АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-399/23 

Екатеринбург

20 марта 2023 г.

 

Дело № А50-2319/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 марта 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Плетневой В.В., Шершон Н.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник, заявитель кассационной жалобы) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2022 по делу № А50-2319/2021 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняла личное участие финансовый управляющий ФИО2 (паспорт).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель Министерства обороны Российской Федерации (далее – Министерство) – ФИО3 (паспорт, доверенность от 13.10.2022 № 207/10/010/д/520).

 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.09.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2

Срок процедуры реализации имущества гражданина неоднократно продлевался. 

Финансовый управляющий 30.09.2022 направила в материалы дела отчет о своей деятельности, отчет об использовании денежных средств должника, а также ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Должник поддержал ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества и освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. 

Представитель уполномоченного органа поддержал ходатайство о завершении процедуры реализации имущества, заявил ходатайство о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед уполномоченным органом. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.10.2022 процедура реализации имущества гражданина завершена, ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации имущества, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2022 определение Арбитражного суда Пермского края от 21.10.2022 отменено в части, ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации его имущества, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также обязательств перед Министерством обороны Российской Федерации, на основании которого требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 24.02.2022 в размере 1 242 212 руб. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные постановление суда апелляционной инстанции от 22.12.2022 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 21.10.2022.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что вывод суда апелляционной инстанции об осведомленности должника о вступлении своей супруги в наследство и реализации полученного имущества не соответствует обстоятельствам дела; сам факт предоставления выписки из Единого государственного реестра недвижимости по Приморскому краю, а не по Российской Федерации не может являться свидетельством предоставления недостоверных сведений, а должно было быть расценено как предоставление неполных сведений, что могло повлечь только отказ в предоставлении жилья либо предоставление времени для сбора дополнительных документов; полагает, что судом апелляционной инстанции необоснованно не применены положения статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку Министерство, заявляя ходатайство о неприменении к должнику положений об освобождении от исполнения обязательств, злоупотребляет правами кредитора в части возложения на должника ответственности за свою неосмотрительности и халатность при рассмотрении документов должника на получение жилья военнослужащему; настаивает, что должником представлены достаточные доказательства, обосновывающие обстоятельства добросовестного заблуждения должника относительно предоставления документов. 

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступных данных Картотеки арбитражных дел, Как установлено судами и следует из материалов настоящего спора, дело о банкротстве должника возбуждено 16.03.2021 по заявлению самого должника. 

Определением суда от 12.05.2021 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов.

Решением от 03.09.2021 суд признал ФИО1 несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена реализация имущества гражданина. 

Из отчета финансового управляющего следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов на общую сумму 1 666 643 руб. 97 коп.:

– публичного акционерного общества «Сбербанк России» на сумму 23 443 руб. 53 коп. (определение от 05.08.2021);

– общества с ограниченной ответственностью «Феникс» в сумме 53 946 руб. 64 коп. (определение от 06.08.2021);

– общества с ограниченной ответственностью «Югорское коллекторское агентство» в сумме 72 732 руб. 60 коп. (определение от 06.12.2021);

– общества с ограниченной ответственностью «Столичное агентство по возврату долгов» в сумме 48 322 руб. 50 коп. и в сумме 18 867 руб. (определения от 21.12.2021);

– публичного акционерного общества «Восточный экспресс банк» в сумме 207 118 руб. 63 коп. (определение от 25.01.2022);

– уполномоченного органа (правопреемника Министерства) в сумме 1 242 212 руб. (определение от 24.02.2022).

Требования общества с ограниченной ответственностью «Айди Коллект» в сумме 87 914 руб. 88 коп. признаны судом обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Судами было установлено, что должник ФИО1 в браке не состоит; несовершеннолетних детей на иждивении не имеет. 

Из отчета финансового управляющего установлено, что в конкурсную массу должника включены денежные средства в сумме 361 643 руб. 93 коп. (пенсия), денежные средства в сумме 124 014 руб. 19 коп. исключены из конкурсной массы для выплаты должнику прожиточного минимума; требования кредиторов третьей очереди погашены частично за счет средств конкурсной массы на сумму 191 178 руб. 40 коп., что составляет 11% от суммы требований кредиторов третьей очереди.

Имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации, сделки, подлежащие оспариванию, финансовым управляющим не выявлены. Факт отсутствия у должника недвижимого и движимого имущества подтверждается представленными в материалы дела ответами регистрирующих органов, а также уведомлениями об отсутствии в Едином государственном реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запрашиваемых сведений.

Финансовым управляющим должника представлено заключение об отсутствии у должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

По результатам проведения процедуры банкротства финансовым управляющим сделан вывод о наличии оснований для завершения процедуры банкротства и наличии оснований для применения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Учитывая отсутствие доказательств фактического наличия у должника имущества, достаточного для погашения расходов по делу о банкротстве, а также для соразмерного удовлетворения требований кредиторов, оснований для проведения иных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества гражданина, доказательств, свидетельствующих о возможности дальнейшего обнаружения имущества должника и увеличения конкурсной массы, установив, что в ходе процедуры банкротства в полном объеме проведены все необходимые мероприятия в рамках процедуры реализации имущества должника, суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, завершил процедуру реализации имущества в отношении ФИО1

В данной части судебные акты не обжалуются.

Предметом кассационного обжалования со стороны должника является неприменение к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства в отношении кредитора – Министерства.

Суд первой инстанции, завершая процедуру банкротства в отношении должника и применяя к нему правила об освобождении от исполнения обязательств, исходил из того, что с учетом поведения должника в процедуре, причин и обстоятельств, повлекших банкротство, оснований для не освобождения гражданина от обязательств, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не установлены.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор, отменил определение суда первой инстанции в указанной части, не усмотрев основания для применения в отношении ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Министерством, при этом руководствовался следующим.

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, целью такого института является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им требования.

Исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17 и 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума от 13.10.2015 № 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

На основе представляемой законодательством Российской Федерации возможности гражданину-должнику улучшить свой правовой статус законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума от 13.10.2015 № 45).

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Рассматривая вопрос об освобождении ФИО1 от исполнения обязательств, суд апелляционной инстанции установил следующее.  

Министерство обратилось 29.10.2021 с заявлением о включении задолженности в сумме 1 242 212 руб. в реестр требований кредиторов должника, основанной на вступившем в законную силу решении Мотовилихинского районного суда г. Перми от 14.05.2015 по делу № 2-1761(2015), которым с ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана сумма 1 242 212 руб.

При рассмотрении указанного дела судом общей юрисдикции было установлено, что решением ФГУ «Восточное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации» ФИО1 и проживающим с ним совместно супруге ФИО4 и дочери ФИО5 по договору социального найма предоставлено жилое помещение в виде трехкомнатной квартиры площадью 65,9 кв. м; на основании данного решения с должником был заключен договор социального найма от 10.07.2012 № 25/01/01-2327 в отношении квартиры площадью 65,9 кв. м, расположенной по адресу: Приморский край, г. Владивосток, ул. Адмирала ФИО6, 38 – 189.

В дальнейшем решением Первореченского районного суда г. Владивостока Приморского края от 14.03.2013 за ФИО1 признано право собственности на квартиру в порядке приватизации; право собственности на квартиру зарегистрировано за должником 16.05.2013. 

Впоследствии должник по договору купли-продажи от 05.07.2013 продал указанную квартиру.

Как указал в своем решении от 14.05.2015 суд общей юрисдикции, приказом Министра обороны Российской Федерации от 30.09.2010 № 1280 утверждена Инструкция о предоставлении военнослужащим – гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма.

В пункте 1 Инструкции предусмотрено, что при оформлении документов на право получения жилого помещения, военнослужащие среди прочих документов предоставляют сведения о наличии (отсутствии) жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих на праве собственности военнослужащему и членам его семьи.

В соответствии с пунктом 14 Инструкции жилые помещения предоставляются по нормам, установленным статьей 15.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих»; размер предоставляемой общей площади жилого помещения уменьшается на величину общей площади жилых помещений, принадлежащих военнослужащим и (или) членам их семей на праве собственности.

При предоставлении документов для оформления договора социального найма должник указал, что занимаемых по договору социального найма и/или принадлежащих (принадлежавших) на праве собственности жилых помещений за ним и членами его семьи не имеется (и не имелось в предшествующие пять лет).

Между тем, в ходе проведения проверочных мероприятий было установлено, что ФИО1 при получения жилого помещения по договору социального найма были предоставлены недостоверные сведения в отношении принадлежащего ему и членам его семьи недвижимого имущества, в частности супруга ФИО4 имела на праве собственности недвижимое имущество – 1/2 доли в праве на земельный участок площадью 3 500 кв. м предназначенного для ведения личного подсобного хозяйства и жилого дома площадью 83,4 кв. м., которая была отчуждена ею 20.08.2010.

В последующем 20.05.2013 ФГКУ «Востокрегионжилье» направило ФИО1 сообщение об имеющихся недостоверных сведениях, в связи с чем последнему предложено не позднее 20.05.2013 прибыть для расторжения договора социального найма от 10.07.2012 № 25/01/01-2327; также было предложено направить согласие на компенсацию затрат федерального бюджета, но в добровольном порядке требования ФГКУ «Востокрегионжилье» исполнены не были, денежные средства не возвращены. 

Суд общей юрисдикции, установив, что ФИО1 имел право на получение жилого помещения, как военнослужащий с учетом статей 15,15.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих», статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации только общей площадью 21,3 кв. м, пришел к выводу, что получение жилья в большем размере является неосновательным обогащением, в связи с чем взыскал с должника сумму 1 242 212 руб.

Применительно к обстоятельствам данного дела, рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле о банкротстве ФИО1 лиц, в том числе позицию финансового управляющего, возражения кредитора, пояснения должника, оценив собранные по делу доказательства, исследовав обстоятельства получения должником квартиры в г. Владивосток; приняв во внимание, что заключение договора социального найма жилого помещения от 10.07.2012 № 25/01/01-2327 с Министерством обороны было произведено с нарушением жилищного законодательства по причине предоставления ФИО7 недостоверных сведений относительно ранее принадлежавшей супруге должника собственности; поставив под сомнение достоверность утверждения должника о его неосведомленности о получении супругой наследства (при презюмируемом наличии у супругов полных сведений об имущественном положении друг друга и совершаемых ими сделках); установив, что последующее отчуждение спорной квартиры (05.07.2013) было произведено практически сразу же после получения в апреле 2013 года уведомления от Министерства о необходимости расторжения договора социального найма; исходя из того, что из пояснений должника, представленных как в суд первой, так и в суд апелляционной инстанций, также следует, что продажа спорной квартиры и дальнейшее оформление договора дарения вновь приобретенной квартиры (уже в городе Перми) на супругу должника были мотивированы именно нежеланием должника и членов его семьи в добровольном порядке возвратить Министерству полученное жилое помещение, а также намерением избежать обращения взыскания на нее (т. 3, л.д. 128 – 131); констатировав, что подобные действия в своей совокупности и с учетом всей последовательной хронологии событий свидетельствуют о недобросовестности поведения должника, который не мог не осознавать недостоверность предоставленных им сведений для целей получения квартиры большей, чем установлено законом, площади, при этом уклонился как от возвращения квартиры, так и от возмещения стоимости излишне полученной площади в условиях срочной продажи квартиры, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что действия должника при возникновении обязательств перед Министерством являлись, очевидно, недобросовестными и не позволяющими применить к ФИО7 реабилитационную меру в виде освобождения от исполнения обязательств перед Министерством.

Оценивая и отклоняя доводы должника относительно факта его неосведомленности о представлении в Министерство обороны РФ недостоверных сведений при заключении договора социального найма, мотивированные наличием у должника в спорный период значительных отклонений в состоянии здоровья, повлекших в дальнейшем инвалидность должника, суд апелляционной инстанции исходил из того, что достоверность утверждения должника о неосведомленности о смерти близкого родственника своей супруги (матери), дальнейшее вступление последней в наследство и отчуждения полученной ? доли в жилом доме, расположенном в Смоленской области, вызывает сомнения; в свою очередь наличие супружеских отношений образует презумпцию осведомленности супругов о значимых событиях в их жизни, об их имущественном положении, которая в рамках настоящего дела не была опровергнута; из пояснений должника также следовало, что он был осведомлен о получении супругой денежных средств после продажи дома, в связи с чем суд апелляционной инстанции заключил, что должник, зная об обстоятельствах получения супругой наследства, с целью дальнейшего получения жилого помещения большей площадью предоставил в Министерство обороны РФ недостоверные сведения об отсутствии у него и каждого из членов его семьи жилого помещения на момент обращения с заявлением о заключении договора социального найма и в предшествующий ему пятилетний период.

В свою очередь, должник, достоверно зная о требовании наймодателя о расторжении договора социального найма (направлено в апреле 2013 года), тем не менее уже спустя два месяца (05.07.2013) продал спорную квартиру, не направив полученные от продажи квартиры денежные средства на компенсацию какой-либо части излишне полученной площади кредитору; в отсутствие иных разумных причин такой стремительной продажи подобное поведение должника было правомерно расценено судом апелляционной инстанции как обусловленное недобросовестным нежеланием исполнять требования по возврату безосновательно полученного. 

Учитывая установленные в рамках данного дела обстоятельства недобросовестности поведения должника при возникновении и исполнении обязательства перед конкретным кредитором, суд округа соглашается с выводов суда апелляционной инстанции о наличии оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, для неосвобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед Министерством.

Доводы подателя жалобы об обратном основаны на ошибочном толковании положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Вопреки мнению кассатора, выводы финансового управляющего об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, а также отсутствии сокрытия сведений и имущества в процедуре банкротства вовсе не имеет предустановленного для суда значения при анализе добросовестности должника в правоотношениях с конкретным кредитором при представлении соответствующих мотивированных доводов со стороны последнего.

Действительно, отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также наличие у должника задолженности в связи с принятыми на себя обязательствами, само по себе не может свидетельствовать о недобросовестном поведении должника, однако в данном конкретном случае судом апелляционной инстанции исследован весь массив доказательств, в том числе хронология заключения договора социального найма жилого помещения, поведение должника в отношении предоставления информации о нуждаемости в таком помещении, было учтено отсутствие объяснений отказу должника в 2013 году расторгнуть договор социального найма и возвратить Министерству спорную квартиру и действия должника по ее отчуждению. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции верно исходил из того, что должник, подав заявление на получение льготного жилья, осознанно ввел в заблуждение Министерство относительно минимального уровня нуждаемости в площади жилого помещения, фактически предоставив недостоверные сведения об отсутствии у него и членов его семьи какого-либо недвижимого имущества (на момент обращения и в предшествующий пятилетний период), сделал невозможным обращение взыскание на спорную квартиру, реализовав ее третьим лицам – добросовестным приобретателям; через незначительное время должник и члены его семьи приобрели в собственность новое жилое помещение с оформлением его на супругу должника как титульного собственника. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции верно исходил, что подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Вопреки доводам кассационной жалобы о наличии в действиях кредитора признаков злоупотребления правом, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что непроведение органом проверки представленных ФИО1 сведений не исключает обязанности должника по предоставлению достоверных сведений относительно действительного владения жилыми помещениями (для целей получения жилья), а в рассматриваемом случае значение имеет не бездействие соответствующего органа по проверке достоверности сведений, а поведение именно должника, предоставившего недолжную информацию, а впоследствии совершивший действия, исключившие возможность восстановления нарушенных прав кредитора и нивелирования негативных последствий поведения должника.

Довод кассационной жалобы о частичном погашении требования кредитора основанием для отмены/изменения судебного акта не является.

Вопрос о выдаче исполнительного листа по соответствующему требованию разрешается арбитражным судом по ходатайству кредитора в судебном заседании. По результатам разрешения данного ходатайства суд выносит определение, в резолютивной части которого возлагает на должника обязанность передать кредитору (взыскателю) денежные средства в сумме, ранее включенной в реестр, за вычетом сумм, которые были погашены к моменту выдачи листа в ходе процедур банкротства, и указывает на выдачу исполнительного листа.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2022 по делу № А50-2319/2021 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    В.В. Плетнева 

 

                                                                                              Н.В. Шершон