<

...>;  

- договор дарения от 17.10.2019 между ФИО3 и  ФИО6 на земельный участок 66/10000 (шестьдесят  шесть десятитысячных) долей в праве собственности на земельный участок с  кадастровым номером 11:05:0106035:39, категория земель: земли населенных  пунктов, разрешенное использование: для обслуживания многофункционального  комплекса, находящегося по адресу: 

<

...>;  

- договор дарения от 17.01.2022 между ФИО6 и  ФИО4 на земельный участок 66/10000  (шестьдесят шесть десятитысячных) долей в праве собственности на земельный  участок с кадастровым номером 11:05:0106035:39, категория земель: земли  населенных пунктов, разрешенное использование: для обслуживания  многофункционального комплекса, находящегося по адресу: 

<

...>.  

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 03.07.2023  заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными  удовлетворено; применены последствия недействительности сделки должника, в  виде возврата в конкурсную массу ФИО3 следующего  имущества:  

- нежилое помещение, кадастровый номер 11:05:0106035:554, торговое  помещение 5 «А» (блок «Б»), площадью 58,9 кв.м., находящееся по адресу:  

<

...>;  

- нежилое помещение, кадастровый номер 11:05:0106035:557, торговое  помещение № 7 в блоке «Б» многофункционального комплекса, площадью 116,8  кв.м., находящегося по адресу: Республика Коми, г. Сыктывкар, ул.  Первомайская, д. 62, помещение 7;  

- земельный участок 66/10000 долей в праве собственности на земельный  участок с кадастровым номером 11:05:0106035:39, категория земель: земли  населенных пунктов, разрешенное использование: для обслуживания  многофункционального комплекса, находящегося по адресу: 

<

...>.  

ФИО3, ФИО4 с  принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный  апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить оспариваемое  определение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявления в полном объеме.  

По мнению ФИО3, заявление финансового управляющего  принято к производству с нарушением закона, что не позволяет разрешить  гражданское дело в соответствии с законом. Апеллянт указывает, что суд не  рассмотрел заявление об ознакомлении с материалами дела, не исполнил  требование предоставить копии заявлений и не вынес определение по вопросам,  изложенным заявителем в его процессуальных документах в установленный  законом срок 10 дней. Суду было направлены возражения относительно  рассмотрения дела в отсутствие у лиц, участвующих в деле, возможности  ознакомления с исковым заявлением. До настоящего времени заявление о  признании сделки должника недействительной и применении последствий  недействительности сделки от финансового управляющего ФИО5 должнику и ответчикам не передала. В материалах  дела отсутствуют документы, подтверждающие направление копии заявления в  адрес должника и других лиц по указанному делу. Сделка совершена 14.10.2019,  финансовый управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки  17.10.2022, тем самым видно, что его заявление об оспаривании сделки  находиться за пределами трехлетнего срока. Соответственно, как полагает  апеллянт, пропущен срок исковой давности. Заявитель жалобы ссылается на  отсутствие доказательств неплатежеспособности на дату совершения сделки,  поскольку закон допускает возможность неисполнения возникшей обязанности.  Судебные акты о взыскании с ФИО3 убытков в пользу кредитора не  могут быть приняты во внимание, поскольку вступили в законную силу после  совершения спорных сделок. Надлежащих доказательств того, что при  заключении договора дарения стороны действовали исключительно с целью  причинения вреда третьим лицам и нарушением пределов осуществления  гражданских прав не представлено. ФИО6 реально  пользовался своими помещениями, сдавал их в аренду, равно как и ФИО4, что опровергает доводы финансового управляющего о  мнимости сделки. ФИО3 не сохранила за собой контроля  над активом. Апеллянт обращает внимание, что им раскрыты добросовестный  характер мотивов своего поведения при заключении оспариваемых сделок и  наличие у этих сделок разумных экономических и семейных оснований. Как  утверждает апеллянт, имущественное положение должника в результате сделки  не ухудшилось. Податель жалобы являлась индивидуальным предпринимателем,  

успешно вела коммерческую деятельность, имела стабильный доход и не  испытывала финансовых трудностей. Финансовым управляющим не  представлены в материалы дела достаточные и достоверные доказательства того,  что оспариваемые договоры дарения были заключены сторонами именно с  целью реализовать какой-либо противоправный интерес, в частности, причинить  вред третьим лицам, то есть не доказано злоупотребление правом.  

ФИО4 в жалобе указывает, что получила определение суда о  предстоящем судебном заседании 21.06.2023, в связи с чем отсутствовала  возможность своевременно подготовиться к судебному заседанию, ознакомиться  с материалами дела, представить свои доводы и возражения, а также  возможности явиться в судебное заседание в связи с отдалённостью проживания.  ФИО4 утверждает, что не получала заявления о признании сделок  недействительными от финансового управляющего. Учитывая то  обстоятельство, что финансовым управляющим не было представлено  документов, свидетельствующих о направлении стороне по делу копии  заявления, такое заявление должно было быть оставлено без движения.  Апеллянт указывает, что не была предоставлена возможность ознакомиться с  заявлением финансового управляющего и материалами дела, что нарушило  процессуальные права на справедливое судопроизводство. Первоначальная  сделка по отчуждению имущества была совершена за пределами трехлетнего  срока подозрительности. Финансовым управляющим не доказано наличие  совокупности всех обстоятельств, необходимых и достаточных для признания  сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве). На момент совершения оспариваемой сделки должник не  отвечал признакам неплатежеспособности. Апеллянт полагает, что финансовым  управляющим не представлены доказательства осведомленности другой  стороны сделки о якобы неплатежеспособности должника, а также бесспорные  доказательства аффилированности или иной заинтересованности сторон.  Финансовый управляющий не представил доказательства отсутствия воли  сторон на заключение сделки, доказательства, свидетельствующие о мнимости  или притворности договора и его заключение с целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов должника, а также, что их воля была  направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника  или же имела место иная противоправная цель. По мнению апеллянта,  злоупотребление правом сторонами сделки не доказано.  

Определения Второго арбитражного апелляционного суда о принятии  апелляционной жалобы к производству вынесены 09.08.2023, 29.08.2023 и  размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»  10.08.2023, 30.08.2023.  

В судебном заседании ФИО3 поддержала доводы жалобы,  настаивает на ее удовлетворении.  

Представитель кредитора ООО «ДК «Торговый Дом» в судебном заседании  указал на законность и обоснованность принятого судебного акта.  

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное  заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены  надлежащим образом.  

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса  

Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие  неявившихся лиц.  

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена  Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  статьями 258, 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда  Республики Коми от 14.10.2022 по заявлению кредитора ООО «Дирекция  комплекса «Торговый двор» возбуждено дело о банкротстве ФИО3  

Как усматривается из материалов дела, требование заявителя основаны на  вступивших в законную силу решении Сыктывкарского городского суда  Республики Коми от 28.06.2022 по делу № 2-4366/2022, а также решении  Арбитражного суда Республики Коми от 07.12.2021 по делу № А29-12104/2019, с  учетом постановления арбитражного суда апелляционной инстанции от  01.08.2022.  

Определением от 21.12.2022 в отношении должника введена процедура  реструктуризации долгов, решением от 11.04.2023 в отношении должника  введена процедура реализации имущества.  

ООО «Дирекция комплекса «Торговый двор» 29.08.2019 обратилось с  исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании 1 024 701 руб. 27 коп. долга по управлению и  эксплуатации общим имуществом здания, расположенного по адресу:  

<

...>, в отношении нежилого помещения  площадью 58,9 кв.м. за период с 15.04.2016 по 31.01.2019 и в отношении  нежилого помещения площадью 116,8 кв.м. за период с 09.08.2016 по 31.01.2019.  

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.09.2019 по делу   № А29-12104/2019 вышеуказанное заявление принято к производству,  возбуждено производство по делу, дело назначено к рассмотрению в  предварительном судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.  

17.10.2019 между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) заключен договор дарения на нежилое  помещение / 5 этаж - торговое помещение 5 «А» (блок «Б»), площадью 58,9  кв.м., кадастровый номер 11:05:0106035:554, находящееся по адресу: 

<

...> (т.д.1, л.д. 19).  

17.10.2019 между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) заключен договор дарения на нежилое  помещение, кадастровый № 11:05:0106035:557 № 7 в блоке «Б»  многофункционального комплекса, этаж № 4, площадью 116,8 кв.м., кадастровый  номер 11:05:0106035:557, находящееся по адресу: 

<

...> (т.д.1, л.д. 15).  

17.10.2019 между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) на земельный участок 66/10000 долей в  праве собственности на земельный участок с кадастровым номером  11:05:0106035:39, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное  использование: для обслуживания многофункционального комплекса,  находящегося по адресу: 

<

...> (т.д.1, л.д. 11).  

17.01.2022 между ФИО6 (даритель) и  ФИО4 (одаряемая) заключен договор дарения на  

нежилое помещение - 5 этаж - торговое помещение 5 «А» (блок «Б»), площадью  58,9 кв.м., кадастровый номер 11:05:0106035:554, находящееся по адресу:  Республика Коми, г. Сыктывкар, ул. Первомайская, д. 62 (т.д.1, л.д. 13).  

17.01.2022 между ФИО6 (даритель) и  ФИО4 (одаряемая) заключен договор дарения на  нежилое помещение, кадастровый № 11:05:0106035:557 № 7 в блоке «Б»  многофункционального комплекса, этаж № 4, площадью 116,8 кв.м., кадастровый  номер 11:05:0106035:557, находящееся по адресу: 

<

...> (т.д.1, л.д. 17).  

17.01.2022 между ФИО6 (даритель) и  ФИО4 (одаряемая) заключен договор дарения на  земельный участок 66/10000 долей в праве собственности на земельный участок  с кадастровым номером 11:05:0106035:39, категория земель: земли населенных  пунктов, разрешенное использование: для обслуживания многофункционального  комплекса, находящегося по адресу: 

<

...>.  

Согласно представленным выпискам из ЕГРН 31.01.2022 произведена  регистрация перехода права собственности на спорные объекты недвижимого  имущества в пользу ФИО4.  

Согласно сведениям из Министерства юстиции Республики Коми  ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) является сыном  ФИО3, ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ  года рождения) является дочерью ФИО3.  

Таким образом, на дату заключения спорных сделок (17.10.2019,  17.01.2022) должник имел обязательства, период образования которых с апреля  2016 года, и которые до настоящего времени не погашены и включены в реестр  требований кредиторов. Активами для погашения задолженности перед  кредитором в настоящее время должник не располагает, финансовым  управляющим таковых не выявлено.  

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 11.04.2023 ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее  введена процедура реализации имущества.  

Указывая на то, что сделки совершены заинтересованными лицами при  наличии признаков неплатежеспособности должника с целью вывода его  активов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим  заявлением.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб,  заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не  нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из  нижеследующего.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей  223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  

недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления,  может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном  встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в  случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для  должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в  сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная  сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или  осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает  стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с  учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения  сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об  этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда,  причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или  размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником  сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения  сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в  имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из  состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии  одного из условий, предусмотренных абзацами 3-5 вышеназванного пункта.  

В соответствии с пунктами 5 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) в силу пункта 2  

статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по  данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало  наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно пункту 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно  два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если  иное не доказано другой стороной сделки.  

Пунктом 6 Постановления № 63 предусмотрено, что при определении  наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества  следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Так, в соответствии с вышеназванной статьей под неплатежеспособностью  понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств  или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных  средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью  имущества понимается превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью  имущества (активов) должника.  

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления,  то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных  обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением  была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до  принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана  недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6  

настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие  обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве (абзац 4 пункта 9 Постановления № 63).  

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

По общему правилу, период подозрительности в деле о банкротстве  должника исчисляется с даты принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом. Согласно разъяснениям, содержащимся в  пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», такой  датой является дата принятия судом первого заявления независимо от того,  какое заявление впоследствии будет признано обоснованным.  

Судами установлено, что заявление о признании должника банкротом  принято судом к производству 14.10.2022, оспариваемые сделки совершены  17.10.2019, 17.01.2022, то есть, вопреки позиции апеллянтов, в период  подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Из материалов рассматриваемого дела следует, что на момент совершения  оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед  кредитором, являющимся заявителем по делу о банкротстве, требования  которого включены в реестр требований кредиторов должника (ООО «Дирекция  комплекса «Торговый двор»). Как следует из судебного акта (дело № А2912104/2019) о взыскании задолженности с ФИО3 в пользу кредитора,  задолженность у ответчика перед истцом по неоплате коммунальных услуг и  услуг по содержанию общего имущества возникла с середины 2016 года.  

Указанные обстоятельства согласно правовой позиции, изложенной в  Определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), могут  свидетельствовать о неплатежеспособности должника для целей оспаривания  сделок в деле о банкротстве.  

То обстоятельство, что судебные акты о взыскании с ФИО3  убытков в пользу кредитора вступили в законную силу после совершения  спорных сделок, правового значения не имеет, поскольку для установления  признаков неплатежеспособности важен момент возникновения задолженности,  о которой должник должен был знать.  

Причины неисполнения должником обязательств перед кредитором, не  связанные с недостаточностью денежных средств, из материалов дела не  усматриваются, надлежащие доказательства, подтверждающие достаточность  денежных средств у должника в спорный период, в материалах дела  отсутствуют.  

Вопреки позиции должника представленная выписка по его счету не  позволяет суду прийти к выводу о том, что на дату совершения сделок должник  обладал денежными средствами в достаточном размере для расчетов с  кредиторами.  

При данных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу, что на момент заключения спорных договоров должник  отвечал признакам неплатежеспособности.  

Кроме того, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно  высказывал правовую позицию, согласно которой сама по себе недоказанность  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент  совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения  вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве) также не исключает возможность квалификации такой сделки в  качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих  основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определения от 01.10.2020 № 305-ЭС19- 20861(4) по делу № А40-158539/2016, от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924(1,2) по делу   № А41-97272/2015, от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025 по делу № А56-7844/2017).  

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки  знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого  Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли  была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание  принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя  требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве  заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются  его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры,  братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья  супруга.  

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не  оспаривается, что ФИО4 и ФИО6 являются детьми  ФИО3, то есть являются по отношению друг к другу близкими  родственниками. Соответственно, ответчики были осведомлены как о  финансовом состоянии своей матери, так и о цели совершения спорных сделок.  Презумпция осведомленности в данном случае ответчиками не опровергнута.  

Судебная коллегия отмечает, что в результате совершения договоров  дарения в пользу аффилированного с должником лица из владения последнего  выбыло ликвидное недвижимое имущество, что повлекло за собой уменьшение  его активов и, как следствие, уменьшение конкурсной массы, за счет которой  удовлетворяются требования кредиторов. Безвозмездная передача имущества  должника ответчикам свидетельствует о том, что имущественным правам  кредиторов должника причинен вред.  

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования  значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у  гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление  одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над  необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества  должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 по делу № А5315496/2017).  

По этой причине, подобного рода сделки не могут быть квалифицированы в  качестве обычной внутрисемейной сделки.  

Ввиду изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о  доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе  о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных  статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении  требования, основанного на такой сделке.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом).  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые  негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом  осуществления субъективного права.  

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под  которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть  включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.  Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью  предотвращения возможного обращения на него взыскания.  

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –  Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и  законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в  получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10  ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и  разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками  гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок  необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с  позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и  законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим  лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются  злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия  злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу,  намерение употребить право во вред другому лицу.  

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки  должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их  сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.  Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при  

котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства  того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них  намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный  характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой  (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и  разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным  лицом).  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума  ВАС РФ от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение  спорной сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов  кредиторов, в частности, имеющей целью уменьшение активов должника и его  конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам,  является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).  

Как следует из отчета финансового управляющего по результатам  процедуры реализации имущества гражданина от 01.08.2023, у должника  отсутствуют права на какое-либо недвижимое имущество. Сделки по продаже  единственного имущества, совершенные в трехлетний период до возбуждения  дела о банкротстве, оспорены в судебном порядке.  

Доказательств, опровергающих доводы финансового управляющего, в  материалы дела не представлено.  

Из материалов дела усматривается, что оспариваемые сделки совершены  должником и его детьми в период, когда возникла угроза обращения взыскания  на имущество должника. Так, договоры дарения от 17.10.2019 заключены после  возбуждения производства по исковому заявлению общества с ограниченной  ответственностью «Дирекция Комплекса «Торговый Двор» о взыскании долга  (дело № А29-12104/2019) определением суда от 04.09.2019. Договоры дарения от  17.01.2022 после принятия решения Арбитражного суда Республики Коми от  07.12.2021 по делу № А29-12104/2019.  

Таким образом, действия должника, ФИО6 и ФИО4  были направлены на вывод единственного ликвидного недвижимого имущества  должника из его владения в преддверии банкротства последнего во избежание  обращения на него взыскания со стороны кредитора.  

С учетом заинтересованности и осведомленности сторон сделки о  безвозмездном выбытии единственных ликвидных активов должника судебная  коллегия расценивает действия сторон договоров как недобросовестные  поведения, направленные на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Данные обстоятельства свидетельствуют о направленности оспариваемых  договоров на сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания  кредитором, а также о наличии признаков злоупотребления правом при их  совершении, что является основанием для признания их недействительными на  основании статей 10, 168 ГК РФ.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63,  заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности  (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий  недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки  недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года (пункт 1 статьи 181  ГК РФ).  

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности  по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда  первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий, в том  числе исполняющий его обязанности (абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона)  узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки,  предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

Учитывая, что финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с  заявлением о признании сделок недействительными 20.02.2023, то есть в  пределах годичного и трехлетнего срока с момента введения процедуры  реструктуризации в отношении должника ФИО3 (21.12.2022),  судебная коллегия отклоняет довод должника о пропуске срока исковой  давности.  

Ссылка апеллянтов на ненаправление финансовым управляющим копии  заявления противоречит представленным в материалы дела доказательствам  направления в адрес должника, ФИО4 и ФИО6  корреспонденции управляющим. При этом отсутствуют доказательства того, что  в почтовых отправлениях, направленных в адрес иных участников спора,  отсутствовало заявление о признании сделки недействительной.  

Как следует из материалов дела, должник неоднократно направлял в суд  первой инстанции ходатайства об ознакомлении с материалами дела, об участии  в судебном заседании с помощью веб-конференции, а также письменные  пояснения относительно доводов финансового управляющего. Кроме того, к  заявлению ФИО3 (исх. № 9-369 от 23.05.2023) приложено настоящее  заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной.  Следовательно, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания  полагать, что должник, равно как и аффилированные к нему ответчики, не были  ознакомлены с содержанием требований заявителя и не понимали предмет  настоящего спора.  

В материалах дела также имеются отзывы на заявление, поступившие от  ФИО4 и ФИО6, соответственно, данные лица осведомлены  о судебном разбирательстве.  

Само по себе неполучение (несвоевременное получение) должником и  ответчиками судебной и (или) почтовой корреспонденции не свидетельствует о  ненадлежащем извещении судом или о ненадлежащем исполнении финансовым  управляющим обязанности по направлению должнику копии заявления и  приложенных к нему документов.  

Представленные ФИО3 в суде апелляционной инстанции  договоры аренды и договор безвозмездного пользования не опровергают факт  причинения вреда имущественным правам кредиторов безвозмездным выводом  ликвидных активов в результате цепочки оспариваемых сделок в пользу  заинтересованного лица при наличии непогашенной задолженности перед  кредитором.  

В силу пунктов 1, 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было  передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения  

обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке,  признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.  

При признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими  сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества  от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с  использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения  виндикационного иска (Определение Верховного суда РФ от 31.07.2017 по делу   № 305-ЭС15-11230).  

При изложенных обстоятельствах в качестве последствий  недействительности сделки (с учетом ее безвозмездного характера) судом  первой инстанции правомерно возложена обязанность по возврату спорного  имущества в конкурсную массу ФИО3 при отсутствии доказательств  утраты или отчуждения спорного имущества третьим лицам.  

Иные доводы апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой  инстанции и не влияют на обоснованность и законность судебного акта.  

Таким образом, оспариваемый судебный акт принят судом первой  инстанции при правильном применении норм материального и процессуального  права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или  изменения не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену  судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционной жалобе  относятся на их заявителей.  

В пункте 19 Постановления № 63 Пленум Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации разъяснил, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о  банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о  банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере,  предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок  (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).  

Государственная пошлина по апелляционной жалобе на определение суда о  признании сделки должника недействительной в соответствии с требованиями  подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  составляет 3000 рублей.  

Учитывая, что определением Второго арбитражного апелляционного суда  от 09.08.2023 по настоящему делу ФИО3 была предоставлена  отсрочка от уплаты государственной пошлины за подачу жалобы, с ФИО4 суд определением от 29.08.2023 запросил представить доказательство  уплаты госпошлины за подачу апелляционной жалобы, что не исполнено  последней, госпошлина подлежит взысканию с заявителей жалоб настоящим  постановлением.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 03.07.2023 по делу №  А29-12530/2022 (З-27201/2023) оставить без изменения, а апелляционные  

жалобы Павличенко Галины Юрьевны, Павличенко Елизаветы Васильевны – без  удовлетворения.  

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета  3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы.  

Взыскать с ФИО4 в доход федерального  бюджета 3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через  Арбитражный суд Республики Коми.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской  Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно  обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий Е.Н. Хорошева  

Т.М. Дьяконова 

Судьи 

А.С. Калинина