ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-4919/2019

г. Киров

20 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 января 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2

при участии в судебном заседании:

представителя финансового управляющего ФИО3 ФИО4, по доверенности от 10.09.2020,

представителя ФИО5 ФИО6, по доверенности от 27.09.2017,

представителя ФИО7 ФИО8, по доверенности от 27.11.2020,

представителя ФИО9 ФИО10, по доверенности от 17.06.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО9

на определение Арбитражного суда Кировской области от 28.09.2020 по делу № А28-4919/2019, 

по делу по заявлению финансового управляющего ФИО7 к ФИО9 (г. Москва) о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее также должник) финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора от 22.06.2016 дарения здания конторы и земельного участка ФИО9 (далее – ответчик, ФИО9) и применении последствий недействительности в виде возврата имущества. 

Определением Арбитражного суда Кировской области от 28.09.2020 заявление финансового управляющего ФИО7  удовлетворено, признана недействительной сделка дарения здания конторы и земельного участка ФИО9 по договору от 22.06.2016, суд обязал ФИО9 возвратить ФИО7 здание конторы лесоцеха площадью 79,9 кв.м, с кадастровым №44:22:310209:0387:11173/14/А, земельный участок площадью 7784 кв.м. с кадастровым № 43:22:310209:387.

ФИО9 с принятым определением суда не согласилась, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт, которым финансовому управляющему ФИО7 - ФИО3, будет отказано в удовлетворении требований в полном объеме.

Заявитель жалобы указывает, что на момент совершения сделки ФИО7 не обладал признаками неплатежеспособности. На момент заключения сделки у ФИО7 не было каких-либо крупных кредиторов. Оснований полагать, что ФИО7 является неплатежеспособным, не имелось. Таким образом, стоимость активов ФИО7 на дату подписания договора купли-продажи не позволяла сделать вывод о его неплатежеспособности. На сегодняшний день в реестр требований ФИО7 включен только ФИО5, права требования которого были подтверждены решением суда лишь 20.03.2019. Таким образом, доводы управляющего о том, что стороны при заключении договора купли-продажи злоупотребляли своими правами с целью нарушить права кредиторов, не подтверждаются обстоятельствами дела. ФИО9 фактически обладала земельным участком, пользовалась им, содержала его. Таким образом, материалами дела не подтверждается, что в действиях должника и ФИО9 при заключении договора дарения имелись признаки злоупотребления правом, а также умысел на причинение вреда имущественным правам кредиторов ФИО7 Финансовым управляющим не представлено доказательств, что ФИО9, заключив договор дарения, преследовала иную цель, нежели использование земельного участка в своих интересах. Финансовый управляющий также не доказал осведомленность ФИО9 о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а равно наличие у должника таких признаков на момент заключения оспариваемой сделки. В материалы дела представлены документы, которые в совокупности подтверждают факт того, что основной должник ООО «Вятская газовая компания» имел возможность погасить кредит без помощи поручителей. Суд указывает, что о неплатежеспособности должника знала ФИО8 - жена ФИО7 Однако она не участвовала в судебном заседании и не давала пояснений относительно данного вопроса. Так, на стр. 5, стр. 11 оспариваемого судебного акта суд указал, что также оспаривается сделка с ООО «Промгаз» (дело №А28-4919/2019-615), сделка купли-продажи автомобиля (дело №А28-4919/2019-616), которыми также был причинен вред кредиторам. Однако на момент вынесения оспариваемого решения по одной из обозначенных сделок (ООО «Промгаз») не было вынесено решение о признании их недействительными. Договор дарения был заключен 22.06.2020, то есть задолго до совершения 1 платежа, что свидетельствует о том, что ни ФИО7, ни ФИО9 не могли знать то, что ООО «ВГК» не осуществит первый платеж. По документам ООО «ВГК» ФИО7 видел, что у предприятия есть обороты, что оно сможет осуществить платежи по своим обязательствам. Однако данный факт не принят во внимание судом. Материалами дела не установлено то, что ФИО7 вплоть до настоящего момента имеет доступ на земельный участок и использует его.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 27.11.2020 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 28.11.2020.

ФИО7 представил отзыв на апелляционную жалобу ФИО9, поддерживает доводы апелляционной жалобы. Также ФИО7 представляет сравнительную таблицу, которая содержит в себе информацию из текста судебного акта, фактических обстоятельствах дела и сделанных из анализа данных обстоятельств выводах ФИО7 Также ФИО7 в своем отзыве отмечает, что суд занимает сторону заявителя по делу. Просит отменить обжалуемое определение и отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего должника. 

Кредитор ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу отмечает, что на момент совершения сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, кредиторская задолженность превышала 5 000 000 руб., стоимость имущества должника была значительно меньше. Также не принимает довод должника о наличии в его собственности цистерн, поскольку последние не включены в конкурсную массу, а отсутствие права собственности на цистерны подтверждается решением Первомайского районного суда г.Кирова от 01.10.2019. Кроме того кредитор полагает, что сделка является мнимой, поскольку должником в здании лесоцеха в г.Омутнинск производились топливные брикеты. Кредитор считает, что при формировании условии сделки по распоряжению своими активами, тем более не предполагающих получение встречного исполнения, должник, являющийся поручителем по обязательству перед Банком, обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения имущества, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит непосредственно после их совершения. Также кредитор указывает, что сделкой по отчуждению имущества должник не вправе создавать невозможность исполнения уже принятых на себя обязательств в будущем, умышленно уменьшать объем активов, которые подлежали учету при оценке рисков кредитной организации в момент выдачи заемных денежных средств. Указывает, что на момент совершения сделки у должника имелась кредиторская задолженность, наличие у ответчика финансовой возможности не свидетельствует об оплате по договору, договор дарения является мнимой сделкой. Также ФИО7 являлся учредителем ООО «ВГК» и не мог не знать о неплатежеспособности общества. ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебное заседание обеспечена явка представителей ФИО9, ФИО7, финансового управляющего ФИО3, ФИО5 

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 22.06.2016 между ФИО7 (даритель) и ФИО9 (одаряемая) был подписан договор дарения здания конторы лесоцеха площадью 79,9 кв.м, с кадастровым №44:22:310209:0387:11173/14/А, земельный участок площадью 7784 кв.м. с кадастровым № 43:22:310209:387. Произведена государственная перерегистрация права собственности.

Определением от 18.04.2019 принято к производству заявление о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом). 

Определением от 22.07.2019 в отношении ФИО7 введена процедура банкротства - реструктуризации долгов гражданина.  

Решением Арбитражного суда Кировской области от 22.01.2020 ФИО7 признан банкротом, в его отношении введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3

Финансовый управляющий должника, полагая, что договор дарения от 22.06.2016 является недействительной сделкой, обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, счел их подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 Постановления № 63).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято судом 18.04.2019, оспариваемая сделка совершена 22.06.2016, то есть в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника несостоятельным, следовательно, может быть оспорена по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена между родственниками (братом и сестрой), то есть в силу статьи 19 Закона о банкротстве ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику. Данные обстоятельства не оспариваются.

Также материалами дела также подтверждается, что дарение спорного имущества совершено должником безвозмездно. Доказательства, свидетельствующие об обратном, лицами, участвующими в деле, не представлены. Иного из материалов дела не следует.

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки из владения должника выбыло ликвидное недвижимое имущество, что повлекло за собой уменьшение активов должника и, как следствие, уменьшение конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов.

Безвозмездная передача имущества должника сама по себе свидетельствует о том, что имущественным правам кредиторов должника причинен вред.

В то же время в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) по делу № А40-177466/2013 выражена правовая позиция, в соответствии с которой из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. 

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

С учетом изложенного сами по себе доводы апеллянта об отсутствии на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности должника основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований не являются. 

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К таким основаниям может быть отнесен факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, заключение сделки с аффилированным лицом, что в своей совокупности является обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, указанные обстоятельства могут служить основанием для констатации наличия у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, недоказанность установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не может рассматриваться как единственное основание для отказа в удовлетворении заявления, в подобном случае суду надлежит исследовать все обстоятельства совершения сделок по общим процессуальным правилам доказывания.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки должник уже являлся поручителем ООО «Вятская газовая компания» обязательств по заключенному с  АО «Первый Дортрансбанк» генеральному кредитному договору 

<

***> от 02.12.2015 на открытие кредитной линии, которые в последующем не были исполнены, а в отношении ООО «Вятская газовая компания» введена процедура банкротства (дело №А28-14950/2017)

При этом суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к доводам ответчика о его неосведомленности о финансовом положении основного должника в связи с тем, что:

-  должник работал в ООО «Вятская газовая компания» в должности коммерческого директора (с 21.04.2015 до 15.04.2016) и являлся с апреля 2015 года до октября 2017 года участником общества с долей участия 50%;

- супруга должника также являлась работником организации, в отпуске по уходу за ребенком ей работодателем не выплачивалось пособие по уходу за ребенком в течение длительного времени, в связи с чем ФИО8 вынуждена была обратиться в Фонд социального страхования для получения пособия напрямую (вопреки доводам апеллянта судебный акт не содержит выводов относительно осведомленности жены должника о его неплатежеспособности);  

- с июня 2016 года счета ООО «Вятская газовая компания» были заблокированы налоговым органом, о чем указано в определении Арбитражного суда Кировской области от 15.08.2018 по делу №А28-14950/2017 о банкротстве ООО «Вятская газовая компания»;

- из финансового анализа ООО «Вятская газовая компания» следует, что уровень платежеспособности организации чрезвычайно низкий: в 2016 году обществу требовалось в среднем 22 месяца для погашения имеющихся текущих обязательств исключительно за счет выручки.

Оснований не согласиться с указанными выводами апелляционный суд не усматривает.

Кроме того на момент совершения сделки ФИО7 имел обязательства перед ООО «Кировская газовая компания» по договору купли-продажи автомобиля от 18.05.2016, задолженность по данному кредитору в последующем  была включена в реестр требований кредиторов должника (определение от 23.04.2020 по делу №А28-4919/2019-165). 

По смыслу положений пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ), действуя разумно и добросовестно, в том числе в интересах своих кредиторов, должник, оценивая высокую вероятность предъявления к нему требования, должен был обеспечить возможность исполнения ранее принятого на себя обязательства за счет своей имущественной массы.

При этом доводы о превышении стоимости принадлежащего должнику имущества над суммой обязательств перед кредитором не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего, поскольку наличие имущество само по себе не свидетельствует о платежеспособности должника.

Ссылка апеллянта о частичном погашении задолженности ООО «Вятская газовая компания» по кредитному договору 

<

***> от 02.12.2015 не могут быть приняты во внимание, поскольку требования Банка так и не были погашены в полном объеме и явились основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд приходит к выводу о том, что договор дарения от 22.06.2016 заключен с намерением причинить вред кредиторам должника.

Также судом первой инстанции правомерно учтено, что разумных мотивов безвозмездного отчуждения имущества, а не возмездной сделки на рыночных условиях, должником не представлено,  как и доказательств переоформления на ФИО9 договоров с ресурсоснабжающими организациями для обеспечения эксплуатации здания.  Доводы заявителя жалобы о содержании имущества в отсутствие документов, подтверждающих заключение договоров от имени самого ответчика, подлежат отклонению.

Кроме того должником в пределах трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве заключались и иные договоры, направленные на выбытие ликвидного имущества (определение Арбитражного суда Кировской области от 25.09.2020).

При данных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и правомерно удовлетворил требования финансового управляющего.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как следует из пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Следовательно, признав оспариваемую сделку недействительной, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование финансового управляющего о применении последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО7 здания конторы лесоцеха площадью 79,9 кв.м, с кадастровым № 44:22:310209:0387:11173/14/А, земельный участок площадью 7784 кв.м. с кадастровым № 43:22:310209:387.

Таким образом, обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется.

Иные доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы и действующего в поддержку должника также проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 28.09.2020 по делу № А28-4919/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО9 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Е.В. Шаклеина

ФИО12

ФИО1