СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1349/2022(1)-АК

Дело №А60-38218/2021

30 марта 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 марта 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей:                                  Чепурчерно О.Н., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙМАСТЕР»: ФИО2, доверенность от 11.01.2022, паспорт; 

от ответчика ФИО3: не явились, извещены надлежащим образом; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную истца общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙМАСТЕР»

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 14 декабря 2021 года 

в рамках дела №А60-38218/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙМАСТЕР»                   (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СТРОЙМАСТЕР» (далее – ООО «СТРОЙМАСТЕР», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о привлечении контролировавшего общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ПОРТАЛ» (далее – ООО «СК «ПОРТАЛ», должник) лица  ФИО3 (далее - ФИО3) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с нее денежных средств в размере 15 134 984 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2021 в удовлетворении исковых требований полностью отказано.

Не согласившись с принятым решением, ООО «СТРОЙМАСТЕР» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, перейти к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на необоснованное отклонение судом заявленного им в ходе рассмотрения настоящего дела ходатайства об истребовании у конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Преображение» (далее – ООО «СК «Преображение») ФИО5 (далее – ФИО5) договоров подряда и актов выполненных работ с ООО «СК «ПОРТАЛ» за период с 15.03.2016 (дата начала договорных отношений ООО «СТРОЙМАСТЕР» и ООО «СК «ПОРТАЛ» в рамках договора субподряда от 15.03.2016 №А/05/16 в отношении объекта «Жилой микрорайон в квартале улиц Чкалова-Академика Вонсовского – Амундсена –Краснолесья в 

<

...> очередь строительства секция 19.6.») по 25.12.2018 (дата прекращения деятельности ООО «СК «ПОРТАЛ» согласно сведениям из единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), а также сведений о взаиморасчетах по таким договорам. Отмечает, что судом была проигнорирована очевидная и объективная невозможность получения ООО «СТРОЙМАСТЕР» истребуемых доказательств самостоятельно, поскольку истец не контролирует конкурсного управляющего ООО «Строительная компания «Преображение» ФИО5, не является стороной по сделке, по которой просит представить документы, кроме того, в силу закона не имеет права на их получение, как содержащих конфиденциальную информацию. Более того, отсутствие у истца возможности самостоятельно получить истребуемые им документы вменена истцу в вину как неуказание причины, по которой он сам не может получить это доказательство. Считает, что суд первой инстанции уклонился от установления того, кто являлся фактическим руководителем (бенефициаром) ООО «СК «ПОРТАЛ», кто принимал решения не платить истцу или каким образом предполагалось осуществлять расчеты за выполняемые работы и погашать имеющуюся задолженность. Так, делая вывод об отсутствии в материалах дела доказательств того, что ответчик действовал недобросовестно либо неразумно или предпринимал меры к уклонению от исполнения решений арбитражного, суд не исследовал обстоятельства платежеспособности должника и фактических действий контролирующих его лиц и не предложил истцу представить такие доказательства. Указывает на то, что в качестве одного из оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «ПОРТАЛ» истец указывал вывод активов данного лица в пользу фактических бенефициаров (подп. 1 п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»), давая в ходе судебного разбирательства пояснения относительно участия в деятельности должника фактического бенефициара ФИО6 С учетом изложенного полагает, что суду необходимо выяснить, по какой причине частичный расчет по договорам осуществляли организации, подконтрольные ФИО6), а не само ООО «СК «ПОРТАЛ»; почему вновь назначенный в 2016 году руководитель ФИО7 не расторгла договоры, по которым на октябрь 2016 года уже сформировалась существенная задолженность, не приостанавливала их действие (работы выполнялись по май 2017 года); каким образом планировалось исполнение обязательств по оплате по спорным договорам и за счет каких средств, учитывая, что согласно картотеке арбитражных дел, размещенной на официальном сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в сети Интернет, никакие иски о взыскании дебиторской задолженности, являющейся, согласно сведениям из Контур.Фокус, фактически единственным существенным активом ООО «СК «ПОРТАЛ», никогда не взыскивалась. Отмечает, что, исходя из выписки по расчетному счету, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», по состоянию на 15.03.2016 у ООО «СК «ПОРТАЛ» отсутствовали денежные средства, которые не появлялись вплоть до закрытия счета, вместе с тем, суд первой инстанции не устанавливал данные обстоятельства, не анализировал истребованные выписки по счету ООО «СК «ПОРТАЛ» и представленные истцом доказательства и пояснения. Таким образом, считает, что у контролировавших ООО «СК «ПОРТАЛ» лиц был изначальный умысел на вывод активов и неисполнение большей части обязательств перед истцом за выполненные работы. Полагает, что для установления всех обстоятельств дела и всех вопросов на основании ч. 1 ст. 51 АПК РФ суду следовало привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, который, исходя из поведения, был больше всех заинтересован в непогашении задолженности перед ООО «СТРОЙМАСТЕР» и в сокрытии информации о себе, при этом принятое по итогам рассмотрения настоящего дела решение, при всестороннем и полном исследовании обстоятельств, могло повлиять на права и обязанности данного лица по отношению к истцу. Считает, что в материалах дела было представлено достаточно доказательств, позволяющих сделать вывод о недобросовестном поведении ответчика. Полагает доказанным, что на момент исключения ООО «СК «ПОРТАЛ» из единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) последнее обладало признаками неплатежеспособности, в связи с чем, у добросовестного руководителя в силу Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) существовала обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СК «ПОРТАЛ» несостоятельным (банкротом). Указывает наличие у истца  финансовых трудностей и отсутствие в связи с этим возможности финансировать процедуры банкротства ООО «СК «ПОРТАЛ». Полагает, что при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции необоснованно не был учтен правовой подход, изложенный в определении Верховного суда Российской Федерации от 20.07.2021 №1-КГ21-4-КЗ. 

До начала судебного заседания от ответчика письменный отзыв на апелляционную жалобу не поступил.

В просительной части апелляционной жалобы истец заявил ходатайство об истребовании у конкурсного управляющего ООО «СК «Преображение» ФИО5 договоров подряда и актов выполненных работ с ООО «СК «ПОРТАЛ» за период с 15.03.2016 по 25.12.2018, а также сведений о взаиморасчетах по таким договорам.

Ко дню судебного заседания от истца поступили письменные пояснения к ходатайству об истребовании доказательств. 

В судебном заседании представитель истца на удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств настаивал по мотивам, изложенным в письменных пояснениях; пояснил, что данные документы необходимы для установления расчетов по работам, выполненным ООО «СК «ПОРТАЛ», в том числе привлеченными им лицами, которые возможно производились путем взаимозачетов, поскольку на расчетный счет данного общества денежные средства не поступали, возможного наличия дебиторской задолженности, за счет которой могла быть погашена задолженность перед истцом. 

Судом апелляционной инстанции данное ходатайство об истребовании дополнительных документов рассмотрено в порядке ст. 159 АПК РФ и в силу положений ч. 4 ст. 66, ч. 2 ст. 268 АПК РФ и с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 30.06.2020 №12), отклонено, поскольку аналогичное ходатайство было заявлено истцом в суде первой инстанции, в его удовлетворении обоснованно отказано по мотиву отсутствия доказательств невозможности самостоятельного получения запрошенных документов. 

Как следует из материалов дела, ходатайства об истребовании доказательств, заявленные одновременно с иском (отражены в его просительной части), судом удовлетворены, с учетом чего судебное разбирательство назначено на 03.12.2021. Истребованные судом документы поступили в материалы дела до указанной даты.

Непосредственно в судебном заседании 03.12.2021 истцом представлены письменные пояснения по иску, в котором приведены новые доводы о подконтрольности ФИО6 ООО СК «Преображение», взаимосвязанности последнего и ООО «СК «Портал», с учетом которой последнее также подконтрольно ФИО6; с целью подтверждения данных доводов истцом заявлено ходатайство об истребовании у конкурсного управляющего ООО «СК «Преображение» договоров подряда, актов выполненных работ за период с 15.03.2016 по 25.12.2018, сведения и взаиморасчетах по таким договорам, ходатайство об отложении судебного заседания.

Судом ходатайство об истребовании доказательств отклонено ввиду нарушения порядка, установленного ст. 66 АПК РФ, разъяснены положения названной статьи процессуального закона; в судебном заседании объявлен перерыв до 07.12.2021. После перерыва какие-либо ходатайства представителем истца не были заявлены.

При таком положении оснований у суда отсутствовали основания для удовлетворения ходатайства истца об истребовании доказательств.

Согласно представленным апеллянтом документам, запрос о получении таких документов был направлен им уже после принятия обжалуемого определения. Вопреки позиции апеллянта, невозможность самостоятельного получения заявленных к истребованию документов очевидной не являлась. Неполучение истцом документов, запрошенных им уже после принятия обжалуемого определения, доказательством необоснованности отказа суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства истца об истребовании доказательств не является. Более того, суд апелляционной инстанции не находит приведенные мотивы для истребования доказательств достаточными для удовлетворения ходатайства.

Представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене обжалуемого решения суда настаивал.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителя не направил, в соответствии с ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как указывалось выше, ООО «СТРОЙМАСТЕР» обратилось в арбитражный суд с иском о привлечении контролировавшего ООО «СК «ПОРТАЛ» лица ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь в обоснование заявленных требований на следующие обстоятельства. 

ООО «СК «ПОРТАЛ» было зарегистрировано в качестве юридического лица ИФНС России по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга 02.04.2013, о чем в единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись за основным государственным регистрационным номером 1136671022795.

Начиная с 07.07.2016 руководителем ООО «СК «ПОРТАЛ» являлась ФИО3, она же являлась учредителем (участником) должника.

09.06.2018 ООО «СТРОЙМАСТЕР» обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «СК «ПОРТАЛ» о взыскании 15 134 984,99 руб. задолженности 

по оплате выполненных работ по договорам от 15.03.2016 №А/05/16, от 01.04.2016 №А/04/16, от 10.05.2016 №А/38/16, от 01.06.2016 №А/12/16, от 19.06.2016 №А/26/16.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.07.2018 по делу №А60-33511/2018 исковые требования полностью удовлетворены. С ООО «СК «ПОРТАЛ» в пользу ООО «СТРОЙМАСТЕР» взыскано 15 134 984,99 руб. задолженности по договорам от 15.03.2016 №А/05/16, от 01.04.2016 №А/04/16, от 10.05.2016 №А/38/16, от 01.06.2016 №А/12/16, от 19.06.2016 №А/26/16, а также 98 675 руб. в возмещение государственной пошлины.

После вступления указанного выше решения в законную силу для принудительного исполнения судом выдан исполнительный лист от 30.07.2018 серия ФС №0285641.

25.12.2018 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО «СК «ПОРТАЛ» на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон о государственной регистрации) как недействующего юридического лица.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, истец в обоснование доводов о необходимости привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности сослался на то, что уже по состоянию на конец 2017 года у должника имелись объективные признаки неплатежеспособности, о чем ФИО3 как руководителю и учредителю ООО «СК «ПОРТАЛ» должно было быть известно, вместе с тем, установленная п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче в суд заявления о признании указанного лица несостоятельным (банкротом) ею исполнена не была. 

Помимо этого, истец также просил привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение указанным лицом действий, которые явились причиной неплатежеспособности должника и последующего признания его несостоятельным (банкротом).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта в связи со следующим.

Пунктом 1 ст. 50 ГК РФ предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовых формах хозяйственных товариществ и обществ, крестьянских (фермерских) хозяйств, хозяйственных партнерств, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий (п. 2 ст. 50 ГК РФ).

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

В силу положений п. 2 ст. 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Аналогичные положения содержатся и в п. 1 ст. 87 ГК РФ, п. 1 ст. 2 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в п.п. 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Частью 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (п. 3.1 введен Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ) установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п.п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исходя из системного толкования названной нормы возможность привлечения лиц, указанных в п.п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.п. 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

При этом ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя и единственного участника должно толковаться против ответчиков, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность. Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

В ст. 64.2 ГК РФ установлено, что юридическое лицо считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо)

Согласно п. 1 ст. 21.1 Закона о регистрации юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

В силу п. 2 ст. 21.1 Закона о регистрации при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

Как следует из материалов дела, ООО «СК «ПОРТАЛ» исключено из ЕГРЮЛ на основании ст. 21.1 Закона о государственной регистрации, положения п. 2 которой аналогичны п. 1 ст. 64.2 ГК РФ, и положениях п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Суд первой инстанции, оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ,

пришел к выводу, что прекращение деятельности должника, имеющего неисполненные обязательства перед истцом, само по себя не создает достаточную для выполнения обязанности по доказыванию презумпцию недобросовестного и неразумного поведения ответчика

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку он основаны на нормах права и правильной оценке фактических обстоятельств. 

Доказательств того, что именно по вине ФИО3, в связи с осуществлением ею противоправных действий, направленных на причинение вреда обществу и его кредиторам, ООО «СК «ПОРТАЛ» не смогло исполнить обязательства перед ООО «СТРОЙМАСТЕР», а также того, что ответчик действовал недобросовестно и неразумно, предпринимал меры к уклонению от исполнения обязательств, решения суда, принятого в пользу истца, при наличии возможности такого исполнения, в деле отсутствуют.

При этом само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подп. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №306-ЭС19-18285 по делу №А65-27181/2018).

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «ПОРТАЛ» истец сослался, в том числе на не исполнение указанным лицом установленной п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанности по подаче в суд заявления о признании руководимого ею общества несостоятельным (банкротом).

Применительно к рассматриваемому случаю,  ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми истец связывает ответственность ответчика (неподача заявления о признании должника банкротом), настоящий спор должен быть разрешен с применением положений главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, которая вступила в законную силу с 30.07.2017). 

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника свидетельствует, по сути, о сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п.1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Согласно п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного п. 2 указанной нормы срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым п. 1 настоящей статьи.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности в соответствии равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного п.п. 2 - 4 ст. 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 указанного федерального закона.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В силу п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Как следует из материалов дела, ООО «СТРОЙМАСТЕР» связывает возникновение у ФИО3 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СК «ПОРТАЛ» банкротом с тем, что уже на конец 2017 года указанное лицо обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку имело задолженность перед истцом по договорам от 15.03.2016 №А/05/16, от 01.04.2016 №А/04/16, от 10.05.2016 №А/38/16, от 01.06.2016 №А/12/16, от 19.06.2016 №А/26/16, а также перед бюджетом по уплате налогов и сборов в размере 975 603 руб.

Вместе с тем, само по себе наличие задолженности перед кредиторами не свидетельствует о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а нарушение сроков погашения задолженности не свидетельствует об объективном банкротстве и безусловной обязанности руководителя обратиться в суд с таким заявлением.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Из материалов дела не усматривается, что в спорный период времени (конец 2017 года) у общества ООО «СК «ПОРТАЛ» имелась задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работникам выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством, на имущество предприятия не обращалось взыскание.

Даты формирования задолженности ООО «СТРОЙМАСТЕР» перед бюджетом истцом в своей заявлении не приведены, равно как и не представлены доказательства принятия налоговым органом принудительных мер к взысканию данной задолженности в досудебном или судебном порядках. 

При этом, несмотря на опубликование истцом сведений о намерении обратиться в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, налоговый орган своим правом на присоединение к его требованию не воспользовался, что, в отсутствие в материалах дела обратного, свидетельствует о погашении ООО «СК «ПОРТАЛ» имеющейся у него задолженности перед бюджетом в добровольном порядке. 

Каких-либо сведений о наличии у ООО «СК «ПОРТАЛ» в спорный период времени иных неисполненных обязательств перед другими контрагентами в материалы дела представлено не было. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что согласно данным бухгалтерского отчетности ООО «СК «ПОРТАЛ» баланс общества по состоянию на конец 2016 года составлял 210 620 тыс.руб., в том числе: 7 960 тыс.руб. оборотные активы, 95 тыс.руб – налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям; 194 414 тыс.руб. – дебиторская задолженность, 8 151 тыс.руб. финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов), при том, что кредиторская задолженность составляла 206 706 тыс.руб., нераспределенная прибыль – 3 712 тыс.руб. По состоянию на конец 2016 года чистая прибыль общества составила более 1 млн. руб., в течение названного периода общество получало в ходе своей хозяйственной деятельности денежные средства, рассчитывалось с поставщиками (подрядчиками) за сырье, материалы, работы, а также со своими работниками. Указанное свидетельствует о платежеспособности общества.

Сведения о бухгалтерском балансе ООО «СК «ПОРТАЛ» по состоянию на 31.12.2017 в материалах дела отсутствуют. 

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СК «ПОРТАЛ», 03.09.2018 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, ввиду отсутствия движения средств по счетам общества и непредставлении им отчетности в течение последних 12 месяцев.

Таким образом, по итогам 2017 года ООО «СК «ПОРТАЛ» отчетность в установленном порядке не сдавало, с учетом указанные выше критериев недействующего лица, следует признать, что данное общество фактически прекратило свою деятельность в конце 2017 года, доказательств прекращения деятельности в более ранний период отсутствуют.

Как указано ранее, ФИО3 являлась руководителем ООО «СК «ПОРТАЛ» и единственным участником общества с 07.07.2016.

Следовательно, как руководитель общества она не могла не знать о фактическом прекращении деятельности общества к концу 2017 года, об отсутствии в этой связи возможности погашения задолженности перед ООО «Строймастер», а значит, о наступлении объективного банкротства общества, с учетом чего у нее обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества не позднее 01.01.2018г. Иное из материалов дела не усматривается, ответчиком не доказано.

Такая обязанность ею не исполнена.

Между тем, как следует из судебных актов по делу № А60-33511/2018, представленных истцом договоров субподряда, заключенных между ООО «Строймастер» и ООО «СК «ПОРТАЛ», договорные отношения между ними возникли в период март-сентябрь 2016г., назваными договорами установлены сроки выполнения ООО «Строймастер» - в период июнь-декабрь 2016 года, акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 подписаны истцом в одностороннем порядке в период июнь 2016г. – май 2017г. Также из представленных истцом платежных поручений следует, что ООО «СК «ПОРТАЛ» (третьи лица по его поручению) ежемесячно (с 31.03.2016 по 03.11.2016) перечисляло истцу частичные платежи, общая сумма оплаты составила 11 948 086,90 руб., причем не в качестве авансов, а оплачивая фактические выполненные объемы, руководствуясь условиями п.9.1.8 представленных договоров субподряда. Соответственно, обязательства по оплате выполненных работ у ООО «СК «ПОРТАЛ» возникли в период не позднее мая 2017 года.

 Таким образом, вся задолженность ООО «СК «ПОРТАЛ» перед ООО «Строймастер» возникла до середины 2017 года, то есть до даты, когда руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества.

Следовательно, данная задолженность не подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности ответчика за неподачу заявления о признании руководимого ею общества несостоятельным (банкротом), а значит, отсутствуют основания для привлечения ФИО3 к такой ответственности.

Еще одним основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности истец указывал невозможность ООО «СК «ПОРТАЛ» полного удовлетворения требований кредитора.

В обоснование заявленных требований в указанной части заявитель сослался на следующие обстоятельства. 

В период возникновения задолженности перед ООО «СТРОЙМАСТЕР» по договорам от 15.03.2016 №А/05/16, от 01.04.2016 №А/04/16, от 10.05.2016 №А/38/16, от 01.06.2016 №А/12/16, от 19.06.2016 №А/26/16 ООО «СК «ПОРТАЛ» выполняло работы для ООО СК «Преображение» (ИНН 

<

***>) по заявкам на объекте «Жилой микрорайон в квартале улиц Чкалова-Академика Вонсовского – Амудсена – Карснолесья в 

<

...> очередь строительства. Секция 19.6», в подтверждение чего в материалы дела представлены акты от 10.04.2016 №1, от 22.04.2016 №2.

Согласно информации с сайта www.stroytek-dom.fu указанный выше объект был введен в эксплуатацию, следовательно, ООО «СК «ПОРТАЛ» должно было получить встречное удовлетворение за выполненные работы, за счет которого могли быть выполнены обязательства по оплате перед ООО «СТРОЙМАСТЕР». 

При этом ООО «СК «ПОРТАЛ» и ООО СК «Преображение» являются аффилированными по отношению друг к другу лицами, поскольку последнее фактически осуществляло финансирование деятельности ООО «СК «ПОРТАЛ».

Помимо этого, ООО «СК «ПОРТАЛ» также финансировалось рядом иных, помимо ООО «СК «Преображение», юридических лиц, фактическим бенефициаром которых также является ФИО6, в частности: обществом с ограниченной ответственностью «Залесье» (ИНН 

<

***>) и обществом с ограниченной ответственностью СК «КОНТИНЕНТ» (далее – ООО СК «КОНТИНЕНТ») (ИНН 

<

***>), что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами, а также данными из системы Контур.Фокус. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО СК «Преображение» (№А60-3147/2018) постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 ФИО6 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам указанного юридического лица. 

В период с 27.08.2013 до 06.07.2016 полномочия единоличного исполнительного органа ООО «СК «ПОРТАЛ» исполнял ФИО8, он же являлся единоличным участником (учредителем) данного общества в период с 27.08.2013 до 16.06.2016; кроме того, также на основании доверенности ФИО8 представлял интересы ООО СК «КОНТИНЕНТ» как главный инженер на комиссиях по проверке жилых объектов данного юридического лица, проводимых Департаментом государственного жилищного и строительного области надзора Свердловской области.

Вышеперечисленные обстоятельства, по мнению истца, подтверждают то, что ФИО6 фактически контролирован деятельность ООО «СК «ПОРТАЛ», в том числе, совместно с руководителем данного общества ФИО3 допустил сокрытие (непоступление) в его пользу встречного исполнения за работы, выполненные по заявкам ООО «СК «Преображение» на объекте «Жилой микрорайон в квартале улиц Чкалова-Академика Вонсовского – Амудсена – Карснолесья в 

<

...> очередь строительства. Секция 19.6», что свидетельствует о совершении ими действий, направленных на сокрытие и вывод активов ООО «СК «ПОРТАЛ».

В ранее действовавшем п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ содержалось положение о том, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в актуальной редакции, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам ст. 61.11 Закона о банкротстве также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12 указанной статьи).

В соответствии с п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как указывалось выше, в качестве действий, которые, по мнению истца, привели к невозможности удовлетворения задолженности перед ним, 

последний указывал на совершение ФИО3 совместно с фактическим бенефициаром ООО «СК «ПОРТАЛ» ФИО6 действий по сокрытию активов ООО «СК «ПОРТАЛ», что выразилось в неполучении оплаты за работы, выполненные по заявкам аффилированного по отношению к нему лица - ООО «СК «Преображение» на объекте «Жилой микрорайон в квартале улиц Чкалова-Академика Вонсовского – Амудсена – Карснолесья в 

<

...> очередь строительства. Секция 19.6».

Вместе с тем, в процессе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции не представлено никаких доказательств того, что имеющаяся непогашенная задолженность перед истцом и причины ее образования были каким-либо образом связаны с действиями (бездействием) ФИО3

В материалах дела отсутствуют доказательства, доказательства наличия умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения обязательства перед ООО «СК «ПОРТАЛ», дачи ФИО3 указаний, направленных на причинение вреда кредитору, равно как и не представлено доказательств влияния ФИО6 на принятие ключевых решений по финансово-хозяйственной деятельности ООО «СК «ПОРТАЛ», которые привели к прекращению деятельности общества и, как следствие, невозможности погашения требований ООО «СТРОЙМАСТЕР» в полном объеме.

Помимо этого, в материалы дела также не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о нахождении ООО «СК «ПОРТАЛ» и ООО «СК «Преображение» в отношениях юридической или фактической аффилированности, равно как и вхождение ООО «СК «ПОРТАЛ» в одну группу лиц с ООО «СК «Преображение», подконтрольную ФИО6, создание указанным лицом модели бизнеса с выделением центров прибылей и генерации убытков, перевод в преддверии ликвидации ООО «СК «ПОРТАЛ» активов предприятия на иное контролируемое юридическое лицо, присвоение в свою пользу значительной части поступающей в адрес должника выручки и тому подобные противозаконные действия.

Из представленных истцом данных сервиса Контур.Фокус, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по делу № А60-3147/2018 следует, что в список «ближайшие связи» в отношении ООО «СК «ПОРТАЛ» отнесено, в том числе ООО СК «КОНТИНЕНТ», руководителем и участником которого до 05.03.2015 являлся ФИО6; он же является контролирующим лицом ООО «Залесье», ООО СК «Преображение, однако, среди лиц, имеющих с данными обществами ближайшие связи,  ООО «СК «ПОРТАЛ» не значится.

В названном постановлении апелляционного суда о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательства ООО СК «Преображение» какие-либо упоминания об ООО «СК «ПОРТАЛ» отсутствуют, равно как и выводы о вхождение последнего в подконтрольную ФИО6 группу лиц.

Из данных сервиса Контур.Фокус в отношении ООО «СК «ПОРТАЛ» не представляется возможным установить характер связи с ООО СК «КОНТИНЕНТ», но период подконтрольности последнего ФИО6, а также еще двух обществ, обозначенных как связанные с должником, частично совпадает с периодов участия и руководства обществом «СК «ПОРТАЛ» ФИО8, с учетом чего возможно предположить такую связь через него, но он не являлся ни руководителем, ни участником каких-либо иных обществ наряду либо в сопряженный с периодом участия и руководства в них ФИО6 

В данных Контур.Фокус в отношении ООО СК «КОНТИНЕНТ» действительно содержатся сведения о том, что ФИО8 являлся представителем данного общества в ходе проверки Департаментом государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области, как главный инженер, по доверенности, но такая проверка проводилась 28.11.2017, то есть спустя значительный период после выхода его из участников и состава руководства  ООО «СК «ПОРТАЛ».

Наличие хотя бы косвенных свидетельств пересечения корпоративных связей ФИО3 и ФИО6 из материалов дела не усматривается.

Факт того, что названные лица производили платежи в пользу третьих лиц в счет погашения обязательств ООО «СК «ПОРТАЛ» об аффилированности или взаимосвязанности указанных лиц свидетельствовать не может, поскольку из представленных в материалы дела платежных поручений следует, что в счет погашения обязательств ООО «СК «ПОРТАЛ» совершались платежи иными лицами, при том, что погашение имеющихся взаимных обязательства путем получения денежных средств в порядке ст. 313 ГК РФ является нормальной деловой практикой.

При таком положении следует признать, что взаимосвязь между ООО «СК «ПОРТАЛ», ООО СК «Преображение» ООО СК «КОНТИНЕНТ» обусловлена исключительно договорными отношениями в рамках строительства, в частности, на объекте «Жилой микрорайон в квартале улиц Чкалова-Академика Вонсовского – Амудсена – Карснолесья в 

<

...> очередь строительства. Секция 19.6».

Имеются основания полагать, что перечисления за ООО «СК «ПОРТАЛ» в адрес истца производились в связи с этими правоотношениями. Практика оплаты заказчиком либо генеральным подрядчиком/подрядчиком напрямую субподрядчику, фактически выполнившему работы на объекте строительства, является распространенной практикой. Сам по себе такой порядок расчетов не подтверждает наличие отношений подконтрольности ООО «СК «ПОРТАЛ» данным плательщикам в том смысле, который определяется положениями Закона о банкротстве.

Как следует из имеющейся в материалах дела выписки по расчетному счету ООО «СК «ПОРТАЛ» денежные средства на него в заявленный истцом период его взаимоотношений с данным обществом не поступали. Следовательно, оснований полагать, что ответчик распорядилась недобросовестно поступившими в оплату выполненных работ денежными средствами, не имеется. Данное обстоятельство также не  свидетельствует об отсутствии оплаты со стороны генерального подрядчика либо заказчика, поскольку, как установлено ранее, последними во взаимоотношениях в ООО «СК «ПОРТАЛ» практиковались расчеты с субподрядчиками напрямую этого общества. Такой порядок оплаты, взаимозачеты, которые активно используются для расчетов при строительстве, не могут быть признаны недобросовестным поведением участвующих в них лиц, в том числе ответчика. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что ООО «СТРОЙМАСТЕР» не доказан факт совершения ООО «СК «ПОРТАЛ» под руководством ФИО3 противоправных действий, которые могли причинить существенный вред финансовому положению должника, а, следовательно, и имущественным правам истца, поскольку неполученные от ООО «СК «Преображение» денежные средства могли быть направлены на погашение требований ООО «СТРОЙМАСТЕР».

Таким образом, при тех доказательствах, которые имеются в материалах дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии в данном случае совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании п.4 ст.10, ст. 61.11 Закона о банкротстве за доведение ООО «СК «ПОРТАЛ» до банкротства (невозможность полного удовлетворения требований кредитора), поскольку не доказан состав правонарушения, включающего в себя вину ответчика и наличия причинно-следственной связи между действиями руководителя и банкротством должника.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о необоснованном отклонении судом ходатайства об истребовании доказательств у конкурсного управляющего ООО «СК «Преображение» ФИО5 договоров подряда и актов выполненных работ с ООО «СК «ПОРТАЛ» за период с 15.03.2016 (дата начала договорных отношений ООО «СТРОЙМАСТЕР» и ООО «СК «ПОРТАЛ» в рамках договора субподряда от 15.03.2016 №А/05/16 в отношении объекта «Жилой микрорайон в квартале улиц Чкалова-Академика Вонсовского – Амундсена – Краснолесья в 

<

...> очередь строительства секция 19.6.») по 25.12.2018 (дата прекращения деятельности ООО «СК «ПОРТАЛ» согласно сведениям из ЕГРЮЛ, а также сведения о взаиморасчетах по таким договорам, что, лишило заявителя реализации права на доказывание, апелляционным судом приняты быть не могут.

Согласно п. 4 ст. 66 АПК РФ арбитражный суд вправе истребовать доказательство от лица, у которого оно находится, по ходатайству лица, участвующего в деле и не имеющего возможности самостоятельно получить это доказательство.

В соответствии с ч. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Из сказанного следует, что ходатайство об истребовании доказательства подлежит удовлетворению только в том случае, если обозначенные в таком ходатайстве обстоятельства, которые могут установлены в результате исследования соответствующего доказательства, входят в круг обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего дела, а установление данных обстоятельств без них невозможно.

Как установлено ранее, рассмотрев ходатайство ООО «СТРОЙМАСТЕР» об истребовании доказательств, суд первой инстанции, учитывая, что при обращении с данным ходатайством истец не обосновал суду и не представил доказательства невозможности самостоятельного получения истребуемых доказательств, правомерно отказал в его удовлетворении.

Кроме того, отказ суда в истребовании дополнительных доказательств не является процессуальным нарушением, являющимся основанием для отмены судебного акта.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции допущено не было. 

В связи с изложенным, следует признать, что оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства права, сделанные в нем выводы - обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. 

При отмеченных обстоятельствах, обжалуемое решение отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 14 декабря 2021 года по делу № А60-38218/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

 

М.А. Чухманцев