АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, 

вступивших в законную силу 

«

Дело № А23-3806/2018

г. Калуга

14» февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09.02.2023  Постановление изготовлено в полном объеме 14.02.2023  

 Арбитражный суд Центрального округа в составе:  

председательствующего Егоровой С.Г.,  судей Захарова К.Т.,   Морозова А.П.,  

при ведении протокола помощником судьи Дементьевой Т.А. 

при участии в судебном заседании:  

от истца – ПАО «Россети Центр и ФИО1 (дов. от 19.10.2022); 

Приволжье» ФИО2 (дов. от 19.10.2022);  от ответчика – ПАО «Калужская  

сбытовая компания» Зубина Л.Ю. (дов. от 21.12.2022);  от третьего лица – ПАО «Газпром» ФИО3.(дов. от 13.09.2018);  

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще;  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного  акционерного общества «Россети Центр и Приволжье» на решение Арбитражного  суда Калужской области от 03.06.2022 и постановление Двадцатого арбитражного  апелляционного суда от 26.10.2022 по делу № А23-3806/2018,  

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Россети Центр и Приволжье» (далее -  ПАО «Россети Центр и Приволжье», истец, ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Калужской области к  публичному акционерному обществу «Калужская сбытовая компания» (далее -  ПАО «КСК», ответчик, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с иском о  взыскании по договору на оказание услуг по передаче электрической энергии,  

необходимой для обеспечения передачи электроэнергии по сетям ОАО  «Калугаэнерго» от 26.11.2007 N 07/2145кэ/890 задолженности по договору за  период с 01.04.2015 по 31.03.2018 в сумме 82 657 руб. 35 коп., пени за период  просрочки с 21.04.2018 по 01.06.2022 в сумме 90 786 руб. 38 коп. с дальнейшим  начислением по день фактической оплаты задолженности (с учетом уточнения  исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации – далее АПК РФ, Кодекс).  

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не  заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечены: публичное акционерное общество «Газпром», Малоярославецкая  районная администрация муниципального района «Малоярославецкий район»,  общество с ограниченной ответственностью «Газпром социнвест», муниципальное  образование сельского поселения «Деревня Ерденево» в лице администрации  сельского поселения «Деревня Ерденево» (далее – третьи лица).  

Решением Арбитражного суда Калужской области от 03.06.2022, оставленным  без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от  26.10.2022, в удовлетворении исковых требований отказано.  

 Не согласившись с вынесенными судебными актами, ссылаясь на  неправильное применение судами норм материального и процессуального права, а  также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и  имеющимся доказательствам, истец обратился в Арбитражный суд Центрального  округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение  Арбитражного суда Калужской области от 03.06.2022 и постановление Двадцатого  арбитражного апелляционного суда от 26.10.2022 и принять по делу новый  судебный акт об удовлетворении исковые требования в полном объеме.  

В обоснование своей правовой позиции кассатор ссылаясь на статью 210  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статью 26  Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике», пункты 4, 128  - 130 Основных положений функционирования розничных рынков электрической  энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 N 442  (далее - Основные положения N 442), пункт 4 Инструкции по организации в  Министерстве энергетики Российской Федерации работы по расчету и  обоснованию нормативов технологических потерь электроэнергии при ее передаче  по электрическим сетям, утвержденной приказом Минэнерго РФ от 30.12.2008 N  326 указывает, что заявленный ко взысканию объем электрической энергии  представляет собой потери в сетях потребителя. Полагает, что величина указанных  потерь состоит из нагрузочных потерь и потерь холостого хода, указанные потери  являются постоянными и обязанность по их оплате обусловлена только  правопринадлежностью трансформаторной подстанции.  

По мнению заявителя, судами не применен закон, подлежащий применению, а  именно пункт 50 Правил недискриминационного доступа, утв. Постановлением  Правительства № 861 от 27.12.2004 и п. 4, 129 Основных положений N 442.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители истца  поддержали доводы кассационной жалобы с учетом дополнительных пояснений к  кассационной жалобе от 03.02.2023, просили её удовлетворить.  

Представитель ответчика возражал на доводы кассационной жалобы по  основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему от 06.02.2023.  

Представитель третьего лица (ПАО «Газпром») также просил в  удовлетворении кассационной жалобы отказать по основаниям, изложенным в  отзыве и дополнениях к нему от 31.01.2023.  

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ правильность  применения судами норм материального и процессуального права, соответствие  выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам  и имеющимся в деле доказательствам, заслушав позиции сторон, суд кассационной  инстанции считает судебные акты подлежащими отмене с направлением дела на  новое рассмотрение по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований истец  сослался на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате услуг по  передаче электрической энергии за период с 01.04.2015 по 31.03.2018 в размере 82  657 руб. 35 коп. и пени за период просрочки с 21.04.2018 по 01.06.2022 в размере  90 786 руб. 38 коп.  

Оценив представленные в дело доказательства, суды двух инстанций,  руководствуясь положениями абзаца 10 статьи 3, пункта 4 статьи 26 Федерального  закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике», пункты 2, 4, 128, 129, 130  Основных положений N 442, пришли к выводу об отсутствии правовых оснований  для удовлетворения исковых требований.  

При этом суды исходили из того, что объекты электросетевого хозяйства, в  которых возникли потери в спорный период фактически были переданы истцу,  находились в его владении и использовались истцом в своей хозяйственной  деятельности, в связи с чем, потери в сетях являются бременем самого истца и не  подлежат взысканию с ответчика.  

Судами также учтено, что факт нахождения электрических сетей во владении  истца в спорный период установлен вступившим в законную силу решением  Малоярославецкого районного суда Калужской области от 22.07.2019 по делу N 2- 441/2019, имеющим в силу части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение  для настоящего дела.  

Вместе с тем, выводы арбитражных судов, содержащиеся в оспариваемых  судебных актах, окружной суд кассационной инстанции не может признать  законными и обоснованными, по следующим основаниям.  

Гражданско-правовые отношения, связанные с поставкой и передачей  электрической энергии на розничном рынке в спорный период регулировались  Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее -  Закон N 35-ФЗ), «Основными положениями функционирования розничных рынков  электрической энергии», утвержденными Постановлением Правительства РФ от  04.05.2012 года N 442 (далее - Основные положения N 442), «Правилами  недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и  оказания этих услуг», утвержденными Постановлением Правительства РФ от  27.12.2004 года N 861 (далее - Правила N 861).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения  энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через  присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию,  а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления,  обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении  энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования,  связанных с потреблением энергии.  

Оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество  энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено  законом, иными правовыми актами или соглашением сторон (статья 544 ГК РФ).  

Как видно из материалов дела, ответчик является гарантирующим  поставщиком, то есть организацией, осуществляющей в качестве основного вида  деятельности продажу другим лицам приобретенной электрической энергии.  

Истец, в свою очередь, является сетевой организацией, то есть организацией,  приобретающей электрическую энергию (мощность) на розничных рынках для  собственных (хозяйственных) нужд и в целях компенсации потерь электрической  энергии в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном  основании объектах электросетевого хозяйства и в этом случае сетевые  организации выступают как потребители (абзац 4 пункта 4 Основных положений N  442).  

В абз. 3 ч. 4 ст. 26 Закона N 35-ФЗ и п. 51 Правил N 861 установлено, что  сетевые организации обязаны оплачивать стоимость электрической энергии в  объеме фактических потерь электрической энергии, возникших в принадлежащих  им объектах сетевого хозяйства. Стоимость электрической энергии в объеме  фактических потерь электрической энергии, возникших на объектах  электросетевого хозяйства, входящих в единую национальную (общероссийскую)  электрическую сеть и принадлежащих собственникам или иным законным  владельцам, которые ограничены в соответствии с Федеральным законом «Об  электроэнергетике» в осуществлении своих прав в части права заключения  договоров об оказании услуг по передаче электрической энергии с использованием  указанных объектов, оплачивается той организацией, которая в соответствии с  договором о порядке использования таких объектов обязана приобретать  электрическую энергию (мощность) для компенсации возникающих в них  фактических потерь электрической энергии.  

Размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях  определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в  электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии,  и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам  энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и  потреблена энергопринимающими устройствами, присоединенными к данной  электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в  электрические сети других сетевых организаций (п. 50 Правил N 861).  

В соответствии с пунктами 128, 129 Основных положений N 442 фактические  потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства, не учтенные  в ценах (тарифах) на электрическую энергию на оптовом рынке, приобретаются и  оплачиваются сетевыми организациями, в объектах электросетевого хозяйства  которых возникли такие потери, путем приобретения электрической энергии  (мощности) у гарантирующего поставщика по договору купли-продажи (поставки)  электрической энергии (мощности). Иные владельцы объектов электросетевого  хозяйства оплачивают стоимость потерь электрической энергии, возникающих в  принадлежащих им объектах электросетевого хозяйства, путем приобретения  электрической энергии (мощности) по заключенным ими договорам,  обеспечивающим продажу им электрической энергии (мощности). Порядок  определения объема фактических потерь электрической энергии установлен  разделом X данного документа для сетевых организаций.  

Принцип недискриминационного доступа к услугам по передаче  электроэнергии предусматривает обеспечение равных условий предоставления  услуг по передаче электрической энергии их потребителям независимо от  организационно-правовой формы и правовых отношений с лицом, оказывающим  эти услуги. Для всех потребителей услуг, расположенных на территории  соответствующего субъекта и принадлежащих к одной группе (категории),  законодательством гарантируется равенство тарифов на услуги по передаче  электрической энергии (пункты 3, 42 Правил N 861).  

Реализация этого принципа осуществляется через котловую экономическую  модель, в рамках которой потребитель услуг (либо от его имени  энергоснабжающая организация, гарантирующий поставщик) вступает в  правоотношения с одной из сетевых организаций («котлодержателем») вне  зависимости от того, сколько сетевых организаций фактически задействовано в  передаче электроэнергии до этого потребителя. При модели «котел снизу» услуги  оплачиваются сетевой организации, к которой присоединены энергопринимающие  устройства потребителя, при модели «котел сверху» - одной из сетевых  организаций, участвующих в котловой модели, определенной регулирующим  органом.  

Денежные средства, оплаченные потребителями по единому (котловому)  тарифу, распределяются между участвовавшими в оказании услуг сетевыми  организациями по индивидуальным тарифам, установленным для пар смежных  сетевых организаций (пункты 8, 34 - 42 Правил N 861, пункт 49 Методических  указаний N 20-э/2).  

В силу пункта 51 Правил N 861 сетевые организации обязаны оплачивать  стоимость фактических потерь электрической энергии, возникших в  принадлежащих им объектах сетевого хозяйства, за вычетом стоимости потерь,  учтенных в ценах (тарифах) на электрическую энергию на оптовом рынке.  

Исходя из материалов дела и объяснений сторон, суды установили, что в  рамках настоящего спора услуги по передаче электрической энергии оплачиваются  исходя из объемов полезного отпуска потребителям котлодержателю ПАО «МРСК  Центра», которое в свою очередь оплачивает услуги по передаче электрической  энергии исходя из объемов полезного отпуска потребителям смежной сетевой  организации.  

Осуществляя регулирование отношений между субъектами розничных рынков  электрической энергии, Правительство Российской Федерации руководствуется  принципами государственного регулирования и контроля в электроэнергетике,  установленными статьей 20 Федерального закона N 35-ФЗ, в частности принципом  достижения баланса экономических интересов поставщиков и потребителей  электрической энергии, принципом обеспечения защиты потребителей от  необоснованного повышения цен (тарифов) на электрическую энергию.  

Вместе с тем в соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 26  Федерального закона N 35-ФЗ сетевая организация или иной владелец объектов  электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически  присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не  вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства  или объекты и (или) от указанных устройств или объектов, в том числе  заключению в отношении указанных устройств или объектов договоров купли-продажи электрической энергии, договоров энергоснабжения, договоров оказания  

услуг по передаче электрической энергии, и по требованию собственника или  иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов  электроэнергетики в установленные законодательством Российской Федерации  сроки обязаны предоставить или составить документы, подтверждающие  технологическое присоединение и (или) разграничение балансовой  принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих  устройств или объектов электроэнергетики и ответственности сторон за нарушение  правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства. Указанное лицо в  установленном порядке также обязано осуществлять по требованию  гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) действия по  введению полного и (или) частичного ограничения режима потребления  электрической энергии такими энергопринимающими устройствами или объектами  электроэнергетики и оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в  его собственности объектах электросетевого хозяйства.  

Возлагая обязанность на иных владельцев объектов электросетевого хозяйства  по приобретению электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь  электрической энергии, Правительство Российской Федерации ставит в равное  положение субъектов розничных рынков электрической энергии, достигает баланса  экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии, а  также не допускает необоснованного повышения цен (тарифов) на электрическую  энергию.  

В силу статьи 210 ГК РФ собственник объектов электросетевого хозяйства  обязан нести бремя содержания принадлежащих ему таких объектов, в том числе  расходы на оплату потерь электрической энергии, которые возникли в указанных  объектах как по технологическим причинам, связанным с физическим состоянием  и износом соответствующих объектов, так и по причинам самовольного  присоединения к таким объектам энергопринимающих устройств при отсутствии  заключенных в установленном порядке договоров об осуществлении  технологического присоединения и договоров, обеспечивающих куплю-продажу  (поставку) электрической энергии в отношении таких энергопринимающих  устройств.  

В противном случае расходы на уплату указанных потерь электрической  энергии должно было бы нести лицо, которому не принадлежит соответствующий  объект электросетевого хозяйства, - потребитель электрической энергии,  энергопринимающие устройства которого присоединены к объекту  электросетевого хозяйства, или сетевая организация, к сетям которой  присоединены указанные энергопринимающие устройства опосредованно через  объект электросетевого хозяйства, принадлежащий третьему лицу - иному  владельцу, что противоречило бы указанным выше принципам ГК РФ и  Федерального закона N 35-ФЗ, нарушая баланс интересов субъектов розничных  рынков электрической энергии, а также создавая риски снижения качества и  надежности снабжения потребителей электрической энергией за счет лишения  иного владельца объекта электросетевого хозяйства стимула в надлежащем  содержании такого объекта в целях снижения потерь электрической энергии.  

Из изложенного следует, что оспариваемые нормы Основных положений не  возлагают на иных владельцев объектов электросетевого хозяйства обязанностей  сетевой организации, а только устанавливают порядок определения объема потерь  

электрической энергии, обязанность по оплате которых лежит на владельце  соответствующего объекта электросетевого хозяйства.  

В рамках рассмотрения настоящего спора ответчик и третье лицо ссылаются  на протокол разногласий к договору № 247-ТП от 01.08.2006, как документ,  который, по их мнению, освобождает ПАО «Газпром» от оплаты потерь в его сетях  и возлагает эту обязанность на истца.  

Вместе с тем, данный договор удостоверяет лишь факт технологического  присоединения (п. 2.1 договора).  

Согласно п. 2.2. Договора, предметом настоящего договора является порядок  взаимодействия сторон при заключении и исполнении потребителем договора  купли-продажи (поставки) электроэнергии со сбытовой компанией, связанный с  эксплуатацией электроустановок Потребителя и Сетевой организации, ведением  учета потребленной электроэнергии, обеспечением надлежащего качества  электроэнергии на границе балансовой принадлежности.  

Вместе с тем, как установлено судами двух инстанций, договор купли-продажи электрической энергии по вышеуказанной точке поставки ни ООО  «Газпроминвестарена», ни ПАО «Газпром» не заключался.  

Доказательств, что ПАО «Газпром» является правопреемником ООО  «Газпроминвестарена» в материалы дела не представлено.  

Таким образом, установленные данным договором обязательства, в отсутствие  заключенного договора купли-продажи электроэнергии не имеют правовых  последствий.  

При этом ни договор, ни протокол разногласий не возлагают на Истца  обязательств по оплате потерь в сетях потребителя ПАО «Газпром».  

Пункт 6.5 протокола разногласий определяет, что «в период консервации базы  отдыха «Хрустали» потери электроэнергии на участке от ПС № 23 «Ерденево» ф-9  база отдыха должны распределяться между прочими абонентами», т.е. не возлагает  обязанности оплаты потерь в сетях ПАО «Газпром» на сетевую организацию, а  фактически возлагает обязанность ПАО «Калужская сбытовая компания» на  предъявление стоимости потерь в сетях ПАО «Газпром» прочим абонентам, т.е.  своим потребителям, имеющим договоры энергоснабжения.  

Таким образом, данный пункт 6.5 протокола разногласий противоречит  общему правилу, предусмотренному п. 3 ст. 308 ГК РФ. Обязательство не создает  прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих  лиц), что отражено п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих  положении Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их  исполнении".  

Соответственно, ссылка сторон дела на данный протокол и договор  несостоятельна. Кроме того, доказательств того, что в отношении базы отдыха  «Хрустали» в 2006 году проведена консервация объекта капитального  строительства в соответствии с частью 4 статьи 52 Градостроительного кодекса  РФ, в котором он находится по настоящее время, в материалы дела также не  представлено.  

Таким образом, установленные данным договором условия, никоим образом  не отменяют установленной законом обязанности владельца электросетевого  хозяйства (ПАО «Газпром») оплачивать потери в принадлежащих ему объектах  (ТП и КЛ-10 кВ).  

Норм права, указывающих на то, что при наличии собственника  сетей, гарантирующий поставщик вправе перекладывать обязанность по  компенсации потерь на сетевую организации, ответчиком не приведено.  

В настоящем случае собственником спорных ТП и ВЛ-10 кВ, в которых  возникли потери, является ПАО «Газпром», что не оспаривается ни ответчиком, ни  третьими лицами, и подтверждено представителем ПАО «Газпром» в судебном  заседании окружного суда.  

Сведений о том, что спорные объекты (ТП и ВЛ-10 кВ) вышли из владения  ПАО «Газпром» и находились во владении сетевой организации, материалы дела  не содержат. Соответствующие правоустанавливающие договоры (аренды,  передачи имущества во владение и пользование истцу) в материалах дела  отсутствуют.  

Довод ПАО «Газпром» об отсутствии собственного потребления, как  основания освобождения от оплаты потерь в сетях, также не основан на нормах  права, регулирующих спорные правоотношения.  

Факт отсутствия заключенного между ответчиком и третьим лицом договора  энергоснабжения и факт отсутствия собственного потребления э/э (объектами  Газпрома), не освобождает ПАО «Газпром», как владельца объекта  электросетевого хозяйства, от обязанности оплачивать потери в  принадлежащих ему сетях, поскольку вышеуказанные факты не прекращают  прав владения объектами (ТП, ВЛ-10 кВ) и не прекращают обязательств третьего  лица по обеспечению перетока электрической энергии опосредованно  присоединенным потребителям.  

Таким образом, при наличии сведений о собственнике объектов  электросетевого хозяйства, действия ответчика по отнесению спорного объема  потерь на потери сетевой организации, - не правомерны.  

Довод ответчика о том, что сетевая организация извлекает коммерческую  выгоду от использования сетей, основан на ошибочном толковании норм права,  регулирующих спорные правоотношения, и порядку ценообразования.  

В силу п.4 ст.26 Федерального закона № 35-ФЗ, п.6 Правил  недискриминационного доступа № 861 собственники и иные законные владельцы  объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к  электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство  потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической  энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.  

Указанные собственники и иные законные владельцы объектов  электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к,  электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство  потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с  использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после  установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В  этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются  положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.  

Таким образом, ответчик не учитывает, что единственным лицом, которое  могло бы обратиться за установлением тарифа на услуги по передаче э/э по  спорным объектам (ТП и ВЛ-10 кВ), в силу закона является собственник и  владелец сетей, т.е. ПАО «Газпром».  

В отсутствие установленного тарифа на участке сети ВЛ-10 кВ,  принадлежащем ПАО «Газпром», осуществляется переток электроэнергии,  обеспечить который обязан именно ПАО «Газпром».  

Также ответчик не учитывает, что истец в составе тарифа на услуги по  передаче э/э получает плату за услуги, оказанные с использованием только  принадлежащих ему на законном праве (собственность, аренда, иное договорное  владение, пользование).  

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче  электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной  деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче электроэнергии  (тарифы) устанавливается государством путем принятия органом исполнительной  власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования  тарифов решения об установлении тарифа (далее - тарифного решения). Тарифы  рассчитываются как соотношение экономически обоснованных затрат сетевой  организации на оказание услуг и ожидаемых объемов перетока электроэнергии.  

 Услуги оказываются посредством использования объектов электросетевого  хозяйства.  

 При установлении тарифов принимаются во внимание те объекты  электросетевого хозяйства, которые находятся в законном владении (на балансе)  сетевой организации на момент принятия тарифного решения.  

Указанные выводы следуют из положений статей 4 и 6 Федерального закона  от 17.08.1995 N 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункта 4 статьи 23.1  Федерального закона от 26.03.2003 N 35-Ф3 «Об электроэнергетике», пунктов 6,  46-48 Правил N 861, пункта 3 Основ ценообразования.  

Таким образом, сети ВЛ-10 кВ и ТП, принадлежащие ПАО «Газпром», с  использованием которых осуществляется переток электроэнергии, не учитывались  и не могли учитываться при формировании тарифа на услуги по передаче э/э для  ПАО «Россети Центр и Приволжье». Иного ответчиком не доказано.  

Довод ответчика о том, что Россети получали коммерческую выгоду в связи с  перетоком э/э конечным потребителям через сети ПАО «Газпром» (ТП и ВЛ-10 кВ)  противоречит нормам законодательства, регулирующим спорные правоотношения.  

Ссылка судов двух инстанций на преюдициальность судебного акта  Малоярославецкого районного суда Калужской области от 22.07.2019 по делу N 2- 441/2019, подлежит отклонению.  

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение  суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно  для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах,  установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам,  участвующим в деле.  

Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их  опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют  значение для разрешения данного дела (постановление Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 N 2013/12).  

Однако суды в подтверждение своих доводов ссылаются не на обстоятельства  (факты), установленные судом при рассмотрении указанного дела, а на выводы  суда, сделанные при разрешении спора, которые преюдицией не являются  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.04.2021 N 306-ЭС21- 

2888 по делу N А57-31427/2019, от 05.08.2022 N 308-ЭС22-12846 по делу N А3219645/2021).  

Напротив, решением Малоярославецкого районного суда Калужской области  от 22.07.2019 по делу N 2-441/2019 установлен факт нахождения в собственности  ПАО «Газпром» с 25.12.2002 сооружения воздушной линии электропередач -10 кВ  Ерденево- База отдыха, протяженностью 9018 кв.м с кадастровым номером  40:13:120205:1248, расположенной по адресу: Калужская область,  Малоярославецкий район, база отдыха «Хрустали», и входит в комплекс  имущества расположенного на территории базы отдыха «Хрустали»,  приобретенного ОАО «Газпром» у МП «Теплоснабжение» по договору купли-продажи от 11.10.2001. Также в данный комплекс имущества входит и  тансформаторная подстанция ТМ-630/10-004.  

Относимых и допустимых доказательств перехода права на владение и  пользование спорными объектами электросетевого хозяйства от собственника ПАО  «Газпром» к истцу, данным делом N 2-441/2019 не установлено.  

Довод ответчика и ПАО «Газпром» о том, что истец признал факт нахождения  в его законном владении и пользовании спорных объектов электросетевого  хозяйства, поскольку на протяжении длительного периода времени, спорные потри  ответчиком выставлялись истцу и последним оплачивались, не является  правоопределяющим для разрешения настоящего спора, поскольку не является  основанием для отказа истцу в защите его нарушенных прав и законом  установленных интересов.  

В соответствии с п. 3 ст. 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом  судебные акты должны быть законными, обоснованными и мотивированными.  

Судебный акт является законным и обоснованным, если в нем изложены все  имеющие значение для дела обстоятельства, всесторонне и полно выясненные в  судебном заседании, и приведены доказательства в подтверждение доводов об  установленных обстоятельствах дела, правах и обязанностях сторон.  

В настоящем деле судами двух инстанций неправильно применены нормы  материального права, выводы судов не соответствуют фактическим  обстоятельствам дела, противоречат имеющимся в материалах дела  доказательствам, и эти противоречия не разрешены судом.  

В силу п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной  жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить решение суда  первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить  дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение,  постановление которого отменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых  решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим  обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.  

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции считает обжалуемые  судебные акты подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение,  поскольку расчет истца не был предметом исследования и оценки судов двух  инстанций.  

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует полно  установить фактические обстоятельства, существенные для разрешения настоящего  спора, применив соответствующие нормы права, подлежащие применению к  спорным правоотношениям, с учетом сложившейся правоприменительной  практики, и проверить правомерность размера заявленных требований.  

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд  Центрального округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 03.06.2022 и постановление  Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2022 по делу № А233806/2018 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Калужской области.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьями 291.1-291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий С.Г. Егорова  

Судьи К.Т. Захаров  

А.П. Морозов