ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017 http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) 44-76-65, 44-73-10 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-37941/2019

город Владимир

21 ноября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 21 ноября 2024 года. 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Волгиной О.А., судей Полушкиной К.В., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1  

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.05.2024 по делу № А43-37941/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании недействительными совершенных должником за ФИО1 платежей в пользу акционерного общества  

КБ «Ассоциация» на сумму 26 500 000 руб. за период с 06.02.2017 по 01.08.2017 по расчетному счету публичного акционерного общества Банк «ВТБ» 

 № 40702810410500001218, о признании недействительными перечислений наличных денежных средств в пользу ФИО1 по расходным кассовым ордерам за период с 30.01.2017 по 30.12.2017 на сумму 8 260 925 руб. 06 коп., о признании недействительными сделок по внесению наличных денежных средств за период с 09.01.2017 по 10.08.2017 в кассу должника ФИО1 на сумму 28 358 500 руб. и применении последствий недействительности сделки,  

при участии:  

от акционерного общества Нефтегазовой промышленно-строительной компании «Нефтехиммаш» (далее – АО НПСК «Нефтехиммаш») – ФИО3 по доверенности от 05.03.2024 сроком действия на один год;  

от публичного акционерного общества «Транскапиталбанк» (далее – Банк) – ФИО4 по доверенности от 23.05.2024 № 01-06/432 сроком действия один год,  

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (далее –  

Общество, должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий Общества ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий) о признании недействительными совершенных должником за ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) платежей в пользу акционерного общества Коммерческий Банк «Ассоциация» (далее - АО КБ «Ассоциация») на сумму 26 500 000 руб. за период с 06.02.2017 по 01.08.2017 по расчетному счету в ПАО Банк «ВТБ» № 40702810410500001218, применении последствий недействительности в виде взыскания с ответчика указанной суммы, о признании недействительными перечислений наличных денежных средств в пользу Жука В.А. по расходным кассовым ордерам за период с 30.01.2017 по 30.12.2017 на сумму 8 260 925 руб. 60 коп., применении последствий недействительности в виде взыскания с ответчика указанной суммы, о признании недействительными сделок по внесению наличных денежных средств за период с 09.01.2017 по 10.08.2017 в кассу должника ФИО1 на сумму 28 358 500 руб. и применении последствий их недействительности, с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 23.05.2024 удовлетворил заявление конкурсного управляющего в полном объеме; признал недействительными сделками платежи Общества за Жука В.А. в пользу  

АО КБ «Ассоциация» на сумму 26 500 000 руб.; признал недействительными сделки по передаче наличных денежных средств Общества в пользу Жука В.А. на сумму 8 260 925 руб. 60 коп.; применил последствия недействительности сделок; взыскал с Жука В.А. в конкурсную массу должника денежные средства в размере 34 760 925 руб. 60 коп.; признал недействительными (ничтожными) сделки по внесению наличных денежных средств в кассу Общества ФИО1 на сумму 28 358 500 руб. по приходным кассовым ордерам, а именно от 09.01.2017 № 1 на сумму 16 500 000 руб.; от 09.01.2017 № 2 на сумму 125 000 руб.; от 10.02.2017 № 10 на сумму 140 000 руб.; от 24.03.2017 № 25 на сумму 100 000 руб.;  

от 10.04.2017 № 34 на сумму 50 000 руб.; от 25.04.2017 № 39 на сумму 

145 000 руб.; от 10.05.2017 № 43 на сумму 100 000 руб.; от 09.06.2017 № 52 на сумму 58 500 руб.; от 30.06.2017 № 60 на сумму 10 000 000 руб.; от 01.07.2017  

 № 61 на сумму 100 000 руб.; от 25.07.2017 № 68 на сумму 65 000 руб.; от 27.07.2017 № 69 на сумму 875 000 руб.; от 10.08.2017 № 78 на сумму 

100 000 руб.; взыскал с Жука В.А. в бюджет Российской Федерации государственную пошлину в размере 6000 руб.; выдал исполнительные листы.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.  

По мнению заявителя, суд неправомерно указал на наличие признаков банкротства должника, сославшись на обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по иным обособленным спорам, в которых ФИО1 не принимал участия.  

Заявитель утверждает, что само по себе наличие обязательств по возврату должником полученных кредитов, не является основанием для признания должником банкротом. В данном случае, имеет значение неисполненные просроченные обязательства. Между тем, судом первой инстанции не учтено, что  

на момент совершения спорных сделок просрочки исполнений обязательств перед Банком по кредитным договорам не имелось.  

Кроме того, ФИО1 полагает, что суд необоснованно не принял во внимание представленные копии приходных кассовых ордеров, указав на отсутствие подлинников; сообщил, что все кассовые документы были переданы конкурсному управляющему, в силу чего он не имел возможности представить в материалы дела данные документы, а также документы, подтверждающие расходование из кассы представленных в займ денежных средств, в том числе по выплате заработной платы работникам должника. ФИО1 отмечает, что представленные конкурсным управляющим копии приходных кассовых ордеров, под сомнение им не ставились. О фальсификации приходных кассовых ордеров, ни конкурсный управляющий, ни Банк не заявляли.  

 ФИО1 считает, что суд первой инстанции необоснованно отказал 

АО НПСК «Нефтехиммаш» в удовлетворении ходатайства об истребовании подлинников кассовых документов у конкурсного управляющего.  

По мнению Жука В.А., вывод суда о необоснованных выплатах заработной платы работникам должника наличными средствами из кассы при наличии расчетного счета является несостоятельным, поскольку такие выплаты производились в соответствии с действующим трудовым законодательством.  

Более того, как сообщил заявитель, суд, ставя под сомнение расходование должником денежных средств, предоставленных в займ ФИО1, указал, что такие денежные средства были выданы аффилированным лицам. Вместе с тем, ФИО1 утверждает, что должник исполнял обязательства с наступившим сроком исполнения. Сам факт того, что исполнение обязательства произведено перед аффилированным лицом не указывает на его мнимость. В данном случае суду необходимо было проверить факт возникновения указанного обязательства.  

Также заявитель указал на несостоятельность вывода суда об отсутствии финансовой возможности Жука В.А. В материалы дела представлено достаточно доказательств того, что за весь период предоставления займов ФИО1 имел достаточно наличных денежных средств для их предоставления.  

Более подробно доводы содержатся в апелляционной жалобе. 

Представитель единственного акционера Общества – АО НПСК «Нефтехиммаш» в судебном заседании и в отзыве поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы; заявил ходатайство об истребовании подлинников кассовых документов у конкурсного управляющего должника.  

Представитель Банка в судебном заседании, в отзыве и письменных пояснениях возразил против доводов апелляционной жалобы; просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Конкурсный управляющий Общества ФИО2 в отзыве возразил против доводов апелляционной жалобы; просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения; заявил ходатайство о приобщении к материалам дела следующих документов: приходных кассовых ордеров, расходных кассовых ордеров, платежных ведомостей по заработной плате за 09.01.2017, 10.02.2017, 24.03.2017, 10.04.2017, 25.04.2017, 10.05.2017, 09.06.2017, 01.07.2017, 25.07.2017. 10.08.2017, 29.06.2017, кассовых документов за 09.01.2017, 10.02.2017, 24.03.2017, 10.04.2017, 25.04.2017, 10.05.2017, 09.06.2017, 01.07.2017, 25.07.2017. 10.08.2017, 29.06.2017.  

Рассмотрев ходатайство о приобщении указанных документов, суд, руководствуясь статьями 41, 159 частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил удовлетворить данное ходатайство и приобщить документы к материалам дела, поскольку они имеют непосредственное отношение к рассмотренному спору и необходимы для полного и обоснованного рассмотрения обособленного спора.  

Учитывая приобщение названных документов к материалам дела, апелляционный суд не усматривает оснований для истребования данных документов у конкурсного управляющего в силу статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Апелляционная жалоба рассмотрена при участии в судебном заседании представителей АО НПСК «Нефтехиммаш» и Банка. Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещены о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121 и статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.  

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник осуществил платежи в пользу третьих лиц за Жука В.А. на общую сумму 26 500 000 руб., что подтверждается платежным поручением  

от 06.02.2017 № 202 на сумму 11 000 000 руб., с указанием назначения платежа: «Погаш. Ссудной задол-ти по КД № М-006/17-К от 01.02.17, зак с ФИО1, согласно ДП № М-006/17-П-1 от 01.02.17 г. закл с ЗАО НПСХ МСК в рам пог-я займа по дог. № 1 от 09.01.17»; платежным поручением от 09.03.2017 № 244 на сумму 5 500 000 руб., с указанием назначения платежа: «Погаш. Ссудной задол-ти по КД № М-006/17-К от 01.02.17, зак с ФИО1, согласно ДП № М-006/17-П-1 от 01.02.17 г. закл с ЗАО НПСХ МСК в рам пог-я займа по дог. № 1 от 09.01.17»; платежным поручением от 01.08.2017 № 901 на сумму 10 000 000 руб., с указанием назначения платежа: «Погаш. ссуд. Зад. по КД № М-058/16-К от 27.06.16, закл. с ФИО1, согл ДП № М-058/16-П-4 от 27.06.16 г. закл. с ЗАО НПСХ МСК в рам пог-я займа по дог. № 3 от 30.06.17»;  

Кроме того, должник осуществил передачу наличных денежных средств Жуку В.А., что подтверждается расходными кассовыми ордерами: от 30.01.2017 № 20 на сумму 44 620 руб. 60 коп.; от 30.01.2017 № 21 на сумму 125 000 руб.; от 22.02.2017 № 33 на сумму 100 000 руб.; от 02.06.2017 № 100 на сумму 435 000 руб.; от 04.07.2017 № 124 на сумму 158 500 руб.; от 03.08.2017 № 154 на сумму 2 000 000 руб.; от 16.08.2017 № 182 на сумму 600 000 руб.; от 16.08.2017 № 183 на сумму 2 000 000 руб.; от 29.08.2017 № 206 на сумму 440 000 руб.; от 13.11.2017 № 356 на сумму 2 228 000 руб.; от 30.12.2017 № 440 на сумму 129 805 руб.  

Как следует из объяснений ответчика наличные денежные средства передавались ответчику во исполнение обязательств должника по возврату ранее представленных ответчиком сумм по договорам беспроцентного займа:  

от 15.01.2016 № 1; от 09.01.2017 № 1; от 09.01.2017 № 2/НПСХ; от 02.06.2017 № 2 и от 30.06.2017 № 3, что подтверждается приходными кассовыми ордерами о внесении в кассу должника наличных денежных средства в общем размере 34 686 500 руб.  

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.09.2019 по настоящему делу принято к производству заявление Банка о признании должника несостоятельным (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 01.09.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2  

Посчитав, что названные платежи являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).  

Положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены основания оспаривания сделок должника, имеющих признаки неравноценного встречного предоставления (пункт 1), либо совершенных с целью причинения вреда (пункт 2).  

В рассмотренном случае оспариваемые платежи должника в пользу ответчика и/или в пользу третьих лиц за ответчика, совершены в период с 09.01.2017 по 31.12.2017 в пределах трех лет до принятия судом к производству заявления о банкротстве должника (11.09.2019), что соответствует установленному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве периоду подозрительности.  

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  

результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 Постановления № 63).  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве.  

Согласно абзацу 36 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

Вступившими в законную силу судебными актами в рамках рассмотрения дела о банкротстве должника установлено наличие признаков неплатежеспособности у Общества на момент совершения оспариваемых сделок.  

Ссылка заявителя на то, что обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по иным обособленным спорам, в которых ФИО1 не принимал участия, не имеют преюдициального значения для настоящего дела, несостоятельна, поскольку противоречит толкованию статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В судебных актах установлены обстоятельства, которые не подлежат повторному доказыванию.  

Кроме того, на момент совершения оспариваемых наличных платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед Банком по договору об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 27.03.2014 № 07-2014/Л и договору об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 05.06.2014 № 21-2014/Л., основанные на указанных договорах требования кредитора в общей сумме 555 111 886 руб. 27 коп. включены в реестр требований кредиторов должника (определение суда о введении в отношении должника процедуры наблюдения от 16.12.2019).  

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника на дату совершения оспариваемой сделки, которые не были  

исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника на дату сделки.  

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что на момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, является верным.  

Суд обращает внимание на то, что недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019  

 № 305-ЭС17-11710(4)). 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Из имеющихся в материалах настоящего обособленного спора доказательств следует, что решением № 1 единственного акционера должника от 15.04.2010 ФИО1 избран Президентом должника; решением № 2 единственного акционера должника от 10.04.2015 ФИО1 избран Президентом должника повторно сроком до 10.04.2020; согласно решения № 7 единственного акционера должника от 19.05.2014 ФИО1 был избран членом Совета директоров должника; согласно решения № 8 единственного акционера должника от 19.05.2014 ФИО1 был избран членом Правления должника. 05.06.2014 руководством должника, для одобрения кредита, в Банке предоставлялся список аффилированных лиц. Среди прочих в списке присутствовал ФИО1 как лицо, являющееся Председателем Совета директоров должника. Кроме того, ФИО1 являлся и является руководителем многочисленных компаний, входящих в группу компаний  

«Металлостройконструкция». Единственным акционером должника является  

АО НПСК «Нефтехиммаш», Президентом которой с 2016 года является ФИО1 

Таким образом, должник и ФИО1 на дату совершения оспариваемых платежей входили в одну группу лиц и являлись заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.  

Установив, заинтересованность указанных лиц, апелляционный суд приходит к выводу о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, применив презумпцию, содержащуюся в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 7 Постановления № 63), согласно которой предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.  

Более того, суд считает необходимым отметить, что все финансовые операции Общества, в том числе совершение спорных сделок по досрочному возврату займа ответчику, должник совершил в ситуации, когда у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых, в последующем, были включены в реестр требований кредиторов должника.  

Материалами дела, с учетом применения требований о повышенном стандарте доказывания к аффилированным лицам, не подтверждено реальное предоставление денежных средств ответчиком должнику и финансовой возможности у ответчика для предоставления денежных средств Обществу, равно как не предоставлено доказательств, подтверждающих использование должником денежных средств для выплаты заработной платы, в силу чего в рассматриваемом споре имеются признак недействительности подозрительной сделки в виде причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Наличие у сторон цели причинить вред кредиторам должника, с учетом изложенных выше обстоятельств, правомерно признано судом первой инстанцией установленной.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно счел установленным наличие оснований для признания сделок по предоставлению должником в пользу ответчика наличных денежных на общую сумму 8 260 925 руб. 60 коп. и платежей в пользу третьи лиц за ответчика, на общую сумму 26 500 000 руб. недействительными по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (4 абзац пункта 4 Постановления № 63).  

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны  

применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации.  

Из приведенных норм и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда другому лицу или реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом добросовестных участников гражданского оборота.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.  

Пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

В пункте 86 Постановление № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во  

избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Из системного толкования пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, приведенных правовых позиций следует, что само по себе наличие документов, формально соответствующих требованиям норм действующего законодательства Российской Федерации, не свидетельствует о реальности отраженных в них правоотношений сторон и наступлении правовых последствий. Вследствие чего, обязательному исследованию и оценке подлежат не только формально составленные документы, но и фактические правоотношения между сторонами, доказательства наличия которых, свидетельствует о наступлении реальных правовых последствий.  

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание то, что поведение должника и ответчика не соответствовало типичной модели поведения обычного участника гражданского оборота; на момент совершения спорных платежей должник и ответчик осознавали, что, совершая спорные сделки, они нарушают права и интересы независимых кредиторов; ФИО1, с учетом занимаемой должности, имел полную информацию о финансовом положении должника, при этом неоднократно принимал наличные денежные средства в качестве осуществления расчетов по договору займа; соответствующие расчеты между сторонами превышали лимиты, установленные Указанием Банка России от 07.10.2013 № 3073-У «Об осуществлении наличных расчетов», установив наличие сговора между должником и ФИО1 в совершении действий по выводу денежных средств с расчетного счета должника в «кассу» аффилированного лица в наличной форме, а также отсутствие в договорах займа указания с какой целью осуществлялось финансирование ответчиком должника; доказательств того, что полученные должником денежные средства использовались для выплаты заработной платы сотрудником, а также сведений о дальнейшем использовании таких денежных средств; невозможность установления движения денежных средств ввиду осуществления всех операций в наличной форме; наличие противоречий в представленных ответчиком документах, подтверждающих передачу денежных средств Обществу, суд первой инстанций пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания оспоренных сделок недействительными, совершенных во исполнение мнимых обязательств и усмотрел признаки недобросовестного поведения в действиях должника и  

Жука В.А. в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Довод заявителя о том, что суд необоснованно не принял во внимание представленные копии приходных кассовых ордеров, подтверждающие передачу ответчиком наличных денежных средств должнику по договорам беспроцентного займа, является несостоятельным.  

Суд апелляционный инстанции, исследовав копии приходных кассовых ордеров и приобщив к материалам дела оригиналы данных документы, считает, что указанные документы не подтверждают реальность выданных займов.  

Суд апелляционной инстанции учитывает, что все договоры займа, заключенные должником с ФИО1 со стороны должника подписаны представителем по доверенности ФИО5, которая также подписывала кассовые документы, расходные кассовые ордера и приходные кассовые ордера, как от имени главного бухгалтера, так и от имени кассира. ФИО5 является лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, и в раде обособленных споров была соответчиком по рассматриваемым требованиям о признании договоров займа недействительными. При условии наличия у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами в период выдачи наличных денежных средств, указанные обстоятельства также вызывают сомнения в достоверности документов по передаче наличных денежных средств из кассы должника.  

Кроме того, представленные авансовые отчеты (расходы Жука В.А. на командировки (приобретение ЖД и Авио билеты, проживание в гостинице) и иные документы, в обоснование расходования денежных средств, достоверно не подтверждают, что ФИО1 осуществлял соответствующие командировочные расходы именно в интересах должника. При этом следует учитывать, что ФИО1 являлся руководителем и акционером в группе компаний.  

Так, из пояснений ответчика следует, что денежные средства, по договорам займа, предоставлялись для выплаты заработной платы сотрудникам должника, выплаты текущих обязательств должника перед кредиторами, в том числе, банками, закупки материалов для производства продукции и прочее.  

В свою очередь, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют доказательства, указывающие на какие конкретно цели использованы денежные средства, полученные от Жука В.А. Одновременно с этим, самим ответчиком предоставлены доказательства, указывающие, что должник в тот же период времени, когда ФИО1, предоставлял денежные средства, осуществлял платежи в пользу третьих лиц по обязательствам Жука В.А. перед этими лицами.  

Согласно, имеющимся в материалах настоящего обособленного спора сведениям о кассе должника за 2017 год, предоставленным ответчиком, все денежные средства в наличной форме выдавались аффилированным с должником компаниям, таким как, например, АО НПСХ «Металлостройконструкция», что подтверждается, в том числе, кассой за 30.06.2017. При этом выплата заработной платы не подтверждается какими-либо доказательствами.  

ФИО1 не предоставил в материалы дела сведений о получателях заработной платы, не пояснил причины предоставления заработной платы в наличной форме, при наличии работающего банковского счета и не предоставил сведения о численности сотрудников должника в спорный период. В свою очередь, в представленных Банком табелях учета рабочего времени в 2017 – 2018 годах в штате должника числились только лица, входящие в совет директоров должника и бухгалтер.  

Довод заявителя о наличии финансовой возможности Жука В.А., признается судом апелляционной инстанции несостоятельным.  

Из предоставленных сторонами доказательств следует, что всего, по договорам беспроцентного займа, ответчик передал должнику денежные средства на общую сумму 34 686 500 руб.  

Ответчик в своих пояснениях указывает, что источником происхождения денежных средств у него являлись: денежные средства в размере 10 000 000 руб., полученные от АО КБ «Ассоциация» на основании кредитного договора от 27.06.2016 № М058/16-К; денежные средства в размере 16 500 000 руб., полученные от АО КБ «Ассоциация» на основании кредитного договора от 01.02.2017 № М-006/17К. Оставшаяся сумма (8 186 500 руб.) взята из текущих доходов от трудовой деятельности ответчика и его супруги ФИО6 за 2014-2015 года.  

Между тем, получение в кредит денежных средств указывает на отсутствие у ответчика свободных денежных средств для предоставления беспроцентного финансирования должнику.  

Кроме того, как следует из фактических обстоятельств дела, кредитные договоры являлись целевыми, денежные средства Жуку В.А. предоставлялись для ремонта недвижимого имущества.  

Следует также обратить внимание на то, что денежные средства в размере 

16 500 000 руб., ФИО1 получены на основании кредитного договора от 01.02.2017 № М-006/17К. При этом должнику займ предоставлен ФИО1 09.01.2017. Указанное подтверждает невозможность использования кредитных денежных средств для предоставления займа. Более того, кредит получен под 18 процентов, а займ является беспроцентным договором.  

Предоставленные ответчиком справки 2-НДФЛ, подтверждают сведения о доходах Жука В.А. за 2014 год. Справки 2-НДФЛ в отношении ФИО6, подтверждают полученные ей доходы от трудовой деятельности в 2015 году, при этом доказательств предоставления ФИО6 денежных средств ответчику, в указанных в пояснениях размерах, суду не было предоставлено. Учитывая, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки должника совершены в 2017 году, суд правомерно счел справки 2-НДФЛ за 20142015 года недостаточными и недостоверными доказательствами, подтверждающими финансовую возможность ответчика на предоставление займа должнику в заявленной сумме.  

Довод заявителя жалобы об отсутствии оценки расходного кассового ордера от 30.12.2017 № 440 на сумму 129 805 руб., не принимается во внимание, поскольку в уточнении к заявленным требованиям конкурсный управляющий не поддержал требования в отношении указанной кассовой операции. Требования конкурсного управляющего рассмотрены с учетом уточнений, заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.  

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.  

В силу абзаца 2 пункта 25 Постановления № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве). При этом в соответствии с пунктом 29 Постановления № 63 в случае, если сделка, признанная в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно счел необходимым применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу Общества денежные средства в размере 34 760 925 руб. 60 коп.  

Все доводы заявителя жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.  

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя жалобы.  

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.05.2024 по делу  

 № А43-37941/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий судья О.А. Волгина 

Судьи К.В. Полушкина 

Д.В. Сарри