СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12239/2022(3)-АК

Дело № А60-1252/2022

29 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чепурченко О. Н.,

судей                                 Темерешевой С.В., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в режиме веб-конференции посредством использование информационной системы Картотека арбитражных дел:

от финансового управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 02.05.2023;

ФИО4, паспорт; его представитель – ФИО5, паспорт, доверенность от 30.11.2022,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 мая 2023 года об отказе в удовлетворении требования ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника 2 186 817,34 руб.,

вынесенное в рамках дела № А60-1252/2022 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 (ИНН 

<

***>),                   

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2022 принято к производству заявление Администрации г. Екатеринбурга о признании ФИО6 несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 27.04.2022 заявление Администрации г. Екатеринбурга признано обоснованным, в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина-должника сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

Решением арбитражного суда от 21.10.2022 суд признал ФИО6 (должник) несостоятельной (банкротом), ввел процедуру реализации имущества гражданина-должника; финансовым управляющим имуществом должника утвердил ФИО2, члена Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Соответствующие сведения опубликованы в газете Коммерсантъ 29.10.2022 (суббота), в ЕФРСБ – 21.10.2022 (сообщение № 9918917). 

30 декабря 2022 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 186 817,34 руб.

Финансовым управляющим ФИО2 представлены возражения с указанием на пропуск заявителем срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24 мая 2023 года суд отказал в удовлетворении заявления ФИО4 о включении требования в размере 2 186 817,34 руб. в реестр требований кредиторов ФИО6

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные им требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывает на то, что суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела и неверно определил начало течения срока исковой давности по обязательству на 1 200 000 руб.; ссылается на то, что ФИО4 стало известно о продаже ФИО6 квартиры на ул. ФИО9 ФИО7 (по мнимой сделке), только в рамках дела № 2-2757/2013 о разделе совместно нажитого имущества, рассматриваемого Чкаловским районным судом, решение по которому оглашено в судебном заседании 28.08.2013. При этом отмечает, что 03.02.2016 между С-выми заключено соглашение, предусматривающее обязательство ФИО6 выплатить ФИО4 1 200 000 руб., после сделки по продаже квартиры по ул. ФИО9, принадлежащей на праве собственности ФИО7; фактически же спорная квартира была продана 11.03.2016, практически сразу после заключения соглашения от 03.02.2016 ФИО8; ФИО4 это обстоятельство стало известно в ноябре 2022 года от его представителя, которая оформила запрос на сайте Росреестра на правообладателя по данной квартире. По мнению апеллянта, из вышеизложенного следует, что ФИО6 не сообщив ФИО4 о продаже от 11.03.2016 квартиры на ФИО9 вновь повела себя не добросовестно; на основании изложенного апеллянт считает, что срок для взыскания с должника денежных средств в сумме 1 200 000 руб. для ФИО4 начинает течь с января 2022 года. По мнению заявителя апелляционной жалобы, решение Чкаловского районного суда по делу № 2-2757/2013 не является преюдицией для определения начала течения срока исковой давности по оспариванию договора купли-продажи квартиры от 09.07.2012 на ФИО9, при рассмотрении спора о разделе совместно нажитого имущества судом не исследовался вопрос, когда ФИО4 стало известно о продаже квартиры на ФИО9 ФИО7 Считает, что суд неверно истолковал условия в п. 4 соглашения от 03.02.2016, указав на то, что ФИО6 обязалась с 2016 года выплатить ФИО4 денежные средства с продажи квартиры от 2012 года; отмечает, что фактически стороны решили «снова продать квартиру» и уже с этой новой продажи, согласно условиям соглашения, ФИО4 мог требовать 1 200 000 руб., следовательно, для начала определения срока исковой давности по указанному требованию суду было необходимо установить дату, когда именно ФИО10 узнал о продаже квартиры уже от ФИО7 (мнимым покупателем) новому реальному добросовестному покупателю ФИО8, учитывая при этом, что он стороной сделки не являлся и ФИО6 не сообщала ему о новой продаже; в материалы дела представлена выписка из Росреестра от ноября 2022 года, именно с этой даты и нужно отсчитывать трехлетний срок исковой давности; доказательств, что ФИО4 ранее ноября 2022 года было известно о новой продаже квартиры, в материалах дела нет. Относительно нежилого здания, площадью 525,7 кв.м., признанного решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 03.05.2012 по делу № 2-741/2012 общей собственностью супругов в равных долях, апеллянт отмечает, что пунктами 6-7 соглашения 03.02.2016, С-вы  решили, что с продажи нежилого здания ФИО4 получит на 10% больше вырученных денег, в связи с содержанием им имущества за свой счет (в указанные 10% вырученных с продажи денег не включается содержание указанного имущества период далее 2016 года); обращает внимание суда на то, что отдельно стоящее нежилое здание площадью 525,7 кв.м., расположенное на ул. Волховской, разделено между собственниками по ? доле без выдела долей в натуре; ФИО6 договоров с ресурсоснабжающими организациями не заключала, вследствие чего ФИО10 с 03.02.2016 в силу сложившихся обстоятельств был вынужден оплачивать за нее долю за коммунальные и иные расходы (в том числе охранные услуги); ФИО10 рассчитывал, что впоследствии ФИО6 возместит понесенные им затраты.

Финансовый управляющий ФИО2 согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

ФИО4 представлено ходатайство об отложении судебного разбирательства в виду невозможности его участия, а также участия его представителя в судебном заседании.  

В судебном заседании приняла участие представитель финансового управляющего ФИО2; иные лица, участвующие в деле своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили.

Из материалов апелляционного производства судом установлено, что определением от 15.06.2023 к рассмотрению апелляционного суда принята апелляционная жалоба ФИО4 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.05.2023 об отказе в удовлетворении жалобы ФИО4 на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2

При подготовке дела к судебному разбирательству из содержания апелляционной жалобы апелляционным судом было установлено, что фактически апелляционная жалоба подана на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.05.2023 об отказе в удовлетворении требования ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника.

Во избежание ситуации недопонимания, введения участвующих в деле лиц в заблуждение о предмете рассматриваемого в апелляционном порядке спора, принимая во внимание отсутствие в распоряжении апелляционного суда материалов дела по обособленному спору, содержащих обжалуемое определение, суд апелляционной инстанции в связи с невозможностью рассмотрения апелляционной жалобы в данном судебном заседании, необходимости исправления описки в определении о принятии апелляционной жалобы к производству от 15.06.2023 и доведения до участников дела о банкротстве сведений о фактическом предмете рассмотрения в апелляционном порядке спора, а также возможности осуществления ими в случае необходимости соответствующих процессуальных действий, определением от 11.07.2023 отложил судебное разбирательство на 28.08.2023.

В судебном заседании в порядке ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) судом рассмотрено ходатайство о приобщении к материалам дела копии соглашения о разделе имущества от 2008 года, сведений с сайта Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга о движении по делу № 2-14943/2012, в удовлетворении которого, с учетом позиции финансового управляющего, было отказано о чем вынесено протокольное определение.

Участвующий в судебном заседании ФИО4 и его представитель на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили определение отменить, заявленные требования удовлетворить.

Представитель финансового управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, приведенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ФИО4 приводил следующие обстоятельства.

03 мая 2012 года Чкаловским районным судом г. Екатеринбурга по делу № 2-741/2012, удовлетворено требование ФИО6, признаны равными доли супругов в общем имуществе на отдельно стоящее строение с пристроями, литер А, общей площадью 525,7 кв.м., по адресу: 

<

...>. Решение вступило в законную силу 29.06.2012.

С 16.11.2012 в ЕГРП недвижимости содержатся сведения, что ? доли в праве на строение площадью 528,7 кв.м., расположенной по адресу 

<

...>, принадлежат ФИО6

Как указал заявитель, с 01.01.2019 по 14.01.2022,ФИО4 один нес бремя содержания общего имущества, полностью оплачивал счета, в том числе за долю должника: электроэнергия, обращение с твердыми коммунальными отходами, расходы на охрану объекта, уборку территории, топку котла, приобретению твердого топлива (древесину), производил неотделимые улучшения общего имущества, ФИО6 бремени по содержанию общего имущества не несла, в связи с чем у нее возникла обязанность по возмещению понесенных расходов в общей сумме 2 186 817,34 руб., из которых: 

479 495,06 руб. – задолженность по оплате коммунальных услуг, услуг охраны, уборки территории, работ по асфальтированию площадки, услуг по котловому отоплению, поставке дров в размере ? от понесенных ФИО4 расходов на оплату указанных услуг, 

1 200 000 руб. – задолженность по оплате денежных средств ФИО4 по договору от 03.02.2016, заключенному между ФИО4 и должником,

507 322,28 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами в связи с неисполнением обязательства по выплате денежных средств в размере 1 200 000 руб. по договору от 03.02.2016, начисленные по состоянию на 13.01.2022.

При этом ФИО4 пояснял, что в здании, сособственником которого является должник, котловое отопление. С 2020 года по 13.01.2022 ФИО4, за счет собственных средств, приобретал и организовывал доставку твердого топлива (дрова) по адресу: 

<

...> в общей сумме 63 000 руб.

31 октября 2019 года между ООО «Служба безопасности Кронверк» (ИНН 

<

***>) (исполнитель) и ФИО4 (заказчик) был заключен договор № 154/19 по оказанию охранных услуг. Согласно актам сверок взаимных расчетов по указанному договору за период с ноября 2019 года по 13.01.2022 ФИО4 получено услуг на 43 200 руб.

28 декабря 2019 года между ФИО4 (заказчик) и ФИО11 (исполнитель) заключили договор возмездного оказания услуг № 1 по охране территории, уборке территории, в зимнее время топка котла. Согласно актам приема-передачи оказанных услуг, с 28.12.2019 по 13.01.2022 было оказано  услуг на общую сумму 390 000 руб.

Согласно пояснениям заявителя за время пользования общим имуществом (зданием) ФИО4 за счет собственных средств, с устного согласия ФИО6, произведены неотделимые улучшения на сумму 241 150 руб.

В частности, 07.07.2020 между ФИО4 (заказчик) и ИП ФИО12 (подрядчик) заключен договор подряда № 3, предметом которого является асфальтирование площадки 689 кв3 по адресу: 

<

...>; работы оказаны полностью и сданы в срок, что подтверждается актом приема-сдачи от 07.08.2020.

Ссылаясь на неоднократные предложения ФИО6 возместить половину стоимости неотделимых улучшений и последующие отказы, ФИО4 указывает на наличие у должника задолженности в размере 368 675 руб.

Также заявитель указывает на то, что 01.01.2019 между Екатеринбургским МУП «Специализированная автобаза» (ЕМУП «Спецавтобаза») и ФИО4 был заключен договор № 337029 на оказание услуг по обращению с ТКО. Согласно акту сверки взаимных расчетов № 153141 от 13.12.2021 за период с 01.01.2021 по 10.12.2021 ФИО4 было оказано услуг на сумму 2 696,24 руб.

01 января 2013 года между АО «Екатеринбургэнергосбыт» и ФИО4 заключен договор № 11489 на поставку электроэнергии. Согласно актам сверок по указанному договору за период с 01.01.2019 по 13.01.2022 потребителю отпущено электроэнергии на сумму 218 943,89 руб. 

Ссылаясь на то, что ФИО4 оплата вышеуказанных услуг произведена полностью, заявитель полагает подлежащим взысканию с должника задолженность в размере 110 820,06 руб.

Как следует из материалов дела, между ФИО6 и ее бывшим супругом – ФИО4 03.02.2016 заключен договор, по условиям п. 3 которого ФИО4 обязался передать ФИО6 в качестве выплаты долга в размере 3 000 000 руб., утвержденным мировым соглашением от 16.10.2008, исполнительный документ № 2-2191/2008 от 16.10.2008, а также по исполнительному листу № 2-741/2012 от 03.05.2012 на сумму 52 482 руб., принадлежащую ему на праве собственности, на основании решения Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 28.08.2013 ? долю в 

<

...>.

В п. 4 указанного договора стороны согласовали обязанность ФИО6 выплатить ФИО4 1 200 000 руб. после сделки по продаже квартиры под номером 273, находящейся по адресу: 

<

...>, принадлежащей на праве собственности ФИО7.

В пунктах 6 и 7 данного договора стороны определили, что при продаже совместной производственной базы, находящейся по адресу: 

<

...>, 60% денежной суммы от продажи принадлежат ФИО4, 40% - ФИО6, при этом денежная сумма от продажи должна быть не менее 7 000 000 руб.

Как утверждает заявитель обязанность должника, предусмотренная п. 4 указанного договора по выплате заявителю 1 200 000 руб. после продажи квартиры по ул. ФИО9 не исполнена, что явилось основанием для начисления процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из пропуска заявителем срока исковой давности, а также недоказанности факта наличия у должника обязанности по возмещению понесенных им расходов. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвовавших в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с п. 2. ст. 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном ст. 213.7 настоящего Федерального закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном ст.ст. 71, 100 Закона о банкротстве.

В силу пунктов 3-5 ст. 71 и пунктов 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, при рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

При наличии обоснованных сомнений в действительности требования, суд отказывает заявителю во включении в реестр.  

В рассматриваемом случае, кредитором заявлено требование о включении в реестр 479 495,06 руб. представляющих ? расходов понесенных ФИО4 на содержание общего имущества, расположенного по ул. Волховская, 2а, в частности, по оплате коммунальных услуг, услуг охраны, уборки территории, работ по асфальтированию площадки, услуг по котловому отоплению, поставке дров.

В силу положений ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Каждый участник долевой собственности обязан соразмерно своей доле участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению (ст. 249 ГК РФ).

Как указывалось ранее и подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, отдельно стоящее строение с пристроями, расположенное по ул. Волховская, 2а (база с производственными помещениями, складом,  гаражом и т.д.) является общим имуществом бывших супругов С-вых в равных долях. 

Из материалов дела усматривается и ФИО4 не оспаривается, что ФИО6 никогда не вела никакой экономической деятельности с использованием указанного выше общего имущества.

Помещения базы использовались ФИО4 при ведении им коммерческой деятельности, часть доходов от которой ФИО6 не получала.

Следовательно, принимая во внимание изложенное, понесенные ФИО4 расходы на оплату коммунальных услуг (ТКО, электроэнергия, вода), уплачиваемые за потребленный объем энергоресурса, в размере 110 820,06 руб. – ?  от общей суммы понесенных расходов, не могут быть отнесены на должника.

Относительно иных расходов (охраны, уборки территории, работ по асфальтированию площадки, услуг по котловому отоплению, поставке дров), суд первой инстанции правомерно принял во внимание согласованные бывшими супругами С-выми в пунктах 6, 7 договора от 03.02.2016 условий о распределении денежных средств полученных от продажи указанного выше общего имущества – базы, а именно: 60% денежной суммы от продажи принадлежат ФИО4, 40% – ФИО6.

В связи с отказом суда в признании указанного договора от 03.02.2016 недействительной сделкой (определением от 24.03.2023), договор от 03.02.2016, заключенный между ФИО6 и ФИО4 является действующим. 

Согласно пояснениям ФИО4 данным под аудиопротокол в судебном заседании, состоявшемся 13.04.2023, его доля выручки от продажи базы в размере 60% полностью включает в себя сумму понесенных им расходов на оплату коммунальных услуг, а также иных расходов, связанных с содержанием и охраной указанного недвижимого имущества. 

Таким образом, следует признать, что стороны договора установили неравное распределение денежных средств от продажи общего имущества с целью избежания в последующем предъявления требований основанных на обязанности каждого собственника по содержания общего имущества с учетом принадлежащих им долей (в данном случае доли в праве собственности в общем имуществе являются равными) и компенсации таких расходов.

Соответственно, в долю ФИО4 в размере 60% заложены его расходы на оплату расходов, связанных с содержанием и охраной указанного недвижимого имущества, находящегося в общей собственности с должником и в соответствии с положения пунктов 6 и 7 договора от 03.02.2016, при реализации базы ФИО4 будет выплачена сумма денежных средств в размере 60% от цены ее продажи, в том числе полностью покрыты указанные расходы ФИО4

При этом, нельзя не принимать во внимание, что в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства, позволяющие отнести на должника долю расходов на приобретение котла (приобретение документально не подтверждено), дров и услуг по топке котла, учитывая нахождение на территории базы бани на дровах, которая с 2019 года сдается ФИО4 в аренду с уплатой ежемесячных платежей до 07.10.2021 в размере 45 000 руб. и после указанной даты – 70 000 руб. 

Документального подтверждения того, что в результате использование твердотопливного котла осуществляется отопление иных помещений базы (производственные помещения, склады, гараж, холодный пристрой и т.д.) в материалах дела не имеется.   

Таким образом, требование ФИО4 в части возмещения расходов на содержание имущества в соответствии с долей в праве собственности в сумме 479 495,06 руб. правомерно признано судом первой инстанции необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Относительно требования о включении в реестр подлежащей ему выплате в соответствии с п. 4 договора от 03.02.2016 денежной суммы в размере 1 200 000 руб. после сделки по продаже квартиры под номером 273, находящейся в 

<

...> принадлежащей на праве собственности ФИО7, и начисленных на нее процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 507 322,28 руб., ФИО4 указывает, что ему в ноябре 2022 года стало известно, что 11.03.2016 указанная квартира была продана, состоялась государственная регистрация собственности под № 66-66/001-66/001/491/2016-12/2 на нового правообладателя – ФИО8.

При этом как отмечает заявитель, обязанность по выплате ему 1 200 000 руб. ФИО6 не исполнена до настоящего времени; по мнению ФИО4, указанную сумму ФИО6 должна была выплатить с даты государственной регистрации при переходе права собственности с ФИО7 на ФИО8, то есть с 12.03.2016.

В опровержение данного обстоятельства финансовым управляющим ФИО2 была представлена копия расписки от 20.02.2016, оформленной ФИО4 собственноручно о получении от ФИО6 денежной суммы в размере 1 200 000 руб. во исполнение обязательств по договору от 03.02.2016 (т. 1, л.д. 131).

Данная расписка ФИО4 не оспорена, о ее фальсификации в порядке, установленном процессуальном законодательством, заявлено не было; заявителем приведены лишь возражения относительно отсутствия у ФИО6 финансовой возможности выплатить соответствующую сумму. 

Более того, возражая относительно удовлетворения заявления в данной части, финансовый управляющий указывала на пропуск ФИО4 срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ). 

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Как установлено судом первой инстанции и следует из решения Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 28.08.2013 по гражданскому делу № 2-2757/2013 по иску ФИО4 к ФИО6 о разделе совместно нажитого имущества – квартира, расположенная в 

<

...> была отчуждена в пользу ФИО7 на основании договора купли-продажи от 09.07.2012. 

В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного суда РФ от 05.11.1998 № 15 течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

После прекращения брачных отношений права ФИО4 на пользование указанной квартирой были нарушены ее продажей 09.07.2012, соответственно с указанного срока начинает течь срок исковой давности для требования о разделе имущества.

При этом, как следует из решения суд общей юрисдикции, исковые требования к собственнику квартиры – ФИО7, не заявлены. Договор купли-продажи указанной квартиры между ФИО6 и ФИО7 не оспорен, в связи с чем указанная квартира не может являться предметом спора о разделе имущества между ФИО4 и ФИО6, что и явилось основанием для отказа суда ФИО4 в иске в части признания за ним права собственности на ? долю в указанной квартире.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 28.08.2013 по гражданскому делу № 2-2757/2013 (мотивированное решение изготовлено 03.09.2013), установлено, что с момента приобретения спорной квартиры, во время барака и после его прекращения (не ранее января 2005 года) ФИО4 проживает в квартире, расположенной в г. Екатеринбурге по ул. Родонитовая. 

В результате сделки по продаже квартиры, находящейся в 

<

...> ФИО6 были получены денежные средства от ее продажи, которые, в соответствии с п. 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации, являются имуществом, нажитым ФИО6 и ФИО4 во время брака.

В рамках спора о разделе совместно нажитого имущества судом установлено, что после прекращения брачных отношений права ФИО4 на пользование квартирой по ул. Родонитовая были нарушены ее продажей 09.07.2012, с указанного срока начинает течь срок исковой давности для требования о разделе имущества.

Из приведенного выше следует, что с 09.07.2012 ФИО4 мог обратиться к ФИО6 с исковым заявлением о разделе денежных средств, полученных ФИО6 от продажи вышеуказанной квартиры, однако сведений о совершении таких действий ФИО4 в материалы дела не представлено.

Как указывалось ранее, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 196, п. 1 ст. 200 ГК РФ).

В соответствии п. 2 ст. 206 ГК РФ, если по истечении срока исковой давности должник или иное обязанное лицо признает в письменной форме свой долг, течение исковой давности начинается заново.

03 февраля 2016 года между ФИО6 и ФИО4 был заключен договор от 03.02.2016, в п. 4 которого ФИО6 обязалась выплатить ФИО4 денежных средств в размере 1 200 000 руб. от продажи квартиры по ул. ФИО9, соответственно, именно с этой даты заново начал течь срок исковой давности по обязательствам ФИО6 и истек 03.02.2019.

С требованием, основанным на неисполнении должником обязательств по выплате причитающихся ему денежных средств от реализации общего имущества в 2012 году в размере 1 200 000 руб. до момента обращения с рассматриваемым заявлением в рамках дела о банкротстве – 30.12.2022, ФИО4 в судебном порядке не обращался, что свидетельствует об обоснованности вывода суда о предъявлении требования в данной части за пределами срока исковой давности.

Ссылка апеллянта на неверное толкование судом условия в п. 4 соглашения от 03.02.2016, с указанием на то, что фактически при заключении договора стороны решили «снова продать квартиру» и уже с этой новой продажи, согласно условиям соглашения, ФИО4 мог требовать 1 200 000 руб., нельзя признать обоснованной, учитывая возможность реализации имущества лишь его собственником, которым ФИО6 на дату заключения договора не являлась (03.08.2012 собственником спорной квартиры являлась ФИО7). При этом, ФИО4 ни с заявлениями о признании договора купли-продажи спорной квартиры, заключенного между ФИО6 и ФИО7 недействительной сделкой, как и к ФИО7 с заявлениями о возврате указанного имущества из чужого незаконного владения не обращался.

Даже если предположить возможность трактования данного пункта в предложенной ФИО4 варианте, обстоятельством подтверждающим начало течения срока исковой давности по указанному требованию являлось  бы осведомленность ФИО10 о последующей продаже спорной квартиры ФИО8 11.03.2016.

Вместе с тем, как указывалось ранее и установлено вступившим в законную силу судебным актом, после продажи должником спорной квартиры в 2012 году ФИО7, ФИО4 продолжал фактически проживать в ней. Заключая после истечении срока исковой давности договор от 03.02.2016, предусматривающий обязательство должника по выплате заявителю спорной суммы, ФИО4 достоверно знал о совершении действий по продаже спорной квартиры в кратчайшие сроки; исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств следует признать, что условия о выплате должником ФИО4 денежных средств в размере 1 200 000 руб. было отражение в договоре от 03.02.2016 именно с целью последующей беспрепятственной ее продажи.

Утверждение апеллянта о том, что ему стало известно о продаже 11.03.2016 спорной квартиры ФИО8 только в ноябре 2022 года от своего представителя, после осуществления запроса на сайте Росреестра о правообладателе в отношении квартиры, расположенной по ул. Родонитовая, подлежат отклонению как несостоятельные, поскольку учитывая вышеизложенное, в целях защиты своих прав и интересов действуя добросовестно и разумно, с учетом предусмотренных действующим законодательством сроков исковой давности, ФИО4 имел возможность самостоятельно запросить сведения о правообладателе спорной квартиры, не совершение им таких действий не может являться основанием для автоматического продления срока давности.    

Заявление требований за пределами срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в его удовлетворении.

Исходя из положений п. 1 ст. 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Поскольку требование о наличии обязательств по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 507 322,28 руб. является дополнительным (последующим), основанном на неисполнении должником основного (главного) обязательства по выплате денежных средств в размере 1 200 000 руб., требование по которому заявлено за пределами срока исковой давности, в силу приведенных выше норм права, срок на предъявление требований по уплате процентов, также является заявленным с пропуском срока исковой давности, что также влечет отказ в его удовлетворении.   

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. 

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена. 

Ошибочно уплаченная заявителем апелляционной жалобы государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит возврату из федерального бюджета (ст. 104 АПК РФ, ст. 333.40 НК РФ).

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 мая 2023 года по делу № А60-1252/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета ошибочно уплаченную по чеку-ордеру от 21.06.2023 государственную пошлину в размере 150 (сто пятьдесят) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

С.В. Темерешева 

 

 

М.А. Чухманцев