Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-5513/2019

Резолютивная часть постановления объявлена  18 января 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 января 2021 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Чапаевой Г.В.

судей Буровой А.А.

 ФИО1

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ликеро-водочный завод «ОША» на решение от 25.05.2020 Арбитражного суда Омской области (судья Захарцева С.Г.) и постановление от 25.09.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Лотов А.Н., ФИО2, ФИО3) по делу № А46-5513/2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ликеро-водочный завод «ОША» (644545, Омская обл., Омский р-н, д. Ракитинка (Московского с/п), ул. Придорожная, 1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по Омской области (644020, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным решения. 

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью «Ликеро-водочный завод «ОША» - ФИО4 по доверенности от 15.07.2020, ФИО5 по доверенности от 22.12.2020, ФИО6 по доверенности от 22.12.2020, ФИО7 по доверенности от 15.07.2020;

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по Омской области - ФИО8 по доверенности от 13.01.2021, ФИО9 по доверенности от 13.01.2021, ФИО10 по доверенности от 13.01.2021.

В качестве слушателей в судебном заседании присутствовали представители:

от общества с ограниченной ответственностью «Крутинское лесозаготовительное предприятие» - директор ФИО11 согласно паспорту и выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 25.11.2020,

от общества с ограниченной ответственностью «Миртен» -ФИО12 по доверенности от 27.11.2020,

от ФИО13 – ФИО14 по доверенности от 15.01.2021.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ликеро-водочный завод «ОША» (далее – Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по Омской области (далее – Инспекция), уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным решения от 27.06.2018 № 03-21/56391621 о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности (за исключением эпизода по доначислению налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в размере 2 353 822 руб., штрафа - 1 547 739,11 руб., пеней - 788 831,04 руб.).

Решением от 25.05.2020 Арбитражного суда Омской области заявленные требования удовлетворены частично: решение Инспекции признано недействительным в части доначисления 437 955 032,51 руб. налога на добавленную стоимость (далее - НДС) за 2014 – 2015 годы,86 886 556,96 руб. штрафа по НДС за 2015 год, 151 642 748,93 руб. пеней;1 127 675 159,2 руб. акциза за 2014 – 2015 годы, 122 406 451,2 руб. штрафа за неполную уплату акцизов в 2015 году и 412 605 660,72 руб. пеней;в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением от 25.09.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции изменено, резолютивная часть изложена в новой редакции. Заявление Общества удовлетворено частично: признано недействительным решение Инспекции в части доначисления НДС в размере 97 697 228,63 руб., акциза в размере 97 593 166 руб., а также соответствующих сумм пеней и штрафов, в удовлетворении остальной части требований отказано.

ООО «Крутинское лесозаготовительное предприятие», ООО «Миртен», ФИО13, ФИО49 (далее – податели ходатайств) поданы ходатайства о допуске их к участию в судебном заседании по рассмотрению кассационной жалобы со ссылкой на то, что они являются конкурсными кредиторами Общества, привлечены к субсидиарной ответственности (ФИО49).

Рассмотрев ходатайства о допуске к участию в судебном заседании по рассмотрению кассационной жалобы Общества, заслушав представителей подателей ходатайств, мнение участвующих в деле лиц, суд округа считает ходатайства не подлежащими удовлетворению.

При этом суд кассационной инстанции исходит из следующего.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), на который в качестве правового обоснования ссылаются податели ходатайств, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы. Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается.

Согласно правовой позиции, изложенной также в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2020 № 305-ЭС18-5193(3), обжалование кредитором (или арбитражным управляющим) судебных актов по правилам пункта 24 Постановления № 35 (далее - экстраординарное обжалование ошибочного взыскания) является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи праваи обязанности обжалуемым судебным актом непосредственноне затрагиваются.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию.

При этом порядок экстраординарного обжалования ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, но которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность (определение Верховного Суда Российской Федерацииот 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533). Этим и обусловлено наделение иных кредиторов правом на экстраординарное обжалование ошибочного взыскания в рамках общеискового процесса.

В рассматриваемом случае податели ходатайств не учитывают, что предметом настоящего спора является не гражданско-правовое обязательство, а обжалование решения Инспекции, вынесенного по результатам выездной налоговой проверки в отношении Общества, в порядке главы 24 АПК РФ, то есть спор вытекает из публичных правоотношений.

Как разъяснено в пункте 10 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного 20.12.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, уполномоченным органом в обоснование предъявленных требований могут быть представлены документы, содержащие данные об основаниях, моменте возникновения и размере недоимки (например, налоговые декларации налогоплательщика, акты налоговых проверок, решения налогового органа по результатам рассмотрения материалов проверок).

Суд округа не усматривает оснований для вывода о том, что в рассматриваемом случае налоговая проверка, решение по которой является  обоснованием предъявленных уполномоченным органом требований, была инициирована сторонами (налоговым органом и Обществом) именнос целью получения внешне безупречного документа, содержащего данные об основаниях, моменте возникновения и размере недоимки, для включения в реестр требований кредиторов, то есть явилась результатом сговора между налоговым органом и налогоплательщиком (Обществом).

Правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 29.09.2014 № 302-ЭС14-3, была сформирована «с учетом конкретных обстоятельств дела, связанных с особенностями банкротства ликвидируемого должника; наличием в реестре только одного кредитора (уполномоченного органа), против требований которого конкурсным управляющим не заявлены возражения; отсутствием иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, заинтересованных в инициировании проверки обоснованности этих требований». 

Таким образом, поскольку обстоятельства дел различны, ссылка на указанное определение Верховного Суда Российской Федерации является необоснованной.

В целом, суд округа полагает, что положения пункта 24 Постановления№ 35 не могут быть применимы в рассматриваемом случае, в том числес учетом правовых позиций, выработанных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 19 Обзора судебной практики № 2 (2020), утвержденного 22.07.2020; пункт 17 Обзора судебной практики № 2 (2018), утвержденного 04.07.2018; пункт 10 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного 20.12.2016).

Суд кассационной инстанции считает необходимым также отметить, что из содержания обжалуемых судебных актов не следует, что они приняты о правах и обязанностях подателей ходатайств, что данными судебными актами непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективных прав или надлежащего исполнения обязанностей по отношению к одной из сторон спора в деле о банкротстве.

Доказательств, свидетельствующих о том, что обжалуемые судебные акты каким-либо образом приняты о правах и обязанностях подателей ходатайств, в материалы дела не представлено.

Наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела (в том числе в связи с приобретением статуса конкурсного кредитора, привлечением лица к субсидиарной ответственности) само по себе не наделяет его безусловным правом на участие в судебном заседании по рассмотрению кассационной жалобы Общества в порядке главы 24АПК РФ.

В кассационной жалобе (с учетом дополнений к ней, возражений на доводы налогового органа) Общество, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просит принятые по делу судебные акты отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований; также изменить мотивировочную часть решения суда первой инстанции в части установленных судом обстоятельств наличия в действиях Общества целенаправленной деятельности по созданию «схемы», направленной на производство и реализацию неучтенной алкогольной продукции без уплаты установленных законом налогов, и в части установления судом фактов завышения заявителем убытков по налогу на прибыль в части «схемы», указав об отсутствии названных обстоятельств. 

Инспекция возражает против удовлетворения кассационной жалобы согласно отзыву (возражениям, пояснениям).

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, если иное не предусмотрено АПК РФ.

Суд кассационной инстанции, в соответствии со статьями 284, 286   АПК РФ изучив материалы дела, проанализировав доводы кассационной жалобы (дополнений к ней, возражений), отзыва (дополнений к нему, пояснений), заслушав представителей сторон, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Судами установлено и материалами дела подтверждено следующее.

По результатам проведения выездной налоговой проверки в отношении Общества налоговым органом составлен акт и принято решение от 27.06.2018 № 03-21/56391621, которым начислены и предложены к уплате налоги в общем размере 1 653 430 694,45 руб., в том числе: 523 222 343,26 руб. НДС (246 465 605,27 руб. за 2014 год, 276 756 737,99 руб. за 2015 год); 1 127 854 529,2 руб. акциза (581 505 496 руб. за 2014 год и 546 349 033,2 руб. за 2015 год); 2 353 822 руб. НДФЛ; пени за несвоевременную уплату доначисленных налогов в размере 602 085 729,02 руб., в том числе по НДСв сумме 181 168 311,64 руб., по акцизу – 412 676 437,13 руб., по НДФЛв сумме 8 240 980,25 руб.; штраф по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в размере 233 109 146,4 руб., в том числе по НДС за 2015 год в размере 110 702 695,2 руб., по акцизу за май – декабрь 2015 года - 122 406 451,2 руб.; штраф по статье 123 НК РФза неудержание и неперечисление НДФЛ в 2015 году в размере6 907 182,71 руб. Проверкой также установлено завышение Обществом убытков по налогу на прибыль в сумме 379 768 851 руб. (в том числе за2014 год – 154 764 305 руб., за 2015 год – 225 004 546 руб.). Обществу предложено удержать и перечислить в бюджет НДФЛ в размере26 662 218 руб., а также представить уточненные сведения формы 2-НДФЛ. 

Решением от 26.12.2018 № 16-22/19341@ Управления Федеральной налоговой службы по Омской области (далее – Управление) апелляционная жалоба налогоплательщика удовлетворена частично: решение Инспекции от 27.06.2018 отменено в части доначисления НДС в размере 68 324,74 руб. за 4 квартал 2014 года; акциза в размере 179 370 руб. за октябрь 2014 года, а также в части начисления соответствующих пеней по данным налогам.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения Общества в арбитражный суд.

Одним из оснований принятия решения явился вывод Инспекции о создании налогоплательщиком «схемы», направленной на реализацию неучтенной алкогольной продукции (пива с содержанием объемной доли этилового спирта свыше 0,5% и до 8,6% включительно; напитков, изготавливаемых на основе пива), без налогообложения выручки от ее реализации.

Кассационная инстанция считает, что суды, исследовав представленные сторонами доказательства (в том числе документы, представленные Обществом, контрагентами, данные информационных ресурсов, показания свидетелей), руководствуясь нормами статей 143, 154, 166, 179, 181, 182, 252 НК РФ, Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», пришли к верным выводам о подтвержденности со стороны Инспекции в рамках настоящего дела факта создания Обществом «схемы» уклонения от налогообложения посредством вывода через предприятия-транзитеры объемов произведенной и отгруженной продукции, не задекларированной Обществом,  что привело к необоснованной налоговой выгоде в виде неуплаты НДС и акциза и, как следствие, о правомерности принятия оспариваемого решения налогового органа в указанной части. 

Как установлено судами, в «цепочку» реализации продукции Общества были вовлечены ООО «Реал», ООО «Арман», ООО «Комплектторгпоставка», ООО «Софтдринкс», ООО «ТрейдПлюс» (далее - предприятия-транзитеры, Контрагенты).

Суды поддержали доводы Инспекции, что Контрагенты имеют признаки «проблемных» организаций, созданных в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность («номинальное» руководство, отсутствие подтвержденного ликвидного имущества, кадрового и производственно-управленческого персонала, транзитный характер операций по счетам). Судами принято во внимание прекращение деятельности ООО «Комплектторгпоставка», ООО «Софтдринкс»,ООО «Реал», ООО «Трейдплюс» путем присоединения к юридическим лицам, находящимся в другом регионе. 

При этом проверкой установлено, что приобретение алкогольной продукции Контрагентами не задекларировано. 

Делая вывод о том, что фактически отгрузка продукции в адрес покупателей Контрагентов производилась с территории Общества, судами обоснованно приняты во внимание следующие обстоятельства: 

- в период 2014 – 2015 годов 119 оптовых организаций в декларациях об объёме закупки этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (декларация № 7) задекларировали закуп у Контрагентов пива и пивных напитков производства Общества; 

- в  представленных покупателями алкогольной продукции справках к товарно-транспортным накладным на этиловый спирт, алкогольную и спиртосодержащую продукцию в разделе «А» графы «Производитель алкогольной продукции (пива и пивных напитков)», в разделе «Б» графы «Продавец» указано Общество; разделы «А» и «Б» заверены печатью заявителя; удостоверения о качестве и безопасности на каждую партию продукции в качестве предприятия-изготовителя содержат указание на Общество; сертификаты соответствия выданы Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии Обществу как изготовителю; удостоверения, сертификаты, декларации соответствия также заверены печатью Общества; в то же время в ходе выездной налоговой проверки взаимоотношения Общества  с Контрагентами не установлены; 

- лицами, сопровождающими сделки между указанными поставщиками и покупателями, выступали ФИО15, ФИО16, являющиеся работниками  ООО «БМС» – взаимозависимого лица с Обществом, чтов частности, подтверждается, как установили суды, протоколами допросов работников организаций-покупателей; 

- протоколами допросов собственников транспортных средств и водителей (ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23) подтверждается, что отгрузка продукции осуществлялась с территории Общества (

<

...> и 101).

При этом судами приняты во внимание пояснения конечных покупателей продукции, согласно которым они пытались заключить договоры на поставку алкогольной продукции с Обществом, однако был получен ответ, что вся изготовленная продукция распределяется между дилерами, с которыми уже заключены контракты, и все отгрузки возможны только через них; после чего были рекомендованы Контрагенты (пояснения руководителей ООО «Перелетов и К», ООО «Средняя Волга», протокол допроса руководителя ООО «Прайд Опт» ФИО24). 

В ходе налоговой проверки Инспекцией при анализе движения денежных средств установлено, что часть средств, полученных Контрагентами, перечислялась через третьих лиц (ООО «ПродВест»,ООО «Торговая Пищевая Компания», ООО «Виктория», ООО «Торговля Оптом», ООО «Трейд Плюс», ООО «Арман») реальным поставщикам сырья и материалов, являющимся одновременно поставщиками аналогичного сырья и материалов для Общества, использованных последним для производства учтенной алкогольной продукции (ОАО «Полимер», ООО «Белгорсолод», ООО «Европласт-Енисейпром», ООО «Про-Ресурс», ОАО «Омское», ЗАО «Полиграф», ООО «Интер Трейд», ИП ФИО25, ООО «Политера», ООО «Полиграф», АО «Решал», ООО «КЭН-ПАК», ООО «СИБТРЕЙД», ООО «ТД ФИО26», ООО «МегаПласт-Сибирь»). 

Налоговым органом в ходе проверки истребованы у поставщиков сырья первичные документы по взаимоотношениям с третьими лицами, «через которых» перечислялись денежные средства. Суды правильно поддержали выводы Инспекции о том, что анализ полученных документов свидетельствует о фактическом поступлении сырья в адрес Общества, исходя, в том числе из следующего: 

- в товарных накладных, выставленных поставщиками сырья в адрес вышеуказанных предприятий, в графе «груз получил грузополучатель» стоят подписи и данные физических лиц, которые, согласно справкам по форме 2-НДФЛ, являются работниками Общества; данные лица, воспользовавшись правами, предусмотренными статьей 51 Конституции Российской Федерации, от дачи показаний отказались; из заключения эксперта от 17.11.2017 следует, что подписи сотрудников Общества ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 от имени получателей сырья в товарных накладных выполнены вышеуказанными лицами; 

- анализ представленных поставщиками сырья документов (товарно-транспортные накладные, договоры, счета-фактуры, путевые листы) свидетельствует о том, что грузополучатель находится по адресу: г. Омск,ул. 22 Партсъезда, 51Б и 101, названное обстоятельство подтверждается также свидетельскими показаниями (водители ФИО35, ФИО36, ФИО37 и другие).

Кроме того, кассационная инстанция поддерживает выводы судов, что факт реализации неучтенной алкогольной продукции косвенным образом подтверждается выявленными в ходе проверки обстоятельствами по реализации этикеток. 

Так, Инспекцией установлено, что ИП ФИО25 в адрес ООО «ПродВест» реализовывал этикетки «Sextrim», «Jolly Joker», «Живое пиво», «Живое пиво» Лион, «Пиво Жигулевское», «Пиво «Золотой хмель», «Пиво Мюнхенское», пиво «Жигулевское» крепкое, пиво «Жигулевское» крепкое СССР, пиво «Жигулевское» Лидер экономики, пиво «Жигулевское» Выгодно, «Пиво «Чешское», Пиво «Бизон», «Пиво «Белый Ястреб», «Пиво крепкое «Черный Ястреб», «Пиво «Жигулевское светлое». 

При этом в течение проверяемого периода именно Общество являлось правообладателем товарных знаков «Sextrim», «Jolly Joker», «Белый Ястреб», «Черный Ястреб» и письменного согласия на использование указанных товарных знаков при изготовлении печатной продукции для ООО «ПродВест» предпринимателю не давало. 

Из анализа документов, представленных Обществом по взаимоотношениям с ИП ФИО25, и документов, представленных предпринимателем по взаимоотношениям сООО «ПродВест», следует, что продукция (этикетки) изготавливалась и реализовывалась в один и тот же период как для Общества, так и дляООО «ПродВест», получение продукции так же производилось одновременно и одними лицами. 

Кассационная инстанция поддерживает выводы судов, что данные обстоятельства позволяют прийти к выводу, что Общество было осведомлено о том, что ИП ФИО25 производит и реализует этикетки, использует торговые марки, зарегистрированные в Роспатенте на имя Общества, и доказательств того, что последнее предпринимает какие-либо попытки привлечь предпринимателя к ответственности, не представлено.

Аналогичные обстоятельства установлены в отношении использования товарного знака «Jolly Joker» при изготовлении ЗАО «Полиграф» печатной продукции в 2014 – 2015 годах для ООО «ПродВест», о чем налогоплательщику также было известно (показания руководителя ЗАО «Полиграф» ФИО38, специалиста отдела продаж ЗАО «Полиграф» ФИО39).  

Часть денежных средств, полученных Контрагентами, перечислялась на расчетные счета индивидуальных предпринимателей, которые отрицают реальные правоотношения с указанными организациями (показанияИП ФИО40, ФИО41), а также на счета организаций(ООО «Аватар», ООО «Альтаир», ООО «Альтерра», ООО «Горизонты», ООО «Континент-Плюс», ООО «Конус», ООО «Посейдон»,ООО «Сибинвесттранс», ООО «Сибирские продукты», ООО «Стройресурс», ООО «Таира», ООО «Эверест») с последующим направлением на карточные счета физических лиц. При этом часть указанных организаций зарегистрирована при содействии ФИО42 и их расчетные счета использовались для обналичивания денежных средств (протокол допроса ФИО42, полученного из материалов уголовного дела по обвинению ФИО43, ФИО44 и Кролевца A.M).  

Кассационная инстанция полагает, что судами были полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, связанные с наличием у заявителя технической возможности выпуска пива и пивных напитковне только задекларированного объема, но и неучтенного объема продукции, отгруженного в адрес установленных покупателей-декларантов. 

Отклоняя доводы Общества о необходимости определения максимально возможного дополнительного объема производства пива и пивных напитков на основании расчета производственных мощностей, произведенного специалистами Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка (далее – Росалкогольрегулирование, акт проверки от 24.03.2017), суды обоснованно исходили из следующего: - расчет выполнен по состояниюна 10.02.2017, тогда как проверяемым периодом является временной промежуток 2014 – 2015 годы, при этом расчет в период 01.12.2014 – 31.12.2015 не проводился; - расчет произведен на основании приказов директора Общества от 31.12.2013 № 198, от 29.01.2015 № 8, согласно которым производственная мощность линии розлива определяется исходя из односменного режима работы оборудования в день с восьмичасовой рабочей сменой, пятидневной рабочей неделей и 242 сутками в год, чтоне соответствует фактическим обстоятельствам режима работы, установленным в ходе проверки (трехсменный режим работы производства). 

Кроме того, суды не признали в качестве надлежащего доказательства представленное Обществом заключение эксперта № 163.06-18, поскольку,в том числе исходными данными для проведения экспертизы послужил Перечень от 26.09.2014 технологического оборудования для производства пива и пивных напитков, который не содержит информации,по состоянию на какую дату он составлен; при проведении экспертизы для расчётного объёма производства пива и пивных напитков по показателю водопотребления использовались приказы и «Расчёты мощности основного технологического оборудования для производства пива и пивных напитков» по состоянию на 10.02.2017, то есть не относящиеся к проверяемому периоду. 

В свою очередь в ходе налоговой проверки Инспекцией установлено, что линия по розливу алкогольной продукции была рассчитана на гораздо больший объем продукции, чем было официально произведено заявителем и отражено в декларациях об объемах алкогольной продукции. 

Так, Инспекция установила значительное снижение годовой производственной мощности, отраженной в графе «6» Декларации об использовании мощностей по производству этилового спирта и алкогольной продукции, в том числе пива и пивных напитков, сидра, пуаре и медовухи по кодам вида продукции «500», «520», представленной за 2015 год, по отношению к аналогичным показателям декларации за 2014 год; при этомв мае 2014 года Обществом приобретена и поставлена на учет ФИО46 выдува ПЭТ-бутылок multiBlow ARCOR, изготовитель Arkor Германия, инвентарный номер 6568 (на учете с 25.05.2014); как верно указал суд(с учетом характеристик оборудования), произошло увеличение физического показателя, участвующего в расчете мощности основного технологического оборудования для производства пива и пивных напитков. 

Налоговым органом произведен сравнительный анализ показателей использования производственных мощностей организации исходя из данных налогоплательщика, подтвержденных заключением эксперта, и данных расчета Росалкогольрегулирования по состоянию на 10.02.2017 (на который ссылается Общество): исходя из методики расчета, произведенного специалистами Росалкогольрегулирования на основании документов, представленных самим налогоплательщиком, производственная мощность оборудования (линия розлива) в 2014-2015 годах должна быть неизменнаи соответствовать аналогичным показателям Росалкогольрегулирования, однако, как установлено Инспекцией, годовая мощность, рассчитанная Обществом, значительно меньше той, которая рассчитана специалистами. 

Судом апелляционной инстанции обоснованно принято во внимание, что в ответ на выставленное заявителю в порядке статьи 93 НК РФ требование от 27.07.2017 о предоставлении расчетов мощности основного технологического оборудования на 2014-2015 годы в целом по организации и в разрезе подразделений (а также письменных пояснений о причинах указанных значительных изменений) расчет производственной мощности пивных напитков на производстве Общества по адресу г. Омск, ул. 22 Партсъезда, 101 не представлен; техническая документацияне представлена (пояснено, что технические паспорта на оборудованиене относятся к перечню документов, обязательных для хранения). 

Судом кассационной инстанции отклоняются доводы, изложенные в дополнениях к жалобе относительно содержания свидетельских показаний ФИО47, ФИО48, ФИО39, ФИО38 и других, поскольку Общество, по сути, указывает на то, как суду следовало оценить те или иные протоколы допросов свидетелей, в связи с чем налогоплательщиком делается вывод о незаконности и необоснованности судебных актов в указанной части.

Доводы кассатора относительно отсутствия изменений в Перечнях технологического оборудования для производства пива и пивных напитков в период 01.01.2014-10.02.2017 не могут быть приняты, в том числе учитывая, что материалами дела подтверждено наличие модернизации оборудования, участвующего в производстве.  

Доводы Общества согласно дополнений к кассационной жалобео том, что выводы Инспекции, изложенные в обжалуемом решении, противоречат сведениям и результатам мероприятий Росалкогольрегулирования, отклоняются судом округа, поскольку судами обоснованно указано, что доводы, отражённые в актах проверки,не опровергают выводов налогового органа; поводом для проведения налоговой проверки послужило, в том числе обращение Росалкогольрегулирования в Федеральную налоговую службу о фактах реализации неучтенной алкогольной продукции, произведенной Обществом. 

Таким образом, установив факт реализации неучтенной продукции и отсутствие в связи с этим у налогоплательщика документов бухгалтерского и налогового учета, Инспекцией произведен расчет налоговых обязательств заявителя на основании имеющейся у нее информации, полученной в ходе проведения соответствующих мероприятий налогового контроля. 

Так, при исчислении подлежащего уплате акциза по организациям, представившим первичные документы (счета-фактуры, товарные накладные) по взаимоотношениям с Контрагентами, по всем представленным счетам-фактурам был рассчитан итоговый объем в литрах реализованной продукции. По организациям, не представившим первичные документы, объем приобретенной продукции рассчитан на основании показателей деклараций об объеме закупки этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (форма № 7), представленных вышеуказанными организациями в Росалкогольрегулирование. Налоговый период определен исходя из дат закупки (отгрузки поставщиком), отраженных в анализируемых декларациях по графе 18. 

Таким образом, общий объем приобретенной продукции производства Общества контрагентами у предприятий-транзитеров рассчитан налоговым органом на основании первичной документации (счетов-фактур, товарных накладных), показателей деклараций об объеме закупки этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции за 2014-2015 годы (форма № 7), представленных частью организаций - оптовых покупателей в Росалкогольрегулирование, и с учетом решения Управления составил:в 2014 году - 32 211 090,5 литра; в 2015 году - 25 019 286,9 литра. 

Сумма акциза, не исчисленная Обществом и, соответственно,не выставленная покупателям неучтенной подакцизной продукции, с учетом решения Управления составила: в 2014 году - 579 799 629 руб.; в 2015 году-450 347 164 руб. 

Аналогичным образом был произведен расчет доначисленного по результатам проверки НДС (с учетом доначисленных сумм акцизов в соответствии с пунктом 1 статьи 154 НК РФ). 

Выездной налоговой проверкой установлено, что в нарушениестатей 153, 154, 167 НК РФ Обществом занижены суммы НДС, подлежащие уплате в бюджет с учетом решения Управления: за 2014 год -220 342 278 руб.; за 2015 год - 191 907 535 руб. 

Как следует из материалов дела, судом первой инстанции указанная методика расчета налоговых обязательств заявителя признана неправомерной, поскольку, по мнению суда первой инстанции, Инспекция определила права и обязанности Общества как плательщика НДС и акцизов способом, не согласующимся с действительно сложившимися экономическими условиями деятельности налогоплательщика. Суд первой инстанции посчитал несоответствующим закону определение размера налоговых обязательств Общества по данному эпизоду в части доначисления НДС и акциза без учета размера предполагаемых налоговых вычетов по названным налогам. 

Действительно, при переквалификации спорных правоотношений Инспекция обязана была учесть возникшее право налогоплательщика на налоговые вычеты, который, исходя из своей позиции, не заявляет об их применении, однако не согласен с доначислением налогов  (статья 22 НК РФ, постановление от 14.07.2005 № 9-П, Определение от 12.07.2006 № 267-О Конституционного Суда Российской Федерации, постановления от 06.07.2010 № 17152/09, от 25.06.2013 № 1001/13 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации). 

Названные положения законодательства о налогах и сборах и сформированная практика их применения, по мнению суда первой инстанции, налоговым органом не были учтены. 

Между тем, как верно указал апелляционный суд, суд первой инстанции, установив данное обстоятельство, не предпринял надлежащих мер для определения объема прав и обязанностей налогоплательщика исходя из подлинного экономического содержания выявленных операций и не запросив в рамках положений подпункта 10 пункта 2 статьи 153 АПК РФ в обеспечение условий для всестороннего и полного исследования доказательств и обстоятельств дела соответствующий расчет у налогового органа. 

В данном случае Инспекция в ходе проверки фактически произвела объединение деятельности (выручки) налогоплательщика и поставщиков алкогольной продукции (Контрагентов) и учла в целях определения налоговых обязательств заявителя выручку последних. 

Следовательно, выводы Инспекции об ином характере деятельности налогоплательщика (включение выручки иных налогоплательщиков) должны учитывать и возникшее право налогоплательщика на получение предусмотренных налоговым законодательством вычетов с учетом установленных при проведении проверки обстоятельств приобретения сырья (материалов) для производства неучтенной продукции и ее реализации.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 171, 172, 200, 201 НК РФ, пришел к верным выводам, что в настоящем случае для определения действительного размера налоговых обязательств Общества в качестве налоговых вычетов по НДС подлежат учету суммы налога, предъявленные в составе стоимости поставщиками сырья, а также имеются основания для переоценки выводов налогового органа об объеме обязательств заявителя по уплате акцизов. С учетом изложенного, на основе анализа представленного Инспекцией расчета (при непредставлении контррасчета заявителем) суд апелляционной инстанции обоснованно признал недействительным решение Инспекции только в части доначисления налогоплательщику НДС в размере 71 992 009 руб. и акциза в размере 64 800 руб., а также соответствующих сумм пеней и штрафов. 

Кассационная инстанция полагает, что судами полно и всесторонне исследованы доводы Общества о неправомерном выводе Инспекции о завышении заявителем размера убытков по налогу на прибыль.

Отклоняя доводы налогоплательщика, суды исходили из того, что размер налогооблагаемой прибыли определялся Инспекцией с учетом себестоимости продукции, определенной расчетным путем на основе данных налогоплательщика; довод Общества о необходимости учета доначисленных НДС и акциза при определении налогооблагаемой прибыли получил надлежащую правовую оценку.

По результатам рассмотрения дела суды, руководствуясь положениями статей 264, 270 НК РФ, признали обоснованным расчет убытков по  результатам финансово-хозяйственной деятельности Общества: за 2014 год - 63 529 411 руб. против заявленного Обществом убытка в размере218 244 972 руб.; за 2015 год - убыток 30 628 727 руб. против заявленного налогоплательщиком убытка в размере 255 633 273 руб. 

Отказывая в удовлетворении требований Общества о признании недействительным решения Инспекции по эпизоду невключения в налоговую базу по НДС сумм, полученных налогоплательщиком по расчетному счету в качестве авансов за приобретение товара, суды обоснованно приняли во внимание следующее. 

При проведении выездной налоговой проверки установлено, что на расчетные счета Общества поступили денежные средства: в 2014 году – в сумме 168 206 648 руб. от ООО «Новотех», ООО «СтройПроектМонтаж»;в 2015 году – в сумме 392 320 044 руб. от ООО «Олимпия», ООО «Паллада», ООО «Стройтранс», ООО «Оптима», ООО «Гарант», ООО «СистемаТорг», ООО «Вега Плюс», ООО «Стандарт Плюс», ООО «Омское продовольствие» с назначением платежа «по договорам поставки за продукцию, товар». 

В ответ на требование Инспекции налогоплательщиком представлены пояснения о том, что договоры, указанные в основании платежа, не могут быть представлены в связи с тем, что не были заключены, счета-фактуры в адрес указанных контрагентов не выставлялись в связи с отсутствием договорных обязательств. 

Налоговый орган установил и заявитель не оспаривает, что Обществов адрес вышеуказанных организаций счета-фактуры на отгрузку продукции не выставляло, в книгах продаж и, соответственно, в декларациях по НДС за проверяемый период отгрузку продукции не отражало; возврата денежных средств в адрес организаций не производило. 

В то же время налогоплательщиком в ходе проверки представлены договоры займа, анализ счета 67 «Расчеты по долгосрочным кредитам и займам», карточки счета 67 по каждому контрагенту, акты приема-передачи простых векселей Общества, письма руководителей вышеуказанных организаций с просьбой об изменении назначения платежа.

Суды, оценив указанные доказательства, а также  протоколы допросов  руководителей организаций-заимодавцев, данные информационных ресурсов, результаты почерковедческой экспертизы от 17.11.2017, правомерно поддержали доводы Инспекции о том, что изменяя назначение платежей, поступивших на расчетные счета с формулировкой «оплата за товар по договору», на «оплата по договору займа», Общество в нарушение пункта 1 статьи 154, пункта 1 статьи 167 НК РФ исключило из налоговой базы по НДС суммы полученной оплаты в счет предстоящих поставок продукции с целью получения необоснованной налоговой выгоды, учитывая для целей налогообложения операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Судами обоснованно принято во внимание, что юридические лица (заимодавцы) имеют признаки «проблемных» организаций («номинальные» руководители;  реорганизованы путем присоединения к иным юридическим лицам либо произведена смена руководителя, «миграция» в другой регион; движение денежных средств по расчетным счетам носит транзитный характер, неотражение заимодавцами в бухгалтерской отчетности финансовых вложений в виде предоставленных займов; отсутствие источника для выдачи займов; минимальная налоговая нагрузка). 

Доводы кассатора о недопустимости в качестве доказательства по делу заключения эксперта от 17.11.2017 №141/2017 получили надлежащую правовую оценку и обоснованно судом были отклонены, в том числе с учетом статьи 95 НК РФ. 

Суды правомерно критически оценили представленное Обществом заключение специалиста от 20.06.2019, согласно которому заключение эксперта от 17.11.2017 № 141/2017 произведено с нарушением действующего законодательства, указав, что оно не предусматривает рецензирование заключений экспертиз, проведенных налоговым органом в порядке статьи 95 НК РФ; указанное заключение дано по инициативе одной из сторон, заинтересованной в исходе судебного разбирательства; специалисты, дающие заключение, не предупреждены об уголовной ответственности.  

Еще одним основанием для принятия Инспекцией решения явились установленные факты выплаты денежных средств из кассы Общества в адрес ФИО49 с основанием «по договору займа».

Налогоплательщик в ходе проверки представил письменные пояснения, согласно которым из кассы в 2014-2015 годах производились выплаты денежных средств ФИО49 на основании расходных кассовых ордеров. По данным бухгалтерского учета у Общества числится задолженность перед Веретено В.К в сумме 834 477 080,93 руб. на основании договора займа б/н от 20.03.2009. Вместе с тем договор займа не представлен Обществом при проведении проверки; в пояснениях Общество ссылалось на  то, что копия договора займа от 20.03.2009 была представлена в ходе выездной налоговой проверки за 2012-2013 годы.

В ходе проведения дополнительных мероприятий налогоплательщиком представлена копия договора займа б/н от 20.03.2009 с ФИО49, согласно которому предметом является заем в сумме 1 000 000 000 руб., предоставляемый Обществу (заемщик) со стороны ФИО49 (заимодавец); заем предоставляется без уплаты процентов по договору; датой предоставления  займа будет являться дата получения денежных средств заемщиком; датой погашения задолженности будет являться дата фактического зачисления сумм задолженности, включая сумму основного долга, сумму начисленных штрафных санкций, на счет заимодавца; дата погашения займа - до 31.12.2019. 

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО49 подтвердил получение денежных средств из кассы Общества в размере более526 млн. руб. с основанием «возврат по договору займа»; обстоятельства заключения сделки пояснить затруднился (время, место, условия, предмет, порядок заключения договора, окончательный срок возврата займа); указал, что займ вносился в кассу Общества наличными денежными средствами из собственных накоплений. 

Однако по результатам проведенного налоговым органом анализа предоставленных налоговыми агентами в налоговые органы за период 2007-2015 годов сведений (справки о доходах физического лица по форме № 2-НДФЛ) установлена очевидная несопоставимость суммы предоставленного займа отраженным доходам займодавца.

Инспекцией также установлено, что согласно анализу счета посубконто 67 «Расчеты по долгосрочным кредитам и займам» по контрагенту ФИО49 за 2013 год, представленного Обществом в ходе предыдущей налоговой проверки (решение о привлечении к ответственностиот 28.10.2016), задолженность Общества перед Веретено В.К на 31.12.2013 имелась лишь в сумме 4 405 923,43 руб., тогда как в ходе настоящей налоговой проверки Общество представило регистры бухгалтерского учета, согласно которым задолженность на 01.01.2014 перед ФИО49 числится в сумме 834 477 080,93 руб.

При этом заявителем ни в рамках налоговой проверки, ни на стадии рассмотрения дела в арбитражном суде не представлены объективные пояснения о причинах расхождений на 31.12.2013 и 01.01.2014 данных по задолженности Общества перед ФИО49 

Согласно бухгалтерской документации, представленной Обществом 28.03.2014 в налоговый орган, долгосрочные обязательства (строка 1410 бухгалтерского баланса) на 31.12.2013 числятся в размере 638 789 тыс. руб., что подтверждает факт недостоверности данных регистров бухгалтерского учета, представленных в ходе настоящей проверки, в части кредиторской задолженности перед ФИО49 на 01.01.2014 в сумме 834 477 080,93 руб.  

Учитывая кредиторскую задолженность Общества перед ФИО49 на 01.01.2014 в размере 4 405 923,43 руб., выплаты за период с 01.01.2014 по 31.03.2015 в размере 316 242 058,7 руб., суды обоснованно поддержали доводы Инспекции об отсутствии действительной задолженности заявителя перед ФИО49 по состоянию на 01.04.2015. Следовательно, в отсутствие документального основания выплаты денежных средств в адресФИО49 в сумме 205 093 986,08 руб. за период с 01.04.2015 по 31.12.2015 в соответствии пунктом 1 статьи 210 НК РФ обоснованно квалифицированы судами как доход ФИО49 в целях налогообложения НДФЛ.  

Поскольку при рассмотрении дела установлено, что Общество как налоговый агент в нарушение пункта 1 статьи 210, пункта 6 статьи 226НК РФ не включило в налоговую базу для исчисления НДФЛ выплаты в пользу ФИО49 в размере 205 093 986,08 руб., налог с которых составил 26 662 218 руб., и не перечислило указанную сумму НДФЛ в бюджет, суды обоснованно отказали в удовлетворении требований Общества по настоящему эпизоду.

Кассационная инстанция считает, что все доводы Общества о допущенных Инспекцией нарушениях процедуры проведения налоговой проверки всесторонне были рассмотрены апелляционной инстанцией, которая исходя из нормативных положений статей 100, 101 НК РФ их правомерно отклонила как основание к отмене оспариваемого решения налогового органа.

Как установлено судом: - извещение о времени и месте рассмотрения материалов выездной налоговой проверки от 27.11.2017 вручено 30.11.2017 представителю Общества; - рассмотрев ходатайство Общества о продлении срока на представление возражений на акт выездной налоговой проверки, Инспекция приняла решение о продлении сроков рассмотрения материалов проверки от 18.01.2018; - извещение о времени и месте рассмотрения материалов выездной налоговой проверки также было вручено 18.01.2018 представителю Общества по доверенности; - в установленный срок представлены возражения на акт выездной налоговой проверки; - по ходатайству Общества Инспекцией неоднократно откладывалось рассмотрение материалов налоговой проверки; - об изменении времени рассмотрения материалов выездной налоговой проверки налогоплательщик уведомлен извещением от 27.04.2018; - протоколы ознакомления с результатами дополнительных мероприятий налогового контроля подтверждают, что налогоплательщик был ознакомлен с результатами последних; - сопроводительными письмами от 21.12.2017, от 25.12.2017,от 12.01.2018 представителю Общества по доверенности были переданыв электронном виде запрашиваемые выписки по расчетным счетам, объемные декларации Контрагентов, первичные бухгалтерские документы по деятельности организаций, являющихся поставщиками сырья (материалов).  

Довод Общества о недопустимом способе получении налоговым органом использованных при определении налоговых обязательств налогоплательщика деклараций формы № 7 об объеме закупки этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции обоснованно был отклонен апелляционным судом, учитывая, что данное доказательство было получено Инспекцией в рамках Соглашения об информационном взаимодействии между Федеральной службой по регулированию алкогольного рынка и Федеральной налоговой службой от 29.03.2010 № 06-02/3ДН/ММ-27-2/2@.

С учетом изложенного кассационная инстанция поддерживает вывод апелляционного суда об отсутствии оснований для отмены принятого Инспекцией решения по указанным налогоплательщиком причинам (в том числе невручение документов, на основании которых определялись налоговые обязательства, непредставление возможности ознакомиться с материалами проверки).

Довод Общества о несоразмерности доначислений по акцизам по сравнению с вмененной выручкой отклоняется в силу положений главы 22 НК РФ, определяющих порядок исчисления и уплаты налога (в том числе определение налоговой базы).

То обстоятельство, что в силу положений статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение (на налоговый орган в рассматриваемом случае), не исключает обязанность налогоплательщика представлять возражения на доводы и доказательства налогового органас мотивированными ссылками на конкретные доказательства, как самостоятельно представленные в суд, так и истребованные в порядкестатьи 66 АПК РФ.

Признавая правомерным привлечение Общества к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ, суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что материалы налоговой проверки свидетельствуют о наличии в действиях Общества умысла, связанного с вовлечением в фиктивный документооборот иных организаций без реальной цели ведения ими хозяйственной деятельности.

Суд первой инстанции, оценив заявленные налогоплательщиком доводы, причины доначисления налогов, не усмотрел оснований для применения положений статей 112, 114 НК РФ. Оснований для переоценки этих обстоятельств у суда кассационной инстанции не имеется.

Ссылка в жалобе на отсутствие судебной оценки отдельных доводов Общества не является основанием для отмены судебных актов, поскольку судами исследована необходимая и достаточная совокупность доказательств в целях определения характеристики и размера полученной Обществом налоговой выгоды. 

В целом изложенные в кассационной жалобе и дополнениях к ней  обстоятельства (в том числе относительно представления Обществом Перечня основного технологического оборудования предприятия, технической документации на оборудование, расчетов производственных мощностей; об отсутствии достаточных для вмененного объема реализации продукции производственных мощностей; о трехсменном графике работы цехов розлива, а не производства; об отсутствии возможности производства неучтенной продукции с учетом водопотребления, наличия счетчиков пива и пивных напитков; относительно отсутствия на складах Общества остатков неучтенной продукции; о недостоверности и необъективности заключения эксперта от 17.11.2017; что фактические обстоятельства доставки сырья организациями-перевозчиками Инспекцией не установлены; отсутствуют доказательства, подтверждающие факт одновременного приобретения этикеток Обществом и «формальными» покупателями; о неустановлении того обстоятельства, кому подконтрольны Контрагенты, обстоятельств реализации продукции под товарными знаками Общества; о непредставлении доказательств того, что обналиченные денежные средства в рамках «схемы» транзитом поступили на счета Общества; об отсутствии в материалах дела полных банковских выписок некоторых Контрагентов; что кассатором заявлялось о реализации фальсифицированной продукции под брендом Общества; что утверждение относительно вывода денежных средств из гражданского оборота посредством гашения займа ФИО49 является предположением, основанным на ошибках в бухгалтерской отчетности; относительно неверной методики расчета налоговых обязательств, определения налоговой базы (доходной части) по налогу на прибыль, НДС, акцизу; относительно отдельных дефектов в представленных документах)не опровергают выводы судов о направленности действий Общества на создание «схемы» вывода из налогообложения выручки от реализации неучтенной алкогольной продукции, о неопровержении в ходе рассмотрения дела доказательств налогового органа относительно правомерности определения налоговой базы по НДФЛ, а также выводы суда апелляционной инстанции относительно размера налоговых обязательств.

Судом кассационной инстанции не установлено нарушений норм процессуального законодательства, которые могли привести к принятию неправильного постановления  (часть 3 статьи 288 АПК РФ).

Представленные кассатором в суд кассационной инстанции дополнительные документы не могут быть приобщены к материалам делав силу статьи 286 АПК РФ; поскольку документы поступили через систему «Мой арбитр», то фактическому возвращению не подлежат.

Излишне уплаченная при подаче кассационной жалобы государственная пошлина в сумме 4 500 руб. подлежит возвращению Обществу из федерального бюджета.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 25.09.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-5513/2019 Арбитражного суда Омской области оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ЛВЗ «ОША» из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 4 500 руб. согласно платежному поручению от 21.09.2020 № 849.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийГ.В. Чапаева

СудьиА.А. Бурова

И.А. Малышева