АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9625/21 

Екатеринбург

28 декабря 2021 г.

 

Дело № А07-4871/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Беляевой Н. Г.,

судей Сулейменовой Т. В., Татариновой И. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1,  истец по первоначальному иску) на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2021 по делу № А07- 4871/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2021 по тому же делу

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

предпринимателя ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 27.08.2021); 

общества с ограниченной ответственностью «Гидросервис» (далее – общество «Гидросервис», ответчик по первоначальному иску) – ФИО3 (доверенность от 12.07.2021 № 7).

Предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу «Гидросервис» о взыскании основного долга в размере 7 595 461 руб. 90 коп., пени в размере 408 778 руб. 28 коп. за период с 01.01.2018 по 03.02.2020, пени в размере 139 181 руб. 57 коп. за период с 04.02.2020 по 15.07.2020, пени по день фактической оплаты долга (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Общество «Гидросервис» обратилось со встречным иском к предпринимателю ФИО1 о признании договора подряда от 02.05.2017 № 020517 недействительной (ничтожной) сделкой. Встречный иск принят судом первой инстанции к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №1 по Республике Башкортостан, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №33 по Республике Башкортостан, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу. 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2021 в удовлетворении первоначального и встречного исков отказано, с предпринимателя ФИО1 в федеральный бюджет взыскана государственная пошлина в размере 63 717 руб.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2021 решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе предприниматель ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций в нарушение положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не дана надлежащая правовая оценка доводам истца по первоначальному иску относительно того, что все оборудование по производству пластиковых спиралей всегда и на протяжении всего периода работы находилось на площадях, арендуемых предпринимателем ФИО4 При этом предприниматель ФИО4 указывает на то, что факт наличия арендных отношений между предпринимателем ФИО4, и ООО «Сибар», предпринимателем ФИО4, и обществом Гидросервис» не был оспорен последним по признакам мнимости. Кроме того, заявитель жалобы утверждает, что не получили должной оценки судов доводы ответчика по первоначальному иску о так называемой «налоговой оптимизации», поскольку общество «Гидросервис» не обосновало идею оптимизации налоговых обязательств. Предприниматель ФИО1 также полагает, что судами не оценен факт наличия специальной оценки условий труда, проведенной в обществе «Гидросервис», отмечая, что в материалы дела истцом по первоначальному иску представлены заключения, в которых не содержится указаний на то, что экспертиза специальной оценки условий труда проводилась именно в отношении оборудования по производству пластиковой защитной спирали. При этом, по мнению заявителя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций не дана надлежащая правовая оценка факту несения расходов на приобретение комплектующих, запасных частей, расходных материалов а также расходов, понесенных предпринимателем ФИО1, в том числе расходов на техническое обслуживание, ремонт и модернизацию оборудования, расходов по аренде помещений и коммунального обслуживания. Предприниматель ФИО1 настаивает на том, что свидетели ФИО5, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 являются заинтересованными лицами, в связи с чем их пояснения относительно обстоятельств настоящего спора представляют лишь субъективную позицию. Кроме того, заявитель жалобы отмечает, что факт направления ответчиком по первоначальному иску соглашения о расторжении спорного договора подряда подтверждает отсутствие фиктивности заключенного договора, а также указывает на то, что договор исполнялся сторонами на протяжении более чем трех лет без замечаний. При этом предприниматель ФИО1 ссылается на то, что по договору купли-продажи общество «Гидросервис» приобрело у истца по первоначальному иску оборудование на сумму 2 725 675 руб. 16 коп., но оплатило его частично, долг взыскан в судебном порядке в рамках дел №А07-15442/2020, №А07-17923/2020, №А07-20690/2020, №А07-27776/2020, при рассмотрении которых установлено, что предприниматель ФИО1 имел встречную задолженность перед обществом «Гидросервис» по договору аренды нежилого помещения, задолженность погашена путем проведения взаимозачета. Ссылаясь на указанные обстоятельства, предприниматель ФИО1 полагает доказанным факт отсутствия во владении общества «Гидросервис» оборудования по производству пластиковой спирали до заключения договора купли-продажи от 13.04.2020 и невозможность до указанного момента изготавливать им спорную продукцию, вследствие чего указывает на противоречивость и непоследовательность позиции ответчика по первоначальному иску.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Гидросервис» просит оставить обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно кассационной жалобы. 

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между предпринимателем ФИО1 (подрядчик) и обществом «Гидросервис» (заказчик) подписан договор подряда от 02.05.2017  № 020517 (далее также - договор), согласно пункту 1.1 которого подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика работу по изготовлению пластиковой защитной спирали из материалов заказчика и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В рамках настоящего договора подрядчик изготавливает с использованием собственных станков и оборудования пластиковую защитную спираль из материала заказчика, а именно: ПНД, пластификатор, красители, антистатик, добавка для защиты от ультрафиолетового излучения. Для выполнения работ заказчик передает по накладной материалы в количестве, достаточном для изготовления защитной спирали исходя из планового количества реализации на месяц. 

По окончании месяца остатки материалов возврату заказчику не подлежат, а используются для производства спиралей в следующем месяце; количество остатков отражается в акте (пункт 4.1) (пункт 1.2 договора). 

Работа выполняется с использованием материалов заказчика (пункт 1.3 договора). 

В силу пункта 1.4 договора подрядчик должен приступить к выполнению работы по договору не позднее 02.05.2017. Срок сдачи результата работ заказчику – ежемесячно.

Цена работы, выполняемой по настоящему договору, определяется  путем составления сметы и составляет 118 руб. за 1 кг переработанных материалов, в т.ч. НДС 18%, которая включает в себя компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение (пункт 3.1 договора). 

Согласно пункту 4.1 договора приемка выполненных работ по настоящему договору ежемесячно оформляется актом, в котором указывается количество переданных материалов, их остатки на начало и на конец расчетного месяца, переработанных материалов, стоимость работ по изготовлению спиралей. Подрядчик выставляет счет-фактуру на стоимость работ по изготовлению защитных спиралей. 

По утверждению истца по первоначальному иску, во исполнение условий договора он выполнил работы по изготовлению пластиковой защитной спирали за период с мая 2017 по октябрь 2019 на общую сумму 25 396 099 руб. 70 коп., в подтверждение чего представлены универсальные передаточные документы (УПД), подписанные сторонами: от 31.05.2017 №1 на сумму 508 896 руб. 24 коп., от 30.06.2017 № 2 на сумму 504 664 руб. 76 коп., от 31.07.2017 № 3 на сумму 576 578 руб. 68 коп., от 31.08.2017 № 4 на сумму 780 442 руб. 56 коп., от 30.09.2017 № 5 на сумму 800 762 руб. 16 коп., от 31.10.2017 № 24 на сумму 529 952 руб.16 коп., от 30.11.2017 № 75 на сумму 873 056 руб. 04 коп., от 31.12.2017 № 102 на сумму 922 509 руб.84 коп., от 31.01.2018 №3 на сумму 461 138 руб. 10 коп., от 28.02.2018 №5 на сумму 1 040 634 руб. 92 коп., от 31.03.2018 № 6 на сумму 588 791 руб. 68 коп., от 30.04.2018 № 7 на сумму 1 076 544 руб. 68 коп., от 31.05.2018 № 8 на сумму 743 477 руб. 88 коп., от 30.06.2018 № 9 на сумму 884 896 руб. 16 коп., от 31.07.2018 № 10 на сумму 1 049 755 руб. 14 коп., от 31.08.2018 № 17 на сумму 935 516 руб. 98 коп., от 30.09.2018 № 19 на сумму 1 005 676 руб. 24 коп., от 31.10.2018 № 22 на сумму 1 235 897 руб.78 коп., от 30.11.2018 № 23 на сумму 1 020 563 руб. 12 коп., от 31.12.2018 № 32 на сумму 1 070 334 руб.34 коп., от 31.01.2019 № 2 на сумму 997 551 руб. 60 коп., от 28.02.2019 № 4 на сумму 1 076 715 руб.60 коп., от 31.03.2019 № 5 на сумму 716 862 руб., от 30.04.2019 № 6 на сумму 1 313 264 руб. 40 коп., от 31.05.2019 № 7 на сумму 723 364 руб.80 коп., от 30.06.2019 № 8 на сумму 511 357 руб. 20 коп., от 31.07.2019 № 9 на сумму 996 778 руб. 80 коп., от 02.09.2019 № 11 на сумму 840 012 руб., от 30.09.2019 №12 на сумму 887 240 руб.40 коп., от 31.10.2019 № 14 на сумму 752 863 руб. 44 коп. 

Истец по первоначальному иску указал на то, что ответчик выполненные работы оплатил частично, задолженность составила 12 294 671 руб. 85 коп.

В целях досудебного урегулирования спора истец направил ответчику претензию от 07.12.2019 с требованием об оплате задолженности. Данная претензия осталась без удовлетворения ответчиком. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения предпринимателя ФИО1 в арбитражный суд с первоначальными исковыми требованиями.

В свою очередь общество «Гидросервис» предъявило встречный иск о признании договора подряда от 02.05.2017 № 020517 недействительной (ничтожной) сделкой, полагая, что договор является мнимой сделкой.

Руководствуясь положениями статей 181, 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в вопросе 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, установив, что спорный договор заключен сторонами 02.05.2017, в связи с чем срок исковой давности по заявленному ответчиком по первоначальному иску требованию истек 02.05.2020, в то время как в суд общество «Гидросервис» обратилось только 16.12.2020, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске срока исковой давности по заявленным встречным исковым требованиям и наличии оснований для отказа в удовлетворении встречного иска. 

Поскольку кассационная жалоба не содержит доводов относительно обоснованности выводов суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении встречного иска, суд кассационной инстанции не осуществляет проверку законности обжалуемых судебных актов в данной части (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отказывая в удовлетворении первоначального иска, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

Из материалов дела следует, что в обоснование своих требований ФИО1 сослался на факт заключения между ним и обществом «Гидросервис» договора подряда от 02.05.2017 № 020517, в рамках которого им выполнялись работы по производству пластиковой защитной спирали из давальческого материала общества «Гидросервис», работы были сданы ответчику по первоначальному иску по УПД в период с 31.05.2017 по 31.10.2019, при этом работы оплачены частично, в подтверждение чего представлены платежные поручения и выписки из банка.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять его.

В соответствии со статьей 711 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача подрядчиком и принятие заказчиком результатов работы является основанием для исполнения заказчиком обязательства по оплате выполненных работ.

Согласно пункту 1 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие заказчиком результата выполненных работ является обязанностью заказчика при условии сообщения подрядчика о готовности его к сдаче. При этом сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком (ответчиком) является двусторонний акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (статьи 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации), что в силу требований пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием возникновения на стороне заказчика обязательства по оплате принятых результатов работ.Таким образом, обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить работы надлежащего качества в согласованные сроки и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном договором (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Осуществив проверку договора подряда от 02.05.2017 № 020517 на предмет его заключенности и действительности, исследовав обстоятельства реальности исполнения спорного договора, действительной направленности воли сторон при заключении сделки и законности совершения сторонами финансовых операций, с учетом доводов ответчика о мнимости договора применительно к первоначальному иску, суды первой и апелляционной инстанций, обоснованно пришли к выводу о том, что требования предпринимателя ФИО1 основываются на сделке, являющейся ничтожной и не порождающей правовых последствий для сторон. 

Исходя из смысла статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, в содержании свободы договора можно выделить три составляющих: свободу заключать или не заключать договор, свободу выбирать вид заключаемого договора (включая возможность заключения смешанного или непоименованного договора), свободу определять условия договора по своему усмотрению. Свобода договора имеет свои пределы. Под пределами понимаются общие требования к осуществлению любого субъективного гражданского права, а именно: соблюдение прав и законных интересов третьих лиц, соблюдение публичного порядка, недопустимость злоупотребления правом. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда реализация управомоченным лицом принадлежащего ему права сопряжена с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая для этого условия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 52- КГ16-4, определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 №4-КГ15-54).

Согласно пункту 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что с учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Норма пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих передачу товара, оказание услуг, выполнение работ, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям, необходимо принимать во внимание не только составленные сторонами акты, но и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Таким образом, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по выполнению работ.

Из материалов дела следует, что возражая против первоначальных исковых требований, общество «Гидросервис» заявило о мнимости договора подряда от 02.05.2017 № 020517, указав на то, что договор не был заключен с целью его реального исполнения, стороны договора не намеривались его исполнять. При этом ответчик по первоначальному иску отметил, что фактически предпринимателем ФИО1 не проводились работы по исполнению договора, а сам договор был заключен с целью искусственного завышения расходов общества «Гидросервис» для «оптимизации» налогообложения общества, а также вывода наличных денежных средств через предпринимателя ФИО1 С этой целью был создан формальный документооборот с использованием подписания универсальных передаточных актов (УПД), якобы подтверждающих выполнение работ со стороны предпринимателя ФИО1

Согласно пояснениям директора ответчика ФИО5, общество «Гидросервис» переводило со своего расчетного счета на расчетный счет предпринимателя ФИО1 денежные средства, указывая основание: «по договору подряда №020517 от 02.05.2017». На расчетный счет предпринимателя ФИО1 денежные средства переводились всегда меньше, чем следовало по актам выполненных работ. Так как договор подряда от 02.05.2017 № 020517 носил фиктивный характер, на это не обращали внимания. Акты выполненных работ с предпринимателем ФИО1 составлялись исходя из суммы реализаций (то есть той суммы, с которой нужно было уменьшить налоги) и, соответственно, объема использованного сырья, а денежные средства на расчетный счет предпринимателя ФИО1 переводились исходя из имеющихся в свободном обороте денежных средств на счетах общества «Гидросервис». Оставшиеся суммы планировали вывести в будущем, когда будут свободные средства на счетах общества «Гидросервис». Из переведенной с расчетного счета общества «Гидросервис» на расчетный счет предпринимателя ФИО1 суммы бухгалтер ФИО7 оплачивал налоги предпринимателя ФИО1 и по указанию общества «Гидросервис» часть суммы переводил на личную карту предпринимателя ФИО1 Оставшиеся на расчетном счете средства предприниматель ФИО1 использовал на развитие производства детских санок. Из переведенной на личный счет суммы предприниматель ФИО1 отнимал свое вознаграждение, остаток снимал через банкомат и приносил в общество «Гидросервис». Выведенные через расчетный счет предпринимателя ФИО1 денежные средства использовались для покрытия административных расходов общества «Гидросервис». У общества «Гидросервис» с предпринимателем ФИО1 была устная договоренность о том, что часть выведенных таким образом средств общество передает ему на производство санок, с последующим возвратом этих средств. В 4 квартале 2018 и в 1-3 кварталах 2019 года переданные ему для этих целей средства предприниматель ФИО1 не вернул. Всего за время действия спорного договора подряда с расчетного счета общества «Гидросервис» на расчетный счет предпринимателя ФИО1 было переведено 12 752 646 руб. 25 коп., из них наличными средствами было возвращено в общество «Гидросервис» 2 848 500 руб. На развитие производства санок предпринимателя ФИО1 со стороны общества «Гидросервис» было вложено 3 201 000 руб. Из них возвращено обществу «Гидросервис» наличными средствами 1 700 000 руб. На расходы по ведению деятельности предпринимателя ФИО1 с расчетного счета предпринимателя было потрачено всего 900 115 руб. В качестве вознаграждения на свою личную карту предприниматель ФИО1 получил 1 223 000 руб. и дополнительно, без ведома общества «Гидросервис», ФИО1 в феврале 2020 года присвоил 500 000 руб. Всего налогов за деятельность предпринимателя ФИО1 с расчетного счета предпринимателя ФИО1 штатным бухгалтером общества «Гидросервис» ФИО7 было оплачено 4 080 031 руб.

Кроме того, ответчиком по первоначальному иску в лице директора ФИО5 представлены письменные пояснения о деятельности общества «Гидросервис» по производству пластиковых защитных спиралей, из которых следует, что ФИО5 вместе с братом ФИО5 основали общество «Гидросервис» в 2010 году. Изначально общество «Гидросервис» производило рукава высокого давления. Этим направлением занимались вплоть до 2018 года. В начале 2015 года возникла идея начать производство пластиковых защитных спиралей для рукавов высокого давления, поскольку на тот момент в России не было производителей защитной спирали. Свободных средств на покупку за рубежом готовой линии не имелось, и было принято решение самим изготовить производственную линию. В апреле 2015 года общество «Гидросервис» приобрело экструдер без привода (шнек и цилиндр) в Челябинске и позже привод к нему. В мае были приобретены под заказ нагревательные элементы и терморегуляторы. Экструдер в полноценном виде был готов к концу июня. В июле собрали вторую часть линии вплоть до барабана для укладки готовой продукции. В августе приступили к экспериментам. Вторая часть линии несколько раз кардинально перестраивалась, перепробовали разные идеи, подбирали подходящие материалы. Окончательно производство удалось запустить лишь в начале 2016 года Первая покупка подходящего для производства сырья была произведена обществом в январе 2016 года (накладная от 29.01.2016 № 2). В конце февраля начались продажи изготовленной продукции - пластиковых защитных спиралей. За короткое время общество «Гидросервис» нашло много новых клиентов, параллельно улучшив качество выпускаемой продукции. Спрос привел к ночным сменам и необходимости сборки второй линии. Учитывая опыт сборки первой линии, закупили комплектующие для второй линии и собрали ее. Пришлось арендовать дополнительные площади. Нужен был оператор для линий, механик для их обслуживания и экспедитор для отправки грузов. Осенью для этих целей были наняты ФИО13 Ильнар, ФИО13 и ФИО13 Ильназ, которые после обучения приступили к работе. За осень и зиму 2016-2017 общество «Гидросервис» запустило вторую линию и освоило производство пластиковых спиралей большого размера. К тому времени, когда был зарегистрирован предприниматель ФИО1 (2017 год), общество «Гидросервис» уже больше года (с февраля 2016 года) самостоятельно занималось производством защитных спиралей, имело налаженную поставку сырья и сбыт продукции, что подтверждается накладными на покупку сырья и сбыт продукции за 2016-2017 годы. С 2017 года по настоящее время общество «Гидросервис» также самостоятельно занимается производством пластиковых защитных спиралей и их сбытом.

При этом судами принято во внимание наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о реализации самим обществом «Гидросервис» произведенной защитной спирали третьим лицам, то есть еще до заключения спорного договора подряда от 02.05.2017 № 020517 с предпринимателем ФИО1, в частности УПД и товарных накладных № 703 от 29.03.2016, № 20 от 04.04.2016, № 504 от 11.04.2016, № 25 от 20.04.2016, № 2 от 29.01.2016, № 123 от 26.01.2016, № 13 от 18.03.2016, № 8 от 22.03.2016, № 20 от 29.03.2016, № 39 от 10.02.2017, № 129 от 15.03.2017, № 376 от 20.03.2017, № 26 от 31.03.2017, № 1428 от 04.12.2018, № 1343 от 14.11.2018 о поставке обществу «Гидросервис» материала для производства защитной пластиковой спирали, а также УПД № 1799 от 28.12.2016, № 1294 от 30.09.2016, № 1101 от 26.11.2016, № 535 от 31.05.2016, № 214 от 31.03.2016, № 87 от 16.02.2016, № 2673 от 27.12.2017, № 1898 от 28.09.2017, № 904 от 01.06.2017, № 80 от 23.01.2017.

Из материалов дела также следует, что свидетель ФИО7 подтвердил, что договор подряда от 02.05.2017 № 020517 был заключен и сторонами подписаны спорные УПД с целью создания формального документооборота, при этом стороны не преследовали цель реального исполнения договора, в том числе, в части выполнения предпринимателем ФИО1 работ по нему.

Так, в судебном заседании 08.10.2020 судом первой инстанции в качестве свидетеля был допрошен ФИО7, являющийся бухгалтером общества «Гидросервис» с осени 2016 года по настоящее время, который подтвердил, что вел бухгалтерию общества «Гидросервис», а также с момента регистрации предпринимателя ФИО1 вел также его бухгалтерию до января 2020 года, при этом свидетель подтвердил, что у предпринимателя ФИО1 наемные работники не значились, по данным налоговой инспекции, работников предприниматель ФИО1 не имел. Свидетель пояснил, что вел бухгалтерский учет и общества «Гидросерсвис» и предпринимателя ФИО1, сдавал их налоговую отчетность По обстоятельствам заключения спорного договора подряда от 02.05.2017 № 020517 свидетель пояснил, что указанный договор он предложил заключить обществу «Гидросервис» с целью оптимизации налогов общества, а именно уменьшения прибыли в обществе «Гидросервис» и увеличения прибыли у предпринимателя ФИО1, поскольку предприниматель по налоговому законодательству должен был платить только 13 % и экономия налога общества составила бы не менее 7%, соответственно, фактически налоги общества «Гидросервис» уменьшались. Общество «Гидросервис» и предприниматель ФИО1 согласились заключить такой договор. ФИО7 также указал, что заключение договора подряда и оформление УПД в подтверждение выполнения предпринимателем ФИО1 работ по договору являлось формальным, для списания расходов через предпринимателя и для уменьшения налога на прибыль, реальной договоренности о выполнении предпринимателем работ для общества по производству спиралей не было, указанные работы предприниматель ФИО1 не выполнял, работников для производства работ не имел, спорные УПД указывались в налоговой отчетности предпринимателя ФИО1 и сдавались в налоговую. Также свидетель подтвердил, что предприниматель ФИО1 не работал на оборудовании по производству защитных спиралей, общество «Гидросервис» самостоятельно производило спирали на своей производственной линии, работы производили штатные сотрудники общества «Гидросервис» ФИО13 Ильнар, ФИО13 и ФИО13 Ильназ, а также директор и учредитель общества братья ФИО5 и ФИО5 Свидетель указал, что предприниматель ФИО1 самостоятельно занимался изготовлением детских санок, производство находилось на той же площади, где находилось производство общества «Гидросервис», затем и общество и предприниматель переехали на ул. Путейскую, 1/5 в марте 2018 года. 

Указанные пояснения свидетеля подтверждены ФИО5, который указал, что спорный договор подряда был заключен сторонами по предложению бухгалтера ФИО7 с целью оптимизации налогов общества и обналичиванию денежных средств через предпринимателя ФИО1, путем создания формального документооборота.

Кроме того, в судебном заседании 09.12.2020 в качестве свидетелей были допрошены ФИО8, работающий в обществе «Гидросервис» с апреля 2019 года по настоящее время в должности механика, ФИО9, работающий в обществе «Гидросервис» с октября 2018 года по настоящее время, ФИО6, работающая официально в обществе «Гидросервис» с 01.04.2015 по настоящее время в должности менеджера. Указанные свидетели подтвердили, что предприниматель ФИО1 не производил пластиковую спираль для общества «Гидросервис», ФИО1 выполнял для общества «Гидросервис» различные работы только в качестве наемного работника, предприниматель ФИО1 самостоятельно занимался изготовлением лишь санок. ФИО13 Ильнар, ФИО13, ФИО13 Ильназ работали в обществе «Гидросервис», подчинялись руководству общества и выполняли работы по производству пластиковых спиралей ответчика по первоначальному иску, данные граждане не выполняли работы по производству пластиковых спиралей для предпринимателя ФИО1

Судами установлено и материалами дела подтверждено, что факт нахождения указанных лиц в качестве работников общества «Гидросервис» подтверждается приказами общества о приеме ФИО13, ФИО13 Ильнары, ФИО13 Ильназа в штат общества от 09.01.2017 № 2к, от 09.01.2017 № 3, от 09.01.2017 № 4к, реестром сведений о доходах физических лиц за 2017.

Также при рассмотрении дела в суде первой инстанции в качестве свидетелей были допрошены ФИО6, ФИО10 и ФИО11

Свидетель ФИО6 также подтвердила, что договор подряда является фиктивным, с предпринимателем ФИО1 был создан только формальный документооборот по данной сделке. Участие ФИО1 заключалось лишь в выполнении отдельных заданий по поручению руководства общества «Гидросервис», при этом ФИО1 принимал участие в принятие решений по административно-хозяйственным вопросам общества «Гидросервис». Предприниматель ФИО1 не выполнял работы по производству пластиковых спиралей по договору подряда, через него осуществлялся вывод денежных средств из общества «Гидросервис» с последующим возвратом в виде наличных денежных средств.

В судебном заседании 10.02.2021 ФИО10 пояснил, что между ним и предпринимателем ФИО1 был заключен договор купли-продажи оборудования от 17.11.2019 № 3, согласно которому предприниматель ФИО1 продавал ФИО10 оборудование (линии экструдерные по производству пластиковой спирали, автомат плазменной резки, линия переработки полимеров) стоимостью 3 500 000 руб. для производства защитной спирали. ФИО10 подтвердил, что осмотрел оборудование в ноябре 2019 года по адресу ул. Путейская, 1/3, на оборудовании работал сам предприниматель ФИО1, а также его работники. ФИО10 передал предпринимателю ФИО1 сумму предоплаты за оборудование в размере 2 450 000 руб., однако поскольку предприниматель ФИО1 не произвел передачу оборудования, в дальнейшем ФИО10 и предприниматель ФИО1 расторгли договор купли-продажи оборудования от 17.11.2019 № 3, денежные средства истец по первоначальному иску возвратил.

Свидетель ФИО11, участвовавший с ФИО10 в осмотре оборудования в ноябре 2019 года, также подтвердил, что на оборудовании работал сам предприниматель ФИО1 и его работники.

В судебном заседании 15.04.2021 допрошенный в качестве свидетеля ФИО12, который являлся учредителем ООО «Антарес», заключившим с обществом «Гидросервис» договор от 23.03.2018 № 230318 купли-продажи и хранения материалов по приобретению бизнеса общества «Гидросервис», и который подтвердил, что бизнес покупали у общества «Гидросервис» в лице братьев А-вых, в офисе по адресу ул. Трамвайная, 2, цокольный этаж, передача произошла весной 2017 года. ФИО12 также пояснил, что по весну 2018 года оборудование находилось по адресу ул. Трамвайная, 2. Предприниматель ФИО1 занимался производством санок на втором этаже производственного корпуса общества «Гидросервис», находящегося на улице Путейской, д. 1/5. На первом этаже указанного здания находилось оборудование по производству пластиковых спиралей, на котором работали работники общества «Гидросервис», в том числе и сами ФИО5 и ФИО5 

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы в подтверждении несения обществом «Гидросервис» расходов при производстве защитных спиралей собственными силами в материалы дела представлено заключение ООО «Спутник» от 26.03.2021 № Г.02.21/3, выполненное на основании заключенного с обществом «Гидросервис» договора на оказание услуг по проведению финансового анализа от 26.02.2021, в соответствии с которым проведен финансовый анализ хозяйственной деятельности общества «Гидросервис» за период с 01.05.2017 по 30.10.2019. 

В указанном заключении установлен перечень и сумма документально подтвержденных расходов общества по производству пластиковых спиралей. При этом в заключении отражено, что общество «Гидросервис» за период с 01.05.2017 по 31.10.2019 понесло следующие расходы по производству пластиковых спиралей: аренда и коммунальные платежи, газоснабжение и электроэнергия, заработная плата сотрудникам производственного цеха, страховые взносы сотрудникам производственного цеха, тара и упаковка, топливо, транспортные (расходы на доставку комплектующих и запчастей), комплектующие и запчасти для оборудования по производству защитных пластиковых спиралей, СИЗ и спецодежда. Общая сумма документально подтвержденных расходов составила 16 195 044 руб. 64 коп.

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу о том, что наличие  указанных расходов подтверждает, что общество «Гидросервис» самостоятельно осуществляло производство (изготовление) защитных пластиковых спиралей, т.к. несло все затраты, характерные для данного вида деятельности.

Доводы заявителя кассационной жалобы в указанной части признаются судом кассационной инстанции необоснованными, поскольку в материалы дела истцом по первоначальному иску не представлены надлежащие доказательства, опровергающие показания допрошенных по делу свидетелей и свидетельствующие о реальном выполнении предпринимателем ФИО1 работ по договору от 02.05.2017 № 020517. 

В частности, как установлено судами, из пункта 1.2 спорного договора следует, что в рамках настоящего договора подрядчик изготавливает с использованием собственных станков и оборудования пластиковую защитную спираль из материала заказчика, а именно: ПНД, пластификатор, красители, антистатик, добавка для защиты от ультрафиолетового излучения. Для выполнения работ заказчик передает по накладной материалы в количестве, достаточном для изготовления защитной спирали исходя из планового количества реализации на месяц. По окончании месяца остатки материалов возврату заказчику не подлежат, а используются для производства спиралей в следующем месяце; количество остатков отражается в акте (пункт 4.1 договора).

При этом накладные о передаче давальческого материала для выполнения предпринимателем ФИО1 работ по договору не представлены, доказательства самостоятельного приобретения давальческого материала для производства спорных работ истцом по первоначальному иску в материалах дела также отсутствуют (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы предпринимателя ФИО1 о ненадлежащей правовой оценке судами факта несения истцом по первоначальному иску расходов на техническое обслуживание, ремонт и модернизацию оборудования отклоняются судом кассационной инстанции, поскольку судами первой и апелляционной инстанций верно отмечено, что в подтверждение несения расходов при выполнении работ для общества «Гидросервис» по техническому обслуживанию, ремонту и модернизации оборудования на общую сумму 256 432 руб. 71 коп. истец по первоначальному иску представил УПД, товарные чеки, акты, кассовые чеки, из которых невозможно установить, кем приобретались товары и комплектующие.

На основании изложенного с учетом пояснений общества «Гидросервис», подтвержденных показаниями свидетелей по делу о том, что договор подряда от 02.05.2017 № 020517 и УПД к нему о выполнении работ предпринимателем ФИО1 являются фиктивными, были изготовлены и подписаны сторонами формально с целью создания формального документооборота для уменьшения налогов общества «Гидросервис» и обналичивания денежных средств, а также о том, что истец по первоначальному иску имел собственное производство по изготовлению санок, при этом производством защитной пластиковой спирали занималось общество «Гидросервис» самостоятельно, с привлечением собственных работников, официально зарегистрированных в штате общества, принимая во внимание наличие доказательств несения расходов по производству спиралей обществом «Гидросервис» и их реализацию еще в 2016 году до заключения договора с предпринимателем ФИО1 и после него, при отсутствии доказательств передачи по товарным накладным предпринимателю ФИО1 давальческого материала в соответствии с пунктом 1.2 договора подряда, а также при отсутствии доказательств приобретения такого материала самим предпринимателем ФИО1 для выполнения им спорных работ, суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу о недоказанности истцом по первоначальному иску фактических отношений по договору подряда, в связи с чем суд квалифицировали договор подряда от 02.05.2017 № 020517 как мнимую (ничтожную) сделку.

УПД к договору подряда от 02.05.2017 № 020517 также признаны судами мнимыми, сформированными и подписанными сторонами формально, без фактического выполнения работ, с целью оптимизации налогообложения в обход закона и незаконного обналичивания денежных средств, то есть с противоправной целью.

При этом судами обоснованно не принята во внимание ссылка истца по первоначальному иску на представленные им в материалы дела отобранные адвокатом объяснения его работников ФИО13 и ФИО14, подтвердивших факт выполнения ими для предпринимателя работ по производству пластиковых спиралей, поскольку явка указанных лиц для дачи показаний в судебном заседании предпринимателем не обеспечена, при этом обществом «Гидросервис» в материалы дела представлены доказательства фактического выполнения указанными лицами в спорный период времени работ по производству пластиковых спиралей для общества (документы о трудоустройстве и увольнении указанных лиц, начислении и выплате им заработной платы, карты специальной оценки условий труда с указанием должностей этих лиц), подтвержденные показаниями ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО6

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что заявленные исковые требования предпринимателя ФИО1 основываются на сделке, являющейся ничтожной, и не порождающей правовых последствий для сторон, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначального иска.

Оснований для переоценки данного вывода у суда кассационной инстанции не имеется. Фактические обстоятельства дела судом апелляционной инстанции установлены и исследованы в полном объеме, выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах дела. Доказательств, опровергающих выводы суда, материалы дела не содержат (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы предпринимателя ФИО1 о том, что свидетели ФИО5, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 являются заинтересованными лицами, в связи с чем их пояснения относительно обстоятельств настоящего спора представляют лишь субъективную позицию, подлежат отклонению судом кассационной инстанции с учетом предупреждения указанных лиц об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в порядке части 4 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 308-ЭС16-4570, от 16.02.2017 № 307-ЭС16-8149. 

 Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2021 по делу № А07-4871/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                             Н.Г. Беляева 

 

Судьи                                                                          Т.В. Сулейменова 

 

                                                                                      И.А. Татаринова