ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4118/2023

г. Челябинск

02 мая 2023 года

Дело № А76-9818/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 мая 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Томилиной В.А.,

судей Аникина И.А., Жернакова А.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания           ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирский завод блочного технологического оборудования» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 01.02.2023 по делу № А76-9818/2022.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирский завод блочного технологического оборудования» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 29.03.2022, срок действия три года, диплом),

общества с ограниченной ответственностью «Инвест-Лизинг» - ФИО3 (паспорт, доверенность от 09.01.2023, срок действия до 31.12.2023, диплом).

 

Общество с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирский завод блочного технологического оборудования» (далее – ООО «ЗБТО», истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Инвест-Лизинг» (далее – ООО «Инвест-Лизинг»), об обязании заключить договор (т. 1 л.д. 3-6). 

Определением суда от 27.06.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Нова Механика Инжиниринг» (далее – ООО «Нова Механика Инжиниринг», т. 1 л.д. 69).

Решением арбитражного суда первой инстанции от 01.02.2023 (резолютивная часть объявлена 25.01.2023) в удовлетворении исковых требований отказано. 

С вынесенным решением не согласился истец, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ООО «ЗБТО» (далее также – податель жалобы, апеллянт) просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, которым удовлетворить иск в полном объёме.

Податель жалобы считает, что лизинговые платежи невозможно разделить на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость. При уплате лизинговых платежей общество, по сути, возвращало полученное от лизинговой компании финансирование и вносило плату за пользование финансированием, то есть погашало свой долг. Таким образом, заключение договора купли-продажи по факту выполнения обязательств лизингополучателем по договору лизинга является надлежащей формой закрепления перехода права собственности на предмет лизинга, так как основным договором лизинга предусматривается лишь возможность перехода права собственности, которую необходимо формализовать путем заключения договора купли-продажи.

Апеллянт отметил, что договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 913 от 18.12.2018 был подписан истцом и ответчиком. Акт приема-передачи предмета лизинга в свою очередь является документом, призванным отражать факты реальной действительности. И, если в действительности факт не произошел, имущество не было передано, никакой акт не в состоянии сделать его свершившимся. При этом, истцом неоднократно указывалось, что факт получения лизингополучателем предмета лизинга не оспаривается сторонами. лизингополучатель не предъявлял претензий по качеству, комплектности, иным характеристикам к поставщику или лизингополучателю. При рассмотрении вопроса о передаче предмета лизинга лизингополучателю, во избежание злоупотреблением права необходимо также учитывать фактическое обстоятельство дел, а именно передавался ли предмет лизинга лизингополучателю в натуре или такая передача не имела место.

Податель жалобы указал, что акт приема-передачи от 12.02.2019 оформлен надлежащим образом, содержит описание переданного оборудования, подписи сторон договора лизинга и иные необходимые реквизиты первичных учетных документов, указанные в статье 9 Федерального закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». Подписанием акта стороны договора лизинга подтвердили, что лизингополучатель в соответствии с договором лизинга принял оборудование в финансовую аренду (лизинг), а лизингодатель исполнил свои обязательства перед лизингополучателем по его передаче.

Апеллянт полагал, что исходя из договорных условий сторонами заключен именно договор лизинга, а не договор купли-продажи с рассрочкой платежа.

По мнению апеллянта, факт расхождения стоимости лизингового имущества (при наличии такового), указанной лизингополучателем и лизингодателем в акте приема-передачи от 12.02.2019, товарной накладной №15 от 25.01.2019 и счете-фактуре №1223 от 25.01.2019 и стоимости, фактически оплаченной лизингодателем поставщику, не является основанием как для признания несостоявшимся факта передачи имущества лизингополучателю в лизинг, так признания недействительным (не заключенным) договора лизинга и квалификации сложившихся правоотношений договором купли-продажи в рассрочку.

До начала судебного заседания ООО «Инвест-Лизинг» представило в арбитражный апелляционный суд отзыв на апелляционную жалобу, в котором указало, что с доводами апелляционной жалобы не согласно, просило решение суда первой инстанции оставить без изменения. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представители третьего лица по делу не явились. 

С учетом мнений представителей истца, ответчика и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителя третьего лица по делу.

Законность и обоснованность судебного акта суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, между ООО «Инвест-Лизинг» и ООО «ЗБТО» заключен договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 913 от 12.12.2018 (далее - договор №913 от 12.12.2018). 

ООО «ЗБТО», во исполнение пункта 3.3 Общих условий договора (приложения № 1 к договору финансовой аренды (лизинга) оборудования от 18.12.2018), в присутствии руководителя представительства ООО «Инвест-Лизинг» в г. Тюмени ФИО4, были подписаны акты приема-передачи от 12.02.2019. 

Экземпляр акта приема-передачи ООО «Инвест-Лизинг», подписанный уполномоченными представителя сторон, был передан ответчику в тот же день и лично в руки, вместе с актом приема-передачи также были переданы оригиналы следующих документов от ООО «НОВА-Механика Инжиниринг»: 

- счет-фактура № 1223 от 25.01.2019 (продавец - ООО НОВА Механика Инжиниринг, покупатель - ООО «Инвест-Лизинг», грузополучатель в лице ООО «ЗБТО»); 

- товарная накладная № 15 от 25.01.2019 (продавец - ООО НОВА Механика Инжиниринг, плательщик - ООО «Инвест-Лизинг», грузополучатель - ООО «ЗБТО»). 

ООО «ЗБТО» по договору лизинга № 913 от 12.12.2018 по запросу ответчика была сделана и направлена нотариально заверенная копия акта-приема передачи. 

Как указал истец, со своей стороны ООО «ЗБТО» исполнило все свои обязательства по договору должным образом: лизинговые платежи по договору оплачивало ежемесячно и в полном объеме. Ответчик же в нарушении пункта 4.4 договора, согласно которому лизингодатель предоставляет лизингополучателю счет-фактуру на каждый ежемесячный лизинговый платеж не позднее 5-ти рабочих дней с момента зачисления денежных средств на расчетный счет лизингодателя, не выставлены счета-фактуры за услуги лизинга за период с февраля 2019 года по апрель 2020 года включительно. 

ООО «ЗБТО» неоднократно обращалось к руководителю представительства ООО «Инвест-Лизинг» в г. Тюмени ФИО4, а также направляло письма и запросы с приложением копии акта приема-передачи от 12.02.2019 в адрес генерального директора ООО «Инвест-Лизинг» ФИО5, в адрес главного бухгалтера ООО «Инвест-Лизинг» ФИО6, но отчетные документы предоставлены не были. 

Претензией № ЗБТО-32 от 21.01.2022 истец направил ответчику уведомление о необходимости предоставить проект договора и акт приема передачи оборудования (профилегибочный станок №RK-42 с комплектами дополнительных роликов по договору финансовой аренды (лизинга) № 913 от 18.12.2018. 

Письмом от 18.02.2022 истцом самостоятельно был направлен проект договора купли-продажи (выкупа) оборудования - профилегибочный станок №RK-42 с комплектами дополнительных роликов по договору финансовой аренды (лизинга) № 913 от 18.12.2018. 

Поскольку задолженность по договору в оговоренном сторонами объеме лизингодателем своевременно погашена, как это следует из соотнесения сумм акта сверки взаимных расчетов и финансовых документов о перечислении денежных средств, требование об обязании заключить договор, по мнению истца, обоснованно и подлежит удовлетворению, в связи с чем, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском. 

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец принял решение не предоставлять счет-фактуру, согласованный и подписанный акт приема-передачи, товарную накладную, в связи с чем, условий для возникновения правоотношений, вытекающих из спорного договора лизинга (в том числе, отсутствие согласованного и подписанного акта приема-передачи имущества в лизинг) не позволяет квалифицировать сложившиеся правоотношения в качестве лизинговых, а поступающие платежи - расценивать как лизинговые. 

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена законом или добровольно принятым обязательством.

В случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 Гражданского кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда (статья 446 Кодекса).

Разрешая разногласия сторон, суд исходит из того, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статьи 421, 422 Гражданского кодекса).

Процессуально-правовой целью рассмотрения споров об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора, является установление параметров обязательственных правоотношений сторон посредством определения в судебном акте условий договора, по которым у сторон имелись разногласия. Условия, на которых суд обязывает заключить договор, не могут противоречить законодательству, действующему на момент рассмотрения спора.

Согласно пункту 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

Как следует из материалов дела, между ООО «Инвест-Лизинг» и ООО «ЗБТО» был заключен договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 913 от 18.12.2018 (далее - договор лизинга), предмет которого являлся профилегибочный станок №PK-42 с комплектами дополнительных роликов.

В общих условиях финансовой аренды (лизинга) оборудования - приложении № 1 к договору финансовой аренды (лизинга) оборудования № 913 от 18.12.2018 (далее - общие условия) стороны согласовали порядок передачи предмета лизинга в финансовую аренду.

В пункте 3.3 общих условий указано, что лизингополучатель вправе получить предмет лизинга от поставщика без участия лизингодателя. В этом случае лизингополучатель обязан в течение 1-го рабочего дня с момента получения предмета лизинга передать лизингодателю документ, подтверждающий получение лизингополучателем предмета лизинга, а также иные товаросопроводительные документы, в том числе накладную по форме ТОРГ - 12, счет-фактуру.

Из пункта 3.2 договора поставки № 912 от 18.12.2018 следует, что документами, подтверждающими передачу ООО «ЗБТО» предмета лизинга, являются акт приема-передачи и товарная накладная по форме ТОРГ-12.

Между тем, ООО «Инвест-Лизинг» участие в приемке продукции от поставщика не принимало.

Таким образом, с учетом вышеустановленных условий договора, лизингополучатель должен был в сроки, указанные в договоре поставки и договоре лизинга - 1 рабочий день (пункт 3.3. общих условий) с даты подписания акт приема-передачи и товарной накладной по форме ТОРГ - 12 поставщиком и лизингополучателем, представить соответствующие документы в адрес лизингодателя, а также подписать акт приема-передачи имущества в лизинг.

После получения лизингополучателем от поставщика всего комплекта имущества в феврале 2019 года и сообщения указанной информации лизингодателю, ООО «Инвест-Лизинг» был составлен проект акта-приема передачи имущества в лизинг (2 экз.), содержащий подпись представителя лизинговой компании, но не имеющий дату.

Как указал ответчик, данные документы были переданы лизингополучателю при проведении осмотра имущества 12.02.2022.

Однако в ходе проверки первичных бухгалтерских документов (товарная накладная, счет-фактура) было установлено, что данные документы содержат неверные данные, а именно стоимость имущества не соответствует стоимости, уплаченной лизингодателем в адрес поставщика, что подтверждается платежными поручениями и актом сверки.

Принимая во внимание, что первичные документы должны содержать корректную информацию для цели дальнейшего верного оформления бухгалтерской и налоговой отчетности, ООО «Инвест-Лизинг» не имело права принять указанные документы, а также считать согласованным акт приема-передачи, содержащий недостоверную информацию.

Кроме того, из пояснения ответчика следует, что лизингополучателем в адрес лизингодателя предоставлялись только скан-копии указанных документов, оригиналы в адрес лизингодателя не предоставлялись.

Таким образом, ответчиком истцу было предложено получить от поставщика корректную документацию (товарную накладную и счет-фактуру), представить ее в адрес лизингодателя и подписать акт приема-передачи в лизинг, содержащий актуальные данные.

Между тем, истец требования ООО «Инвест-Лизинг» не исполнил, от подписания дополнительного соглашения к договору поставки, подписанного поставщиком и лизингодателем, отказался, корректную первичную документацию в адрес лизингодателя не предоставил.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с фактом отсутствия у ответчика обязанности по договору лизинга.

Как следует из материалов дела, истец потребовал у ответчика счета-фактуры на лизинговые платежи, а также сообщил, что указанное имущество им принято в лизинг на основании акта приема-передачи от 12.02.2019 (дата, самовольно вписанная истцом в свой экземпляр проекта акта приема-передачи).

В ответ на данное обращение истца ответчиком неоднократно направлялись разъяснительные письма по указанной ситуации, предлагалось представить соответствующие корректные первичные документы, направлялись проекты дополнительных соглашений к договору лизинга и договору поставки, акт приема-передачи (письмо от 18.05.2020 № 240, от 22.05.2020 № 249, письмо от 15.06.2020 № 311).

Принимая во внимание, что со стороны лизингодателя было надлежащем образом исполнено обязательство по оплате приобретаемого товара, имущество поставщиком было поставлено в адрес лизингополучателя, но последним не был соблюден порядок его принятия в лизинг, однако истец производил ежемесячные платежи в счет возмещения стоимости имущества, суд первой инстанции правомерно и обоснованно расценил указанные правоотношения сторон, как договор купли-продажи с рассрочкой платежа.

Доводы апеллянта об обратном, подлежат отклонению судебной коллегией.

Как следует из материалов дела, после выплаты истцом всей стоимости имущества, ООО «Инвест-Лизинг» составило и направило в адрес истца договор купли-продажи от 11.01.2022, товарную накладную № 3 от 11.01.2022, счет-фактуру № 3 от 11.01.2022.

На возражения истца подписать указанные выше документы вновь были даны ответы, содержащие причины и обоснование невозможности подписания договора купли-продажи (выкупа) имущества из лизинга, в виду того, что лизинговые правоотношения между сторонами не возникли (письмо от 26.01.2022 № 48, от 28.02.2022).

В силу вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что несмотря на то, что первоначальная воля сторон была направлена на возникновение лизинговых правоотношений, последующее поведение истца в ходе исполнения взятых на себя обязательств, не позволило сохранить правоотношения в первоначально согласованном виде. 

Вопреки доводам апеллянта, в данном случае нет оснований считать, что в действиях ответчика, усматривается непоследовательность поведения.

Как верно указал суд первой инстанции, истец с февраля 2019 года понимал, что сложившиеся правоотношения не являются лизинговыми, ввиду того, что не получал от ответчика ежемесячно счета-фактуры на лизинговые платежи, обязанность предоставления которых у лизингодателя предусмотрена налоговым законодательством Российской Федерации (статья 168 Налогового кодекса Российской Федерации) с момента передачи имущества в лизинг, и надлежащим образом исполняется по всем остальным договорам лизинга, заключенным между сторонами.

Таким образом, истец заведомо вел себя недобросовестно по отношению к ответчику.

Вместе с тем, в силу пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Указанные выше положения распространяются на любого участника гражданских правоотношений.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм права добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. Оценивая действия лица как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Разумность поведения предопределяется необходимостью защиты собственных прав и законных интересов, поскольку участники гражданских правоотношений самостоятельно несут риск совершения либо не совершения необходимых действий по защите и реализации своих прав и законных интересов (статьи 2, 165.1, 211, 312 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В большей степени указанный риск относится к коммерческим организациям, поскольку предпринимательская деятельность осуществляется ими на свой страх и риск (абзац 3 пункта 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом вышеуказанных положений гражданского права, разъяснений высших судебных инстанций, а также налогового законодательства, судебной практикой сформирован подход к стандарту разумного поведения участника гражданских правоотношений (должной осмотрительности).

В общем виде разумность поведения субъекта гражданского права выражается в его стремлении при осуществлении принадлежащих ему прав и исполнении лежащих на нем обязанностей соизмерять свое поведение со здравым смыслом, общими представлениями о предусмотрительности и экономической целесообразности, правами и охраняемыми законом интересами других участников гражданского оборота. Не может быть признано разумным поведение, которое не соответствует разумному (осмотрительному) поведению участников оборота в схожей ситуации.

Исходя из представленных в дело доказательств, следует, что именно такое неразумное, непоследовательное и недобросовестное поведение, значительно отличающееся от поведения истца по всем остальным договорам лизинга, заключенным с ответчиком, имело место в сложившейся ситуации.

Как верно указал суд первой инстанции, истец, действуя самостоятельно, без согласования с ответчиком принял решение не соблюдать условия заключенного между сторонами договора лизинга, должен был осознавать риск наступления негативных последствий, который в данном случае выражен в невозможности со стороны лизинговой компании принять сложившиеся фактические правоотношения в качестве лизинговых.

Довод апелляционной жалобы о том, что спорные правоотношения не могут быть переквалифицированы в договор купли-продажи с рассрочкой платежа, в связи с тем, что в соответствии с последним право собственности на товар возникает с момента заключения договора, не принимаются судебной коллегией. 

Так, гражданское законодательство предусматривает возможность перехода права собственности к покупателю на товар после полной ее оплаты (статья 491 Гражданского кодекса Российской федерации).

В случаях, когда договором купли-продажи предусмотрено, что право собственности на переданный покупателю товар сохраняется за продавцом до оплаты товара или наступления иных обстоятельств, покупатель не вправе до перехода к нему права собственности отчуждать товар или распоряжаться им иным образом, если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из назначения и свойств товара.

В случаях, когда в срок, предусмотренный договором, переданный товар не будет оплачен или не наступят иные обстоятельства, при которых право собственности переходит к покупателю, продавец вправе потребовать от покупателя возвратить ему товар, если иное не предусмотрено договором.

Учитывая вышеизложенное, ответчик действовал в пределах, дозволенных действующим гражданским законодательством Российской Федерации, не нарушая чьи-либо права и законные интересы.

Напротив, ООО «Инвест-Лизинг», учитывая, что имущество было поставлено в адрес подателя жалобы, которое использовалось последним в своей предпринимательской деятельности, приняло во внимание данные обстоятельства и сохранило взаимоотношения, не применяя мер по одностороннему расторжению и изъятию поставленного имущества.

Доводы апеллянта, о том, что  акт приема-передачи, а также корректность первичной документации не имеют правового значения для квалификации договорных правоотношений, также не могут быть приняты судебной коллегией в качестве обоснованных.

Так, при комплексном анализе пунктов общих условий договора лизинга (пункты 3.2,3.3, 4.3 договора), а также пункт 3.2 договора поставки следует, что именно подписанный со стороны лизингодателя и лизингополучателя акт приема-передачи имущества в лизинг, в соответствии с условиями договора лизинга, заключенного сторонами, должен свидетельствовать о возникновении права у истца использовать имущество как лизинговое с точки зрения существа данного вида договора.

Как следует из представленных в материалы дела ответчиком доказательств, по договору лизинга № 914 от 05.12.2018, принимая имущество по актам ОС-16 от ООО «Инвест-Лизинг», истец подписывал соответствующие документы без замечаний, осознавая, что в расчет ответчик берет именно даты актов приема-передачи к договору лизинга, указывая стоимость имущества, исходя из стоимости, отмеченной в них.

При этом в оспариваемой ситуации, игнорируя неоднократные обращения ответчика с предложением приведения документов-оснований в надлежащий и пригодный для учета и возникновения правоотношений по договору лизинга вид, а также требование о предоставлении оригиналов указанных документов, а не их скан-копий, самовольно составил учетные документы без согласования с ответчиком.

Таким образом, в сложившихся длительных правоотношениях обе стороны одинаково осуществляли прием и учет имущества. Однако в спорной ситуации истец решил самостоятельно изменить порядок учета.

При этом акт ОС-16 от 30.04.2019 по договору поставки в рамках спорного договора лизинга составлен истцом и подписан им в одностороннем порядке, при этом в графе «организация-сдатчик» указан не истец, а поставщик, в то время как в иных подобных актах в такой же отчетный период документы оформлены между истцом и ответчиком в ином виде.

Так, в актах ОС-16 от 29.12.2018, от 04.04.2019 к договору лизинга № 914 от 05.12.2018 в соответствующих графах «организация-сдатчик» ООО «Инвест-Лизинг». Данные акты, в отличие от представленного истцом акта, подписаны обеими сторонами и содержат оттиски печатей обеих организаций.

Следует отметить, что ведение бухгалтерского учета является обязанностью для экономических субъектов (ст. 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ (ред. от 05.12.2022) «О бухгалтерском учете», далее - Закон «О бухгалтерском учете»).

Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок (ст. 9 Закона «О бухгалтерском учете»).

Согласно статье 10 указанного выше закона не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета.

В силу статьи 12 Закона «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

Организации обязаны непрерывно вести учет по каждому факту своей хозяйственной деятельности, основываясь на первичной документации. Отсутствие такой документации не позволяет лизинговой компании сделать вывод о возникновении лизинговых правоотношений, и, соответственно, отразить в своей бухгалтерской и налоговой отчетности такой вид операции.

Таким образом, податель апелляционной жалобы, заведомо осознавая, что ответчик не согласен нарушать налоговое законодательство Российской Федерации и принимать к учету и передавать имущество в лизинг на основании копий некорректных документов (товарная накладная № 15 от 25.01.2019, счет-фактура № 1223 от 25.01.2019, акт приема-передачи от 12.02.2019), содержащих неверные данные о стоимости приобретенного и передаваемого в лизинг имущества, не предпринял мер по приведению документации в необходимый вид и предоставлению ее в адрес лизингодателя.

В процессе рассмотрения дела судом первой инстанции подробно исследовались обстоятельства совершения и исполнения возникших правоотношений между сторонами. Судом предлагалось сторонам спора раскрыть порядок и учет отражения операции в налоговом и бухгалтерском учете, в том числе для цели определения последовательности и добросовестности поведения сторон.

Так, ответчик представил всю бухгалтерскую и налоговую отчетность за период с момента возникновения правоотношений (с даты заключения договора поставки) по момент отчуждения имущества в адрес подателя жалобы (книга покупок за период с 01.01.2022 по 31.03.2022, книга продаж по контрагенту ООО «ЗБТО» за период с 01.12.2018 по 31.01.2022, налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость и книги продаж за период с 4 квартала 2018 года по 1 квартал 2022 года, акт сверки по договору № 913 за период с декабря 2018 года по январь 2022 года, расшифровка строки 2340 ОФР ООО «Инвест-Лизинг» за 1 квартал 2022 года, отчет о финансовых результатах за январь - март 2022 года, оборотно-сальдовая ведомость по счету 91.01 за 1 квартал 2022 года), в то время, как истец уклонился от предоставления бухгалтерской и налоговой документации, отражающей порядок ведения учета и указывающей на вид договорных правоотношений.

При этом ссылка подателя жалобы на то, что в материалы дела им представлено основное, по его мнению, доказательство - акт приема-передачи от 19.02.2019, которое подтверждает принятие им имущества в лизинг, не может быть принята во внимание в связи с тем, что указанный документ является недопустимым доказательством.

Указанный документ не передает действительность осуществленной хозяйственной операции в том виде, в котором она состоялась (некорректная стоимость предмета поставки), содержит недостоверные сведения.

Доказательством, свидетельствующим о несогласованности указанного документа со стороны ответчика, является оригинал акта приема-передачи, подписанный со всех сторон, в котором отсутствует дата его составления.

Проект акта приема-передачи имущества в лизинг был составлен в двух экземплярах с открытой датой, планировался к подписанию на предприятии истца. Однако при выявлении неверных сведений ответчик отказался от его подписания, предложив исправить несоответствия, ввиду чего стороны в момент планируемой передачи имущества в лизинг не заполнили идентично два экземпляра. При этом один из двух актов остался в распоряжении лизингополучателя, который без согласования с ответчиком вписал дату в своем экземпляре акта.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований считать, что представленный истцом акт приема-передачи (при наличии отличного от него второго оригинала акта) является основанием возникновения лизинговых правоотношений.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность выводов суда первой инстанции, вынесшего оспариваемый судебный акт. Все изложенные доводы подателя апелляционной жалобы направлены на переоценку доказательств по делу.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований.

Судебный акт соответствует нормам материального права, изложенные в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на ее подателя. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 01.02.2023 по делу № А76-9818/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирский завод блочного технологического оборудования» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

В.А. Томилина

 

Судьи:

                                     И.А. Аникин

 

А.С. Жернаков