383/2020-7831(1) 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-25546/2019

Дело № А41-75100/18

04 февраля 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2020 года  Постановление изготовлено в полном объеме 04 февраля 2020 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Марченковой Н.В., судей Семушкиной В.Н., Коновалова С.А., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии в заседании: 

от ООО Авиапредприятия «Газпром авиа» – ФИО2 по доверенности от  30.12.2019,  

от АО "КРОНШТАДТ" – ФИО3, ФИО4 по доверенности от 10.06.2019, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО Авиапредприятия  «Газпром авиа» на решение Арбитражного суда Московской области от 17 декабря 2019  года по делу № А41-75100/18, по заявлению ООО Авиапредприятия «Газпром авиа» к  АО "КРОНШТАДТ" о понуждении исполнения обязательства в натуре,  

УСТАНОВИЛ:

ООО АВИАПРЕДПРИЯТИЕ "ГАЗПРОМ АВИА" обратилось в Арбитражный суд  Московской области с иском к АО "КРОНШТАДТ" о понуждении к исполнению  обязательства в натуре, а именно:  

1. Обязать АО «Кронштадт» исполнить обязательство в натуре по Договору № 05131 от 04 июля 2006 года, т.е. устранить несоответствие между фактически  имеющимися на вертолетах оборудованием, системами и выполненными доработками, и  обязательствами, взятыми на себя ответчиком и оплаченными истцом в рамках  Договора, а именно:  

В соответствии со спецификацией № 6. приложение 6/1: спецификацией № 7.  приложение 7/1; спецификацией № 8. приложение 8 2: спецификацией № 9, приложение  9/2:  

выполнить подготовку 14-ти (четырнадцати) вертолетов к установке  телетепловизионной системы типа FLIR;  

установить на 14-ти (четырнадцати) вертолетах теплозвукоизоляционные шторы;  установить на вертолетах 14 (четырнадцать) штук аварийных радиостанций Р-855А1;  установить на 11-ти (одиннадцати) вертолетах футомеры В'.)М-72ПЬ-ЗА.  

В соответствии со спецификацией № 6. приложение 6/1: спецификацией № 7.  приложение 7/1:  

выполнить на 11 -ти (одиннадцати) вертолетах подготовку бортов под установку 3 - х (трех) аварийно-спасательных плотов 1ICH-25/30 с аварийным запасом АЗ-30;  

выполнить на 11 -ти (одиннадцати) вертолетах подготовку бортов под размещение  аварийных радиобуев АРБ-ПК.  

В соответствии со спецификацией № 8. приложение 8/2: спецификацией № 9.  приложение 9/2:  

установить на 3 -х (трех) вертолетах системы автоматического зависимого  наблюдения вертолета ЛЗН-В:  

установить на 3-х (трех) вертолетах спиртовые системы омыва стекол: 

выполнить на 3-х (трех) вертолетах адаптацию оборудования кабины экипажа.  внутреннего светотехнического оборудования для полетов с очками ночного видения:  

выполнить на 3-х (трех) вертолетах установку аварийно-спасательных плотов ПСН- 25/30 с аварийным запасом АЗ-25 (по 3 (три) комплекта на каждый вертолет);  выполнить па 3 -х (трех) вертолетах установку аварийных радиобуев АРБ-ПК (по 3 (три)  шт. на каждый вертолет).  

1.4. В соответствии со спецификацией N° 9, приложение 9/2 установить на 1-м  (одном) вертолете укрывной теплоизолирующий материал.  

1.5 Установить на 3-х (трех) вертолетах, поставленных по спецификациям № 8,  приложение 8/2 и N° 9, приложение 9/2 интегрированные бортовые комплексы  оборудования ИБКВ-171.  

 Решением Арбитражного суда Московской области от 17 декабря 2019 года по  делу N А41-75100/18 в удовлетворении исковых требований отказано.  

 Не согласившись с данным судебным актом, ООО Авиапредприятия «Газпром  авиа» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой полагая, что судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства,  имеющие значение для дела, а также неправильно применены нормы материального и  процессуального права.  

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения  проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статье 266, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель заявителя  апелляционной жалобы поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение  суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.  

Представитель АО "КРОНШТАДТ" возражал против доводов заявителя  апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Исследовав и оценив в совокупности представленные в материалы дела  письменные доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований  для отмены решения суда первой инстанции.  

По материалам дела судом установлено, что 04 июля 2006 года между ЗАО  «Транзас» - ныне АО «Кронштадт», согласно Листу записи ЕГРЮЛ от 26 июня 2015 г.  (далее Исполнитель) и ООО Авиапредириятие "Газпром авиа" (далее - Заказчик) был  заключен договор № 05-131 (далее - Договор) на поставку оборудования и вертолетов, а  также проведения доработки элементов конструкции вертолетов, монтажа и пуско- наладочных работ в соответствии с условиями пунктов 1.1., 1.2. Договора.  

В соответствии с установленным условиями Договора графиком платежей.  Заказчик полностью оплатил поставку оборудования и вертолетов, а также проведение  доработки элементов конструкции поставленных вертолетов, монтаж и пуско- наладочные работы этого оборудования. В свою очередь Исполнитель, поставив  вертолёты, поставку оборудования и. соответственно, доработки элементов конструкции  вертолетов, монтаж и пуско-наладочные работы выполнил не в полном объеме.  

Истец указал, что на момент предъявления данного искового заявления Договор  Исполнителем фактически не исполнен в следующих частях:  

По спецификации № 6. приложение 6/1: спецификации № 7. приложение 7/1:  спецификации № 8. приложение 8/2: спецификации № 9. приложение 9/2:  

не выполнена подготовка 14-ти (четырнадцати) вертолетов к установке  телетепловизионной системы типа FLIR:  

не установлена на 14-ти (четырнадцати) вертолетах теплозвукоизоляционная  штора; на каждом из 14-ти (четырнадцати) вертолётов должно быть установлено по 3  (три) аварийных радиостанции Р-855А1 (всего 42 шт.). Фактически установлено 28  штук. Таким образом Исполнителем не установлено 14 (четырнадцать) штук аварийных  радиостанций Р-855А1; на 11 -ти (одиннадцати) вертолетах не установлены футомеры  ЕПМ-72ПБ-ЗА.  

По спецификации № 6, приложение 6/1: спецификации № 7, приложение 7/1:  

не выполнена па 11 -ти (одиннадцати) вертолетах подготовка борта под установку 3  -х (трех) аварийно-спасательных плотов ПСН-25/30 с аварийным запасом АЗ-ЗО;  

не выполнена на 11 -ти (одиннадцати) вертолетах подготовка борта под  размещение аварийных радиобуев АРБ-ПК.  

По спецификации № 8, приложение 8/2; спецификации № 9, приложение 9/2: на 3 - х (трех) вертолетах не установлена система автоматического зависимого наблюдения  

вертолета АЗН-В; 

на 3 -х (трех) вертолетах не установлена спиртовая система омыва стекол;  

на 3 -х (трех) вертолетах не выполнена адаптация оборудования кабины экипажа  внутреннего светотехнического оборудования для полетов с очками ночного видения;  

на 3-х (трех) вертолетах не выполнена установка аварийно-спасательных плотов  ПСН-25/30 с аварийным запасом АЗ-25 (по 3 (три) комплекта на каждый вертолет);  

на 3 -х (трех) вертолетах не выполнена установка аварийных радиобуев АРБ-ПК (по  3 (три) шт. на каждый вертолет).  

По спецификации № 9, приложение 9/2 на 1 -м (одном) вертолете не установлен  укрывной теплоизолирующий материал.  

На 3-х (трех) вертолетах, поставленных по спецификациям № 8, приложение 8/2 и   № 9, приложение 9/2 не установлены интегрированные бортовые комплексы  оборудования ИБКВ-171.  

ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» приняло все меры к разрешению спора в  досудебном порядке, а именно неоднократно проводились переговоры с  представителями АО «Кронштадт», а так же была направлена претензия от 16 января  2018 г. исх. № 09-61 с предложением принять все необходимые меры для исполнения  своих обязательств по Договору. Однако, до настоящего времени АО «Кронштадт»  своих обязательств по Договору не исполнил и не устранил несоответствие между  фактически имеющимися на вертолетах оборудованием, системами, а также  выполненными доработками и взятыми в рамках Договора на себя обязательствами.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим  иском в суд.  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции  правомерно исходил из нижеследующего.  

Согласно пункту 1 статьи 308.3. статье 396 Гражданского Кодекса РФ в случае  неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения  обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или  договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать,  что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться  надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона,  иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и  одностороннее изменение его условий не допускаются.  

В соответствии с п. 7.3 Договора (в редакции Дополнительного соглашения № 6 от  15.01.2009 г.) нарушение Исполнителем условий Календарного плана работ,  выражающееся в задержке сдачи работ на срок более 3 (трех) месяцев, является  существенным нарушением Договора и дает Заказчику право требовать расторжения  

Договора и возмещения издержек в одностороннем порядке согласно п. 2 ст. 450  Гражданского Кодекса РФ.  

На основании Приложения № 12/7, последним согласованным Сторонами сроком  сдачи работ по Договору установлен декабрь 2009 года, т.е. задержка сдачи работ на  момент предъявления данной претензии значительно превысила установленный  Договором трехмесячный срок.  

Возражая против заявленных требований, ответчик указал на пропуск истцом срока  исковой давности.  

В обоснование неприменимости к исковым требованиям срока исковой давности  истец указал на следующее:  

Письмо ответчика исх. ЖГУ1312/2016 от 28.10.2016 г. является не письменным  признанием долга, а соглашением, которым был определен новый срок исполнения  обязательств;  

Стороны 31.01.2017 г. подписали График выполнения работ по установке  оборудования согласно Спецификации № 7 Приложения № 7/1 (4 ВС), Спецификации   № 8 Приложение № 8/2 (2 ВС), Спецификация № 9 Приложение № 9/2 (1 ВС), т.е. тем  самым определили новый срок исполнения обязательств, указанных в пп. 1.1.-1.5  исковых требований;  

Подписав дополнительные соглашения № 11 и № 12, ответчик подтвердил наличие у  него неисполненных обязательств, в том числе по поставке и установке ИБКВ;  

Стороны подписали протокол переговоров от 14.05.2018 г., который, по мнению  истца, в совокупности с перепиской сторон свидетельствует о том, что после поставки  некомплектных вертолетов стороны продолжали договорные отношения в целях  окончательного исполнения ответчиком обязательств, указанных в пп. 1.1.-1.5 исковых  требований.  

Аналогичные доводы указаны и в обоснование апелляционной жалобы. 

Суд первой инстанции правомерно согласился с позицией ответчика и отклонил  доводы истца, исходя из следующего.  

Письмо ответчика исх. № Т/Ш2/2016 от 28.10.2016 г. не может квалифицироваться  ни как дополнительное соглашение к Договору, ни как отдельное соглашение,  устанавливающее новые сроки исполнения обязательств.  

В соответствии с п. 1 ст. 434 ГК РФ, если стороны договорились заключить  договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему  условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не  требовалась. Согласно п. 4 ст. 434 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом или  соглашением сторон, договор в письменной форме может быть заключен только путем  составления одного документа, подписанного сторонами договора.  

В соответствии с п. 10.7 Договора все изменения и дополнения Договора имеют  силу, если они сделаны в письменном виде и подписаны обеими сторонами надлежащим  образом. Следовательно, дополнительное соглашение к Договору не может быть  оформлено в виде одностороннего документа, которым является Письмо.  

Письмо не является отдельным соглашением, т.к. не соблюдены основные  положения действующего законодательства о заключении договора.  

В соответствии с п. 2 ст. 432 ГК РФ договор заключается посредством направления  оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия  предложения) другой стороной.  

В соответствии с п. 3 ст. 434 ГК РФ письменная форма договора считается  соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке,  предусмотренном п. 3 ст. 438 ГК РФ. Согласно п. 3 ст. 438 ГК РФ совершение лицом,  получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению  указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение  работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не  предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.  Действующим законодательством не предусмотрен акцепт в форме бездействия,  наоборот, в п. 2 ст. 438 ГК РФ указано, что молчание не является акцептом, если иное не  вытекает из закона, соглашения сторон, обычая или из прежних деловых отношений  сторон. Истец в Дополнительных доводах указывает, что никаких конклюдентных  действий, признаваемых акцептом, истцом не совершалось.  

Кроме того, если исходить из того, что по своей правовой природе Письмо  является письменным признанием долга, то на него не распространяется действие п. 2  ст. 206 ГК РФ, поскольку п. 2 ст. 206 ГК РФ введен впервые Федеральным законом от  

08.03.2015г. № 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса  Российской Федерации".  

В соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 08.03.2015г. № 42-ФЗ "О  внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации"  норма п. 2 ст. 206 ГК РФ, предусматривающая начало течения срока исковой давности  заново в случае признания должником долга в письменной форме и после истечения  срока исковой давности, в ступила в действие с 01.06.2015.  

В п. 2 ст. 2 указанного закона определено, что положения Гражданского кодекса  Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 08.03.2015 № 42- ФЗ"  применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в законную силу  настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления  в законную силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса  Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ)  применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после для вступления в  силу настоящего Федерального закона, если иноке не предусмотрено настоящей статьей.  

Таким образом, поскольку право на требование исполнения обязательства в натуре  возникло у истца до 01.06.2015г., и срок исковой давности на 01.06.2015г. по данному  требованию истек, оснований для применения к спорным правоотношениям нормы п. 2  ст. 206 ГК РФ не имеется. Положения п. 2 ст. 206 ГК РФ подлежат применению к  правоотношениям, возникшим до 01.06.2015г., если срок исковой давности по ним  истекает после 01.06.2015г.  

График выполнения работ по установке оборудования согласно Спецификации № 7  Приложения № 7/1 (4 ВС), Спецификации № 8 Приложение № 8/2 (2 ВС),  Спецификация № 9 Приложение № 9/2 (1 ВС) к договору № 05-131 от «04» июля 2006  года не регулирует исполнение обязательств ответчика перед истцом по заявленным  требованиям, и, следовательно, не может квалифицироваться как документ,  устанавливающий новый срок исковой давности.  

Выводы истца не основаны на имеющихся письменных доказательствах и  противоречат правилам системного толкования договора, установленным действующим  законодательством и судебной практикой.  

В обоснование апелляционной жалобы иных доводов так же не указано. 

В соответствии с п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018   № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса  Российской Федерации о заключении и толковании договора» значение условия  договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом  договора в целом. Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их  системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного  договора (системное толкование).  

31.01.2017 (в одну дату) Сторонами были подписаны следующие документы: Дополнительное соглашение № 11 к Договору; Спецификация № 4/1 к Договору; 

График выполнения работ по установке оборудования согласно п. 2 Спецификации  «10/1 Приложения № 10/4 к договору № 05-131 от «04» июля 2006 г. (далее - График-1);  

График выполнения работ по установке оборудования согласно Спецификации № 7  Приложения № 7/1 (4 ВС), Спецификации № 8 Приложение № 8/2 (2 ВС),  Спецификации № 9 Приложение № 9/2 (1 ВС) к договору № 05-131 от «04» июля 2006 г.  (далее - График 2).  

Дополнительным соглашением № 11 Приложение № 4 к Договору было дополнено  Спецификацией № 4/1, уточнившей перечень вертолетов, принадлежавших Истцу до  заключения Договора, для доработки по установке поискового прожектора.  

График-1 называется «График выполнения работ по установке оборудования...», но  п. 2 Спецификации № 10/1, на который имеется ссылка в названии Графика-1  называется «Оборудование вертолетов по Спецификации № 4/1 (Приложение № 4) и по  п. 1.1. Спецификации № 5 (Приложение № 5/4) под установку поискового прожектора, в  том числе:». Пункт 1.1. Спецификации № 5 называется «Поставка новых вертолетов Ми  -171 (вариант грузопассажирский) согласно Спецификации № 6 (Приложение № 6/1)».  Следовательно, График-1 посвящен исключительно установке поисковых прожекторов  на вертолеты, ранее имевшиеся у Истца, и вертолеты, поставленные Ответчиком Истцу  в рамках Спецификации № 6. Графи к-1 не имеет отношения к установке какого-либо  иного оборудования, в том числе указанного в пп. 1.1.-1.4. искового заявления.  

График-2 аналогично Графику-1 называется «График выполнения работ по  установке оборудования...». При этом, в названии делаются ссылки на Спецификацию  

 № 7, Спецификацию № 8 и Спецификацию № 9. Разделение Графиков выполнения  работ на два связано с тем, что согласно пп. 8 п. 20 Спецификации № 6 должна быть  осуществлена только подготовка борта под установку поискового прожектора, а само  оборудование вертолета поисковым прожектором производится по п. 2 Спецификации   № 10/1 вместе с вертолетами, ранее принадлежавшими Истцу и указанными в  Спецификации № 4/1, и оплачивается дополнительно. Вертолеты, поставляемые по  Спецификациям 7-9, должны были сразу поставляться вместе с поисковым прожектором  согласно пп. 23 п. 19 Спецификации № 7, пп. 6 п. 12 Спецификации № 8, пп. 5 п. 12  Спецификации № 9 (обязательства по установке поискового прожектора на вертолеты,  поставленные по Спецификациям № 7-9, не были выполнены Ответчиком и были  подтверждены путем подписания Сторонами Графика-2), в отношении этих вертолетов  дополнительная оплата за установку поисковых прожекторов не предусмотрена.  

Таким образом, системное толкование приводит к выводу, что Дополнительное  соглашение № 11, Спецификация № 4/1, График-1 и График-2 являются  взаимосвязанными документами, посвященными одной цели - решению вопроса об  установке на вертолеты поисковых прожекторов, что подтверждается:  

единой датой согласования Графика-1 и Графика-2 техническими специалистами  Истца и Ответчика - 30.01.2017;  

согласованием Графика-1 теми же техническими специалистами, что и Графика-2:  со стороны Истца Б.Д. Настасяком, со стороны Ответчика - ФИО5;  

единой датой подписания Дополнительного соглашения № 11, Спецификации №  4/1, Графика-1 и Графика-2 - 31.01.2017;  

распределением вертолетов, поставляемых по Спецификациям № 6-9, между двумя  Графиками в соответствии с условиями Договора об оборудовании поисковыми  прожекторами, согласно которым вертолеты по Спецификации № 6 на момент поставки  не должны быть оборудованы поисковым прожектором (указаны в Графике-1), а  вертолеты по Спецификациям № 79 должны быть оборудованы поисковым  прожектором (указаны в Графике-2). В отношении оборудования, указанного в пп. 1.1. - 1.4. искового заявления, такие особенности Договором не устанавливались: согласно  Спецификациям № 6-9 указанное оборудование должно быть установлено на вертолеты  к моменту поставки;  

единой формой и единообразным наименованием Графика-1, в названии которого  есть прямая ссылка на установку поисковых прожекторов, и Графика-2, в названии  которого такой прямой ссылки не имеется;  

единообразным отсутствием в Дополнительном соглашении № 11 ссылок как на  График-1, так и на График-2.  

указанием в Протоколе проведения переговоров от 14.05.2018 на установку  прожекторов TSL-1600 на вертолеты RA-22232, RA-22466, RA-22456, которые указаны в  Графике-2.  

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что График-2 не является  отдельным документом, не связанным с Дополнительным соглашением № 11 и  Графиком-1, посвящен исключительно установке поисковых прожекторов, а не иного  оборудования и, соответственно не является письменным признанием ответчиком долга  в отношении требований, указанных в п. 1.1.-1.5. искового заявления.  

Дополнительные соглашения к Договору № 11 от 31.01.2017 г. и № 12 от 31.05.2017  г. не регулируют исполнение обязательств, указанных в пп. 1.1.-1.5 исковых требований,  и, следовательно, не могут квалифицироваться как документы, устанавливающие новый  срок исковой давности.  

Дополнительное соглашение № 12 от 31.05.2017 посвящено исключительно  порядку оборудования вертолетов прожекторами TSL-1600, какие-либо иные вопросы  данным соглашением не регулировались.  

Протокол переговоров от 14.05.2018 г. также не может квалифицироваться как  документ, устанавливающий новые сроки исполнения обязательств, т.к. не является  договорным документом и не устанавливает юридических обязательств сторон.  

Аналогичные доводы указаны в обоснование апелляционной жалобе. 

Истец считает, что Протокол переговоров от 14.05.2018 г. (далее - Протокол  переговоров) свидетельствует о том, что стороны продолжали договорные отношения в  целях окончательного исполнения ответчиком спорных обязательств.  

Однако Протокол переговоров не является дополнительным соглашением к  договору или документом, устанавливающим новые обязательства.  

В Протоколе идет речь только о проведении оценки стоимости недопоставленного  оборудования и недопроведенных работ. Истец заявляет требование об исполнении  

обязательства в натуре, т.е. о дооборудовании вертолетов оборудованием,  перечисленным в п. 1.1. -1.5. искового заявления. Вместе с тем, для выполнения  обязательства в натуре оценка стоимости оборудования и работ не требуется. В случае  исполнения обязательства в натуре ответчик должен за свой счет закупить/изготовить и  установить оборудование, истцу не требуется за свой счет осуществлять оценку этого  оборудования и работ. Следовательно, включая в Протокол от 14.05.2018 вопросы об  оценке, участники переговоров никак не могли иметь в виду подтверждение ответчиком  обязательств по дооборудованию вертолетов.  

В Протоколе от 14.05.2018 не указана цель получения заключения об оценке и не  сказано, что данное заключение будет являться основанием для совершения Сторонами  каких-либо юридических действий. Буквально в Протоколе говорится о том, что «ООО  Авиапредприятие «Газпром авиа» передаст АО «Кронштадт» копию заключения об  оценке, после чего стороны вернутся к обсуждению исполнения договора». Т.е. само по  себе проведение оценки рассматривается как односторонняя инициатива истца, после  чего стороны должны вернуться к ведению переговоров. В Протоколе не указано, что  заключение об оценке будет являться основанием или подтверждением каких-либо  обязательств ответчика.  

Также, как верно указано судом первой инстанции, договор № 05-131 от  04.07.2006г. на поставку оборудования и вертолетов, а также проведения доработки  элементов конструкции вертолетов, монтажа и пуско- наладочных работ, по своей  природе является смешанным.  

Сроки поставки предусмотрены Календарным планом выполнения работ (в  редакции дополнительного соглашения № 6 от 15.01.2009).  

Истцом не представлены суду доказательства, свидетельствующие о поставке  товаров с нарушением договора об их количестве и качестве (п.14 Постановления  Пленума ВАС РФ от 22.10.1997 № 18).  

В материалах дела отсутствуют: 

акты приема-передачи, содержащие оговорки о некомплектности поставки  вертолетов;  

уведомление истца ответчику о несоответствии комплектности вертолетов; письменные мотивированные отказы истца от приемки вертолетов; 

письменные требования истца о применении последствий, указанных в ст. 480 ГК  РФ;  

иные подобные документы, подтверждающие, что истец произвел осмотр товара,  выявил недостатки, указанные в исковом заявлении, сообщил о них ответчику и  выставил соответствующие требования в разумный срок.  

Предъявление истцом претензии 16.01.2018, т.е. по прошествии 9-11 лет с даты  поставки вертолетов не может рассматриваться в качестве уведомления поставщика,  сделанного в разумный срок.  

Истец не подтверждает наличие своего хозяйственного интереса в исполнении  обязательства в натуре, так как вертолет, поставленные по Спецификациям 8,9 были  переданы истцу по Актам приема-передачи в 2008-2009 г.г., т.е. к моменту подачи  искового заявления вертолеты эксплуатируются истцом 10 лет. Довод истца о том, что  для авиатехники определяющим является не срок полезного использования, а  межремонтный интервал и своевременное исполнение регламентных работ, не  подтверждаются истцом ссылками на какие-либо нормативные акт, устанавливающие  такие требования.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что  поскольку истцом пропущен срок исковой давности, в иске следует отказать.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой  инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции  несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного  суда Московской области.  

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что  обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в  нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам.  

Учитывая изложенное выше, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению,  так как доводы, изложенные в ней не подтверждаются материалами дела.  

Руководствуясь статьями 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 17.12.2019 по делу   № А41-75100/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть  обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий двух  месяцев со дня вступления в законную силу.  

Председательствующий cудья Н.В. Марченкова  

Судьи С.А. Коновалов 

В.Н. Семушкина