АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 октября 2022 года

Дело №

А21-8625/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 октября 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Колесниковой С.Г., Троховой М.В.,

при участии ФИО1 (паспорт),

рассмотрев 11.10.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 28.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 по делу № А21-8625/2020,

у с т а н о в и л :

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Солби», адрес: 236039, Калининград, Старопрегольская наб., д. 10, лит. А, ОГРН 

<

***>,              ИНН 

<

***> (далее – Общество), конкурсный управляющий Обществом ФИО2 обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением  о привлечении ФИО1 (Калининград) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 28.03.2022 признано  доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением от 22.06.2022 определение от 28.03.2022 оставлено без изменений.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 28.03.2022 и постановление от 22.06.2022 отменить, в удовлетворении заявления отказать.

По мнению подателя жалобы, вывод судов о том, что ФИО1 не переданы конкурсному управляющему Обществом все документы последнего, противоречит материалам дела.

ФИО1 ссылается на то, что им передана вся имеющаяся у него документация, в том числе все документы, подтверждающие дебиторскую задолженность на сумму 107 051 580,79 руб., и расшифровка названной задолженности.

Также податель жалобы полагает, что материалами дела не подтверждается наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступившим банкротством Общества.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов  проверена в кассационном порядке в пределах доводов жалобы, а именно в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Как установлено судами, ФИО1 в период с 28.10.2002  по 01.10.2020  являлся руководителем должника.  

Определением суда от 31.08.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Общества. 

Решением от 05.10.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что бывший руководитель Общества ФИО1 не передал ему бухгалтерскую документацию должника, а также своевременно не обратился в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании  статей 61.11  и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В данном случае суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не обоснованы как возникновение у ФИО1 с 09.02.2017 обязанности по обращению в суд с названным заявлением, так и размер задолженности, подлежащей включению в сумму субсидиарной ответственности по указанному основанию, в связи с чем не нашел оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с требованиями статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что  обстоятельства причинения и размер вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения ФИО1 одной или нескольких сделок должника, наличие конкретных сделок, причинивших вред, соотношение стоимости отчужденного имущества со стоимостью иных активов должника конкурсным управляющим не доказаны. 

В связи с названным суд не усмотрел оснований для привлечения  ФИО1 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В то же время суд пришел к выводу о том, что ФИО1 не переданы конкурсному управляющему бухгалтерская документация Общества, документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности в размере                               107 051 000 руб., а  ряд документов, необходимых для проведения мероприятий конкурсного производства, не был передан в связи с истечением срока хранения документов, что является основанием  для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (отсутствие либо непередача документов бухгалтерского учета).

Суд апелляционной инстанции указал на то, что судом первой инстанции установлены ненадлежащее исполнение ответчиком обязанностей по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских документов, что не позволило идентифицировать активы и сформировать конкурсную массу, а также совершение должником сделок, в результате которых имущественным правам кредиторов причинен существенный вред.

Вместе с тем из содержания определения суда первой инстанции от  28.03.2022 следует, что ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с непередачей им конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета. Иных оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предусмотренных действующим законодательством о несостоятельности (банкротстве), судом не установлено  (абзацы 8-10 страницы 10 определения от 28.03.2022).

В пункте 24 Постановления  № 53  указано, что  заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо, в свою очередь, вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации,  невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Возражая против заявленных требований, ответчик ссылался на передачу всей документации Общества конкурсному управляющему по акту от 19.11.2020 и письмом от 23.08.2021.

Определением от 12.03.2021 у ФИО1 истребована документация должника, в том числе расшифровка дебиторской задолженности, отраженной в бухгалтерском балансе должника по состоянию на 01.01.2018 в размере 107 051 000 руб., с приложением документов об ее возникновении и последующем погашении.

Суд первой инстанции, проверив доводы ФИО1 о передаче всех недостающих документов 23.08.2021 ценным письмом с описью вложения, пришел к выводу, что названным письмом подтверждается направление в адрес конкурсного управляющего документов по займам на общую сумму                            66 027 500 руб., а следовательно, документы в отношении дебиторской задолженности размере 41 023 500 руб. конкурсному управляющему не переданы.

Вместе с тем, как усматривается из материалов дела, вопреки выводам судов,  по акту от 19.11.2020 конкурсному управляющему передана расшифровка строки «Финансовые и другие оборотные активы» по состоянию на 01.01.2018 (пункт 28 акта).

Названная расшифровка позволяет установить дебиторов Общества и основания возникновения обязательств, а именно 64 168 769,63 руб. задолженности по договорам займа, 35 575 900 руб. задолженности по договору поставки, а также 1369,08 руб. и 40 367 руб. иной  задолженности.

Также суд первой инстанции принял во внимание выводы судов, сделанные при рассмотрении обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой договора уступки права требования (цессии) от 31.12.2014, заключенного должником  с ООО «Промторг Двадцать Девятый».

Как указал суд первой инстанции, договор уступки права требования (цессии) от 31.12.2014 признан недействительной сделкой и применены последствия ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу Общества права требования к ООО «Автомеханика» по договору займа от 25.03.2011 № 2503/11 в том числе в связи с тем, что  бывшим руководителем Общества и ООО «Промторг Двадцать Девятый» не представлены оригиналы документов, в отношении которых представлено заявление о фальсификации. Суды согласились с доводомконкурсного управляющего о том, что дебиторская задолженность в размере 107 051 000 руб., отраженная в бухгалтерском балансе, является дебиторской задолженностью ООО «Автомеханика».

 С учетом названного суд первой инстанции пришел к выводу  о недобросовестном поведении ФИО1, представившего названные документы после вынесения определения Арбитражного суда Калининградской области от 01.06.2021 о признании сделки недействительной, что согласно выводам суда свидетельствует о совершении действий, направленных на сокрытие «реальной» дебиторской задолженности путем представления документов к ликвидируемым «дебиторам».

Вместе с тем само по себе непредставление документов в каком-либо деле не лишает заинтересованных лиц возможности представить эти документы в ином споре, притом что определением Арбитражного суда Калининградской области от 04.03.2021 по обособленному спору  № А21-8625-2/2020 оригиналы документов (договора уступки права требования (цессии) от 31.12.2014, договора о переводе долга от 31.12.2014, указанного в пункте 1.6 договора уступки права требования (цессии) от 31.12.2014, уведомления Общества о заключении договора о переводе долга от 31.12.2014) были истребованы у  ООО «Промторг Двадцать Девятый», а не у ФИО1, сведений о привлечении названного лица к участию в рассмотрении обособленного спора о признании договора цессии недействительной сделкой судебные акты по названному спору не содержат.

Вывод суда о том, что ФИО1 осуществлялись действия, направленные на сокрытие «реальной» дебиторской задолженности путем представления документов к ликвидируемым «дебиторам», не мотивирован, обстоятельства, свидетельствующие о таких действиях, за исключением даты предоставления документов, не названы.

Также суд принял во внимание, что ФИО1 не передан ряд  документов, необходимых для проведения мероприятий конкурсного производства, в связи с истечением срока их хранения, а именно  договор процентного займа от 25.03.2011 № 2503/11 (с ООО «Автомеханика»); договор уступки права требования (цессии) от 31.12.2014 с ООО «Промторг Двадцать Девятый»;  договор поручительства от 05.05.2014 с ООО «Калипсо»,                      ООО «Инвестор АБ», ООО «Норма Бейкер» и др.; первичные документы, подтверждающие основание возникновения задолженности для последующего зачета встречных требований по договору уступки права требования от 31.12.2014 и договору перевода долга от 31.12.2014;  оригинал уведомления ООО «СОЛБИ» о заключении договора о переводе долга от 31.12.2014.

Согласно статье 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ  «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Судом первой инстанции не названы обстоятельства, в связи с  которыми у ФИО1 могла возникнуть обязанность по хранению названных документов сверх установленных сроков.

Тот факт, что впоследствии, в 2020 году, названные документы понадобились при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве и, по утверждению конкурсного управляющего,  были необходимы для формирования доказательственной базы при оспаривании сделок должника, сам по себе не свидетельствует о недобросовестном исполнении ФИО1  обязанностей руководителя юридического лица по хранению документов. 

Кроме того, поскольку суды в обоснование выводов о наличии оснований для привлечения ФИО1   к субсидиарной ответственности за непередачу документов ссылались на неисполнение им определения от 12.03.2021, суд кассационной инстанции отмечает, что названным определением были истребованы документы не менее чем за трехлетний период, предшествующий возбуждению производства по делу о банкротстве. То есть ФИО1 обязан был  передать документацию за указанный период, а  при наличии - и  за более раннее время.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53 к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности.

При этом, учитывая значительный объем переданной ФИО1 документации и представленные пояснения, конкурсный управляющий в силу разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления № 53, должен был указать, какие конкретно документы, в том числе в отношении каких дебиторов, если речь идет о дебиторской задолженности, ему не были переданы, и обосновать,  каким образом отсутствие названной документации повлияло на проведение процедур банкротства.

С учётом изложенного выводы судов первой и апелляционной инстанций носят противоречивый характер и сделаны при неполном исследовании всех фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения настоящего спора, в связи с чем определение от 28.03.2022 и постановление от 22.06.2022 в части установления оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании  подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за непередачу документов бухгалтерского учета, подлежат отмене и направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить все имеющие существенное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора обстоятельства и по результатам рассмотрения вынести мотивированный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288,  289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Калининградской области от 28.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 по делу № А21-8625/2020 отменить в части установления оснований для привлечения ФИО1  к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» за непередачу документации общества с ограниченной ответственностью «Солби» конкурсному управляющему и приостановления производства по заявлению в части определения размера субсидиарного ответственности.

Дело в указанной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калининградской области.

В остальной части  определение Арбитражного суда Калининградской области от 28.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 по делу № А21-8625/2020  оставить без изменения. 

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

С.Г. Колесникова

М.В. Трохова