679/2018-31536(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-14857/2016

г. Краснодар

10 августа 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 7 августа 2018 г.   Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2018 г.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Денека И.М., судей Илюшникова С.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании  от акционерного общества «Приват-Инвест» – Трофимова В.В. (доверенность  от 27.07.2018), от общества с ограниченной ответственностью «СБК-Ритейл» –  Даровских Д.А. (доверенность от 06.08.2018), от публичного акционерного общества  «Сбербанк России» – Тараненко Е.В. (доверенность от 20.12.2017), публичного  акционерного общества «НМТП» – Базилёвой Ю.В. (доверенность от 20.10.2017), в  отсутствие общества с ограниченной ответственностью «Терминал “Мега”», от общества  с ограниченной ответственностью «Морсервис Групп», от Антоньяна Георгия  Аветисовича, от Петросьяна Владимира Аршаковича, от Атаяна Левона Вячеславовича, от  Глинчиковой Тамары Галустовны, открытого акционерного общества «Мега»  (ИНН 2315058287, ОГРН 1032309078966) иных лиц, участвующих в деле, извещенных о  времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей  информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно- телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу акционерного  общества «Приват-Инвест» на постановление Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 22.05.2018 по делу № А32-14857/2016 (судьи Сулименко Н.В.,  Стрекачёв А.Н., Шимбарева Н.В.), установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Мега» (далее − должник) в  арбитражный суд обратился конкурсный кредитор АО «Приват-Инвест» к  ООО «Терминал "Мега», ООО «Морсервис Групп», Антоньяну Г.А., Петросьяну В.А.,  Атаяну Л.В., Ладжикьяну Г.А., ПАО «Сбербанк России» и должнику с заявлением о  признании недействительными следующих мировых соглашений: от 26.03.2015 по делу   № Т-РНД/15-1175, заключенного ПАО «Сбербанк России» и должником, ООО «Терминал  “Мега”», ООО «Морсервис Групп», Антоньяном Г.А., Петросьяном В.А., Атаяном Л.В.,  

Ладжикьяном Г.А.; от 26.03.2015 по делу № Т-РНД/15-1177, заключенного  ПАО «Сбербанк России» и должником, ООО «Терминал “Мега”», ООО «Морсервис  Групп», Антоньяном Г.А., Петросьяном В.А., Атаяном Л.В., Ладжикьяном Г.А.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.12.2017 к участию в  деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечены ООО «СБК-Ритейл» и ПАО «Новороссийский морской  торговый порт».  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.01.2018 произведена  процессуальная замена ответчика Ладжикьяна Г.А. на Глинчикову Т.Г.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2018  (судья Кицаев И.В.) заявление удовлетворено. Оспариваемые сделки признаны  недействительными; применены последствия недействительности сделок в виде  восстановления положения, существовавшего до заключения недействительных сделок.  

Суд указал, что заявитель не может реализовать свои права путем оспаривания  решений третейского суда, так как судом уже отказано в выдаче исполнительного листа.  Решение третейского суда, квалифицированное государственным судом как нарушающее  основополагающие принципы действующего российского законодательства, не имеет  юридической силы и в такой ситуации судебный акт третейского суда, которым  утверждено мировое соглашение, не является предметом пересмотра, решение выносится  только в отношении мирового соглашения как сделки в смысле статьи 61.1 Закона о  банкротстве. Суд признал сделки недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Постановлением апелляционной инстанции от 19.03.2018 определение суда  от 19.03.2018 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный  акт мотивирован тем, что действующим законодательством не предусмотрена  возможность самостоятельного оспаривания мирового соглашения, утвержденного судом,  в том числе по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.  Кроме того, в рассматриваемом споре отсутствуют основания для признания сделок  недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В материалы дела не  представлены доказательства злоупотребления сторонами сделок гражданскими правами.  

В кассационной жалобе АО «Приват-Инвест» просит постановление  апелляционного суда отменить, определение суда первой инстанции оставить в силе.  Податель жалобы указывает, что суд апелляционной инстанции ошибочно произвел  отождествление решений третейских судов с судебными актами государственного суда.  Мировые соглашения, утвержденные третейскими судами, могут быть обжалованы  

отдельно от решений третейских судов в ситуации, когда судом отказано в выдаче  исполнительного листа. Суд общей юрисдикции, отказывая в выдаче исполнительных  листов на основании решений третейских судов, произвел оценку законности данных  решений. Отдельного обжалования решений третейских судов не требуется. Действующее  законодательство не предусматривает возможность отмены решения третейского суда об  утверждении мирового соглашения по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и  61.3 Закона о банкротстве. Кроме того, рассматриваемые мировые соглашения третейских  судов являются ничтожными сделками по основаниям статей 10, 169 Гражданского  кодекса Российской Федерации, так как решение третейского суда признано  государственным судом нарушающим основополагающие принципы действующего  российского законодательства, Банк, включая размер процентов и неустоек в сумму  основного долга в мировых соглашениях, получил привилегии в процедуре банкротства  должника.  

В отзывах на кассационную жалобу банк, ООО «СБК-Ритейл», ПАО «НМТП»  просят постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационную  жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержал доводы  жалобы и отзывов.  

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав  участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что  жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, определением суда от 05.05.2016 по заявлению  ПАО «Сбербанк России» возбуждено производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) ОАО «Мега».  

Впоследствии от банка поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве с  просьбой о замене его на ООО «СБК-Ритейл».  

Определением суда от 02.11.2016 ходатайство банка о процессуальном  правопреемстве в части перехода к обществу залоговых прав и в части заявления о  признании требований обеспеченными залогом имущества должника выделены в  отдельное производство. В остальной части произведена процессуальная замена банка его  правопреемником. Признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра  требований кредиторов должника требования ООО «СБК-Ритейл» в размере  1 795 996 100 рублей 94 копеек основного долга и отдельно 4 148 843 рублей 77 копеек  финансовых санкций, в удовлетворении требований в остальной части отказано.  

В отношении должника введена процедура наблюдения, утверждена кандидатура  временного управляющего должником.  

Решением суда от 12.04.2017 должник признан несостоятельным (банкротом),  открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Гапонова Т.А.  

Из материалов дела следует, что ОАО «Сбербанк России» (далее − банк, кредитная  организация) и ООО «Терминал “Мега”» заключены договоры об открытии  невозобновляемой кредитной линии от 27.12.2012 № 068/452/11379 и от 27.12.2012   № 0068/452/11380.  

В целях обеспечения исполнения обязательств ООО «Терминал “Мега”» по  кредитным договорам от 27.12.2012 № 068/452/11379 и от 27.12.2012 № 0068/452/11380  банк и должник заключили договор поручительства от 27.12.2012 № 0068/452/11379/п-3;  договор поручительства от 27.12.2012 № 0068/452/11380/п-3; договор залога от 25.04.2013   № 0068/452/11379/з-4; договор ипотеки от 22.04.2013 № 0068/452/11379/и-4.  

В связи с образованием задолженности банк обратился в Третейский суд  Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» с  заявлением о взыскании задолженности по кредитным договорам об открытии  невозобновляемой кредитной линии от 27.12.2012 № 068/452/11379 и от 27.12.2012   № 0068/452/11380 солидарно с ООО «Терминал “Мега”», ОАО «Мега», ООО «Морсервис  Групп», Антоньяна Г.А., Петросьяна В.А., Атаяна Л.В. Ладжикьяна Г.А.  

26 марта 2015 года банк и ответчики заключили мировое соглашение на основании  статьи 23 Регламента третейского разбирательства в Третейском суде и статей 32, 38  Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах Российской  Федерации» в целях урегулирования спора, возникшего в связи с неисполнением  ответчиками обязательств по возврату суммы кредита и процентов за пользование  кредитом, предусмотренных кредитными договорами от 27.12.2012 № 068/452/11379 и  от 27.12.2012 № 0068/452/11380, заключенными с ООО «Терминал “Мега”».  

Ответчики признали свои обязательства перед банком по кредитным договорам и  договорам, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитным договорам;  требования банка об обращении взыскания на предмет залога по договорам, указанным в  пункте 8 мирового соглашения, обеспечивающим кредитные договоры.  

Банк и ответчики договорились об условиях погашения признанной ответчиками  задолженности по мировому соглашению в сумме 26 713 544,46 долларов США (основной  долг, проценты, неустойки). Погашение задолженности предполагалось согласно графику,  указанному в пункте 4 мирового соглашения.  

Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации  «Независимая Арбитражная Палата» от 27.03.2015 утверждено мировое соглашение по  делу № Т-РНД/15-1177, заключенное ПАО «Сбербанк» и ООО «Терминал “Мега”»,  ОАО «Мега», ООО «Морсервис Групп» и Антоньяном Г.А., Петросьяном В.А.,  Атаяном Л.В. и Ладжикьяном Г.А.  

Поскольку указанное мировое соглашение ответчиками добровольно не  исполнялось, задолженность перед банком по состоянию на 29.04.2016 составила  25 982 150,84 долларов США, в том числе: ссудная задолженность в размере  25 369 011,83 долларов США; задолженность по неустойке в размере 56 853,17 доллара  США; плата за обслуживание кредита 7 611,38 долларов США; проценты за кредит  548 674,46 долларов США.  

При включении требования в реестр требований кредиторов должника суд  определил задолженность в рублях, исходя из курса доллара по состоянию на  07.10.2016 − 62,3900 рублей. Таким образом, задолженность перед заявителем по  состоянию на 07.10.2016 составила: основной долг − 25 925 297,67 долларов США или  1 617 479 321 рубль 63 копейки; финансовые санкции − 56 853,17 долларов США или  3 547 069 рублей 28 копеек.  

Кроме того, банк и ООО «Терминал “Мега”» заключили договоры об открытии  невозобновляемой кредитной линии от 27.12.2012 № 0068/452/11381 и от 06.02.2013   № 0068/452/11392.  

В целях обеспечения исполнения обязательств ООО «Терминал “Мега”» по  кредитным договорам от 27.12.2012 № 0068/452/11381 и от 06.02.2013 № 0068/452/11392  банк и должник заключили договор поручительства от 27.12.2012 № 0068/452/11381/п-3,  договор поручительства от 06.02.2013 № 0068/452/11392/п-2, договор залога от 25.04.2013   № 0068/452/11379/з-4, договор ипотеки от 22.04.2013 № 0068/452/11379/и-4.  

В связи с наличием задолженности по указанным кредитным договорам банк  обратился в Третейский суд Автономной некоммерческой организации «Независимая  Арбитражная Палата» с заявлением о взыскании задолженности по кредитным договорам  об открытии невозобновляемой кредитной линии от 27.12.2012 № 068/452/11381 и  от 06.02.2013 № 0068/452/11392 солидарно с ООО «Терминал “Мега”», ОАО «Мега»,  ООО «Морсервис Групп», Антоньяна Г.А., Петросьяна В.А., Атаяна Л.В. Ладжикьяна Г.А.  

26 марта 2015 банк и ответчики заключили мировое соглашение на основании  статьи 23 Регламента третейского разбирательства в Третейском суде НАП и статей 32, 38  Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах Российской  Федерации» в целях урегулирования спора, возникшего в связи с неисполнением  

ответчиками обязательств по возврату суммы кредита и процентов за пользование  кредитом, предусмотренных кредитными договорами от 27.12.2012 № 0068/452/11381 и  от 06.02.2013 № 0068/452/11392, заключенными банком с ООО «Терминал “Мега”».  

Ответчики признали свои обязательства перед банком по кредитным договорам,  обеспечивающим исполнение обязательств по кредитным договорам в полном объеме;  требования банка об обращении взыскания на предмет залога по договорам, указанным в  пункте 8 Мирового соглашения, обеспечивающим кредитные договоры.  

Банк и ответчики договорились об условиях погашения признанной ответчиками  задолженности по мировому соглашению в сумме 179 698 957 рублей 93 копейки  (основной долг, проценты, неустойки) согласно графику, указанному в пункте 4 мирового  соглашения.  

Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации  «Независимая Арбитражная Палата» от 27.03.2015 утверждено мировое соглашение по  делу № Т-РНД/15-1175, заключенное банком и ООО «Терминал “Мега”», ОАО «Мега»,  ООО «Морсервис Групп» и Антоньяном Г.А., Петросьяном В.А., Атаяном Л.В. и  Ладжикьяном Г.А.  

Поскольку указанное мировое соглашение ответчиками добровольно не  исполнялось, задолженность перед банком по состоянию на 25.05.2016 составила  179 118 553 рубля 80 копеек, в том числе ссудная задолженность в размере  173 906 152 рубля 85 копеек, задолженность по неустойке в размере 601 774 рубля  49 копеек, плата за обслуживание кредита 122 737 рублей 52 копейки, проценты по  кредиту 4 487 888 рублей 94 копейки.  

При включении требования в реестр требований кредиторов должника суд  определил общую сумму неисполненных обязательств по четырем кредитным договорам  и договорам поручительства, заключенным банком и ОАО «Мега» в размере  1 795 996 100 рублей 94 копеек основного долга и 4 148 843 рублей 77 копеек финансовых  санкций.  

Определением суда от 16.01.2018 по настоящему делу произведена замена  ООО «СБК-Ритейл» на ПАО «НМТП», требования ПАО «НМТП» в размере  1 604 594 023 рублей 33 копеек основного долга, в том числе: 563 069 644 рублей  основной долг, как обеспеченные залогом имущества должника, включены в третью  очередь реестра требований кредиторов ОАО «Мега».  

Определениями Октябрьского районного суда города Новороссийска от 02.08.2016,  вступившими в законную силу, банку отказано в выдаче исполнительного листа на  

принудительное исполнение решений третейского суда по делам № Т-РНД/15-1175,   № Т-РНД/15-1177.  

Суды общей юрисдикции, отказывая в принудительном исполнении судебных  актов третейского суда об утверждении мирового соглашения, пришли к выводам, что  указанные судебные акты третейского суда нарушают основополагающие принципы  действующего Российского законодательства (пункт 2 части 2 статьи 426 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации). В качестве оснований для отказа суд  указал отсутствие полного текста обжалуемых решений, отсутствие решение об  изменении порядка и способа исполнения ранее принятого решения, начисление  процентов на просроченные проценты в нарушение статей 809 и 819 Гражданского  кодекса Российской Федерации, отсутствие продажной стоимости каждого предмета  залога, а также на другие обстоятельства.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим  Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных  требований, указал, что оспорить утвержденное судом мировое соглашение можно только  путем подачи жалобы на судебный акт, которым оно было утверждено. Решения  третейского суда, которыми утверждены мировые соглашения, не обжалованы в  установленном порядке и не отменены. Отсутствуют основания для признания  оспариваемых сделок недействительными по общим и специальным основаниям.  

Между тем апелляционная инстанция не учла следующее. 

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”»  (далее − постановление № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под  сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются,  в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей,  возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством,  законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской  Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими  отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во  исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.  

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 22.06.2012 № 36 внесены изменения в постановление № 63, в соответствии с которыми  исключается возможность оспаривания мирового соглашения как сделки без обжалования  судебного акта об его утверждении.  

В пункте 1 постановления № 63 в редакции постановления от 22.06.2012 № 36  разъяснено, что если конкурсные кредиторы или уполномоченные органы полагают, что  их права и законные интересы нарушены мировым соглашением, утвержденным судом по  другому делу в исковом процессе, в частности если такое соглашение обладает  признаками, указанными в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, то на этом  основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать определение об  утверждении такого мирового соглашения, при этом в случае пропуска ими срока на его  обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо  узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Копия такой  жалобы направляется ее заявителем представителю собрания (комитета) кредиторов (при  его наличии), который также извещается судом о ее рассмотрении. Все конкурсные  кредиторы и уполномоченные органы, требования которых заявлены в деле о банкротстве,  а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении указанной  жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы.  Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же определения  об утверждении мирового соглашения не допускается.  

Согласно пункту 2 части 4 статьи 233 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации Арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на  принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что приведение в  исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской  Федерации.  

Общие основания для отмены решения третейского суда предусмотрены  статьей 233 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 42  Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской  Федерации» (далее − Закон о третейских судах).  

 Согласно пункту 2 части 4 статьи 233 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражный суд отменяет решение третейского суда, если  установит, что решение третейского суда противоречит публичному порядку Российской  Федерации и вынесено с нарушением основополагающих принципов законодательтства.  

Таким образом, противоречие обжалуемого акта третейского суда публичному  порядку Российской Федерации является основанием как для отказа в выдаче  исполнительного листа, так и для отмены третейского решения.  

В данном случае вступил в силу судебный акт государственного суда об отказе в  выдаче исполнительного листа по вышеуказанному основанию. В такой ситуации к  решению третейского суда не подлежат применению положения, указанные пункте 1  постановления № 63 в редакции постановления от 22.06.2012 № 36.  

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий должника просил  признать оспариваемые сделки – мировые соглашения недействительными по пункту 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве и статье 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  

что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Как следует из разъяснений указанной нормы Закона о банкротстве, данным в  пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”» (далее − постановление   № 63), для признания сделки недействительной по основанию ее подозрительности  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств: в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов; сделка была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать  об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или  юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления № 63, цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал  признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы  одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым − пятым пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается,  что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья  19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки  знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  

действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления № 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Как разъяснено в пункте 9 постановления № 63, при определении соотношения  пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления  о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же  подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не  позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании  банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с  учетом пункта 6 настоящего постановления Пленума). Судом в случае оспаривания  подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как  пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника  несостоятельным (банкротом) принято к производству 05.05.2016, оспариваемые сделки  заключены 26.03.2015, т. е. в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно отчету по анализу финансово-хозяйственной деятельности должника,  представленного временным управляющим, начиная с 30.06.2014 (оспариваемые сделки  заключены 27.03.2015) на протяжении всего анализируемого периода предприятие несет  убыток, значения коэффициентов платежеспособности находятся на недостаточном  уровне. Согласно таблице 7 отчета величина ликвидных активов должника составляла на  31.12.2014 всего 10 303 тыс. рублей. Степень платежеспособности по текущим  обязательствам должника, начиная с 31.12.2014 – и по настоящее время − 0 (таблица 19  отчета). Коэффициент абсолютной ликвидности должника за анализируемый период  равен нулю.  

Суд первой инстанции установил, что на момент заключения мировых соглашений  стоимость активов должника на 96,2% состояли из основных средств на сумму  266 856 тыс. рублей, 100% которых переданы в ипотеку банку по кредитным договорам  как обеспечение за третье лицо − ООО «Терминал “Мега”»; дебиторской задолженности в  

размере 10 296 тыс. рублей с тенденцией к ее росту по сравнению с 2013 годом;  финансовых вложений в размере 734 тыс. рублей; размер обязательств по балансу  составлял 160 666 тыс. рублей; чистый непокрытый убыток от хозяйственной  деятельности общества составил 128 225 тыс. рублей с тенденцией к его росту по  сравнению с 2013 годом. Баланс должника отражал задолженность по уплате  обязательных платежей перед уполномоченным органом в размере 6 170 тыс. рублей.  Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что предприятие не располагало  денежными средствами, достаточными для уплаты обязательных платежей в полном  объеме в надлежащие сроки. Таким образом, на момент утверждения мирового  соглашения имелась недостаточность имущества юридического лица для расчета по  обязательствам и неплатежеспособность должника.  

К моменту принятия на себя должником обязательств по мировым соглашениям, в  результате которых ОАО «Мега» добровольно согласилось на увеличение процентных  ставок по договорам поручительства, должник не мог нормально осуществлять  хозяйственную деятельность из-за недостаточного имущества и ограниченной  платежеспособности. Имеющейся выручки не хватало даже на покрытие краткосрочных  обязательств, рос непокрытый убыток от хозяйственной деятельности.  

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в абзаце втором пункта 12.2  постановления № 63 разъяснил, что в случаях, когда законодательство или кредитный  договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о  его финансовом положении, судам следует, в том числе, учитывать, имелись ли в  представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно пункту 2.11 всех договоров поручительства ОАО «Мега» обязано  ежеквартально не позднее пяти рабочих дней с даты окончания периода, установленного  Федеральным законом от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» для составления  бухгалтерской отчетности, предоставлять банку документы о своем финансовом  положении, в том числе бухгалтерский отчет в полном объеме.  

Таким образом, банк, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по  условиям оборота осмотрительность, мог и должен был знать о значительном  превышении должником взятых на себя обязательств над стоимостью его активов (более  чем в пять), наличии признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества  должника на дату совершения оспариваемой сделки.  

Из мировых соглашений следует, что их подписали ООО «Терминал “Мега”»,  ОАО «Мега», ООО «Морсервис Групп», Антоньян Г.А., Петросьян В.А., Атаян Л.В.,  Ладжикьян Г.А.  

От имени основного должника − ООО «Терминал “Мега”» подписал генеральный  директор Антоньян Г.А.  

Из списка аффилированных лиц ОАО «Мега» следует, что Антоньян Г.А. с  03.06.2013 является мажоритарным акционером ОАО «Мега» с пакетом акций 29,13%  голосующих акций; что член совета директоров ОАО «Мега» Петросьян В.А. с 23.06.2014  является мажоритарным акционером ОАО «Мега» с пакетом акций 26,01% голосующих  акций; члену совета директоров ОАО «Мега» Ладжикьяну Г.А. принадлежит 15,36%  обыкновенных акций ОАО «Мега».  

Суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что оспариваемые  сделки совершены должником в отношении заинтересованных лиц.  

Заключению оспариваемых сделок предшествовало нарушение сторонам  обязательств по кредитным сделкам и обращение банка в третейский суд с иском о  взыскании задолженности по кредитным договорам и договорам, обеспечивающим  исполнение обязательств по кредитным договорам. о чем прямо указывается в пункте 1  оспариваемых соглашений.  

при таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал обоснованный вывод. что  банк, заключая мировые соглашения, был полностью осведомлен о финансовом состоянии  как ООО «Терминал “Мега”», так и должника в настоящем деле. Все основные средства  должника являлись предметом залога банка. Создавая видимость реструктуризации  задолженности ООО «Терминал “Мега”» перед банком, то есть отсрочки возврата долга,  кредитная организация достоверно знала о признаке неплатежеспособности, как  основного должника, так и ОАО «Мега».  

Исследуя обстоятельства, свидетельствующие о наличии либо отсутствии  причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения  оспариваемых сделок, необходимо отметить следующее.  

Согласно договору поручительства № 0068/452/11379/п-3 должник как поручитель  обязался отвечать перед банком за исполнение ООО «Терминал “МЕГА”» всех  обязательств по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 27.12.2012   № 0068/452/11379, включая погашение основного долга в размере 26 962 367 долларов  США.  

Согласно договору поручительства № 0068/452/11380/п-3 должник как поручитель  обязался отвечать перед банком за исполнение «Терминал “МЕГА”» всех обязательств по  

договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 27.12.2012   № 0068/452/11380, включая погашение основного долга в размере 464 300 долларов США.  

Согласно данным официального сайта Банка России курс доллара США на  27.12.2012 (дату заключения договора поручительства) составлял 30,61 рубля за 1 доллар  США.  

Согласно данным официального сайта Банка России курс доллара США на  27.03.2015 (дату утверждения мировых соглашений) составлял 56,42 рубля за 1 доллар  США.  

Из материалов дела следует, что мировые соглашения повлекли для должника  существенное изменение основного обязательства, поручителем в котором выступал  должник, а именно: увеличился срок поручительства − до 31.12.2022; увеличились  проценты по обслуживанию задолженности – по договорам в долларах США с 9 до 11,5%  годовых, по договорам в рублях − с 12,9 до 16,9% годовых.  

Взятые на себя должником обязательства перед банком заведомо неисполнимы  должником, поскольку многократно превышали активы должника (активы −  266 856 тыс. рублей; 26 713 544,46 долларов США по курсу 56,42 рубль за доллар −  1 507 178 178 рублей 43 копейки; 464 300 долларов США по курсу 56,42 рубль за доллар −  26 195 806 рублей).  

При изменении договоров поручительства мировыми соглашениями размер  обязательств должника увеличился как за счет курсовой разницы, так и за счет увеличения  размера процентной ставки по валютным обязательствам − до 11,5% годовых, по  рублевым − до 16,9%, т. е. размер процентов в годовом исчислении вырос практически на  четверть по сравнению с кредитными договорами.  

Из материалов дела следует, что в пункте 2 мировых соглашений ответчик 1,  ответчик 2, ответчик 3, ответчик 4 признали свои обязательства перед банком по  кредитным договорам в размере 26 713 544,46 долларов США и 179 698 957 рублей  

93 копеек, включая просроченный основной долг, просроченные проценты, плату за  обслуживание кредита, задолженность по неустойке и обязались отвечать в соответствии  с пределами их ответственности перед банком за исполнение указанных обязательств.  

Между тем согласно пункту 4 статьи 134 Закона о банкротстве в случае  банкротства заемщика требования кредитора по кредитному договору включаются в  третью очередь реестра требований кредиторов. При этом требование о взыскании  неустойки учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит  удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся  процентов.  

Суд общей юрисдикции, отказывая в выдаче исполнительных листов по решениям  третейского суда, указал, что сумма возложенных на стороны денежных обязательств  включает в себя «сложные проценты», т. е. проценты на просроченные проценты.  Указанные действия противоречат положениям статей 809 и 819 Гражданского кодекса  Российской Федерации, из которых следует, что проценты можно начислять только на  сумму кредита (т. 2, л. д. 23).  

Определения Октябрьского районного суда города Новороссийска от 02.08.2016,  оставленные без изменения Краснодарским краевым судом по делам № 33-26489/2016 и   № 33-26474/2016, вступили в законную силу и являются преюдициальными для  настоящего спора (часть 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Банк без оспариваемых мировых соглашений в силу норм действующего права  получил бы удовлетворение по требованиям неустоек только после удовлетворения  требований о погашении основных сумм задолженностей по кредитным договорам.  Кредитная организация посредством мировых соглашений включила сумму процентов за  неуплату и неустоек в сумму основного обязательства в мировых соглашениях, что  банком не оспаривается.  

Указанные действия банка позволили увеличить сумму основного требования,  получить больше количество голосов на собраниях кредиторов (задолженность по  неустойкам не давала бы право голоса) и увеличить базу погашения от продажи  заложенного имущества должника (часть 1 статьи 138 Закона о банкротстве).  

Размер ответственности должника за ООО «Терминал “МЕГА”» перед банком по  итогам оспариваемых соглашений увеличился существенным образом по сравнению с  ранее заключенными договорами поручительства, в том числе в нарушение положений  действующего законодательства. В случае незаключения мировых соглашений должник  отвечал бы за ООО «Терминал “МЕГА”» как поручитель по кредитным договорам с  существенно меньшим размером ответственности.  

Петросьян В.А., Атаян Л.В. и Антоньян Г.А. в своих отзывах на исковое заявление  конкурсного управляющего указали, что, одобряя данные сделки и участвуя в подписании  мировых соглашений в качестве сторон, они осознавали кабальность их условий для  должника, поскольку они предусматривали повышенные проценты. ОАО «Мега»  заведомо не могло выполнить свои обязательства перед банком. Кредитная организация  заинтересована в мировых соглашениях исключительно для того, чтобы превратить сумму  процентов и финансовых санкций в сумму основанной задолженности для получения  

монопольного контроля над солидарными должниками по мировым соглашениям в  процедурах банкротства (т. 1, л. д. 112, 121, 125).  

Является обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что в результате  совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов в виде увеличения  размера имущественных требований к должнику.  

Банк в своей претензии на имя основного должника ООО «Терминал “МЕГА”»  от 04.03.2016 № ЮЗБ ИСХ/108-18/2639-5 о просроченной задолженности довел до  сведения «Терминал “МЕГА”» о том, что им допущена просрочка по обоим мировым  соглашениям согласно графику. Кредитная организация потребовала досрочного  погашения всей задолженности по обоим мировым соглашениям, однако, уже с учетом  начисления процентов и штрафных санкций на суммы, указанные в оспариваемых  мировых соглашениях.  

Заключение мировых соглашений привело к невозможности исполнения  обязательств перед иными кредиторами должника, в том числе АО «ПРИВАТ-ИНВЕСТ»  и уполномоченным органом.  

Банк, зная о финансовом состоянии основного должника и ОАО «Мега», а также о  наличии у последнего иных кредиторов, заключил с ними, а также физическими лицами  заведомо невыгодные и неисполнимые для организаций мировые соглашения, преследуя  исключительно цель причинения вреда иным кредиторам должника, а именно: увеличить  искусственным образом основную задолженность должника перед банком.  

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что если бы размер ответственности  основного должника был бы увеличен без мировых соглашений (путем заключения  дополнительных соглашений к кредитным договорам), требовалось бы согласие должника  как поручителя на данные изменения. Однако такое согласие, данное в период  подозрительности по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве,  очевидно бы нарушало права иных кредиторов должника.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что конкурсный управляющий должника доказал всю совокупность условий для  признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Доводы кассационной жалобы о том, что суды необоснованно отказали в  признании оспариваемых сделок недействительными по основаниям, указанным в статье  169 Гражданского кодекса, являются необоснованными. Признание решения третейского  суда, противоречащим публичному порядку Российской Федерации, не означает  

безусловного наличия оснований для признания утвержденных им мировых соглашений  сделками, совершенными с целью, противной основам провопорядка и нравственности.  

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной  целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав  (злоупотребление правом).  

В данном случае для квалификации сделок как ничтожных необходимо установить  признаки злоупотребления правом со стороны банка и ОАО «Мега», наличие сговора  между ними.  

Суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что доказательства  наличия сговора между указанными лицами при заключении мировых соглашений не  представлены, а потому правовых оснований для вывода о злоупотреблении правом не  имелось.  

Примененные судом первой инстанции последствия недействительности мировых  соглашений в виде восстановления положения, действовавшего до заключения  недействительных сделок, соответствует положениям статьи 167 Гражданского кодекса  Российской Федерации, статьи 61.6 Закона о банкротстве и разъяснениям пункта 25  постановления № 63.  

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых  судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм  материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого  судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.  

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы суд  кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений  или постановлений.  

Поскольку суд первой инстанции правильно применил нормы права к  установленным по делу обстоятельствам и обоснованно удовлетворил требования  конкурсного управляющего, суд кассационной инстанции в силу пункта 5 части 1  статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает  возможным отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение  суда первой инстанции.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2018 по делу   № А32-14857/2016 отменить, определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 19.03.2018 по тому же делу оставить в силе.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий И.М. Денека  Судьи С.М. Илюшников 

 Ю.В. Мацко