﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4984/21 

Екатеринбург

02 августа 2021 г.

 

Дело № А50-8117/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 августа 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Плетневой В.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Абушкевичем К.В. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края кассационную жалобу конкурсного управляющего обществомс ограниченной ответственностью «Лига-А» (далее – общество «Лига-А», должник) Гришиной Марины Петровны на определение Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2021 по делу № А50-8117/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа не явились, явку представителей не обеспечили.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Пермского края приняли участие: 

конкурсный управляющий Гришина М.П.;

представители акционерного общества коммерческий банк «Уральский финансовый дом» (далее – банк «Урал ФД», банк) – Грачев А.В.и Тарасов Д.С. (доверенности от 12.02.2020 № 082 и от 24.01.2019 № 054).

Федеральной налоговой службой (далее – уполномоченный орган) заявлено ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без участия ее представителя, которое судом рассмотрено и удовлетворено на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 21.03.2019 Арбитражным судом Пермского края принято к рассмотрению заявление уполномоченного органа о признании несостоятельным (банкротом) общества «Лига-А», возбуждено производство по настоящему делу о его банкротстве.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 15.05.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утверждена Гришина М.П.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 07.02.2020 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, Гришина М.П. утверждена конкурсным управляющим должником.

Гришина М.П. обратилась 21.05.2020 в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительной сделкой по основаниям пункта 1 статьи 61.2, пунктов 1 и 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации заключенного между банком «Урал ФД» и обществом «Лига-А» соглашения от 16.10.2018 и применении последствий его недействительности в виде взыскания с банка в пользу должника 790 000 руб. и обязания возвратить в конкурсную массу: здание площадью 60,50 кв.м., кадастровый номер 59:32:0000000:9424, по адресу: Пермский край, Пермский район, Пальниковское с/п, 42 км. автодороги «Кукуштан – Чайковский», земельный участок площадью 7022 кв.м., кадастровый номер 59:32:5070001:108, по адресу: Пермский край, Пермский район, Пальниковское с/п, 0,31 км. восточнее д. Аннинск, здание площадью 195,80 кв.м., кадастровый номер 59:24:3760202:1031 и земельный участок площадью 3463 кв.м., кадастровый номер 59:24:3760202:18, расположенные вблизи п. Семсовхоз Кунгурского района Пермского края, сооружение, кадастровый номер 59:01:3810406:19 и земельный участок площадью 3033,15 кв.м., кадастровый номер 59:01:3810406:2, которые располагаются по ул. Цимлянской, 40 в Орджоникидзевском районе г. Перми, а также здание площадью 133 кв.м., кадастровый номер 59:01:4410928:24 и земельный участок площадью 2033 кв.м., кадастровый номер 59:01:4410928:2, находящиеся по адресу: г. Пермь, Свердловский район, ул. Ижевская, 3 (с учетом уточнений по статье 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, без самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество Банк ВТБ, общество с ограниченной ответственностью «ТриАктив» и Тихоновец Николай Васильевич.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2021, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Гришина М.П. просит названные судебные акты отменить и принять новый судебный акт. По мнению заявителя, на момент спорной сделки должник имел сформировавшийся с 2018 года долг в размере более 1,1 млн. руб. перед уполномоченным органом и возникший 06.10.2017 долг в размере свыше 54,5 млн. руб. перед публичным акционерным обществом «СДМ-Банк» (далее – СДМ-Банк), из чего следует, что банку оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения его требований, чем, если бы погашение его требований производилось в порядке статьи 134 Закона о банкротстве, и бухгалтерская отчетность должника за 2017 год отражала превышение размера его обязательств над стоимостью активов, что говорит о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а осведомленность банка об этом презюмируется в связи с осуществлением им мониторинга финансового состояния должника и членов группы компаний «Феникс Петролеум», включая анализ бухгалтерской отчетности, выписок по счетам и анкет заемщиков, но суды активы группы не изучали, зависимость платежеспособности должника от деятельности других компаний группы не устанавливали, а документов о финансировании ими должника нет, в то время как спорная сделка подлежала анализу с учетом финансовых документов всех участников группы, а последние – привлечению к участию в споре, чего суды не сделали. Заявитель считает, что денежных средств от реализации предмета залога для полного погашения долга перед банком не доставало, поэтому при удовлетворении требований банка по Закону о банкротстве ему причиталось бы 95% выручки от реализации залогового имущества, а 5% подлежали бы направлению на оплату текущих обязательств и требований кредиторов третьей очереди, что говорит о получении банком предпочтения как минимум в сумме 8 506 162 руб. 22 коп. (разница между 5% выручки от реализации залогового имущества и суммой требований кредиторов второй очереди). Заявитель полагает, что стоимость спорного имущества (166 050 000 руб.), указанная в заключении эксперта от 10.12.2020 № 20/1020-5, которое является недействительным ввиду заинтересованности между банком и экспертом, так как банк передавал экспертной организации документы для исследования, занижена и не соответствует действительности, так как залоговая стоимость имущества, которая не может быть ниже рыночной, составляет 221 446 000 руб., а пояснения Тихоновца Н.В. о том, что накануне спорной сделки должник планировал реализовать спорное имущество как бизнес за 2 млрд. руб., и справка оценщика от 31.07.2020 № 429 о том, что стоимость спорного имущества на 16.10.2018 составляла 244 265 000 руб., достоверность которой подтверждена тем, что указанная в ней стоимость недвижимости по ул. Баумана, 3 в г. Перми – 15 753 000 руб. наиболее приближена к его реальной продажной стоимости – 15 800 000 руб., никем не опровергнуты, что говорит о получении банком несоотносимого с действительной рыночной стоимостью спорного имущества (неравноценного) встречного исполнения, а выбытие из конкурсной массы должника 96% его активов – о причинении спорной сделкой вреда кредиторам. Заявитель ссылается на то, что о недействительности спорной сделки говорит и то, что земельный участок (кадастровый номер 59:24:3760202:18) с размещенными на нем зданием (кадастровый номер 59:24:3760202:1031) и сооружениями (кадастровый номер 59:24:0210101:817) составляли единый недвижимый комплекс – автомобильную заправочную станцию, но сооружения (кадастровый номер 59:24:0210101:81), в нарушение законодательного запрета на отчуждение земельного участка отдельно от расположенных на нем зданий, строений и сооружений, банку фактически не переданы и зарегистрированы за должником.

Банк «Урал ФД» в отзыве просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы – отказать.

Уполномоченный орган представил письменное мнение, в котором поддерживает позицию управляющего.

Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Банком «Урал ФД» и обществом с ограниченной ответственностью «Оператор» (далее – общество «Оператор») заключен договор  от 15.11.2017 № Ю-2815-КЛВ, во исполнение которого обществу «Оператор» предоставлена кредитная линия с лимитом задолженности в размере 222 000 000 руб. под 12,5% годовых.

Обеспечением исполнения обществом «Оператор» кредитных обязательств выступали совершенные между банком и обществом «Лига-А» договор поручительства № 02/П-Ю-2815-КЛВ от 15.11.2017, а также договоры ипотеки № 01/Н-Ю-2815-КЛВ от 15.11.2017 и № 02/Н-Ю-2815-КЛВ от 15.11.2017, предметом залога по которым выступали указанные выше объекты недвижимости и нежилое помещение площадью 334,50 кв.м., кадастровый номер 59:01:4410850:1993, расположенное по адресу г. Пермь, Индустриальный район, ул. Баумана, 3, общей залоговой стоимостью 221 446 000 руб. 

Между Банком «Урал ФД» и обществом «Лига-А» заключено соглашение от 16.10.2018 о прекращении ипотеки и передаче недвижимого имущества в порядке отступного, по условиям которого должник, выступая поручителем и залогодателем, в счет частичного погашения долга общества «Оператор» по договору кредитной линии № Ю-2815-КЛВ от 15.11.2017 в общем размере 169 999 997 руб., включающем в себя 153 893 196 руб. основного долга и 16 106 801 руб. процентов, передает банку в качестве отступного здание площадью 60,50 кв.м., кадастровый номер 59:32:0000000:9424, стоимостью 9 535 955 руб., земельный участок площадью 7022 кв.м., кадастровый номер 59:32:5070001:108, стоимостью 608 678 руб., нежилое помещение площадью 334,50 кв.м., кадастровый номер 59:01:4410850:1993, стоимостью 15 533 793 руб., здание площадью 195,80 кв.м., кадастровый номер 59:24:3760202:1031, стоимостью 40 997 296 руб., земельный участок площадью 3463 кв.м., кадастровый номер 59:24:3760202:18, стоимостью 289 004 руб., сооружение, кадастровый номер 59:01:3810406:19, стоимостью 46 356 270 руб., земельный участок площадью 3033,15 кв.м., кадастровый номер 59:01:3810406:2, стоимостью 9 494 658 руб., здание площадью 133 кв.м., кадастровый номер 59:01:4410928:24, стоимостью 33 029 040 руб. и земельный участок площадью 2033 кв.м., кадастровый номер 59:01:4410928:2, стоимостью 14 155 303 руб.

Государственная регистрация перехода к банку права собственности на указанные объекты произведена 24.10.2018, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости № 59/020/801/2019-1304 от 28.06.2019.

Ссылаясь на то, что соглашение от 16.10.2018 совершено при неравноценном встречном исполнении и повлекло оказание банку предпочтения в отношении удовлетворения его требований, вследствие чего недействительно по основаниям пункта 1 статьи 61.2 и пунктов 1 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и на то, что данная сделка в части отчуждения земельного участка с кадастровым номером 59:24:3760202:18 и здания с кадастровым номером 59:24:3760202:1031, находящихся вблизи п. Семсовхоз Кунгурского района Пермского края, недействительна в силу нарушения положений земельного и гражданского законодательства об одновременном отчуждении земельных участков и расположенных на них объектов недвижимости, конкурсный управляющий Гришина М.П. обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Уполномоченный орган поддержал позицию управляющего, а банк против удовлетворения требований возражал, ссылаясь на документальную неподтвержденность и несоответствие материалам дела доводов управляющего о неравноценности полученного по спорной сделке исполнения, о получении им предпочтения и осведомленности о наличии у должника на дату сделки – 16.10.2018 признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества).

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, в частности действия, направленные на прекращение обязательств зачетом встречных однородных требований, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной совершенной в течение одного года до принятия заявления о банкротстве (после его принятия) сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной, под которым понимается, в частности, существенно в худшую для должника сторону различие цены и/или иных условий этой сделки на момент ее заключения относительно цены и/или иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Кроме того, арбитражным судом может быть признана недействительной сделка, повлекшая оказание одному из кредиторов большего предпочтения в отношении удовлетворения его требований, чем было бы оказано в случае расчетов в порядке очередности, предусмотренной законодательством о банкротстве, если она совершена не ранее одного, но не позднее шести месяцев до возбуждения производства по делу о банкротстве, при этом оспаривающим сделку лицом дополнительно доказана фактическая либо потенциальная осведомленность другой стороны сделки, с учетом вменяемого ей стандарта добросовестной и разумной осмотрительности при получении удовлетворения своих требований, о наличии у должника на момент ее совершения признаков неплатежеспособности/недостаточности имущества либо об обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о наличии у него таковых признаков (абзацы 1, 5 пункта 1, пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пункты 11, 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

В пункте 29.3 Постановления № 63 даны разъяснения по вопросу оспаривания по статье 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, в частности, связанных с передачей предмета залога в качестве отступного.

Подобная сделка может быть признана недействительной на основании абзаца 5 пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве только лишь, если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: а) после совершения спорной сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения его обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в деле о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства – статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве). Соответственно, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в период, указанный в пункте 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80%. Именно на этом основаны разъяснения порядка оспаривания сделок по исполнению требований залогодержателя по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве в пункте 29.3 Постановления № 63.

В статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки, тогда как сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц,– ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Нормы статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерациии статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляют основывающееся на принципе единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов (подпункт 5 пункта 1 статьи Земельного кодекса Российской Федерации) общее правило о недопустимости отчуждения зданий, сооружений и иной недвижимости отдельно от земельного участка, на котором таковые расположены.

По смыслу пункта 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательств», сделка, воля сторон по которой направлена на отчуждение здания или сооружения без соответствующего земельного участка, или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат одному лицу, является ничтожной, в случае принадлежности объектов недвижимости и земельного участка, на котором они расположены, одному лицу, в обороте объекты недвижимости и участок выступают совместно.

Как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, настоящее дело о банкротстве возбуждено 21.03.2019, а оспариваемая сделка совершена 16.10.2018, то есть в годичный период подозрительности, указанный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и в шестимесячный период предпочтительности, указанный в пункте 3 статьи 61.3 названного Закона, в связи с чем выводы суда первой инстанции в части определения момента возбуждения настоящего дела о банкротстве и периодов, на которые совершение спорной сделки отстояло от такого момента, являются неверными, но не повлекли принятия неправильного по существу судебного акта.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из доказательств в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что общая цена спорной сделки в целом (169 999 997 руб.), с учетом незначительного, допустимого увеличения стоимости по отдельным объектам, соотносится с результатами проведенной по настоящему спору судебной экспертизы, отраженными в экспертном заключении № 20/1020-5 от 10.12.2020 (166 050 000 руб.), которое является ясным и полным, в необходимой степени мотивированным, и выводы которого по существу анализируемого вопроса возражающими лицами не оспорены и документально не опровергнуты, а их позиция о том, что фактическая общая стоимость отчужденного имущества соответствует его общей залоговой стоимости и результатам оценки, указанным в справке оценщика от 31.07.2020 № 429, то есть составляет более 220 млн. руб., не аргументирована и не учитывает принятых во внимание экспертом и подтверждаемых материалами дела обстоятельств, включая то, что на дату отчуждения имущества оно фактически было выведено из строя и как единый автозаправочный комплекс не функционировало, при том, что иное не доказано, что не могло не отразиться на его стоимости, и, исходя из того, что никаких иных надлежащих и достаточных доказательств, которые ставили бы под сомнение результат проведенной по делу экспертизы, не имеется, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме факта отчуждения спорного имущества по существенно заниженной стоимости, в связи с чем суды признали совершение оспариваемой сделки при равноценном встречном исполнении обязательств в пользу банка, при то, что надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие названные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

При этом ссылка заявителя на то, что экспертная организация предложена ответчиком, который также передавал документы эксперту, судом округа отклоняется, как несостоятельная, в том числе, с учетом того, что, как следует из материалов дела, экспертная организация утверждена судом по результатам исследования и оценки всех необходимых документов и обстоятельств в судебном заседании, в котором участвовала и Гришина М.П., не заявившая при этом отводов эксперту и соответствующих ходатайств, а вопросы о предоставлении эксперту дополнительных документов были урегулированы судом в установленном порядке в соответствующем судебном заседании.   

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что само по себе наличие у должника на дату оспариваемой сделки обязательств перед СДМ-Банком и уполномоченным органом об осведомленности банка об указанных обстоятельствах и формировании у него убеждения о наличии у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества не свидетельствует, поскольку судебный акт по иску СДМ-Банка вынесен 25.12.2018, но вступил в законную силу 12.02.2019, то есть уже после совершения оспариваемой сделки, а размер долга по обязательным платежам составлял порядка 1% активов баланса должника, с учетом чего не являлся существенным, приняв во внимание, что, как установлено определением от 15.11.2019 по настоящему делу, должник входил в группу компаний «Феникс Петролеум», в которой был балансодержателем недвижимого имущества, используемого в интересах всей группы, в том числе передаваемого в залог в счет обеспечения принимаемых членами группы кредитных обязательств, и при этом активы баланса общества «Оператор» по итогам 2017 года составляли 1 326 119 тыс. руб., выручка – 665 508 тыс. руб., а обороты по его счету в период с 04.10.2017 по 03.10.2018 превышали 500 млн. руб., что говорит о высоком уровне обеспеченности кредитных обязательств, в обеспечение которых передавалось спорное имущество, в то время как надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что совокупный анализ активов группы компаний «Феникс Петролеум» позволял банку при разумном и осмотрительном подходу к их исследованию сделать вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества, не представлено, а также, исходя из того, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора реестровые требования кредиторов первой и второй очереди у должника отсутствуют и все текущие требования погашены, общий предельный размер требований по погашению судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражному управляющему и оплате услуг лиц, привлеченных управляющим в целях обеспечения исполнения его обязанностей, составил 1 188 036 руб., при том, что, как установлено определением от 25.09.2020 по настоящему делу, СДМ-Банк перечислил 22.06.2020 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4 963 662 руб. 37 коп., в том числе 6162 руб. 37 коп. – на погашение требований кредиторов второй очереди, с учетом чего по состоянию на 15.01.2021 на расчетном счете должника имелись денежные средства в размере не менее 4 млн. руб., которыми могли быть закрыты вышеуказанные первоочередные расходы, суды пришли к выводам о недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом осведомленности банка о получении им удовлетворения своих требований в условиях неплатежеспособности должника и о том, что, имея законное право на получение как минимум 80% выручки от реализации предмета залога в настоящем деле, банк не получил удовлетворение своих требований в результате совершения данной сделки в преимущественном относительно иных кредиторов должника порядке.

Кроме того, исследовав материалы дела, позиции сторон, установив, что, вопреки доводам управляющего об отчуждении по спорному соглашению земельного участка (кадастровый номер 59:24:3760202:18) без расположенного не нем объекта недвижимости (операторской площадью 8,1 кв.м.), в материалах дела имеются доказательства того, что в настоящее время на указанном участке таковой объект отсутствует, с учетом чего принцип единства земли и прочно связанных с ней объектов не нарушен, а прочие составные части данного ныне отсутствующего объекта, которые не образуют самостоятельный объект недвижимости, представляют собой составную часть земельного участка и, соответственно, перешли совместно с ним в собственность банка, и, учитывая, что, принимая спорное имущество в качестве отступного, банк расценивал его как единый автозаправочный комплекс и погасил кредитные обязательства в соответствующем размере, признанном судебной экспертизой по настоящему спору отвечающем рыночной стоимости спорного имущества, апелляционный суд отклонил доводы управляющего о несоответствии оспариваемой сделки положениям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как необоснованные, не подтвержденные надлежащими и достаточными доказательствами, и, не соответствующие материалам дела.

Учитывая все вышеизложенные, установленные судами первой и апелляционной инстанций обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что материалами дела не доказано и не обосновано, что оспариваемая сделка совершена при неравноценном в пользу банка встречном предоставлении, повлекла оказание банку предпочтения в отношении удовлетворения требований относительно иных кредиторов должника, и является недействительной по общегражданским основаниям, суды отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего должником, суды исходили из совокупности установленных по данному делу обстоятельств и неподтвержденности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая, мотивированная правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы кассационной жалобы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных ими по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2021 по делу № А50-8117/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2021 по тому же делу следует оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего должником – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2021 по делу№ А50-8117/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лига-А» Гришиной Марины Петровны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                            Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                                       В.В. Плетнева