836/2023-30698(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности решения арбитражного суда, не вступившего в законную силу

Дело № А55-25036/2022

г. Самара

31 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления оглашена 27 марта 2023 г.   Постановление в полном объеме изготовлено 31 марта 2023 г.  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сергеевой Н.В., судей Драгоценновой И.С., Поповой Е.Г., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  с участием:  

от общества с ограниченной ответственностью «Самаранефтегазпроект» - представитель  ФИО2 (доверенность от 30.10.2022),  

от МИ ФНС России № 21 по Самарской области - представители ФИО3  (доверенность от 13.05.2022), ФИО4 (доверенность от 13.05.2022),  

от МИ ФНС № 23 по Самарской области - представители ФИО3 (доверенность от  12.05.2022), ФИО4(доверенность от 12.05.2022),  

от УФНС России по Самарской области - представители ФИО3 (доверенность от  02.09.2022), ФИО4 (доверенность от 09.01.2023),  

рассмотрев в открытом судебном заседании 27 марта 2023 года в помещении суда  апелляционную жалобу УФНС России по Самарской области на решение Арбитражного  суда Самарской области от 22 ноября 2022 года по делу № А55-25036/2022 (судья  Матюхина Т.М.)  

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Самаранефтегазпроект»  (ИНН 

<

***>)  

к МИ ФНС России № 21 по Самарской области об оспаривании, 

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора МИ ФНС № 23 по Самарской области, УФНС России по  Самарской области,  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Самаранефтегазпроект» (далее - ООО  «СНГП», заявитель, Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд  Самарской области с заявлением об оспаривании решения МИ ФНС России № 21 по  Самарской области (далее - МИ ФНС № 21, Инспекция, налоговый орган) от 17.03.2022   № 1006 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

Определением суда от 14 октября 2022 года в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены -  

УФНС России по Самарской области (далее -Управление), МИ ФНС № 23 по Самарской  области.  

Решением Арбитражного суда Самарской области от 22 ноября 2022 года заявленные  требования удовлетворены, постановлено признать недействительным решение  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Самарской области от  17.03.2022 № 1006 об отказе в привлечении к ответственности ООО  «Самаранефтегазпроект» за совершение налогового правонарушения полностью, обязать  Межрайонную инспекцию ФНС Росси № 21 по Самарской области устранить  допущенные нарушения прав и законных интересов Общества с ограниченной  ответственностью «Самаранефтегазпроект».  

Не согласившись с принятым судебным актом, УФНС России по Самарской области  обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой,  в которой просит решение суда отменить по изложенным в жалобе основаниям и принять  по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.  

В апелляционной жалобе ссылается на то, что судом первой инстанции при  недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал  установленными, неправильно применены нормы материального права, и выводы суда не  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам,  подтверждающим нереальность финансово-хозяйственных операций с контрагентами.  

Налоговым органом доказана взаимозависимость и подконтрольность контрагента  налогоплательщику, наличие в действиях налогоплательщика и спорного контрагента  схемы «кругового движения денежных средств».  

Общество с ограниченной ответственностью «Самаранефтегазпроект» представило  письменный отзыв на апелляционную жалобу и дополнения к отзыву, в которых просит  отказать в удовлетворении апелляционной жалобы и оставить решение без изменения.  

Управление Федеральной налоговой службы по Самарской области представило  дополнения к апелляционной жалобе.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте  судебного заседания, размещена арбитражным судом на официальном сайте  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании 30.01.2023 представитель от налоговых органов поддержал  доводы апелляционной жалобы.  

Представитель ООО «Самаранефтегазпроект» возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы.  

Судебное заседание 30.01.2023 определением суда отложено на 01.03.2023 на 09 час  30 мин.  

В судебном заседании 01.03.2023 представители от налоговых органов поддержали  доводы апелляционной жалобы.  

Представитель ООО «Самаранефтегазпроект» возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы.  

Судебное заседание 01.03.2023 определением суда отложено на 27.03.2023 на 10 час  40 мин.  

В судебном заседании 27.03.2023 представители от налоговых органов поддержали  доводы апелляционной жалобы.  

Представитель ООО «Самаранефтегазпроект» возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы.  

В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в  отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется в  соответствии со статьями 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Проверив материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства,  проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на  апелляционную жалобу и возражениях на отзыв суд не находит оснований для отмены  или изменения обжалуемого судебного акта.  

Как следует из материалов дела, 17.03.2022 Инспекцией по результатам выездной  налоговой проверки ООО «СНГП» вынесено решение № 1006, согласно которому  установлена недоимка по налогу на прибыль организаций в сумме 9 331 303 руб., по  налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 7 200 715 руб., начислены пени в  сумме 8 376 086,47 руб. Всего доначисления по обжалуемому решению составляют 24 908  104,47 руб.  

Не согласившись с принятым решением Инспекции, заявитель обратился с  апелляционной жалобой в Управление, по результатам рассмотрения которой Управление  приняло решение от 27.07.2022 № 03.15/25840@, которым апелляционная жалоба  Общества оставлена без удовлетворения.  

Заявитель, не согласившись с вынесенным решением, обратился в Арбитражный суд  Самарской области с рассматриваемым заявлением.  

Принимая решение об удовлетворении заявленных требованиях, суд первой  инстанции обоснованно исходил из следующих обстоятельств.  

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с  заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов,  незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов  местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что  оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не  соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и  законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,  незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для  осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов,  решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного  самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании  осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых  решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному  нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица,  которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия  (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и  действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере  предпринимательской и иной экономической деятельности. Таким образом, для  признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия)  незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: - несоответствие их  закону или иному нормативному правовому акту; - нарушение прав и законных интересов  заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.  

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с  положениями ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле  по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном  и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со  ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Судом установлено и материалами дела подтверждается, ООО «СНПГ»  (Исполнитель) заключило в проверяемом периоде договор от 03.02.2017 № 17101 с ООО  «Производственное предприятие «Нефтегазмаш» (Заказчик) на выполнение работ по  анализу разработанной документации FEED, ПД и документации выполненной на Раннем  этапе Рабочего Проектирования на соответствие нормам. Стоимость работ составляет 57  850 001,50 руб. в т.ч. НДС - 8 824 576,50 руб.  

Для выполнения обязательств перед Заказчиком ООО «СНГП» заключило договор  от 06.04.2017 № 04/П с ООО «ТЕХПРОЕКТ» на выполнение работ по анализу  разработанной документации FEED, ПД и документации, выполненной на Раннем этапе  Рабочего Проектирования на соответствие нормам. Стоимость работ составляет 47 204  684,60 руб., в т.ч. НДС - 7 200 714,60 руб.  

Согласно приложению № 1 к договору от 06.04.2017, в обязательства ООО  «ТЕХПРОЕКТ» входит следующий объем работ: проверка разработанной документации  на предмет полного соответствия Российским требованиям, в т.ч. Российским  требованиям РФ/РТН: - по технологической части: схем КИПиА(схем P&ID) для  технологических объектов и систем энергосредств в границах технологических установок,  в редакции «Выпущенного для проектирования»; по требованиям безопасности и охраны  окружающей среды: схем КИПиА (схем P&ID) для пожарного трубопровода.  

1. Налоговый орган по результатам выездной налоговой проверки пришел к выводу о  том, что в нарушение п. 1 ст. 54.1, п. 1, 2 ст. 171, п.1 ст. 252, пп. 6 п. 1 ст. 254 Налогового  кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), ООО «СНГП» неправомерно завышены  расходы, учитываемые для целей исчисления налога на прибыль и заявлены вычеты по  НДС, предъявленному по взаимоотношениям с контрагентом ООО «ТЕХПРОЕКТ» (ИНН  

<

***>).  

В обоснование указанного вывода налоговый орган, указывает следующие  обстоятельства: выполнение работ для Заказчика ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ» ИНН  

<

***> по договору № 17101 от 03.02.2017 и соответственно, таких же работ,  прописанных в договоре № 04/П от 06.04.2017, заключенном с подрядчиком ООО  «ТЕХПРОЕКТ» ИНН 

<

***>, также и по договору с субподрядчиком ООО ПМХ  «МЕРИДИАН», исключительно силами штатных сотрудников ООО «СНГП» в основное  рабочее время по заданиям, выданным должностными лицами ООО «СНГП», без  фактического привлечения каких-либо дополнительных ресурсов (трудовых и  технических) Подрядчика и субподрядчика, и без заключения договоров гражданско-правового характера с непосредственными исполнителями данных работ; отсутствие  подтверждения сделки со стороны субподрядчика ООО «ТЕХПРОЕКТ» и заказчика  Проверяемого лица ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ», а также отсутствие подтверждения  расчетов между участниками трехстороннего взаимозачета после его проведения; наличие  единого органа управления бухгалтерским учетом всех трех организаций, о чем  свидетельствует совпадение статических IP-адресов Заказчика, Заявителя и Подрядчика, с  которых направлялась налоговая отчетность (в том числе и книги продаж и книги  покупок), в налоговые органы по месту своего учета. Данные факты подтверждаются  данными АИС Налог-3 (АСК НДС-2) по декларациям по НДС за 1-4 кварталы 2018 года, и  информацией, предоставленной банками об статических IP-адресах, с которых  осуществлялись транзакции со счетов Заявителя и контрагента ООО «ТЕХПРОЕКТ»;  полной подконтрольности Подрядчика ООО «ТЕХПРОЕКТ» генеральному директору  ООО «СНГП» ФИО5 через должностную подчиненность руководителя (директора)  ООО «ТЕХПРОЕКТ» ФИО6, поскольку является штатным сотрудником ООО  «СНГП» (в должности менеджера АХО); обналичивание денежных средств поступивших  от Заказчика ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ», на расчетный счет ООО «ТЕХПРОЕКТ»  сотрудником ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ ФИО7 Возврат денежных средств  Заявителю подтверждается показаниями свидетелей: ФИО8  (Протокол допроса от 19.04.2021) и ФИО9 (Протокол допроса  

от 13.04.2021), ФИО10 (Протокол допроса от 16.04.2021), в  которых свидетели подтвердили, что зарплату получали только от ООО «СНГП»,  частично на зарплатную карточку (25%-35%) и остальная часть выплачивалась  наличными в офисе ООО «СНГП»; показания бывших работников Заявителя, по которым  контрагент ООО «ТЕХПРОЕКТ» представлял сведения о выплаченных ФЛ доходах (по  Договорам ГПХ), в том числе: показания ведущего инженерам по КИП (по контрольно-измерительным приборам) в отделе ОКАиСС (Отдел контроля автоматизации и сетей  связи) ФИО8 (Протокол допроса от 19.04.20201г.) о  выполнении работ перед Заказчиком ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ» только в части  Разработки документации полного соответствия Российским требованиям, в т.ч.  Российским требованиям РФ/РТН для заказчика ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ» по РВС для  комбинат «Ударник», при этом, заявив, что проверкой данной документации, мы  (ФИО8 и ее группа: ФИО11 ФИО12, ФИО10) не занимались, это не имело смысла, поскольку проектная  документация должна проходить государственную экспертизу в обязательном порядке.  Также свидетель ФИО8 заявила, что перед увольнением по предложению  ФИО10 - подписала договоры гражданскоправового характера с ООО  «ТЕХПРОЕКТ» и ООО «НЕФТЕСТРОИПРОЕКТ», по которому никаких работ не  выполнялось и, соответственно, никаких вознаграждений не выплачивалось; показания  начальника монтажно-технологического отдела ФИО13  (протокол допроса от 12.03.2020) и показания руководителя группы смет и проекта  организации строительства (СМЕТиПОС) ФИО14 (протокол  допроса от 31.01.2020) об их участии в выполнении работ по проверки разработанной  документации полному соответствию Российским требованиям, в т.ч. Российским  требованиям РФ/РТН от контрагента ООО «ТЕХПРОЕКТ», согласно которым свидетели  подтвердили, что компанию ООО «ТЕХПРОЕКТ» не знают, зарплату получали только в  ООО «СНГП», задания выдавал и принимал главный инженер проектов ООО «СНГП»  ФИО15.  

Указанное, по мнению налогового органа, свидетельствует о том, что выявленные  налоговым органом обстоятельства указывают на то, что фактически работы выполнены  не силами ООО «ТЕХПРОЕКТ», а собственными силами ООО «СНГП», наличии в  действиях общества умысла, направленного на получение налоговой экономии в виде  минимизации налоговых обязательств путем завышения налоговых вычетов по НДС и  включения в состав расходов по налогу на прибыль организаций необоснованных затрат  на основании формально оформленных документов, при фактическом исполнении  обязательств работниками ООО «СНГП», а не стороной по договору, на основании чего  налоговым органом сделан вывод о неправомерном уменьшении налогоплательщиком  суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, в результате наличия обстоятельств,  указанных в п. 1 ст. 54.1 НК РФ.  

Оспаривая решение Инспекции, ООО «СНГП» указывает, что налоговым органом не  была установлена совокупность доказательств, которые свидетельствовали бы о наличии  обстоятельств, предусмотренных п.1 ст. 54.1 НК РФ, а именно следующие обстоятельства:  

- Инспекция, делая вывод о том, что работы выполнило ООО «СНГП» собственными  силами, не учитывает налоговые вычеты по НДС в отношении подтвержденных  налогоплательщиком операций по приобретению материальных и иных ресурсов, не  связанных с оплатой труда, необходимых для достижения результата выполнения работ.  

- материалы проверки не содержат сведений применительно к Обществу, которые  свидетельствовали бы о не проявлении Обществом должной осмотрительности. В  материалах проверки не представлено документально подтвержденных доказательств  того, что ООО «ТЕХПРОЕКТ» на момент заключения договора с Обществом и в спорный  период имело сомнительную репутацию.  

- свидетельские показания не опровергают реальность хозяйственных операций и  деятельности спорного контрагента ООО «ТЕХПРОЕКТ», поскольку в материалах  проверки отсутствуют ссылки на должностные инструкции либо иные документы, в  соответствии с которыми тому или иному свидетелю в силу его должностных  обязанностей должна быть известна информация о контрагентах, каждый из допрошенных  свидетелей в ходе допроса пояснил, что входит в круг его обязанностей, в чем  заключается его работа, из материалов проверки непонятно, на основании каких  документов налоговый орган выбирал сотрудников для проведения допроса и  предполагал, что свидетелям могут быть известны обстоятельства заключения сделок с  покупателями (заказчиками), в том числе с ООО «ТЕХПРОЕКТ», также неясно, каким  образом показания свидетелей, которые не владеют информацией о контрагенте ООО  «ТЕХПРОЕКТ», доказывают нереальность деятельности контрагента.  

- в материалах проверки не приведены доказательства, основанные на положениях  НК РФ, свидетельствующие об осуществлении Обществом контроля и управления  

организацией ООО «ТЕХПРОЕКТ», не представлены доказательства создания какой-либо схемы, направленной на получение Обществом необоснованной налоговой выгоды,  не представлены доказательства взаимозависимости Общества, ООО «ТЕХПРОЕКТ», в  соответствии с критериями, предусмотренными статьей 105.1 НК РФ. В ходе проверки не  представлено доказательств наличия единого управленческого аппарата в лице Общества  (руководство, бухгалтерия, кадры, юристы и т.д.). Отсутствуют доказательства  оформления документов, связанных с ведением деятельности одними и теми же лицами.  Не выявлены факты издания Обществом организационно-распорядительных документов,  приказов и других документов, подтверждающих необходимость согласования своих  действий с Обществом. Фактов выдачи доверенностей Обществу на осуществление тех  или иных действий от имени ООО «ТЕХПРОЕКТ», либо наоборот выданных Обществом  указанным контрагентом.  

- в ходе проверки не опровергнуто, что ООО «ТЕХПРОЕКТ» ведет свою финансово-хозяйственную деятельность самостоятельно от своего имени, на свой риск; контрагент  отвечает перед третьими лицами собственным имуществом; контрагент самостоятельно  ведет бухгалтерский учет, составляет бухгалтерскую и налоговую отчетность;  бухгалтерские и иные документы финансово-хозяйственной деятельности подписывались  разными людьми; самостоятельно определяют налоговую базу, исчисляют и уплачивают  налоги; налоговая отчетность представляется разными людьми; организации  самостоятельно несут расходы по содержанию имущества, оплате коммунальных услуг,  начислению заработной платы работникам и т.д. Экономическая независимость  контрагентов, как указывает заявитель, исключает возможность признания их  подконтрольными Обществу. Доказательств возможности влияния того или иного лица на  определение условий совершаемых организациями сделок, не представлено.  

- факт реальности хозяйственных отношений ООО «СНГП» с его Контрагентами  подтвержден доводами, изложенными в заявлении, а именно: в свидетельских показаниях,  вычеты по НДС, расходы по налогу на прибыль подтверждены документами,  оформленными в соответствии с действующим законодательством, имеющими все  необходимые реквизиты. ООО «СНГП» в рассматриваемый период работало с разными  контрагентами, а не только с оспариваемыми Контрагентами.  

- ООО «ТЕХПРОЕКТ» являлся постоянным партнером (подрядчиком) ООО  «СНГП», контрагент не привлекался к налоговой ответственности в прошлом,  осуществлял расчеты с использованием разных банков. Инспекцией не представлено  доказательств того, что ООО «СНГП» каким-то образом контролировало дальнейшие  действия своего контрагента, которому заявитель перечислил денежные средства во  исполнение своих обязательств по договору.  

- совпадения IP-адресов не подтверждают наличие взаимозависимости,  подконтрольности и согласованности действий между организациями, поскольку IP- 

адреса могут совпадать у разных лиц, а право сотрудников работать по совместительству  предусмотрено законом.  

- выводы налогового органа о минимальной численности и отсутствии материальных  средств субподрядчиков не опровергают наличие реальной возможности выполнения  работ такими контрагентами, поскольку действующее законодательство не обязывает  юридические лица иметь собственные основные средства и соответствующий штат  работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Небольшая численность  работников у участников сделки само по себе не является признаком получения  необоснованной налоговой экономии (недобросовестности).  

- вывод налогового органа о том, что работы выполнялись сотрудниками ООО  «СНГП», а также физическими лицами, не состоящими в трудовых отношениях с ООО  «СНГП» не соответствует действительности, поскольку ООО «СНГП» в рамках  исполнения обязательств по соглашениям с заказчиками привлекало к выполнению  проектных работ юридические лица (ООО «ТЕХПРОЕКТ» и иных субподрядчиков), а не  лиц, не состоящих в трудовых отношениях с ООО «СНГП». Сотрудников ООО «СНГП»  (т.е. лиц, состоящих в трудовых отношениях с ООО «СНГП») привлекало для контроля  субподрядчиков, что подтверждается соответствующими протоколами.  

- показания свидетелей противоречат документированным фактам деятельности  компаний (соглашениям, счетам-фактурам, актам выполненных работ) и объясняются  личными неприязненными отношениями.  

- согласно отчетным документам, работы были поручены ООО «ТЕХПРОЕКТ» и  выполнены именно им, сотрудники же ООО «СНГП» привлекались для контроля  субподрядчика, что опровергает вывод налогового органа о выполнении работ  сотрудниками ООО «СНГП».  

При этом, по мнению заявителя, нельзя исключать и тот факт, что работники ООО  «СНГП» могли выполнить работы в рамках отдельных соглашений с любой коммерческой  организацией, т.к. им не запрещено работать по договорам гражданско-правового  характера с другими организациями, если его функция будет направлена на выполнение  конкретного задания или конкретных действий, на достижение определенного результата.  

Заявитель указывает, что ООО «СНГП» в 2016-2018 году совместно с  субподрядчиками решало широкий спектр задач, поставленных перед ним Заказчиками.  Необходимость привлечения к выполнению спорных работ субподрядчиков была  обусловлена большим объемом выполняемых работ и сравнительно небольшой штатной  численностью работников ООО «СНГП». Общество не имело объективной возможности  выполнить работы самостоятельно. При этом, по результатам мероприятий налогового  контроля налоговый орган признал обоснованными доводы ООО «СНГП» по более чем  15-ти спорным контрагентам (а значит, признал операции реальными, имеющими  экономический смысл и исполненными реальным надлежащим лицом), за исключением  сделок с ООО «ТЕХПРОЕКТ», при этом весомых аргументов в пользу такой позиции не  приведено.  

Также налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств  контрагентом ООО «ТЕХЕЕРОЕКТ» в адрес Общества, не представлены доказательства  фиктивности совершаемых операций и иные порочащие достоверность налоговой  отчетности и полноту уплаты налогов факты.  

Также заявитель указывает на то, что выводы о нереальности выполненных работ  ООО «ТЕХПРОЕКТ» сделан налоговым органом на основании анализа книг покупок,  книг продаж, вместе с тем, нарушение ведения организациями бухгалтерского учета не  свидетельствует об отсутствии выполнения работ и дальнейшего его использования в  деятельности Общества.  

В связи с чем, по мнению заявителя, вывод налогового органа о неправомерном  применении Заявителем налоговых вычетов по НДС, завышение расходов по налогу на  прибыль по взаимоотношениям с ООО «ТЕХПРОЕКТ» документально не подтвержден,  

фактически не установлен, носит предположительный характер и не может быть признан  обоснованным.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации  сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57  Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями  Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик  несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном  процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не  могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на  налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные  законодательством. Также положения НК РФ не позволяют сделать вывод, что  налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за  ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств.  

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции  добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере  экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие  своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при  исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически  оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской  отчетности, - достоверны.  

В соответствии с Постановлением № 53, судебная практика разрешения налоговых  споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников  правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия  налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды,  экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и  бухгалтерской отчетности, - достоверны.  

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом  оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в  целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если  налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах,  неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена  налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или  иной экономической деятельности.  

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на  объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия  налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание  благоприятных налоговых последствий.  

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей  сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной  налоговой выгоды.  

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных  операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о  недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате  оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора,  а также иных обстоятельств, указанных в Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006   № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком  налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53).  

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль  организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для  российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину  произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.  

Пунктом 1 ст.252 НК РФ определено, что в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик  уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми признаются  обоснованные и документально подтвержденные затраты, понесенные  налогоплательщиком.  

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты,  оценка которых выражена в денежной форме.  

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты,  подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ.  

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для  осуществления деятельности, направленной на получение дохода.  

Согласно статье 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском  учете» первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по  форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной  документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны  содержать обязательные реквизиты.  

Также положениями Федерального закона № 402-ФЗ предусмотрено, что  своевременное и качественное оформление первичных учетных документов, передачу их  в установленные сроки для отражения в бухгалтерском учете, а также достоверность  содержащихся в них данных обеспечивают лица, составившие и подписавшие эти  документы.  

Таким образом, из взаимосвязи статьи 254 НК РФ, статьи 9 Федерального закона   № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» следует, что факт, основания и размер  расходов доказывается путем предоставления совокупности первичных документов,  предусмотренных законодательством Российской Федерации о бухгалтерском учете.  

Следовательно, право налогоплательщика на уменьшение полученных доходов в  целях обложения налогом на прибыль на величину произведенных расходов,  непосредственно зависит от представления им соответствующих документов,  подтверждающих затраты.  

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом  на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на  территории РФ.  

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг)  налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг)  обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую  сумму налога.  

В силу пункта 2 указанной статьи сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком  покупателю товаров (работ, услуг) исчисляется по каждому виду этих товаров (работ,  услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1  настоящей статьи цен (тарифов).  

Пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет  право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК  РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога,  предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на  территории РФ, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления  операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ.  

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171  НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при  приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы  налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на  территории РФ, после их принятия на учет.  

Таким образом, при расчете налога на прибыль и налога на добавленную стоимость  налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности,  счетах-фактурах.  

П. 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение  налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в  результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких  фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или)  бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  

Письмом ФНС РФ от 31 октября 2017 г. № ЕД-4-9/22123@ разъяснено, что  характерными примерами такого "искажения" являются: создание схемы "дробления  бизнеса", направленной на неправомерное применение специальных режимов  налогообложения; совершение действий, направленных на искусственное создание  условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот,  освобождения от налогообложения; создание схемы, направленной на неправомерное  применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения;  нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения).  К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть  квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: неотражение  налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг,  имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую  деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах  бухгалтерского и налогового учёта заведомо недостоверной информации об объектах  налогообложения.  

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НКРФ, по  имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую  базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами  соответствующей главы части второй Налогового Кодекса при соблюдении одновременно  следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются  неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по  сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с  налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки  (операции) передано по договору или закону.  

Согласно пункту 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи  подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным  лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах,  наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической  деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок  (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для  признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего  уплате налога неправомерным.  

Доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, и  (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса,  производится налоговым органом при проведении камеральных налоговых проверок  налоговых деклараций (расчетов), представленных в налоговый орган после 19.08.2017, а  также при проведении выездных налоговых проверок и проверок полноты исчисления и  уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения  о назначении которых вынесены налоговыми органами после указанной даты (пункт 5  статьи 82 Кодекса, пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ "О  внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации").  

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие  статьей 54.1 Кодекса, были сформированы на основании Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке  

арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой  выгоды" (далее - Постановление N 53).  

В соответствии с Постановлением № 53 представление налогоплательщиком  документов как в обоснование налоговых вычетов по НДС, так и расходов по налогу на  прибыль не является само по себе достаточным основанием для получения  соответствующей налоговой выгоды, если налоговым органом доказано, что сведения,  содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена  налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или  иной экономической деятельности.  

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само  право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые  последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте  сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной  хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что  налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных  операций.  

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции)  посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным  лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и  (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору  или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение,  предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым  налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны  эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц,  обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения  сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов  с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров  размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и  воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.);  истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки  документов (предметов), проведение экспертиз и другие. Для целей установления фактов  выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным  доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая  данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого  налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у  заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор;  выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику  аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных  мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима  охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.  

Если налоговым органом будут представлены доказательства того, что в  действительности реально хозяйственные операции поставщиками (контрагентами) не  осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему поставок и  взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или  утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия  производителя, поставщика и покупателя продукции указывает на недобросовестность  участников хозяйственных операций, арбитражный суд не должен ограничиваться  проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов  требованиям налогового законодательства, а должен оценить все доказательства по делу в  совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и  расхождений между ними.  

На основании положений статьи 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда  Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.07.2009 № 924-О-О "Об отказе в  принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "ЛК Лизинг" на  нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 106, 110, 169, 171 и 172  Налогового кодекса Российской Федерации", нормы налогового права не предполагают  формального подхода при разрешении налоговых споров, и не исключают возможности  оценки совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения  дела.  

Как верно указал суд первой инстанции, с учетом имеющихся в материалах дела  документов, доводов, приведенных в заявлении, отзывах, дополнительных пояснениях, в  выступлении представителей сторон, в оспариваемом решении налоговой проверки не  содержится неоспоримых доказательств нарушения Обществом п. 1 ст. 54.1, п. 1, 2 ст. 171,  п.1 ст. 252, пп. 6 п. 1 ст. 254 НК РФ, по следующим основаниям.  

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что налогоплательщиком на  налоговую проверку представлены договор на выполнение работ, дополнительные  соглашения к договору, акты приемки выполненных работ, листы предоставления,  подтверждающие получение документации от Исполнителя, акты сверки расчетов по  договору, переписка, акт о проведении взаимозачета, бухгалтерские справки, договор  уступки (цессии), платежные документы, счета-фактуры о выполнении работ  организацией ООО «ТЕХПРОЕКТ». Представленные документы соответствуют  требованиям Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" и  статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Факт принятия работ Заказчиком - ООО «Производственное предприятие  «Нефтегазмаш» подтверждается счетами-фактурами от 01.06.2017 № 00000031, от  01.06.2017 № 00000032, а также книгой продаж ООО «СНГП» и книгой покупок ООО  «Производственное предприятие «Нефтегазмаш», что налоговым органом не  оспаривается.  

Указание налогового органа на отсутствие подтверждения сделки со стороны  заказчика Проверяемого лица ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ», не может свидетельствовать  о нереальности взаимоотношений заявителя и спорного контрагента, относится  исключительно к надлежащему, либо ненадлежащему исполнению взятых на себя  заявителем обязательств по взаимоотношениям с указанными юридическими лицами.  Указание на отсутствие подтверждения сделки со стороны субподрядчика ООО  «ТЕХПРОЕКТ» не находит своего подтверждения в материалах дела и также не может  быть расценено как доказательство отсутствие реальности взаимоотношений заявителя и  спорного контрагента.  

Ссылка налогового органа на то, что совпадение видов работ, объемов работ,  принятых ООО «СНГП» у ООО «ТЕХПРОЕКТ» с видами и объемами работ, принятыми  Заказчиком ООО «ПП «Нефтегазмаш» у ООО «СНГП» указывает на выполнение работ  ООО «СНГП», правомерно отклонена судом первой инстанции в силу следующего.  

Налоговым органом в ходе проверки не получены достоверные доказательства  выполнения работ по контракту исключительно силами самого налогоплательщика, а не  контрагентом. Кроме того, соответствие объема аналогичных видов работ, приобретенных  заявителем у ООО «ТЕХПРОЕКТ» и в дальнейшем реализованных заказчику ООО «ПП  «Нефтегазмаш», с торговой наценкой, указывает о реальности выполненных работ,  несением налогоплательщиком реальных затрат и получение прибыли от сделки.  

Таким образом, применительно к спорной сделке у Общества имелась разумная  экономическая цель, все операции общества учтены в соответствии с действующим  законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни  один из участников не является убыточным.  

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402- ФЗ "О  бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению  первичным учетным документом.  

Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми  оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в  основе мнимых и притворных сделок.  

Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются:  наименование документа, дата составления документа, наименование экономического  субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина  натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием  единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших)  сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо  наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление  свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с  указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для  идентификации этих лиц.  

Представленные первичные документы содержат все перечисленные обязательные  реквизиты первичного документа, что не оспаривается налоговым органом.  

Первичные документы и счета-фактуры подписаны руководителями заявителя и  спорного контрагента. Налоговым органом не представлено суду доказательств, что  документы от ООО «ТЕХПРОЕКТ» подписаны не ФИО6, допрос которого  налоговым органом не проведен.  

Следует также отметить, что регистрация организаций невозможна, согласно  установленному порядку, без личного участия заявителей, на разных этапах регистрации:  при подаче документов в налоговый орган, либо через МФЦ, оформление у нотариуса  доверенности, либо заверение нотариусом подписи на подаваемом в регистрирующий  орган заявлении, так и открытие расчетных счетов в банках, что невозможно сделать без  идентификации личности должностного лица, имеющего право действовать от имени  юридического лица без доверенности.  

Кроме того реальность выполнения работ субподрядчиками в частности ООО  «ТЕХПРОЕКТ» подтверждена главным инженером проектов ООО «СНГП» ФИО15  (протокол допроса № 143 от 16.04.2021).  

Между тем, налогоплательщиком неоднократно пояснялось налоговому органу, а  также в ходе рассмотрения дела, что необходимость привлечения к выполнению спорных  работ субподрядчиков была обусловлена большим объемом выполняемых работ и  сравнительно небольшой штатной численностью работников ООО «СНГП». Общество не  имело объективной возможности выполнить работы самостоятельно. ООО «СНГП» в  рамках исполнения обязательств по соглашениям с заказчиками привлекало к  выполнению проектных работ юридические лица (ООО «ТЕХПРОЕКТ» и иных  субподрядчиков). Указанные доводы Общества находят свое подтверждение в  оспариваемом решении, в соответствии с которым Общество имело взаимоотношения  помимо спорного контрагента еще с 14 контрагентами, в том числе и по выполнению  проектных работ, претензии к которому у налогового органа были идентичны. По  результатам рассмотрения доводы заявителя (аналогичные), приняты налоговым органом,  указано, что реальность взаимоотношений к контрагентами не опровергнута,  доначисления по ним в резолютивной части решения Инспекции отсутствуют.  

Довод налогового органа о выполнении работ сотрудниками заявителя, основанный  только на показаниях 4 свидетелей, 3 из которых, как указано налоговым органом, также  являлись сотрудниками спорного контрагента в 2017 году - ФИО8, ФИО16, ФИО14 и ФИО13, который как указано налоговым органом также  являлся сотрудником спорного контрагента в 2018 году (после взаимоотношений  

заявителя и спорного контрагента), суд первой инстанции правомерно признал  необоснованным, по следующим основаниям.  

Как следует, из показаний указанных свидетелей, они не выполняли работы по  проверке разработанной документации на предмет полного соответствия Российским  требованиям, в т.ч. Российским требованиям РФ/РТН, порученные заявителем спорному  контрагенту, следовательно, утверждение о выполнении работ сотрудниками заявителя не  основано на соответствующих доказательствах и является ошибочным.  

Так, ведущий инженер по контрольно измерительным приборам (КИП) отдела  контроля автоматизации и сетей связи (ОКАиСС) с апреля по август 2015 года,  руководитель группы по КИП с сентября 2015 по июнь 2017, начальник отдела ОКАиСС с  июня по июль 2017 ФИО8 (протокол от 19.04.2020 № 147) пояснила, что она и ее  группа (ФИО11 ФИО12, ФИО10)  занималась выполнением работ перед Заказчиком ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ» только в  части Разработки документации полного соответствия Российским требованиям, в т.ч.  Российским требованиям РФ/РТН для заказчика ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ» по РВС для  комбинат «Ударник», проверкой данной документации, ФИО8 и ее группа, не  занимались.  

Также следует отметить, что ФИО8 пояснила, что к моменту ее назначения  на должность начальника отдела (июнь-июль 2017 года - период оказания услуг спорным  контрагентом) в отделе, кроме свидетеля сотрудников не было, никаких работ отдел не  выполнял. Указанное обстоятельство согласуется с доводами указанными заявителем и  свидетельствует о невозможности выполнения работ заявителем и необходимости в  привлечении третьих лиц для выполнения обязательств перед Заказчиком.  

К показаниям ФИО8 (протокол от 19.04.2020 № 147) о том, что она  подписала договоры гражданско-правового характера с ООО «ТЕХПРОЕКТ» и ООО  «НЕФТЕСТРОИПРОЕКТ», по которому никаких работ не выполнялось и, соответственно,  никаких вознаграждений не выплачивалось, суд относится критически, поскольку  показания свидетеля противоречат установленным налоговым органом фактам о выплате  заработной платы ФИО8 со стороны ООО «ТЕХПРОЕКТ», также свидетель  подтвердила, что ФИО6 является директором ООО «ТЕХПРОЕКТ».  

Из протокола допроса от 12.03.2020 начальника монтажно-технологического отдела  ФИО13 следует, что доходы от ООО «ТЕХПРОЕКТ» свидетель  получал в 2018 году, в то время как работы выполнены спорным контрагентом в июне  2017 года. Согласно представленным налоговым органом сведениям о выплаченных ООО  «ТЕХПРОЕКТ» доходах ФЛ в формате таблицы ЕХEL за 2017 год без указания по  месяцам (справки по форме 2-НДФЛ налоговым органом в материалы дела не  представлены), ФИО13 не указан, что соответствует сведениям, указанным в  протоколе допроса свидетеля.  

Кроме того, свидетель пояснил, что в его обязанности входит разработка проектной  рабочей документации, прохождение экспертизы как гос. так и не гос., экспертиза  промышленной безопасности ЭПБ, осуществление авторского надзора за строительством,  взаимодействие с заказчиком. Относительно работ по проверке разработанной  документации свидетель пояснил, что может руководство что-то заключало, он не в курсе  (ответ на вопрос № 13).  

Согласно протоколу допроса ФИО14 (протокол допроса от  31.01.2020) доходы от ООО «ТЕХПРОЕКТ» свидетель получала в августе 2017 - в  феврале 2018 году, в то время как работы выполнены спорным контрагентов в июне 2017  года. Кроме того, свидетель пояснила, что занималась только составлением смет.  

Согласно протоколу допроса ведущего инженера отдела автоматизированных систем  управления технологических процессов (АСУТП) ФИО16 (протокол допроса от  02.04.2020 № 107) свидетель указал, что фактически прекратил работу в феврале-марте  2017 года, то есть в проверяемый период ФИО16 не являлся сотрудником ООО  

«СНГП», следовательно, мог работать в любых организациях. Кроме того, в обязанности  свидетеля входила разработка проектной и рабочей документации. Во 2 квартале 2017  года работы не выполнял, так как уже не работал в ООО «СНГП». При этом следует  отметить, что получение доходов свидетелем в протоколе не отражено, свидетель указал,  что перечисленные организации в том числе ООО «ТЕХПРОЕКТ» ему не известны,  оплаты от них не получал, что противоречит сведениям налогового органа.  

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, довод налогового органа о  том, что сотрудники, работавшие в ООО «ТЕХПРОЕКТ» по гражданско-правовым  договорам, являлись должностными лицами в ООО «СНГП», работавшими в период  выполнения договора № 04/П с 06.04.2017 по 01.06.2017 на постоянной основе (40 часов в  неделю), противоречит показаниям свидетелей, из которых следует, что свидетели (за  исключением ФИО8) не работали (не получали доходы) одновременно в ООО  «СНГП» и ООО «ТЕХПРОЕКТ».  

При этом совместительство, не противоречит закону и само по себе не  свидетельствует о несамостоятельности взаимозависимых лиц. Ссылки инспекции на один  и тот же состав работников у проверяемого налогоплательщика и его контрагента  подлежат отклонению, так как наличие трудовой деятельности по совместительству не  означает совпадения должностных обязанностей, сотрудники, трудоустроенные таким  образом, разграничивают свои обязанности в различных организациях.  

К показаниям свидетелей о том, что ООО «ТЕХПРОЕКТ» им не знакомо,  вознаграждений не получали, суд первой инстанции обоснованно отнёсся критически,  поскольку показания свидетелей противоречивы и не соответствуют установленным  налоговым органом фактам о выплате заработной платы свидетелям со стороны ООО  «ТЕХПРОЕКТ». Кроме того, ФИО14 указала, что не помнит работала ли в ООО  «ТЕХПРОЕКТ» и ООО ПМХ «Меридиан», были ли расчеты с ней (протокол допроса от  31.01.2020).  

При этом суд первой инстанции обоснованно указал, что все без исключения  свидетели указали, что в их должностные обязанности как сотрудников ООО «СНГП» не  входила проверка разработанной документации на предмет полного соответствия  Российским требованиям, в т.ч. Российским требованиям РФ/РТН.  

Следует отметить, что проверяющими иные сотрудники ООО «ТЕХПРОЕКТ» - директор и единственный учредитель ФИО6, ФИО17, ФИО18,  ФИО19, ФИО20, ФИО21 не допрошены, как и отсутствуют  допросы иных сотрудников заявителя, что свидетельствует о неполном выяснении  обстоятельств выполнения работ и как следствии ошибочных выводах проверяющих. При  этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что именно на налоговом органе лежит  обязанность по доказыванию фактов, положенных в основу решения.  

Кроме того, свидетельские показания - это только источник информации, а не  основание для начисления налогов (постановление Арбитражного суда Московского  округа от 01.04.2019 № Ф05-3173/2019).  

Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания  физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия  фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его  контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами,  отрицая своё отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за  возможную неуплату налогов по указанным сделкам.  

Показания свидетелей, из содержания которых следует, что по факту финансово-хозяйственных взаимоотношений с заявителем пояснения дать не смогли по причине того,  что не помнят обстоятельства сотрудничества с данной организацией, не могут  свидетельствовать об отсутствии взаимоотношений заявителя и контрагента.  

Кроме того, с учетом прошедшего периода времени некоторые детали  взаимоотношений свидетели не могли сразу вспомнить при допросе.  

Между тем, налогоплательщиком неоднократно пояснялось налоговому органу, а  также в ходе рассмотрения дела, что необходимость привлечения к выполнению спорных  работ субподрядчиков была обусловлена большим объемом выполняемых работ и  сравнительно небольшой штатной численностью работников ООО «СНГП». Общество не  имело объективной возможности выполнить работы самостоятельно, что согласуется с  показаниями ФИО8  

В связи с чем, вывод Инспекции о выполнении работ сотрудниками заявителя не  находит своего подтверждения в материалах дела и обоснованно отклонен судом первой  инстанции.  

При этом совокупностью представленных в материалы дела доказательств, которые  налоговым органом не опровергнуты, подтверждена реальность выполнения работ  спорным контрагентом по заданию налогоплательщика. Выполненные контрагентом  работы оплачены налогоплательщиком наличными денежными средствами и зачетом  взаимных требований, что не противоречит действующему законодательству.  

Кроме того, суд первой инстанции отмечает, что неперечисление контрагентам  денежных средств, а также последующие расчеты взаимозачетом, не могут являться  основанием для отказа в вычете по НДС, так как положения ст.ст. 171,172 НК РФ не  связывают право на вычет с оплатой товаров, работ, услуг.  

В части доводов налогового органа о взаимозависимости и подконтрольности  контрагента налогоплательщику суд отмечает следующее.  

Совпадение IP-адреса, налогоплательщика и IP-адресов у ООО «ПП «Нефтегазмаш»  и ООО «ТЕХПРОЕКТ», номера телефона, само по себе не может свидетельствовать о  подконтрольности указанных организаций налогоплательщику и согласованности их  действий.  

IP-адрес - это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного  компьютера. IP адреса бывают двух видов. IP-адрес называют статическим (то есть  постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. IP- адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается  автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение  ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения.  Таким образом, динамический IP-адрес, а именно они в большинстве случаев  используются, не уникален. IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у  весьма значительного числа устройств связи, если Интернет- соединения были сделаны в  разное время.  

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP- адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное  количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате  динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма  значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были  осуществлены в разное время.  

Следовательно, одинаковый динамический IP-адрес - это не один компьютер, а чаще  всего сервер, расположенный, например, в офисном здании или группе зданий. Один и тот  же IP-адрес без использования ключа электронной цифровой подписи не является  средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов.  

При этом указание налоговым органом в решении Управления и впоследствии в  отзывах о том, что IP-адреса статические, не соответствует сведениям в оспариваемом  решении, в котором на вид IP-адреса указание отсутствует.  

При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и  тот же номер сети, при этом уникальный номер компьютера (узла), с которого  осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. Само по себе совпадение IP - адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и  согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.  

Такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются  идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского  обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в  гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о  совпадении интернет-шлюза, территории (адреса), оператора связи, его оборудования,  (что имеет место в рассматриваемом случае).  

В рассматриваемом случае, судом установлено, через оборудование ПАО «МТС»  запрос поступает в ООО «Контур», который осуществляет направление деклараций всех  трех организаций, чем и может объясняться совпадение указанного номера телефона,  каждый из элементов сети имеет свой IP-адрес.  

Так, согласно ответу ПАО «Сбербанк» (приложенному заявителем к возражениям и  указанному на стр. 231 оспариваемого решения) на запрос ООО «СНГП» по вопросу  предоставления информации о принадлежности IP-адресов, использовавшихся ООО  «СНГП» в 2016-2018 году, информацию о принадлежности IP-адресов, перечисленных в  обращении, можно запросить у Интернет-провайдера, предоставлявшего доступ к сети  интернет в 2016-2018 году для ООО «СНГП».  

При этом ПАО «МТС» в своем ответе сообщило, что IP-адреса 83.113.-19.154,  128.71. 72.94, 2.95.7.129 принадлежит диапазону IP-адресов ПАО «МТС». При этом  каждый из IP- адресов может быть назначен одновременно нескольким абонентам сети  ПАО «МТС».  

Таким образом, из ответов ПАО «Сбербанк» и ПАО «МТС» следует, что указанные  IP-адреса не принадлежат оборудованию ООО «СНГП», следовательно, совпадение IP- адресов не свидетельствуют о подконтрольности и согласованности действий  организаций. Кроме того, налоговый орган, также не указывает временной период  пересечений IP-адресов.  

Ссылка налогового органа на полную подконтрольность ООО «ТЕХПРОЕКТ»  генеральному директору ООО «СНГП» ФИО5 через должностную подчиненность  руководителя (директора) ООО «ТЕХПРОЕКТ» ФИО6, поскольку последний  является штатным сотрудником ООО «СНГП» (в должности менеджера АХО), что  свидетельствует о взаимозависимости организаций, правомерно не принята судом первой  инстанции обоснованной.  

ФИО6 не являлся руководителем либо учредителем налогоплательщика в  проверяемый период, что исключает возможность его влияния на решения, принимаемые  ООО «СНГП». Кроме того, доказательств того, что ФИО6, как менеджер  подчинялся ФИО5 по должностному положению, материалы дела не содержат.  

Пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются  лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на  условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические  результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.  

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2  статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не  является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды.  

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может  оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с  заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного  лица определять решения, принимаемые другими лицами.  

То есть налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что  контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) имел возможность влиять  на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик  действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит, был  связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной  

деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения  соответствующих сделок.  

Налоговым органом, не доказан факт того, что возможная взаимозависимость  привела к необоснованному завышению налога, подлежащего возмещению из бюджета.  Также не были доказаны умысел налогоплательщика и согласованность его действий с  контрагентом в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения  НДС.  

Как указано в п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, сама по себе  взаимозависимость сторон не может свидетельствовать о получении налогоплательщиком  необоснованной налоговой выгоды. Подобная точка зрения выражена в Постановлениях  Президиума ВАС РФ и Определении Верховного Суда РФ (приведено в Обзоре судебной  практики (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016) и в Обзоре правовых  позиций, направленном Письмом ФНС России для использования в работе).  

Аналогичные выводы содержит также многочисленная судебная практика:  Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 03.02.2017 № Ф06-17303/2016  по делу № А12-11984/2016, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от  06.05.2016 № Ф10-1124/2016 по делу № А54-4631/2014, Постановление Арбитражного  суда Московского округа от 23.03.2016 № Ф05-2899/2015 по делу № А4 -33514/2014;  Определение Верховного Суда РФ от 11.04.2016 N 308-КГ 15-16651 по делу № А6311506/2014 (приведено в Обзоре судебной практики (утв. Президиумом Верховного Суда  РФ 06.07.2016) и в Обзоре правовых позиций, направленном Письмом ФНС России от  07.07.2016 № СА-4-7/12211@ для использования в работе); Постановление Арбитражного  суда Восточно-Сибирского округа от 01.08.2018 № Ф02- 3237/2018 по делу № А198319/2016; Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.09.2018 № Ф06- 37143/2018 по делу № А12-33034/2017; Постановление Президиума ВАС РФ от 06.04.2010   № 17036/09 по делу № АОЗ-710/2009; Постановление Президиума ВАС РФ от 09.09.2008   № 4191/08 по делу № А72-2619/07-30/37; Постановление Президиума ВАС РФ от  24.10.2006 № 5801/06 по делу № А50-20003/2005-А1; Постановление Арбитражного суда  Волго-Вятского округа от 21.03.2016 № Ф01-411/2016 по делу № А28-14823/2014;  Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24.06.2015 № Ф02-  2832/2015 по делу № А74-1517/2014; Постановление Арбитражного суда Московского  округа от 20.08.2015 № Ф05-11344/2015 по делу № А40-127622/14; Постановление  Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.12.2015 по делу № А52- 2768/2014;  Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.02.2017 № Ф08-  10644/2016 по делу № А53-32851 /2015; Постановление Арбитражного суда Центрального  округа от 13.08.2015 № Ф10-2349/2015 по делу № А23-5625/2014; Постановление  Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 11.03.2016 № Ф02- 1130/2016 по делу   № А58-1976/2015; Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от  04.02.2015 № Ф03-6053/2014 по делу № А51 -20886/2014; Постановление Арбитражного  суда Западно-Сибирского округа от 19.06.2015 № Ф04- 19989/2015 по делу № А0313215/2014; Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.04.2015   № Ф08-1454/2015 по делу № АО 1-763/2014; Постановление Арбитражного суда  Уральского округа от 04.09.2015 № Ф09-6240/15 по делу № A60-50721/2014.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу,  что налоговым органом не доказана взаимозависимость либо подконтрольность  контрагента налогоплательщику и наличие единого органа управления бухгалтерским  учетом всех трех организаций.  

Вывод налогового органа о наличии в действиях налогоплательщика и спорного  контрагента схемы «кругового движения денежных средств», а именно обналичивание  денежных средств, поступивших от Заказчика ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ», на  расчетный счет ООО «ТЕХПРОЕКТ» сотрудником ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ  

ФИО7, суд первой инстанции правомерно признал ошибочным в силу  следующего.  

Как указал сам налоговый орган, ФИО7 (указанная в основании платежей от  04.08.2017 и 04.12.2017) являлась работником ООО ПП «НЕФТЕГАЗМАШ» (согласно  справке по форме 2-НДФЛ за 2015- 2017гг.).  

Налоговым органом не доказано, что суммы денежных средств именно от ООО ПП  «НЕФТЕГАЗМАШ» были переведены на счет ООО «ТЕХПРОЕКТ», и в дальнейшем  перечислены ФИО7 (временное совпадение одного из платежей не может  являться таким доказательством). При этом, как установлено и указано в оспариваемом  решении проверяющими, ФИО7 являлась доверенным лицом ООО  «ТЕХПРОЕКТ», а платежи ФИО7 осуществлены с назначением платежа  «зарплата», «возврат беспроцентного займа», следовательно, перечисления ФИО7 денежных средств не является обналичиванием. Доказательств того, что указанные  платежи выплачены по иным основаниям не соответствующим указанным, налоговым  органом суду не представлено.  

Также Инспекцией не представлены доказательства того, что денежные средства,  перечисленные ФИО7 с расчетных счетов ООО «ТЕХПРОЕКТ», вернулись  обратно в ООО «СНГП». Фактов того, что ФИО7 являлась сотрудником  заявителя, либо имела какие-либо взаимоотношения с заявителем налоговым органом не  установлено. ФИО7 проверяющими не допрошена.  

Кроме того, Инспекция при анализе расчетных счетов ООО «ТЕХПРОЕКТ» не  принимает во внимание, что у организации были расчеты со многими поставщиками и  покупателями, проходила выплата заработной платы, оплата налогов, и т.д., операций по  «обналичиванию» денежных средств или возврата денежных средств обратно в ООО  «СНГП», отсутствовали.  

Инспекцией не установлено, что сотрудниками ООО «СНГП» происходило  управление денежными средствами на расчетных счетах ООО «ТЕХПРОЕКТ» и его  контрагента (ООО ПМХ «МЕРИДИАН»).  

Утверждение налогового органа о том, что возврат денежных средств Заявителю,  подтверждается показаниями свидетелей: ФИО8 (Протокол  допроса от 19.04.2021) и ФИО9 (Протокол допроса от  13.04.2021), ФИО10 (Протокол допроса от 16.04.2021), в которых  свидетели подтвердили, что зарплату получали только от ООО «СНГП», частично на  зарплатную карточку (25%-35%) и остальная часть выплачивалась наличными в офисе  ООО «СНГП» не может быть признано судом обоснованным, поскольку свидетели  являлись сотрудниками ООО «СНГП» и выплата им зарплаты является обязанностью  заявителя. Кроме того, учитывая отсутствие доказательств возврата перечисленных  денежных средств обратно в ООО «СНГП», утверждение о том, что выдача заявителем  зарплаты является возвратом денежных средств, является нелогичным и необоснованным.  

При таких обстоятельствах отсутствуют основания утверждать, что суммы,  перечисленные налогоплательщиком контрагенту, транзитом перечисляются на счета  третьих лиц. Фактов возврата денежных средств налогоплательщику либо его  взаимозависимым (аффилированным) лицам налоговым органом не установлено, в  оспариваемом решении не приведено.  

Довод налогового органа об отсутствии оплаты, поскольку сторонами проведен  взаимозачет, уступка (цессия), правомерно признан судом первой инстанции  необоснованным, поскольку, замена лиц в обязательстве из договора, как и прекращение  обязательства совпадением должника и кредитора в одном лице не противоречит  законодательству, а является реализацией прав, предоставленных статьями 382-392.3, 413  Гражданского кодекса РФ.  

Аналогичный вывод содержит Постановление Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 11.02.2022 по делу № А55-35496/2021.  

Кроме того, участники этой сделки не являются сомнительными  налогоплательщиками, в проверяемый период являлись действующими юридическими  лицами, а хозяйственные операции, которые опосредует движение денежных средств,  имеют конкретный экономический смысл. Обратное налоговым органом не доказано, в  оспариваемом решении ссылки на соответствующие доказательства не имеется.  

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что применительно к  спорным сделкам у Общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что  общество действовало совместно со спорным контрагентом с целью получения  необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые  позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.  

Все операции общества учтены в соответствии с действующим законодательством и  обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не  является убыточным.  

Контрагентом произведено начисление НДС, по операциям с Обществом. При этом  указание проверяющих на отсутствие оплаты начисленного к уплате НДС за 3, 4 кварталы  2017 и за 1 квартал 2018, не может доказывать его фактической неуплаты, кроме того, как  указано налоговым органом контрагентом заявлены вычеты по НДС. Таким образом,  начисление НДС заявителю, за те же операции является двойным налогообложением.  

Суд отмечает, что общество не должно нести ответственность за недобросовестное  поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. О  самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов  свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление  налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных  счетов контрагентов. В рассматриваемом случае, указанные критерии,  свидетельствующие о самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной  деятельности контрагентов, подтверждены материалами дела. Действия организаций- контрагентов, не могут являться основанием для возложения ответственности за их  действия на Общество.  

Таким образом, конкретных фактов, свидетельствующих о согласованности действий  заявителя и контрагента, предопределенности движения денежных и товарных потоков,  совершении иных действий, направленных на создание искусственного документооборота  и получение налоговой экономии, в ходе проверки не выявлено. При отсутствии  доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому  налогоплательщику на последнего не могут быть возложены негативные последствия  недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления  денежных средств по выпискам банков (Определение ВС РФ от 29.11.2016 № 305-КК16- 10399 по делу А40-71125/2015, от 06.02.2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40120736/2015).  

Из оспариваемого решения Инспекции не следует, что применительно к спорным  налоговым периодам контрагент не исполнял своих обязанностей по уплате налогов, в том  числе по взаимоотношениям с Обществом. Также в оспариваемом решении не приведены  доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на  расчетные счета контрагента было их последующее «обналичивание» в интересах именно  заявителя; отсутствуют доказательства не проявления обществом должной  осмотрительности при выборе контрагента.  

Вместе с тем из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа  доказательств, имеющихся в материалах дела следует, что обществом соблюдены  требования пункта 1 статьи 54.1 НК РФ по сделкам с контрагентом.  

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или  возражений. Пунктом 1 названной статьи, и пунктом 5 статьи 200 АПК РФ обязанность  

доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого  решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.  

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым  органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у  налогоплательщика налоговой экономии. Эти доказательства, как и доказательства,  представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании  согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и  взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в  ходе проведения выездной налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного  разбирательства соответствующие доказательства суду не представлены.  

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на  проверку налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих  взаимоотношения между заявителем и спорным контрагентом.  

Приведенные Инспекцией в решении выводы сами по себе, безусловно, не могут  свидетельствовать о не совершении обществом хозяйственных операций, о наличии в его  действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и  заключило с данными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская  наступление вредных последствий.  

При этом следует отметить, что невозможность выполнения работ спорным  контрагентам, контрагентами третьего звена налоговым органом не опровергнута.  

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что контрагент на момент  заключения договора с Обществом являлся действующим юридическим лицом, состоял в  ЕГРЮЛ и на налоговом учете по адресам, указанным в договорах и счетах-фактурах.  

Кроме того, Инспекцией установлено и подтверждается материалами дела, наличие у  ООО «ТЕХПРОЕКТ» аттестата аккредитации, подтверждающего область аккредитации  ООО «ТЕХПРОЕКТ», свидетельств о допуске к работам по проектированию, изысканиям  и строительству объектов, допусков ISO и наличие оборудования и трудовых ресурсов.  

Указание на отсутствие у ООО «ТЕХПРОЕКТ» недвижимого имущества,  транспортных средств, при наличии указанных выше обстоятельств, не может  рассматриваться в качестве, признаков недобросовестного налогоплательщика и не может  выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения  предпринимательской деятельности (постановление Арбитражного суда Поволжского  округа от 29.06.2018 № А12-37867/2017).  

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, основания для отнесения  ООО «ТЕХПРОЕКТ» к категории недобросовестных налогоплательщиков отсутствуют.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что обстоятельства, на которые  ссылается налоговый орган, не опровергают фактического выполнения работ и их оплаты,  о недобросовестности общества не свидетельствуют, относятся исключительно к  деятельности рассматриваемого контрагента и контрагента третьего звена. Указанные  обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих  негативных последствий на общество, являющееся покупателем услуг.  

Кроме того представленные налоговым органом доказательства не опровергают факт  осуществления реальных хозяйственных операций между заявителем и его контрагентом.  

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции приходит к обоснованному  выводу о недоказанности Инспекцией наличия согласованных неправомерных действий  заявителя и его контрагента, или наличия иных обстоятельств, указанных в  Постановлении № 53.  

Указанные налоговым органом доводы обоснованно отклонены судом первой  инстанции, как недостаточные для вывода об отсутствии взаимоотношений заявителя со  спорным контрагентом и умышленных действиях заявителя в соответствии с п. 1 ст. 54.1  НК РФ.  

Пункт 3 статьи 54.1 НК РФ предусматривает несколько критериев, которые  самостоятельно не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий:  подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным  лицом; нарушение контрагентом налогового законодательства; наличие возможности  получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при  совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций). Данные  критерии закреплены в статье 54.1 НК РФ для того, чтобы исключить возможность  предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам.  

Нарушения налоговой дисциплины, согласно анализу внутренней деятельности  третьих лиц, не могут являться доказательством незаконного поведения  налогоплательщика и (или) служить основанием для вывода об умышленном характере  действий налогоплательщика. Как указанно ранее налогоплательщик, не несет  ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе  уплаты и перечисления налогов в бюджет.  

Нарушение контрагентом заявителя своих налоговых обязанностей не может  вменяться в вину заявителя и само по себе не может являться доказательством получения  заявителем, как налогоплательщиком, необоснованной налоговой выгоды. При этом  судом установлено, что контрагент, согласно анализу расчетных счетов, взаимодействовал  с иными юр. лицами, производил начисления НДС для оплаты в бюджет (правовая  позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от  16.10.2003 № 329-0).  

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в Определении № 329-0 от  16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность  по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными  налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых  обязательств налоговую ответственность.  

Тем более общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и  контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3-го  и прочих звеньев, что подтверждается Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-59/947@.  

Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех  организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в  бюджет.  

При этом ни Общество, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют  доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к  которым имеют доступ должностные лица налоговых органов. Налогоплательщики могут  использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы,  предоставленные самим контрагентом.  

Следовательно, Инспекция не опровергла реальность сделки между контрагентом  ООО «ТЕХПРОЕКТ» и заявителем. Реальность выполнения работ подтверждается  представленными заявителем документами и материалами дела.  

Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных  хозяйственных операций, действительное исполнение договоров между заявителем,  контрагентом и заказчиком.  

Таким образом, в действиях заявителя не усматривается недобросовестность  налогоплательщика, поскольку все представленные документы подтверждают реальность  совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером  предпринимательской деятельности.  

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд полагает, что им была  проявлена должная осмотрительность по взаимоотношениям с контрагентом. Действия  заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от  10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.  

Кроме того, суд первой инстанции правомерно отметил, что Инспекцией были  указаны аналогичные обстоятельства, факты и доказательства в отношении иных  контрагентов общества (14 организаций) в том числе, выполнявших для заявителя  проектные работы, доводы заявителя по которым признаны налоговым органом  обоснованным, начисления аннулированы.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о  том, что Инспекция не доказала факт получения Обществом необоснованной налоговой  экономии по взаимоотношениям с контрагентом ООО «ТЕХПРОЕКТ».  

Согласно оспариваемому решения, Обществу также вменяется нарушение п. 18 ст.  250 НК РФ, в виде неправомерного занижения внереализационных расходов в виде сумм  кредиторской задолженности перед ООО «НафтаИмпэкс-Регион».  

Суд считает выводы Инспекции по данному нарушению необоснованными, и не  доказанными.  

В соответствии с пунктом 18 статьи 250 НК РФ для целей налогообложения прибыли  в составе внереализационных доходов учитываются доходы в виде сумм кредиторской  задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока  исковой давности.  

Кредиторская задолженность, по которой истек срок исковой давности, учитывается  в составе внереализационных доходов по данным инвентаризации, письменного  обоснования и приказа руководства организации.  

Вместе с тем дата признания внереализационных доходов дли целей  налогообложения прибыли установлена пунктом 4 статьи 271 НК РФ. Так. доход в виде  кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, учитывается в  составе внереализационных доходов в последний день того отчетного периода, в котором  истекает срок исковой давности.  

Учитывая вышеизложенное, а также положения статьи 250 НК РФ предусматривают  обязанность налогоплательщика отнести суммы кредиторской задолженности, но которой  истек срок исковой давности, в состав внереализационных доходов именно в год  истечения срока исковой давности.  

Как следует из оспариваемого решения проверяющими, из регистров бухгалтерского  учета установлено, что ООО «СНГП» имело непогашенные кредиторские задолженности  в общей сумме 6 652 542 руб., в том числе по налоговым периодам: за 2016г. в сумме 4  661 017 руб.; за 2017г. в сумме 1 991 525 руб., сроки исковой давности, которых, по  мнению проверяющих, истекли в проверяемом периоде.  

На основании чего, налоговый орган пришел к выводу о нарушении п.18 ст. 250 НК  РФ, в виде неправомерного занижения ООО «СНГП» суммы внереализационных доходов  в налоговом учете и соответственно занижении суммы внереализационных доходов,  отраженных в декларациях по налогу на прибыль за 2016 и 217гг. на суммы кредиторской  задолженности, подлежавших списанию по истечении срока исковой давности (по  истечении трех лет с возникновения обязательства по счетам) в 2016 г. в размере 4 661  016,99 руб., и в 2017 г. - в размере 1 991 525.40 руб., приведшее к неуплате налога на  прибыль в обшей сумме 1 330 508 руб.  

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или  возражений. Пунктом 1 названной статьи, и пунктом 5 статьи 200 АПК РФ обязанность  доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого  решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.  

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым  органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у  налогоплательщика налоговой экономии. Эти доказательства, как и доказательства,  представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании  

согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и  взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в  ходе проведения выездной налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного  разбирательства соответствующие доказательства суду не представлены. Налоговый орган  ограничился лишь анализом регистров бухгалтерского учета, при этом соответствующих  мероприятий налогового контроля налоговым органом не проводилось. Также налоговым  органом не принимались меры по истребованию документов у ООО «НафтаИмпэкс- Регион» и проведению допросов должностных лиц, на которых возлагалось ведение и  организация бухгалтерского и налогового учета, иные работники по факту задолженности.  

При этом истечение трехлетнего срока с возникновения обязательства по счетам не  может, безусловно, указывать на истечение срока давности по взысканию задолженности,  поскольку стороны могут продлить сроки взыскания задолженности (заключить  дополнительные соглашения), уступить ее, совершить действия по признанию долга,  оплаты задолженности и т.д. Указанное налоговым органом не выяснялось.  

Кроме того, как следует из оспариваемого решения, задолженность отражена по  полученным в 2013-2014 гг. авансам (предоплатам) от ООО «НафтаИмпэкс-Регион».  

Необходимо также отметить, что течение срока исковой давности будет начинаться  не с момента возникновения кредиторской задолженности (момент реальной отгрузки  товаров или реальной выплаты аванса), а только с момента, когда задолженность перейдет  в разряд просроченной, т.е. с момента просрочки долга, который можно установить  только исходя из условий договора.  

Следовательно, для признания безнадежного долга таковым в связи с истечением  срока исковой давности налоговый орган должен располагать документами, которые  позволяют установить дату возникновения кредиторской задолженности (договор,  спецификации и т.д.), регистры бухгалтерского учета таковыми не являются. При этом  сведения о том, что налоговым органом истребовались данные документы у ООО  «НафтаИмпэкс-Регион», производилось сопоставление данных бухгалтерского учета  (дебиторской задолженности) ООО «НафтаИмпэкс-Регион», оспариваемое решение не  содержит, соответствующие документы в материалы дела не представлены.  

Кредиторская задолженность - это долги к уплате. Кредиторская задолженность  возникает, когда от покупателей получен аванс, а товары (работы, услуги) еще не  реализованы или если от поставщика получены товары (работы, услуги), а денежные  средства за них еще не выплачены.  

Возникновение кредиторской задолженности связано с моментом, когда одна  сторона выполнила свои обязательства в отношении компании, а сама организация - нет.  

Порядок списания кредиторской задолженности в бухгалтерском учете организации  регулируется Положением по бухгалтерскому учету "Доходы организации" ПБУ 9/99,  утвержденным Приказом Минфина России от 06.05.1999 № 32н (далее - ПБУ 9/99), и  Положением № 34н.  

Согласно п. п. 7, 10.4 ПБУ 9/99 сумма кредиторской задолженности, нереальная к  взысканию, по которой истек срок исковой давности, является прочим доходом и  включается в доход организации в сумме, в которой эта задолженность была отражена в  бухгалтерском учете.  

Суммы кредиторской задолженности, по которым срок исковой давности истек, в  соответствии с п. 78 Положения № 34н, списываются по каждому обязательству на  основании данных проведенной инвентаризации, письменного обоснования и приказа  (распоряжения) руководителя организации и относятся на финансовые результаты у  хозяйствующих субъектов.  

Суммы кредиторской задолженности, по которым истек срок исковой давности,  согласно Плану счетов находят свое отражение по кредиту счета 91 "Прочие доходы и  

расходы" в течение отчетного периода в корреспонденции со счетами учета кредиторской  задолженности.  

Списание суммы кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности  в бухгалтерском учете организации отражается следующим образом: Дебет 60, 62, 76  Кредит 91, субсчет "Прочие доходы", - списана кредиторская задолженность.  

Суммы кредиторской задолженности, в соответствии с п. 18 ст. 250 НК РФ,  учитываются в составе внереализационных доходов в полной сумме (с учетом НДС).  

Таким образом, кредиторская задолженность с истекшим сроком исковой давности  учитывается в составе внереализационных доходов по данным инвентаризации,  письменному обоснованию и приказу руководства организации.  

Как следует из оспариваемого решения и установлено судом, списание суммы  кредиторской задолженности Обществом не производилось, что в силу вышеизложенного  может указывать и на то, что момент возникновения кредиторской задолженности в  спорный период не наступил. Данный факт налоговым органом не опровергнут,  доказательства обратного суду не представлены.  

Судом выяснялся вопрос наличия кредиторской задолженности, периода ее  возникновения и принятия ООО «НафтаИмпэкс-Регион» мер по взысканию  задолженности.  

На основании выписки из ЕГРЮЛ, судом установлено, что ООО «НафтаИмпэкс- Регион» прекратило свою деятельность 30.09.2022, в связи с его ликвидацией на  основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства (дело   № А40-61493/2019).  

В соответствии с абзацем 8 пункта 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", конкурсным управляющим в  обязательном порядке должны быть приняты меры к истребованию дебиторской  задолженности.  

Как пояснил заявитель и установлено судом на основании сайта https://kad.arbitr.ru/  взыскание ООО «НафтаИмпэкс-Регион» указанной задолженности с ООО «СНГП» не  производилось, что может указывать на фактическое отсутствие кредиторской  задолженность (возврат, ошибочное отражение и т.д.). Данный факт проверяющими не  выяснялся, проверяющие ограничились только сведениями из регистров бухгалтерского  учета, без проведения мероприятий налогового контроля по проверке указанных данных.  

В целях главы 25 НК РФ, имеющийся долг можно квалифицировать как  безнадежный (нереальный ко взысканию), если выполняется одно из следующих  перечисленных условий (пункт 2 статьи 266 НК РФ):  

1) истек срок исковой давности (статьи 196, 197 ГК РФ); 

2) обязательство должника прекращено: из-за невозможности его исполнения  (статья 416 ГК РФ); на основании акта государственного органа (статья 417 ГК РФ); в  связи с ликвидацией организации (статья 419 ГК РФ).  

В соответствии со статьей 419 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -  ГК РФ) обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или  кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение  обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по  требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).  

При этом суммы такой кредиторской задолженности должны быть признаны  налогоплательщиком в периоде, соответствующем дате внесения записи в ЕГРЮЛ о  ликвидации кредитора (Письмо ФНС России от 02.06.2011 № ЕД-4-3/8754, Письмо  Минфина России от 01.10.2020 № 03-03-06/1/85891).  

Следовательно, при отсутствии надлежащих доказательств, спорная задолженность  не могла рассматриваться проверяющими, как невозможная к взысканию, в связи с чем,  основания для вывода о том, что она подлежала списанию и включению в состав  

внереализационных доходов при исчислении налога на прибыль в проверяемый период, у  налогового органа отсутствовали.  

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно признал неправомерным  начисление налоговым органом Обществу налога на прибыль в сумме 1 330 508 руб.  

При этом, довод заявителя о том, что ООО «СНГП» не была предоставлена  возможность ознакомления со всеми материалами налоговой проверки, что является  существенным нарушением положений НК РФ, правомерно отклонен судом первой  инстанции, так как не нашедший своего подтверждения в материалах дела.  

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный  правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов  местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или  иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в  сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о  признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий  (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что  оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие)  государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных  лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права  и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении  заявленного требования.  

Из содержания частей 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого  ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия)  органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд  должен установить наличие двух условий в совокупности:  

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие)  органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют  закону или иному нормативному правовому акту;  

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие)  органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и  законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической  деятельности.  

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного  правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия  оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у  органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения,  совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших  основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых  действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или  совершили действия (бездействие).  

Согласно п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности  актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика  (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).  

Довод налогового органа в апелляционной жалобе о том, что судом первой  инстанции не дана оценка расчетам налогоплательщика с контрагентом, отклоняется  судом апелляционной инстанции в силу следующего.  

Судом первой инстанции установлено, что совокупностью представленных в  материалы дела доказательств, которые налоговым органом не опровергнуты,  подтверждена реальность выполнения работ спорным контрагентам по заданию  налогоплательщика (договоры, акты выполненных работ, счета-фактуры и т.п.).  

Выполненные контрагентом работы оплачены налогоплательщиком наличными  денежными средствами и зачетом взаимных требований, что не противоречит  действующему законодательству.  

Кроме того, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что  расчеты взаимозачетом не могут являться основанием для отказа в вычете по НДС, так как  положения ст.ст. 171,172 НК РФ не связывают право на вычет с оплатой товаров, работ,  услуг.  

Довод налогового органа об отсутствии оплаты, поскольку сторонами проведен  взаимозачет, уступка (цессия), не может являться основанием для доначисления налога,  поскольку, замена лиц в обязательстве из договора, как и прекращение обязательства  совпадением должника и кредитора в одном лице не противоречит законодательству, а  является реализацией прав, предоставленных статьями 382-392.3, 413 Гражданского  кодекса РФ.  

При этом налоговым органом при проведении проверки не установлено отсутствие  или недействительность обязательств, по которым сторонами произведен зачет встречных  требований.  

Довод налогового органа о возврате денежных средств, уплаченных контрагенту, не  подтвержден доказательствами и является не обоснованным в связи с чем отклоняется  судом апелляционной инстанции.  

Дополнения к апелляционной жалобе содержат указание на то, что денежные  средства, уплаченные налогоплательщиком в ООО «Техпроект», в последствие  возвращены налогоплательщику.  

В доказательства данного обстоятельства налоговым органом приводятся:  

1) Протоколы допроса ФИО8, ФИО9, ФИО10, в которых  свидетели пояснили, что заработную плату от ООО «СНГП» получали частично на карту,  а частично наличными в офисе ООО «СНГП» (выплату проводила ФИО22). Каким  образом данный факт подтверждает возврат денежных средств от ООО «Техпроект» в  адрес налогоплательщика неясно;  

2) Выпиской по расчетному счету ООО «Техпроект» установлено, что часть  денежных средств снята наличными деньгами с назначением «зарплата» и «возврат  беспроцентного займа ФИО7». Каким образом, обстоятельства снятия  денежных средств на выплату заработной платы ООО «Техпроект» и возврат  задолженности по займу подтверждает факт передачи денежных средств налоговый орган  не пояснил;  

3) Снятие наличных денежных средств «возврат займа ФИО7  производилось после поступления денежных средств от ООО «ПП «Нефтегазмаш» (то  есть не от налогоплательщика). Каким образом данное обстоятельство может  подтверждать передачу денежных средств налогоплательщику представитель налогового  органа не пояснил.  

4) ФИО7 являлась доверенным лицом ФИО6 (директора ООО  «Техпроект»). Данное обстоятельство является естественным, денежные средства с  расчетного счета юридического лица, снимает доверенное лицо, руководителя  юридического лица.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции отмечает, что утверждение, сделанное  налоговым органом в дополнениях к апелляционной жалобе, не подтверждается  доказательствами и не вытекает из обстоятельств, приведенных налоговым органом.  

Кроме того, дополнения к апелляционной жалобе содержат указание на то, что  работы были выполнены самим налогоплательщиком.  

В доказательства данного обстоятельства налоговым органом приводятся:  

1) ООО «Техпроект» не заключал трудовых и гражданско-правовых договоров с  лицами, выполнявшими работы. Данный довод опровергается фактом осуществления  платежей в пользу физических лиц, непосредственных исполнителей работ, о выплате им  

заработной платы, ссылка на факт выплаты ООО «Техпроект» в пользу физических лиц  оплаты за выполненные работы неоднократно приводится в дополнении к апелляционной  жалобе;  

2) Протоколами допросов свидетелей якобы установлен факт отсутствия  заключения договоров с ООО «Техпроект».  

Данный довод прямо опровергается протоколом допроса ФИО8, которая  подтверждает факт заключения ею договора с ООО «Техпроект», однако указывает при  этом, что подписывала его позднее и после этого работ не выполняла и вознаграждения не  получала.  

Между тем, проверкой установлено, что ФИО8, как и иные физические лица,  получали доход от ООО «Техпроект», что прямо указано в дополнениях к апелляционной  жалобе, а точное время заключения договора правового значения не имеет, кроме того,  свидетель может и ошибаться относительно данного обстоятельства.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно признал, что  решение Межрайонной ИФНС России № 21 по Самарской области от 17.03.2022 № 1006 о  привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, не  соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права  и законные интересы заявителя, что в силу статьей 198, 201 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его  незаконным, и, возложения на ответчиков обязанности устранить допущенные нарушения  прав и законных интересов заявителя.  

Судебные расходы, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, распределены судом первой  инстанции верно.  

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что  обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем  основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на  переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно  установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и  не отвечают требованиям действующего законодательства, поскольку основаны на  неверном толковании норм права.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что  решение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а  апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Поскольку обществом с ограниченной ответственностью «Металлист» при подаче  апелляционной жалобы была излишне оплачена государственная пошлина в размере 1500  руб., она подлежит возврату из федерального бюджета.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем,  направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном  сайте суда в сети «Интернет».  

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут  быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего  ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,   

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 22 ноября 2022 года по делу   № А55-25036/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд  первой инстанции.  

Председательствующий Н.В. Сергеева 

Судьи И.С. Драгоценнова 

 Е.Г. Попова 

Электронная подпись действительна. 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 07.02.2023 2:56:00Кому выдана Сергеева Наталья ВалерьевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 07.02.2023 3:01:00Кому выдана Попова Елена ГеннадьевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 07.02.2023 6:27:00

Кому выдана Драгоценнова Ирина Сергеевна