АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 апреля 2021 года

Дело №

А66-3964/2014

Арбитражный  суд  Северо-Западного  округа  в  составе председательствующего Яковца А.В., судей Боровой А.А., Каменева А.Л., 

при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 02.03.2021), 

рассмотрев 05.04.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего закрытым акционерным обществом «КАТЭЛ» ФИО4 на определение Арбитражного суда Тверской области от 25.03.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2020 по делу № А66-3964/2014, 

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Тверской области от 14.11.2016 закрытое акционерное общество «КАТЭЛ», адрес: Тверская обл., Калининский р-н, д. Пасынково, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество,  должник), признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9, Нор Л.В., ФИО10, ФИО11, ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 461 402 518 руб. 05 коп.

Определением суда от 20.04.2018 в удовлетворении заявления в части  привлечении ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9, Нор Л.В., ФИО10, ФИО11, ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 461 402 518 руб. 05 коп. отказано;  рассмотрение  заявления в части требования  о привлечении ФИО1, ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника выделено в отдельное производство, к участию в рассмотрении спора привлечен финансовый управляющий ФИО1 ФИО13

Определением суда  первой инстанции от 20.12.2018  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 определение от 20.12.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 24.07.2019 определение от 20.12.2018 и постановление от 22.04.2019 отменены, дело направлено в суд первой инстанции  на новое рассмотрение.

По результатам нового рассмотрения определением от 25.03.2020 суд  первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего  ФИО4 о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

 Постановлением апелляционного суда от 14.10.2020 указанное определение оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО4 просит отменить определение от 25.03.2020, постановление от 14.10.2020 и,  не предавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные ею требования о привлечении ФИО1, ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на необоснованность вывода суда первой инстанции о пропуске конкурсным управляющим срока на обращение в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, который, как полагает податель жалобы, является процессуальным.

Конкурсный управляющий ФИО4 указывает, что обратилась в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности 12.11.2017, то есть в пределах трехлетнего срока, установленного пунктом 5 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Податель жалобы приводит обстоятельства, на которые ссылалась конкурсный управляющий ФИО4 в обоснование требований о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, полагает, что указанные обстоятельства не учтены судами при принятии обжалуемых судебных актов.

В представленных в электронном виде отзывах ФИО1 и ФИО2, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО1 и представитель ФИО2 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее –  АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 04.04.1997; руководителем должника с 03.12.2002 по 24.01.2013  и с 10.03.2015 по 10.11.2016 являлся ФИО1,  с 24.01.2013 по 19.11.2013 –  ФИО5,  с 19.11.2013 по 28.02.2015 –  ФИО2

Общество в лице генерального директора ФИО2 26.03.2014 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 23.05.2014 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО14.

Определением суда 29.05.2015 утверждено мировое соглашение, заключенное Обществом и его кредиторами 15.12.2014, производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Определением суда от 02.03.2016 мировое соглашение расторгнуто; возобновлено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением суда от 14.11.2016 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

В обоснование требований о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества конкурсный управляющий ФИО4  сослалась на то, что  Общество  в период с 04.12.2008 по 29.02.2012 систематически допускало просрочки исполнения обязательств по кредитному договору,  заключенному с публичным акционерным обществом «Банк Уралсиб» (далее – Банк), по состоянию на 01.01.2009 у должника имелись неисполненные обязательства на сумму более 300 000 руб.,  просрочка  исполнения которых составляла более трех месяцев, однако обязанность  по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом ответчиками своевременно не была исполнена.

Конкурсный управляющий ФИО4 также указала, что бухгалтерская документация должника ей передана не полностью.

Кроме того, приговором Калининского районного суда Тверской области от 14.09.2016 по уголовному делу № 1-146/2016 ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, совершенное руководителем организации в крупном размере).

Из указанного приговора следует, что в период с 01.01.2013 по 31.05.2013 ФИО5, являясь руководителем Общества, путем проведения расчетов с кредиторами через расчетные счета третьих лиц умышленно скрыл от принудительного взыскания средства, за счет которых должно производиться взыскание недоимки по налогам, на общую сумму 54 669 884 руб. 49 коп.; в период с 01.01.2013 по 31.05.2013 через подотчетных лиц с расчетных счетов  Общества израсходовано 9 263 741 руб. 85 коп.; в  период с 01.01.2013 по 31.05.2013 из кассы должника минуя расчетные счета израсходовано 475 904 руб. 98 коп.

Конкурсный управляющий ФИО4 указала, что аналогичные сделки совершались от имени Общества и его бывшими   руководителями:  ФИО2, который в период с 15.04.2014 по 29.12.2014 направлял письма третьим лицам об осуществлении взаиморасчетов с контрагентами, минуя расчетные счета должника,  на сумму 9 136 724 руб. 68 коп., и ФИО1, который в период с 10.02.2015 по 03.09.2015 направлял такие же письма по взаиморасчетам на сумму 10 229 328 руб. 44 коп.

При первоначальном рассмотрении настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований  для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества, поскольку посчитали, что в результате заключения дополнительных соглашений к заключенному с Банком  договору о предоставлении кредитной линии от 10.07.2007 № 0409/07-КЛ сроки исполнения обязательств были изменены и возврат задолженности по основному долгу и процентам был продлен до 14.12.2014, при этом с заявлением о  собственном банкротстве Общество обратилось в суд 26.03.2014. 

В результате оценки обстоятельств, установленных приговором Калининского районного суда Тверской области от 14.09.2016 по уголовному делу № 1-146/2016  суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, ввиду того, что подтвержденный  размер требований кредиторов, возникших по вине контролирующего должника лица, не превышает пятьдесят процентов общего размера требований  кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности.  

Суды также пришли к выводу  об отсутствии оснований для привлечения ФИО1, являвшегося генеральным директором Общества на дату открытия конкурсного производства, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с непередачей конкурсному управляющему имущества и документов должника.

Суд кассационной инстанции согласился с выводом  судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с непередачей конкурсному управляющему имущества и документов должника, вместе с тем посчитал, что суды не выявили дату, начиная с которой  у должника появились признаки объективного банкротства, не установили, явилось ли причинение вреда имущественным правам кредиторов результатом совершения либо одобрения контролирующими должника лицами одной или нескольких сделок должника, в связи с чем постановлением от 24.07.2019  отменил принятые при первоначальном рассмотрении настоящего обособленного спора определение суда первой инстанции от 20.12.2018 и постановление  апелляционного суда от 22.04.2019, направил дело в суд первой инстанции  на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора представителем ФИО2 заявлено о пропуске конкурсным управляющим ФИО4 срока исковой давности для обращения в суд с требованиями  о привлечении ФИО2, ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В результате оценки представленных  при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательств суд первой инстанции признал недоказанным наступление несостоятельности (банкротства) Общества в результате действий (бездействия) ответчиков; основанием для отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества также  послужил вывод суда о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, о применении которой заявлено  ФИО2

Апелляционный суд согласился с указанными выводами и постановлением от 14.10.2020 оставил определение суда первой инстанции от 25.03.2020 без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд  Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»  (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной  статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ  о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из заявления конкурсного управляющего ФИО15  следует, что  действия, являющиеся основанием для привлечения ФИО2, ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, совершались ответчиками в  2013 - 2015 годах, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Согласно абзацу четвертому пункта 5  статьи 10 Закона о банкротстве Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ (далее – ГК РФ;);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Суд первой инстанции посчитал, что коль скоро полномочиями конкурсного управляющего Обществом ФИО4  наделена  с 07.11.2016 (даты объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и утверждении конкурсного управляющего в деле о банкротстве Общества), с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности она должна была обратиться в арбитражный суд не позднее 07.11.2017.

Так как конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в арбитражный суд с  заявлением о привлечении ФИО1, ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества 17.11.2017, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд), о пропуске конкурсным управляющим однолетнего субъективного срока исковой давности, установленного абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве.

Между тем  течение однолетнего субъективного срока исковой давности  начинается со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении настоящего обособленного спора какие-либо доказательства, подтверждающие,  что  ФИО4 уже в день своего утверждения конкурсным управляющим в деле о банкротстве Общества знала о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  не были представлены; доказательства того, что конкурсный управляющий ФИО4 получила сведения о наличии таких оснований ранее чем за год  до обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением, в материалах настоящего обособленного спора также отсутствуют.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции полагает, что вывод судов первой и апелляционной инстанций о пропуске конкурсным управляющим ФИО4  срока исковой давности основан на неправильном применении норм материального права.

Необходимо также учесть, что  согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре,  сделанному до вынесения судом решения.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).

Вместе с тем суд кассационной инстанции полагает, что ошибочный вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для применения исковой давности не привел к принятию неправильных судебных актов по существу настоящего обособленного спора, поскольку судами установлены иные основания для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование требований о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества конкурсный управляющий ФИО4  сослалась  на неисполнение ответчиками  обязанности по своевременному обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве  Общества, возникшей в связи с наличием у должника по состоянию на 01.01.2009 неисполненных обязательства на сумму более 300 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на  указанную дату, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

 органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве  заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1  этой  статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве  возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в ее пункте 2, не устранены и в настоящее время содержатся в  статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве  возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи  равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции, исполняя указания суда кассационной инстанции о необходимости исследования экономической обоснованности мер, принимавшихся руководителями должника для преодоления финансовых затруднений, исследовал финансовое положение Общества в спорный период, а также взаимоотношения Общества с Банком, связанные с погашением задолженности по договору об открытии кредитной линии.

В результате исследования указанных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, что в спорный период руководители Общества имели реальные основания полагать, что предпринимаемые  ими меры способны преодолеть возникшие финансовые затруднения.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам.

В обоснование требования о привлечении ФИО1, являвшегося генеральным директором Общества на дату открытия конкурсного производства, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ФИО4 сослалась на непередачу ей имущества и документов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Так как конкурсный управляющий в деле о банкротстве Общества утвержден решением суда от 14.11.2016,  к спорным отношениям в указанной части применяются  нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на указанную дату. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в ее пункте 4, не устранены и в настоящее время содержатся в  статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно подпункту 2 пункта 2 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Обстоятельства, связанные  передачей документации  и имущества Общества бывшим руководителем должника конкурсному управляющему, установлены определением суда от 26.05.2017 и постановлением апелляционного суда от 04.09.2017, принятыми по результатам рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 об обязании бывшего генерального директора Общества ФИО1 передать конкурсному управляющему имущество и документацию должника по акту приема-передачи.

Из указанных судебных актов следует, что конкурсный управляющий ФИО4 08.11.2016 в сопровождении девяти представителей и сотрудников охранной организации прибыла к месту нахождения производственной базы Общества,  приняла имущество  должника  в свое ведение; в этот же день в присутствии ФИО1 опечатаны принадлежащие Обществу цеха и административные здания; ФИО1 с 08.11.2016 лишен доступа в  принадлежащие  Обществу помещения.

Так как доказательства, подтверждающие, что документация и имущество Общества были вывезены ФИО1 за пределы места нахождения Общества, имеются у ФИО1 и незаконно удерживаются им, не были представлены, суды  первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о возложении на бывшего генерального директора Общества ФИО1 обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества и документации должника по акту приема-передачи.

При рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ФИО4 не представила доказательств того, что она,  лишив ФИО1 с 08.11.2016 доступа в  принадлежащие  Обществу помещения,  действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, надлежащим образом провела инвентаризацию находящейся в указанных помещениях документации должника, и в составленных по результатам такой инвентаризации описях  не оказалось документов, на отсутствие которых конкурсный управляющий сослалась в обоснование требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В отсутствие доказательств иного суды первой и апелляционной инстанций посчитали, что ФИО1  принимались все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации должника при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась применительно к обстоятельствам, установленным при рассмотрении дела о банкротстве Общества,  и не усмотрели оснований  для  удовлетворения требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Основания не согласиться с указанными выводами у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В обоснование требований о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества конкурсный управляющий ФИО4 также сослалась  на совершение ответчиками как руководителями должника сделок, направленных на   проведение расчетов с кредиторами через расчетные счета третьих лиц.

Конкурсный управляющий ФИО4 указала, что приговором Калининского районного суда Тверской области от 14.09.2016 по уголовному делу № 1-146/2016 ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, совершенное руководителем организации в крупном размере).

Указанным приговором установлено, что в период с 01.01.2013 по 31.05.2013 ФИО5, являясь руководителем Общества, путем проведения расчетов с кредиторами через расчетные счета третьих лиц умышленно скрыл от принудительного взыскания средства, за счет которых должно производиться взыскание недоимки по налогам, на общую сумму 54 669 884 руб. 49 коп.

Как следует из заявления конкурного управляющего, аналогичные сделки совершались от имени Общества  и его бывшими   руководителями ФИО2, который в период с 15.04.2014 по 29.12.2014 направлял письма третьим лицам об осуществлении взаиморасчетов с контрагентами, минуя расчетные счета должника,  на сумму 9 136 724 руб. 68 коп.,  а также ФИО1, который в период с 10.02.2015 по 03.09.2015 направлял такие же письма по взаиморасчетам на сумму 10 229 328 руб. 44 коп.

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в абзаце третьем пункта 4 указанной статьи, не устранены и в настоящее время содержатся в подпункте 1 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Основанием для отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим ФИО4 требований в указанной части по результатам нового рассмотрения настоящего обособленного спора послужил вывод суда первой инстанции, с которым согласился и апелляционный  суд,  что ни одна из сделок, на совершение которых сослался заявитель, не повлекла ухудшения финансового положения должника, которое могло бы повлечь его несостоятельность (банкротство).

Суды первой и апелляционной инстанций указали, что само по себе заключение соглашений о взаимозачете в отсутствие доказательств того, что заключение таких сделок привело к ухудшению финансового положения Общества, повлекло причинение существенного вреда правам кредиторов и что при заключении сделок ответчики действовали недобросовестно и неразумно, вопреки интересам Общества, не свидетельствует о наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности.

Основания для иной оценки сделок, на совершение которых сослалась конкурсный управляющий ФИО4 в обоснование требований о привлечении ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Так как при новом рассмотрении настоящего обособленного спора судами первой и апелляционной инстанций установлено отсутствие правовых оснований для привлечения  ФИО1, ФИО5  и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества,  суд кассационной инстанции считает, что ошибочный вывод судов о  пропуске конкурсным управляющим ФИО4 срока исковой давности  не привел к принятию неправильных судебных актов по существу спора.

При таком положении основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых  судебных актов отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 25.03.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2020 по делу № А66-3964/2014  оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего закрытым акционерным обществом «КАТЭЛ» ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

А.А. Боровая

 А.Л. Каменев