ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-23540/2018

г. Саратов

04 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 4 марта 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Лыткиной О.В., 

судей Клочковой Н.А., Телегиной Т.Н., 

при  ведении  протокола  судебного  заседания секретарём  судебного  заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области на решение Арбитражного суда Волгоградской   области от 22 октября  2018  года по делу   №А12-23540/2018, (судья  А.Т. Сейдалиева), 

по исковому заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области

к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, 

при участии в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Держава» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), арбитражного управляющего ФИО3 – Ярмахова Михаила Борисовича

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника),

при участии в судебном заседании представителей:

от Федеральной налоговой службы - ФИО9 по доверенности от 02.04.2018, 

от управления Федеральной налоговой службы  по Волгоградской области - ФИО10 по доверенности от 04.04.2018, 

от ФИО3 - ФИО11 по доверенности от 05.04.2018, 

от ФИО4 – ФИО12, по доверенности от 30.07.2018, 

от ФИО6 - ФИО13 по доверенности от 31.07.2018,   

УСТАНОВИЛ:

Федеральная Налоговая Служба в лице Управления Федеральной Налоговой Службы по Волгоградской области (далее – истец, ФНС России, налоговый органа) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Держава" и солидарном взыскании с ответчиков 200 102 846 руб. 78 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены общество с ограниченной ответственностью "Держава", арбитражный управляющий ФИО3 ФИО8.

Решением Арбитражного суда Волгоградской   области от 22 октября  2018  года по делу № А12-23540/2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Кроме того, судом отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03.10.2018 в отношении ФИО7 в виде наложения ареста на имущество в размере 200102846 руб. 78 коп., а также в отношении ФИО6 ввиде наложения ареста на имущество в размере 200102846 руб. 78 коп.

УФНС по Волгоградской области, не согласившись с принятым решением суда, обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, принять новый судебный акт, которым отменить решение суда, принять новый судебный акт, которым удовлетворить иск.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: лицом, имеющим право давать обязательные для должника указания, осуществляющим фактический контроль над обществом и являющимся  конечным получателем дохода должника является ФИО3, что подтверждается протоколами допросов работников должника, отобранных в рамках мероприятий налогового контроля. Обстоятельства, установленные в решении №12-17/217 от 20.09.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в отношении ООО «Держава», также подтверждают влияние ФИО3 Постановление о возбуждении уголовного дела имеет юридическую силу. Апеллянт в отношении непривлечения ФИО2  к субсидиарной ответственности по обязательствам общества указывает, что доказательства принятия ФИО2  мер по организации  надлежащей работы  системы управления должником в части достоверности документооборота не представлены.

Кроме того, указывает, что ФИО4, ФИО5 также являются контролирующими должника лицами, в связи с чем подлежат привлечению к субсидиарной ответственности должника. ФИО6, ФИО7 также являются контролирующими должника лицами, обосновывая контролирующий статус тем, что они могут влиять на  деятельность должника  путем получения экономической выгоды  (арендные платежи) и сбережением имущества (пивоваренный завод, торговое оборудование), в связи с чем они также подлежат привлечению к субсидиарной ответственности должника.

Налоговый орган в жалобе также указывает, что оценка нотариальной доверенности, платежным поручениям, подтверждающим фактическое распоряжение денежными средствами ФИО3 ФИО6, ФИО7, выписке по счету ФИО7 судом не дана. Апеллянт полагает, что указанные документы свидетельствует о доверительных отношениях между ФИО3 и ФИО7

Также апеллянт указывает, что в период проведения контрольных мероприятий был зарегистрирован ряд юридических лиц, осуществлявших производство и реализацию продукции пивоваренного завода.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО4 суду представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Исследовав материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и возражения на них, заслушав пояснения участников судебного процесса, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции пришёл к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Держава» образовано 14.01.2015, зарегистрировано по адресу: 400078, 

<

...>. 

Налоговым органом проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Держава» за период с 15.01.2015 по 31.12.2015, по результатам которой вынесено решение МИ ФНС России №9 по Волгоградской области от 20.09.2017 №12-17/2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Налоговым органом выявлена не уплата ООО «Держава» налогов и сборов за период с 15.01.2015 по 31.12.2015 на общую сумму 200 102 846 руб. 78 коп.

 Требования налогового органа по уплате задолженности по налоговым платежам ООО «Держава» не исполнены.

25.09.2017 налоговым органом подано заявление в Арбитражный суд Волгоградской области о признании ООО «Держава» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07.12.2017 года производство по делу №А12-34649/2017 о признании ООО «Держава» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

По мнению истца, неуплата налоговых начислений вызвана реализацией преступной схемы по уходу от налогообложения должника по средствам вывода выручки на счета подконтрольных организаций, основанной контролирующими должника лицами, к которым истец относит руководителей и учредителей ООО «Держава» ФИО2, ФИО4, ФИО5, а также лица, извлекшие существенные преимущества в результате перераспределения дохода ФИО6, ФИО7 и ФИО3, осуществляющий фактическое руководство деятельностью должника.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

По смыслу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способы защиты прав подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

 Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

В соответствии с пунктом 18 того же Постановления контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Материалами дела подтверждается, руководителями ООО «Держава» являлись: с 14.01.2015 по 02.08.2016 ФИО2, с 03.08.2016 по 16.11.2016 ФИО4, с 17.11.2016 по настоящее время ФИО5

Учредителями ООО «Держава» являлись: с 14.01.2015 по 04.09.2016 ФИО2, с 05.09.2015 по настоящее время ФИО4

В пункте 5 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.

Судом установлено, период неисполнения ООО «Держава» обязанности по оплате налоговых платежей составляет с 15.01.2015 по 31.12.2015, что подтверждается решением МИ ФНС России №9 по Волгоградской области от 20.09.2017 №12-17/2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Учитывая, что задолженность по оплате налогов образовалась за 2015 год, то привлечение к ответственности ФИО4 и ФИО5, являвшиеся руководителями Общества за пределами спорного периода, суд находит не обоснованным, поскольку на момент участия в обществе, задолженность уже была сформирована. 

При этом истцом, ни каких доказательств, подтверждающих виновные действия ответчиков ФИО4 и ФИО5, приведшие к возникновению налоговой задолженности (сформированной за спорной период с 15.01.2015 по 31.12.2015), не представлено.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В силу пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе ст. 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (ст. 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Кодекса самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. Из изложенного следует, что требования о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, в том числе участников общества, подлежат рассмотрению только в рамках соответствующего дела о банкротстве (абзацу 4 пункта 20 постановления N 53 от 21.12.2017).

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. при рассмотрении требования о субсидиарной ответственности, по указанным основаниям, необходимо, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Согласно статьям 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Между тем, участие ФИО2, как исполнительного органа должника, в создании производственного цикла продукции ООО «Держава» и перераспределения выручки должника на иных лиц, истцом в нарушение требовании статьи 65 АПК РФ не доказано. Его номинальная роль в участии Общества истцом не оспорена и не опровергнута документально. Кроме того,  отсутствуют доказательства того, что ФИО2 получал какую-либо выгоду вследствие  уклонения общества от уплаты налогов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, если: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Однако доказательств, подтверждающих прямое влияние ФИО2 на управление активами должника и получения существенной выгоды либо актива должника, выбывшего из владения последнего, материалы дела не содержат.

Сделки с комиссионерами и контрагентами должника в установленном законом порядке недействительными не признаны.

При этом истцом не представлено доказательств того, что спорные сделки совершены с фактической заинтересованностью исполнительного органа, имелся конфликт между его интересами и интересами ООО «Держава», что ФИО2 скрывал информацию от участников общества, либо знал о том, что заключая эти сделки, он совершает действия, не отвечающие интересам юридического лица.

Само по себе заключение договоров, не приведшее к ожидаемому результату, не означает противоправности действий исполнительного органа, поскольку осуществление сделок в рамках основного вида экономической деятельности представляет собой нормальную практику хозяйствующих субъектов в гражданском обороте, не выходящую за пределы обычного делового (предпринимательского риска).

В части требований предъявленных к ФИО3 суд правомерно исходил из следующих обстоятельств. 

По мнению заявителя, лицом, имеющим право давать обязательные для должника указания, осуществляющий фактический контроль над обществом и являющийся конечным получателем дохода должника является ФИО3

Не оспаривая отсутствие формально-юридической связи ФИО3 с ООО «Держава», заявитель апелляционной жалобы указывает на его роль в качестве контролирующего должника лица, в частности, на извлечение им прибыли, связанной с такой организацией предпринимательской деятельности, которая направлена на переопределение совокупного дохода, получаемого в результате производственного и сбытового цикла, с одновременным аккумулированием на стороне должника долговой нагрузки.

В качестве доказательств влияния ФИО3 на деятельность ООО «Держава», истец ссылается на решение №12-17/217 от 20.09.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в отношении ООО «Держава», протоколы допроса сотрудников ООО «Держава», договора комиссии и отчеты комиссионеров между ООО «Держава» и контрагентами (ООО «Арена» ООО «Пивоваръ», ООО «Торговый дом «Держава», ООО «Потенциал»); постановление о возбуждении уголовного дела и др. документы.

Индивидуальная гражданско-правовая ответственность в виде привлечения к субсидиарной ответственности, по обязательствам должника, зависит от совершения привлекаемым к такой ответственности лицом действий, в результате которых произошло уменьшение имущества должника.

В силу части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (часть 1 статьи 66 АПК РФ). Суд по смыслу статей 10, 118, 123, 126 и 127 Конституции Российской Федерации и положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не собирает доказательства, а лишь исследует и оценивает доказательства, представленные сторонами, либо истребует доказательства по ходатайству сторон. 

Однако документальных доказательств вовлеченности ФИО3 в процесс управления ООО «Держава», равно как и возможности давать Обществу обязательные для исполнения указания в материалы настоящего дела не представлено.

Указания его причастности, основанные на показаниях, данных работниками ООО «Держава», не являются достаточными для признания судом данного факта.

Доказательств того, что ФИО3 являлся контрагентом должника, в рамках производственной деятельности общества, либо получателем прибыли ООО «Держава» или иного имущества должника, материалы дела не содержат.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что постановление о возбуждении уголовного дела также имеет юридическую силу, апелляционный суд отклоняет по следующим основаниям.

Ссылки на документы уголовного дела, не могут подлежать оценке, поскольку являются доказательствами, полученными правоохранительными органами в ходе проводимого расследования, оценка которым может быть дана лишь судом, рассматривающим данное дело. 

В силу части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение. 

Между тем, обвинительного приговора, в отношении ФИО3, подтверждающего его вину, не вынесено. 

Таким образом, материалы уголовного дела без наличия вступившего в законную силу приговора суда, основанного на них, не могут подтверждать (опровергать) те или иные факты.

Вместе с тем другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Аналогичная правовая позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 01.03.2011 N 273-О-О.

В рассматриваемом случае показания, данные правоохранительным органам, относимы к настоящему спору, они являются допустимыми с точки зрения содержания и способа получения, в связи с чем судом апелляционной инстанции протоколы допросов работников общества были приобщены судом апелляционной к материалам настоящего  дела, как того требует статья 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, данные протоколы допросов работников общества не могут свидетельствовать о подтверждении факта вовлеченности ФИО3 в процесс управления ООО «Держава», как контролирующего органа, поскольку работники общества, такие, как операторы, водители экспедиторы, энергетики не могут достоверно  знать о наличии органов управления общества, его учредителях, а тем более об аффилированных лицах общества. Следует отметить, что вместе с копиями протоколов допроса не представлены копии трудовых книжек, позволяющие соотнести  время и место работы, допрошенных свидетелей.

На протяжении рассмотрения апелляционной жалобы  истцом  представлялись копии протоколов следственных действий, получаемых УФНС из материалов уголовного дела, в том числе датированных февралем 2019 года, в приобщении которых судом апелляционной инстанции было отказано. 

Однако, из представленного апеллянтом уведомления следователя СУ СК России по Волгоградской области следует, что 29.01.2019 ФИО3 было предъявлено обвинение, следственные действия окончены.

Судом апелляционной инстанции  истцу было предложено представить доказательства того, что окончательно предъявленное ФИО3 обвинение, связано   с уклонением от уплаты налогов именно ООО «Держава». Такие доказательства суду представлены не были.

Заявитель жалобы также ссылается на обстоятельства, установленные в решении №12-17/217 от 20.09.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в отношении ООО «Держава», также подтверждают влияние ФИО3 Данный довод также отклоняется апелляционным судом по следующим основаниям.

Судом установлено, что решение №12-17/217 от 20.09.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесено в отношении юридического лица – ООО «Держава», кроме того, письмом от 23.08.2018 налоговый орган отказал ФИО3 в предоставлении копии данного решения, мотивируя это отсутствием взаимосвязи последнего с ООО «Держава».

Также налоговым органом в письме от 10.09.2018 оставлена без рассмотрения поступившая от ФИО3 жалоба на решение от 20.09.2017 №12-17/217, ввиду подачи ее неуполномоченным лицом, в отсутствие какой-либо связи с ООО «Держава». 

Судом  общей юрисдикции, а также арбитражным судом отказано в принятии заявления ФИО3 об оспаривании решения налогового органа  в связи с его  не подведомственностью соответствующему суду. На момент рассмотрения  апелляционной жалобы  вступили в силу определения  арбитражного суда Волгоградской области от 26.11.2018 о прекращении производства по делам №А12-34348/18 и А12-24347/18, возбужденным по заявлению ФИО3 об оспаривании  решения №12-17/217 от 20.09.2017, а также изложенных в нем выводов, касающихся заявителя.

Истцом в нарушение требований статьи 65 АПК РФ, пункта 56 Постановления Пленума №53 не представлено согласующихся между собой надлежащих доказательств, сформированных на основании анализа поведения должника и конечного бенефициара, которые во взаимосвязи и совокупности позволяли бы признать убедительными аргументы о возникновении отношений фактического контроля и причастности между ФИО3 и ООО «Держава».

На основании изложенного апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что доводы истца не подтверждены надлежащими доказательствами, являются декларативными и непозволяющими суду сделать вывод об отнесении ФИО3 к числу контролирующих должника лиц и возможности привлечения его к субсидиарной ответственности.

Податель апелляционной жалобы также указывает, что ответственность ФИО6 и ФИО7 обусловлена наличием договорных отношений с ООО «Держава» по сдаче недвижимого имущества и оборудования.

Данные доводы апелляционной жалобы также подлежат опровержению ввиду следующих обстоятельств дела.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается наличие права собственности на производственное оборудование у ФИО6 и недвижимого производственного комплекса, распложенного по адресу: 

<

...> у ФИО7

Согласно пункту 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу положений пункта 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с частью 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

ФИО6, ФИО7 заключены договора аренды с ООО «Держава», реальность которых ответчики не оспаривают.

При этом доказательств получения прибыли помимо арендных платежей от сдачи имущества, в том числе от деятельности самого арендатора, самостоятельного определяющего направление деятельности и способов ведения бизнеса, материалы дела не содержат.

Заявленная истцом последовательность формирования имущественной массы за М-выми относится за период, предшествующий спорному. Так, истцом указаны события 2013 года, то есть за два года до создания ООО «Держава» и проведения проверки в отношении общества. 

Доводы апеллянта о фактическом распоряжении денежными средствами ФИО3, ФИО6, ФИО7 и доверительных отношениях между ними не влияют на принятие судом решения о привлечении их к субсидиарной ответственности общества-должника. В материалы дела не представлено доказательств того, что указанные лица  получали какую-либо имущественную выгоду вследствие уклонения от уплаты налогов ООО «Держава». 

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным способом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Совокупность доказательств для отнесения ФИО6, ФИО7 к контролирующим лицам должника, на что указывает налоговый орган в апелляционной жалобе,  истцом не представлено, поскольку в материалах дела  отсутствуют доказательства взаимосвязи в отношении родства, влияния на хозяйственную деятельность должника и получение обязательных указаний, в том числе по заключению сделок, извлечение выгоды от неуплаты налогов должника.

При этом осуществление хозяйственной деятельности с использованием специального оборудования и недвижимого имущества на праве аренды не является нарушением действующего законодательства, в связи с чем довод апелляционной жалобы о наличии их контролирующего влияния ввиде экономической выгоды  апелляционным судом отклонен.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на предоставление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В этой связи судебная коллегия  подтверждает вывод о недоказанности признания ответчиков лицами, контролирующими в спорном периоде должника и об отсутствии доказательств фактического контроля и подотчетности должника действиям ответчиков.

Таким образом, судебная коллегия считает решение суда об отказе в удовлетворении исковых требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Держава» и солидарном взыскании с ответчиков 200102846 руб. 78 коп.  правильным.

При принятии решения судом правильно применены нормы материального и процессуального права, все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения спора обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам дана правовая оценка. Процессуальных оснований для отмены судебного акта не имеется. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут служить основаниями к отмене принятого решения.

На основании изложенного судебная апелляционная коллегия считает решение суда законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется. Апелляционную жалобу УФНС по Волгоградской области следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской   области от 22 октября  2018  года по делу   № А12-23540/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через  арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий          О.В. Лыткина

 

Судьи                Н.А. Клочкова

         Т.Н. Телегина