﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-3018/2019-АК

г. Пермь

10 марта 2020 года

Дело № А50-34667/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 марта 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чепурченко О. Н.

судей                                     Плаховой Т.Ю., Романова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Чадовой М.Ф.,

при участии: 

от Хомяковой Е.А.: Старикова Е.И., паспорт, доверенность от 30.05.2019,

иные лица, участвующие в деле представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, ООО ТД «Бетокам»,

на определение Арбитражного суда Пермского края от 09 января 2020 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными сделок должника с Ухватовой Ириной Евгеньевной,

вынесенное в рамках дела № А50-34667/2018 о признании несостоятельным (банкротом) Хомяковой Елены Альбертовны (ИНН 590612702818), 	

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 27.12.2018 принято к производству заявление ООО «Инвест-Групп» в лице конкурсного управляющего Унанян Е.Ю. о признании Хомяковой Елены Альбертовны несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 24.01.2019 Хомякова Елена Альбертовну (должник) признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим имущества должника утвержден Белов Алексей Робертович.

Объявление о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 02.02.2019 № 19.

05 августа 2019 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего Белова А.Р. о признании недействительными договоров купли-продажи кладовки от 19.02.2018 и купли-продажи доли в праве общей долевой собственности от 21.02.2018, заключенных должником с Ухватовой Ириной Евгеньевной.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09 января 2020 года в удовлетворении заявления финансового управляющего Белова А.Р. о признании сделок недействительными и применения последствий их недействительности, отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Бетокам» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы с учетом представленных дополнений кредитор указывает на то, что оспариваемые сделки обладают признаками мнимости и безвозмездности, что является основанием для признания их недействительности на основании ст.ст. 170 ГК РФ, п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве; по мнению апеллянта, денежные средства Ухватовой И.Е. в качестве оплаты имущества должнику не передавались; знакомство Ухватовой Е.И. с должником подтверждается цепочкой связи между ними, а также между ответчиком и отцом детей должника Боталовым В.В.; необходимость приобретения дополнительных машиномест на расстоянии 2 км от места проживания не очевидна и требовала дополнительных пояснений; пояснения должника и Ухватовой И.Е. о размещении информации о продаже имущества были скорректированы при рассмотрении спора. Также кредитор ссылается на не предоставление должником сведений расходования полученных денежных средств в размере 1 800 000 руб. В обоснование позиции о наличии оснований для признания сделок недействительными по ст.ст. 10, 168, 174.1 ГК РФ кредитор указывает на то, что в рамках дела о банкротстве ООО «Инвест-Групп» (постановление от 24.01.2018) был установлен факт возврата Хомяковой Е.А. денежных средств в размере 21 018 470,20 руб., обнаружен факт наличия подлежащей оспариванию сделки, что, по мнению апеллянта, сподвигло Хомякову Е.А. к действиям по сокрытию и отчуждению имущества в феврале 2018 года. Ссылается на то, что 16.02.2018 обществом в рамках дела № А50-10605/2017 было подано заявление об оспаривании сделки ООО «Инвест-Групп» с Хомяковой Е.А. с ходатайством о принятии обеспечительных мер, то есть оспариваемые договоры купли-продажи были заключены после наступления риска запрета на распоряжение имуществом; арест на имущество Хомяковой Е.А. в пределах суммы 21 018 470,20 руб. был наложен определением от 26.02.2018, а следовательно, с учетом регистрации перехода прав собственности 06.03.2018 на кладовую и 27.02.2018 на машиноместо свидетельствует о совершении сделок по отчуждению имущества после введения обеспечительных мер.

Ухватова И.Е. и должник согласно письменным отзывам, против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность обжалуемого судебного акта и необоснованность приведенных в жалобе доводов.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующий в судебном заседании представитель должника поддержал возражения, приведенные в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений ст.ст. 156, 266 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 19.02.2018 между Хомяковой Е.А. (продавец) и Ухватовой И.Е. (покупатель) заключен договор купли-продажи кладовки, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя, а покупатель принял и оплатил недвижимое имущество, общей площадью 9,2 кв.м., этаж отм.-3,900, номер на поэтажном плане 21 адрес (местонахождение) объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. 25-го Октября, д.17, кадастровый номер 59:01:0000000:53609 (п. 1 договора).

Согласно п. 6 договора цена имущества определена сторонами в договоре в сумме 300 000 руб.

Все расчеты по договору произведены между сторонами путем передачи наличных денежных средств в день подписания рассматриваемого договора, что подтверждается распиской и подписью продавца о получении денежных средств, проставленной непосредственно в договоре (л.д. 22).

Переход права собственности на объект недвижимости на основании указанного договора зарегистрирован в установленном законом порядке 06.03.2018 за № 59:01:0000000:53609-59/098/2018-2 (л.д. 23).

Кроме того, 21.02.2018 между Хомяковой Е.А. (продавец) и Ухватовой И.Е. (покупатель) заключен договор купли-продажи долей в праве общей долевой собственности на нежилое помещение (двух машиномест) согласно предмету которого, продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить:

- 1/65 долей в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, назначение: нежилое, площадью 1 773,3 кв.м., этаж отм.-3,900, номера на поэтажном плане 34, 35, адрес (местонахождение) объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. 25-го Октября, д. 17; кадастровый номер: 59:01:4410038:420;

- 1/65 долей в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, назначение: нежилое, площадью 1 773,3 кв.м., этаж отм.-3,900, номера на поэтажном плане 34,35, адрес (местонахождение) объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. 25-го Октября, д. 17; кадастровый номер: 59:01:4410038:420 (п. 1.1 договора).

По соглашению сторон, продаваемые 2/65 доли в праве на вышеуказанное нежилые помещения (машиноместа) оценены сторонами в 1 500 000 руб. (п. 1.2 договора).

Денежные средства покупатель уплатил продавцу до подписания рассматриваемого договора полностью (п. 3.1.1).

Исходя из п. 5.1 рассматриваемый договор считается заключенным с момента его нотариального удостоверения. 

Расписка и подпись продавца о получении денежных средств, проставлена непосредственно на договоре (л.д. 26).

Договор купли-продажи машиномест подписан в присутствии нотариуса Пермского городского нотариального округа 21.02.2018 (л.д. 27).

Переход права собственности по данному договору зарегистрирован в установленном порядке 27.02.2018 за № 59:01:4410038:420-59/083/2018-2 (л.д. 27).

Ссылаясь на то, что указанные сделки по реализации имущества совершены в течение одного года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, в непосредственной близости перед вынесением 26.02.2018 Арбитражным судом Пермского края определения о принятии обеспечительных мер и наложении ареста на имущество должника на общую сумму 21 018 470,20 руб. по обособленному спору о признании сделок должника недействительными в рамках дела № А50-10605/2017 о банкротстве ООО «Инвест-Групп», государственная регистрация сделок произведена после принятия обеспечительных мер, указывая на злоупотребление правом сторонами при заключении оспариваемой сделки (ст.ст. 10, 168 ГК РФ), а также на признаки мнимости сделок (ст.ст. 174.1, 180 ГК РФ), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 названного Закона, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Пунктом 2 вышеуказанной статьи Закона установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что заинтересованное лицо знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума ВАС РФ № 60 от 30.07.2013), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В силу положений п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно п. 1 ст. 164 ГК РФ в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом (п. 3 ст. 433 ГК РФ).

В силу пунктов 1, 2 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

В соответствии с позицией, изложенной Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в Определениях от 19.12.2011 № ВАС-13620/11 по делу № А43-29486/2010 и в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2013 № 4-КГ12-35 для целей обжалования ничтожных сделок с недвижимым имуществом датой их исполнения считается дата государственной регистрации договора купли-продажи и перехода права собственности на такой объект.

Пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ст. 8.1 ГК РФ содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

Для лиц, не являющихся сторонами сделки, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки (п. 2 ст. 8.1, п. 2 ст. 551 ГК РФ). При этом с момента возникновения соответствующего основания для государственной регистрации права стороны такой сделки не вправе в отношениях между собой недобросовестно ссылаться на отсутствие в государственном реестре записи об этом праве.

Из материалов дела следует, что оспариваемые договоры купли-продажи заключены 19.02.2018 (регистрация перехода права собственности 06.03.2018) и 21.02.2018 (регистрация перехода права собственности 27.02.2018), то есть в течении года до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (определение от 27.12.2018). 

Исходя из приведенных выше норм права, учитывая, что регистрация перехода прав на недвижимое имущество была произведена за покупателем непосредственно после заключения договоров купли-продажи, следует признать, что подлинная воля сторон была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении оспариваемых сделок; цель совершения оспариваемых сделок была достигнута всеми сторонами. 

При таких обстоятельствах, оснований для признания оспариваемых договоров купли-продажи недействительными (ничтожными) как мнимые сделки (ст. 170 ГК РФ), у суда первой инстанции не имелось.

Цена реализованного имущества согласована сторонами в размере 300 000 руб. – кладовая и 1 500 000 руб. – два машиноместа. Соответствие цены договоров рыночным условиям в момент совершения сделок ни финансовым управляющим, ни иными лицами, участвующими в деле не оспаривается.

Факт передачи Ухватовой И.Е. должнику денежных средств в качестве оплаты приобретаемого имущества отражен в договорах купли-продажи.

Согласно позиции, изложенной в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. 

В подтверждение наличия у Ухватовой И.Е. реальной финансовой возможности произвести оплату приобретаемого имущества в сумме 1 800 000 руб., подтверждается представленными в дело выписками с расчетных счетов, подтверждающих снятие со счетов денежных средств 10.02.2018 в размере 544 384 руб. (АО Банк «Русский стандарт») и в январе-феврале 2018 года – 1 280 000 руб. (ПАО Банк ВТБ) (л.д. 87-94).  

Факт передачи Ухватовой И.Е. наличных денежных средств должнику в размере стоимости имущества не ниже рыночной, материалами дела не опровергнут, что свидетельствует о получении должником по оспариваемым сделкам равноценного встречного предоставления.

Документально обоснованных доводов о наличии между Ухватовой И.Е. и должником признаков заинтересованности или аффилированности ни конкурсным управляющим, ни заявителем апелляционной жалобы не приведено.

Приведенная кредитором в апелляционной жалобе цепочка, которая, по его мнению, свидетельствует о наличии связей между должником и Ухватовой И.Е., такой не является и о наличии признаков заинтересованности между указанными лицами не свидетельствует. 

В качестве доказательств публичного порядка реализации спорного имущества (объявления в информационных ресурсах, газетах и т.д.) должником представлены развернутые достаточные пояснения каким образом ответчику могло стать известно о возможности покупки спорного имущества без наличия связи с должником, а именно из объявлений размещенных на Авито и расклеенных должником в подземном паркинге непосредственно в месте нахождения продаваемых объектов недвижимости (л.д. 39-40, 94).

Согласно данным суду пояснениям, Ухватова И.Е. является собственницей квартиры в доле по ул. 25 Октября, 17, в которой в настоящее время проживают члены ее семьи; приобретение кладовой и двух машиномест связано исключительно с нуждами семьи.

Довод жалобы об отсутствии сведений расходования должником полученных от Ухватовой И.Е. денежных средств в размере 1 800 000 руб., правового значения при рассмотрении настоящего спора не имеет. Доказанность обстоятельств наличия у покупателя реальной финансовой возможности приобретения денежных средств, осведомленности о реализуемых объектах из общедоступных источников, в отсутствие признаков заинтересованности сторон сделок и своевременности переоформления прав собственности, свидетельствует о добросовестном поведении Ухватовой И.Е. при приобретении недвижимого имущества по оспариваемым сделкам. Не раскрытие должником дальнейшего расходования денежных средств, полученных за реализованное имущества, не должно негативным образом сказываться на правах добросовестного приобретателя.  

Приведенные выше обстоятельства исключают возможность признания оспариваемых сделок недействительными по пунктам 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10 ГК РФ, как совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также со злоупотреблением права.    

Наличие оснований для признания сделок недействительными по ст.ст. 10, 168, 174.1 ГК РФ кредитор обосновывает тем, что в рамках дела о банкротстве ООО «Инвест-Групп» (постановление от 24.01.2018) был установлен факт возврата Хомяковой Е.А. денежных средств в размере 21 018 470,20 руб., а также наличие оснований для оспаривании указанной сделки, в связи с чем 16.02.2018 обществом в рамках дела № А50-10605/2017 было подано заявление об оспаривании сделки ООО «Инвест-Групп» (должник) с Хомяковой Е.А. с ходатайством о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имеющееся у Хомяковой Е.А. имущество.

В связи с удовлетворения ходатайства о принятии обеспечительных мер на имущество Хомяковой Е.А. в пределах суммы 21 018 470,20 руб. был наложен арест определением от 26.02.2018.

Принимая во внимание даты регистрации перехода прав собственности  на спорное имущество (06.03.2018, 27.02.2018), кредитор полагает, что оспариваемые сделки по отчуждению недвижимого имущества совершены после введения обеспечительных мер. 

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, решение о продаже спорного имущества (размещение объявления о продаже на сайте «Авито») было принято Хомяковой Е.А. – 12.02.2018, то есть до подачи заявления ООО «ТД «Бетокам» о принятии обеспечительных мер (16.02.2018) и вынесения Арбитражным судом Пермского края в рамках дела № А50-10605/2017 определения о принятии обеспечительных мер (26.02.2018). 

Судебный акт о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в виде взыскания с Хомяковой Е.А. денежных средств в сумме 21 018 420,20 руб., вынесен и вступил в законную силу после совершения оспариваемых сделок (определение арбитражного суда от 30.06.2018, постановление суда апелляционной инстанции от 05.09.2018 по делу № А50-10605/2017).

Также следует отметить, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (п. 1 ст. 174.1 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 94 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по смыслу п. 2 ст. 174.1 ГК РФ сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является действительной.

При этом в п. 95 указанного постановления определено, что в силу положений п. 2 ст. 174.1 ГК РФ в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета – права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества. Само по себе размещение судебного акта в сети «Интернет» не означает, что приобретатель является недобросовестным.

В п. 96 вышеназванного постановления также указано, что в случае отчуждения арестованного имущества лицу, которое не знало и не должно было знать об аресте этого имущества (добросовестному приобретателю), возникает основание для освобождения имущества от ареста независимо от того, совершена такая сделка до или после вступления в силу решения суда, которым удовлетворены требования кредитора или иного управомоченного лица, обеспечиваемые арестом (п. 2 ст. 174.1, п. 5 ст. 334, абзац второй п. 1 ст. 352 ГК РФ).

Таким образом, вопреки утверждениям апеллянта, один только факт совершения спорной сделки после принятия обеспечительных мер не является сам по себе безусловным основанием для констатации ее ничтожности.

Поскольку каких-либо обстоятельств, в силу которых Ухватова И.Е. (покупатель) на дату совершения оспариваемых сделок должен был знать о наложенных в отношении спорного имущества запретах и умышленно действовал вопреки им в сговоре с должником в противоправных целях, судом не установлено, доказательств того, что на момент совершения спорной сделки ответчик знал или мог узнать о наложении в отношении спорного имущества запретах, в материалах дела не имеется, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у суда первой инстанции не имелось оснований для констатации ничтожности спорной сделки. 

Доводы, приведенные в апелляционной инстанции, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов, которые могли бы повлечь отмену или изменение обжалуемого судебного акта в апелляционной жалобе не приведено.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции от 09.01.2020 по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 09 января 2020 года по делу № А50-34667/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

Т.Ю. Плахова 

 

В.А. Романов