ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

29.06.2022

Дело № А40-10827/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27.06.2022,

полный текст постановления изготовлен 29.06.2022,

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Каменецкого Д.В.,

судей: Михайловой Л.В., Перуновой В.Л.,

при участии в заседании:

ФИО1 – лично, паспорт,

от ФИО1: ФИО2 по дов. от 21.01.2021,

от ФИО3: ФИО4 по дов. от 22.12.2020,

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 01.06.2022,

от ФИО7: ФИО8 по дов. от 14.01.2021,

от конкурсного управляющего АО «Компания ЭМК - Инжиниринг»: ФИО9 по дов. от 17.11.2021,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего АО «Компания ЭМК - Инжиниринг»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022,

о привлечении ФИО7, ФИО5, ФИО1, ФИО3 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» несостоятельным (банкротом) 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2018 в отношении АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» (должник) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО10, сообщение об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 14.07.2018 № 123.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021 частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего АО «Компания ЭМК-Инжиниринг». Привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1, приостановлено производство по установлению размера субсидиарной ответственности до окончания расчета должника с кредиторами. Взысканы со ФИО1 убытки в пользу АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» в размере 394254474,08 руб. В удовлетворении остальной части заявления - отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021 отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 В указанной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» отказано. В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными по делу судебными актами, конкурсный управляющий АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021 в отказной части и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022 в полном объеме.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1, ФИО5, ФИО7, ФИО3 с доводами конкурсного управляющего должника не согласились, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного Суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Представители ФИО1, ФИО5, ФИО7, ФИО3 в судебном заседании поддержали обжалуемые судебные акты, просили оставить кассационную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание не явились, что, согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, заслушав мнение представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены судебных актов по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, В соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ генеральным директором АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» были: с 29.04.2013 по 25.01.2016 - ФИО1; с 24.02.2016 по 23.03.2017 - ФИО5; с 23.03.2017 по 27.06.2018 - ФИО7.

ФИО3 осуществляла функции директора Департамента бухгалтерского и налогового учета (до 11.01.2010) и главного бухгалтера должника (с 11.01.2010 до 23.03.2015).

Конкурсный управляющий АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и взыскании с них убытков, по основаниям: не подача заявления о банкротстве должника (ФИО1, ФИО5), за действия (бездействие) по доведению должника до банкротства (ФИО1, ФИО5, ФИО7, ФИО3).

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Рассматриваемые действия контролирующих должника лиц были совершены как до, так и после появления в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» главы III.2, в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». По этой причине следует применять нормы материального права, предусмотренные редакцией закона, действовавшей на момент совершения указанных действий, и новые процессуальные нормы.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

В силу норм ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как разъяснено в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ).

Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (п. 4 ст. 61.16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (ст. 65 АПК РФ).

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно п. 10 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется. Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В части ФИО1 суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования руководствовался анализом бухгалтерских балансов за 2013-2016 г.г., теми обстоятельствами, что в период осуществления функций руководителя должника ФИО1 должник прекратил осуществлять основную хозяйственную деятельность и начиная с 16.10.2015 фактически прекратил расчеты с кредиторами, то есть стал обладать признаками неплатежеспособности.

С выводами суда первой инстанции не согласился арбитражный апелляционный суд.

При этом суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался правовой позицией сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2015 № 310-ЭС15-12396, согласно которой наличие непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами (контрагентами по сделкам) на определенный период, само по себе, не свидетельствует о наличии у предприятия признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и не подтверждает наличие у руководителя общества обязанности по подаче соответствующего заявления в арбитражный суд. Таким образом, вывод суда о наличии признаков неплатежеспособности должника с 16.10.2015 не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Проанализировав бухгалтерскую отчетность за период осуществления ФИО1 полномочий генерального директора, суд апелляционной инстанции установил, что финансовые показатели АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» увеличивались, что не оспаривалось конкурсным управляющим, доказательств обратного также в дело не представлено.

Кроме того, как установил суд апелляционной инстанции и не опровергается доводами кассационной жалобы, ни одна из сделок, заключенных АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» в лице ФИО1 с третьими лицами, не была признана недействительной.

В частности применительно к указанным кассатором договорам субподряда от 28.06.2013 № ДГЗ-ХР/2012-78.5 и № ДГЗ-ХР/2012-78.6, судом апелляционной инстанции установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2021 по настоящему делу отказано в признании сделок недействительными.

Судом апелляционной инстанции, на основании представленных в материалы обособленного спора доказательств, сделаны выводы: о необоснованности вывода суда первой инстанции, что в период осуществления функций руководителя должника ФИО1, общество фактически прекратило осуществлять основную хозяйственную деятельность; по всем трем указанным конкурсным управляющим договорам субподряда не доказан факт причинения должнику вреда, злоупотребление правом со стороны ФИО1, наличие причинно-следственной связи между заключением договора и банкротством должника.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют правовым подходам, изложенным в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53.

При таких обстоятельствах суд обоснованно установил, что конкурсным управляющим не доказана, а судом не установлена необходимая совокупность обстоятельств для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В части отказа в удовлетворении заявления о взыскании с названного ответчика убытков суд первой инстанции не учел, что при отказе от исполнения договора № 1101/13-СМР от 13.05.2013 Заказчик в своем уведомлении № 10-18/5123 от 17.02.2017 в качестве основной причины для расторжения договора ссылается на п. 2.8 вышеуказанного договора - отсутствие банковской гарантии, о чем ранее должнику 14.10.2016 направлялась претензия с требованием предоставить данную гарантию. 

ФИО1 на момент выставления Заказчиком претензии о предоставлении банковской гарантии не являлся генеральным директором АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» и не мог повлиять на исполнение обязательств в этой части.

Суд апелляционной инстанции отметил, что на момент заключения указанного договора банковская гарантия была предоставлена, что не опровергается конкурсным управляющим.

Таким образом, суд апелляционной инстанции правомерно заключил, что оснований для взыскания со ФИО1 убытков по вышеуказанным правоотношениям с ГУП «ТЭК СПб» у суда первой инстанции не имелось.

Отказывая в привлечении ФИО5, ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения указанных лиц к ответственности, в том числе вследствие отсутствия вины.

Выводы судов в данной части также признаются судом округа правомерными и соответствующими установленным обстоятельствам.

Вопреки доводам кассационной жалобы, судами при рассмотрении требования о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве, проанализированы все имеющие значение обстоятельства и дана оценка его действиям по анализу финансового положения АО «Компания ЭМК-Инжиниринг»; постановке 22.11.2016 перед членами Совета директоров и единственным его акционером АО «Компания ЭМК-Инжиниринг» вопроса о необходимости принятия мер по банкротству АО «Компания ЭМК-Инжиниринг», а также обращению 24.01.2017 с заявлением в арбитражный суд.

Доводы кассационной жалобы о не принятии ФИО7 мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «СтройКонтинент», ООО «Амарант-Групп», ООО «Партнер», ООО «Сила-Инжиниринг» не принимаются судом кассационной инстанции. Как следует из имеющейся в свободном доступе информации Картотеки арбитражных дел, указано представителем в опровержение кассационной жалобы, данная задолженность была взыскана в судебном порядке, получены исполнительные листы, возбуждались исполнительные производства. Конкурсный управляющий указанные обстоятельства не опровергает.

Иные доводы кассационной жалобы, изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены определения суда первой инстанции в неотмененной части и постановления арбитражного апелляционного суда не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021 в неотмененной части, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022 по делу № А40-10827/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Д.В. Каменецкий  

Судьи:                                                                                            Л.В. Михайлова

                                                                                                          В.Л. Перунова