1031/2022-23338(2) 

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru  тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-3271/2018

20 октября 2022 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:  

председательствующего Первушиной М. А., судей: Бронниковой И.А., Парской Н.Н., 

при участии в судебном заседании представителя ФИО1  

– ФИО2 (доверенность от 23.03.2021, паспорт), 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Криштопа  

Евгения Михайловича на постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда  

от 04 августа 2022 года по делу № А19-3271/2018 Арбитражного суда Иркутской области,  

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью  «ПромЖилСтрой» (далее - ООО «ПромЖилСтрой», должник), решением Арбитражного  суда Иркутской области от 03 октября 2018 года признанного несостоятельным  (банкротом), конкурсный управляющий ФИО3 (далее -  конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с  заявлением о привлечении ФИО1 (далее - ФИО1,  ответчик) к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве).  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 07 апреля 2021 года в  удовлетворении заявления отказано.  

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 04 августа 

2022 года определение суда первой инстанции отменено, с ФИО1 в пользу  ООО «ПромЖилСтрой» взысканы убытки в размере 15 500 00 рублей.  

ФИО1, не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции,  обратился в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в  

которой просит его отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим  обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.  

Из кассационной жалобы следует, что возврат в конкурсную массу буровой  установки путем виндикационного иска финансово неизмеримо перспективнее, чем  привлечение к субсидиарной ответственности/ взыскание убытков. Возможность возврата  имущества или денежных средств не утрачена. Поскольку нормы статьи 10 Закона о  банкротстве , действующие на момент вменяемого ответчику правонарушения 2014 года,  являются нормами материального права, следовательно, данные нормы (срок давности в  один год) должны быть применены при рассмотрении настоящего спора.  

В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий считает доводы,  изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность  обжалуемых судебных актов.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены  по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного  усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено  лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе  «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в  Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная  жалоба рассматривается в их отсутствие.  

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Проверив соответствие выводов Четвертого арбитражного апелляционного суда о  применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, правильность применения судом апелляционной инстанции норм  материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого  судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 21.08.2014 между  ООО «Мостстройпроект» и ООО «ПромЖилСтрой» заключен договор купли-продажи  

 № 210814/КП/159, по условиям которого ООО «Мостстройпроект» обязалось передать  оборудование, указанное в спецификации № 1 в собственность  

ООО «ПромЖилСтрой», а ООО «ПромЖилСтрой» обязалось принять и оплатить  оборудование в порядке и сроки, указанные в договоре (пункт 1.1 договора).  

ООО «Мостстройпроект» передало ООО «ПромЖилСтрой» оборудование согласно  спецификации № 1 от 21.08.2014 на сумму 15 500 000 рублей, что подтверждено актом  приема-передачи оборудования от 15.09.2014, подписанным ООО «ПромЖилСтрой» без  возражений.  

Затраты на доставку оборудования составили 1 600 000 рублей. Общая стоимость  поставленного оборудования и расходов по его доставке составила 17 100 000 рублей.  

ООО «ПромЖилСтрой» обязательства по оплате поставленного оборудования не  исполнены, что послужило основанием для обращения ООО «Мостстройпроект» за  взысканием задолженности в судебном порядке.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29 декабря 2015 года по  делу № А60-54660/2015, вступившим в законную силу 29.01.2016, с  ООО «ПромЖилСтрой» в пользу ООО «Мостстройпроект» взыскано 16 458 053 рубля  06 копеек, из них: 15 100 000 рублей - основной долг, 1 253 287 рублей 96 копеек -  проценты за пользование чужими денежными средствами, 104 766 рублей - расходы по  уплате государственной пошлины.  

Наличие указанной задолженности послужило основанием для обращения  ООО «Мостстройпроект» в арбитражный суд с заявлением о признании  ООО «ПромЖилСтрой» несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 31 мая 2018 года в  отношении ООО «ПромЖилСтрой» введено наблюдение, требование  

ООО «Мостстройпроект» в размере 15 100 000 рублей - основной долг, 1 253 287 рублей  96 копеек - проценты за пользование чужими денежными средствами, 104 766 рублей -  расходы по оплате государственной пошлины признано обоснованным и включено в  третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ПромЖилСтрой».  

Основанием для привлечения ФИО1 к ответственности конкурсный  управляющий указывает на:  

- заключение между должником и ООО «Мостстройпроект» договора   № 210814/КП/159 от 21.08.2014 на приобретение дорогостоящего оборудования (буровой  установки) без намерений рассчитываться за него;  

- не постановка буровой установки на учет в органах Гостехнадзора, что лишило  заинтересованных лиц возможности отследить ее местонахождение и позволило  ФИО1 несколько лет незаконно использовать оборудование в целях получения  личной выгоды и фактически передать установку в аренду на подконтрольное  

юридическое лицо ООО «Мостоотряд», затем в субаренду на еще одно подконтрольное  юридическое лицо ООО «Мостоотряд-97» и фактически установить над ней личный  контроль;  

- утрата буровой установки в результате отсутствия контроля за ее состоянием и  наличием;  

- непринятие мер по розыску и возврату буровой установки.  

По мнению конкурсного управляющего, ФИО1 как фактический  руководитель должника должен быть привлечен к субсидиарной ответственности за  невозможность полного погашения требований кредиторов на основании пункта 1 статьи  61.11 Закона о банкротстве.  

Арбитражный суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления,  исходил из отсутствия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника и о преждевременности рассмотрения  вопроса о взыскании убытков в связи с совершением им действий (бездействий) по утрате  буровой установки.  

Четвертый арбитражный апелляционный суд, отменяя определение суда первой  инстанции и взыскивая с ФИО1 в пользу ООО «ПромЖилСтрой» убытки в  размере 15 500 00 рублей, исходил из неправомерных действий последнего, в результате  которых из конкурсной массы должника выбыл ликвидный актив.  

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 "О внесении изменений в  Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации  об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о  банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности,  признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".  

В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении  к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в  редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего  закона). При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ  процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты,  когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по  делу о банкротстве.  

Учитывая вышеизложенное, суд правомерно в настоящем деле применил  положения Закона о банкротстве с учетом изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ, в  части материально-правовых оснований для привлечения контролирующего лица к  субсидиарной ответственности, поскольку рассматриваются действия (бездействие)  ответчика, относящиеся к периодам после 01.07.2017.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы  одного из следующих обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее  должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно  полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если  докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов  отсутствует.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний  управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего  

обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей,  штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19.03.2019 удовлетворено  заявление конкурсного управляющего об истребовании у бывшего генерального  директора ФИО4 документации должника, печатей, штампов, материальных и  иных ценностей ООО "ПромЖилСтрой".  

На основании исполнительного листа, выданного Арбитражным судом Иркутской  области, на принудительное исполнение определения суда от 19.03.2019, Братским МОСП  УФССП по Иркутской области возбуждено исполнительное производство  

 № 95342/19/38007-ИП от 08.05.2019. 

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 29.09.2020 признано  доказанным наличие оснований для привлечения бывшего генерального директора  

ООО "ПромЖилСтрой" ФИО4 к субсидиарной ответственности за  невозможность погашения требований кредиторов в связи с неисполнением обязанности  по передаче конкурсному управляющему ООО "ПромЖилСтрой" документации  должника. Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о  привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности в указанной части  приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 постановления Пленума  Верховного Суду Российской Федерации № 53, руководитель, формально входящий в  состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление  (далее номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление  другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по  указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего  соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает  статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю  возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального  руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его  действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом.  

Наряду с этим, согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и  четвертом пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  

 № 53, в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве)  размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть  уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым  

участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество  должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут  быть удовлетворены требования кредиторов.  

В определении Арбитражного суда Иркутской области от 29.09.2020 установлено,  что ни оборудование стоимостью 15 500 000 рублей, приобретенное должником по  договору купли-продажи оборудования № 210814/КП/159 от 21.08.2014, ни документы на  указанное оборудование, либо документы, подтверждающие отчуждение данного  оборудования, бывший руководитель ФИО4 конкурсному управляющему не  передал.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора судом установлено, что  ФИО4 являлся номинальным руководителем должника, а фактическим  руководителем (контролирующим должника лицом) являлся ФИО1  

Материалы обособленного спора не содержат доказательств, свидетельствующих о  том, что факт утрата буровой установки осложнил или сделал невозможной  хозяйственную деятельность должника, приносящую доход, явился причиной  банкротства.  

При таких обстоятельствах, суды правомерно пришли к выводу о невозможности  удовлетворения заявленных конкурсным управляющим должника требований о  привлечении контролировавшего должника лица к субсидиарной ответственности за  доведение до банкротства в результате утраты буровой установки.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о  возможности взыскания с ФИО1 убытков.  

Предъявляя требование о привлечении ФИО1 к ответственности,  конкурсный управляющий ссылался на не передачу контролирующими должника лицами  конкурсному управляющему документации и активов должника, что повлияло на  невозможность формирования конкурсной массы.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце четвертом пункта 20  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53, при решении  вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении  убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной  ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае  оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего  лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на  деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось  финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели,  

характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные  контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились  необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной  ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой,  по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11  статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими  лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен  был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать  возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК  РФ.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид  ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям  статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности  оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности  противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в  том числе установленную статьей 53.1 Гражданского Кодекса Российской Федерации, суд  принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Исходя из положений статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации  руководитель хозяйственного общества, а равно контролирующие его лица обязаны  действовать добросовестно не только по отношению к своему юридическому лицу, но и  по отношению к такой группе лиц как кредиторы.  

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15  Гражданского Кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором  не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело  или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или  повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые  это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено (упущенная выгода).  

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать факт  причинения вреда, противоправность действий ответчика и наличие причинной связи  между этими действиями и нанесенным вредом, а также размер подлежащих возмещению  убытков.  

Как разъяснено в пунктах 1, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации № 62 истец, обращающийся за возмещением убытков,  должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и  (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица.  

Удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того,  имелась ли возможность возмещения потерь юридического лица с помощью иных  способов защиты гражданских прав. Однако в случае, если юридическое лицо уж  получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в  удовлетворении требований к директору о возмещении убытков должно быть отказано  (пункт 8 постановления Пленума ВАС РФ № 62).  

Как правомерно указал суд, приобретая основное средство стоимостью 

15 500 000 руб., ООО "ПромЖилСтрой" должно было принять его к учету, соразмерно  увеличив стоимость основных средств.  

 Однако, как установлено судом, в представленных в материалы дела  бухгалтерских балансах отражено, что основные средства должника уменьшены с  

5 685 000 рублей (2014 год) до 372 000 рублей (2015 год). 

Таким образом, факт приобретения должником дорогостоящего оборудования  (буровой установки), необходимого для осуществления основного вида деятельности  (ОКВЭД 43.12), не был отражен ни в бухгалтерском учете должника, ни зарегистрирован  в установленном законом порядке в органах Гостехнадзора.  

Документы, отражающие использование буровой установки в хозяйственной  деятельности должника (карточки учета основных средств ОС1, акты инвентаризации), а  также первичные документы по перемещению буровой установки (путевые листы,  накладные, журналы учета работы строительной машины, договоры и акты по сдаче  буровой установки в аренду) конкурсному управляющему не переданы.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у фактического  руководителя должника намерения раскрыть сведения о наличии у должника ликвидного  актива (буровой установки), его состоянии и месте нахождения.  

При этом судом установлен факт эксплуатации принадлежавшей должнику  буровой установки должником, а также подконтрольными ФИО1 юридическими  лицами - ООО "Мостоотряд", ООО "Мостоотряд 97" на основании договоров аренды.  

В результате неправомерных действий контролировавших должника лиц  дорогостоящее оборудование, приобретенное должником по договору купли-продажи  

 № 210814/КП/159 от 21.08.2014, был сокрыто от кредиторов, 

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации представленные в материалы обособленного спора  доказательства, установив, что в результате неправомерных действий ФИО1 из  конкурсной массы должника выбыл ликвидный актив стоимостью 15 500 000 рублей, а  мероприятия по розыску имущества до настоящего времени не привели к возврату  имущества в конкурсную массу, суд апелляционной инстанции правомерно пришел к  выводу о доказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых  для взыскания с убытков в вышеназванном размере с фактического руководителя  должника - ФИО1  

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебного акта, не установлено.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу, что постановление Четвертого арбитражного  апелляционного суда от 04 августа 2022 года по делу № А19-3271/2018 Арбитражного  суда Иркутской области основано на полном и всестороннем исследовании имеющихся в  деле доказательств, принято с соблюдением норм материального и норм процессуального  права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения  

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа   

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 04 августа  2022 года по делу № А19-3271/2018 Арбитражного суда Иркутской области оставить без  изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий М.А. Первушина  

Судьи И.А. Бронникова  Н.Н. Парская