АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ Ф09-2145/25

г. Екатеринбург

10 июня 2025 г.

Дело № А60-49842/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июня 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего судьи Осипова А.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Смагиной К.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мирдофатиховой З.Р. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2024 по делу № А60-49842/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа лица, участвующие в деле, не явились.

В судебном заседании посредством веб-конференции приняла участие финансовый управляющий ФИО2 (паспорт).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2023 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.11.2023 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2024 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2 (далее – финансовый управляющий), член Союза «СРО АУ «Стратегия».

10.10.2024 от финансового управляющего поступило заявление о признании недействительными сделками перечислений в общей сумме 1 390 138,12 руб. со счета должника в адрес ФИО4 (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 1 390 138,12 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2024 с учетом описки, исправленной определением от 20.03.2025, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки должника недействительной отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба финансового управляющего – без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, финансовый управляющий обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на нарушение норм материального права и на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В обоснование доводов кассационной жалобы финансовый управляющий указывает, что судами необоснованно сделаны выводы, что за счет поступающих от должника на карту ответчика денежных средств погашались кредитные обязательства, совершались покупки на семейные нужды, что размеры спорных перечислений не превышают разумные потребности должника, ответчика и их совместного ребенка. Считает, что должник и ответчик создали фактически замкнутую финансовую структуру, центр доходов и центр убытков, совместные доходы не направлялись на расчеты с кредиторами, а неразумно расходовались в период процедуры банкротства должника. Судами неправомерно сделаны выводы об отсутствии оснований для признания спорных денежных перечислений недействительными по пункту 2 статьи 61.2 и по статье 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Считает, что фактически спорные перечисления денежных средств были направлены на вывод ликвидного актива должника для сокрытия его от кредиторов и на уменьшение конкурсной массы, что, в свою очередь, привело к утрате возможности для кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. На момент оспариваемых перечислений у должника имелись непогашенные задолженности, возникшие из кредитных обязательств, по которым были возбуждены исполнительные производства. Супруга должника, как заинтересованное лицо, не представила убедительных доказательств, подтверждающих целевое использование полученных денежных средств именно на повседневные нужды семьи. Считает, что оспариваемые денежные перечисления выходят за пределы подозрительности, в связи с этим судами необоснованно не применены положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, должник осуществлял перевод денежных средств со своих счетов в пользу супруги ФИО4 за период с 30.03.2023 по 13.10.2023 в сумме 574 314,43 руб.; за период с 15.07.2022 по 15.03.2023 в сумме 637495,49 руб.; за период с 15.03.2022 по 18.07.2022 в сумме 178 328,20 руб. Всего в сумме 1 390 138,12 руб.

Ссылаясь на то, что данные перечисления осуществлены должником при наличии неисполненных кредитных обязательств, признаков неплатежеспособности в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве, ФИО4 имела достаточно информации относительно имущественного положения своего супруга, фактически указанные перечисления направлены на вывод ликвидного актива должника для сокрытия его от кредиторов и уменьшения конкурсной массы, привели к утрате возможности кредиторов должника удовлетворить свои требования за счет данных денежных средств, оспариваемая сделка обладает признаками мнимости, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками перечисления денежных средств в общей сумме 1 390 138,12 руб. со счета должника в адрес ответчика и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника указанной суммы.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суды исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков недостаточности имущества или неплатежеспособности следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства совершения сделки в установленный период подозрительности, причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент её совершения.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при её совершении.

Согласно пунктам 1, 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Руководствуясь вышеназванными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды установили, что должник в период с 15.03.2022 по 13.10.2023 перечислил своей супруге ФИО4 денежные средства на общую сумму 1 390 138,12 руб. Заявление должника о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.09.2023. Таким образом, оспариваемые платежи совершены в пределах трехгодичного срока, предшествующего возбуждению производства по делу о банкротства должника (22.09.2023), и часть оспариваемых платежей на сумму 574 314,43 руб., начинается с 22.03.2023, в шестимесячный период подозрительности, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и некоторая часть платежей, сумма которых финансовым управляющим не выделена при заявлении довода о признании их недействительными по данному основанию, совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с этим суды пришли к выводу, что оспариваемые сделки могут обладать признаками подозрительных сделок и сделок с предпочтением, предусмотренными пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.3 Закона о банкротстве.

В подтверждении признаков неплатежеспособности должника в период совершения спорных платежей с 15.03.2022 по 13.10.2023 судами принято во внимание, что по состоянию на дату подачи заявления (18.09.2023) должник имел непогашенную задолженность перед кредиторами: КБ «Ренессанс Кредит» (общество с ограниченной ответственностью), акционерным обществом «Тинькофф Банк», публичным акционерным обществом «Сбербанк», обществом с ограниченной ответственностью «Феникс», впоследствии включенную в реестр требований кредиторов должника.

Между тем, опровергая довод о преследовании цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды правомерно исходили из режима совестной собственности супругов, установленной статьями 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации, на момент совершения спорных денежных перечислений режим совместной собственности супругов в отношении данного имущества не изменился, соответственно, не изменился и объем имущественной массы должника.

Суды, установив, что спорные денежные перечисления должника в адрес супруги в общей сумме 1 390 138,12 руб. совершались в течение длительного периода времени, носили регулярный характер, произведены на семейные нужды, в частности, на услуги ЖКХ, на обучение их совместного сына, который учился в Университете им. Б. Ельцина на платной основе, на погашение кредита публичному акционерному обществу «Сбербанк» в сумме 566 322 руб. по договору № 381364 руб. от 16.05.2022 по 16.05.2025, на заправку автомобиля, на покупку продуктов и т.д., обоснованно пришли к выводу, что оспариваемые операции по перечислению денежных средств не являлись действиями, направленными на уменьшение конкурсной массы должника и на причинении тем самым имущественного вреда кредиторам должника.

При этом наличие признаков неплатежеспособности и заинтересованности не являются безусловным основанием для признания сделки недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку по такому основанию необходимо доказать совокупность условий для признания сделки недействительной, что в данном случае финансовым управляющим не доказано, а наличие признаков неплатежеспособности должника и совершение сделки в отношении заинтересованного лица не является необходимой совокупностью для признания сделки недействительной, поскольку необходимо доказать цель причинения и непосредственное причинение вреда правам и законным интересам кредиторов должника в результате совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, оценив размеры каждого из спорных перечислений денежных средств, суды правомерно пришли к выводу о недоказанности финансовым управляющим обстоятельств того, что спорные операции по перечислению денежных средств привели к превышению разумных потребностей гражданина-должника, ответчика и их совместного ребенка. Данным обстоятельствам судами дана надлежащая правовая оценка, в результате которой суды не усмотрели вывод денежных средств в значительной сумме не на потребительские нужды семьи.

При таких обстоятельствах суд округа соглашается с выводами судов, что в отсутствие доказанности финансовым управляющим наличия у сторон цели причинения вреда имущественным правам кредиторов или должника и факта причинения такого вреда является достаточным основанием для отказа в признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве. В отсутствие совокупности необходимых условий для признания оспариваемых платежей недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды обоснованно отказали в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований о признании платежей, совершенных должником в адрес ответчика, на сумму 1 390 138,12 руб. в период с 15.03.2022 по 13.10.2023 по данному основанию.

Судами не установлены обстоятельства для признания оспариваемых платежей по основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку финансовый управляющий не обосновал, в чем заключается злоупотребление сторон при совершении данных сделок, и не доказал, что данные сделки фактически совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

По смыслу пунктов 1, 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица со злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу, и при этом именно на заявителе лежит обязанность по представлению доказательств очевидной ничтожности оспариваемых договоров, а судебное вмешательство в таком случае обусловлено достижением цели пресечения неблагоприятных последствий заведомо недобросовестного поведения участников сделки и восстановления прав кредиторов, между тем, по результатам исследования и оценки всех доказательств по настоящему делу судами установлено, что соответствующие доказательства в материалы дела не представлены и материалами дела не подтверждается наличие у сторон сделок сговора и умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Судами не установлено и обстоятельств для признания оспариваемых денежных перечислений недействительными по пунктам 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку перечисление денежных средств между супругами на семейные нужды не является сделкой, направленной на исполнение какого-либо обязательства, прекращению обязательств должника перед одним из его кредиторов, преимущественно по отношению к иным кредиторам. Судами справедливо отмечено, что в рассматриваемом случае финансовым управляющим не доказано, что спорные перечисления денежных средств производились должником его супруге как кредитору в счет исполнения какого-либо обязательства.

Учитывая, что доходы, полученные в период до предъявления соответствующего требования, признаются совместно нажитым имуществом, подлежащим разделу между супругами, лишь в том случае, если они сохранились в натуре на дату разрешения спора (абз. третий пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»), а оспариваемая денежная сумма 1390 138,12 руб. была израсходована на нужды семьи, что подтверждено документально, то суды правомерно исходили из того, что применение реституции в виде их взыскания с ответчика невозможно. Кроме того, финансовым управляющим не оспариваются сделки по последующему перечислению супругой должника денежных средств в адрес третьих лиц.

Суд округа полагает, что судами правильно определена правовая природа спорных правоотношений, в достаточной степени установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применены нормы материального права. Выводы судов в полной мере соответствуют правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.04.2025 № 305-ЭС24-18392. 

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит ещё раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с подпунктом 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом того, что заявитель ко дню судебного заседания не представил в суд округа доказательства уплаты государственной пошлины, то с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за обращение в суд с кассационной жалобой в размере 20 000 руб., отсрочка от уплаты которой была предоставлена заявителю до окончания кассационного производства.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2024 по делу № А60-49842/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 за счет средств конкурсной массы должника в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                               А.А. Осипов 

Судьи                                                                            Ю.А. Оденцова 

                                                                                             К.А. Смагина