ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А72-4769/2021

г. Самара

08 сентября 2022 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Поповой Г.О., Серовой Е.А.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 01 сентября 2022 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционные жалобы ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор», ФИО3 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21 июня 2022 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» ИНН 

<

***>,

с участием:

ФИО2 – лично, паспорт,

ФИО3 – лично, паспорт,

 от ООО «Книжный двор» - представитель ФИО4, по доверенности от 11.05.2021,

от ООО «Скания Лизинг» - представитель ФИО5, по доверенности от 22.05.2022,

установил:

В Арбитражный суд Ульяновской области 13.04.2021 поступило заявление ФНС России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №8 по Ульяновской области к ООО «Спецтранс» о признании несостоятельным (банкротом); введении процедуры банкротства – наблюдение; утверждении арбитражного управляющего из числа членов АССОЦИАЦИИ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ «ОРИОН», включении ФНС в третью очередь реестра требований кредиторов с общей суммой 40 564 135,28 руб., из которых 25 612 908 руб. 65 коп. – основной долг, 11 561 руб. 63 коп. – пени, 3 390 225 руб.00 коп. – штраф.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.08.2021 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» введена процедура банкротства – наблюдение сроком на 5 месяцев, временным управляющим утвержден ФИО6, член Саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциации «Синергия».

В Арбитражный суд Ульяновской области 29.09.2021 от временного управляющего ФИО6 поступило заявление о признании недействительным договора уступки права требования № 1 от 07.04.2021, заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» и применении последствий недействительности сделки; о принятии обеспечительных мер в виде запрета ООО «Скания Лизинг» производить в адрес ООО «Книжный двор» погашение требования о возврате неосновательного обогащения и переданного в соответствии с договором уступки права требования № 1 от 07.04.2021, заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор», до вступления в законную силу судебного акта.

Определениями Арбитражного суда Ульяновской области от 21.10.2021 заявление принято к производству; в качестве заинтересованных лиц привлечены ООО Книжный двор» (ответчик) и ООО «Скания Лизинг»; отказано в принятии обеспечительных мер.

Решением от 28.01.2022 (резолютивная часть от 24.01.2022) Общество с ограниченной ответственностью «Спецтранс» признано несостоятельным (банкротом) с применением положений о банкротстве отсутствующего должника, в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член Саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциации «Синергия».

Определением суда от 09.03.2022 (резолютивная часть от 01.03.2022)  отказано в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по заявлению.

Определением суда от 26.05.2022 в качестве заинтересованного лица привлечен ФИО2.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 21.06.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Признан недействительным договор уступки права требования (цессии) №1 от 07.04.2021, заключенный между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор».

Применены последствия признания сделки недействительной.

Восстановлено право требования ООО «Спецтранс» к ООО «Скиния Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения (сальдо встречных обязательств в пользу ООО «Спецтранс»), образовавшегося при расторжении договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017, заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Скания Лизинг».

Распределены судебные расходы.

ФИО2, ООО «Книжный двор», ФИО3 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21.06.2022.

Апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 01.09.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ООО «Книжный двор», ФИО3 поддержали апелляционные жалобы, просили их удовлетворить, обжалуемое определение - отменить.

Представитель ООО «Скания Лизинг» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В ходе судебного разбирательства до рассмотрения апелляционной жалобы по существу от ФИО2 поступил письменный отказ от апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21.06.2022 по делу А72-4769/2021. 

ФИО3, представители ООО «Книжный двор», ООО «Скания Лизинг» оставили разрешение ходатайства на усмотрение суда.

Рассмотрев заявление об отказе от апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает его подлежащим удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству арбитражного суда поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ был принят арбитражным судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что отказ от апелляционной жалобы не противоречит закону и не нарушает права других лиц, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает возможным принять отказ ФИО2 от апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21.06.2022 по делу А72-4769/2021 и прекратить производство по апелляционной жалобе в порядке, предусмотренном статьей 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб ООО «Книжный двор», ФИО3, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено право конкурсного управляющего подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

Обращаясь с заявлением о признании сделки недействительной, конкурсный управляющий со ссылкой на ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10, 168 ГК РФ указывает, что оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при неравноценном встречном исполнении.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5 и 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63 – в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом пункт 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» исходит из презумпции осведомленности другой стороны оспариваемой сделки о причинении данной сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника, а также лица, находящиеся к указанным лицам в отношении родства (абз. 3 п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве) и лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Учитывая дату возбуждения дела о банкротстве должника (30.04.2021), оспариваемая сделка от 07.04.2021 была совершена в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, подпадает под сроки оспоримости, установленные пунктами 1 и 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Из реестра требований кредиторов усматривается наличие у должника на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед кредиторами.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основании своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, между ООО «Спецтранс» в лице директора ФИО2 (Цедент) и ООО «Книжный двор» (Цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) №1 от 07.04.2021, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования ООО «Спецтранс» к ООО «Скания Лизинг» суммы неосновательного обогащения, образовавшейся при расторжении договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017, заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Скания Лизинг», изъятии предметов лизинга и расчете сальдо при расторжении указанного договора, а также право требования процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на указанную сумму неосновательного обогащения.

Согласно п. 1.2. договора №1 от 07.04.2021 право требования Цедента к должнику (ООО «Скания Лизинг») по состоянию на дату подписания договора цессии (сумма уступаемого требования) составляет 3 052 653,31 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами.

В п.2.1. договора №1 от 07.04.2021 указано, что уступка права требования Цедента является возмездной.

В качестве оплаты за уступаемое право требования Цедента Цессионарий обязуется выплатить Цеденту денежные средства в размере 2 000 000 руб. (без НДС) (п.2.2. договора).

Согласно условиям п.2.3. договора указанная сумма денежных средств должна быть выплачена Цессионарием Цеденту в течение одного года после подписания настоящего договора.

Конкурсный управляющий и ООО «Скания Лизинг» указывали, что ООО «Спецтранс» фактически безвозмездно передало Обществу «Книжный двор» право требования к ООО «Скания Лизинг». При этом ссылались на фактическую аффилированность должника и ответчика.

Возражая против требований управляющего, ООО «Книжный двор» указывает, что данный договор уступки является возмездным, его условия соответствуют рыночным, расчет с должником произведен почти в полном объеме, отрицает аффилированность с должником.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление арбитражного управляющего, пришел к правильному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Скания Лизинг» (Лизингодатель) и ООО «Спецтранс» (Лизингополучатель) был заключен договор лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести в собственность у определенного лизингополучателем продавца и предоставить лизингополучателю за плату во временное владении е и пользование для предпринимательских целей предмет лизинга в соответствии со спецификацией.

Согласно спецификации (приложение №1) к указанному договору лизинга предметом лизинга являются транспортные средства: самосвал SCANIA P400CB6X4EHZ в количестве 3 единиц; продавец – ООО «Ульяновск-Скан» (ИНН 

<

***>); цена за единицу техники – 9 430 000 руб.

Приложением №2 к договору лизинга сторонами согласован график ежемесячных платежей, график начисления платежей, выкупной платеж, общая сумма платежей, комиссионные платежи; приложением №3 к договору лизинга стонами согласованы условия страхования; приложением №4 – общие условия договора лизинга.

13.01.2017 между ООО «Ульяновск-Скан» (Продавец), ООО «Скания Лизинг» (Покупатель) и ООО «Спецтранс» (Лизингополучатель) заключен договор купли-продажи №2017-001, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность Покупателю, а Покупатель – принять и оплатить Технику на условиях настоящего договора (п.1.1. договора).

Согласно п.1.2. договора купли-продажи №2017-001 от 13.01.2017 Покупатель приобретает Технику во исполнение договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017, заключенного между Покупателем и Лизингополучателем.

В спецификации к договору купли-продажи №2017-001 от 13.01.2017 указаны транспортные средства, характеристики и условия (цена) продажи которых совпадают с указанными в спецификации к договору лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017.

Актом приема-передачи от 22.02.2017 должнику переданы 2 (два) автомобиля самосвал SCANIA P400CB6X4EHZ, 2017 г.в.: VIN 

<

***> и VIN 

<

***>.

Актом приема-передачи от 06.03.2017 должнику передан автомобиль самосвал SCANIA P400CB6X4EHZ, 2017 г.в., VIN 

<

***>.

30.08.2017 в связи с нарушением срока оплаты по договору лизинга ООО «Скания Лизинг» в адрес ООО «Спецтранс» были направлены уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017 и требования об оплате задолженности и возврате предмета лизинга.

Актами от 25.03.2018 все 3 автомобиля SCANIA P400CB6X4EHZ, 2017 г.в. (VIN 

<

***>, VIN 

<

***> и VIN 

<

***>) были возвращены лизингодателю.

В силу статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее - Закон о лизинге) по договору финансовой аренды (лизинга) обязанности лизингодателя сводятся к приобретению в собственность у третьей стороны (продавца) имущества и предоставлению данного имущества лизингополучателю во временное владение и пользование.

В соответствии разъяснениями, содержащимися в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - постановление Пленума от 14.03.2014 № 17), под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Закона о лизинге содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3.1 постановления Пленума от 14.03.2014 № 17 расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой, приведенным в следующих пунктах настоящего Постановления.

По смыслу пункта 1 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 предмет лизинга подлежит возврату в том состоянии, в котором был лизингополучателем получен, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором; стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели при возврате предмета лизинга лизингодателю (статья 669 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Именно с указанного момента договор выкупного лизинга прекращается и в зависимости от того, в чью пользу при расчете складывается сальдо встречных обязательств, трансформируется в кондикционное, т.е. обязательство из неосновательного обогащения (либо лизингодателя, либо лизингополучателя). Срок возникновения обязательства из неосновательного обогащения обусловлен датой прекращения договора лизинга, т.е. возврата предмета лизинга.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 постановления Пленума от 14.03.2014 № 17).

Порядок расчета размера финансирования и платы за предоставленное финансирование разъяснен в пунктах 3.4, 3.5 постановления Пленума от 14.03.2014 № 17.

Сторонами настоящего спора не оспаривается, что в результате расторжения договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017 образовалось сальдо встречных обязательств в пользу ООО «Спецтранс».

По данным бухгалтерского учета должника, величина сальдо встречных обязательств в пользу ООО «Спецтранс» составила 3 052 653,31 руб.

По расчету ООО «Скания Лизинг», сальдо встречных обязательств в пользу ООО «Спецтранс» составило 2 080 191,37 руб.

22.03.2021 ООО «Скания Лизинг» в адрес ООО «Спецтранс» было направлено уточненное уведомление №32/03-21 с указанием суммы, подлежащей перечислению Лизингодателем Лизингополучателю в качестве сальдо встречных обязательств, в размере 2 080 191, 37 руб.

Полагая, что после расторжения договора лизинга имеется сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя, 24.02.2021 ООО «Спецтранс» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО «Скания Лизинг» о взыскании неосновательного обогащения в размере 3 052 653,31 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 567 684,65 руб. (дело №А40-36750/2021).

Из карточки дела №А40-36750/2021 (https://kad.arbitr.ru/) усматривается, что определением Арбитражного суда города Москвы от 26.07.2021 произведена процессуальная замена истца ООО «Спецтранс» (ОГРН 

<

***>) на его правопреемника ООО «Книжный двор» (ОГРН: 

<

***>).

Из указанного определения следует, что процессуальное правопреемство обусловлено уступкой права требования на основании оспариваемого в настоящем споре договора цессии №1 от 07.04.2021.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2022 производство по делу А40-36750/21-182-175 по исковому заявлению ООО «Спецтранс» к ООО «Скания Лизинг» о взыскании задолженности в размере 3 620 338 руб. приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по существу заявления конкурсного управляющего ООО «Спецтранс» о признании договора цессии № 1 от 07.04.2021 г., заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор», недействительным и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о банкротстве № А72-4769/2021.

Из разъяснений, содержащихся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" следует, что в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Экономическая обоснованность и добросовестность участников отношений предполагается, пока не доказано иное (ст. 10 ГК РФ).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Книжный двор» являлось участником ООО «Спецтранс» в период с 17.03.2015 по 27.05.2016.

По мнению конкурсного управляющего и ООО «Скания Лизинг», ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» продолжают оставаться аффилированными между собой лицами; оспариваемая сделка фактически является безвозмездной.

Возражая против данных доводов, ответчик указывал, что его аффилированность с должником была прекращена с момента выхода ООО «Книжный двор» из состава участников ООО «Спецтранс»; расчеты по оспариваемому договору производились путем внесения в кассу должника наличных денежных средств.

Как установлено судом первой инстанции, с 2019 года у ООО «Спецтранс» не имеется расчетных счетов.

По сведениям ООО «Книжный двор», в кассу должника им внесены денежные средства в общем размере 1 992 500 руб.

В подтверждение этому ООО «Книжный двор» представило в материалы дела копии квитанций к приходным кассовым ордерам ООО «Спецтранс» на указанную сумму, а также копии кассовых книг ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» за 2021 год.

Заявляя о фальсификации представленных ответчиком доказательств, ООО «Скания Лизинг» просило проверить их достоверность.

Согласно положениям части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Статья 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает исключение доказательства лишь с согласия лица, представившего его.

Представитель ООО «Книжный двор» отказался исключить указанные документы из числа доказательств по делу.

При этом суд вправе определить способ проверки заявления о фальсификации доказательств.

Содержание заявления о фальсификации и пояснения представителя ООО «Скания Лизинг» в судебном заседании суда первой инстанции указывали  на то, что основания данного заявления фактически сводятся к доводу о критическом отношении к спорным доказательствам и содержащимся в них сведениям о проведении соответствующих расчетных операций.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о наличии возможности самостоятельно проверить обоснованность заявления о фальсификации доказательств путем оценки изложенных в ней доводов, представленных в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимной связи при разрешении спора по существу.

Специфика рассмотрения отдельных споров в рамках дела о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к действиям лиц в преддверии банкротства.

Суд первой инстанции констатировал, что представленные со стороны ООО «Книжный двор» документы по расчетам не позволяют признать доказанным факт состоявшейся передачи наличных денежных средств, исходя из следующего.

В абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 года № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", разъяснено следующее: при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

В части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" закреплено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Согласно пункту 2 статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации расчеты между юридическими лицами и расчеты с участием граждан, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, совершаются в безналичном порядке. Расчеты между этими лицами могут осуществляться также наличными деньгами, если иное не установлено законом.

В спорный период и в настоящее время Порядок ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимателями определен Указанием Банка России от 11.03.2014 № 3210-У.

Между тем квитанция к приходному кассовому ордеру, оформление которой предписано при операциях с наличностью действующим Порядком, не является достаточным доказательством передачи денежных средств в условиях повышенного стандарта доказывания в делах о банкротстве и отсутствия иной документации, подтверждающей реальность расчетов по договору.

В представленной в материалы дела копии кассовой книги ООО «Спецтранс» за 2021 год указаны расходные операции по наличным денежным средствам, датированные датой принятия наличных денежных средств от ООО «Книжный двор». Кроме того, в материалы дела представлены также копии расходных кассовых ордеров в отношении указанных в кассовой книге должника расходных операций. В частности, отражены расходные операции по выдаче наличных денежных средств ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО8, указаны основания – соответствующие гражданско-правовые договоры, заработная плата руководителя.

Все указанные документы заверены директором ООО «Спецтранс» ФИО2

Отмечено, что указанные документы не были переданы бывшим руководителем должника ни временному, ни конкурсному управляющему ООО «Спецтранс» ФИО6 на протяжении всего периода процедуры банкротства, а их копии впервые были представлены в материалы дела представителем ООО «Книжный двор» лишь в судебном заседании суда первой инстанции 01.03.2022 только после соответствующих доводов конкурсного управляющего и ООО «Скания Лизинг».

Определением от 26.05.2022 суд привлек к участию в настоящем обособленном споре бывшего руководителя ООО «Спецтранс» – ФИО2 и указал ему представить договор займа с доказательством его исполнения (который указан в качестве одного из оснований выдачи ему наличных денежных средств из кассы должника); пояснения о мотивах совершения оспариваемой сделки; подлинники кассовых книг ООО «Спецтранс» за 2015-2021 г.г.; книги покупок и продаж ООО «Спецтранс» за 2015-2021 г.г. (копии в материалы дела, подлинники – на обозрение суда).

ФИО2 через канцелярию суда представлены подлинник кассовой книги ООО «Спецтранс» за 2021 г., подлинники приходных и расходных кассовых ордеров; копия договора займа от 15.07.2017 между ФИО2 (займодавец) и ООО «Спецтранс» (заемщик).

Вместе с тем, как отмечено судом первой инстанции,  в качестве одного из оснований выдачи ФИО2 наличных денежных средств из кассы должника в представленной кассовой книге и расходных кассовых ордерах указан договор займа от 15.05.2017, а не от 15.07.2017. Кроме того, в материалы дела не представлены доказательств реальности заемных отношений ни по одному из указанных договоров займа.

В материалы дела не были представлены также первичные документы, на основании которых производились расходные операции из кассы ООО «Спецтранс» в даты, указанные в приходных и расходных кассовых ордерах, в пользу ФИО7, ФИО4 и ФИО8

Конкурсному управляющему указанные документы со стороны бывшего руководителя ФИО2 также не передавались. Доказательств обратного ФИО2 не представлено.

При этом, по сведениям ФНС России, озвученным представителем уполномоченного органа в судебном заседании суда первой инстанции 16.06.2022, указанные лица (ФИО7, ФИО4 и ФИО8) не имели каких-либо доходов, полученных от ООО «Спецтранс», в том числе по гражданско-правовым договорам и в качестве заработной платы.

Суд первой инстанции обратил внимание, что сокрытие первичной документации по хозяйственной деятельности ООО «Спецтранс» является типичным поведением для контролирующих должника лиц. Так, отсутствие первичной документации по хозяйственной деятельности должника за период 2015-2017 г.г. установлено решениями налогового органа от 27.08.2019 г. №18-16/025313 и от 28.03.2017 № 824, которыми ООО «Спецтранс» привлечено к ответственности за совершение налоговых правонарушений и доначислены соответствующие налоги, при этом правомерность результатов проверки по решению от 28.03.2017 № 824 подтверждено также решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.01.2018 по делу №А72-8571/2017.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

С учетом изложенного факт проведения расчетов между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» с учетом повышенного стандарта доказывания суд первой инстанции правомерно признал неподтвержденным.

Оценивая доводы сторон о фактической аффилированности должника и ответчика, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции исходя из следуюещго.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Фактическая заинтересованность ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» усматривается из нерыночных условий оспариваемого договора и действий сторон по его исполнению.

Так, по условиям п.2.3. оспариваемого договора указанная сумма денежных средств в размере 2 000 000 руб. должна была быть выплачена Цессионарием Цеденту в течение одного года после подписания настоящего договора.

При этом из материалов дела следует, что до заключения спорного договора цессии ООО «Скания Лизинг» предпринимало попытки перечислить должнику денежные средства в неоспариваемой части в размере 2 080 191,37 руб. (п/п №1747 от 29.03.2021, п/п №2092 от 06.04.2021), что, как видно, даже с учетом имеющихся разногласий по определению величины сальдо встречных обязательств больше чем цена оспариваемого договора (2 000 000 руб.).

При этом согласно представленным со стороны ООО «Скания Лизинг» (приложение к дополнению к отзыву от 21.04.2022, т.2, л.д. 96-104) распечаткам сообщений с электронной почты, до заключения оспариваемого договора цессии между сторонами велась переписка, в которой обсуждалась как сама возможность перечисления должнику денежных средств, так и уточнялись реквизиты для такого перечисления.

Так, в сообщении ООО «Спецтранс», датированном 01.04.2021, должником задан уточняющий вопрос: «Вы хотите перечислить всю сумму иска и когда?». При этом следующее сообщение от ООО «Спецтранс» в адрес ООО «Скания Лизинг» направлено уже 15.04.2021, во вложении к которому должник прикрепил файл с названием «Договор уступки права требования 1 от 07.04.2021.pdf, уведомление о перемене лиц в обязательстве от 07.04.2021», а само электронное письмо должника содержат текст следующего содержания: «После перечисления просим прислать платежное поручение.».

Мотивы отказа ООО «Спецтранс» от единовременного получения от ООО «Скания Лизинг» суммы 2 080 191,37 руб. (с последующим взысканием оставшейся спорной части требования) в пользу возможности получения от ООО «Книжный двор» меньшей суммы (2 000 000 руб.) в течение одного года суду не представлено, из пояснений бывшего руководителя должника ФИО2 и из материалов дела не усматривается.

Указанные действия не отвечают стандарту разумного поведения хозяйствующего субъекта в условиях своей неплатежеспособности и, в совокупности с установленным фактом отсутствия расчетов, свидетельствуют о намеренном выведении на безвозмездной основе ликвидного актива должника в преддверии банкротства в пользу аффилированного с ним лица.

Кроме того, о сохранении фактической аффилированности сторон оспариваемой сделки свидетельствует также следующее обстоятельство.

В настоящем деле о банкротстве ООО «Спецтранс» ООО «Книжный двор» обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов с суммой 144 291,08 руб. Данное заявление определением суда от 29.11.2021 было принято к производству в рамках обособленного спора №А72-4769-3/2021.

Требование ООО «Книжный двор» в указанном споре основано на договоре процентного займа №б/н от 05.07.2018, заключенного между ООО «Волгастройсервис» (займодавец) и ООО «Спецтранс» (заемщик), право требования по которому перешло к ответчику на основании договора цессии №1/3 от 07.04.2021.

Из материалов указанного обособленного спора, а также из общедоступных сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ (https://egrul.nalog.ru/), следует, что с 24.01.2017 по 17.12.2019 директором ООО «Волгастройсервис» была ФИО9, бывшая супруга одного из бывших руководителей должника – ФИО3 (был директором ООО «Спецтранс» в период с 31.12.2014 по 04.09.2015).

Как верно отмечено судом первой инстанции, при рассмотрении в Арбитражном суде города Москвы дела №А40-36750/2021 как до, так и после правопреемства, интересы ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» представляли одни и те же представители, что и в настоящем деле – ФИО7 и ФИО4, что предполагает полную осведомленность сторон сделки обо всех обстоятельствах спорных правоотношений.

При этом, в судебных заседаниях по рассмотрению обособленного спора №А72-4769-3/2021 о включении ООО «Книжный двор» в реестр требований кредиторов должника представитель указанного общества ФИО4 под аудиопротокол судебного заседания от 02.03.2022 пояснил, что интерес ООО «Книжный двор» в приобретении права требования к ООО «Спецтранс» обусловлен стремлением получить доход за счет разницы между номинальным размером уступаемого права требования (140 134,43 руб.) и ценой ее приобретения (3 000 руб.), что, в свою очередь, указывает на то, что ответчик исходил из платежеспособности должника.

В то же время, при рассмотрении настоящего обособленного спора в п.7 своего отзыва от 08.12.2021 (т.1, л.д. 70-71), а также в пояснениях того же представителя ООО «Книжный двор» ФИО4 в судебных заседаниях было указано, что финансовое положение ООО «Спецтранс» на момент заключении оспариваемого договора цессии не позволяло даже покрывать расходы, связанные с рассмотрением дела №А40-36750/2021 в Арбитражном суде города Москвы, чем, по его мнению, для должника и был обусловлен экономический смысл заключения оспариваемой сделки.

При этом отмечено, что оба договора цессии (как оспариваемый договор №1 от 07.04.2021 между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор», так договор №1/3 от 07.04.2021 между ООО «Волгастройсервис» и ООО «Книжный двор») датированы одним числом.

Как видно, позиция ООО «Книжный двор» при рассмотрении обособленных споров №А72-4769-1/2021 и №А72-4769-3/2021 применительно к вопросу о мотивах заключения обоих договоров цессии является непоследовательной и противоречивой, что является частным случаем злоупотребления правом.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппеля). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона (в данном случае кредиторы, представляющий их интересы конкурсный управляющий) в своих действиях разумно полагались на них и строили процедуру формирования конкурсной массы, исходя из предшествующего поведения, а также понесли имущественные потери, полагаясь на предшествующее ее поведение (Определение Верховного Суда РФ от 09.10.2014 по делу № 303-ЭС14-31, А51-1943/2011, Определение Верховного Суда РФ от 24.02.2015 по делу № 304-ЭС14-495, А67-1587/2014, Определение Верховного Суда РФ от 13.04.2016 по делу № 306-ЭС15-14024, А57-12139/2011).

При таких обстоятельствах при рассмотрении настоящего спора подлежит применению принцип эстоппеля, по смыслу которого противоречивое и недобросовестное поведение ООО «Книжный двор» и ФИО2 как при реализации своих прав, так и в ходе их защиты в суде влечет потерю прав на соответствующее возражение, поскольку это существенно подрывает материальные и процессуальные ожидания иных участников правоотношений.

Верно отмечено, что результатом заключения договора цессии №1 от 07.04.2021 (между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор») и договора цессии №1/3 от 07.04.2021 (между ООО «Волгастройсервис» и ООО «Книжный двор») стало возникновение взаимных встречных денежных обязательств ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» в отношении друг друга.

Однако сторонам не был избран зачет в качестве способа прекращения взаимных обязательств в порядке ст. 410 ГК РФ.

Экономических и иных разумных мотивов такого поведения сторон в процессе исполнения взаимных обязательств, со стороны ООО «Книжный двор» и бывшим руководителем должника ФИО2 с документальным обоснованием суду также не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что приобретение Обществом «Книжный двор» права требования к должнику по договору займа в преддверие банкротства последнего в условиях заведомой для ответчика полной неплатежеспособности ООО «Спецтранс» также свидетельствует о фактической заинтересованности сторон оспариваемой сделки.

Как уже указывалось, по мере раскрытия позиций участников спора и появления новых доводов в материалы настоящего обособленного спора со стороны ООО «Книжный двор» представлялись первичные документы ООО «Спецтранс», часть которых заверена представителем ОО «Книжный двор» ФИО4, часть – бывшим директором ООО «Спецтранс» ФИО2 При этом иные участники спора, в том числе конкурсный управляющий ФИО6, которому бывшим руководителем должника ФИО2 должны были быть переданы все документы должника, не имели доступа к указанным документам.

Данное обстоятельство, в совокупности с отмеченным ранее типичным поведением контролирующих должника лиц по сокрытию первичной документации ООО «Спецтранс» и с установленным фактом передачи ответчику имущества должника на безвозмездной основе в преддверии введения в отношении последнего процедуры банкротства в условиях заведомой его неплатежеспособности, свидетельствует о сохранении фактической аффилированности должника и ООО «Книжный двор» не только на момент заключения оспариваемого договора, но и по настоящем время.

Из совокупной оценки описанных выше действий ООО «Книжный двор» и руководителя должника ФИО2 следует, что целью такого поведения указанных лиц является в том числе безвозмездный вывод ликвидного актива должника в пользу аффилированного лица и получение контроля над процедурой банкротства должника в ущерб независимым кредиторам и самому должнику, что не отвечает стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав и не подлежит судебной защите.

Данные обстоятельства дают основание суду признать их заинтересованными лицами и применить презумпцию осведомленности другой стороны оспариваемой сделки о причинении данной сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника.

Убедительных доказательств, опровергающих данное обстоятельство с учетом повышенного стандарта доказывания, в материалы дела не представлено.

Таким образом, к доводу заявителя апелляционной жалобы  о том, что его аффилированность с должником была прекращена с момента выхода ООО «Книжный двор» из состава участников ООО «Спецтранс» арбитражный суд правомерно отнесся критически, а процессуальное поведение указанного лица и бывшего руководителя должника ФИО2 признал направленными на введение суд и участников спора в заблуждение относительно обстоятельств правоотношений между сторонами.

Пункт 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указывает, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «Спецтранс» за 2020 год (последний отчетный период) и анализу финансового состояния, проведенного временным управляющим ФИО6, право требования к ООО «Скания Лизинг» было единственным активом должника на момент совершения оспариваемой сделки и возбуждения дела о банкротстве.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинить вред кредиторам и в результате ее совершения такой вред был причинен, поскольку за счет безвозмездно отчужденного имущественного актива могли быть погашены полностью или частично требования добросовестных кредиторов, перед которыми на тот момент задолженность уже имелась (ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 – 7 Постановления № 63, следует, что такие обстоятельства, как противоправность цели совершения сделки и осведомленность контрагента об этой цели, охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, судом установлено наличие специальных оснований признания сделки недействительной – ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем дополнительной оценки ее пороков на предмет соответствия статьям 10 и 168 ГК РФ не требуется.

В силу изложенного, заявление конкурсного управляющего о признании сделки должника недействительной правомерно удовлетворено.

Конкурсный управляющий просил также применить последствия недействительности сделки.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. В отношении удовлетворенного определением суда реституционного требования должника к другой стороне сделки суд выдает исполнительный лист.

Как уже было указано, предметом оспариваемой сделки является уступка права требования ООО «Спецтранс» к ООО «Скания Лизинг» суммы неосновательного обогащения, образовавшейся при расторжении договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017, заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Скания Лизинг», изъятии предметов лизинга и расчете сальдо при расторжении указанного договора, а также право требования процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на указанную сумму неосновательного обогащения.

Иными словами, спорное право требование является величиной сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя в связи с расторжением договора лизинга.

Из пояснений сторон следует, что между участниками спорных правоотношений имеются разногласия в части определения величины сальдо встречных обязательств, которые являются предметом самостоятельного спора вне настоящего дела о банкротстве, а именно дела №А40-36750/2021, рассматриваемого в Арбитражном суде города Москвы, которое приостановлено до разрешения настоящего обособленного спора.

Таким образом, учитывая фактические обстоятельства спора и предмет оспариваемой сделки, в порядке применения последствий ее недействительности восстановлено право требования ООО «Спецтранс» к ООО «Скиния Лизинг» неосновательного обогащения (сальдо встречных обязательств в пользу ООО «Спецтранс»), образовавшегося при расторжении договора лизинга №10782-119-001 от 13.01.2017, заключенного между ООО «Спецтранс» и ООО «Скания Лизинг».

Ввиду признания оспариваемой сделки безвозмездной оснований для применения двусторонней реституции в рассматриваемом случае судом не установлено.

Выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом определении, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Доводы апелляционной жалобы ООО «Книжный двор»всесторонне изучены судебной коллегией и не нашли своего подтверждения в материалах дела и в представленных доказательствах, поскольку не опровергают выводы суда, а повторяют правовую позицию, изложенную при рассмотрении спора в суде первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу определения, коллегия судей усматривается неразумное поведение участников заключенной сделки, не свойственное участникам гражданского оборота, поскольку ООО «Спецтранс» имело возможность получить исполнение от ООО «Скания Лизинг» в добровольном порядке. Однако, реальных мер к этому предпринято не было. Вместе с тем, поведение ООО «Книжный двор», которое совместно с ООО «Спецтранс» избрало такой способ подтверждения оплаты, который создает видимость движения денежных средств, о котором не имеют возможности узнать кредиторы.

Суд первой инстанции обоснованно поставил под сомнение факт реальной передачи денежных средств из ООО «Книжный двор» в ООО «Спецтранс» в оплату договора цессии, ввиду также отсутствия договоров, отмеченных в расходной части кассовой книги ООО «Спецтранс».

Относительно апелляционной жалобы ФИО3, упоминание в обжалуемом судебном акте заявителя жалобы в качестве бывшего директора ООО «Спецтранс», соответствует фактическим обстоятельствам.

Вместе с тем, само по себе несогласие с выводами суда первой инстанции не является основанием для отмены судебного акта.

Упоминание в обжалуемом судебном акте заявителя жалобы в качестве бывшего директора ООО «Спецтранс», соответствует фактическим обстоятельствам.

Заявитель апелляционной жалобы ФИО3 указывает, что суд первой инстанции неверно указал, что ФИО9 является его супругой, в тоже время в судебном заседании он подтвердил, что  ФИО9 действительно ранее была его супругой,  что не отменяет факта аффилированности. 

Доводы ФИО3  о необоснованном выводов суда первой инстанции по поводу аффилированности  участников спора, которые до настоящего времени продолжают контролировать должника, опровергаются выводами суда, основанными на исследовании всех обстоятельств, подтвержденных имеющимися в материалами доказательствами как в данном споре, так в обосорбленном споре об оспаривании сделок.

ООО «Книжный двор» ссылается на то, что «квитанции к приходному кассовому ордеру являются достаточным доказательством передачи денежных средств с учетом того, что у должника (ООО«Спецтранс») отсутствовали расчетные счета.

Однако, квитанция к приходному кассовому ордеру, оформление которой предписано при операциях с наличностью действующим Порядком, не является достаточным доказательством передачи денежных средств в условиях повышенного стандарта доказывания в делах о банкротстве и отсутствия иной документации, подтверждающей реальность расчетов по договору»  

ООО «Книжный двор» в материалы дела не были представлены никакие дополнительные доказательства, кроме указанных квитанций, а также кассовых книг, сформированных лицами, заинтересованными в определенном исходе спора (ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор»), подтверждающие факт оплаты ООО «Книжный двор» в пользу ООО «Спецтранс» вознаграждения за передачу права требования по Договору цессии.

ООО «Книжный двор» в свое жалобе ссылается на то, что  денежные средства снимались с расчетного счета ООО «Книжный двор» и в тот же день передавались в ООО «Спецтранс», что подтверждается выпиской банка по расчетному счету. Кассовая книга ООО «Книжный двор» подтверждает внесение в кассу денежных средств после снятия их с расчетного счета.

Между тем, факт снятия денежных средств ООО «Книжный двор» со своего счета не подтверждает факт передачи этих денежных средств ООО «Спецтранс».

 Следует отметить, что указанные документы не были переданы бывшим руководителем должника ни временному, ни конкурсному управляющему ООО «Спецтранс» ФИО6 на протяжении всего периода процедуры банкротства, а их копии впервые были представлены в материалы дела представителем ООО «Книжный двор» лишь в судебном заседании 01.03.2022 только после соответствующих доводов конкурсного управляющего и ООО «Скания Лизинг».

В качестве одного из оснований выдачи ФИО2 наличных денежных средств из кассы должника в представленной кассовой книге и расходных кассовых ордерах указан договор займа от 15.05.2017, а не от 15.07.2017. Кроме того, в материалы дела не представлены доказательств реальности заемных отношений ни по одному из указанных договоров займа.

В материалы дела не были представлены также первичные документы, на основании которых производились расходные операции из кассы ООО «Спецтранс» в даты, указанные в приходных и расходных кассовых ордерах, в пользу ФИО7, ФИО4 и ФИО8

Конкурсному управляющему указанные документы со стороны бывшего руководителя ФИО2 также не передавались. Доказательств обратного ФИО2 не представлено.

При этом, по сведениям ФНС, озвученным представителем уполномоченного органа в судебном заседании 16.06.2022, указанные лица (ФИО7, ФИО4 и ФИО8) не имели каких-либо доходов, полученных от ООО «Спецтранс», в том числе по гражданско-правовым договорам и в качестве заработной платы.

ООО «Книжный двор» в своей жалобе ссылается на то, что  передача или не передача кассовой книги арбитражному управляющему никак не подтверждает и не опровергает факт передачи денежных средств от ООО «Книжный двор» в ООО «Спецтранс».

 В тоже время,  уклонение руководителя ООО «Спецтранс» от передачи кассовой книги временному (а впоследствии конкурсному) управляющему ООО «Спецтранс» следует расценивать как намеренное  сокрытие первичной документации по хозяйственной деятельности, и такое сокрытие является  поведением   недобросовестным.  

Таким образом, факт сокрытия вышеуказанных кассовых книг ООО «Спецтранс» от арбитражного управляющего и раскрытие их только после доводов ООО «Скания Лизинг» и конкурсного управляющего об отсутствии оплаты со стороны ООО «Книжный двор» в адрес ООО «Спецтранс» вознаграждения за передачу прав требования по Договору цессии судом первой инстанции расценен как недобросовестное поведение, которое является дополнительным доказательством того, что ООО «Книжный двор» не осуществляло оплату ООО «Спецтранс» за переданные права требования по Договору цессии.

Доводы ООО «Книжный двор» о том, что наличные денежные средства, якобы полученные ООО «Спецтранс» от ООО «Книжный двор» в качестве оплаты за передачу прав по Договору цессии, были сразу же переданы указанным лицам и в связи с этим не попали в конкурсную массу, за счет которой могли быть удовлетворены требования других конкурсных кредиторов, были проверены судом первой инстанции (в т.ч. путем запроса и получения информации от УФНС по Ульяновской области) поэтому к ним необходимо отнестись критически.

В свое жалобе ООО «Книжный двор» ссылается на то, что в кассовой книге ООО «Спецтранс» отражены операции по выплате заработной платы ФИО2 ФИО2 получил заработную плату. ООО «Спецтранс» отчитался по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование и по НДФЛ. Налоговый орган обратился в суд с заявлением о включении указанных сумм в реестр требований кредиторов ООО «Спецтранс». Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.05.2022 г. по делу № А72-4769-10/2021 требования налогового органа удовлетворены.

Таким образом, получение ФИО2 заработной платы подтверждается начислением налогово и сборов и включением задолженности по налогам и сборам в реестр требований кредиторов».

Данный довод является несостоятельным, поскольку в указанном определении Арбитражного суда Ульяновской области от 16.05.2022 не указано, что периодом возникновения данной задолженности по НДФЛ и иным сборам является 2021 год.

В кассовых книгах ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор», представленных в материалы дела, указано, что ФИО2 якобы получал заработную плату в течение 2021 года за счет денежных средств, якобы поступавших в ООО «Спецтранс» от ООО «Книжный двор».

 Как усматривается из материалов дела, 25.03.2022 Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника с общей суммой в размере 225 950,60 руб. Определением суда от 29.03.2022 заявление принято к производству.

Учитывая, что УФНС по Ульяновской области обратилось в суд с требованием о включении данной задолженности в реестр требований в марте 2022 года, с учетом требований п. 1 ст. 229 НК РФ данная задолженность не могла возникнуть в 2021 году, поскольку на момент подачи УФНС по Ульяновской области заявления в Арбитражный суд Ульяновской области (25.03.2022) срок, в который ФИО2 должен был исполнить свою обязанность по подаче декларации о доходах за 2021 года в УФНС по Ульяновской области, еще не истек.

Данный срок истек 30.04.2022, однако до указанного срока ФИО2 не предоставил в УФНС по Ульяновской области, либо в иной налоговый орган, декларацию о доходах, содержащую информацию о полученных от ООО «Спецтранс» денежных средствах. Доказательств иного не представлено.

ООО «Книжный двор» в своих доводах жалобы указывает, что между ООО «Книжный двор» и ООО «Спецтранс» отсутствует прямая аффилированность.

Однако, судом первой инстанции установлено, что между ООО «Книжный двор» и ООО «Спецтранс» на момент заключения Договора цессии существовала фактическая аффилированность, что усматривается из нерыночных условий оспариваемого договора и действий сторон по его исполнению.  

ООО «Книжный двор» приводит довод о том, что ООО «Спецтранс» якобы не имело информации о том, что ООО «Скания Лизинг» предпринимало попытки оплатить сумму Сальдо. Кроме того, ООО «Книжный двор» указывает, что ООО «Скания Лизинг» не могло дать четкий и прямой ответ о намерении оплатить денежные средства.

Однако данный довод опровергается материалами дела.

Так, 22.03.2021 ООО «Скания Лизинг» в адрес ООО «Спецтранс» было направлено уточненное уведомление исх. № 32/03-21. В данном уведомлении был приведен расчет сальдо по Договору лизинга, а также сообщалось,  что сумма, подлежащая перечислению Лизингополучателю, составляет 2 080 191,37 руб. (НДС не облагается, поскольку данная сумма является компенсацией неосновательного обогащения).02.04.2021 (т.е. до заключения Договора цессии, которое состоялось 07.04.2021) данное уведомление получено ООО «Спецтранс», что следует из отчета об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 11729257009135.

Таким образом, ООО «Спецтранс» обладало информацией о намерении ООО «Скания Лизинг» оплатить указанную задолженность.

ООО «Скания Лизинг» дважды выплачивало сумму Сальдо ООО «Спецтранс», осуществляя переводы данной суммы (по реквизитам ООО «Спецтранс», указанным в п. 7 Договора лизинга (платежное поручение № 1747от 29.03.2021;  по реквизитам ООО «Спецтранс», указанным последним в претензии о выплате Сальдо (платежноепоручение № 2092 от 06.04.2021)  

Однако, оба раза выплаченные денежные средства возвращались обратно ООО «Скания Лизинг» в связи с тем, что расчетные счета, указанные соответственно в Договоре лизинга и в претензии ООО «Спецтранс», были закрыты.  

Таким образом, ООО «Спецтранс» имело возможность принять надлежащее исполнение от ООО «Скания Лизинг», однако не сделало этого.

Кроме того, между сторонами (ООО «Скания Лизинг» и ООО «Спецтранс» велась переписка по электронной почте, в ходе которой ООО «Скания Лизинг» неоднократно запрашивало у ООО «Спецтранс» банковские реквизиты, по которым можно было бы оплатить сумму Сальдо.

Тем не менее, ООО «Спецтранс», зная о намерении ООО «Скания Лизинг» оплатить сумму Сальдо, зная о попытках ООО «Скания Лизинг» сделать это, предпочло не принять данную оплату, не предоставило корректные банковские реквизиты.

Вместо этого между ООО «Спецтранс» и ООО «Книжный двор» был заключен признанный недействительным судом первой инстанции Договор цессии, согласно условиям которого ООО «Спецтранс» уступило ООО «Книжный двор» право требования к ООО «Скания Лизинг», не получив за уступленное право требования никакой оплаты от ООО «Книжный двор».  

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое определение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, необходимо принять отказ ФИО2 от апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21 июня 2022 года и производство по апелляционной жалобе в этой части прекратить, определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21 июня 2022 года по делу А72-4769/2021следует оставить без изменения, апелляционные жалобы ООО «Книжный двор», ФИО3 без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Принять отказ ФИО2 от апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21 июня 2022 года по делу  А72-4769/2021.

Производство по апелляционной жалобе ФИО2 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21 июня 2022 года по делу А72-4769/2021 прекратить.

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 21 июня 2022 года по делу А72-4769/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор», ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Г.О. Попова

                                                                                                                Е.А. Серова