ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-11396/2021

г. Вологда

30 марта 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 30 марта 2022 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Докшиной А.Ю., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью частной охранной организации «Карат-Север» на решение Арбитражного суда Вологодской области                              от 08 ноября 2021 года по делу № А13-11396/2021, 

 

у с т а н о в и л:

Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Вологодской области (ОГРН 

<

***>,                 ИНН 

<

***>; адрес: 160000, 

<

...>; далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью частной охранной организации «Карат-Север» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 162390, 

<

...>; далее – ООО ЧОО «Карат-Север», общество) к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях  (далее – КоАП РФ).

На основании статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление рассмотрено судом в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 21 октября                2021 года, принятым в виде резолютивной части, заявленные требования удовлетворены, общество привлечено к административной ответственности по части 3 статьи 14.1 КоАП РФ в виде предупреждения. 

По заявлению общества Арбитражным судом Вологодской области на основании части 2 статьи 229 АПК РФ составлено мотивированное решение              от 08 ноября 2021 года.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, прекратить производство по делу об административном правонарушении в отношении ООО ЧОО «Карат-Север». В обоснование жалобы ссылается на неправильное применение судом норм материального права. Полагает, что статус учредителя (участника) общества ФИО2 в качестве учредителя Великоустюгской районной общественной организации «Федерация бокса Великоустюгского района» (далее –                           ВРОО «ФБВР») не противоречит требованиям действующего законодательства, поскольку деятельность ВРОО «ФБВР» не является коммерческой и не направлена не извлечение финансовой выгоды. Настаивает на том, что в Законе Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 2487-1) отсутствует прямой запрет учредителю частной охранной организации быть учредителем некоммерческой общественной организации.

Управление в отзыве на апелляционную жалобу с изложенными в жалобе доводами не согласилось, просило решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Стороны надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, ООО ЧОО «Карат-Север» имеет выданную управлением лицензию на осуществление частной охранной деятельности от 26.03.2020 № 0506 сроком действия до 15.05.2025.

Сотрудниками Центра лицензионно-разрешительной работы управления 20.08.2021 в рамках исполнения требований статей 2, 3, 9 Федерального закона от 03.07.2016 № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» по адресу: 

<

...>, установлено нарушение обществом лицензионных требований и условий осуществления частной охранной деятельности, указанное в подпункте «б» пункта 3 Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498 (далее – Положение № 498), выразившееся в нарушении требований статьи 15.1 Закона № 2487-1, поскольку учредитель (участник) ООО ЧОО «Карат-Север» ФИО2 одновременно является одним из учредителей (участников) ВРОО «ФБВР». При этом указанная общественная организация не относится к охранной, основным видом её деятельности является деятельность спортивных клубов (ОКВЭД 93.12), дополнительными видами деятельности являются образование в области спорта и отдыха (ОКВЭД 85.41.1), деятельность спортивных объектов (ОКВЭД 93.11), деятельность в области спорта прочая (ОКВЭД 93.19).

В связи с выявленным нарушением лицензионных требований управление в отношении общества составило протокол от 26.08.2021                              № 35ЛРР338260821000200 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ.

Посчитав установленным факт административного правонарушения, на основании абзаца четвертого части 3 статьи 23.1 названного Кодекса управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении                 ООО ЧОО «Карат-Север» к административной ответственности по части 3 статьи 14.1 КоАП РФ.

Согласно части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования, назначив обществу наказание в виде предупреждения, поскольку пришел к выводу о доказанности в деянии общества состава вмененного ему в вину административного правонарушения.

Апелляционная инстанция не может согласиться с таким выводом суда, считает его ошибочным ввиду следующего.

Частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ установлено, что осуществление предпринимательской деятельности с нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), влечет предупреждение или наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от тридцати тысяч до сорока тысяч рублей.

Согласно подпункту 32 пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»  (далее – Закон № 99-ФЗ) частная охранная деятельность подлежит лицензированию.

Пунктом 2 части 4 статьи 1 Закона № 99-ФЗ предусмотрено, что особенности лицензирования данного вида деятельности могут устанавливаться иными федеральными законами.

В силу пункта 7 статьи 3 Закона № 99-ФЗ лицензионные требования – это совокупность требований, которые установлены положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, основаны на соответствующих требованиях законодательства Российской Федерации и направлены на обеспечение достижения целей лицензирования.

В части 1 статьи 8 Закона № 99-ФЗ определено, что лицензионные требования устанавливаются положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Правоотношения в сфере частной детективной и охранной деятельности, в том числе по вопросам лицензирования такой деятельности, регулируются Законом № 2487-1.

Как установлено статьей 1 Закона № 2487-1, частная детективная и охранная деятельность определяется как оказание на возмездной договорной основе услуг физическим и юридическим лицам, имеющими специальное разрешение (лицензию) органов внутренних дел организациями и индивидуальными предпринимателями в целях защиты законных прав и интересов своих клиентов.

Частью четвертой статьи 15.1 названного Закона предусмотрено, что для учредителя (участника) частной охранной организации данный вид деятельности должен быть основным.

В соответствии с пунктом 2 части пятой статьи 15.1 Закона № 2487-1 учредителями (участниками) частной охранной организации не могут являться физические и (или) юридические лица, не соответствующие требованиям, указанным в части четвертой статьи 15.1 Закона № 2487-1.

Порядок лицензирования частной охранной деятельности, осуществляемой юридическими лицами, учрежденными специально для оказания охранных услуг, определен Положением № 498.

Соответствие соискателя лицензии (лицензиата) и его учредителей (участников) требованиям статьи 15.1 Закона № 2487-1 исходя из содержания подпункта «б» пункта 3 Положения № 498 является лицензионным требованием при осуществлении охранных услуг.

Из анализа приведенных норм суд первой инстанции пришел к выводу о том, что физическое лицо – учредитель (участник) охранной организации, не должно заниматься иной кроме охранных услуг, деятельностью.

Между тем судом не учтено следующее.

Из буквального содержания части 4 статьи 15.1 Закона № 2487-1, устанавливающей лицензионное требование в том числе к его учредителям (участникам) частной охранной организации, следует лишь то, что для учредителя (участника) частной охранной организации данный вид деятельности должен быть основным.

По смыслу изложенных выше нормативных положений, в целях соответствия частной охранной организации лицензионным требованиям для ее учредителя (участника) данный вид деятельности должен являться основным, но не единственным.

Так, в части восьмой статьи 15.1 Закона № 2487-1 установлены особые требования для руководителя частной охранной организации, который не вправе замещать государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, должности государственной службы, выборные оплачиваемые должности в общественных объединениях, а также вступать в трудовые отношения в качестве работника, за исключением осуществления им научной, преподавательской и иной творческой деятельности.

Кроме того, Закон № 2487-1 предусматривает ряд ограничений для работников частной охранной организации, а именно: запрещается совмещать охранную деятельность с государственной службой либо с выборной оплачиваемой должностью в общественных объединениях, выступать в качестве учредителя (участника), руководителя либо иного должностного лица организации, с которой данной частной охранной организацией заключен договор на оказание охранных услуг (части первая и вторая статьи 12).

Таким образом, при решении вопроса о соответствии частной охранной организации как лицензиата и ее учредителя (участника) лицензионным требованиям обязательному выяснению подлежит вопрос о том, является ли для такого учредителя (участника) деятельность в частной охранной организации основным видом деятельности или нет.

Как установлено управлением и отражено в протоколе об административном правонарушении, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 25.08.2021, директором и единственным учредителем ООО ЧОО «Карат-Север» (ИНН 

<

***>) является ФИО2.

Также согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц от 25.08.2021, ФИО2 одновременно и по настоящее время является участником (учредителем) ВРОО «ФБВР» (ИНН 

<

***>), основным видом деятельности которой является деятельность спортивных клубов (ОКВЭД 93.12), дополнительными видами деятельности являются образование в области спорта и отдыха (ОКВЭД 85.41.1), деятельность спортивных объектов (ОКВЭД 93.11), деятельность в области спорта прочая (ОКВЭД 93.19), то есть организации, не осуществляющей охранную деятельность в соответствии с требованиями Закона № 2487-1.

При этом из содержания протокола следует, что управлением в ходе дела об административном правонарушении не выяснялись обстоятельства того, является ли для единственного учредителя общества ФИО2 деятельность в ООО ЧОО «Карат-Север» основным видом деятельности или нет. В протоколе такие сведения не отражены.

Вместе с тем выяснение в рассматриваемом случае данных обстоятельств имеет основополагающее значение для решения вопроса о нарушении заявителем лицензионных требований.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.09.2021 № 2115-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью Частное охранное предприятие «Скала» на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 15.1 Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации», отсутствие легальной дефиниции понятия «основной вид деятельности» само по себе не может рассматриваться как вносящее в правовое регулирование неопределенность, не позволяющую субъектам соответствующих правоотношений и правоприменительным органам осознавать и единообразно применять правила поведения, установленные нормами, в которых такое понятие используется, и предвидеть наступление негативных последствий за их нарушение.

В этом же определении разъяснено, что по буквальному смыслу                    части четвертой статьи 15.1 Закона № 2487-1, а также с учетом ее действия во взаимосвязи с его иными положениями требование осуществления частной охранной деятельности в качестве основного вида деятельности не предполагает для учредителя (участника) частной охранной организации абсолютного запрета на занятие иными видами деятельности. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 30.09.2021 № 2115-О, суды на основе установления и исследования фактических обстоятельств дела вправе оценить характер иных видов деятельности учредителя (участника) частной охранной организации с точки зрения степени вовлеченности лица в их осуществление. Это, в частности, относится и к разрешению вопроса о том, вступает ли в противоречие с указанным требованием выполнение лицом, являющимся учредителем (участником) частной охранной организации, функций учредителя некоммерческой организации, в том числе с учетом уставных целей последней.

В рассматриваемом случае из протокола от 26.08.2021                                          № 35ЛРР338260821000200 об административном правонарушении следует, что единственным основанием для вывода управления о нарушении обществом лицензионных требований послужило установление заявителем на основании сведений из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО ЧОО «Карат-Север» и ВРОО «ФБВР» обстоятельств участия учредителя и руководителя лицензиата в организации, не осуществляющей частную охранную деятельность. 

Иные обстоятельства, касающиеся, в частности, того, получает ли                ФИО2 какой-либо доход от деятельности в ВРОО «ФБВР», является ли его деятельность в ООО ЧОО «Карат-Север» основным видом деятельности как единственного учредителя указанного общества или нет, каким образом, функции ФИО2 как единственного учредителя и руководителя частной охранной организации влияют на выполнение функций одного из учредителей некоммерческой общественной организации с учетом ее уставных целей, управлением в ходе административного дела не устанавливались и не исследовались.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 состоит в трудовых отношениях с иным лицом, кроме руководителя в ООО ЧОО «Карат-Север», управлением в материалы дела не представлено, на наличие у заявителя таких доказательств в протоколе об административном правонарушении ссылки не имеется.

Вопрос о том, каким именно образом выполнение лицом, являющимся учредителем (участником) частной охранной организации, вступает в противоречие с выполнением им же функций учредителя некоммерческой организации, в том числе с учетом уставных целей последней, управлением также не выяснялся и в протоколе об административном правонарушении не отражен.

Определением от 11 января 2022 года об отложении рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции предлагал управлению представить письменные пояснения относительного того, на основании каких именно доказательств управление пришло к выводу о том, что для учредителя общества ФИО2 деятельность в ООО ЧОО «Карат-Север» не является основной. 

Однако таких пояснений от заявителя не поступило.

Вместе с тем одна лишь констатация управлением и судом первой инстанции того факта, что учредитель и руководитель общества ФИО2 одновременно является участником (учредителем) ВРОО «ФБВР» (некоммерческого объединения), которое не осуществляет охранную деятельность в соответствии с требованиями Закона № 2487-1, без оценки обстоятельств фактического влияния такого участия указанного лица, работающего в частной охранной организации, на функции его как одного из учредителей некоммерческой организации, в том числе с учетом уставных целей последней, сама по себе не может являться безусловным подтверждением несоответствия учредителя (участника) частной охранной организации по виду деятельности требованиям части четвертой статьи 15.1 названного Закона.

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу о том, что управлением не доказан и документально не подтвержден тот факт, что в нарушение части 4 статьи 15.1 Закона № 2487-1 для ФИО2 как учредитель (участник) частной охранной организации данный вид деятельности не является основным.

Следовательно, заявителем не доказано, что учредитель (участник) ответчика не соответствует требованиям, указанным в части четвертой                статьи 15.1 Закона № 2487-1, то есть не доказано, что обществом нарушен запрет, установленный пунктом 2 части пятой статьи 15.1 указанного Закона.

При таких обстоятельствах, вопреки выводу суда первой инстанции, в действиях ООО ЧОО «Карат-Север» управлением в деянии ответчика не доказано событие правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ.

Вывод суда первой инстанции о наличии в деянии заявителя события и состава административного правонарушения является ошибочным и сделан без учета разъяснений, содержащихся в определении Конституционного Суда Российской Федерации в определении от 30.09.2021 № 2115-О.

Отсутствие события административного правонарушения в силу части 1 статьи 24.5 КоАП РФ является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении, и влечет отказ в привлечении к ответственности.

Таким образом, обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене как принятое с нарушением ном материального права, поскольку оснований для удовлетворения заявления управления о привлечении общества к административной ответственности по части 3 статьи 14.1 КоАП РФ в данном случае не имеется.

Руководствуясь статьями 269-271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Вологодской области от 08 ноября 2021 года по делу № А13-11396/2021 отменить.

В удовлетворении заявленных требований Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Вологодской области о привлечении общества с ограниченной ответственностью частной охранной организации «Карат-Север» к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказать. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья                                                                                             А.Ю. Докшина