АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                 Дело  № А19-9380/2020

24.11.2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 17.11.2020 года.

Решение в полном объеме изготовлено 24.11.2020 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Мусихиной Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению  

Управления по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 665830, 

<

...>) 

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664025, 

<

...>)

о признании незаконным решения от 16.03.2020 №038/281/20,

третьи лица: Прокуратура г. Ангарска, ИП ФИО2,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО3 (паспорт, доверенность),

от ответчика: ФИО4 (удостоверение, доверенность),  

от прокурора г. Ангарска: Шленская Г.А. (удостоверение),

от третьего лица ИП ФИО2: не явились, 

установил:

Управление по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа (далее – заявитель, Управление) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области о признании незаконным решения от 16.03.2020 №038/281/20.

В судебном заседании представитель Управления заявленное требование поддержал по основаниям, изложенным в заявлении и дополнениях к нему.

Представитель ответчика заявленное требование не признал по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Прокурор заявленное требование не признал по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему, просил в удовлетворении заявленного требования отказать.

Третье лицо ИП ФИО2, извещенное о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке, установленном статьями 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается почтовыми уведомлениями, а также отчетом о публикации на официальном сайте арбитражного суда в информационно – телекоммуникационной сети Интернет и на сайте www. kad.arbitr.ru в разделе «Картотека арбитражных дел», в судебное заседание не явилось, представителя не направило. Ранее в судебном заседании предприниматель заявленное требование поддержал, считая оспариваемое решение незаконном. 

В силу части 2 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд извещает о времени и месте судебного заседания заявителя, а также орган или должностное лицо, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), и иных заинтересованных лиц. Неявка указанных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела.

Дело рассмотрено в порядке, предусмотренном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлены следующие обстоятельства дела.

В Управление Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (далее - Иркутское УФАС России) поступило обращение Прокуратуры г. Ангарска (вх.  №12316/19  от 28.08.2019г.)  на  действия  Управления  по  внегородским территориям администрации Ангарского городского округа (далее - УВГТ администрации АГО) на неправомерные действия при заключении договоров на выполнение работ по ремонту автотранспортных средств.

По результатам рассмотрения обращения Прокуратуры г. Ангарска Приказом руководителя Иркутского УФАС России № 038/432/19 от 07.10.2019 возбуждено дело №038/01/16-1564/2019 в отношении Управления по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа и ИП ФИО2 по признакам нарушения пункта 4 статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006г. №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции), выразившихся в заключении антиконкурентных соглашений, результатом которых стало заключение 5 договоров №700019006 от 22.01.2019г., №2 от 11.02.2019г., №29 от 13.05.2019г., №30 от 13.05.2019г., №31 от 13.05.2019г. на выполнение тождественных работ - по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей, посредством намеренного разделения закупки на 5 договоров на сумму до 100 тыс. руб. в целях обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что существенным образом влияет на конкуренцию, поскольку заказчиком не обеспечен равный доступ всем потенциальным участникам товарного рынка, что приводит к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

Иркутским УФАС России проведено антимонопольное расследование, по результатам которого установлено следующее.

Из представленный пояснений УВГТ администрации АГО следует, что в соответствии с пунктом 1.2 Положения об Управлении по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа, утвержденного решением Думы АГО от 12.05.2015г. №10-02/01рД, УВГТ администрации АГО в пределах своей компетенции осуществляет реализацию полномочий администрации АГО по вопросам местного значения в сфере основных гарантий, защиты прав и законных интересов граждан, проживающих на территории: п. Звездочка, д. Зуй, з. Ивановка, п. Ключевая, п. Мегет, п. Новоодинск, с. Одинск, с. Савватеевка, п. Стеклянка, п. Ударник, д. Чебогоры, з. Якимовка.

В оперативном управлении УВГТ администрации АГО, на праве оперативного управления, закреплены следующие транспортные средства Форд «Фокус», Газ-31105, Газ 3221 (далее - Газель), Газ-31105.

Решение о заключении договоров с ИП ФИО2 на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей от 22.01.2019г., 11.02.2019г., 13.05.2019г., на общую сумму 375 116, 30 рублей, принято из-за необходимости принятия срочных мер по ремонту транспортных средств, находящихся на тот момент в технически неисправном состоянии. 

Все транспортные средства выработали установленный срок эксплуатации, а как следствие, невозможно спрогнозировать возникновение технических неисправностей указанных транспортных средств. 

Технические неисправности транспортных средств возникали в процессе текущей эксплуатации и приводили к невозможности дальнейшей их эксплуатации. Использование исправных транспортных средств является необходимостью при осуществлении полномочий на Савватеевской, Мегетской и Одинской территориях и связано со значительным удалением населенных пунктов расположенных на внегородских территориях.

Выполнение в рамках аукционных процедур указанных в договорах работ привело бы к выводу транспортных средств из эксплуатации, а как следствие, к невозможности исполнения полномочий УВГТ администрации АГО.

Учитывая вышеназванные обстоятельства, УВГТ администрации АГО было принято решение о заключении указанных договоров с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) в рамках пункта 4 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе).

Данные контракты заключались по мере необходимости в разное время, на выполнение ремонтных работ различного характера.

Между тем, Комиссией Иркутского УФАС России установлено, что выполнение работ осуществлено до заключения контрактов, то есть фактические взаимоотношения сторон формально подведены под требования Закона о контрактной системе, что является недопустимым.

Комиссия Иркутского УФАС России пришла к выводу о том, что действия УВГТ администрации АГО направлены на создание ИП ФИО2 преимущественных условий для участия в закупках и реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения. Действия УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 являются следствием заключенного антиконкурентного соглашения, что является нарушением статьи 16 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, Комиссия Иркутского УФАС России пришела к выводу, что действия УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 в части заключения контрактов от 13.05.2019г. на оказание услуг по ремонту транспортных средств до 100000 рублей образует между указанными лицами антиконкурентное соглашение, направленное на обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что привело к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

В результате достижения сторонами соглашений и заключения договоров ИП ФИО2, как единственный исполнитель, получил доступ к выполнению работ без конкурентной борьбы, был поставлен в преимущественное положение по сравнению с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность, что также лишило их возможности реализовать свое право на заключение контрактов.

Решением № 038/281/20 от 16.03.2020 г. Иркутского УФАС России Управление по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа и ИП ФИО2 признаны нарушившими пункт 4 статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006г. №135-ФЗ «О защите конкуренции» в части совершения действий, выразившихся в достижении и реализации  антиконкурентного соглашения, результатом которого стало заключение 3 контрактов №29 от 13.05.2019г., №30 от 13.05.2019г., №31 от 13.05.2019г. на выполнение тождественных работ - по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей, посредством намеренного разделения закупки на 3 контракта на сумму до 100 тыс. руб. в целях обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что существенным образом влияет на конкуренцию, поскольку заказчиком не обеспечен равный доступ всем потенциальным участникам товарного рынка, что приводит к ограничению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

Заявитель, полагая, что решение Иркутского УФАС России от 16.03.2020 по делу о нарушении антимонопольного законодательства № 038/281/20 не соответствует требованиям закона, а также нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав доказательства по делу: заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, ознакомившись с письменными доказательствами, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Судом установлены следующие обстоятельства дела.

В Управление Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (далее - Иркутское УФАС России) поступило обращение Прокуратуры г. Ангарска (вх.  №12316/19  от 28.08.2019г.)  на  действия  Управления  по  внегородским территориям администрации Ангарского городского округа (далее - УВГТ администрации АГО) на неправомерные действия при заключении договоров на выполнение работ по ремонту автотранспортных средств.

По результатам рассмотрения обращения Прокуратуры г. Ангарска, Приказом руководителя Иркутского УФАС России № 038/432/19 от 07.10.2019 возбуждено дело №038/01/16-1564/2019 в отношении Управления по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа и ИП ФИО2 по признакам нарушения пункта 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции, выразившихся в заключении антиконкурентных соглашений, результатом которых стало заключение 5 договоров №700019006 от 22.01.2019г., №2 от 11.02.2019г., №29 от 13.05.2019г., №30 от 13.05.2019г., №31 от 13.05.2019г. на выполнение тождественных работ - по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей, посредством намеренного разделения закупки на 5 договоров на сумму до 100 тыс. руб. в целях обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что существенным образом влияет на конкуренцию, поскольку заказчиком не обеспечен равный доступ всем потенциальным участникам товарного рынка, что приводит к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

Иркутским УФАС России проведено антимонопольное расследование, по результатам которого установлено следующее.

В рамках рассмотрения дела № 038/01/16-1564/2019, в соответствии с частью 5.1 статьи 45 Закона о защите конкуренции, подготовлен отчет по итогам анализа состояния конкуренции при заключении между Управлением по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа и ИП ФИО2 договоров на техническое обслуживание и ремонт автомобилей без проведения торгов, по результатам которого было установлено следующее.

Согласно пункту 10.8. Порядка проведение анализа состояния конкуренции на товарном рынке (в редакции Приказа ФАС России от 20.07.2016г. №1000/16) по делам, возбужденным по признакам нарушения статьи 16 Федерального закона «О защите конкуренции», анализ состояния конкуренции включает:

определение временного интервала исследования;

определение продуктовых границ товарного рынка;

определение географических границ товарного рынка.

Согласно пункту 2.1 временной интервал исследования товарного рынка определяется в зависимости от цели исследования и особенностей товарного рынка.

Временным интервалом, в течение которого совершены действия по заключению договоров, выступает 22.01.2019г. - 13.05.2019г.

Продуктовые границы рынка определены товарной группой «техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств».

Географические границы рынка - Ангарский городской округ.

В соответствии с пунктом 1.2 Положения об Управлении по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа, утвержденного решением Думы АГО от 12.05.2015г. №10-02/01рД, УВГТ администрации АГО в пределах своей компетенции осуществляет реализацию полномочий администрации АГО по вопросам местного значения в сфере основных гарантий, защиты прав и законных интересов граждан, проживающих на территории: п. Звездочка, д. Зуй, з. Ивановка, п. Ключевая, п. Мегет, п. Новоодинск, с. Одинск, с. Савватеевка, п. Стеклянка, п. Ударник, д. Чебогоры, з. Якимовка.

В оперативном управлении УВГТ администрации АГО, на праве оперативного управления, закреплены следующие транспортные средства Форд «Фокус», Газ-31105, Газ 3221 (далее - Газель), Газ-31105.

По утверждению заявителя, решение о заключении договоров с ИП ФИО2 на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей от 22.01.2019г., 11.02.2019г., 13.05.2019г., на общую сумму 375 116, 30 рублей, принято из-за необходимости принятия срочных мер по ремонту транспортных средств, находящихся на тот момент в технически неисправном состоянии. 

Все транспортные средства выработали установленный срок эксплуатации, а как следствие, невозможно спрогнозировать возникновение технических неисправностей указанных транспортных средств. 

Технические неисправности транспортных средств возникали в процессе текущей эксплуатации и приводили к невозможности дальнейшей их эксплуатации. Использование исправных транспортных средств является необходимостью при осуществлении полномочий на Савватеевской, Мегетской и Одинской территориях и связано со значительным удалением населенных пунктов расположенных на внегородских территориях. 

Выполнение в рамках аукционных процедур указанных в договорах работ привело бы к выводу транспортных средств из эксплуатации, а как следствие, к невозможности исполнения полномочий УВГТ администрации АГО.

Учитывая вышеназванные обстоятельства, УВГТ администрации АГО приняло решение о заключении указанных договоров с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) в рамках пункта 4 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». 

Данные контракты заключались по мере необходимости в разное время, на выполнение ремонтных работ различного характера.

Как следует из пояснений УВГТ администрации АГО, в отношении 2-х муниципальных контрактов, заключенных 13.05.2019г. на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомобиля «Газель» на сумму 137 585 рублей, данные муниципальные контракты были заключены в один день, но предметом контрактов являются разные ремонтные работы. 

Заключение муниципального контракта №31 на выполнение работ по демонтажу/монтажу 3-х насосов-форсунок, а также демонтажу/монтажу топливного насоса высокого давления (ТНВД) стало необходимым по результатам работ по диагностике ТНВД, выполненных в рамках муниципального контракта №30.

По мнению УВГТ администрации АГО, поскольку предметом указанных договоров являются разные транспортные средства, указанные контракты не образуют единую сделку и не могут являться нарушением требований действующего законодательства.

На заседании Комиссии Иркутского УФАС России ИП ФИО2 пояснил, что транспортные средства были в плохом техническом состоянии и доставлены на ремонт именно 13 мая 2019г. в день заключения контрактов. 

Все ремонтные работы выполнены также в день заключения контрактов — 13.05.2019г., что подтверждается заказ-нарядами.

В феврале 2019г. в результате проверки топливной системы автомашины марки «Газель» установлено, что топливные форсунки фирмы «Bosh» имеют неисправность клапана мультипликатора, также затрудненный ход штока и иглы распылителя. В отношении данного автомобиля ИП ФИО2 устно с клиентом обговорены дальнейшие действия по ремонту, а именно: ожидания полной поломки данных агрегатов и замене их соответствующими новыми запчастями.

Автомашина марки «Форд Фокус» в мае 2019г. доставлен в автосервис путем буксировки, по результатам диагностики автомобиля - установление отсутствия связи по CAN - шине блоков управления ДВС, АКПП, АБС, BSI, BSM.

В отношении автомобиля марки «Волга» ИП ФИО2 пояснил, что в автомобиле отсутствовали тормоза. Дальнейший ремонт данного автомобиля  согласован с заказчиком и дополнен работами в электрической части.

Действия заказчиков, уполномоченных органов по определению поставщиков (исполнителей, подрядчиков) в целях заключения с ними государственных или муниципальных контрактов, а также гражданско-правовых договоров бюджетных учреждений на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд соответствующих заказчиков регулируются Законом о контрактной системе.

Согласно статье 3 Закона о контрактной системе, под закупкой товара, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд понимается совокупность действий, осуществляемых в установленном названным Федеральным законом порядке заказчиком и направленных на обеспечение государственных или муниципальных нужд.

К целям контрактной системы в силу статей 1, 6 и 8 Закона о контрактной системе отнесены повышение эффективности, результативность осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращение коррупции и других злоупотреблений, создание равных условий для участников.

В соответствии со статьей 8 Закона о контрактной системе, контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок. Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

В части 2 статьи 8 Закона о контрактной системе содержится явно выраженный законодательный запрет: запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

Согласно частям 1, 2 статьи 24 Закона о контрактной системе заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

В силу части 5 статьи 24 Закона о контрактной системе заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями главы 3 указанного Федерального закона. При этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Статьей 93 Закона о контрактной системе определены случаи осуществления закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком в случае осуществления закупки товара, работы или услуги на сумму, не превышающую ста тысяч рублей. При этом годовой объем закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании данного пункта, не должен превышать два миллиона рублей или не должен превышать пять процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем пятьдесят миллионов рублей.

Закупка у единственного поставщика не относится к конкурентным способам закупки, а, следовательно, применение такого метода закупок должно осуществляться исключительно в случаях, установленных законом.

Согласно позиции Минэкономразвития России, изложенной в письме от 29.03.2017 № Д28и-1353, осуществление закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) на основании статьи 93 Закона о контрактной системе носит исключительный характер. Данная норма применяется в случаях отсутствия конкурентного рынка, невозможности либо нецелесообразности применения конкурентных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя) для удовлетворения нужд заказчика.

Таким образом, заказчик при осуществлении закупок должен планировать свои действия в части определения объектов, которые подлежат закупке, и вправе осуществить закупку у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) согласно пункту 9 части 1 статьи 93 Закона только в случае когда применение иных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя), требующих затрат времени, нецелесообразно.

22 января 2019г. между УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 заключен договор №700019006 на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей: «Форд Фокус», «Газ 3110», «Газ 31105», сумма которого составляла 99 336,9 рублей. 

Данный контракт заключен на основании пункта 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе. 

Как следует из представленных сведений, вследствие внезапной поломки транспортных средств, УВГТ администрации, воспользовавшись правом, закрепленным в Законе о контрактной системе, заключили контракт с единственным поставщиком.

11 февраля 2019г. заключен договор №2 с ИП ФИО2 на ремонт автомобилей: «Форд Фокус», «Газ 3110», Газ 31105» на сумму 82 186, 40 рублей. 

Данный договор заключен также на основании пункта 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе.

По результатам рассмотрения дела в отношении порядка заключения вышеназванных договоров Комиссией Иркутского УФАС России нарушения антимонопольного законодательства не установлено.

13.05.2019г. между УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 заключены три договора №№29, 30, 31 на общую сумму 193 593 рубля.

Из  объяснений ИП ФИО2 следует, что диагностика автомобиля «Газель» осуществлялась в феврале-марте 2019г. В ходе проведения диагностики выявлены дефекты в работе элементов двигателя и топливного насоса высокого давления (ТНВД). 

Указанные объяснения подтверждаются представленными документами:

дефектной ведомостью от 15.02.2019г., утверждённой ИП ФИО5 по диагностике ТНВД;

рекламацией №14.02/2019 о диагностике форсунок ИП ФИО6 от 14.02.2019г.

Таким образом, Иркутским УФАС России установлено, что фактически услуги по диагностике автомобиля «Газель», указанные в приложении к контракту №30 от 13.05.2019г., оказаны до заключения этого контракта, а именно: в феврале-марте 2019г.

Более того, до заключения контракта приобретены запчасти для ремонта выявленных дефектов. 

Приобретение запчастей для автомобиля «Газель» до заключения контракта подтверждается выпиской по счету №40802810623090001244, в соответствии с которой 16.02.2019г. ИП ФИО2 приобретены ТНВД, форсунки на сумму 88 500 рублей. 

Индивидуальный предприниматель в ходе антимонопольного расследования пояснил, что данные запчасти приобретены именно для автомобиля УВГТ администрации АГО. Оплата оказанных услуг включена в контракт, заключенный 13.05.2019г.

Аналогичная договоренность достигнута по ремонту автомобилей «Форд Фокус» и «Волга». Ремонт производился за счет средств индивидуального предпринимателя, а оплата услуг включена в сумму контрактов, заключенных 13.05.2019г.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства к участию привлечена в качестве лица, располагающего сведениями, сервис-менеджер ИП ФИО2 ФИО7, в обязанности которой входило формирование заказ-нарядов. 

ФИО7 пояснила, что работы по ремонту транспортных средств были выполнены ранее заключения вышеназванных контрактов. Более того, УВГТ администрации АГО попросило ее разбить суммы до 100 000 рублей.

При оформлении заказ-нарядов ФИО7 не ставила даты приема заказа и окончания работ, они были проставлены УВГТ администрации АГО. 

В ходе судебного разбирательства ИП ФИО2 полностью изменил данные им ранее в ходе антимонопольного расследования объяснения и суду пояснил, что его работа заключается в проведении качественного ремонта автомобилей, даты ремонта и оформление документов не помнит; как указано в договоре и заказ-наряде, так и было. 

Суд критически относится к объяснениям третьего лица ИП ФИО2, данным в ходе судебного разбирательства, поскольку они не согласуются с объяснениями лица, располагающего сведениями, сервис-менеджера ИП ФИО2 ФИО7, и опровергаются имеющимися в деле письменными доказательствами.

Из приобщённых в судебном заседании 21.10.2020 прокуратурой г. Ангарска путевых листов следует, что в даты ремонта автомобилей транспортные средства находились в технически исправном состоянии и передвигались по городу в период времени с 8:00 до 18:00. Все путевые листы удостоверены личными подписями ответственных лиц.

Так из материалов дела следует, что на основании служебной записки 02.05.2019 комиссией УВГТ осуществлен осмотр транспортного средства Форд Фокус, в ходе которого установлено замыкание электропроводки, отключен бортовой компьютер, не переключается коробка передач, в связи с чем принято решение о направлении транспортного средства на диагностику и ремонт в специализированном сервисе.

Между тем, согласно путевому листу легкового автомобиля № 80 от 06.05.02019 автомобиль технически исправлен, выезд разрешен механиком, водитель передвигался по городу с 08:00 до 18:00.

Из заказ-наряда № 02-19-0219 к договору № 29 следует, что ИП ФИО2 13.05.2019 осуществлял работы по восстановлению электропроводки на автомобиле Форд Фокус.

В путёвом листе № 83 указано, что 13.05.2019 указанный автомобиль находился в технически исправном состоянии и передвигался по городу с 08:00 до 18:00.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что ремонт транспортного средства автомобиле Форд Фокус осуществлен до заключения муниципального контракта, что свидетельствует о заключении антиконкурентного соглашения между заказчиком и исполнителем.

Относительно ремонта автомобиля ГАЗЕЛЬ установлено следующее.

Согласно акту осмотра транспортного средства комиссией УВГТ осмотрен указанный автомобиль гос. номер у703ух38, у которого имеется нестабильная работа двигателя (глохнет). Также в салоне транспортного средства имеется запах гари, что характерно при замыкании электропроводки.

13.05.2019 с предпринимателем ФИО2 заключен договор № 30 на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомобиля Газель.

Согласно заказ-наряду № 04-19-0219 от 13.05.2019 осуществлена диагностика электронных систем автомобиля, ремонт ЭБУ, диагностика ТНВД, промывка топливной рампы, чистка и замена фильтра сепара, промывка топливной системы.

Вместе с тем, из путевого листа № 65 следует, что 13.05.2019 данный автомобиль в технически исправном состоянии выехал из гаража в 8:10 и вернулся в 18:20. В течение дня осуществлял поездки по г. Ангарску, с. Одинск, с. Савватеевка.

Далее, 13.05.2019 заключен договор с ИП ФИО2 на ремонт автомобиля Газель.

Из заказ-наряда № 01-19-0219 следует, что 31.05.2019 осуществлен демонтаж/монтаж 3-х насос-форсунок, демонтаж/монтаж ТНВД.

Однако в путевом листе № 80 от 31.05.2019 отражено, что автомобиль находился в технически исправном состоянии и передвигался по городу с 09:00 до 18:00.

Указанные выше обстоятельства однозначно свидетельствует о недостоверности пояснений третьего лица ФИО2 в ходе судебного разбирательства относительно проведения ремонтных работ в даты, указанные в договорах.

Таким образом, судом установлено, что выполнение работ по заключенным 13.05.2019г. между УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 договорам №№29, 30, 31, на общую сумму 193 593 рубля, осуществлено до заключения этих договоров, а их заключение направлено на формальное соблюдение требований Закона о контрактной системе.

Согласно позиции Министерства финансов Российской Федерации, изложенной в письме от 01.07.2019г. №24-03-07/48249, на основании пункта 3 статьи 3 Закона о контрактной системе закупка товара, работы, услуги для обеспечения государственных или муниципальных нужд - совокупность действий, осуществляемых в установленном Законом о контрактной системе порядке заказчиком и направленных на обеспечение государственных или муниципальных нужд. Закупка начинается с определения поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершается исполнением обязательств сторонами контракта. В случае если в соответствии с Законом о контрактной системе не предусмотрено размещение извещения об осуществлении закупки или направление приглашения принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), закупка начинается с заключения контракта и завершается исполнением обязательств сторонами контракта.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о контрактной системе определение поставщика начинается с размещения извещения об осуществлении закупки товара, работы, услуги для обеспечения государственных нужд (федеральных нужд, нужд субъекта Российской Федерации) или муниципальных нужд либо в установленных Законом о контрактной системе случаях с направления приглашения принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершается заключением контракта.

Таким образом, применение положений пункта 2 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не представляется возможным к отношениям, регулируемым Законом о контрактной системе, в связи с тем, что обязательственные правоотношения между заказчиком и поставщиком (подрядчиком, исполнителем) начинаются исключительно с момента заключения контракта.

Реализация заказчиком возможности заключения таких договоров (со сроком исполнения до даты заключения договора) может привести к злоупотреблениям со стороны заказчика при осуществлении закупок, что, в свою очередь, может негативно сказаться на эффективности расходования бюджетных средств.

Кроме того, возможность осуществления таких закупок противоречит основным принципам контрактной системы в сфере закупок, установленным в статье 6 Закона о контрактной системе, а именно принципам обеспечения конкуренции, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд и эффективности осуществления закупок.

Заказчик не вправе заключать государственный или муниципальный контракт, который предусматривает поставку Товара, выполнение работ, оказание услуг до момента заключения контракта.

При установленных судом обстоятельствах действия УВГТ администрации АГО  направлены на создание ИП ФИО2 преимущественных условий для участия в закупках и реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения.

В данной ситуации действия УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 являются следствием заключенного антиконкурентного соглашения, что является нарушением пункта 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции.

Контракты №№№29, 30, 31 от 13.05.2019г., заключенные с одним поставщиком, образуют   единую   сделку,   искусственно   раздробленную   и   оформленную самостоятельными договорами для формального соблюдения ограничений, предусмотренных Законом № 44-ФЗ.

Заключение договоров с единственным поставщиком и отсутствие конкурентных процедур способствовало созданию преимущественного положения единственного поставщика и лишило возможности других хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичную деятельность, реализовать свое право на заключение контракта.

Несоблюдение процедуры закупок нарушило права иных хозяйствующих субъектов - участников товарного рынка, вследствие предоставления преимущества ИП ФИО2

В соответствии с пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Признаки ограничения конкуренции сформулированы в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции: сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации. Данный перечень не является исчерпывающим.

Согласно пункту 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме, при этом факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключенности в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством (статьи 154, 160, 432, 434 ГК РФ).

Закон о защите конкуренции устанавливает специальные требования к определению соглашения, как волеизъявления хозяйствующих субъектов, отличные от содержащихся в Гражданском Кодексе Российской Федерации. Факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе, с использованием совокупности иных доказательств, в частности, фактического поведения сторон соглашения. Иначе говоря, факт наличия соглашения, ограничивающего конкуренцию, устанавливается исходя из совокупности доказательств по делу.

Аналогичная правовая позиция отражена в пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, далее - Обзор). 

Согласно пункту 9 Обзора в указанной сфере, законодательством не определено и не может быть определено, какие доказательства подтверждают антиконкурентное соглашение, а также не установлены и не могут быть установлены требования к форме подтверждающих документов.

На особенности доказывания наличия антиконкурентного согласованного поведения, указал Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 2 постановления Пленума от 30 июня 2008 года № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства»: согласованность действий может быть установлена и при отсутствии документального подтверждения наличия договоренности об их совершении.

Названный подход применим и к доказыванию соглашений, то есть договоренностей, которые, по их существу, не могут быть подтверждены прямыми доказательствами; наличие таких договоренностей косвенно может подтверждаться иными доказательствами, которые могут убедить правоприменительный орган в наличии или отсутствии таких договоренностей.

В соответствии с пунктом 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов.

При этом из анализа положений статьи 16 Закона о защите конкуренции следует, что достаточным основанием для вывода о нарушении названной статьи Закона о защите конкуренции является создание условий, возможности для наступления последствий в виде недопущения, ограничения либо устранения конкуренции.

Анализ поведения УВГТ администрации АГО и ИП ФИО2 в части заключения контрактов от 13.05.2019г. на оказание услуг по ремонту транспортных средств до 100000 рублей позволяет сделать вывод о том, что между указанными лицами достигнуто и реализовано антиконкурентное соглашение, направленное на обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что приводит к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

В результате достижения сторонами соглашений и заключения договоров №№№29, 30, 31 от 13.05.2019г. ИП ФИО2 как единственный исполнитель получил доступ к выполнению работ без конкурентной борьбы, поставлен в преимущественное положение по сравнению с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность, что также лишило их возможности реализовать свое право на заключение контрактов.

Таким образом, суд приходит к выводу о нарушении Управлением по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа и ИП ФИО2 пункта 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции, выразившихся в заключении антиконкурентного соглашения, результатом которого стало заключение 3 контрактов №29 от 13.05.2019г., №30 от 13.05.2019г., №31 от 13.05.2019г. на выполнение тождественных работ - по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей, посредством намеренного разделения закупки на 3 контракта на сумму до 100 тыс. руб. в целях обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что существенным образом влияет на конкуренцию, поскольку заказчиком не обеспечен равный доступ всем потенциальным участникам товарного рынка, что приводит к ограничению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что Комиссия Иркутского УФАС России правомерно квалифицировала действия Управления по внегородским территориям администрации Ангарского городского округа, ИП ФИО2 по признакам нарушения пункта 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции, выразившиеся в достижении и реализации антиконкурентного соглашения результатом которого стало заключение 3 контрактов №29 от 13.05.2019г., №30 от 13.05.2019г., №31 от 13.05.2019г. на выполнение тождественных работ - по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей, посредством намеренного разделения закупки на 3 контракта на сумму до 100 тыс. руб. в целях обеспечения формальной возможности непроведения конкурентных процедур и заключения контрактов с указанным хозяйствующим субъектом, что существенным образом влияет на конкуренцию, поскольку заказчиком не обеспечен равный доступ всем потенциальным участникам товарного рынка, что приводит к ограничению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок.

Иные доводы, изложенные в заявлении, отзывах и пояснениях лиц, участвующих в деле, судом рассмотрены, оценены и подлежат отклонению, поскольку не содержат фактов, которые  повлияли бы на выводы суда.

Учитывая изложенное выше, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленного требования. 

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

 Оценив с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение от 16.03.2020 г. № 038/281/19 Управления Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области по делу №038/01/16-1564/2019 полностью соответствует требованиям действующего законодательства и не нарушает права и законные интересы заявителя.

При таких обстоятельствах заявленное требование удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167 – 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленного требования отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд  в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                                            Т.Ю. Мусихина