ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-61559/2023

06 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

Постановление изготовлено в полном объеме  06 декабря 2023 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  Горбачева О.В.

 

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-35235/2023) ИП ФИО1 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.10.2023 по делу № А56-61559/2023(судья Кожемякина Е.В.), рассмотренному в порядке упрощенного производства, принятое 

по иску PUMA SE (Пума СЕ) 

к ИП ФИО1 

о взыскании,  

 

установил:

PUMA SE (Пума СЕ, 91074 Херцогенаурах, Германия, далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к индивидуальному предпринимателю Насирову Илкину Эльшаду Оглы (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее - ответчик)  о взыскании компенсации в сумме 100 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарные знаки NN 480105, 480708, 582886, 437626; 234,64 рублей почтовых расходов, 250 рублей расходов на получение выписки из ЕГРИП, 1710 рублей расходов на приобретение товара.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Решением суда первой инстанции в виде резолютивной части от 31.08.2023 требования Истца удовлетворены.

05.10.2023 судом составлен мотивированный текст решения.

В апелляционной жалобе Ответчик, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы ее податель ссылается на необоснованный размер компенсации, несоответствия определенной судом компенсации требованиям разумности и справедливости.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам в соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Компания PUMA SE (Пума СЕ) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ - в том числе сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы:

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 480105;

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 480708;

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 582886;

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 437626.

Правообладателем был установлен факт предложения к продаже и продажи товаров по адресу: 

<

...>. По указанному адресу предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками N 480708, N 582886, N 437626, N 480105, а именно:

- спортивный костюм с изображением пумы белого цвета и надписью PUMA белого цвета стоимостью 1710 рублей.

В указанной торговой точке истцом осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного товарными знаками, что подтверждается кассовым чеком от 09.04.2023 № 0086.

Процесс осмотра торговой точки и закупки товара фиксировался посредством ведения видеозаписи на основании статей 10, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Исходя из информации, указанной на кассовом чеке, лицом, осуществляющим реализацию индивидуализированной товарными знаками продукции, является ИП ФИО1 ФИО2 (ИНН: 

<

***>).

В связи с выявленными фактами нарушения исключительных прав истцом в порядке досудебного урегулирования спора ответчику была направлена претензия, которая оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Неисполнение претензионных требований истца послужило основанием для обращения в арбитражный суд.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта нарушения ответчиком исключительного права истца на объекты интеллектуальной собственности, обоснованности размера компенсации, подтверждения размера судебных расходов.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки являются результатом интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно пункту 1 статьи 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного введения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 156 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

В силу вышеизложенных норм юридически значимыми обстоятельствами для разрешения настоящего спора является установление принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки, указанные в иске, факт предложения к продаже и реализации ответчиком спорного товара с признаками контрафактности, а также подтверждение ответчиком легальности происхождения спорного товара.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Часть 1 статьи 75 АПК РФ предусматривает, что письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Часть 2 статьи 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном данным Кодексом.

Материалами дела подтверждено, что истец является правообладателем исключительных прав на товарный знак N 480105, 480708, 582886, 437626, ответчиком данный факт не оспорен.

Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком в результате продажи без согласия правообладателя товаров, подтверждается материалами дела, а именно:

- видеозаписью реализации товара в торговой точке ответчика;

- кассовым чеком, содержащим сведения о продавце товара, цене товара (1710 рублей), дате продаже, адресе торговой точки ответчика, наименованием и ИНН продавца;

- фотографией приобретенного товара (спортивный костюм).

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет". Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правовыми актами не установлен, то представленные истцом товарный чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения и лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям статей 67, 68 АПК РФ, предъявляемым к доказательствам по делу.

Видеозапись покупки отображает внутренний вид торговой точки ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс оплаты, выдачу чека. На видеозаписи отображается содержание чека, соответствующего приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющимся в материалах дела.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует норме статьи 14 ГК РФ в ее взаимосвязи с частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной отсутствуют. Она соответствует критериям относимости (статья 67 АПК РФ), допустимости (статья 68 АПК РФ) и достоверности (пункт 2 статьи 71 АПК РФ).

Ответчик достоверность отраженных в видеозаписи сведений не опроверг, о фальсификации видеозаписи не заявил; не представил доказательств того, что указанная в видеозаписи торговая точка не имеет к нему отношения.

С учетом изложенного, судом первой инстанции обоснованно принята в качестве надлежащего доказательства видеозапись покупки спорного товара.

Представленный в материалы дела чек содержит необходимые реквизиты, ИНН предпринимателя, стоимость покупки, отвечает требованиям статей 67 и 68 АПК РФ, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Наличие конкретных реквизитов в чеке не зависит от волеизъявления покупателя. Соответственно, отсутствие в кассовом чеке дополнительных реквизитов, характеризующих продаваемый товар, не влечет каких-либо отрицательных последствий для покупателя в части подтверждения факта покупки данного товара у поименованного в чеке продавца.

Следовательно, ненадлежащее заполнение бланков расчетных документов Ответчиком влияет только на его административную ответственность, связанную с налоговым законодательством, и законодательством в сфере защиты прав потребителей, и не может влиять на факт реализации товара покупателю, и иметь для покупателя какие-либо негативные последствия.

Таким образом, указанные доказательства подтверждают факт реализации ответчиком товара.

Совокупность необходимых условий для установления факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на средства индивидуализации - товарные знаки N 480708, N 582886, N 437626, N 480105 по делу установлена.

Ответчик ставит под сомнение контрафактность приобретенного у него товара (костюм), ссылаясь на то, что экспертное заключение, представленное в материалы дела, не подтверждает низкое качество товара. При этом, поддерживая свою позицию о том, что реализуемый ответчиком товар является оригинальным, предприниматель не представляет соответствующих документов и разрешений на продажу, выданных правообладателем товарного знака.

Из пункта 162 Постановления N 10 следует, что согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Исследовав реализованный ответчиком товар, суд первой инстанции на основании представленных в материалы дела доказательств, пришел к обоснованному выводу о доказанности факта продажи ответчиком товара, нарушающего исключительные права истца, без заключения договора с правообладателем.

Доводы ответчика о том, что в рассматриваемом случае допущено нарушение только  в отношении одного товарного знака отклоняются апелляционным судом.

Как следует из материалов дела  на реализованном  предпринимателем товаре  нанесено изображение пумы в прыжке белого цвета и надписью PUMA белого цвета.

При этом, истцу принадлежат права на товарные знаки:

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 480105 ("Пума в прыжке");

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 480708 ("Пума в прыжке" и словесного элемента "PUMA");

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 582886 ("Пума в прыжке" и словесного элемента "PUMA");

зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 437626 (словесный элемент «PUMA»).

Поскольку на приобретенном товаре  имеются изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками NN 480105, 480708, 582886, 437626,  со стороны  ответчика допущено нарушение исключительных прав истца на 4 товарных знака.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Товарные знаки составляют группу (серию), если отвечают в совокупности следующим критериям: зависимы друг от друга; связаны между собой наличием одного и того же доминирующего элемента; имеют фонетическое и семантическое сходство; между знаками существуют незначительные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков.

При этом под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент. Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение. Вместе с тем, для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках.

Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение.

Для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках.

В настоящем случае, суд апелляционной инстанции оценив  товарные знаки, правообладателем которых является  истец, приходит к выводу о том, что товарные знаки N 480105, 480708 и N 582886, относительно которых заявляются требования, связаны доминирующим графическим элементом - изображением "пума в прыжке", товарные знаки N  480708, 437626 и N 582886, связаны  доминирующим словесным элементом  надписью "PUMA".

При этом, поскольку товарные знаки N 480105 и № 437626 не связаны  ни графическим элементом - изображением "пума в прыжке",  ни доминирующим словесным элементом  надписью "PUMA",   серией товарных знаков признается  три  и более товарных знаков, в рассматриваемом случае  апелляционный суд не находит оснований для признания товарных знаков  серией и выводы о том, что ответчиком допущено одно  нарушение.

В соответствии со статьями 1252, 1515 ГК РФ обладатели исключительных прав на товарные знаки вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от 10 000 рублей до 5 000 000 в рублей, определяемой по усмотрению суда, исходя из характера нарушения либо 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. Указанная мера применяется по выбору обладателя прав на товарные знаки вместо возмещения убытков.

Как следует из пункта 59 Постановления N 10, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки N 480708, N 582886, N 437626, N 480105 в размере 100 000 рублей, определяемом в размере от 10 000 рублей до 5 000 000 рублей, по усмотрению суда.

Из пункта 62 Постановления N 10 следует, что, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных абзацем вторым пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд устанавливает сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Заявляя о взыскании компенсации в размере 100 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарные знаки N 480708, N 582886, N 437626, N 480105 (25 000 рублей за каждый товарный знак), истец ссылается на известность продукции истца на рынке; высокой степени общественной опасности; объема реализуемой ответчиком продукции, индивидуализированной товарными знаками; низкой цены реализуемых ответчиком товаров, нарушение действиями ответчика исключительных прав истца на несколько товарных знаков; высокую степень репутационного ущерба истца в результате продажи контрафактной низкокачественной продукции, маркированной спорными обозначениями; степень вины ответчика.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела, считает, что при удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации в сумме 100 000 рублей, судом первой инстанции не учтено следующее.

Штрафной характер компенсации наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Какое-либо существенное обоснование наличия у истца убытков в заявленном для компенсации размере в материалы дела не представлено.

Так, сама по себе известность публике товарного знака подлежит оценке наряду с обстоятельствами нарушения.

Судом первой инстанции не учтено, что стороны не конкурируют на одном и том же рынке (нарушитель реализует очевидно неоригинальные контрафактные товары спортивного престижного бренда и продает их совершенно иному классу потребителей, чем те, кто покупает подлинное изделие); доказательств того, что правообладатель из-за контрафактных товаров напрямую теряет клиентов, готовых купить оригинальную продукцию, не представлено.

Из представленного истцом заключения следует, что в реализованной ответчиком продукции Китайского производства имеются различия с оригинальной продукции, выпускаемой под брендом истца, при этом учитывая низкую стоимость товара (стоимость оригинальной куртки от 13 000 рублей), обычный потребитель понимает, что покупает товар не у правообладателя, в связи с чем не мог быть введен в заблуждение относительно свойств и качества товара.

Доказательств того, что правообладатель из-за контрафактных товаров напрямую теряет клиентов, готовых купить оригинальную продукцию, не представлено.

Оценив указанные обстоятельства, в рассматриваемом случае апелляционный суд принимает во внимание, что одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, учитывает характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, исходя из того, что ранее не было истцом заявлено ответчику требование о прекращении нарушения и изъятии контрафактного товара из продажи, изображений спорных товарных знаков на товаре, с учетом принципов разумности и справедливости, соразмерности требуемой истцом суммы компенсации последствиям совершенного ответчиком нарушения.

На основании изложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае с ответчика подлежит взысканию компенсации в сумме 40 000 рублей (10 000 за каждый товарный знак). Указанный размер компенсации полностью отвечает требованиям размерности и справедливости.

При этом, апелляционный суд не находит оснований для снижения размера компенсации ниже низшего предела по следующим основаниям.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, от 24.07.2020 N 40-П отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность совершенному правонарушению, а также соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

правонарушение совершено впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер.

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Следовательно, о необходимости снижения размера компенсации ответчик обязан заявить при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

В рассматриваемом случае ответчиком в суд первой инстанции мотивированное заявление снижении размера компенсации ниже низшего предела заявлено не было, что исключает возможность соответствующего снижения.

Кроме того, само по себе превышение размера истребуемой истцом компенсации над стоимостью товара не является безусловным критерием для снижения компенсации. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 17.07.2020 N С01-703/2020 по делу N А41-100632/2019.

Следовательно, основания для снижения размера компенсации за допущенные нарушения исключительных прав истца на четыре спорных товарных знаков ниже низшего предела по вышеприведенным основаниям отсутствуют.

Доводы о наличии в действиях истца признаков злоупотребления подлежат отклонению.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доводов, очевидно свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчиком не приведено, в то время как само по себе обращение за защитой исключительного права не является злоупотреблением права.

В соответствии с частью 1 статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Стоимость приобретенного истцом контрафактного товара подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком, в связи с чем также подлежат распределению.

В силу статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу арбитражным судом разрешаются вопросы распределения судебных расходов.

Как указывается в постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 N 46-П, согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П и от 24 июля 2020 года N 40-П при принятии судом решения о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными.

Истец просил взыскать компенсацию, превышающую ее минимальный размер (то есть более 10 000 руб. за допущенные нарушения), соответственно пропорциональное распределение расходов, с учетом указанных выше разъяснений Конституционного Суда РФ, подлежит определению в части требований, превышающих 10 000 рублей за каждое нарушение

Таким образом, судебные расходы по уплате государственной пошлины, приобретению у ответчика спорного товара, почтовых расходов, а также расходов по получению выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика подлежат удовлетворению пропорционального размеру удовлетворенных требований.

На основании изложенного решение суда первой инстанции подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.10.2023 по делу N А56-61559/2023 изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

Исковые требования PUMA SE (Пума СЕ), Германия удовлетворить частично.

Взыскать с ИП Насирова Илкина Эльшада Оглы (ОГРНИП: 

<

***>) в пользу PUMA SE (Пума СЕ), Германия компенсацию за нарушение исключительных прав:

10 000 руб. компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак N 480105;

10 000 руб. компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак N 480708;

10 000 руб. компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак N 582886;

10 000 руб. компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак N 437626;

1600 руб. судебные расходы на оплату госпошлины, 684 руб. расходы на приобретение спорного товара, 93,86 руб. почтовые расходы, 100 руб. на получение выписки из ЕГРЮЛ.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия.

 

Судья

 

О.В. Горбачева