АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов,  

вступивших в законную силу 

г. Калуга 

«09» июня 2025 года Дело № А68-12498/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена «03» июня 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме «09» июня 2025 года  

Арбитражный суд Центрального округа в составе: 

председательствующего судьи Серокуровой У.В. судей Коровушкиной Е.В.,  

 ФИО1, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Суровой Т.П. при участии в судебном заседании: 

от общества с ограниченной ответственностью «Торговая ФИО2»: представитель ФИО3 по доверенности от 23.01.2025,  

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб- конференции (в режиме онлайн-заседания) кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговая ФИО2» на решение Арбитражного суда Тульской области от 29.10.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2025 по делу № А68-12498/2023,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Торговая ФИО2» (далее - истец, ООО «ТК ФИО4») обратилось в Арбитражный суд Тульской области с иском о взыскании с ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик), ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик), ФИО7 (далее – ФИО7, ответчик) солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Крепость» (далее - ООО «Крепость», должник) убытков в размере 220447,18 руб. (с учетом уточнения предмета иска в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО8  

Анатольевна, ФИО9 (далее – третьи лица).  

Решением Арбитражного суда Тульской области от 29.10.2024, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2025, в удовлетворении иска отказано.  

Истец обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить состоявшиеся судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Полагает, что суды неверно возложили бремя доказывания недобросовестности ответчиков на истца, не оценили представленные истцом документы, из которых следует вывод о недобросовестности поведения ответчиков, знавших о наличии задолженности перед истцом и не исполнивших обязанность по оплате товара перед истцом.  

В судебном заседании суда округа представитель ООО «ТК ФИО4» поддержал доводы кассационной жалобы.  

Ответчики и третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в судебное заседание суда округа не направили, отзывов не представили. Судебная коллегия считает возможным провести судебное заседание в порядке ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей указанных лиц.  

Проверив в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, суд кассационной инстанции считает, что выводы арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, положенные в основание принятых судебных актов, сделаны без учета требований закона и оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, ООО «Крепость» было зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 05.03.2014 на основании решения единственного участника ФИО7  

28.01.2016 между ООО «ТК ФИО4» и должником – ООО «Крепость» - был заключен договор поставки алкогольной продукции № 131 АВ.  

За период с 29.01.2016 по 29.05.2019 осуществлены отгрузки алкогольной продукции на общую сумму 8957307,20 руб., что подтверждается сведениями ЕГАИС.  

На 31.03.2019 образовалась задолженность за поставленную истцом должнику алкогольную продукцию, в том числе и просроченная, в общем размере 653113,08 руб. Просроченная задолженность была оплачена.  

По данным ЕГАИС установлено, что алкогольная продукция, поставленная истцом 29.05.2019 на суммы 153804,24 руб., 47065,86 руб., 12313,08 руб. была получена ООО «Крепость» 31.05.2019 в период, когда генеральным директором  

являлся ФИО7, частично реализована юридическим лицам, подконтрольным ФИО7, а именно: 168 единиц (все реализованы (проданы) конечным потребителям) - в ООО «Градус широты душевной», ИНН 

<

***> (ликвидировано 23.03.2023), - 259 единиц (все реализованы (проданы) конечным потребителям) - в ООО «Луч», ИНН 

<

***> (исключено из ЕГРЮЛ 10.11.2023) и 147 единиц (все реализованы (проданы) конечным потребителям) - в ООО «Магазин № 64», ИНН 

<

***>.  

Согласно протоколам запроса из ЕГАИС от 29.07.2024 и 30.07.2024 фактически вся алкогольная продукция, полученная от ООО «ТК ФИО4», реализована в розницу, за исключением нескольких единиц алкогольной продукции (порча (списание) - 5 единиц и остатки на складе ООО «Крепость» - 5 единиц). Поступления на расчетные счета денег в качестве оплаты за поставленную алкогольную продукцию ООО «Крепость» от ООО «Градус широты душевной», ООО «Луч» и ООО «Магазин № 64» - незначительны.  

Деятельность ООО «Крепость» фактически не велась. Последняя бухгалтерская и налоговая отчетность ООО «Крепость» сданы за 2019 год.  

ООО «ТК ФИО4» обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к ООО «Крепость» о взыскании просроченной задолженности в период, когда генеральным директором являлся ФИО6  

При рассмотрении дела № А41-87185/2019 суд установил, что истцом поставлен ответчику товар на сумму 213183,18 руб. по товарным накладным от 29.05.2019 № УТ000004182, № УТ 000004210, № УТ000004183, которые подписаны от имени ответчика экспедитором по доверенности ООО «Крепость» от 29.05.2019 № 909.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 04.03.2020 по делу № А41-87185/2019 иск ООО «Торговая ФИО2» к ООО «Крепость» удовлетворен полностью, взысканы судебные расходы. Общая присужденная судом по указанному делу сумма составила 220447,18 руб. Решение суда вступило в законную силу 06.04.2020.  

21.03.2022 Арбитражный суд Московской области выдал взыскателю исполнительный лист.  

Указывая на неисполнение ООО «Крепость» обязательств по оплате стоимости поставленного товара и наличие у последнего задолженности, которая не была оплачена ни в добровольном порядке, ни по решению арбитражного суда, истец обратился с настоящим иском к бывшим руководителям и участникам ООО «Крепость».  

Отказывая в удовлетворении иска, суды двух инстанций исходили из того, что наличие у ООО «Крепость», впоследствии исключенного в административном порядке из ЕГРЮЛ, непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным доказательством вины ответчиков (участников и руководителей общества) в неуплате указанного долга и не свидетельствует о недобросовестном или неразумном их поведении, повлекшем неоплату долга. Суды посчитали, что бремя доказывания признаков недобросовестности или неразумности поведения контролирующих должника лиц возложено законом на  

истца, то есть - ООО «ТК ФИО4».  

 Однако судами двух инстанций не учтено следующее. 

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.  

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление Пленума № 53).  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (аналогичная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637).  

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11  

Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» (далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П), если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.  

Эта правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку на момент разрешения спора судом первой инстанции ООО «Крепость» было исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о нем как о лице, в отношении которого внесена запись о недостоверности в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».  

Как отражено в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П, необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения юридического лица из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении данными контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.  

Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации сформирована правовая позиция, согласно которой участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами фактически недействующего юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована  

реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.  

Основанием субсидиарной ответственности контролирующих лиц является доведение должника по основному обязательству до такого имущественного положения, при котором осуществление расчетов с кредиторами в полном объеме стало невозможным, притом, что кредиторы оказались лишены возможности удовлетворения своих требований в рамках процедуры ликвидации юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ как фактически недействующего, либо в процедуре банкротства.  

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.  

Кредитор, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам фактически недействующего юридического лица, должен доказать следующие обстоятельства:  

1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица; 

2) наличие у должника признаков фактически недействующего юридического лица;  

3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц), привлеченных в качестве ответчиков;  

4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.  

Кредитор вправе доказать и большее, однако, как правило, совокупность указанных признаков уже достаточна для возложения на ответчиков обязанности по доказыванию обстоятельств, опровергающих наличие оснований для их ответственности, поскольку сокрытие контролирующим лицом сведений о причинах неисполнения подконтрольным лицом денежного обязательства предполагает его интерес в укрывании собственных противоправных деяний, повлекших невозможность погашения требований кредитора (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2025 № 308-ЭС24-21242, от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091, от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865 и другие).  

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности  

исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.  

Иное, то есть получение в деле по заявлению кредитора преимущества в виде освобождения от ответственности в результате недобросовестного процессуального поведения контролирующего должника лица, которое в силу своего положения способно оказывать существенное влияние на деятельность общества и обязано при возникновении признаков банкротства действовать с учетом интересов кредиторов, вступало бы в противоречие с принципом справедливости (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).  

Несмотря на то, что приведенный подход к распределению бремени доказывания обстоятельств дела по искам о привлечении к субсидиарной ответственности, предъявляемым в связи с фактическим прекращением деятельности должника без осуществления расчетов с кредиторами, неоднократно высказывался в кассационной практике Верховного Суда Российской Федерации и аналогичная позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации, судами двух инстанций при рассмотрении настоящего дела в нарушение требований процессуального закона обязанность по доказыванию обстоятельств дела распределена противоположным образом (аналогичная правовая позиция отражена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2024 № 304-ЭС24-19908, от 16.04.2025 № 305-ЭС24-24042, от 25.04.2025 № 307-ЭС24-22013, от 30.05.2025 № ЭС24-24568).  

В рассматриваемом деле истец подтвердил: 1) наличие задолженности ООО «Крепость» перед ООО «ТК ФИО4», сославшись на вступивший в законную силу судебный акт; 2) факт исключения должника из ЕГРЮЛ; 3) контроль над должником со стороны ответчиков; 4) отсутствие содействия бывших руководителей и участников в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.  

Более того, практически все доказательства по делу о деятельности должника и контролирующих его лиц - выписки по банковским счетам, протоколы ЕГАИС, сведения по исполнительным производствам, выписки из ЕГРЮЛ, бухгалтерская отчетность должника - представлены в материалы дела истцом или истребованы судом по ходатайству истца (л.д. 43-200 т.1; л.д. 48-158 т. 2; л.д. 1-176 т.3; л.д. 1-186 т.4; л.д. 1-180 т.5; л.д. 1-79 т.6).  

Ответчики ФИО6 и ФИО5 представили формальные отзывы на иск, в которых лишь обвинили истца в бездействии по «истребованию» денег с должника; полностью переложили бремя доказывания на истца и не представили никаких документов в обоснование своего добросовестного поведения; не отразили каких-либо причин, объективно  

препятствовавших им оплатить истребуемую истцом задолженность, при этом на представленные истцом документы никак не отреагировали; в судебных заседаниях не участвовали ни лично, ни через представителей (л.д. 11-14, 68-69 т.7).  

Ответчик ФИО7 также представил формальный отзыв на иск с переложением бремени доказывания на истца, не отражая при этом причин неоплаты задолженности. Кроме того, ФИО7 указал, что за 2019 год ООО «Крепость» получило 319669000 руб. прибыли, однако, не обосновал, почему не оплачен несоразмерно небольшой по сравнению с суммой прибыли долг пред ООО «ТК ФИО4», возникший в этом же году - 2019 (л.д.22-24, т.7).  

Пассивность процессуальной позиции ответчиков выражается также в непредставлении отзывов на кассационную жалобу в суд округа.  

Истец обращал внимание на то, что с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) ООО «ТК ФИО4» не могло обратиться, поскольку размер задолженности не соответствовал (был меньше) установленному размеру действующей в спорный период редакцией Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - 300000 руб.  

Истец также обращал внимание судов на недобросовестность поведения ответчиков в том, что они фактически не вели финансово-хозяйственную деятельность организации (не выплачивали зарплат, не платили налогов и страховых взносов); поступавшие от подконтрольных ФИО7 юридических лиц деньги перечислялись в счет погашения банковских кредитов, а товарные остатки алкогольной продукции на сумму более 100 миллионов рублей – исчезли. Истец утверждал и представлял соответствующие документы в обоснование того, что конечным бенефициаром должника всегда оставался ФИО7, несмотря на юридическое оформление смены учредителей ООО «Крепость».  

Установив факт реализации полученной от истца алкогольной продукции юридическим лицам, подконтрольным ФИО7, получение последними денежных средств за эту продукцию посредством реализации конечным потребителям, а также последующую скорую ликвидацию подконтрольных ФИО7 организаций, суды не дали данным обстоятельствам надлежащей правовой оценки.  

Вывод судов о вине истца в части пропуска срока предъявления исполнительного листа к основному должнику и утраты в связи с этим возможности реализовать право на предъявление требования к субсидиарным должникам является ошибочным, поскольку судами не учтено, что получение истцом исполнительного листа по делу № А41-87185/2019 только 21.03.2022 связано с тем, что первоначально исполнительный лист был ошибочно направлен Арбитражным судом Московской области в адрес должника - ООО «Крепость». Кроме того, истец обращал внимание судов и представил соответствующее подтверждение тому, что предыдущие исполнительные производства в отношении ООО «Крепость» были окончены судебным  

приставом-исполнителем с извещением взыскателей о невозможности взыскания в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях (п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве») (л.д. 158 т.2).  

 Однако ни доводы истца, ни представленные им доказательства не получили надлежащей правовой оценки судов двух инстанций с учетом предмета и оснований заявленного иска.  

Судам надлежало рассмотреть вопрос о перераспределении бремени доказывания, имея в виду неравные - в силу объективных причин - процессуальные возможности истца и ответчика, неосведомленность кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для подтверждения оснований привлечения к субсидиарной ответственности.  

Приведенные положения законодательства, определяющие основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров не были учтены судами.  

При таких обстоятельствах, выводы судов двух инстанций об отсутствии виновных действий со стороны ответчиков, о добросовестном поведении руководителей и участников ООО «Крепость» по отношению к ООО «ТК ФИО4» противоречат материалам дела.  

Безосновательно отклонив доводы истца и приняв ничем не подтвержденную позицию ответчиков, суды первой и апелляционной инстанции не обеспечили равную судебную защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле (часть 2 статьи 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Однако такая обязанность не является безграничной. Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с частью 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом судебные акты должны быть законными, обоснованными и мотивированными.  

Судебный акт является законным и обоснованным, если в нем изложены все имеющие значение для дела обстоятельства, всесторонне и полно  

выясненные в судебном заседании, и приведены доказательства в подтверждение доводов об установленных обстоятельствах дела, правах и обязанностях сторон.  

Статья 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.  

Однако судами было допущено нарушение указанных норм материального и процессуального права, закон применен неверно, существенные для разрешения спора обстоятельства не установлены, выводы об установлении обстоятельств противоречат материалам дела, в связи с чем принятые по делу судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное в мотивировочной части настоящего постановления, дать правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и доказательствам, представленным ими в материалы дела, разрешить спор по существу, приняв законное и обоснованное решение.  

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговая ФИО2» удовлетворить.  

Решение Арбитражного суда Тульской области от 29.10.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2025 по делу № А68-12498/2023 отменить. Направить дело № А68-12498/2023 на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тульской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев.  

Председательствующий У.В. Серокурова  

Судьи Е.В. Коровушкина  

ФИО1